Блог Бабы Яги

* * *

Ягу нельзя рассматривать как человека, ее нужно принимать как явление. Нити, которыми сшит ее характер, гораздо крепче обычных – они железные.

Сколько раз мы думали, что все пропало, что нам конец и Лукоморье сгинет, но она шла вперед сквозь все препоны. «Помирать – так с музыкой!» – таков ее девиз.

Летописец Тихон, заметка из книги отчетов «Яга новой эры»

Вакансия

Январь 2019

– Здравствуйте! Меня зовут Янина Воронцова. Я по объявлению, звонила вам утром. Вакансия на роль Бабы Яги.

– Ах да, конечно. Проходите, присаживайтесь.

Серьезная девушка лет двадцати на вид, в очках и с папкой в руках, уверенно села в кресло напротив рекрутера, заправила рыжую прядь за ухо и сдержанно улыбнулась. Безликая женщина в сером скучном костюме и с пучком на затылке (выйди за дверь – и не вспомнишь, как выглядит) в ответ дернула уголком рта и щелкнула мышкой, что‑то открывая в компьютере.

– Итак. У вас есть портфолио, и в резюме указано, что опыт работы аниматором – три года.

– Да, – весело сверкнули за стеклами зеленые глаза, от кивка непослушная прядь снова упала на лицо. – Я бы хотела добавить в свои роли и Бабу Ягу.

– Похвальное желание, горизонты необходимо расширять. Наша компания государственная и узкоспециализированная – мы поставляем на праздники леших, домовых, русалок, и никаких супергероев и трансформеров. Вы, возможно, не в курсе, но спрос на сказочных персонажей очень велик, и мы отдаем предпочтение постоянным актерам. Заработная плата – стабильный оклад вне зависимости от наличия заказов, соцпакет, официальное трудоустройство и даже личное жилье.

– Жилье?

– Да, именно так. Квартира‑студия. Вы же иногородняя студентка, Янина, в общежитии живете?

– Да, верно. Но собственное жилье, вот так просто?

– Не совсем. Пока вы работаете на нас, других ролей у вас не будет. Это правило. Актер должен являться по вызову. Вам подходит?

Янина прикусила губу и задумалась. Перспективы съехать из общаги в квартиру, больше не видеть тараканов и соседей по комнате и приходить когда вздумается, а не торопиться до комендантского часа, очень вдохновляли. Она и не рассчитывала на такие условия. И все же.

– В вакансии не было такой информации.

– Конечно нет. Иначе в приемной стояла бы толпа халявщиков. А вы девушка серьезная, как я вижу, и по типажу нам подходите. Предложение будет аннулировано, если вы выйдете за дверь, будет жаль потерять такой кадр. – Рекрутер подала девушке стопку бумаги. – Если раздумываете, то ваш оклад прописан во втором абзаце первой страницы, обратите внимание.

Янина наклонилась вперед, нашла цифры и округлила глаза. Безликая женщина подала ей ручку, и после беглого просмотра контракта девушка поставила подпись на каждой странице.

– Поздравляю, вы наняты в компанию «Лукоморье» штатной Бабой Ягой. Вот ключи от квартиры, там же найдете необходимый реквизит, адрес указан в контракте. – Безликая подала конверт с ключами и снова «улыбнулась»: – Ожидайте звонка.

Янина как во сне шла к двери, не веря своему счастью.

– Позовите Кощея, пожалуйста, он в приемной.

* * *

Девушка с объемным чемоданом стояла у входной двери по означенному адресу, теребя в руках связку ключей, не решаясь войти. Наконец любопытство взяло верх. Тряхнула локонами, выдохнула, открыла свою квартиру, щелкнула выключателем.

Маленькая студия в деревенском стиле, чисто, прибрано и очень антуражно: пучки трав, котелки разных размеров, черепа животных, какие‑то банки на полках, открытый шкаф с одеждой. В одном углу что‑то похожее на большую бочку с метлой внутри.

– Мя‑я‑яу‑у‑у!

Янина подпрыгнула и взвизгнула от неожиданности. Черный кот бросился под ноги и, продолжая мяукать, стал тереться вокруг.

Девушка присела на диван, вздохнула и открыла контракт, желая убедиться, что не спит.

Мелкий шрифт на последней странице гласил:

«Штатная Баба Яга ООО „Лукоморье“ нанимается один раз до конца срока службы, равного пятистам пятидесяти пяти годам. Срок жизни работника продлевается автоматически магическим путем без участия работника. Со службы нельзя уволиться, нельзя умереть, нельзя не исполнять обязанности».

– В смысле? – хихикнула девушка.

– В прямяум смысле, хозяйка.

Черный кот сел рядом и асинхронно моргнул желтыми глазами:

– Добро пожаловать домой, Баба Яга. Мыр‑р.

* * *

«Со службы нельзя уволиться, нельзя умереть, нельзя не исполнять обязанности», – гласит контракт.

Играла с котом в гляделки. Кот выигрывал.

Происходящее не укладывалось в голове. Все, что случилось вечером, – привиделось, и не более того: после слов про «Добро пожаловать домой, Баба Яга» в квартире больше никто не разговаривал, только нервно хихикал и иногда бурчал под нос литанию против страха, да и то не целиком, а пару строчек. И это был не кот.

– Давай уже, осваивайся, надоело таращиться на тебя. Истеричка. Понаберут по объявлению «Хочу работать Бабой Ягой»…

Кот нахально отвернулся, задрал лапу и принялся вылизываться под хвостом.

Все‑таки он говорящий. Должна заметить, что наряду с речью недурно было бы обучить его еще и манерам.

* * *

Мой кот – мохнатый комок дерзости.

– Как тебя зовут? – спросила я, немного придя в себя. «Кот Бегемот, наверное».

– У меняу нет имени.

– Почему у тебя нет имени?

– Мняу его должна дать хозяйка, такие правила. И чтоб ты знала – мы партнеры, побольше уважения! Так что никаких Василиев, Мурзиков и прочих. Я только месяц назад выпустился из Академии магических компаньонов и просиживал мех в пустой квартире, пока тебя не наняли.

– И как тебя в твоей Академии называли, чтобы идентифицировать?

– 645‑в.

– Интересно…

Я осмотрела небольшую кухню в поисках самого необходимого в сложных ситуациях – чая. Чайник и кружка никуда не прятались, а вот главный ингредиент антистресса…

– Чай в пакетиках в крайнем левом шкафу, – смилостивился кот. – Сахар там же.

– Ага, с‑спасибо.

– Пожалуйста.

– Меня зовут Янина.

– Сойдет, – фыркнул кот и поудобнее устроился на диване. – Сапоги сними, натоптала.

– Ничего, это теперь моя квартира, я и уберу, – осадила я нахала, но забытые сапоги сняла.

Пока чайник закипал, еще раз просмотрела контракт.

– А на работу нам вместе ездить?

– Аниматором яу не нанимался, это ты.

– Ну ладно.

– Ты хоть знаешь, кто такая Баба Яга?

– Читала сказки. – И снова осмотрелась. – Значит, я должна поселиться в избушке, или… Теперь изба Яги выглядит так?

Горячая кружка грела руки и как‑то заземляла в этой ирреальности, но взгляд, как магнитом, притягивался к контракту.

– Нет, изба будет, но позже, – с ленцой протянул кот.

– Я так и не поняла, кто ты такой.

– Яу твой компаньон и наставник, лучший выпускник Академии. Учить тебяу баб‑ёжеству буду яу. Путь труден, но, думаю, ты небезнадежна.

– Почему?

– Ты еще здесь.

Я не смогла сдержать смешок.

– Сама удивляюсь. Наверное, либо завтра ты замолчишь, либо я повредилась рассудком. В любом случае я отсюда не уйду, у меня контракт, хоть и странный. И в общежитие я не вернусь. Ну уж нет.

Поставила чашку и взялась за телефон. Кот, прищурившись, следил за каждым движением. Я же просто собиралась дать ему имя, раз уж так заведено… Что‑то соответствующее его внешности и характеру.

– Бафомет? Нет. Илларион? Нет. Люцифер?

Котяра удивленно вытаращил глаза. Ну что так сразу, я только список открыла. Взгляд зацепился за имя.

– Бальтазар.

Кот помолчал, потом просто кивнул. Отлично, вроде бы доволен.

* * *

Когда в окно на тринадцатом этаже постучали, я почти не удивилась.

За стеклом сидела ворона с конвертом в клюве. Я открыла створку, сказала спасибо и забрала конверт. Ворона‑почтальон, говорящий кот? Почему бы и нет.

– Там твояу зарплатная карта и магические документы, – пояснил кот.

И правда, обычная пластиковая карта известного банка с моим собственным именем, удостоверение, похожее на автомобильные права, только на полеты на метле и в ступе, и еще какой‑то маленький ключик, но не из металла, а прозрачный, с переливами.

– Для чего он? – спросила кота.

– Придет времяу – узнаешь.

– А на права сдавать не надо?

– Потом научишься. Единственное, что тебе в воздухе грозит, – обычные птицы.

Все как у людей: права купила, а научишься по ходу.

* * *

– Консервы мняу открой!

– Ты волшебный кот, сам открой.

– Так у меняу же лапки!

Шел второй день совместной жизни…

* * *

На учебу хожу, как обычно, вру только однокурсникам про жилье, мол, водить никого нельзя, строго следят. Сессия на носу, волнуюсь. Что родителям сказать – не знаю; хорошо, что они далеко, внезапно в гости не нагрянут.

Уживаюсь с котом как могу, вчера не разговаривал со мной весь вечер, обиделся. Кино смотрели, ну я и пошутила:

– А может, я буду как Джон Уик, а ты – как его собака?

– Совсем сдурела, рыжая? – Кот распушил хвост и злобно щелкнул зубами. – У него собаки меняются как перчатки.

– Ага.

– Я на тебяу жалобу подам, ведьма! За намеки…

Нежный какой, смотрите.

* * *

Получила первый заказ – детский день рождения. Обычный телефонный звонок из «Лукоморья», никаких тебе сов за окном, ворон с письмами, блюдец с яблоком. Волновалась страшно: вдруг у меня по случаю горб вырастет и нос с бородавкой? Обошлось. Собрала себе наряд из предоставленного реквизита, загримировалась – вышла Баба Яга с налетом цыганщины. Бальтазар поморщился, но промолчал. Отыграла успешно. Стало как‑то легче принимать реальность. Жду следующий заказ, живу хорошо, но странно.

Тут из шкафа выпали какие‑то древние книги с заклинаниями. Кот сказал: «Пора учиться, Бабуся Ягуся» – и прикрыл лапой морду, глумливый перевозчик блох. Сижу, изучаю заклинания в стиле «заставить гостя плясать», или «завязать язык узлом», или «заклинание для наращивания бородавок». Интересно, есть ли заклинание против котов со скверным характером? Пока не нашла.

* * *

– А что с моей предшественницей?

– На пенсию Ядвига вышла, живет в соседнем измерении с новым котом.

– Можно с ней поговорить?

Кот моргнул поочередно обоими глазами и дернул ухом:

– Ну‑у‑у… В правилах запрета на это нет. Тогда доставай ключик и оденься, не май месяц.

В недоумении стою перед собственной входной дверью, вставляю прозрачный ключик в замочную скважину. Ключ меняет форму в соответствии с замком.

– Чудеса! А я думала, какое‑нибудь зеркало будет и мы через него пройдем.

Бальтазар фыркнул:

– Такое только в кино бывает. Все подобные артефакты в «Музее истории магии», изъяты службой собственной безопасности. С этим ключом ты любую дверь порталом сделать можешь. Открывай, хозяйка.

* * *

Долго думала, что написать. Наверное, лучше подробно. Потом, лет через четыреста, память может быть уже не та: жизнь якобы продлевают (пока не могу сказать точно), а про память ничего не сказано.

В общем, за моей дверью оказалась другая дверь – деревянная, лакированная, с ручкой‑кольцом. Я постучала, дверь со скрипом отворилась.

Милая седая старушка в кресле‑качалке у камина, на коленях черный кот. Котелок бурлит, пахнет вкусно. Совсем не страшно: никаких тебе черепов человеческих и прочих ужасов. Чинно, по‑домашнему. Только пол под ногами подрагивает и кажется, будто помещение меняет направление. «Избушка на курьих ногах», – шепнул мне Бальтазар.

Ого, они существуют?

– Добрый вечер, красавица.

– Меня зовут Янина.

– Ядвига Лукерьевна. С чем пожаловала?

Коты вовсю обнюхивали друг друга в каком‑то ритуале.

Мы долго говорили, я со своими дурацкими вопросами все пыталась понять, во что ввязалась. Ядвига терпеливо объясняла, не забывая подливать травяной чай.

По ее словам, все правда: жить я буду долго, не умру, даже выпав из ступы без парашюта. Нет, детей есть не надо. Нет, стареть буду постепенно, в одночасье старухой не стану. Атрибуты вроде огромного носа, зубов и прочих гадостей можно наколдовать по случаю. Ступа и правда летает, но в холодное время года лучше порталами, а исконным транспортом – на всякие шабаши да общемагические сборы. Да, коты нынче не те, все хамят и места своего не знают (Бальтазар прижал уши и потупился), муштровать их надо, но без них молодой ведьме никуда – всё знают, всё подскажут.

Ядвига уверяла, что все будет хорошо и я научусь, но сама. Я так поняла, к ней за советом бегать не стоит – запрета нет, но это дело поправимое. Рассказала, где купить приличную колдовскую одежду и как правильно общаться с Казимиром Трехрогим – мастером по изготовлению и ремонту метел.

– А когда меня на шабаш позовут или другое магическое мероприятие?

– Еще не скоро, девочка. Учи заклинания, осваивай зелья, потихоньку познакомишься с другими персонажами.

Мы дружески попрощались.

* * *

Бальтазар учит варить зелья. Вчера полночи отмывали кухню – что‑то пошло не так. Сегодня над котелком с булькающей лиловой жижей я задумалась о Ядвиге. На мой последний вопрос она ответить не смогла. Лишь отвела глаза.

– Двадцать первый век, Ядвига Лукерьевна, как думаете, сколько нам осталось? Я имею в виду… прогресс и технологии. Как долго дети будут читать сказки про нас, когда наступит момент и мы канем в небытие?

– По крайней мере, контрактом ты обеспечена долгой жизнью и, может, однажды будешь летать среди звезд в космической ступе…

Поживем – увидим.

А пока… Терпеливое ожидание не входит в список моих положительных качеств. Пришла мысль найти сотрудников «Лукоморья» современным способом. Толком не знаю зачем, из любопытства, пожалуй. Кот сказал, что никаких магических интернет‑сообществ нет.

Заведу блог и буду записывать свою жизнь – все равно обыватель не поверит, а знающие нелюди подтянутся сами.

Итак, запись первая:

«Играла с котом в гляделки. Кот выигрывал…»

Это не возраст, это титул

– Хватит меня Бабой Ягой звать! Какая я тебе баба?

– Баба Яга – это не возраст, а титул!

* * *

Проснулась от щекотки и легких шлепков по голове. Бальтазар сидел рядом на столе и манипулировал хвостом: то нос пощекочет, то ухо, то стукнет по темечку.

– Вставай, засоня, экзамен проспишь.

Я махнула рукой, отгоняя назойливый хвост, отлепила щеку от гримуара, на котором уснула вчера, и со стоном разогнулась.

– Выглядишь на тридцать пять, – отвесил комплимент кот и ткнул хвостом в сторону своей миски: – Еда сама себяу не положит.

– Иди мышей лови!

– Окстись, безумная! Городские грызуны отравой напичканы под завязку и канцерогенами. Им хоть бы хны, а наш брат потом болеет. Не любишь ты меняу.

Мы состроили друг другу ехидные рожи.

– Крема побольше вотри, больно лицо помятое, – присоветовал кот.

Засыпала на ходу; какой билет вытащила, даже не поняла, но исправно забубнила:

– Exorciso te creatura aqua, ut sis mihi speculum Dei vivi in operibus ejus et fons vitae et ablutio peccatonim…1

– Янина, что за цирк? На вопрос отвечайте!

Экзамен сдала хуже, чем могла бы. В следующий раз засну на учебнике, а не на книге заклятий.

* * *

В окно снова постучали. Ворона отдала черный конверт и, мерзко каркнув, улетела.

«Янина, ваши родители решили вас навестить, завтра позвонят и сообщат об этом. Не отказывайтесь, пусть убедятся, что с вами все хорошо, – проблем будет меньше.

С уважением, отдел безопасности ООО „Лукоморье“».

И сургучная печать с завитушками.

– Бальтазар! Что еще за отдел безопасности?

– Специально обученные домовые. Один такой подселен к твоей семье, чтобы сюрпризов не было. Разведчик.

– Так за ними следят?!

– Защита магического сообщества, нормальная практика, пока они живы. Наблюдение снимут, когда научишься носить два лица не напрягаясь, но присматривать все равно будут.

– А домовых как нанимают? Они же не люди, правда?

– Ха! Конечно нет. Фабрика домовых у нашей компании. Штампуют, как кукол, потом жизнь вдыхают.

Вот так‑то…

Обычный родительский однодневный визит. Папа сурово хмурит брови, мама – сокрушается, что исхудала доченька и в доме грязно. Да и вообще квартира странная. Долго объясняла, что реквизит. И кот в довесок – якобы от прежних жильцов.

– Хороший кот, воспитанный, ласковый, проблем никаких от него, – уверяла я родителей, которые котиков не больно жалуют, а сама давилась от смеха. Мой кот и такие эпитеты несовместимы!

Бальтазар смотрел из‑под полуприкрытых век, старательно мурчал, терся об ноги и гадил в лоток, а не в унитаз, как он умел.

Хороший актер. Оскары толпой за ним ходят и плачут: «Возьми нас, возьми…».

Потом долго шерсть дыбил и зло мявкал на меня по‑кошачьи непонятно что. А я что, мы же оба повязаны. Куда я – туда и он.

* * *

Кот заглядывает через плечо, смотрит, что я вам в блоге пишу. Контролирует, чтобы не приукрашивала. В той же группе, где я нашла вакансию Яги, наткнулись на объявление: «Набираем охранников в дружный коллектив „Богатыри“, соцпакет, официальное трудоустройство, полис ДМС. Писать Черномору М. Ю.».

– Смотри‑ка, Бальтазар, даже не прячутся!

– А что им… Богатырей постоянно набирают – работа в Службе Сказочной Безопасности рискованная.

Посмотрела, кто лайкнул объявление. Дюжие ребята, надеюсь не иметь с ними конфликтов. В этот момент меня осенило, аж подпрыгнула:

– Я Кощея сама найду!

Полчаса поисков, и – вуаля! – неудаленное объявление. Один лайк, и… это парень из приемной, Андрей Матвеев. От волнения даже очки вспотели. Сохранила его страницу в закладках, буду чувствовать себя уверенней – напишу ему.

* * *

23 февраля

Решила поздравить кота. Он же мужик, с явными подхвостными признаками – не перепутаешь. Купила дорогой рыбы без костей и перевязала красной ленточкой. Недолго думая, присовокупила открытку «Защитнику Отечества» с красной звездой и танком, как полагается. Кассирша странно посмотрела на набор, но не решилась спросить, что это за дичь. Надеюсь, Бальтазар будет доволен.

– Кот, у меня для тебя подарок!

– С чего вдруг? – подозрительно покосился мохнатый нахал, оторвавшись от когтеточки.

– Так праздник же, День защитника Отечества!

– Обхохочешься! В каких войсках я служил, по‑твоему?

– В диванных. Очень почетно!

Кот зло прищурился:

– Троллить меняу вздумала? Я тебе волосы отгрызу во сне.

– Ну что ты, что ты… Ты же защищаешь отечество, только на магических границах. Вот тебе рыбка и открытка.

Бальтазар поел, подобрел и плюхнулся на диване рядом. Пузом кверху.

– Можешь почесать мне животик. Но только сегодня!

Вот спасибо. Я счастлива, так счастлива…

8 марта

Котяра ушел накануне вечером и домой не приходил. Волновалась сильно – вдруг съязвит кому‑то посильнее себя.

Истошное «Мя‑я‑яу‑у‑у» за дверью вырвало из грустных мыслей. Открываю. Сидит кот, целый и невредимый, а над полом перед ним завис букет из синих роз.

– Давайте! – говорит кот, и из‑под букета выползают крысы.

Я с визгом отпрыгиваю назад в безопасность квартиры, но грызуны сели в рядок и вдруг запищали:

– С восьмым марта тебя! Поздравляем, Яга! С восьмым марта тебя‑я‑я‑я‑я!

Допищали и бросились к запасной лестнице.

Обалдеть. Я подняла букет.

– Ты… Что… Как ты?.. – От неимоверного удивления фразы не складывались.

– Я – волшебный кот.

Бальтазар гордо прошел в квартиру.

– Ага, волшебный, а консервы открыть не можешь! У тебя же – лапки!

* * *

Впереди мой день рождения и Новый год. До них еще далеко, но глаз дергается заранее.

Академия магических компаньонов

За окном обычная питерская погода: метель в середине марта. Причем новогодняя такая – только смотреть и пить чай, сидя на подоконнике… если бы я высоты не боялась. Кот еще не понял, что к окну я подхожу только за письмами, деревянной походкой и с вытаращенными глазами. К слову, скоро мне в ступе летать учиться… Жду с нетерпением.

В общем, снежный вечер, я грызу гранит науки, кот грызет сухарь.

– Бальтазар, а как ты попал в Академию? Как вообще животные туда попадают?

– Котенком попал. Вышел из подвала – отловили. Было страшно, а потом интересно. Много нас было, около сотни хвостов, но Академию закончило лишь двадцать.

– Почему?

– Сначала отбирают по масти, без единой белой шерстинки – это первый пункт отбора. Затем тестируют на интеллект – так еще часть отсеивается, а потом уже в процессе обучения выгоняют отстающих. Любой взрослый черный кот из подвала – не прошедший отбора кандидат.

– Ничего себе… Вот бы глянуть на эту вашу Академию!

Кот по своей привычке асинхронно моргнул, задумавшись.

– Это нелегко, но можно. Внутрь посторонним нельзя, охранники там просто звери, а ходить вдоль забора никто не запрещает. Я бы с подругой повидался. Скучаю иногда по Триста Тринадцатой.

– Красивая? – осторожно спрашиваю, стараясь не спугнуть нежданную откровенность кота.

– Да, метиска‑потеряшка. Когда ее выловили, у нее ошейник был с именем. Она очень этим гордилась и хвасталась, пока дворовые по усам не надавали, чтобы нос не задирала.

– А сколько тебе лет, кот? – осенило меня.

– Почти десять. Где‑то в середине марта я родился, не знаю точно.

Бальтазар догрыз сухарь и свернулся клубком, а я смотрела на танец снежинок и думала о том, мимо скольких черных котов я проходила на улице, не зная, как же удивительна их жизнь.

Следующим вечером мы стояли перед дверью. Я с волнением подносила прозрачный ключик к замочной скважине – кто его знает, что там, по ту сторону?

– Не трусь, не на Марс летишь, просто другое измерение, – как‑то по‑доброму муркнул кот, я удивленно покосилась на него, но промолчала.

Я открыла дверь… в поле. Ярко светит солнце. Мерзлая, припорошенная снегом земля под ногами. Впереди, метрах в двухстах, полоса леса. Пейзаж разбавляет выступающий из лесного массива высокий забор с чередующимися секциями из кирпича и кованых металлических завитушек и большими стальными воротами. Немного напоминает решетку Михайловского сада, только массивней.

Бальтазар сидел у меня на руках, фильтруя носом воздух.

– И что нам делать? – вопрошаю я.

– Надеятьсяу, что встретим у ограды учеников, а не охрану, больше ничего.

– Внутрь совсем нельзя? Секретный объект?

– Да, с учениками нельзяу встречаться. Испокон веков такие правила, не нам решать, а на границе можно встретить выпускников, в силу обстоятельств еще не обретших компаньонов, – к ним применяются значительные поблажки. Нарушение же периметра гостями чревато физической расправой.

– Кем охраняется‑то?

Неприятный холодок кусочком льда прокатился вдоль позвоночника. Сказка имеет другую сторону.

– Лешими. – Кот еще раз втянул воздух. – Сейчас их рядом нет, даже ты бы учуяла – смердит от них жутко.

Прекрасно…

Весь масштаб сооружения я оценила, лишь стоя в двух шагах от ограды. Размах Академии – поистине королевский. Это был Версаль. И за оградой царило лето со всеми атрибутами: светило солнце, теплый ветерок касался лица, пели птицы в кронах деревьев и зеленела трава. Я оглянулась назад – зимнее поле и приоткрытая дверь посреди пустоши. Все. Мы буквально стояли на четкой границе времен года.

– Э… Бальтазар, мы во Франции?

– Нет, копияу дворца. Академию перестраивают раз в несколько столетий. Сейчас это Версаль.

Мы шли вдоль забора в поисках неведомо чего. Моя отвисшая челюсть покоилась на стоячем вороте куртки и ниже упасть не могла. Красиво, ни убавить ни прибавить…

На одном из участков ограды красовалась черная фигурка кошки. Эбонитовая, блестящая, изящная от ушек до миниатюрных лапок – само совершенство, творение неизвестного скульптора! Мысль свою развить я не успела – «скульптура» медленно открыла веки, сверкнув самыми зелеными глазами, какие только возможны в этой вселенной.

– Триста Тринадцатая! – радостно заорал Бальтазар, спрыгивая с моих рук. – Как всегда, на высоте – так, как ты, никто не умеет маскировать свой запах!