Моя анимежизнь. Том 1

Микропролог

Свет померк. Вот и все. Вот и слава богу.

«Хочешь попробовать снова?»

«А смысл?»

«Попробовать иначе»

«Давай!»

«Иди».

Пролог

– Солнышко, перестань так ярко светить, пожалуйста. Стоп‑стоп‑стооооп!

Я же умирал. Отчетливо помню удушье. Помню, как остановилось сердце. Помню… голос? Помню вопросы… Это оно, да? Перерождение? Она (голос определенно женский, всегда верил в перерождение и красивую аниме‑богиню) сказала, что все будет иначе. Это как? Ладно, в любом случае хуже, чем в прошлый раз, не будет.

Открыл глаза и увидел незнакомый потолок. Белый, висит люстра на 3 лампочки. У меня был подвесной. Взгляд направо – стол с тетрадками, книжками и канцелярией. Рядом – шкаф с цветастыми книжками, между столом и шкафом – окошко. Шторы почему‑то не задернуты, виден кусочек синего неба. Подавил в себе импульс метнуться к окну и посмотреть, куда меня занесло. Интересное лучше оставить на потом.

Повернул голову налево – стена. На ней пара плакатов с Гандамом. Обстановка похожа на японскую, но аниме уже давно подмяло под себя весь мир, так что делать выводы рано. Стена белая, гладкая. У дальней стены увидел небольшой ламповый 4:3 телевизор, к которому подключена приставка SEGA. Да, та самая. Реципиент – любитель ретро, или я в прошлом? Интересно, а Союз еще существует? Может, бежать спасать? Не, точно не ко мне, на исторические процессы влиять страшно. Свесил голову с кровати, посмотрел на пол. Он покрыт ламинатом. Вполне интернационально.

Теперь моё новое тело. Тело одето в белые плавки. Руки и ноги… Наверное, средние? Не кожа да кости, но и не качок. Торс тоже средний, жира нет, кубиков тоже. Неплохо! Попробовал встать. Слегка покачнулся, координация нарушена. В той жизни я был выше и толще. Фигня, привыкну. Подошел к окну, солнце резануло глаза, но не так мощно, как я привык в прошлой жизни. За окном – красота! Я в Японии! Сомнений быть не может. Прямо под моим окном дорога. Далее – красиво выложенная камнем, поросшая травой набережная небольшой реки. За рекой – жилые домики. В основном двухэтажные с редкими вкраплениями многоэтажек. Я – в городе. Японский частный сектор, так сказать. Слева от окна – мост через реку. Очень удобно. А какое небо! Насыщенного синего цвета, с небольшими перистыми облаками, до которых, кажется, можно достать руками. Офигенно. Теперь посмотрим на себя.

Подошел к шкафу, открыл дверцу. Почему‑то я был уверен, что найду там зеркало. Похоже, какая‑то часть памяти (либо рефлексов) реципиента осталась.

Волосы черные, глаза узкие, не то чтобы прямо до щелочек, но и не как у кей‑поп айдолов после пластики. Черты лица в целом приятные, но красавчиком нового себя я бы не назвал. Здорово, что новое тело принадлежало чистокровному японцу, слышал что японцы не особо любят гайдзинов и хафу (полукровок). Особенно тяжело таким в школах. Дети жестоки.

Проверка на фентези:

– Статус! Интерфейс! Статистика! Статы! Характеристики! Способности!

Ничего. Сосредоточился, пытаясь ощутить потоки маны/праны/ки/чего угодно. Кроме легкого голода, ничего не ощутил.

Итак, вывод:

Я – ОБЫЧНЫЙ!

ЯПОНСКИЙ!

ШКОЛЬНИК!

Точка сборки львиной доли анимешного контента. Лучше и представить нельзя!

Эйфория накатила огромным цунами, меня начало трясти, я смеялся и плакал одновременно. Прощай, больная спина! Прощай, ненавистная работа! Прощай, старый мир!

Через некоторое время успокоился. Шоковое состояние прошло, голова начала работать в сторону конструктива. Для начала нужно определиться с возможностями. В первую очередь – знание языка. Если у этого тела есть родители, они сильно удивятся резко перешедшему на русский язык отпрыску. В японскую дурку я совсем не хочу, судя по инфе из интернета, там никого не лечат, просто держат местных сумасшедших в изоляции до конца их дней.

Включил телевизор. Показывали новости. Какой‑то дядька в пиджаке вещал на фоне трехэтажного большого здания:

– Для меня большая честь открыть этот новый торговый центр. Наша префектура, вслед за всей японской экономикой, растет впечатляющими темпами…

Под мужиком надпись иероглифами. Пригляделся и понял написанное! «Такерада Дзуничи, глава префектуры Тотиги»

Облегченно выдохнул: разговорный и письменный японский я понимаю. А поговорить?

– Коничива, боку ва…, – блин, не знаю как там дальше. Начался мандраж. Как жить в Японии без знания японского? Так, а если на родном языке?

– Здравствуйте, в прошлой жизни меня звали Паша, – рот сам выдал нужные японские звуки.

Ясно! Все замечательно, в голове – какой‑то автопереводчик, все что нужно – не пытаться говорить на японском.

Еще очень интересует дата «попадания». Пощелкал каналы, нашел дату: 30 марта 1989 года. Таки да, Союз еще жив. Но мне от этого нынче ни горячо, ни холодно.

Так, что я знаю про эти времена в Японии? Практически ничего. Знаю, что 29 декабря 1989 года индекс Nikkei 225 достигнет исторического максимума, после чего экономика пойдет на спад, а акции японских фирм станут стремительно дешеветь. В принципе, можно «зашортить» акции, видел такое в кино про «черный понедельник», но не уверен, что такая опция уже существует. А еще не уверен, что школьникам можно торговать акциями. Что еще помню? Помню, что якудза еще вполне существуют, всерьез бороться с ними начнут где‑то в 90‑х, а дожмут в 2011, когда законодательно запретят вести с ними дела. Как это может мне помочь? Абсолютно никак. На этом, пожалуй, мои знания заканчиваются.

А как меня зовут? Пришло время покопаться в биографии реципиента и понять, что день грядущий мне готовит.

Подошел к столу. На самом видном месте лежала похожая на водительские права штука. На ней – фото реципиента и надпись: «Карточка ученика муниципальной старшей школы «Уцуномия Йохоку» Одзава Иоши».

Насколько я помню, у японцев сначала пишут фамилию, потом имя. Стало быть, мое нынешнее имя – Иоши. Почти как у ездового животного Марио. В принципе, звучит неплохо. Годится.

Рядом с карточкой лежало несколько листочков. Верхний – выписка из местного аналога домовой книги. Мне сейчас 15 лет. В семье Одзава двое детей – я и сестренка 10 лет по имени Чико. Младшая сестренка – это супер мило. Интересно, она сейчас дома?

Перевернул листок. Родители: Одзава Масами, мама, 41 год. Одзава Дэйчи, отец, 43 года.

Разведены. Жалко Чико. Реципиента не жалко, теперь он – это я. Спасибо что стал моим вместилищем, Иоши.

Решением суда сын отправлен на воспитание к отцу. Дочь – на воспитание матери. Каждая половинка семьи живет в собственном доме. Дэйчи очень хорошо зарабатывает. Указанный средний доход за год – 12 миллионов йен. Нашел курс валют в телевизоре – 1 доллар = 137 йен. Получается, что‑то около 7 тысяч долларов в месяц. В 1989 году! Да я золотой ребенок!

Информация кончилась. Пора выходить из комнаты.

Вышел в коридор, справа – стена с небольшим окошком. Дальше по коридору еще одна дверь. Напротив нее – лестница на первый этаж. Заглянул в комнату, в ней кроме односпальной кровати и шкафа ничего нет. Видимо, тут обитель бати.

Спустился, уперся в стену. Повернул направо, увидел гостиную, от нее небольшой тамбур и дверь на улицу. Слева – дверь в ванную комнату. Заглянул – сидячая ванна, унитаз вполне европейского вида. Никаких огоньков и кнопочек. Подошел к унитазу, достал инструмент. Мда, я, конечно, многого не ожидал, все‑таки я теперь японец, но разочарование присутствует. Будем надеяться, что это не финальная форма. Сделал дела, смыл, помыл руки и лицо, дальше рука словно сама потянулась к зубной щетке в виде Гандама. Рефлексы‑рефлексики.

Выйдя из ванной, прошел в гостиную. На журнальном столике между диваном и большим ламповым телевизором лежала стопка купюр и записка. Начал с записки:

«Сын, как ты помнишь, сегодня я уезжаю в командировку в США. Когда вернусь – все еще не известно, но, будь уверен, ты узнаешь дату самым первым. Пока же веди себя правильно. Уважай учителей и семпаев. Прилежно учись – это главное! Я понимаю, что ты молод, а вокруг полно искушений, но я верю в тебя. Верю, что ты не запятнаешь чести семьи Одзава. Содержи дом в чистоте. На холодильнике ты найдешь номера телефонов, которые могут тебе понадобиться. Не забывай звонить матери и сестре. Семья – это важно!

P.S. Оставляю тебе деньги. Будь осмотрителен, не трать все сразу.»

Блин, типичный батя. «Я развелся, сын, но семья – это важно!». Ладно, может у него были причины. Да и не важно на самом деле. Развелся и развелся. Только Чико жалко.

Так, что нам оставил батя? Картинно плюнул на пальцы, начал считать, выпал в осадок.

ЧЕТЫРЕСТА ТЫСЯЧ ЙЕН. Около 3 тысяч долларов. В 1989 году! Для сравнения – Сега из комнаты реципиента стоила на релизе в Америке 200 долларов. Батя, ты не сумасшедший? Это на сколько ты уезжать собрался? Эх, дают – бери! Оригато, батя‑сан!

Теперь посмотрим холодильник. Записка с телефонами. Полиция, скорая, коммунальные службы. Кружочком обведен один из номеров, рядом приписка «Не забудь». Видимо, это телефон матери. Рядом напоминание «Сын, не забывай выносить мусор по четвергам и вторникам. Мешки в подвале». Точно, в японии же нельзя просто выкинуть мусор в бак, когда тебе удобно. Мусор складывается в специальные мешочки, которые по определенным дням собирает мусоровоз. Неудобно, но что поделать. Правила жизни в социуме необходимо соблюдать. Кстати, какой сейчас день?

На стене нашел календарь. Кто на нем нарисован? Гандам, разумеется! Иоши, ну серьезно. Сегодня 30 марта. Стало быть, четверг. Подошел к окну на улицу, увидел у дороги 2 синих мешочка. Мимо неспеша прошла сутулая японская бабушка. Понятно, батя перед отъездом озаботился выносом мусора. Хорош.

Включил телевизор, показывали какое‑то старое аниме. Не знаю такого. Пусть идет фоном. Вернулся к холодильнику, открыл. Холодильник полон. Достал пару яиц и пакетик с мясной нарезкой («Готово к употреблению» – написано на ней). Пожарил яишенку, позавтракал. Подобьем итоги: я в 1989 году, в Японии, в теле богатенького сыночка разведенной семьи Одзава. В наличии – командированный на неопределенный срок батя, куча денег, забитый едой холодильник, игровая приставка «SEGA» и «лысая» хата. Я тут полный хозяин на неопределенный срок. Погрузился в мечты о том, как угарно будем здесь тусить с друзьями. И девочку есть куда привести. В трусах стало тесно. Ясно, понятно, Иоши. Я найду куда это применить. Но спешить не стану. Раз уж мне дали вторую жизнь – нужно распорядиться ей правильно. Для начала – найти друзей и девочку.

Глава 1

Помыл посуду, подумал о грядущем. Задача на сегодня – выйти на район, осмотреться, найти свою школу. В карточке указан адрес. Учебный год в Японии начинается 1 апреля. Стало быть, на адаптацию у меня два дня. Пойдет.

Слышал, что Япония очень безопасная страна. Но береженого бог бережет. Нашел тряпочку, завернул купюры. Оставил себе десятитысячную «на погулять». В ванной ножом открутил вентиляционную решетку, спрятал сверток с деньгами туда. Закрутил. Интересно, почему батя не положил деньги на счет в банке?

Вернулся в комнату, в шкафу увидел школьную форму. Пока не нужно. На улице тепло. Оделся в джинсы и футболку с (правильно!) Гандамом. Других не оказалось. Иоши, насколько же ты фанат? Сверху накинул ветровку без Гандама.

На кухне сложил в упаковку из‑под мяса яичную скорлупу, надо выкинуть, чтобы до вторника не воняло. Обул кеды марки «адидас», на тумбочке у двери нашел ключи. Еще тут была держалка для зонтов. Не знаю, как правильно называется. Небо чистое, черный одинокий зонтик пока без надобности. Вышел, замкнул двери. Двора у нас нет. Дверь выходила на узкий участок земли, прямо напротив находился дом соседей. Он двухэтажный, окрашен в белый. Раза в два больше нашего. Дорожка к улице выложена каменными плитами. Прошел по ней, удивленно поразглядывал пристроенную к нашему дому маленькую теплицу. Потрясающе! Сажать овощи – неплохая анимеактивность. Заглянул – внутри шесть помидорных кустиков. Плоды есть, но они маленькие и зеленые. В углу – лейка. Выглянул наружу. Под водостоком небольшой бак с водой. Вспомнил родную деревню из прошлой жизни, улыбнулся. Вечером надо будет не забыть полить.

Вышел на дорогу. Так, и куда мне? Слева – мост через реку, его я уже видел из окна. Справа – набережная и жилой массив. Пошел туда. Нашел ступеньки, спустился к реке. Сквозь прозрачную воду увидел каменистое дно. Водорослей мало. Сновали небольшие рыбешки. Потрясающе! Хорошее отношение к природе у японцев.

Вернулся обратно к дороге, пошел вперед, рассматривая аккуратные японские домики. Людей на улице мало. Около некоторых домов разбиты сады. В них чем‑то занимались японки пенсионного возраста. Это район для пожилых? Опровергая это, мимо проехал мой ровесник на велосипеде. Точно, нужно купить велосипед! Очень удобная штука. Дошел до перекрестка. Тяжко без яндекс‑карт. Ну и куда мне? Мимо неторопливо проехала патрульная машина. Недолго думая, помахал ей остановиться. Получилось. Подошел к машине, в открытом окне увидел недовольное лицо японского полицейского водителя.

– У тебя проблемы, юноша?

Сложив руки на груди, слегка поклонился.

– Здравствуйте, офицер. Простите что остановил, но мне нужна помощь. Видите ли, 1 апреля я начинаю учиться в старшей школе. Поступать туда меня водил отец. Но теперь он уехал в командировку, а я понял, что совершенно не помню дороги.

Полицейский открыл дверь, вышел из машины. Нагнулся, достал из бардачка небольшую книгу с надписью «Карта Уцуномии». Надо бы и мне такую штуку найти. И еще компас. Тяжело быть человеком доинтернетной эпохи.

– Хорошо, что ты подумал об этом до начала учебного года. – Доброжелательно пожурил меня полицейский, пристраивая карту на капоте. – Как называется школа?

– Муниципальная старшая школа Уцуномия Йохоку.

– Муниципальная, да? Тааак… – Полицейский полистал книжечку, – Вот она! Смотри, отсюда идешь вон в том направлении, – Показал он рукой перпендикулярно реке, – Как только увидишь новый торговый центр, повернешь направо. Иди вдоль улицы и точно не пропустишь.

– Большое спасибо, офицер! – Благодарно поклонился я и пошел в указанном направлении.

– Какой вежливый, – Довольно буркнул себе под нос полицейский, сел в машину и поехал дальше.

Спустя какое‑то время я дошел до нового торгового центра. Видимо, его открытие я видел в новостях. Красочная вывеска «Торговый центр Уцуномия шопинг». Возле входа никого не оказалось, репортеры и чиновники – люди занятые, открыли и свалили. Внутри ТЦ мелькали люди. Зайти может? Зайду. Нужно изучать важные объекты на карте.

Внутри ТЦ обнаружил: фудкорт, кинотеатр (на афишах нарисована красивая японская пара на фоне цветов. Ясно, кино про любовь показывают), отдел электроники, куча магазинов одежды, книжный магазин, игровая зона с автоматами пачинко, автоматами с играми (заметил парочку со Street Fighter), и игра‑кран, где нужно доставать игрушки. В магазине одежды купил пару однотонных футболок без гандама. Зеленую и оранжевую. В книжном – карту города. Хотел купить какую‑нибудь мангу, но ничего интересного не нашел. «Берсерк» вроде в 1989 году начали издавать, но пока не видно.

Сложил все в пакетик с анимешной картинкой какого‑то овоща (как я понял, это маскот ТЦ) и пошел дальше. По пути увидел небольшой аккуратный то ли парк, то ли сквер. По нему бегали японские дети, лазали по стилизованной под корабль горке, японские родители сидели на скамеечках и следили за своими чадами. Умиротворяюще.

А когда в меня врежется торопящаяся анимедевочка с куском хлеба во рту? Какие условия для получения ивента? Может, попробовать задержаться в первый учебный день?

Думая об этом, я дошел до ворот школы. Золотистыми иероглифами на столбе ворот было написано «Муниципальная старшая школа Уцуномия Йохоку». Школа мне понравилась. Двухэтажное, приземистое главное здание. Крышу не видно, но я почему‑то уверен, что там бассейн. Слева от главного здания, около стадиона (беговая дорожка, баскетбольные кольца, волейбольная сетка) еще одно, поменьше. Видимо, там обитают спортивные клубы. В них я не пойду, потому что не люблю спортивное аниме. Справа – какие‑то хозяйственные сараи.

От ворот к школе вела аллея, дорожка выложена серыми плитами. Вдоль нее по всем анимешным канонам была высажена сакура. Сейчас она цветет. Как нельзя вовремя подул ветер, украсив картину летящими розовыми лепестками. Невольно замер, боясь испортить момент. Красиво. Приму это как хороший знак.

Ветер утих. Пора домой. Первый выход «на район» считаю удачным. В шаговой доступности от дома есть все необходимое. Путь от школы до дома занимает минут 15. Понял, что мне нужны часы. Снова зашел в ТЦ, купил недорогие электронные часы с будильником. Хотел купить со встроенным калькулятором, но не знал, как отреагируют на это учителя. В моей прошлой жизни за них ругали.

Зашел домой, сказал в пустоту ритуальную фразу «я вернулся». Надо привыкать к таким вещам. Имею ввиду ритуалы, к одиночеству я давно привык. Взгрустнулось. Заел грусть жареным мясом с рисом. Нужно изучать японскую кухню, продукты‑то привычные, но рецепты специфические. Вечерело. Вышел из дома, взял в теплице лейку, зачерпнул дождевой воды из бака (интересно, меня оштрафуют, если набирать воду из реки?), полил помидорки. Закрыл теплицу.

– Иоши‑кун, добрый вечер!

Обернулся, увидел полноватую женщину средних лет с симпатичным лицом и каштановыми волосами до плеч. На ней – легкое желтое платье с открытыми плечами и скромным декольте. Поверх платья потешный фартук с уткой, которая моет посуду. Архетип – японская домохозяюшка. Знать бы еще, как ее зовут. С легкой улыбкой совершил вежливый приветственный поклон:

– Добрый вечер!

– Иоши‑кун, ухаживаешь за помидорками отца? Ты такой хороший мальчик! – С умилением произнесла соседка, улыбаясь и положив правую руку на щеку. После чего перешла к расспросам:

– А Дэйчи‑сан уже уехал?

– Да, уехал сегодня рано утром, даже попрощаться не успел, – Сделал расстроенный вид.

– Ара‑ара, не расстраивайся, Иоши‑кун, – Соседка подошла ко мне ближе, – ты же знаешь, что Дэйчи‑сан так много работает ради тебя и Чико‑тян.

– Конечно знаю! – Кивнул я, опустил глаза в землю и поковырял весеннюю травку носком кеда, – Просто мне немного одиноко…

Соседка подошла совсем близко, аккуратно взяла мои руки в свои, теплые и мягкие. Серьезно посмотрела мне в глаза и сказала:

– Иоши‑кун, ты не одинок! Ты всегда желанный гость в доме Фукэра. Не принимай всерьез те ужасные вещи, которые наговорила тебе Сэкера‑тан! Она хорошая девочка, просто ей сейчас очень плохо из‑за того, что ее отец ушел от нас… – Обрушив на меня этот словесный поток, она осеклась, немного покраснела, отпустила мои руки, отошла на шаг и продолжила: – Прости, Иоши‑кун, ты ведь и сам прошел через это. Развод это непросто, да? – Она перевела взгляд на землю.

Господи, какая хорошая, добрая женщина! Кто этот ублюдок, что посмел бросить такое сокровище? Стало быть, ее фамилия Фукэра. У нее есть дочь Сэкера‑тян. Сэкера печалится из‑за развода, поэтому грубит окружающим, в том числе Иоши. Что ж, понять можно. Интересно, а Сэкера красивая? Это романсабельный персонаж этой истории? А сама домохозяюшка? От нее так приятно пахнет. В штанах началось брожение, и я понял, что пора сворачивать разговор.

– Вы очень добры, Фукэра‑сан. Спасибо, – Улыбнулся, – Я совсем не обижаюсь на Сэкеру‑тян, я знаю, что на самом деле она так не считает.

Домохозяюшка погрозила мне пальцем:

– Иоши‑кун, не нужно быть таким формальным. Мы же давно договорились, что ты можешь звать меня по имени. Ну‑ка попробуй: «НА‑НА‑сан».

– Извините, Нана‑сан, это немного смущает.

– Глупости! Когда ты зовешь меня Фукэра‑сан, я чувствую себя такой старой. Ты же не хочешь сказать, что я старуха? – Прищурившись, серьезным тоном спросила у меня соседка. Мне стало страшновато.

– Ни в коем случае, Нана‑сан! Вы очень красивы, и я бы ни за что не дал вам больше 25! – На одном дыхании выпалил я.

– Хо‑хо, маленький льстец Иоши‑кун, ты меня совсем засмущал! – Хихикнула соседка. После чего серьезным тоном спросила: – Ты не голоден? Может зайдешь к нам? Мы как раз собирались поужинать.

– Спасибо, Нана‑сан, но я только что ел. В другой раз с радостью приду отведать вашей великолепной стряпни! – Быстро ответил я, поклонился, попрощался и зашел к себе домой. Закрыл дверь и сполз на пол, свернувшись калачиком.

Била легкая дрожь. Никогда не умел общаться с людьми. Особенно незнакомыми. Но, к счастью, я смотрел достаточно аниме, чтобы применять шаблонные фразы в шаблонных ситуациях. Нана‑сан совсем не заподозрила подмены. В ее глазах Иоши‑кун все тот же. Значит, пока я все делаю правильно. Соседка хорошая, уверен, она отлично готовит. Обязательно схожу к ним в ближайшие дни. И Сэкера‑тян, да? Доченька соседки. Интересно будет познакомиться. Расслабился, вспомнил тепло рук Наны‑сан. Ребенку нужна мать, да, Иоши? Улыбнулся. Встал, разулся, разделся, прошел в ванную. Помылся. Вышел в одном полотенце. Звонок в дверь.

Как не вовремя. Подошел, открыл. За дверью увидел высокую (на пару сантиметров выше Иоши), красивую девушку в желтой футболке и джинсах. У нее каштановые волосы до плеч. Кажется, я знаю кто это. Ее руки были вытянуты вперед, в них – коробка.

Гормон в подростковом организме начал бурлить, появилось неудержимое желание исполнить что‑нибудь крутое. Оперся рукой о дверной косяк, другой рукой картинно зачесал мокрые волосы назад, после чего положил руку на пояс.

– Ты еще красивее, чем твоя мать, – Вырвалось у меня изо рта.

Девочка издала странный звук, уронила коробку, закрыла лицо руками и затряслась. Она что, шокирована? Смущена? Тронута до глубины души? Судороги усилились, сквозь ладошки прорвался громкий смех. Она убрала ладони с лица, оно красное, сияющая улыбка заставляет сердце трепетать. Сквозь смех она выдавила:

– Что ты тут пытаешься показать? Это какая‑то пародия? Что значит, что я красивее матери? Бака! Бака!

Я покраснел, начал закрывать дверь. Она ухватилась за нее рукой.

– Стой! Мама велела вернуть тебе это, – Носком ботинка слегка пнула коробку, – Это садовые штуки, которые твой отец одалживал матери. Пока, – Она отвернулась, помахала рукой над головой и ушла к себе домой. Я некоторое время пооценивал вид сзади и нашел его весьма приятным. Наклонился, подобрал коробку – довольно легкая – закрыл дверь, поставил коробку на пол гостиной. Поднялся к себе в комнату. На улице уже совсем стемнело, вдоль набережной зажглись фонари, красиво отражаясь в реке.

Встал у окна и начал думать о новых знакомых. У двери получилось не по плану. Я надеялся, что Сэкера окажется классической анимешной цундэрэ, она должна была покраснеть, крикнуть «Бака!» и швырнуть в меня коробкой. После этого полотенце неминуемо упадет с бедер, девочка увидит «чин‑чин», покраснеет еще сильнее и убежит в закат. Но все пошло не так. Но оно и к лучшему. Сэкера так мило смеялась.

Лег в кровать и подвел итог первого дня:

– Моя анимежизнь только начинается.

Глава 2

Мне нравится архетип «Цундере». Объясняю это так: в гаремниках очень редко уделяют внимание дуге характера. Персонажи показываются уже сформировавшимися. Девочка‑генки, девочка‑кудере. Нет развития. Цундерка же очень мило «ломается», когда переходит из стадии «цун» в стадию «дере». Хотел бы я строить отношения с такой? Едва ли, не люблю истерики. Поэтому я искренне рад, что Сакэра‑чан отреагировала не как цундере.

С такими мыслями я проснулся. Сэкера‑тян супер милая. И она совсем рядом, буквально пара шагов. Может сходить сегодня к ним на ужин? Вспомнил вчерашнюю сцену у двери. Может, стоило уронить полотенце? Стоп, стоп, стоп! Что это за мысли? Открыл глаза, увидел топорщащееся одеяло. Понятно. Пора в душ.

После душа стало легче. А ты коварна, Сэкера‑тян! Явно знаешь правило, согласно которому первая встреченная протагонистом гаремника вайфу становится главной героиней. Нет, так не работает! Я не попадусь в эту сюжетную ловушку! Но Сэкера‑чан все‑таки супер милая.

Сегодня решил посмотреть семейные альбомы и телевизор. Нужно втягиваться в социум.

В первом же альбоме нашел общее семейное фото. Подпись «2 августа 1988». Прошлогоднее. Отец в темном костюме, в очках. Довольно приятный лицом, очки не в силах скрыть мешки под глазами и общую усталость. Худой. Видимо реально много работает. Мать в бежевом брючном костюме, на шее изящное золотое ожерелье с, надо полагать, брильянтами. В документах было указано, что она домохозяйка. Получается, подарки отца. Красивая. Очень красивая. Волосы цвета воронова крыла до локтей. Точеные черты лица без морщин. Полные губы. Широкий для японки разрез глаз. И как это отец заполучил такое сокровище? Ух, семейные тайны! В свое время выясню.