Серые туманы Эрантии

– Хорошо, если так, – облегченно выдохнул я. – Значит, приданое у тебя уже есть.

– А что такое приданое? – тут же поинтересовалась жена.

– Там, где я жил, некоторые родители выделяли дочери кое-какое имущество, когда она выходила замуж, – пояснил я. – И когда-то давно размер приданого во многом определял популярность невест. То есть она могла быть страшной, кривоногой и тупой, но это мало кого интересовало…

– Ну ты нагле-е-ец!.. – выдохнула Джаэлит. – Да как ты…

– Почему это сразу наглец? – с трудом сдерживая смех, возмутился я. – Я-то как раз по любви женился! Это мама твоя решила. Но ты не расстраивайся, раньше подушки всякие с одеялами за невесту давали, а за тебя вон сразу целых двенадцать ударных легионов!

– Но ты же сказал, что чем страшнее невеста, тем богаче ее приданое?.. – тут же вкрадчиво поинтересовалась жена.

– Ничего я такого не говорил! – мне вдруг совсем перестал нравиться этот разговор. – Я сказал, что если оно богатое, то возьмут любую! А у меня и умница, и красавица, и комсо… в смысле, приданое такое, что закачаешься!

– Ладно, выкрутился! – усмехнулась Джаэлит и отключилась.

Я поправил на поясе меч и всмотрелся в лежащие впереди холмы. Насчет «страшная» – это как на самом деле посмотреть. Внешне-то – лучше и не придумать, а вот по сути – что она, что ее мама… Тут и пятидесяти легионов кому-то мало будет для компенсации. Ладно, в сторону лирику. Губы раскатывать пока рано. Жену нужно сначала освободить, а там уже посмотрим и помечтаем…

К разрушенному храму богини Отмщения мы добрались уже на следующий день, к обеду. Собственно, никакого храма тут не было. Проем ворот, закрытый переливающейся фиолетовой пеленой входа в инстанс, и огромный квадрат площадки, обнесенный метровой каменной стеной. В центре конструкции – алтарь: массивный плоский булыжник с рунами, вокруг которого торчат двенадцать толстенных деревянных столбов, обломанных и почерневших от времени. Высотой – от полутора до пяти метров. Они образовывали круг метров тридцати в диаметре и, скорее всего, когда-то составляли основание храма. Что за сила их когда-то переломала и почему они не сгнили за тысячи лет – неизвестно, да и не интересно. Пусть уфологи гадают над всеми этими никому не нужными загадками. В том мире у них это получалось неплохо…

Стена, окружавшая обломки, была сложена из плоских серых камней и проломлена в шести местах. Пока отряд, не торопясь, располагался на отдых, Макс со своими спокойно прошли сквозь эти проломы внутрь и попытались возложить на разрисованный рунами алтарь оплавленный кусок зеленого стекла, который разработчики обозвали Изумрудной Слезой. Система, разумеется, не отреагировала никак, богиня не появилась, абрикосовые деревья не выросли… Оно и понятно – квест без прохождения инстанса не выполнить. Десять человек без ограничения уровня. Единственное условие – наличие квестового предмета и, собственно, самого квеста у любого члена входящего в инстанс отряда. Задание есть у девяти человек, я пойду с ними десятым. Мои княжеские двадцать процентов к максимальному здоровью – это в два раза больше, чем пристовский бафф, а если учесть выдаваемый мной урон, капитанское звание и процентные прибавки… Ведь в данжах, к сожалению, работают только клановые бонусы и те, что есть у находящихся внутри бойцов. Игровые законы пока никто не отменял. Рисковать глупо… Да и не отпустил бы я их одних. Нет, была, конечно, идея – отправить с ними Кана или Ваессу, но Пончик и этот опытный американец тут же объяснили мне, почему делать так ни в коем случае нельзя. Дело, оказывается, в том, что если в подобный квестовый данж идет НПС, уровень которого превышает средний уровень проходящих подземелье игроков, то мобы внутри, даже при первом прохождении, будут иметь уровень этого вот НПС. В моем же случае система, которая до сих пор считает меня игроком, просто выровняет уровень мобов по среднему уровню отряда. У меня – двести пятьдесят пятый, у Макса сто девяносто первый, у всех остальных – сто шестьдесят пятый. Если Пончик и Алекс не ошибаются, то, проведя нехитрые расчеты, можно предположить, что мобы внутри сто семьдесят седьмые, то есть на один удар моего меча. Будем надеяться, что это так. А вообще хорошо, что таких вот «фиолетовых» данжей мне раньше не встречалось. Игроков-то у меня поблизости не было – одни местные, и почти каждый выше меня по уровню…

– Так, народ, давайте все к входу! – крикнул Пончик, который исполнял обязанности командира нашего отряда.

Нет, понятно, что лидерство лежало на мне, но командовать должен самый опытный игрок. С Пончиком мог конкурировать только Алекс, но квеста у него не было, внутрь он не шел, и поэтому крайним назначили разбойника.

– В таких вот квестовых данжах никто из нас еще не был, поэтому то, что я сейчас скажу, основано на информации с форумов и околоигровых сайтов, – окинув взглядом собравшийся у храмовых ворот десяток, пожал плечами разбойник. – С Алексом я, разумеется, переговорил. Он придерживается точно такого же мнения об этом данже, как и я. – Пончик кивнул на стоящего чуть в стороне американца, указал рукой на переливающуюся фиолетовую пленку входа, сквозь которую было прекрасно видно растущую на площадке полынь и дюжину торчащих обломанных столбов, и продолжил: – Значит, так, с вероятностью процентов на девяносто – это инстанс одного босса. На самой территории пара паков элитников, а главный гад сидит, скорее всего, между этими торчащими из земли обломками. Возможно, он выползет лишь в тот момент, когда мы подойдем к алтарю, но все это только предположения. Атакуют нас, скорее всего, сразу, поэтому баффаемся сейчас. Идем, понятно, в человеческой форме, перекидываемся только по острой необходимости. Поскольку с дамагом у нас все в порядке, все слоты алхимки и еды – строго на защиту, в подобной ситуации разумнее позаботиться о собственных задницах.

– Опять, что ли, змеюку эту жрать? – со вздохом закатил глаза Луффи.

– Не змеюку, а змеиный стейк, – с улыбкой поправила товарища Алена. – И зря ты, кстати, капризничаешь, будь моя воля, я бы только этими стейками и питалась бы.

– Да зажрался он просто, – глядя на мага, поддержал мою сестру Фантик. – Его тут деликатесами всякими кормят, а он нос воротит.

– Ты вообще молчи! – огрызнулся Луффи. – Жрешь все, что шевелится, а что не шевелится – шевелишь и тоже потом жрешь. Тебе что змея, что опарыши – все сойдет. Советчик, блин, хренов…

– Хватит болтать! – сдерживая улыбку, оборвал разговоры Пончик. – Баффы проверю лично, висеть должны все!

– И антиаурная аура?

– Да, Ален, и она, – кивнул разбойник. – Повесь на всех и начинай раздавать еду.

Заметив мой недоуменный взгляд, он пояснил. Милость Клхара – друидская аура десятиметрового радиуса. Наполовину снижает враждебное аурное воздействие на группу и на восемьдесят процентов снимает негатив с самого друида.

– Сейчас он тебе про слизней расскажет, – улыбнулась Алена, передавая мне завернутый в лопух теплый кусок мяса.

– Да чего там рассказывать? – пожал плечами Пончик. – Не знала ты тогда, с кем не бывает?

– Вы мне лучше скажите, у кого та травка волшебная есть, со вкусом чеснока? – оглядев товарищей, поинтересовался Фантик. – А то горчица-то закончилась.

– Волшебная травка?.. – Масяня недобро прищурилась и смерила Пончика взглядом с головы до ног. – Вы ее скурили по пьяни! Всю! С этим вот деятелем. Так что без травки обойдетесь, наркоманы! Горчицу вон покурите…

– Так нету ж ее, – развел руками Лысый.

– Бросайте тогда, – девушка легко пожала плечами, забрала у Алены причитающуюся ей порцию и, отойдя к своему крокодилу, потеряла к разговору интерес.

– Готовность пять минут, – задумчиво глядя ей вслед, скомандовал Пончик, покачал головой и со вздохом уселся на траву.

Змея, что пошла на стейки, при жизни была толщиной с руку. По вкусу она напоминала угрей, которых мы с отцом ловили в Калининградском заливе. Дело тут, скорее всего, в ассоциациях. Мясо змеи я никогда не пробовал, а угорь внешне на нее похож, вот сознание и проводит подобные аналогии. Но Алена права, мясо действительно вкусное, а если учесть десятипроцентный бонус к максимальному здоровью – так вообще замечательно. Запив стейк тремя алхимическими мензурками, о вкусе которых лучше не вспоминать всуе, я, дождавшись команды, первым шагнул в фиолетовую пленку. Эквип у меня лучше, чем у остальных, уровень выше. Случись что – с минуту продержусь, а там и ребята подтянутся.

– И че? – вышедший следом за мной Фантик с некоторым сомнением во взгляде осмотрел совершенно не изменившуюся обстановку и, тронув за плечо Пончика, указал на торчащие в сорока метрах от нас столбы. – А мы точно перенеслись в данж?

– Точно, – кивнул разбойник. – Трава тут чуть темнее, и ворота…

Я проследил за его взглядом. И правда – сквозь пустой воротный проем виднелись далекие холмы, стадо винторогих быков – и никаких следов расположившегося на стоянку отряда.

– Жутковато, однако, – опуская лук, пожал плечами появившийся последним Рексар и, указав за спину, произнес: – Как я понимаю, туда нам лучше не ходить?

– Финишная ленточка с другой стороны, – поморщился Луффи. – Только что-то вот не видно встречающих…

Словно услышав его слова, впереди над травой одновременно закрутились десять темно-серых вихрей, а еще спустя мгновение на их месте появились изготовившиеся к бою элитные воины империи Даркан.

– Убить! – проревел закованный в полный латный доспех воин, и десяток тут же сорвался в нашу сторону.

Сто восьмидесятый уровень, по две сотни тысяч ХП у каждого. Гуманоиды, но людей среди них нет. У двоих закрытые шлемы. Остальные – ящерицы и какие-то бурундуки.

– ПВП-босс! Зеркальный! – проорал Пончик, ныряя в инвиз. – Криан! Рексар! Магов! Остальные контроль хилов и весь дамаг в рейнджера!

Время привычно замедляется, Фантик, ощутимо толкнув меня в плечо, шагает вперед и, выставив перед собой щит, принимает на него Рывок устремившегося вперед дарканского воина.

Боевая форма, и Молчание во вскинувшую посох ящерицу. Прыжок ко второму магу, Ледяной Клинок!

– Контроль по кулдауну! Фантик, прикрывай хилов!..

Вместе с критом на Ледяном Клинке срабатывает Заморозка, и не успевший опомниться дарканец осыпается в траву крупными ледяными осколками. В уши словно залили воды. Грохот железа, тупые удары стрел, хлопки заклинаний, отрывистые команды разбойника прилетают словно с другой планеты. В бок ударяет стрела, следом за ней Огненный Шар. Да какого хрена?! Второй маг так быстро сбросил с себя Молчание?! Резко оборачиваюсь – и тут же ухожу в сторону, прикрываясь щитом от атакующей меня пятнистой кошки. Очередная стрела прилетает в бедро, перед глазами мелькает оскаленная пасть. Пагуба с хрустом пробивает пантере грудину, лапа уже подохшей твари ощутимо бьет по шлему, я отшвыриваю труп и получаю в грудь второй Огненный Шар. Сука! Дыхание перехватывает. Тут же разбиваю на поясе лечилку, кидаю в мага Оковы Земли и, стиснув зубы, бегу в его сторону.

– Кузю на ханта! Хил Криана! Урон в друида!

Прилетевшее Лечение сбрасывает все неприятные ощущения, краем глаза замечаю появившийся на мне друидский хот[1] и, добежав до скованного заклинанием мага, ударом сапога опрокидываю его на траву. В груди у ящерицы стараниями Рексара уже торчат две стрелы, жизни примерно на три четверти, но плевать. Лежащий получает критический урон, и маги у противника заканчиваются.

ПВП-босс – это, если память мне не изменяет, группа НПС с такими же умениями и навыками, как и у игроков. Они не агрятся на танков, дерутся, как правило, в классических билдах и по стандартным тактикам. В противостоящем нам десятке точно такие же классы, как и у нас. Мы с Луффи маги – и эти вот тоже были ими… Один удар – один труп. Я не совсем правильный маг, да и разница в уровнях и экипировке слишком уж велика. Все это промелькнуло в голове за то мгновение, пока я выдергивал меч из разрубленного плеча скрюченной ящерицы и, разворачиваясь к охотнику, пытался прикрыться щитом. Не успел… В плечо ударила третья по счету стрела, и небо вдруг поменялось местами с землей. Словно какая-то неведомая сила крутанула меня раз десять, а затем резко подтолкнула в спину. В себя прихожу секунд через пять. Мельком успеваю заметить повисшего на вражеском хантере Кузю, пятящегося под ударами здоровенного двуруча Фантика, вскинувшую посох сестру, как появившийся из инвиза разбойник широкой подсечкой сбивает меня с ног и разрывает мой бок двумя ударами кинжалов. Оба проходят критами, сбрасывая жизнь в желтый сектор, но упавшее Лечение и обновленный хот тут же убирают боль. Рывком поднимаюсь на ноги и, прикрываясь щитом, пытаюсь достать танцующего передо мной дарканца. Ублюдок без видимого труда уворачивается от двух моих выпадов и затем, отпрыгнув назад, снова уходит в инвиз. Сука!

– Он снял фир! Как это? – удивление в голосе Эланки мешается со злостью.

– У них кольца специальные, у всех! Урон в приста!

Кто там что с себя скинул и какие у кого кольца, мне плевать, но вот куда подевался этот урод? В ушах еще звучит последняя фраза Пончика, я оборачиваюсь, пытаюсь оценить обстановку, когда мне в бок влетает воин. Тот, что пару секунд назад атаковал Фантика. Трехсекундное оглушение, по ощущениям – словно кто-то врезал кулаком в нос, – и через мгновение мощный удар двуручем в основание шеи. Из инвиза слева вновь появляется рога, швыряет мне в бок сюрикен, продлевая тем самым наложенный воином контроль, и мое сознание не выдерживает. Твари! Темная волна кипящей ярости сметает плотину адекватности. Я ненавижу все вокруг: этот данж, этих слабосильных ублюдков, доставляющих мне столько неудобств, но в первую очередь я ненавижу себя. За тупость. Из головы словно выветрилась вся ненужная муть, с бесполезными размышлениями и оценками ситуаций. Ярость Преисподней! Тупой осел! Она снимает любой контроль, и врубать ее нужно было сразу после полученной от ханта дезориентирующей стрелы. Оглушение спадает, и щит встречает падающий сверху двуруч. Острие Пагубы со скрежетом пробивает кирасу и как в масло входит воину в грудь. Крит! Рывком высвобождаю клинок и поворачиваюсь к разбойнику. В этот момент над площадкой прокатился громогласный рев, и на отпрыгнувшем ассасине появилась серая иконка дебаффа. Удары двух стрел крутанули его тело, и прилетевший следом Огненный Шар поставил финальную точку в этом скоротечном бою.

Заметив, что врагов уже не осталось, я сменил форму, гася стучащую в висках ярость, пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь, и только после этого аккуратно убрал в ножны меч. Нет, ребята понимают, что с головой у меня вряд ли все в порядке, но не стоит столь явно демонстрировать свою ярость. Ни к чему это.

– А нормально так, – усмехнулся Фантик, склоняясь над телом убитого дарканца. – Быстро, в смысле. Я даже испугаться не успел.

– Ну да, пугливый ты наш, – улыбнулась Аленка и, аккуратно перешагнув через отрубленную руку, направилась ко мне.

М-да… Аркон изменил нас всех капитально. Случись такая вот живописная ситуация на Земле – с трупами, отрубленными конечностями и лужами крови, – литром сорокаградусной для каждого дело бы не обошлось. Кому водка, кому психотерапевт… И ведь не прошло и полгода, как привыкли. И мужчины, и женщины…

– Ты как? – смерив меня слегка встревоженным взглядом, поинтересовалась сестра.

Мне вдруг стало смешно. Ведь, судя по всему, ее посетили точно такие же мысли, как и меня. Только она-то не убивала сейчас никого и думает, что меня сейчас моральные терзания мучают? Впрочем, в зеркале я свою физиономию не видел…

– Все в порядке, – я подмигнул сестре и потянулся за трубкой. – В месячный запой пока не собираюсь.

– А я бы с удовольствием! – услышав мою последнюю фразу, тоскливо вздохнул Пончик. – В месячный-то запой!.. Шалашик на берегу реки. Пиво… самогон, шашлыки. Это же как к бабушке на лето…

– Хороводы вокруг елок, похмелье, галлюцинации определенной направленности, – в тон ему начала загибать на руке пальцы Масяня.

– Да ладно, дриада и правда же была, – оглянувшись на них, нахмурился Фантик.

– Одна была, – не стала спорить охотница. – А скольких вы там видели?

– Да хватит вам уже, – Макс подобрал с убитого разбойника лут, вытер ветошью испачканную в крови руку и указал на торчащие из земли столбы. – Вон он уже, финиш. Вернем Киране храм, а там и отдохнуть можно будет. Месячного запоя тем, кто пойдет с нами дальше, не обещаю, но все, кто захочет, могут отправиться в Дикий Лес на каникулы. Потом порталами выдернем в Эрантию. – Он обвел друзей насмешливым взглядом и кивнул на меня: – С Крианом мы этот вопрос уже обговорили. Ну, а если кому-то приключений уже выше крыши, то без проблем…

После его слов над площадкой повисла тишина. Такая, что стало слышно непонятно откуда взявшихся тут кузнечиков. Секунд десять все молчали, а потом неожиданно выступила Масяня.

– Насчет Дикого Леса – это ты, пожалуй, прав. Мало от нас помощи трехсотым рыцарям и магам, – негромко произнесла девушка. – А вот насчет остального… Ты разве забыл ту ночь у озера под Талианом? Когда мы договорились идти вместе и до конца?

– Она права, – поддержал девушку Луффи. – Приключения приключениями, но конец пути мы определим для себя сами. Поэтому не говори так больше, Макс. Не нужно нас обижать.

– Но… я просто думал, что… – друг виновато улыбнулся и покачал головой. – Замяли, в общем… и, раз уж так, то пошли приключаться дальше?

– Ага, пошли, – Пончик оторвал от своей подруги задумчиво-восхищенный взгляд, кивнул на плоский камень и первым направился к торчащим из травы столбам.

– Э! Але! Тут палка паладинская редкая! – Фантик разогнулся и продемонстрировал друзьям мифриловую палицу с шипастым шаром на конце. – Куда ее?

– Себе оставь, – пожал плечами Луффи и, обогнув воина, пошел следом за остальными.

– А и оставлю! – Фантик сделал два пробных взмаха и воинственно нахмурил брови. – Все! Перехожу на светлую сторону! И называйте меня теперь сэр Ланселот Озерный!

– Ага, один рыцарь у нас уже есть, – хмыкнул Рексар. – Пошли уже, Ланселот…

– Сэр Ланселот, – сделав ударение на первом слове, тут же поправил его Фантик.

– Да, да… – кивнул рейнджер. – Капитан Джек Воробей. Помню, как же…

– Пойдем, что ли? – Аленка тронула меня за плечо и кивнула вслед удаляющемуся Пончику. – Эти тут могут полчаса о всякой ерунде болтать.

Я пожал плечами, улыбнулся и направился следом за сестрой.

Вблизи торчащие из земли бревна напоминали старые телеграфные столбы. Таких еще много осталось в далеких российских деревнях. Вот не знаю, откуда у меня в голове возникла подобная ассоциация. Наверное, потому, что при взгляде на них возникало точно такое же чувство заброшенности? Столбы, как правило, из земли не растут, но основание храма, судя по всему, когда-то было именно выращено так, как это умеют делать только эльфы. Дерево потемнело от времени, но на поверхности столбов до сих пор не появилось ни единой трещинки. Эта древесина по прочности не уступает металлу и, скорее всего, нехило так магически укреплена. Храм Кираны смели одним-единственным ударом. Вмазать так, чтобы, как спички, сломать бревна в пять мужских обхватов, мог только бог. Суиратская пустошь – место, где три тысячи лет назад остановили Древних – в пятидесяти километрах к северо-западу отсюда. И понятно, кто тут постарался. Непонятно только, куда подевались обломки и почему ни сама Кирана, ни те, кто участвовал в той памятной битве, не могут вспомнить, где находился этот храм. Ну не верю я, что у нас в руках единственная сохранившаяся с тех времен карта. Хотя… Это же квест. Богиня банально могла забыть, или ей принципиально нужно, чтобы святилище нашел один из ее последователей? Макс же мог узнать о его местоположении у того же Гоэрима, но вот почему-то не спросил и пошел к цели кружным путем. Впрочем, теперь-то чего уже сожалеть? Сам алтарь – плоский булыжник в форме параллелепипеда – торчал из земли там, где когда-то, наверное, находилась самая дальняя от входа стена. На площадке между бревнами трава не росла – все пространство затянул мягкий темно-зеленый мох.

– Этот мужик… он же скомандовал атаку на понятном нам языке, – кивнув на вход, Луффи перевел на Пончика вопросительный взгляд. – Как так-то? Мы же не понимали, что орали те ящерицы.

– Спроси что полегче, – пожал плечами разбойник, внимательно оглядывая один из опорных столбов. – Меня вот больше интересует, откуда тут вылезет босс.

– Так, может, его и не будет? – обернулся к Пончику Макс. – Положим Слезу и…

– Сам-то веришь? – вздохнул разбойник. – Ждем Рексара и Фантика. Без команды в круг не входить.

– Так, может быть, с той стороны и зайдем? – Эланка верхним концом посоха указала на алтарь. – Макс положит Слезу, а если что и вылезет, то продержимся до прихода богини-то?

– Не получится, – отрицательно покачал головой Пончик. – Пока босс жив – алтарь будет неактивен, а зайдя с той стороны, мы лишим себя возможности маневра. Скакать через торчащий из земли булыжник – приятного мало. А то, что с появлением босса появятся и стены, я уверен процентов на девяносто.

– Вот узнает Кирана, что ты ее алтарь булыжником называешь, – хмыкнул Луффи, – превратит тебя в кабана. Будешь скакать и хрюкать. Хотя… – маг скептически оглядел щуплую фигуру разбойника, – кабан из тебя неважный получится. Подсвинок если только…

– Много будешь болтать – расскажу Таше, как ты на тех девок смотрел, – не задумываясь, парировал Пончик. – И тогда скакать и хрюкать будешь ты. И если я еще в отдаленной, так сказать, перспективе, то ты уже скоро…

– Это каких еще девок?! – возмутился маг. – Не было никаких девок.

– Думаешь, она разбираться будет? – отмахнулся Пончик, хотел что-то еще добавить, но тут подошли Фантик с Рексаром, и взгляд разбойника стал серьезным. – Пошутили и хватит. Баффы висят. Криан, Фантик впереди, пять метров дистанция. Остальные сзади – и вертим головой на семьсот двадцать градусов. Криан на боссе, Фантик страхует. Если вылезут адды – Макс и Кузя помогают. Урон по метке. Все, пошли!

Я убрал в сумку трубку, достал из ножен меч и, слегка приподняв щит, зашел на территорию храма. Все тихо. Мягко пружинит под подошвами ковер изо мха, все так же торчат из земли опоры уничтоженного Древними богами святилища, и никакого босса в пределах видимости не наблюдается. Неужели так просто? В кои-то веки! Сместившись правее, я остановился в десяти метрах от алтаря, не выпуская его из поля зрения, обернулся, вопросительно посмотрев на замерших за моей спиной ребят. Стоят полукругом, обманчиво расслабленные позы. Удивлены, по ходу, не меньше моего.

– Что делаем? – остановив взгляд на Пончике, я кивнул в сторону алтаря. – Идем дальше?

– Хреновые что-то у меня предчувствия, – со вздохом покачал головой тот, – но раз…

В этот момент раздался громкий хлопок, в лицо дохнуло запахом горелой серы, ярким голубым светом вспыхнули начертанные на алтаре руны. Тело пронзила резкая боль, картинка мигнула и…