Артефактор Горта

За минуту до переноса

Очередная пуля из автоматной очереди разбила каменную статуэтку, стоявшую на невысокой колонне, за которой я пытался укрыться.

«Ещё один-два моих ответных выстрела из травмата, и «коллеги» поймут, что они спокойно могут войти в галерею и добить меня», – мелькнула невесёлая мысль.

И тут моё внимание привлёк неясный свет, исходивший из основания разбитой статуэтки. Обтекая меня, свет стал быстро сгущаться, и мне показалось, будто я нахожусь в каком-то подобии водяной капли с чёткими границами.

«Интересные дела», – подумал я, наблюдая эту картину как бы со стороны. Затем свет окончательно сгустился, последовала вспышка – и темнота…

Через три часа после переноса

Пришёл я в себя в темноте и тишине. Воздух был затхлый и пыльный, на лицо явно прилипла паутина. Судя по ощущениям, я лежал на твёрдой каменной поверхности. Попробовал пошевелиться, тело привычно отозвалось. Так, с темнотой надо что-то делать. Осторожно встал в полный рост. Достал из кармана зажигалку и отвёл руку в сторону. Слабый свет разогнал тьму. Поводив рукой с зажигалкой перед собой, я увидел каменные стены и свод. Зажигалка нагрелась, и я, немного обжёгшись, потушил её. На стенах вдруг стали разгораться светлые шары из материала, похожего на стекло. Быстро увеличив яркость, они осветили всё помещение.

Таких светильников было много, они располагались на равных расстояниях друг от друга, и теперь я мог рассмотреть помещение, где очнулся. «Похоже, приплыл…» – уныло подумал я, разглядывая довольно обширное помещение без дверей и окон, одновременно похожее на заваленный старыми вещами подвал и заброшенную лабораторию. Посреди помещения находился ряд массивных столов из почерневшего дерева, уставленных массивными колбами, разнокалиберными мензурками и непонятными предметами, у дальней стены отдельно стоял ещё один стол, стена рядом с ним была скрыта полками. Всё это добро покрывал толстый слой пыли, в углах и на светильниках висели лохмотья паутины. Место, где я пришёл в себя, оказалось каменной четырёхугольной площадкой, немного приподнятой над полом, по углам которой стояли невысокие металлические бруски.

Сделав шаг в сторону ближайшего бруска, чтобы лучше его рассмотреть, я вздрогнул от неожиданно прозвучавших прямо в голове слов:

«Как это «приплыл»? Вода не обнаружена, средства передвижения не обнаружено, одежда сухая. Лаборатория загерметизирована… Перенос прошёл стабильно, жизнедеятельность организма в пределах нормы, нервное возбуждение локализировано… Вы кто?»

«Капец…» Судя по полному запустению вокруг меня, я уже сам с собой разговариваю… Потрогал лоб, помахал перед собой руками – и с координацией, и с температурой вроде всё нормально. Да ладно, напомнил себе, психи тоже думают, что с ними всё нормально.

«Молодой человек, вы долго руками махать будете и голову ощупывать?» – Голос в голове не унялся.

– Я – Олег… – выдавил я из себя.

«Понятно. О'Лег. Знаю этот род. А имя ваше?»

– Зовут меня так, а фамилия Рост. А как же имя моего воспалённого мозга?

«Как вы зовёте ваш мозг, я не знаю – прошу заметить, следов его воспаления не обнаружено и при повторном сканировании, – а говорит с вами О'Нос – Хранитель лаборатории магов-артефакторов Свободных территорий. Хочу обратить ваше внимание, молодой человек, что для ученика вы слишком вольно себя ведёте».

– Товарищ Относ, а вы где вообще и как со мной разговариваете?

«Не Относ, а О'Нос, и разговариваю по мыслесвязи, пребываю на месте Хранителя – обратите внимание на стол преподавателя возле книжных полок».

Я медленно подошёл к упомянутому столу, на котором стал разгораться ровным светом шар на невысокой массивной металлической подставке, и обошёл его вокруг. Мощные тумбы, казалось, были из цельного тёмного дерева, никаких следов дверок и замков, ровная поверхность столешницы, укрытая толстым слоем пыли. На ближнем ко мне углу разместился, похоже, глобус? Сдув пыль, я прокашлялся и поражённо на него уставился.

«Нет, пора мне очнуться: с Относом пообщался, на глобус He-Земли посмотрел, пылью подышал… Контузило, видно, меня сильно, и лежу себе в палате, весь обмотанный белыми бинтами, а сиделка бегает ищет беруши, чтобы не слышать мой бред», – подумал я, осматривая глобус.

А посмотреть было на что: на синем фоне океанов резкими линиями и непривычной формой выделялись очертания четырёх незнакомых материков.

«Так, О'Лег, повторяю ещё раз: меня зовут Хранитель О'Нос. Теперь положите обе руки на сферу Горта. Да не на осветитель! Ну, на глобус. Так, что вы чувствуете? Тепло? Кхм… Представьте себе, что вы положили руки на голову человека и своим теплом пытаетесь согреть его холодную кожу. Какого лысого? А, лысую голову, ну пусть лысую, давайте, напрягитесь. Да, получается… Как горячо? Терпите… Всё, достаточно…»

Я отскочил от стола, дуя на обожжённые ладони. С лёгким щелчком рядом со мной появился ритмично пульсирующий шарик света. Он стал увеличиваться в размерах, пока не перетёк в форму человека. Вспышки света с каждой пульсацией становились всё ярче и напоминали фотовспышку, в конце концов, пульсация стала нестерпимо яркой, и я, прикрыв глаза, отвернулся. Через мгновение буйство света внезапно прекратилось. Повернувшись, я увидел среднего роста мужчину неопределённого возраста. Ничем не примечательная одежда: просторные брюки серого цвета, рубашка свободного покроя, абсолютно лысая голова, на бледном волевом лице выделялись ярко-зелёные чуть раскосые глаза. Тонкие губы мужчины тронула ироничная усмешка.

– Присаживайся, Рост. – Взмахом руки Хранитель указал на формирующееся прямо из воздуха кресло слева от меня.

Я скосил глаза и зачарованно смотрел, как из пола волнообразно вырос матовый каркас кресла, на сиденье и спинке с очередной волной проклюнулись пружины, которые затем покрылись волокнистым материалом. Следующая волна изменений накрыла каркас тёмным, похожим на кожу материалом. Позади Хранителя таким же образом сформировалось ещё одно кресло.

Мысленно схватившись за голову, я осторожно опустился в кресло. Плавно перетекая материалом, кресло приняло более комфортную структуру, подстраиваясь под меня.

– Пока я введу тебя в курс дела, – произнёс Хранитель, усаживаясь в своё кресло, – помощники наведут здесь порядок.

С лёгким щелчком отъехали в сторону стенки тумб стола, из глубоких ниш на свет появились две пятерки… тараканов? Гораздо крупнее привычных мне земных квартирных прусаков – спутников человечества, чёрного цвета, с тремя суставчатыми лапками с каждой стороны туловища и двумя подвижными отростками-антеннами спереди. Два отряда тараканов-переростков споро обтекли незримый круг, в котором стояли наши кресла, и, быстро перебирая лапками, унеслись в дальнюю часть лаборатории.

– Итак, предупреждая твои вопросы, расскажу о нашем мире. – Хранитель повозился в кресле, устраиваясь поудобнее, и продолжил: – То, что ты видишь, – лаборатория, она же учебный центр одного из закрытых комплексов магических исследований. Несколько таких комплексов были созданы после начала войны империи Ном против нас, магов Свободных территорий. Я, маг-артефактор О'Нос, погиб в первые дни войны, когда приграничный замок, в котором я находился для обновления магического заряда охранных артефактов, был полностью уничтожен внезапным ударом магов империи Ном. Благодаря тому, что замок находился на пересечении линий Силы, я смог удержать свой дух в умирающем теле до прибытия первого отряда Стражи Свободных территорий. К сожалению, маг, который прибыл вместе с отрядом, не владел должной квалификацией по переносу душ. Восстановить мою память в полном объёме не удалось, большая часть моих личных воспоминаний и знаний была утрачена. После того как отряд Стражи был практически полностью уничтожен, уцелевший маг передал хран с моим духом главе нашей Гильдии магов-артефакторов. Когда стало ясно, что утраты моего духа не позволят полностью восстановить мою личность, хран был передан магу Лордану для формирования на основе моего духа Хранителя лаборатории магов-артефакторов, которая была спешно развёрнута для создания новых магических артефактов и обучения магов. По сути, тот вид, в котором ты сейчас меня видишь, – это результат успешного эксперимента по созданию Хранителей лаборатории. В течение войны из-за постоянных потерь магов для обучения стало не хватать. Поэтому в этой и нескольких других лабораториях живые наставники-маги были заменены Хранителями, которые следили за безопасностью лабораторий и занимались обучением новых магов. Все прочие Хранители были созданы путём копирования моей личности-духа, вместе с тем, исходя из разной направленности, каждому Хранителю были переданы знания магов иной специализации. Маг Лордан, гений в своём роде, который занимался созданием Хранителей, не учёл, что все они – это базовая копия моей исходной личности. Благодаря этому все Хранители оказались связаны единой сетью магической связи. Но об этом мы узнали уже после окончания войны. Судя по тому, что все другие лаборатории покинуты магами Свободных территорий, война закончилась не в нашу пользу. – Хранитель с хмурым выражением лица передёрнул плечами.

– Как давно это произошло? – воспользовавшись паузой, спросил я.

– По вашему летосчислению, около двухсот лет назад. Ты, кстати, не удивляйся. Пока ты после переноса лежал на портале, я просканировал твою память. Поэтому мы с тобой спокойно общаемся на твоём языке. Множество известных тебе понятий я позаимствовал из твоей памяти. И сразу скажу: ты будешь моим учеником, магических способностей у тебя достаточно, – продолжил Хранитель.

– Но, позвольте, уважаемый товарищ О'Нос (я усмехнулся, мысленно представив удлинившийся нос Хранителя), а если я имею другое мнение? Честно говоря, ваша история познавательна и многогранна, только где я – а где вы со своей войной…

– Послушай, Рост, – Хранитель медленно повернулся в профиль, и я увидел-таки увеличивающийся нос мага, впрочем быстро уменьшившийся до приемлемых размеров, – сейчас не время для шуток. У тебя просто нет другого варианта. Портал, которым ты был сюда перенесён, – односторонний. Попасть на поверхность, а мы находимся глубоко под землёй, самостоятельно ты не сможешь, да и не выживешь при этом. Не перебивай меня, мы к этому и к тебе ещё вернёмся. Так вот, после того, как последний маг покинул мою лабораторию, я заблокировал все входы в комплекс. Сумев разобраться и настроить связь сначала с Хранителем лаборатории огненных магов, я постепенно связался со всеми остальными. Картина везде одинаковая: практически в одно и то же время все маги покинули свои комплексы, оставив инструкции охранять лаборатории и принимать новых учеников. За последующую неделю в лаборатории прибыл только один ученик. После него никто из магов Свободных территорий не выходил на связь. Как сообщил ученик, все наши маги были собраны возле главного Источника Силы Свободных территорий с целью нанесения удара по столице империи Ром. Видимо, удар был неудачный… Как нам известно, на следующий день после прибытия ученика Свободные территории потряс колоссальный магический удар, были ли выжившие – нам не известно. Магические возмущения длились несколько десятков лет, судя по всему, поверхность и сейчас крайне небезопасна. Но, как у вас говорят, нет худа без добра. Связь Хранителей между собой дала в конце концов интересный результат. Мы фактически объединили свои знания и возможности, образовался некий искусственный разум, центром которого являюсь я, как исходная личность-дух всех Хранителей. Нельзя сказать, что это произошло безболезненно, – усмехнулся О'Нос, – ведь все Хранители кроме копии моей личности-духа несли в себе ещё и копии личностей-духов других магов, которые они получили вместе с их знаниями. Я, как базовая личность, оказался сильнее, и все остальные подчинились мне. Время, пока на поверхности бушевали магические бури, не было потрачено нами впустую. С использованием знаний других Хранителей я смог усовершенствовать значительное количество магических плетений. Фактически это удалось благодаря тому, что я стал в теории универсальным магом, чего магам Свободных территорий так и не удалось достичь. До этого считалось, что быть универсальным магом невозможно, так как все известные маги Горта были инициированы только по одному – максимум двум видам магических возможностей. К сожалению, большинство моих достижений так и осталось в теории, так как мои возможности оперировать Силой были ограничены помещениями лабораторий, охранными големами и лабораторными помощниками-тараканами, которых ты видел.

– Хранитель, а как же ученик, который смог попасть в лабораторию? Почему вы не использовали его? – Наконец я смог задать один из многих мучивших меня вопросов.

– С ним меня постигла неудача – он умер, – ответил О'Нос.

«Просто царство мёртвых и искин – король без подданных», – подумалось мне.

– Рост, не забывай, что я читаю твои мысли, – хмыкнул Хранитель, – но ты прав. Без возможности подзарядки магических артефактов, на основе которых созданы Хранители, мы смогли продержаться около восьмидесяти лет. Нас элементарно некому было зарядить. Могли продержаться и больше, но через некоторое время после войны во входы комплексов стали проникать чудовищные создания, порождённые магическими бурями. Затраты Силы на поддержание охранных периметров и боевых големов стали слишком велики. Постепенно большинство Хранителей исчерпали свои резервы Силы и поддерживать охранные плетения и големов больше не могли. В некоторых комплексах контроль за входами был утрачен. Поэтому я приказал отвести големов на охрану лабораторий. Когда стало ясно, что мы более не сможем удерживать и лаборатории, я распорядился применить к ним всем коконы подпространства и всю оставшуюся Силу использовать только на поддержание плетений нетленности. С этого момента связь между лабораториями пропала. Вместе с ней я утратил и возможность пользоваться знаниями других Хранителей, однако, когда это стало ясно, я сумел скопировать себе основные базовые знания по различным видам магического искусства.

– Хранитель, можно ещё вопрос? – Я воспользовался небольшой паузой. Получив кивок О'Носа, спросил: – Если все лаборатории были законсервированы, если я правильно понял, с использованием коконов подпространства, то каким образом я смог попасть сюда?

– Дело в том, что ещё магом Лорданом была выдвинута теория о множестве реальностей. Портал, который ты видишь сзади себя и которым ты был перенесён в мир Горта, является единственным известным мне действующим прототипом.

«Н-да, вот попал так попал», – подумал я.

– Портал был создан приблизительно в одно и то же время со мной как Хранителем. Сначала Лордан отправил с его помощью несколько добровольцев с амулетами возврата. Так как никто из них не вернулся, он предположил, что портал не пропускает живую материю, то есть добровольцы погибли. После этого с помощью портала были отправлены ещё несколько десятков амулетов возврата, но ни один из них так и не был активирован. Тогда опыты с порталом были прекращены. На фоне войны магам стало не до этого. Опыты с порталом продолжил уже я, когда стало ясно, что никто из магов не вернётся с поверхности. С помощью объединённых знаний Хранителей я исследовал плетение пространственного прокола, которое использовал маг Лордан при создании портала. Как и предположил сам маг, портал мог перенести в другое измерение только неживой материал, то есть амулеты возврата были перенесены успешно. Я смог усовершенствовать портал так, что, в теории, он должен был перенести в обратном направлении при его активации живое существо. То есть в другое измерение мы можем отправить только амулеты возврата, а обратно только живое существо при условии, что оно сможет активировать сам амулет. Перед полной консервацией этой лаборатории я настроил этот портал на приём, так сказать, оставил последнюю надежду магам Свободных территорий на возрождение. Активация портала активировала и меня.

– Значит, статуэтка, которую разбила пуля в моём мире, была тем самым амулетом возврата?

– Именно так. Видимо, ты передал ей достаточно магической Силы, чтобы амулет смог сработать и открыть пространственный переход для тебя.

– А как же моя одежда, зажигалка, которую я использовал после переноса?

– Сам проверь, – усмехнулся Хранитель.

Опустив глаза, я увидел, как моя одежда моргнула и изменила свою форму и цвет. Теперь я сидел в некоем подобии кожаных штанов, кожаной безрукавке и мягких полусапожках. Карманов как таковых не было, так что попытки найти зажигалку я даже не стал делать.

– Твоя одежда – это иллюзия. Свет от зажигалки, который я транслировал тебе в мозг, позволил мне довести тебя до сферы Горта. Когда ты наложил руки на неё, я смог заполнить свой магический запас и активировать все доступные мне функции.

– Да, О'Нос, сделали вы мне беременную голову. А мой магический запас?

– А твой запас сейчас пуст. Не переживай, он постепенно наполнится, все лаборатории размещены в местах пересечения линий Силы, и эта – не исключение.

– И какие планы в отношении меня?

Хранитель пристально посмотрел на меня:

– Ты, Рост, сейчас последняя надежда магов Свободных территорий на возрождение. Без твоей помощи и доброй воли я не смогу восстановить магические резервы других Хранителей. А без их знаний и возможностей у меня нет шансов доработать портал, чтобы вернуть тебя в твой мир.

Я задумчиво посмотрел на свою одежду, на Хранителя, перевёл взгляд на портал. «Ну конечно, спаситель мира и т. д. А что, если Хранитель не совсем, скажем так, искренен со мной? Что, если портал благополучно работает и я могу в любое время вернуться обратно? Носатый в любом случае уже прочитал мои мысли…» Я перевёл взгляд на безмятежного Хранителя, который устремил свой взор на сферу Горта. Неторопливо поднявшись, я подошёл к порталу, наклонился к одному из четырёх металлических брусков, испещрённому волнистыми рисунками неизвестных мне рун. Осторожно провёл по ним рукой. Никаких ощущений… Вышел в центр каменной площадки, закрыл глаза, напрягся… Попрыгал, прилёг, полежал… О'Нос.

– Ты наш первый и единственный шанс за последние двести лет!

– Хорошо, что надо делать? – устало произнёс я.

– Для начала подождём, пока ты восстановишь свой магический резерв. Потом я пересажу тебе феррон – это магический материал, из которого созданы храны для душ. – Хранитель сделал несколько движений рукой, а когда остановился, то над его ладонью появился кусочек чёрного материала размером с небольшую маслину. – В феррон будет скопирована моя личность-дух, что позволит тебе использовать магические плетения и Силу. Тебе станут доступны мои знания, а когда мы активируем других Хранителей, то и их знания и возможности. Кроме того, пересадив тебе копию моей личности, мы сможем беспрепятственно общаться на любом удалении, когда ты покинешь лабораторию. Сейчас ты используешь всего лишь незначительную часть своего мозга, а с помощью феррона твой мозг постепенно задействует все свои ресурсы. Даже я до конца не знаю все последствия пересадки тебе феррона, могу только сказать, что без этого мы не обойдёмся.

– Сделаете из меня киборга, однако… Неужели нет другого варианта овладеть магическими знаниями, дыхательные упражнения там какие-нибудь, гимнастика и йога?.. Эта ваша личность-дух матрицу мне не перепрошьёт? – Что-то не очень мне хотелось запускать в свой перспективный организм чужеродные элементы.

– Другого варианта нет. Без инициации твоих магических способностей осмысленно управлять Силой ты не сможешь. В лаборатории без еды я не смогу долго поддерживать твой организм магической Силой. Маной сыт не будешь. – Хранитель улыбнулся, как акула в расцвете сил. – И ещё много «но» и «поэтому», из-за которых ты не сможешь и шагу сделать даже к выходу из комплекса.

За шесть часов до переноса

Утро началось как обычное утро понедельника. Нащупав мобильник, переставил будильник на звонок через десять минут. Полежал, отходя от сна, и, уже окончательно выключив вновь сработавший будильник, уныло поплёлся бриться-умываться. Хлебнул горячего кофе, проверил, выключен ли газ и отключён ли утюг, захлопнул за собой дверь и поехал на работу. Вдоволь насладившись всеми прелестями поездки в маршрутке, надышавшись свежим амбре перегара от помятого после вчерашнего отдыха пассажира, без десяти десять прибыл в офис. Традиционно сделав себе полкружки «рабочего» кофе, отправился в курилку послушать о вчерашних событиях в городе. Ничего необычного вчера не произошло. Валера с товарищем в очередной раз совершил вояж по ночным клубам, подробностями которого не преминул поделиться. Согласившись с ним, что, мол, «девушки пошли сейчас не те… я девушка порядочная, поэтому дорогая… и так далее», запивая сигаретный дым крепким кофе, прослушал животрепещущую историю Сани, что у него дома скалярии слопали мальков гуппи. Наши рекомендации по созданию в аквариуме охраняемой зоны для мальков гуппи были прерваны звонком зама, который вызывал меня к себе через пять минут.

Захватив на всякий случай блокнот с ручкой, через четыре минуты постучался в кабинет зама.

– Войдите.

– Вызывали, Сергей Николаевич?

Сергей Николаевич Реутов, наш бессменный заместитель начальника отдела уже на протяжении пяти лет, отложив в сторону какой-то документ, указал мне на стул напротив него. Пока я усаживался, придвинул себе свой блокнот, что-то почеркал в нём и только тогда обратился ко мне:

– Олег, через час выезжаешь с группой на мероприятие. Указание самого… – Зам указал пальцем в потолок. – Действуете по стандартной схеме. Вот данные и адрес заказчика. – Реутов передал мне исписанный мелким почерком лист бумаги. – Он сам будет вас встречать.

Когда разобрал фамилию заказчика, я сделал круглые глаза и поднял вопросительный взгляд на зама.

– Да, известная в городе личность, правая рука мэра, меценат и коллекционер, – кивнул зам. – Вчера вечером в Интернете появилась статья, содержащая, по мнению заказчика, данные, которые без использования техники у него «позаимствовать» не могли. Кроме этого, у заказчика серьёзные политические и бизнес-разногласия с несколькими влиятельными группировками в городе. Возьмёте на всякий случай машину наружки, экипаж Леонова – я его предупредил. Что-то не очень хорошие у меня предчувствия. Олег, будьте поаккуратней, да «прощупай» охрану, опроси по поводу визитов в последнее время сотрудников Горгаза, Зелентреста и так далее на объект. Жучки могли попасть на территорию и с посторонними. Короче, сам знаешь, что делать. Будут новости – звони, – закончил Реутов и кивком дал мне понять, что я свободен.

«Заказ как заказ. Не часто, конечно, такого уровня, но ребята свою работу знают, если что-то стоит, найдём», – решил я и отправился раздавать группе ЦУ.

Пока ребята загружали своё оборудование в нашу «газель», заскочил в кабинет и кинул в наплечную кобуру свой травмат, «Форт-14», он же – устройство для отстрела резиновых пуль. Что-то беспокойство Реутова передалось и мне. Услышав адрес заказчика, наш водила Петя удивлённо хмыкнул, завёл машину, и «газель», мягко шурша колесами, выехала из дворика фирмы. Я достал из бардачка рацию и вышел на связь с Леоновым:

– Фёдор, привет. Это Рост. Мы выехали, что там у вас?

Через пару секунд Леонов ответил:

– Мы на месте, всё тихо. Заказчик десять минут назад прибыл с охраной на точку. На стоянке возле офиса бизнес-центра стоит пара подозрительных машин, сейчас мой человек их осмотрит.

– Остаюсь на связи, будем минут через пятнадцать.

Оставив рацию на приёме, я положил её на торпеду. Мы ехали в район города, который стал за последние несколько лет экономическим центром региона. Насколько я знал, заказчик, пользуясь своими связями на самых верхах, выкупил лет десять назад практически весь квартал. Раньше там были расположены несколько длинных двух– и трёхэтажных зданий, которые были простроены ещё до революции. Не знаю, правда это или нет, но мой товарищ утверждал, что до революции в них располагались несколько вполне официальных публичных домов. Я ему верил: планировка зданий и их расположение в районе между историческим центром города и крупным морским портом вполне соответствовали истине. Пара домов, жильцы которых отказывались продавать свои квартиры заказчику, как бывает, сгорели. По результатам экспертизы пожарные установили, что один сгорел из-за короткого замыкания, второй подожгли бычками бомжи. Вот ведь растяпы! А то, что два дома сгорели с небольшими промежутками во времени и в последующем их выкупил один человек, никого не волновало. Упорные жильцы сгоревших домов, отказывающиеся продавать свои квартиры за полцены, получили в итоге вообще копейки и в буквальном смысле слова были выброшены на улицу. То, что заказчик начинал строить свою империю ещё в лихие девяностые, ни для кого не было секретом. И то, что сейчас он находится в верхушке городской и региональной власти, сакральной чистоты ему не добавляло. Перманентная борьба за бизнес и власть, конечно, не достигала уровня боевых действий девяностых, но время от времени выплёскивалась на улицы в виде быстротечных перестрелок и подорванных машин.