Дарэт Ветродув. Том 2. Противостояние
- -
- 100%
- +
– Будь по-твоему. Я соберу совет генералов и раздам указания.
– Превосходно, – Нэсса подарила Кристарху свою довольную улыбку.
* * *
– Впереди застава, командир! Они готовы к бою, но их там всего тысяча, – сообщил Карданьер Калифу.
– Я не желаю их видеть на нашем пути! – ответил Лис.
– Одвин! – крикнул генерал берсерку.
– Да кэп!!! – откликнулся Топор Возмездия.
– Мы с главнокомандующим не желаем видеть перед собой заставу!
– Будет сделано! – радостно ответил варвар.
Армия шла на северо-запад от Понтиана прямиком к бывшему Руху. На пути встречались заставы врага, но слишком малочисленные, чтобы дать отпор. Одвин с двумя-тремя тысячами мечников и лучников сносил их как ветер листья. Боевой дух был на высоте. Зима им была на руку. Агнийцы в эту пору хандрили и совсем не умели воевать. Поэтому демоница предпочитала дождаться весны, а потом разбить людей и взяться за бриариев. Но бравые лиморцы верили в свой успех, ибо их вел Лис.
Калиф зарекомендовал себя в армии, так что воины стали любить его не меньше самого императора. Он славился своей отвагой, блестящим умом и продуманной стратегией. За ним они были готовы идти хоть в огонь, хоть в воду. Он стал надеждой для всех.
Через пару дней лиморская армия подошла впритык к Черной крепости. Она высилась мрачной цитаделью на фоне хмурого неба. Десятимильный барьер окружал ее по периметру полупрозрачной сферой. Время от времени она вспыхивала разрядами молний. Воины Калифа вступили в бой с местными полчищами рогатых демонов. Люди окружали их и забивали копьями. Несколько десятков все равно погибли в их когтистых лапах, но это были несущественные потери. Перед барьером выстроилась последняя преграда: десятков шесть легионеров. Они стояли и не думали отступать.
– Пошлите сотню мечников! Пускай всех перерубят, – уверенно приказал Одвин своим капитанам. И в тот же миг бравая сотня с криками бросилась на врага.
Солдаты бежали, не зная страха, будучи уверенны в своей победе. Сзади их прикрывала целая армия. Можно было конечно использовать лучников, но Калиф одобрил приказ Одвина, ибо хотел показать Кристарху боевой дух своих воинов. В какой-то момент легионеры неожиданно для всех побросали мечи и похватали с земли луки. Несколько залпов стрел уничтожили бравую сотню за считанные мгновения. Два чудом выживших воина с криками разбежались в разные стороны. Калиф разразился жуткой бранью и велел Карданьеру лично расправиться с ублюдками. Генерал использовал тот же прием и накрыл тучей стрел противника. Теперь нужно было действовать быстро.
Карданьр приказал всей армии создать как можно больше шума и издавать периодический клич. Что-то вроде: «Анд!!!.. Анд!!!.. Анд!!!.. Анд!!!..». Он велел им не прекращать его до тех пор, пока барьер не падет. А сам взял Одвина, еще четверых проверенных людей и отправился на саботаж. Теперь все зависело от них и от предположений, сделанных накануне. Калиф нервничал, периодически сжимая рукоятку своего острого хописа.
* * *
– Явились! – недовольно бросил Кристарх, стоя на своей башне и наблюдая за армией лиморцев. Отсюда было прекрасно слышно, как они скандируют имя Творца.
Нэсса стояла рядом в том же обличии и, прищурившись, вглядывалась вдаль. Не меняя выражения лица, она сказала:
– И что они сделают, глупцы? Думают закричать нас до смерти именем своего Бога? У нас есть свой великий создатель, и их Бог нам не указ. Если они попробуют прорвать барьер, то поджарятся как хрюны на вертеле. Не вижу повода для беспокойств.
Как только она произнесла эти слова, всемогущий барьер растворился в воздухе. Лицо колдуна переполнилось изумлением, а Нэсса превратилась в суккуба и яростно закричала, покрываясь огнем. «Ка-а-ак… им… это… удалось?!»
Когда барьер исчез, то вся крепость мгновенно оказалась в Иссфере и кожа Кристарха стала гореть заживо. Он кричал, а Нэсса лишь смеялась.
– Ты же один из нас: почему не превращаешься в огненный лик?
– Ка-а-а-к?! Ка-а-а-а-к?! – орал в беспамятстве колдун, сдирая с себя, плавленые ошметки.
– Просто выпусти свою новую сущность наружу и позволь огню на время сожрать тебя в пламени. Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! – эхом прокатился смех демоницы.
Когда кожа Кристарха обуглилась, что-то в нем произошло, и он смог превратится в демона. Его глаза вспыхнули жаром, а по плечам побежали огненные язычки.
– Никогда больше не заставляй меня испывать нечто подобное, – гортанно и грубо произнес колдун. – Никогда!
– Это ждет тебя после смерти, – продолжала смеяться Нэсса.
– Разве у вас нет поблажек для своих? – удивился Кристарх.
– Конечно есть! Но ты должен доказать что достоин. В противном случае твоя душа станет мятежным духом.
– Разве я еще не доказал?
– Еще нет, – улыбнулась Нэсса.
– Что произошло? Отвечай советница! – потребовал демон Кристарх.
– Мы оплошали, и отец будет в ярости. Люди раскусили секрет цитадели. Барьер позволял ей быть в двух мирах одновременно, но она всегда была в Иссфере. А ты думал, что она выросла из-под земли? Ха! Хотелось бы, но даже мы не способны на такую магию.
– Так восстановим барьер и делов-то?
– Мы его отсюда не восстановим. Нужно чтобы очередной маг вызволил нас обратно, так что пока мы в ловушке. К тому же вся наша призванная армия попала сюда вместе с нами и чтобы вызвать их всех обратно нужно начинать сначала.
– Что? Не удивительно, что вы проиграли войну. С такими темпами вы проиграете и эту. Как можно было так все не предусмотреть?
– Не волнуйся – эта война еще только начинается. У меня есть один маг на примете. И он нам поможет. А гарнизонов в Харангарде и Азарии хватит, чтобы стереть лиморскую армию с лица земли. Нужно только оправдаться перед отцом. Кажется, он идет. Готовься!
Демоническое лицо Кристарха исказил ужас.
* * *
Когда крепость исчезла на глазах у изумленной армии, то на ее месте остался гигантский котлован. Гигантским он был в ширину. В глубину же достигал метров десяти не больше. Его дно было из твердой земли, будто кто-то только что выкопал яму под строительство замка. Размером впадина была примерно с Рух. Видимо, это все что осталось от города – только большая яма. На ее дне лежал человек. При ближайшем рассмотрении Калиф узнал в нем императора и велел своим людям достать его.
Теран был весь замучен и избит. Его тело покрывали изорванные лохмотья. Он был практически наг. Правителя укутали в плащ и отвели в переносную лечебницу из шатров. Как ему удалось сбежать для всех оставалось загадкой. Куда делась крепость, тоже.
Один неизвестный воин подошел к краю котлована и, вытащив из мешочка засушенные лепестки алых роз, принялся бросать их вниз. Ветерок подхватывал их и разносил по дну. Солдат специально засушил лепестки еще с лета, и все время хранил для этой цели. Так он почтил память погибших. Может, у него здесь погибли родные, может друзья – никто не знал. Но еще трое воинов подошли к нему и попросили лепестков, чтобы тоже почтить память о славном городе Рухе, жителях и отважных солдат защищавших его своими жизнями летом 1018 года третьей эры Меча. С тех пор повелась традиция каждое лето забрасывать яму свежими красными розами, а зимой сушеными лепестками. Словно кровавые слезы они падали на дно ямы и укрывали погибших.
Пока воины бросали лепестки, армия не проронила ни звука. Многие молча плакали. Были тут и сами участники, которым чудом удалось спастись. В том числе Калиф и Эдгар Таинственный, и еще где-то с десяток солдат. А остальные плакали, потому что имели тут родственников и друзей. Да и вообще, те, кто однажды бывал в Рухе, не могли себе представить, что прекрасный город превратиться в яму. Кто бы знал?
Гнетущую тишину прервал командирский голос Калифа:
– Достаточно!!! Мы почтили светлую память усопших, и пускай же мертвые останутся с мертвыми! Но мы все еще живы и должны отпраздновать эту великую победу вином и весельем! К тому же нужно похоронить сегодняшних погибших и выпить за их честь.
Солдаты одобрительно закивали и разразились радостными возгласами.
– Эх, как мы им задали то а! – кричали одни.
– Даже сражаться не пришлось, а все план генерала Карданьера!
Генерала подхватили на руки и принялись подбрасывать в небо. А вот Одвину Калиф сделал выговор за погибшую сотню мечников и сказал, чтобы впредь тот был внимательнее и правильно оценивал хитрость врага. Варвар потупив взор, сказал, что он виноват и готов понести наказание, но Лис похлопал его по плечу и признал свою вину тоже, так как видел, как тот отдавал приказ, но промолчал, наивно полагаясь на благой исход. Вечером они напились вместе в шатре. С ними пил и генерал Карданьер. Солдаты за накрытыми столами праздновали снаружи. Позже генералы, капитаны и главнокомандующий вышли к своей армии. Они произносили речи и угрожали врагам дойти до Харангарда. Теран все это время лежал в лечебной палатке под пристальным надзором лекарей. Император был жив, но серьезно истощен.
Место бывшего Руха прозвали Руховой впадиной. Цветы там лежали круглый год.
ГЛАВА 4 СВЕРКАЮЩАЯ ПЕЩЕРА
– Волчонок! Волчонок!!! – Дарэт кинулся за незнакомцем. Он бежал так быстро, как только мог. Карликовые голые из-за зимы деревья ветками ударяли о тело.
«Может это призрак?» – подумал Ветродув. Дгард погиб насильственной смертью, поэтому вполне мог стать призраком и застрять меж миров. «Нужно догнать его!»
Погоня продолжалась недолго. Убегающий неправильно выбрал путь к отступлению и уперся в тупик. Впереди был Синон, позади Дарэт. Генерал сбросил ход и перешел на шаг. Руками он вел по макушкам деревьев – они тут были повсюду. «Кто бы ты ни был, приказываю, стой!» – задыхаясь, велел генерал.
Повелитель Орлов медленно приблизился к «призраку» Волчонка и дотронулся до него вытянутой рукой. Но пальцы уперлись во вполне себе твердую плоть.
– Волчонок? – морща лоб и не веря своим глазам, вопрошал генерал.
– Не тронь меня! Не надо! Оставь меня в покое! – пятился дгард.
– Вол-чо-о-нок! – с дрожью в голосе повторил Ветродув и обнял его, крепко обхватив руками. По лицу генерала побежала слеза: – Волчонок, ты жив брат, ты жив!
Лицо дгарда не выражало эмоций: похоже, он не понимал что происходит.
– Кто я? Мы знакомы? Может, расскажешь мне что произошло? – спросил дгард.
– О нет! – теперь Дарэт взял его за плечи, отпрянул назад и посмотрел в глаза, – ты что, опять потерял память? Хотя лучше тебе не знать, но тебя сбросили в пропасть с горы. Ты должен был погибнуть. Как? Как ты выжил? – удивленным голосом спрашивал он.
– Я не знаю… Кто? Кто меня сбросил?
– Проклятье! Тебя сбросил Ким. – Дарэт схватился рукой за лоб и принялся думать. – И что, совсем ничего? – попытался спросить он вновь.
– Ничего не помню, – уголки губ дгарда опустились, изображая досаду.
– Прошлый раз тебе память вернул Магнэлиус, может и в этот раз получится? А, демон! Ты же не помнишь. Сей миг, сей миг я что-нибудь придумаю. Пойдем со мной.
Дарэт отвел друга обратно к костру и велел сидеть смирно. Он пытался мысленно связаться с духом Корнара и впервые за все время выпустить его добровольно.
Старик не заставил себя долго ждать и явился по первому требованию. Два характерных колечка света окружили зрачки. Вначале маг огляделся, а потом воскликнул:
– Белесый!!! Давно не виделись! Неужели вы с Дарэтом не в темнице? Последнее время я только и пробуждался что взаперти. Но тут вроде пахнет свободой. Где это мы?
Дгард смотрел непонимающим взглядом. Он уже не помнил не только себя, но и Дарэта с его «раздвоением личности».
– Я потерял память, – сорвалось из уст Арканданта.
– Издеваешься? Видать с похмелья! Или нет: стукнулся головой! – гадал маг. – Я же уже возвращал тебе память. Вы тут без меня постоянно влипаете в неприятности?
– Я ничего не помню, – повторил дгард.
– Ну хорошо Белесый, будь по-твоему. – Корнар дотронулся до его лба пальцами и прошептал что-то себе под нос. После этого глаза Волчонка прояснились и он вспомнил.
Он вспомнил все! Его лицо наполнилось тревогой. Корнар все это время сидел неподвижно и смотрел на него. Состроив гримасу исследователя, маг спросил:
– Что, опять что-то нехорошее? Ох уж эта амнезия. Постой-ка! Мне знакомы эти места, – встрепенулся Корнар. – Я знаю их как родные. Мы рядом с орденом!
– Помоги мне добраться до зеркала Правды! – Взволнованный дгард положил руку на плечо магу. – Все о чем я могу желать, так это добраться до зеркала.
– Зачем тебе зеркало Правды? Хотя можешь не отвечать: весьма полезная штука. Мне будет любопытно вернуться под родные своды. Можешь пойти со мной.
Магнэлиус приказал пламени угаснуть и костер потух. Клубы дыма волнами расплывались по земле. В воздухе пахло паленой древесиной. Небо было по-прежнему серым. Легкие порывы ветра раздували волосы парней. Дарэт шел со светящимися глазами.
Когда они приблизились к пещере из синего камня, Волчонок увидел над входом три сольяма: точь-в-точь такие же, как и на лбу Ветродува. Центральный был большим, а боковые поменьше. Маг некоторое время смотрел на вход, а потом сказал:
– Отопрись стена!
На глазах у дгарда справа от основного входа образовался еще один.
– Этот ход ложный, – ткнул Магнэлиус пальцем в первый проход. Мы построили его для отпугивания чужаков. Он ведет лишь к погибели. Там полно магических ловушек.
– Вот оно что! Неудивительно, что я потерял память в первый раз. Я шел именно по нему. – Волчонок почесал затылок.
– Вот странный вы народец дгарды! Неужели не ясно, что вход в орден самых могучих магов Предела не будет для всех открыт, что его наверняка охраняет магия и что проникнуть внутрь живым практически невозможно. Нет же, вы все равно лезете.
Волчонок лишь развел руками.
– Мне очень нужно увидеть зеркало.
– Ну что ж. Видать, оно тебе действительно нужно. Да и, кстати, а зачем?
– Я хочу увидеть убийцу моего брата.
Магнэлиус похлопал его по плечу и велел идти за ним след в след.
Внутри пещера была абсолютно необычной – прекрасной. Непонятно откуда шел свет кристаллов. Лучами он освещал сверкающие своды стен горы. Эти кристаллы12 не были похожи на ловцов света из Ревонского царства – они озарялись лучами. Стены блестели так, словно трилиады самоцветных крупинок устилали камень, словно искристый иней под лучами сольяма – будто их специально напылили сверху. Магнэлиус рассказал, что эти камни стали блестеть от тысяч произнесенных заклинаний в пещере за долгие годы существования ордена. Всего орден просуществовал около ста лет13, пока группа его создателей была жива. Но после смерти последнего псиланта, он опустел и исчез со страниц истории. Никому за четыре столетия не удавалось отыскать тайный вход.
Дальше стали встречаться подземные ручьи, и даже река с мостом. После моста Корнар обезвредил и обошел вместе с дгардом десятка два ловушек. Периодически – то вспыхивало изнеоткуда пламя, то ударяла молния, то налетал ветер, то разверзалась земля. Но через меру пути (72 минуты) путники достигли большого зала, где стены сверкали пуще прежнего. Вокруг все казалось нетронутым – будто орден не пустовал, а продолжал жить. Вот только куда подевались хозяева? На столах веками лежала свежеприготовленная на вид еда и даже не собиралась портиться. Из зажаренного хрюна шел пар, словно его только что сняли с вертела. Весь стол заполняли яства и кушанья на любой вкус.
Корнар тут же набросился на еду и следующие полмеры времени (36 минут) не отрываясь, ел. Волчонок лишь надкусил взятое со стола большое красное яблоко. Тут же в голове послышался шум, дгарда слегка пошатнуло – прямо как после кувшина вина.
– Осторожнее с ними! Не налегай особо. Ты не в Асхорате у себя, а в гостях, – упрекнул Магнэлиус, но тут же улыбнулся и затараторил: – Эти яблочки мое личное изобретение. В свое время я угощал им девиц и затаскивал прямо в койку. Немного колдовства да виноградного сока превращают эти наливные фрукты в пьянящую бомбу14. – Дарэт с сознанием Корнара потер руки и слегка захихикал. – Ладно, достаточно чревоугодия, – сказал маг и откусил такое же яблоко. Его лицо слегка покраснело – Магнэлиуса пробрало. Он быстро зашагал в соседний зал. Там в окружении десятков столов с непонятными изобретениями, шкафов с книгами и разбросанных свитков на пьедестале стояло зеркало. На серебряной резной ножке в локоть высотой оно величественно возвышалось среди окружающего «мусора». Оправа зеркала из ножки переходила в овал размером с приличный арбуз. Судя по всему, оно было тяжелым. Оправу обрамляли восемь изогнутых лучей символизирующие принадлежность к ордену. Глаза Арканданта тут же заблестели.
– Вот оно, – прошептал он. – Ну наконец-то!
– Не спеши Белесый: сначала я проверю его и настрою, – остудил его пыл маг.
Корнар по-хозяйски схватил зеркало с пьедестала, прокричал «Хуррум!» (Отмена!) и обезвредил защитные чары. Посмотрев прямо в него, он ласково погладил оправу.
– Показывай, – нежно попросил маг.
В отражении плавно появился лик Дарэта, но без светящихся колечек глаз.
– Что происходит? – спросило изображение Ветродува.
– Ну здравствуй Мышонок! Впервые мы можем поговорить по душам после Забытой пещеры в убежище, – все так же доброжелательно молвил Корнар. – Позволь представиться еще раз: великий Корнар Магнэлиус брат ордена псилантов Трех Сольямлов и член Круга Восьмерых. Мы делим одно тело на двоих и вынуждены жить вместе.
– Я… я все видел. Почему я не потерял сознание? – удивленно вопрошал Дарэт.
– Потому что в этот раз так захотел я, – уже надменно говорил старик. – Раньше я усыплял тебя, да и сам был слаб, так что часто погружался в сон. Кое-что я видел: например битву за Рух и еще пару моментов, но в основном я спал. Временами ты слышал мой шепот – это я шептал тебе из глубин подсознания, когда пробуждался. Я связал свою силу с тобой и когда ты выплескивал ее, то отвлекал меня ото сна и делал сильнее. Такое заклятие я наложил на твое тело в пещере… ты уж прости Мышонок, но я серьезно жажду узреть вторую войну с агнийцами и поучаствовать в ней. Первую я к сожаленью не застал, ибо рожден был гораздо позднее. Но эту – эту я не упущу.
– Ты солгал мне и обманом поселился в моем теле!!! – закричал Дарэт.
– Великие цели юноша, порою требуют жертв. Да и какое мне дело до твоего мнения. Ты получил силу – вот и радуйся. А я получил второй шанс на жизнь.
– Лгун! Лгун и старый обманщик! Как смеешь ты усыплять меня в моем же теле без спроса? Ты подвергаешь меня опасности в важные моменты! – ругался парень.
– Понимаю, понимаю твое отчаяние. Хорошо – обещаю, что отныне никогда не буду усыплять тебя во время своих пробуждений. Смотри только не пожалей.
– Не пожалей? Он еще и условия ставит. Ладно, иногда твоя сила и вправду нужна, особенно на войне против Кристарха и его полчищ, но однажды я тебя выселю. Почему ты не впустил меня в тело после эфирного полета, когда я был в Асхорате?
– Мы воюем не против Кристарха, Мышонок – мы воюем против восставшего и непокорного фархада Моркогдона – истинного прародителя агнийцев и безобразного дьявола. Когда он явиться на землю Предела, весь мир содрогнется в страхе. А то, что я не впустил тебя, так это просто проверял силу твоего намеренья, и сказать по правде ты меня впечатлил. Твоя собственная сила тоже растет. Но до Кристарха еще далеко.
– Это мы еще посмотрим. Меня звал сюда анг. Он сказал, что я должен придти в пещеру. А еще он называл меня Азаром.
– Азаром? Вправду? Хм, как интересно и странно. Думаю, мои братья по ордену помогут тебе, но, а пока, пусть Волчонок узнает тайну всей жизни благодаря зеркалу.
– Постой, – перебил его Дарэт. – Ты обещал мне больше не усыплять меня… а как же ты? Что будет с тобой?
– К сожалению, мне иногда придется спать и набираться сил. Не так уж просто мертвой душе оставаться в Реальном мире. Но я периодически буду пробуждаться. В такие моменты ты будешь становиться одним из самых могучих магов Предела. Помни – вместе мы сила! Ты не должен противиться мне. Я может и слабей Моркогдона, и соответственно Кристарха, но сильнее меня ты не встретишь никого другого. Так что смирись.
– Постараюсь… старик! – теперь уже Дарэт произнес надменно.
– Старик? Попридержали бы вы язык юноша!
– А что с Кимом? Он стал магом огня? Или как я, колдуном без ограничений?
– Те, кто уже был магом до сделки с Моркогдоном, владеют любой магией и после нее – только становятся сильнее. А те, кто изначально дара не имел, могут использовать только магию огня, основанную на сути владыки Иссфера и разрушений.
– Хоть это радует! – вздохнул в зеркале Дарэт, от чего его поверхность слегка запотела. Корнар протер ее рукавом и, теряя интерес, добавил:
– Я бы не стал радоваться, пока есть Кристарх. Он был магом до сделки, и Моркогдон только усилил его могущество. Кристарх – маг высшего уровня, но мы убьем его.
– Обязательно старик! – улыбнулся Ветродув.
– Старик? Ах гончарный круг в дребезги! У тебя нет манер Мышонок. Я ухожу!
Кольца света вокруг зрачков угасли и Ветродув смог очнуться в своем теле. Он едва не выронил зеркало. Теперь в отражении был спящий старик в фиолетовой мантии – это был маг. На его лбу поблескивала красная татуировка ордена.
– Волчонок! Как ты? – поставив на место зеркало, поинтересовался Дарэт.
– Я опустошен, но думаю, справлюсь. Ким почти убил меня. Поверить не могу. Я знал, что он недолюбливает меня, но чтобы до такой степени.
– Ким перешел на сторону врага и за это жестоко поплатится, – сурово погрозил генерал. – Он ответит лично передо мной за свое предательство. Как ты спасся?
– Меня уберег сам Анд, иначе это назвать нельзя. Когда я полетел вниз, то откуда-то взялся змий. Он сидел в пещере пониже и, увидев мое падение, бросился прямо на меня. Его челюсти сомкнулись на моем теле, но не смогли сильно прокусить одежду. Благо, воздушные змии малы, чтобы удержать взрослого росканда в полете. Вот так вот мы и падали вниз. Я вонзил в него нож, но видимо не задел важных органов. Бестия лишь зашипела и обдала меня холодом. Падая, змий немного удерживал меня, изо всех сил размахивая крыльями. Нас сдувало на северо-восток вокруг горы к Гонте. Вместе мы рухнули в реку и там уже продолжили борьбу. Ледяная вода едва не погубила меня разящей судорогой, но я убил «спасителя» раньше, чем стал беспомощным. Во время полета моя керча куда-то упала – я остался без главного оружия. Думаю взамен подыскать себе какую-нибудь булаву. Вот так благодаря змию я замедлил падение и смог спастись.
– Просто невероятно! Потрясающе!!! Воистину сам Анд спас тебя. Теперь понятно, почему я не увидел твоего тела. Змий унес тебя на восток.
– Дарэт, – серьезно оборвал его Волчонок. – Мне нужно взглянуть в зеркало.
– Да, да конечно! Ты ведь давно искал его. А ты уверен, что хочешь? Столько времени прошло.
– Я дал клятву брату что отомщу и отомщу любой ценой. Дарэт, ты стал мне настоящим другом и я не хочу скрывать от тебя правды. Убийцей моего брата был ликвидатор…
На время в воздухе повисло молчание. Серьезное лицо Ветродува побледнело. Он буквально сверлил товарища взглядом. Заявление было очень серьезным.
– С чего ты взял?
– Бэйас сказал мне об этом перед смертью. Он описал форму нападавших – и это была форма Серого Шороха.
– Да мало ли у кого такая форма! Любой бандит может напялить серый балахон и щеголять в нем по своим темным делам. Что ликвидаторы могли забыть в Асхорате?
– Он видел гравировку на поясе: руки, тянущиеся к сольяму. Это, несомненно, был ликвидатор. Я не стал говорить тебе до поры, но и молчать тоже не хочу. Моего родного брата прикончил наш брат. Когда я потерял память возле этого места, то меня подобрали ликвидаторы. Они и привели меня в орден. Разве это не совпадение. Сам Анд навел меня на них, чтобы справедливость восторжествовала, – эмоционально рассуждал дгард.
– Убийство брата по ордену карается смертной казнью. Ты точно уверен, что хочешь знать? Назад пути не будет, – настороженно предупреждал генерал.
– Да брат… я уверен! – с твердостью и решительностью в голосе ответил Волчонок. – У меня нет иного выхода, ибо я поклялся Андом. Проклятие ляжет на меня… К тому же после того как Корнар вернул мне память я не раз размышлял: ведь судьба привела меня в орден ликвидаторов не напрасно. Творец вел меня, чтобы найти убийцу…
– Ну раз решил то смотри – я не стану тебе мешать, – перебил Ветродув. – И да Волчонок… – Дарэт слегка замялся, но потом нашелся и все-таки сказал: – Это моя вина, что ты чуть не погиб. Не окликни я тебя, Ким бы не смог воспользоваться моментом.
– Не вини себя брат, – с пониманием ответил Аркандант, – в такой момент трудно контролировать эмоции и вообще ситуацию в целом. Это на самом деле моя вина как ликвидатора: я сам не должен был поворачиваться и упускать противника из виду.