Космодесантник Империи

Глава 1

– Ну что? Начнём, помолясь? – Тёма залез в рюкзак, вытащил банку пива и с улыбкой протянул её мне.

– А не рано? – Я хмыкнул, обвёл взглядом полупустой вагон электрички и с сомнением посмотрел на протянутую банку. – Нам же час ещё ехать.

– Так и пиво не последнее, – усмехнулся друг, сунул мне в руки банку и, достав следующую, протянул её Володьке.

– Совсем ты одичал, Саня, – забрав пиво, осуждающе покачал головой тот. – Мы ж на рыбалку едем! Забыл основное правило рыболова?

– Наливай да пей! – тут же подсказал Тёма и, вытащив третью банку, подкинул её на ладони.

– Так мы же до водохранилища ещё не доехали, – попытался слабо возразить я, но не увидел в глазах друзей понимания.

– На водоём нужно прибыть в правильном настроении и полной душевной гармонии, – приложившись к банке, философски заметил Володька. – Времени – полседьмого, так что мы в своём праве. А если докопаются государевы люди, так Тёма нас и отмажет. Это ж он зачинщик, вот и пусть…

Ну да… Арташес Тигранян, для друзей – Тёма, служил в самой известной в России конторе. Армянин, никогда не бывавший в Армении, он с детства любил огонь и всё то, что можно было взорвать. Это и определило его судьбу в самом позитивном варианте из всех, что были возможны. Служба в армии, небольшая война и потом ФСБ. Так что мы тут хоть цистерну пива могли выпить спокойно. По таким мелочам полиция с федералами предпочитает не связываться.

В противоположность Тёме, второй и последний мой друг – Володька Шаповал – работал учителем физики в одной из московских гимназий. Занудный и вредный, как и большинство учителей на моей памяти, но с друзьями нормальный. Наверное, потому что я с физикой не в ладах, а Тёму учить небезопасно. Он за свою недолгую жизнь столько вреда нанёс окружающей среде, что об этом лучше даже не думать.

На рыбалку мы выехали спонтанно. Можно сказать, так легли карты. Во время привычной субботней игры в покер выяснилось, что середина недели у всех нас свободна. Наверное, сказалось выпитое, но, когда Володя предложил порыбачить на Истре, никто ему возражать не стал. При этом решающим фактором оказалось то, что у нашего физика нашлось аж целых три удочки, а жена Тёмы – Руся – уехала на неделю на дачу. Возможно, поэтому Тёма больше всех топил за рыбалку. Это он с бандитами герой, а с женой особо не забалуешь. Собственно, я тоже сильно не ломался. В офис мне ходить по работе не нужно. Я вообще по жизни стараюсь меньше ходить. Это у меня не очень хорошо получается…

– Ты чё задумался, Сань? – Тёма толкнул меня в бок. – Не надо на него смотреть, оно ж греется, а у нас ещё по шесть банок на брата.

– По шесть?! Вы нормальные? – я наигранно-обречённо вздохнул, сделал пять глубоких глотков, блаженно улыбнулся и, убрав пустую банку в пакет, предложил: – Может быть, до водохранилища довезём остальное?

– На водохранилище мы будем пить благородные напитки, – тут же возразил мне Тёма. – Ты думаешь, мы виски забыли?

– К тому же пиво очень тяжёлое, – поддержал друга Володя. – Его в себе лучше носить. Это я как физик тебе говорю.

– Ага, физик… – забрал я у Тёмы банку и кивнул на торчащий из сумки журнал. – Странно такое видеть у физика. Там же одни шизофреники в авторах. Или тебе интересны контакты третьего рода?

– Какие ещё контакты? – Тёма проследил за моим взглядом и непонимающе поморщился. – И при чём тут шизофреники?

– Это журнал про космос, – сдерживая улыбку, Володя достал предмет разговора и протянул его Тёме. – Там примерно половина научно-популярных статей, а шизофреников я почти не читаю.

– Другая половина – это рассказы тех, кто встречался с инопланетянами, – в ответ на Тёмин вопросительный взгляд, с улыбкой пояснил я. – В большинстве они из Южной Америки. Там самая большая плотность шизанутых по этой теме. Каждый день встречаются… Разговаривают, трахаются и рожают детей. От какого-нибудь Педро оно не кошерно, а от яйцеголового зелёного человечка – самое то. – Я развёл руками и посмотрел на Володю. – Только всё равно не понимаю, нафига оно тебе надо? Фантастику почитай или поиграй во что-нибудь… Оно же в разы интереснее.

– Всё адекватное уже давно прочитано, а в игры я, в отличие от тебя, не играю, – друг пожал плечами и, забрав у Тёмы журнал, убрал обратно в сумку. – Научно-популярные статьи нужны для работы. Мне в гимназии дали шесть часов астрономии, а детям не очень интересно то, что в учебниках. Им больные фантазии шизофреников лучше заходят… Вот и…

От разговора меня отвлёк телефонный звонок. Я вытащил из кармана смартфон, посмотрел на дисплей и усмехнулся, увидев имя младшей сестры.

– Привет, Маш, – поднеся телефон к уху, произнёс я и, прекрасно понимая, почему она меня дёрнула, уточнил: – Что-то случилось?

– Николай Петрович звонил, – не здороваясь, объявила сестра. – Сказал, что ты не был сегодня на процедурах.

– И… что из этого? – спросил я, одним движением поймав летающую перед лицом муху. – Один день разве что-то решит?

– Да, решит! – сестра на том конце трубки вздохнула. – Ты же знаешь, Саш, как это важно!

– Знаю, – спорить с сестрой не хотелось. – Но сегодня я на рыбалке. Послезавтра схожу и сразу за три дня облучусь.

– Не говори так! – Маша снова вздохнула, но, очевидно, понимая, что с физиотерапией у меня в ближайшие дни не задастся, решила тему не развивать и добавила: – Ладно… Я маме не скажу. Отдыхайте. Ребятам привет…

– И тебе от них, – хмыкнул я, но она уже не услышала.

Убрав телефон, я выпустил пленённую муху, глотнул пива и посмотрел в окно.

Грустно, но ничего не поделать. Врождённый артроз коленного сустава вылечить не получится. Физиотерапия только оттягивает операцию, без которой мне в будущем не обойтись. Только не поможет и операция. С годами всё будет хуже, но жалеть себя – это последнее дело. Ходить я пока что могу, хоть и не так быстро, как обычные люди. Ну а бегать мне не нравится. Я просто никогда не пробовал этого делать.

– Чего? Потеряли тебя, алкоголика? – хмыкнул Тёма, протягивая мне третью банку.

– Ага. – Я кивнул, забрал пиво, затем снова поймал надоедливую муху и откинул её подальше. – Маша передала вам привет.

– И ей не хворать. – Володя улыбнулся и, переведя взгляд на Тёму, уточнил: – Ты помнишь хоть один случай, когда он не поймал насекомое? С такой реакцией хорошо бабки считать или печати ставить на документах, как в роликах на ютубе.

– Так он поэтому в игры и играет, – усмехнулся Тёма и, убрав пустую банку в пакет, потянулся за следующей. – С подростками, ага… Он их обыгрывает без вариантов. Там же кто быстрее тыкает мышкой, тот и царь горы. В этом с Саней вряд ли кто-то сравнится.

– Вот же ты старый пень… – покачал я головой, и в этот момент в вагон зашла девушка.

На вид – чуть старше сестры. Высокая, рыжеволосая. В шортах и топике, под которым не было лифчика. Красивая, как летний закат.

Оборвав фразу, я повернул голову и посмотрел в окно, словно бы меня там что-то заинтересовало. Лучше не смотреть… Вот не вижу смысла травить душу фантазиями. Наверное, глупо… но я так живу.

– Она уже ушла… – серьёзно произнёс сидящий напротив Володя. – И я не понимаю, Соколов, какого хрена ты ведёшь себя как пятиклассник. Тридцать лет мужику, а от красивых девок шарахаешься как чёрт от ладана. Они же тебя не сожрут, если попытаешься познакомиться. И на сайтах знакомств таких – каждая третья…

– Да… Очень я им нужен такой. – Я вздохнул, покивал и сделал пару глотков пива из банки. – Инвалид на перспективу, от которого могут родиться ущербные дети…

– Дурак ты, Сань. – Тёма покачал головой. – Нормальной женщине не колено твоё нужно, а мужчина, рядом с которым ей будет спокойно. Ты ж не мудак… Тянешь эту жизнь и не ноешь. Сестре МГУ оплатил, семью содержишь, работаешь… И только с бабами ведёшь себя как идиот.

– Ну да, – я усмехнулся. – У вас-то нормальные жёны, а у меня – не забыл?

– Так от дуры никто не застрахован, – в разговор снова включился Володя. – На планете девяносто пять процентов дебилов. И что теперь? Какая-то всё равно будет нормальная. Если голову в песок не прятать и не шарахаться от каждой симпатичной девчонки.

– Ладно, проехали, – махнул рукой я, обрывая этот бессмысленный разговор. – Будет так, как будет. Нормальную я почувствую…

– Скорее она почувствует тебя, дурака, – хмыкнул Тёма, доставая из рюкзака очередную банку.

В Солнечногорск мы прибыли в половине восьмого. Там на вокзале заказали машину и уже на ней поехали в сторону водохранилища. Дорогу я не запоминал, поскольку мне оно и на фиг не было надо. Машину вёл какой-то местный мужик, штурманом был Володя, а мы с Тёмой блаженствовали на заднем сидении.

Нет, наверное, гораздо умнее было бы остановиться на какой-нибудь туристической базе. Я предложил это за игрой в покер, но Володька сказал, что турбазы для слабаков, а настоящие рыбаки ночуют только в палатках, и у него как раз на такой случай завалялись три спальных мешка. При этом Тёма даже не спорил. Нашему другу, ввиду его деятельности, вообще было наплевать, где придётся спать: в лесу под кустом, по шею в воде или зарывшись в снегу. Ему и спальник с палаткой для этого не нужны.

Впрочем, я тоже особо не спорил. Одна ночь погоды не сделает, но зато потом будет что вспоминать.

К слову, место Володя выбрал шикарное. Небольшая поляна с удобным спуском к воде, с огромным пнём и старым кострищем. При этом никакого мусора вокруг не валялось. Здесь, очевидно, останавливались только культурные рыбаки и туристы, такие же, как и он.

Сосны, запах смолы, тихий плеск волн и спокойная водная гладь… Пара литров виски на троих, овощи, белый хлеб и шашлык – да помноженные на всю эту окружающую красоту… Вот что ещё нужно человеку для полного счастья?

Идиллию омрачала только моя тупая забывчивость…

Ещё при подъезде к водохранилищу большая часть пива из головы уже выветрилась. Организм требовал еды и продолжения начавшегося банкета, но, когда мы прибыли на место, я вдруг увидел, что у телефона почти не осталось заряда.

При этом пауэрбанк я, конечно же, забыл дома, но зато захватил «зарядку» и шнур. У ребят зарядников тоже с собой не нашлось, и это было хреново.

Нет, никакой трагедии, конечно, не случилось бы. Мама и сестра, в случае чего, позвонили бы Тёме или Володьке, но проблема в том, что завтра до обеда мне нужно было принять три очень важных звонка от клиентов. Цена вопроса – больше пятидесяти тысяч рублей, и терять такие деньги совсем не хотелось. Впрочем, выход нашёлся быстро.

По дороге сюда мы проехали мимо одной из баз, а там никаких проблем с электричеством быть вроде бы не должно. Примерно пятьсот метров по лесу вдоль воды и ещё столько же по открытому берегу – это даже с моей ногой минут двадцать, не больше.

Озвучив друзьям свои планы, я был подвергнут общественному порицанию за увиливание от обустройства нашего лагеря. Потом мне налили сто грамм штрафных, выдали бутерброд с колбасой и попросили долго не шляться. Тёма ещё предложил прогуляться вместе со мной, но от этого предложения я отказался.

Нет, конечно, вместе гулять по лесу в разы веселее, но практической пользы от этого мало, а мне и так было немного неудобно перед ребятами.

Впрочем, на моём настроении это неудобство никак не сказалось. Оно было прекрасное. Нет, ну а что может быть лучше прогулки по летнему лесу? После двух литров пива и ста штрафных грамм? Для человека, который несколько лет не выбирался в этот самый лес?

Дождей тут давно не случалось. Дорога была сухая и ровная. Нет, понятно, что в подмосковном лесу вряд ли кто-то решит положить асфальт, но машины здесь ездили. Одну из таких я увидел за поворотом, через триста метров от нашей стоянки. «Черри» или, может быть, «Омода» – я не очень хорошо разбираюсь в марках китайских машин – стояла на краю дороги, у спуска к воде. Мы проезжали это место. Оно тоже прикольное, но палатку там внизу не поставить. Впрочем, тем, кто приехал сюда на машине, палатка вряд ли нужна.

С этими мыслями я принял левее, чтобы не идти по неровной дороге, и обошёл машину со стороны реки. Вообще по жизни я совершенно не любопытный, но, когда идёшь по лесу, поневоле разглядываешь всё подряд. Проходя мимо машины, я невольно посмотрел влево и… мысленно выругался. Внизу два мужика спортивного вида тащили к воде третьего.

Голова жертвы безвольно болталась, и было непонятно, жив он или уже нет. Впрочем, этот вопрос занимал меня в последнюю очередь. Ведь не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться, зачем два амбала тащат к воде полностью одетого мужика. Ну не купать же они его собрались?

На беду, один из участников этого действа краем глаза заметил меня. Дальше всё произошло как в плохом фильме про мафию… Бросив жертву, урод выхватил пистолет, вскинул его и три раза выстрелил. Да, наверное, другой на моём месте смог бы адекватно среагировать. Рвануть в сторону, заорать или убежать в лес… Вот только скорость реакции очень плохо вяжется с артрозом колена и алкоголем в крови. Нет, я видел каждое движение этого урода, видел, как его приятель-бандит тоже выхватил ствол, но смог только попытаться упасть.

Сухо хлопнули выстрелы, сзади треснуло разбитое стекло иномарки, левое плечо обожгло болью, а потом меня толкнуло назад. Ударившись спиной о дверцу машины, я ещё только падал на землю, когда произошло странное.

В тот момент, когда бандит выхватывал пистолет, вода у берега почернела. Прямо на глазах эта «чернота» рванулась на берег и накрыла всех троих полиэтиленовой плёнкой. Я не знаю, как ещё такое можно назвать. Ублюдок успел выстрелить только три раза, а потом они с приятелем заорали так, словно кто-то сдирал с них заживо кожу.

Продолжалось это секунд пять, а потом крики оборвались и оба бандита завалились на песок рядом со своей жертвой. Атаковавшая их чернота поднялась над телами, как покрывало, на глазах превратилась в змею и быстро поползла в мою сторону. Как в фильме ужасов, за пару мгновений… Убежать я не мог. Правая рука онемела, дыхание давалось с трудом. Я просто сидел, боком привалившись к машине, и смотрел на приближающуюся змею.

Она была такой чёрной, что казалась прорехой в пространстве, а вблизи – так вообще походила на шланг. Без пасти и глаз… Какой-то фантастический глюк перед смертью…

Третья пуля попала мне в грудь, и вряд ли уже получится выжить, но эта «змея» отомстила уродам, а я… Мне ведь всё равно умирать… Так что я на неё не в обиде.

Все эти мысли пронеслись в голове за мгновение, когда «змея», наконец, подползла.

В плёнку она превращаться не стала. Не меняя направления движения, непонятное существо ткнулось передней частью в мою левую кисть и мгновенно обвилось вокруг предплечья. В следующий миг грудь, плечо и колено резанула острая боль. Страшная, нарастающая… Словно кто-то невидимый воткнул в меня раскалённые крючья и начал рвать тело на части.

Я не заорал только потому, что не мог. Выдохнул и не успел вдохнуть. Конвульсивно выгнулся на траве, перед глазами поплыли оранжевые разводы.

Эта пытка продолжалась целую вечность. Тело содрогалось в конвульсиях, лёгкие отказывались дышать. Словами такое не передать – только чувствовать, но в какой-то момент боль слегка отступила, и я понял, что всё ещё жив.

Дыхание давалось с трудом, суставы горели, но вернулась способность соображать.

Выматерившись, я принял сидячее положение, огляделся и не увидел «змеи». Три неподвижных тела всё так же лежали у кромки воды, машина стояла у меня за спиной, но…

Резко повернув голову, я поморщился от боли, прострелившей виски, хмыкнул и выругался повторно. Чуть ниже локтя, на внутренней части руки, чернел знак. Тройная синусоида или что-то очень похожее. Высотой – сантиметра три, и семь-восемь в длину. Угольно-чёрная, как та «змея»…

Не понимая, что происходит, я коснулся предплечья ладонью, и в этот момент синусоиды зашевелились. Рука под ними тут же занемела, а перед глазами появилось звёздное небо. Оно резко надвинулось и накрыло меня с головой…

Огромная, хорошо освещённая площадь шевелилась живым ковром.

Криво изогнутые столбы со светящимися кристаллами на вершинах, пирамидальные возвышения и стены, собранные из угловатых разноцветных плит.

Я осознавал себя.

Знал, что вижу это во сне, но не понимал почему. Разум воспринимал только общую картину происходящего, но стоило попытаться сконцентрироваться и рассмотреть отдельные детали творящегося внизу – и видимость ухудшалась. Реальность шла волнами, как вода от попавшего в неё камня, и ничего не получалось увидеть. Потом рябь пропадала, и снова проступали очертания огромного зала. И шевелящийся пол, и уродливые столбы с фонарями, и разноцветные стены…

Оно было ни на что не похоже. Какой-то наркоманский бэд-трип, бессмысленный и бесполезный. Наблюдая сверху за шевелящейся массой, я прекрасно помнил, что произошло и как я здесь оказался. Тела не чувствовал, его просто не было. Я словно сидел за компьютером и пялился в монитор, не имея возможности сменить изображение на экране.

Продолжалось это целую вечность, и я уже думал, что оно никогда не закончится, но в какой-то момент меня резко понесло вниз.

Как выяснилось, я неверно оценил высоту, на которой висел. Думал, метров пятьдесят, но, по ощущениям, высота стен этого зала была как бы не километр. Непонятная сила уронила меня вниз, протащила над полом, а потом картинка погасла. Тот, кто это устроил, похоже, хотел, чтобы я разглядел…

На полу огромного зала находилось несколько тысяч каких-то странных созданий. Пауки или многоножки с конечностями, похожими на корни деревьев. Размеры оценить было сложно. Я не биолог, но происходящее внизу напоминало какой-то чудовищный муравейник. Одни «насекомые» двигались по определённым маршрутам, тащили на себе предметы разных размеров и форм и складывали их около пирамид. Другие висели на странных конструкциях, похожих на металлическую паутину. Третьи руководили происходящим или просто наблюдали за своими собратьями, сидя на небольших каменных наростах над полом и шевеля своими странными конечностями.

Слишком быстро оно промелькнуло перед глазами, и всего увидеть я не успел. Ну и, конечно, не понял, зачем мне это показывали.

В какой-то момент картинка сменилась, и я увидел Землю с высоты орбиты. Затем изображение метнулось далеко в сторону, мелькнули вокруг росчерки звёзд, и я увидел целую кучу огней впереди. Поначалу не понимал, что это, но при приближении разглядел огромный космический флот. Такой, как в каком-нибудь фантастическом фильме. Сотни или даже тысячи кораблей на фоне двух огромных – размером с небольшую планету. Потом перед глазами на фоне кораблей начали сменяться какие-то непонятные знаки. Разноцветные, похожие на китайские иероглифы. Какой-то отсчёт или?..

Не успел я об этом подумать, как неизвестный экскурсовод показал мне луну. Издали. На фоне Земли. Неподалеку от планеты я заметил огромный серый диск. Неровный и едва различимый. В следующий миг изображение пропало, и я снова вернулся на Землю. Меня пронесло над какими-то огромными горами и показало небольшую деревню. С людьми, тракторами и вполне земными постройками. Затем изображение подёрнулось рябью, и я увидел Истринское водохранилище с высоты птичьего полета. Картинка резко приблизилась, и неизвестный оператор показал мне меня. Лежащего возле машины в окровавленной белой футболке. Последним, что я увидел, были ребята. Тёма с Володей бежали по лесной дороге к машине… Затем камера резко взлетела, перед глазами мелькнули далёкие звёзды, и сознание погрузилось во тьму.

Я очнулся и увидел над собой потолок. Обычный, потрескавшийся, какие бывают в больницах. Самым странным было то, что я прекрасно, во всех мельчайших подробностях, разглядел ползущую по нему муху. Так, словно наблюдал насекомое через лупу. Муха как будто почувствовала мой взгляд и куда-то свалила, оставив меня наедине со всеми обрушившимися проблемами.

Нет, хрен с ней, с мухой… Я выжил – и это прекрасно! Судя по всему, за мной даже присматривают врачи, но только чувствую я себя отвратительно. Дыхание даётся с трудом, все тело горит, суставы ломит, башка раскалывается.

Простыня, на которой я лежал, промокла от пота. Та, что сверху, – такая же мокрая. На стене за кроватью – какие-то краны. Похоже, для подачи кислорода. Остались ещё со времён ковида? Да по фигу… Справа раковина, слева зарешёченное окно, и открыта в нём только форточка.

Стиснув зубы от боли, я принял сидячее положение, поморщился от ощущения влажной простыни, огляделся и усмехнулся. В палате один, дверь наружу закрыта, а там, в коридоре, скорее всего, дежурит какой-нибудь полицейский. В фильмах такое часто показывали, ага…

Только плевать на него, я никуда бежать не намерен. Мне в таком состоянии только бежать, но можно хотя бы попытаться разобраться с тем, что довелось пережить.

При этом начать нужно с того, что я в который уже раз оказался в ненужном месте в ненужное время. Там получил пулю в правую часть груди, но каким-то чудом после этого выжил. Само это чудо оказалось непонятной чёрной хренью, которая вырубила стрелявшего в меня бандита, а потом подползла и коснулась меня мордой. Ну или что там у неё вместо морды? При этом меня она вроде бы убивать не собиралась. Иначе зачем бы ей обвиваться вокруг руки и показывать все эти мультфильмы?

Нет, понятно, что в том состоянии мне могло привидеться и не такое, но как-то очень чётко и последовательно я наблюдал эти сны. Сначала какие-то безобидные тараканы, потом огромный космический флот и цифры отсчёта. Затем Луна с каким-то диском, азиатская деревня, водохранилище, и вот я здесь… В очень хреновом, надо сказать, состоянии. Температура, по ощущениям, под сорок, жарко так, словно лежу на сковородке, но грудь почему-то не обмотана бинтами. Странно… Я ведь точно помню, куда попала пуля. Ну не могло же оно мне померещиться?! Кровь, боль и эти космические приколы! Неужели это всё же горячечный бред?!

Спохватившись, я задрал футболку, в которой лежал, осмотрел грудь и выпал в осадок, заметив там лишь небольшой шрам. Ровный кусок кожи светлого цвета, какие остаются от старых ожогов. Странно, но тогда получается, я пролежал тут не меньше пары недель? Хорошо… но тогда почему же мне так хреново? Впрочем, сейчас кто-то зайдёт и расскажет. Мне же не помешает подумать об этих чёртовых снах.

Они выглядели как предупреждение, но что с этим можно поделать?

«Какие-то пауки собираются высадиться на Землю, а об этом мне рассказала змея, которая убила трёх мужиков, а потом едва не убила меня?» Вот даже интересно, какой кретин во всё это поверит? Да даже если и поверит, то что? Люди одновременно поумнеют? Забудут все войны и начнут готовиться к отражению вторжения?

Брюса Уиллиса позовут, ещё и Уила Смита, ага… В общем, о своих снах нужно говорить только в том случае, если очень приспичит. Я и сам во всё это не верю. Мне раньше снилось и не такое. Не настолько, может быть, ярко, но я и при смерти не был во время тех снов.

Додумать не получилось. В коридоре раздались шаги, замок в двери щёлкнул, и ко мне в палату вошли сразу три человека. Мужчины в синих халатах и таких же беретах. Выглядели они при этом достаточно странно. Спины у всех троих были прямые, движения скупые, взгляды оценивающие. Мой друг Тёма так же любит смотреть по пьяни… ну или когда забывается.

Двое зашедших подтолкнули третьему стул и встали у него за спиной с постными рожами. Ни участия, ни сочувствия в их глазах я не увидел. Впрочем, плевать мне на них…

– Александр Георгиевич? – приятным голосом поинтересовался тот, что уселся на стул. – Как вы себя чувствуете?

– Замечательно, – кивнул ему я. – А вы, простите, кто? И где я сейчас нахожусь?

– Меня зовут Сергей Павлович, – кивнув, представился врач. – Полковник медицинской службы, а это, – он кивнул себе за спину, – мои заместители.

– Ого, – я хмыкнул и улыбнулся. – А место… Это, скорее всего, Бурденко?

– Да, вы правильно поняли, – согласно кивнул полковник. – Это Национальный медицинский исследовательский центр нейрохирургии имени академика Н. Н. Бурденко. Поначалу вас доставили в Склиф, но там не оказалось нужных специалистов, и они передали вас нам.

– И по каким же болезням там не оказалось специалистов? – спокойно спросил у него я. – В военном госпитале оборудование получше? Только проблема в том, что я не военный.

– Вы к чему это говорите? – полковник спокойно посмотрел мне в глаза. – Вы не хотите, чтобы мы вас лечили?

– Я не хочу, чтобы меня использовали как лабораторную мышь, – пожав плечами, ответил я. – И ещё не хочу, чтобы мне врали…