Александра. Книга первая. Начало

От автора

Дорогой читатель, я рада, что ты выбрал мою книгу, и искренне надеюсь, что она подарит тебе незабываемые впечатления. Мне хочется, чтобы ты смеялся вместе с героями, переживал за них и с ними; чтобы та карусель эмоций, которую я для тебя подготовила, закрутила вихрем и пронесла по всем страницам.

«Начало» – только первая книга из четырех в цикле «Александра», и я обещаю тебе, что чем дальше ты зайдешь, тем интереснее будет казаться все вокруг. И помни, что главное правило книги: «Все не то, чем кажется».

Не могу не поделиться с тобой музыкой, которая вдохновляла меня во время работы над книгой. Композиции в плейлисте собраны в хронологическом порядке.

Apashe – Lord & Master (Пролог)

Evanescence – All That I Am Living For (1 глава)

Halsey – Still Learning (3 глава)

Kim Dracula – Paparazzi (3 глава)

Halsey – Castle (4 глава)

Evanescence – Bring Me to Life (5 глава)

Halsey – Control (7 глава)

Within Temptation – Our Solemn Hour (8 глава)

Stephen Swartz feat. Joni Fatora – Bullet Train (12-13 глава)

Evanescence – Made Of Stone (13 глава)

Evanescence – Tourniquet (14 глава)

Evanescence – Imaginary (14 глава)

Fytch feat. Neia Jane – Levitate (15 глава)

Gemini ft. George Maple – What So Not (16 глава)

Echos – Guest Room (Lyrics) (18 глава)

Zeds Dead & Jauz – Lights Go Down (PEEKABOO Remix) (20 глава)

Silent Child – F*** You (24 глава)

Really Slow Motion – Sunder (29 глава)

Zayde Wolf feat Ruelle – Walk through the fire (31 глава)

Evanescence – The Only One (32 глава)

Evanescence – Good Enough (36 глава)

Grabbitz – Here With You Now (38 глава, к рассказу о В…)

Within Temptation feat. Keith Caputo – What Have You Done (39-40 главы)

Zayde Wolf feat Neoni – Oblivion

Shah – What You Want (41 глава)

Kazukii – Need (41 глава)

Sam Tinnesz feat. Yacht Money – Play with Fire (42 глава, первая часть)

Paramore – Future (42 глава, третья часть)

UNSECRET & MØØNWATER – Only The Beginning

Ссылка на полный плейлист:

Плейлист «Александра. Начало»

Пролог

День обещал быть теплым: раннее утро радовало ясным небом, мелкая роса еще не сошла с густой зелени, покрывающей землю.

Ее взгляд упал на грязный подол любимого аквамаринового цвета платья с серебристыми узорами. Она часто надевала его к обеду, когда хотела задобрить маменьку. Надела его и в тот вечер, когда сразу после затяжной ссоры, которую, казалось, слышала вся прислуга, сбежала из родного дома, оставив прежнюю жизнь и прошлую себя запертыми в большой красивой комнате: шикарной, но бездушной.

На глазах тотчас выступили слезы, едва она вспомнила, как неслась с любимым через лес, надеясь, что родители еще не скоро хватятся ее. А впереди – неизвестность.

И вот, спустя пару дней после побега, она стоит на пороге высокой полусгнившей хижины: их временного пристанища на пути к новому дому. Но почему же она не чувствует себя счастливой, если ее любимый наконец рядом? Ведь их ждет светлое будущее, о котором она мечтала с тех самых пор, как, гуляя по саду около дома, увидела его, молодого парня с длинными русыми волосами и светлыми глазами.

Скрипнув, дверь тяжело отворилась и застыла. В доме – тишина. Несмотря на солнечное утро, внутри царил полумрак. Свет пробивался через маленькие окна, коих было на весь дом всего три; в тусклых лучах плясали и играли пылинки. Все здесь было ей немило, но это непременно исправится, ведь так?

Сердце неприятно сжалось, в груди забилась маленькая тревога. Почему в доме так тихо? Она негромко позвала его по имени и прислушалась, ожидая ответа. Но его не последовало. Может, ушел на охоту? Но ведь всю ночь выли волки, опасно углубляться далеко в лес. «Может, он наверху», – подумала она. Сжимая в руках корзинку, она шагнула на первую ступеньку и остановилась, вздрогнув от скрипа половиц: в тишине звук показался зловещим. Что за глупости. Бояться нечего. Даже если их нашли, родители никогда не причинят им вреда.

Отбросив сомнения, она двинулась наверх и в конце лестницы остановилась около единственной двери внутри дома. Теперь она снова чувствовала себя маленькой перепуганной девчонкой, и ей хотелось побежать к отцу, который непременно защитит ее от всех напастей. Он был высоким мужчиной, пожалуй, самым высоким из всех, кого она встречала, настоящим воином, охотником. Она всегда знала, что рядом с ним она в безопасности, и, представляя, что рядом с ней сейчас отец, она осмелела и шагнула внутрь комнаты. И замерла.

Корзинка грохнулась на пол, ягоды рассыпались по коридору и покатились дальше, падая с лестницы вниз. Сердце забилось медленно, но гулко, глаза наполнились ужасом, руки оцепенели. Она увидела его, своего любимого, ради которого предала семью, с кем мечтала провести всю жизнь вместе, а теперь… Теперь его бездыханное тело лежало на полу, серые глаза застыли, уставившись в потолок, кожа – белая, будто прозрачная. Он мертв. Осознание этого не сразу пришло к девушке, она несколько минут стояла в дверях, пытаясь совладать с ужасом, накрывшим ее. Из глаз градом потекли слезы, и она бросилась к нему, пытаясь растормошить мертвое тело, будто надеялась, что он просто уснул. Как же так? Он мертв!

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем девушка поняла, что его больше нет. Она приподняла голову, оторвавшись от его груди; рубашка была мокрой от ее горьких слез. Она смотрела на лицо возлюбленного и пыталась угадать, что же стало причиной его смерти. Мысль больно пронзила голову: он умер не своей смертью. Но если так, значит, кто-то его убил. И этот кто-то – рядом, ведь девушка ушла всего час назад, и тогда любимый был еще жив. Ей стало поистине страшно. Что же делать?

Мысли неслись бешеным галопом. Стоит ли оставаться в хижине, если возлюбленного больше нет? Но и бросить его она не могла, она любила его. Странное чувство внутри нее подсказывало бежать. Бежать домой. Эта крошечная мысль разрасталась с дикой силой, пока не завладела ее сознанием, и отпрянув от мертвого тела, она, спотыкаясь, направилась к лестнице.

На дрожащих ногах она выбиралась из хижины. Но как узнать в какой стороне дом? Оглянувшись по сторонам, она бросилась туда, откуда, ей казалось, они пришли несколько дней назад, когда бежали от ее родителей. А теперь, она, кажется, возвращается к ним.

Она неслась что есть силы, надеясь, что направление верное. Хруст веток под ногами и собственное прерывистое дыхание только нагоняли ужас. Ноги путались в длинном платье, и она старалась подхватить его еще выше, чтобы пышные юбки не мешали бежать. Платье не предназначалось для прогулок в лесу и уж тем более для побега. Оно было парадным, призванным украшать свою обладательницу, показывая ее в лучшем свете. А сейчас это ничтожный, кричащий своим шиком кусок ткани, много кусков ткани, которые мешали и цеплялись за острые ветки кустов, оттягивая ее назад.

 Грудь неистово болела, легкие горели, и ей казалось, что еще немного – и она захлебнется кровью. Лес сменился небольшой поляной с высокой травой. Девушка застыла, судорожно осматриваясь по сторонам, пытаясь вспомнить, видела ли ее ранее. Может, стоит бежать левее… или правее… Сердце больно кольнуло, будто на него попал крошечный уголек, прожигая собою дыру.

Некогда сомневаться, нужно бежать дальше, надеясь, что сердце подсказывает верный путь. Едва она сделала шаг, как увидела впереди какое-то движение. Сначала подумала, что ей показалось, но даже сейчас раздраженными от слез глазами она видела между деревьями две фигуры, плавно приближающиеся к ней. Сердце не оборвалось от ужаса, нет, – оно, казалось, воспламенилось. Она подняла руку и прижала ее к груди, стискивая так, будто надеялась потушить пожар.

Мужчина и женщина остановились на опушке, не выходя из-за деревьев. Их пристальный взгляд прожигал ее, приковывая к месту. Нужно убегать, но что-то ее держало. Девушка понимала, что теперь она от них не скроется. Почему-то у нее не было сомнений, что эти двое знают, где находится хижина, они знают, что в ней сейчас лежит тело ее любимого, и она чувствовала, что приходили они вовсе не за ним.

Незнакомцы были одеты довольно странно, это не могло не бросаться в глаза. На женщине – прямое цельное платье из дешевой ткани цвета разбавленного вина, под горловиной – пуговицы, только они и украшали это старомодное одеяние. Так уже давно никто не ходит, даже крестьянские девушки норовят украсить свои юбки цветастой тканью и надеть корсет. У женщины и волосы были распущены: пышные длинные локоны спадали ниже талии.

Мужчина же был одет еще несуразнее. На нем только рубаха без рукавов, подвязанная не ремнем, а веревкой. Даже обуви нет, он стоял босиком.

Женщина склонила голову набок, мужчина же стоял прямо, будто выжидая чего-то.

– Это она? – спросил свою спутницу мужчина. Женщина присмотрелась и кивнула. Мужчина растянулся в злорадной ухмылке.

Сердце оборвалось, а на его месте образовалась зияющая дыра, наполняющаяся огнем. Девушка инстинктивно сделала шаг назад. Под ногами хрустнула ветка, и девушка вздрогнула от неожиданности. Она оглянулась, намереваясь все же попробовать сбежать, ведь расстояние между ними даст ей небольшую фору. Но мужчина в одно мгновение оказался рядом, и девушка всхлипнула от испуга.

– Боишься? – спросил он, глядя на нее сверху вниз. – Поначалу все боятся.

Его голос звучал жесткими струнами, больно ударяя по ушам. В груди разразился настоящий пожар, руки задрожали. Она осмелилась поднять на него глаза, и паника сменилась ужасом. Его смуглая кожа отдавала металлом, глаза были налиты кровью. Он смотрел на нее взглядом охотника, настигнувшего свою жертву, но в нем не было ненависти, скорее… желание. Дивный цвет глаз, рубиновый; ей никогда не доводилось видеть что-то подобное, но эта особенность не восхищала.

– Мне нужно домой, прошу вас… – прошептала она. От ее мольбы улыбка на его лице стала только шире.

– Ты сможешь вернуться домой. Позже, – самодовольно ответил он. – Если захочешь.

Теперь она осознала, что бежать больше нет смысла. Она отвернулась от мужчины, и в это мгновение перед глазами оказалась женщина, его спутница. От неожиданности девушка пошатнулась, но мужчина схватил ее за плечи. Кожа под его ладонями горела, хоть его руки казались холоднее льда. В груди жгло все сильнее, и дрожь теперь полностью завладела ее телом.

– Ты? – спросил мужчина, поворачиваясь к своей спутнице.

– Боюсь, я не смогу, – покачала головой она. – У нас мало времени.

Мужчина сделал глубокий вдох, и она почувствовала, как напряглись его руки, стало невыносимо больно, он сдавил ее плечи каменной хваткой. Она снова всхлипнула от ужаса.

– Тише-тише, – прошептала женщина, но, кажется, не ей, а мужчине. Он тяжело выдохнул и ослабил хват.

– Потом непременно нас поблагодаришь, – сказал он и с этими словами склонился над девушкой, будто в поцелуе, но опустился ниже, коснувшись губами ее шеи.

Резкая боль пронзила тело. Воздух вылетел из легких так, будто ее ударили в грудь. Ей хотелось закричать, но она не могла. Наверное, она умерла.

Мужчина отпустил ее и отклонился назад, она увидела его улыбку, услышала смех женщины, заметила, как блестели его рубиновые глаза, но ее собственные – мутнели, и все вокруг постепенно окутывалось туманом. Кожу обжигало, сердце внутри горело так, словно на грудь положили раскаленный металл. Но с уст не сорвалось ни звука.

– Что ты наделал? – голос женщины звучал слишком далеко, гул в ушах мешал сосредоточиться.

– То, что должен был…

Гул разрастался все сильнее, заглушая собою слова.

– Нужно оставить ее здесь.

– Нет, ее нужно доставить им, – ответил мужчина.

Она слышала, что незнакомцы говорили что-то еще, она изо всех сил старалась их услышать, но только в крошечные просветы в сознании ей удавалось сосредоточиться на словах.

– Она уже мертва, – сказала женщина.

Мертва… Неужели и правда умерла?

– Уверена? – спросил ее мужчина. Под его ногами громко захрустели ветки, этот звук показался слишком четким. – Как это произошло? Я все сделал быстро.

Как бы она ни старалась уловить еще хоть слово, но ничего, кроме гула, больше не слышала. Тело горело. Может, незнакомцы, посчитав, что она мертва, решили сжечь ее? Двигаться было невозможно, она пыталась слезть с кострища, перекатиться в сторону или хотя бы моргнуть, но все без толку. Она старалась ухватиться за соломинку сознания, пыталась осмыслить, что произошло, зачем убили ее любимого, зачем убили ее, откуда они ее знают и почему она все еще может думать, но не может двигаться. Вопросы сыпались на нее, но ответов не было. Кажется, тех, кто мог бы ответить, тоже больше нет. Теперь она одна. Она просто надеялась, что действительно умерла. Возможно, там, на другой стороне, она увидит его, а когда-нибудь и своих родителей и попросит прощение за содеянное.

Возможно, однажды…

Прошло два дня. Ночь постепенно сменялась рассветом. Легкое дуновение ветра тормошило ветки деревьев, шелест листьев приятно ласкал слух. Платье насквозь промокло от росы и дождя, который шел в лесу вчера с вечера до глубокой ночи. Холода она не ощущала. Поначалу это было из-за жжения на коже и огня, что сжигал ее внутри. Потом все прошло, и она перестала ощущать что-либо. Только нестерпимую душевную боль, тоску и страх. Гул в ушах исчез еще ночью. Она лежала, не в состоянии пошевелиться, слушая дивное пение сверчков, шорохи мышей в их норах, слышала, как рядом с ее телом проползла змея. Она чувствовала запах дождя, чистый и приятный, ощущала запах земли и гнилых листьев, вдыхала запах ромашек, пытаясь вспомнить, видела ли она их на поляне, а еще – аромат ее любимой лаванды.

Она надеялась, что умерла. Ждала, когда ее дух сможет оторваться от бренного тела, и она увидит его. Но туман в глазах постепенно рассеивался. Стали появляться ярко-розовые облака, окрашенные восходящим солнцем.

Наступил рассвет.

Глава 1. Первые симптомы

Сегодня я проспала. Рассвет наступил час назад, а я только выбралась из своей берлоги и теперь на всех парах мчалась к любимому месту. Который раз я еду по этой дороге и не перестаю восхищаться красотой вокруг. По обе стороны от меня – густой темный лес, деревья плавно спускаются с холмов к дороге, их кора, полностью поросшая мхом, просматривается только ближе к верхушке. Надо же, им явно не одна сотня лет. Холмы будто подбрасывали и без того высокие деревья еще выше, и те казались просто огромными, они словно следили за путниками, направляющимися на пляж.

Глубокий вдох – мох и хвоя, смешанные с солью. Солнце спрятано за плотной пеленой туч, но дождя, кажется, не предвидится. Тем не менее пасмурная погода должна отпугнуть желающих искупаться, а потому это отличное утро для того, чтобы прокатиться на байке к океану. Должно быть, в такой ветреный день много волн.

Дорога повела вправо, и я послушно последовала за ее изгибом. Хорошо хоть, оказалось, что я умею водить мотоцикл, а о том, как он у меня появился, лучше не вспоминать. Иронично, что даже после потери памяти я уже успела влипнуть в историю, которую хотела бы забыть.

Две недели назад я проснулась в лесу без единого воспоминания о том, кто я, не говоря уже о том, что я там делала. Мимолетные вспышки в голове не могли быть воспоминаниями, хоть и казались довольно реальными. Уж слишком странно их содержание.

Ни в новостях, ни в газетах не говорится о пропаже похожей на меня девушки. Значит, меня никто не ищет, и я пока не понимаю, хорошо это или плохо.

Возможно, все было бы намного проще, если бы я не боялась идти в полицию или в больницу. Но единственное, что позволяло сделать хоть какие-то выводы о моей личности, это документы, которые я нашла при себе в старой кожаной куртке. Правда, они оставляли еще больше вопросов, потому что, судя по ним, возможно, я тот человек, которого в полиции будут очень рады встретить.

Вдалеке что-то блеснуло. Повеяло прохладным соленым ветром.

Доехала я подозрительно быстро, дорога к океану заняла в два раза меньше времени, чем обычно. Из-за витающих мыслей и отсутствия машин я, наверное, не заметила, как добавила газу.

Заехав на небольшую пустую стоянку перед океаном, я заняла дальнее место, заглушила двигатель и ловко соскочила с мотоцикла.

Я угадала по всем пунктам: волн много – людей мало. Всего одна компания молодых смеющихся ребят.

Предпочитая не обращать на них внимания и главное – не привлекать его к себе, я направилась вдоль пляжа к облюбованному мною валуну, каждым шагом нарушая идеальную гладь черного песка.

Опершись на излюбленный камень, я стала наблюдать, как волны, одна за другой, вырываются из общей «стаи», и каждая словно пытается переплюнуть предыдущую. Будто они поспорили – кто выше всех поднимется, тот и главный, совершенно забыв, что являются частью единого целого.

С наслаждением вдыхая прохладный морской воздух, я закрыла глаза. Порывистый ветер тормошил волосы и словно развеивал невеселые мысли. Крик чаек звучал, как колыбельная – они пролетали мимо маленькой группой, пытаясь догнать ту, что только что вырвала из воды рыбу.

Подчинившись внешнему умиротворению, я позволила сознанию ненадолго отключиться, чтобы ни о чем не думать. Из приятной дремоты меня грубо выдернули крики шумных ребят.

Потерев уставшие глаза, я отодвинулась от камня, на котором так безмятежно разлеглась, и подошла к линии, которую только что начертила очередная волна. Может, я умерла и поэтому ничего не помню? Или это что-то вроде второй жизни. Отлично, я совсем свихнулась. Вот что происходит, когда слишком много размышляешь и мало спишь. Меня все еще каждую ночь мучат кошмары, похожие друг на друга.

Поток внезапно взбунтовавшегося сознания прервал еще один визг случайных соседей. Я краем глаза взглянула на них. Высокий смуглый парень поднимается с песка и что-то бормочет себе под нос. Его друзья заливаются смехом. Любопытно, что из этой компании четверо парней странно похожи: у всех смуглая кожа, черные короткие волосы и невероятный рост, будто передо мной часть баскетбольной команды. Может, они братья?

Но один парень сильно выделялся среди своих друзей. Невысокий, худощавый, со светлыми длинными волосами, завязанными в хвост, и бледной кожей. Он толкнул близстоящего друга, и тот смиренно поджал губы, перестав смеяться.

Я тяжело вздохнула. Пожалуй, сегодня не тот день, когда можно спокойно наслаждаться океаном и его умиротворяющим шумом. Пора возвращаться в город. С этими мыслями я поспешила к стоянке, стараясь не поднимать голову. Проходя мимо компании, я убедилась, что решение было более чем правильным. Судя по настрою парней, потасовки не избежать.

– Ну, ты напросился, – пнув товарища в бок, парень продолжил отряхиваться от песка. – Спорим, не пройдет и минуты, как ты будешь молить о пощаде?

– На что спорим? – собеседник явно принимал вызов. Компания тут же воодушевилась, предлагая свои ставки. – Ну, давай, Джон, нападай.

Пара секунд – и я услышала глухой удар, а следом громкое пыхтение. Не справившись с любопытством, я все же оглянулась. Оба парня валялись на земле, пытаясь друг друга побороть. Ну и смешные же они.

Быстро добравшись до стоянки, я села на мотоцикл, но не спешила его заводить. Еще раз окинув взглядом океан, я вдруг почувствовала сильную тоску, сравнимую с той, когда навсегда покидаешь родной дом. Будто я никогда его не увижу.

Странное, немыслимое притяжение.

Что за глупости, я ведь знаю, что приеду сюда завтра, как делаю это последние две недели. Но как же не хочется уезжать. Глубоко вздохнув, я все же прогнала навязчивые мысли прочь – на сегодня хватит глупостей. Мотор взревел, и мотоцикл погнал по хорошо знакомой дороге, но уже в другую сторону.

***

В спину все еще дул сильный западный ветер, хоть свежий соленый запах океана давно сменился городским с примесью мха и выхлопных газов. Сквозь деревья показались первые дома. Многоквартирных зданий в городе мало, в основном маленькие двухэтажные или одноэтажные домики с красивыми, ухоженными газонами и серыми крышами.

По дороге в город я решила наконец перейти от слов к делу. Две недели я потратила на то, чтобы сидеть и страдать в доме или стоять и размышлять на пляже, попутно изучая непонятные для меня бумажки, найденные в куртке в ночь моего пробуждения.

На первый взгляд, безобидные документы: два паспорта – США и Великобритании, водительские права, документы на продажу земли и два круглых счета в банке. Все бы ничего, но документ о продаже с моим именем датируется 1995 годом, что на пять лет раньше моего года рождения. А еще мне кажется странным момент с деньгами. Первый счет был открыт на мое имя тоже за пять лет до моего рождения, но он закрылся месяц назад, а деньги с нехилыми накопленными процентами мигрировали на второй счет.

Дровишек в огонь подозрений подкидывают паспорта, выданные чуть больше месяца назад. А еще письмо… Безумно странное письмо с парочкой абзацев слезливого, непонятного мне содержания и множеством загадочных пунктов, похожих на руководство. В том, который я запомнила лучше всего, так и говорится: «Выбравшись из города, сразу иди в банк на улице Кинг-Уильям-Стрит, 9. Спроси Джошуа Борнса, скажи, что от меня. По твоим глазам он все поймет и даст тебе необходимые бумаги. Он не станет задавать лишних вопросов, я обо всем договорилась. Твои деньги должны быть переведены на другой счет».

Итого: у меня имеется денежный счет, банковская карта, от которой я, естественно, не помню пароля, и смутное положение в обществе. Вопрос: кто я такая и что наделала?

Мне необходимо разобраться не только с тем, что я сделала, но еще и понять, почему в ходе этого я отключилась посреди леса и очнулась уже без памяти. В приоритет я решила поставить второе, почему-то это пугало меня больше всего. К тому же, если я действительно что-то натворила, оно рано или поздно меня догонит. Не знаю, кем я была в прошлой жизни, но после угона мотоцикла две недели назад у полиции точно будут ко мне вопросы. Кроме того, это многое говорит о моей натуре, ведь хорошему человеку вряд ли придет в голову украсть чужой байк.

По этой же причине мне нельзя идти в больницу, ведь они обязаны передать информацию о человеке без памяти в полицию для установления личности. Одно дело, если бы я обратилась за помощью, как только поняла, что с памятью не все в порядке. Совсем другое – если я при этом в сомнительном припадке угнала мотоцикл. Интересно, что грозит за кражу имущества человеку, у которого провалы в памяти? Будет ли это смягчающим обстоятельством? Представляю себя на суде: «Я думала, это мой мотоцикл, я ведь все забыла, какая неловкая ситуация получилась».

Все эти мысли настойчиво не давали мне вчера уснуть, но благодаря им у меня появилась идея. Если я не могу обратиться к специалистам, то нужно хотя бы попробовать самостоятельно разобраться в своей проблеме. Ведь я могу изучить свои симптомы и хотя бы попытаться понять, что произошло. Не могу же я совсем ничего не делать.

Так как денег посчитано на дни вперед, покупка новых книг была мне не по карману. Повезло, что в Силенсе есть крупная библиотека с сотнями книг, к ней я и направилась.

Преисполненная решимостью, я быстро доехала до нужного места. Библиотека представляла собой огромное здание из коричневого кирпича с многощипцовой черной крышей, к главному входу вела широкая бетонная лестница, а наверху в ряд выстроились массивные белые колонны. Перед лестницей располагалась большая парковка, где я и припарковалась.

Заглушив мотор, я заметила, как проходящий мимо парень чуть шею себе не свернул, а девушка у столба, и вовсе забыв о своей собеседнице, прищурившись, уставилась на меня. Мисс Браун, моя домовладелица, предупреждала, что в Силенсе нечасто появляются гости, но я не ожидала, что жители настолько не привыкли к новым лицам.