Серые туманы Эрантии

– М-мать!

Аура Ужаса бесполезна… девяносто пять процентов ментала ей не пробить.

Из темноты метрах в пятидесяти от меня появился… демон. Двести пятьдесят пятый уровень. Полуметровые рога, фиолетовый доспех, меч, щит, боевая форма. Полоски над головой скрыты. Все, кроме имени… «Князь Крейда Криан». Ну, здравствуй, двойник! Первый босс был, по словам Пончика, «зеркальным», а теперь история продолжается? Харт! Но неужели я похож вот на такую коричневую рогатую обезьяну? Коричневую? У Системы закончились краски? Или мой цвет она скопировать не смогла? Впрочем, мне это поможет мало.

В подобной ситуации часто говорят, что победить самого себя невозможно. Бред выживших из ума режиссеров. Это когда с вредными привычками борешься – тяжело, а тут – как кому повезет. Этот урод – не я! Да, у него, вероятно, те же навыки, что и у меня, то же количество ХП, маны и энергии, тот же эквип и в ПВП Система понимает гораздо больше меня, но посмотрим…

Двойник тем временем оценил ситуацию и, чуть отставив в сторону меч, молча рванул в мою сторону. Как только расстояние между нами сократилось до сорока метров, сработали брошенные в него Оковы Земли и сразу же следом Молчание. Тело демона дернулось, он нелепо взмахнул руками, едва не потеряв равновесие. Случись подобное в реале – точно сломал бы ноги…

– Отдохни, урод! – усмехнулся я, уходя Прыжком вправо к стене и разрывая тем самым дистанцию.

Десять секунд. Сработает или нет?.. Есть! Глаза двойника полыхнули багровым светом, фигура заметно увеличилась. Ярость Преисподней смахнула с него мои дебаффы, он что-то там неразборчиво проревел, Прыжком сократил дистанцию, и в Оковы влетел уже я. А вот прилетевшее следом Молчание было уже лишним, мой Прыжок все равно на кулдауне, а у его навыка теперь минутный откат. «И Ярости уже семь секунд потеряно, из-за этого все, собственно, и затевалось», – думал я, глядя в багровые глаза бегущего ко мне противника.

От грохота столкнувшегося со щитом клинка вздрогнули горящие на стенах факелы. Ледяной Клинок, в ответ подставить щит, Язык Пламени… Ноги скованы, двигаться не могу, поворачиваюсь с трудом, и третий, колющий удар шагнувшего влево двойника попадает прямо в плечо. Почти половина жизни слетает в мгновение ока. Тело сковывает холодом так, словно из теплого дома на сорокаградусный мороз – на его клинке сработала Заморозка. Сука! Ярость Преисподней! Рассеивание! Дебаффы слетели, но я даже не могу разбить на поясе лечилку. Достать противника тоже не могу, демон передо мной вертится, как уж, и клинок постоянно попадает ему в щит. Если бы за моей спиной не было стены, не было бы уже и меня. Очередной выпад летит в «молоко», двойник уходит от удара и, сдвинув на подшаге мой клинок, острием попадает мне в район бицепса. Тварь! Перед глазами клубы багрового тумана, в ушах набатом стучит кровь от бешеной ярости! Кулдаун на Оковах Земли прошел.

– Получи, сука! – реву я, кидая ему под ноги Оковы, и одновременно с этим Шагом сквозь Тьму ухожу за спину. Три гребаные секунды до отката его Прыжка! Меч двойника, не найдя цель, бессильно чиркает по стене, и в то же мгновение Пагуба пламенным росчерком врубается в район его поясницы. Крит! Ярость Преисподней еще на мне! Демон дергается, но ноги скованы, и прилетевший через секунду Ледяной Клинок сбрасывает его ХП в красную зону. Сдохни! Каким-то чудом вывернувшись, двойник подставляет под падающий меч лезвие своего клинка, но Пагуба легко перерубает металл, ее лезвие раскалывает шлем, разваливает голову и едва не до половины разрубает его грудину. Fatality, сука! Великий меч – это не какое-то там дерьмо! Просто так вам его не скопировать!

Стиснув от боли зубы, разбил на поясе лечилку и пару раз глубоко вздохнул. Все! Туман перед глазами рассеялся. Перевернув труп ногой, я вытер меч о разорванный плащ двойника и в удивлении замер. По всей длине лезвия, словно играющие в салочки светлячки, хаотично бегали маленькие белые искорки. Такого не было даже после убийства Иллиала. Странно… но заморачиваться буду потом. Нужно узнать, что произошло с остальными. Словно услышав мои мысли, картинка мигнула и… первым, что я увидел, было напряженное лицо разбойника.

– Ромка! Ты как?

Обернувшись, я заметил сестру и облегченно вздохнул. Слегка помята, нижняя губа закушена, брови напряженно сведены, но цела, невредима, и ладно.

– Нормально! Где остальные и что у вас?

– У меня подаренный Кираной Лунный Огонь. Эта сука долго не мучилась!

– Ален…

– Что – Ален?! – еще больше нахмурилась сестра.

– Ничего, – улыбнулся я. – Просто рад, что с тобой все в порядке.

– А… ты об этом? Я тоже рада, – она немного смутилась и, чтобы не встречаться со мной глазами, перевела взгляд на Пончика. – Все остальные где?

– Все остальные не такие быстрые, – пожал плечами тот. – У тебя твой Лунный Огонь, у твоего брата вообще хрен пойми что, я тоже не самый простой товарищ, а вот у них все стандартно. Кроме, пожалуй, Макса. За него-то я переживаю меньше всех. Ну, после вас, понятно…

Подтверждая его слова, в трех метрах справа из воздуха появился серый лев. Он быстро огляделся по сторонам, встретился взглядом с Аленкой, что-то удовлетворенно рыкнул и превратился в улыбающегося Макса.

– Алена! Быстро! Лечи! – заорал Пончик, указывая мне за спину. – Сначала яд сними! Потом хил!

Разбойник рванул мимо меня и, перепрыгнув через истыканный стрелами окровавленный труп ящера, успел подхватить на руки теряющую сознание подругу. Охотнице повезло меньше, чем остальным. Кузя погиб, у нее самой, из-за тикающего ежесекундно дебаффа, ХП осталось чуть больше половины. Правый рукав кольчуги в двух местах разорван, руки едва не по локоть в крови. Кровь, судя по всему, не ее. Видимо, она, наплевав на свое ХП, пыталась хоть как-то помочь своему пету. Впрочем, здоровье у Масяни было восстановлено уже в тот момент, когда Пончик подхватывал ее на руки, у моей сестренки хорошая реакция. А вот Кузе уже не помочь. Но ничего – через сколько-то там часов призовется как новенький, а если и потеряет пару процентов прогресса, то не особо-то от него и убудет.

– Он… – указывая на труп, отстраненным голосом произнесла охотница, когда на ее лицо вернулось осмысленное выражение. – Если бы не он… – в глазах девушки блеснули слезы. Масяня высвободилась из рук Пончика и медленно подошла к трупу. – Остальные где? – не оборачиваясь, спросила она.

В этот момент около Макса из воздуха появился Фантик в расслабленной позе и без каких-либо видимых повреждений.

– Дуэль двух консервных банок – это что-то! – заметив нас, хохотнул он. – Долго, правда, но этого-то Лжефантика Пончик своим подлым приемчикам не учил. У него даже шанса не было ни единого! – Лысый оглянулся по сторонам и вопросительно поднял бровь. – У вас ведь тоже были двойники? Или у каждого по своему Фантику?

– Тебя и так-то слишком много, – улыбнулся Макс, но уже в следующее мгновение взгляд его окаменел. – Сука! Как так?! – сквозь зубы прорычал друг…

Из правой глазницы Рексара торчит оперенное древко стрелы. Еще две: одна в правой стороне груди, вторая в бедре… Труп Гелионы перенесся в форме кошки. Жутко разодранная морда, правое ухо содрано вместе с куском шкуры, от плеча до середины корпуса зияет страшная рваная рана, из которой торчат обломки костей. У Луффи в груди оплавленная дыра. Парень лежит, широко раскинув руки, в стеклянных глазах застыло безмерное удивление. Ни под ним, ни под телом мертвой пристессы ни капли крови. Та вообще словно бы спит… Все четыре тела появились из воздуха одновременно. Видимо, Система дождалась, пока Фантик закончит свой бой, и уже потом объявила результат. Шесть – четыре в нашу пользу, но только радости мало от такой-то вот победы… В следующее мгновение реальность словно свалилась всем нам на голову. Вместе с запахами крови, горелого мяса и ткани на храмовую площадку пришла тишина. Говорят, кровь пахнет оксидом железа. Не знаю… Кровь своих всегда пахнет отвратительно, и к такому запаху не стоит привыкать…

– И что дальше? – нарушив тишину, сухо произнесла охотница.

Было видно, что девчонка держится на одних лишь понтах. На женском упрямстве, которое сродни мужеству у мужчин.

– Теперь уже все? – глядя на окаменевшее лицо Макса, негромко добавила она. – Иди уже… клади эту проклятую Слезу, и давайте закончим.

– Да, конечно, – он горько усмехнулся и перевел взгляд на алтарь. – Надеюсь…

Земля вдруг вздрогнула, в воздухе разлился запах озона. Раздался оглушительный треск, и около алтаря появилась жуткая трехметровая тварь. Уровень, имя и количество ХП скрыты. Вместо одежды – какие-то грязные лохмотья с обмотками. На поясе пять человеческих черепов с кучей тонких длинных костей. В руках короткий посох с красным пирамидальным навершием. Какой-то долбаный шаман? Общую картину довершала голая птичья башка на широкоплечем гуманоидном теле.

Одновременно с этим меч, который я до сих пор держал в руке, вдруг засветился, как люминесцентная лампа. Мой черный, мать его, меч! Матовым белым, мать его, светом! «Что еще за джедайские шутки?!» – мелькнуло в голове, когда взгляд появившегося у алтаря дятла из надменно-торжествующего стал вдруг испуганным.

– Келлас?! – тонким скрипучим голосом проорал он. Затем, с трудом оторвав взгляд от меча, поднял его на меня. – Не-е-т! Ты не он! Но кровь… Хозяева… Они должны знать!

Хрустнув костями на поясе, он резким движением воткнул посох в землю у алтаря и с невероятной для таких пропорций сноровкой прыгнул в нашу сторону, метра на три, и замер, широко разведя руки.

– Бей! – проорал Макс, и все вокруг словно вышли из какого-то невероятного транса.

Из воткнутого в землю посоха в босса ударил темно-серый луч, и мох перед его застывшей фигурой рассыпался в пепел. Добежать до противника мне не хватило какого-то жалкого метра – я так и застыл со вскинутой рукой – и острием клинка, направленным в его страусиную морду.

Внимание! Вы парализованы!

Удовлетворенно кивнув, тварь запрокинула голову назад и завела какую-то заунывно-скрипучую песню.

Время парализа не указано, иконки Прыжка, Шага сквозь Тьму и Ярости Преисподней неактивны. Совсем как тогда, в гостях у ублюдка Бельвета. Боли, правда, нет – во всем теле какой-то противный зуд. Погано только, что Щит Сетары в откате…

– Что, мать его, происходит?! – проревел в канале замерший в метре от меня Макс, которого парализ поймал прямо в момент Рывка.

– Направленная аура, – сквозь зубы пояснил застывший в неестественной позе разбойник. – Работает только строго перед ним, в области ста восьмидесяти градусов….

– Но на нас же еще висит Аленкин бафф? – возразил воин. – И почему этот урод тогда не атакует?

– Это направленная аура, – терпеливо пояснил разбойник. – Если он нанесет нам хотя бы единицу урона – она пропадет. А этот не пойми кто… он, как огня, боится твоего, Ром, меча и сейчас зовет кого-то там себе на помощь. Более того, я даже догадываюсь, кого именно он зовет, но встречаться ни с одним из них не хочу. Ален, – обратился он уже к моей сестре, – на тебе же всего двадцать процентов негативного эффекта. До края ауры – не больше метра… Ты-то двигаться можешь?

– Наконец-то вспомнили, умники, – с иронией в голосе заметила сестра. – Да, могу! Ползу вот к краю, но с огромным, правда, трудом. Говори, что делать!

– Издалека по навершию посоха своим Лунным Огнем, – пояснил слегка повеселевший Пончик. – Помнишь, как я тогда, у святилища? Везет же нам, блин, на такое вот дерьмо! Близко только не подходи к нему, – предостерег он и в конце добавил: – Масянь, ты как?

– Нормально, – буркнула охотница.

– А вот Фантика никто и не спросит, как он там, – наигранно-обиженным голосом в канале пробубнил танк. – Щекотно вот ему или нет… а я… я, может быть, есть уже хочу… вот! О, глядите, – уже нормальным голосом продолжил он, – представление начинается!

И правда, за спиной босса появилось серое облако. С каждой секундой оно росло, все больше принимая очертания портального перехода.

– Але-е-ена!! – буквально захрипел разбойник в канал. – Оно же сейчас сюда!!!

В глубине клубящегося тумана появилась огромная черная тень. Стало тяжело дышать, на плечи словно кинули пару мешков с цементом. Меч в руке уже не светился – он пылал ослепительно белым светом. Рукоять нагрелась и запульсировала в сведенной судорогой ладони, а скрипучее пение стоящей в метре твари бесило не меньше собственной беспомощности.

– Все! – Аленка вырвалась из серой пепельной области, оказавшись на шаг позади замершего босса, на одном уровне со все еще увеличивающимся портальным окном. Вскинула и резко опустила обе руки. В торчащий из земли посох ударил луч молочно-белого цвета, не нанеся, впрочем, никакого вреда. Сестра вновь взмахнула руками. С тем же результатом, затем выругалась, кинула на себя Щит, сделала три шага вперед и встала на пути серого луча.

– Алена-а-а! – заорал Макс. – Уйди-и-и!

Щит слетел с нее в ту же секунду, тело сестры дернулось, но она устояла на ногах. Окно портала перестало расти. Пирамидальное навершие торчащего из земли посоха поменяло цвет с красного на ярко-алый. Луч все не прерывался, и сестра продолжала упрямо стоять на его пути. Ярость и Ужас… Я забыл все: как дышать, как говорить… Да что же она такое творит?!

Спустя вечность раздался негромкий треск, навершие посоха разлетелось на мелкие осколки. Сократившаяся на треть полоска жизни сестры поменяла цвет с алого на серый. С громким хлюпающим звуком свернулось окно так и не раскрывшегося портала. Алена обернулась, вымученно улыбнулась и стала медленно заваливаться на бок.

– Не-е-е-т! – провизжал пришедший в себя босс, обернулся, увидел Алену и нанес хлесткий удар появившейся в его руке темно-изумрудной плетью.

Рванувшийся к Алене Пончик оказался на мгновение быстрее. Он оттолкнул падающую девушку в сторону, но сам уйти от удара уже не смог. Плеть перерубила его тело пополам, оставив на земле черный дымящийся след.

– Мразь!

В следующую секунду в глотку обернувшегося урода с шипением вонзилось острие моего пылающего белым светом клинка. С хрустом на лысую птичью башку опустился тяжелый двуруч, оставив рваный багровый рубец. Затем еще… еще! В правый бок с глухим утробным звуком одна за другой воткнулись четыре стрелы… Босс рванулся, попытался меня оттолкнуть, но это сейчас не смог бы сделать, наверное, никто. Меч, казалось, нашел свое самое любимое лакомство. Он словно прикипел к плоти этого выкормыша Древних, полностью парализовав его волю. Я просто физически ощущал голод меча и… его счастье. Полоска ХП беспомощно размахивающего руками босса таяла на глазах. Наконец тело твари в последний раз дернулось и осыпалось нам под ноги серыми пепельными хлопьями. Меч, по ходу, сожрал его целиком. Да и по фигу! Кинув в ножны свой вновь почерневший клинок, я прыжком оказался около тела сестры и, выхватив с пояса склянку с Высшим Исцелением, аккуратно влил в ее слегка приоткрытый рот.

Алена даже не вздрогнула. Лицо, кисти рук – жуткого серого цвета. Как и полоска ее ХП, от которой осталось не больше шестидесяти процентов. Жизнь улетает по проценту в три-четыре секунды…

– Макс! Слезу на алтарь! Быстро! – проорал я, понимая, что буквально схожу с ума. Впервые не сработало зелье! И почему именно на моей сестре?!!

Макс, не говоря ни слова, убежал к алтарю. Может, богиня успеет прийти и помочь?! Я чувствую! Я откуда-то ЗНАЮ, что, если не вытащить ее сейчас, то это навсегда! Я просто потеряю самого близкого и любимого во всем мире человека. Харт! Харт! Харт! Я несколько раз глубоко вздохнул и затравленно оглянулся по сторонам, краем глаза заметив стоящую метрах в пяти Масяню. Девчонка так и не убрала лук. Рот слегка приоткрыт, полубезумный взгляд замер на огромной луже крови, в которой лежат два ужасных куска… Но Пончик оживет, а что, мать его, делать мне?!

– Положил! – Макс опустился напротив, взял в руки Аленкину ладонь и, крепко сжав челюсти, медленно поднял на меня взгляд.

Сноски