Тяжелая поступь грядущей войны
- -
- 100%
- +
Как бы то ни было, в этот раз меня никто уже не спасёт. Оберег такую рану не залечит, к источнику Каннон мертвого тащить бесполезно, а кошка… Я же сам ее и убил… Нарушил клятву и… Стоп! Но ведь… Я быстро прокрутил в памяти события последнего боя, вдохнул, выдохнул и… улыбнулся.
Когда моя катана снесла твари кусок черепа, а потом отсекла кисть – никакой крови не было! Значит, дьяволица живой не была! Интересно… Но тогда получается, Слуга Мары по-прежнему спит где-то там, а эта тварь была очередным его отражением? То мое чувство незавершенности перед боем… Видимо, я понял подмену на подсознательном уровне и поэтому отпустил тормоза. Хотя…
А что бы мне пришлось делать, если бы кровь была? Позволить твари убить себя, а потом и всех тех, кто на меня понадеялся? Нори, Иоши, Эйку и остальных? Или все же пожертвовать кошкой?
Я задумчиво провёл по запястью ладонью, усмехнулся и покачал головой. А вот нехрен задавать себе тупые вопросы из серии «Кто сильнее: Годзилла или десять трансформеров?». Все случилось так, как случилось, и меня это вполне устраивает. Ну, понятно, кроме собственной смерти.
Хреново, конечно… И от такого времяпровождения кого-то на моем месте гарантированно накрыл бы депресняк, но я не из этих. Отец учил меня, что мужчиной нужно быть всегда. Даже когда ты один! Так что от меня не дождётесь! Да и чего там, собственно, расстраиваться? Ушел, захватив с собой врага, с мечом в руке, на глазах спасённых товарищей. Жаль, конечно, что не закончил дела. Нактис… И ещё Хона…
Я представил перед внутренним взором лисицу, грустно вздохнул, и в этот момент кто-то невидимый схватил меня за руку и резко дёрнул в противоположном от луны направлении.
Мир на мгновение перевернулся, перед глазами стало темно, под ногами появилась опора. С трудом удержав равновесие и наконец проморгавшись, я открыл глаза и удивленно выдохнул, увидев перед собой кицунэ.
Хона в этот раз была одета как ниндзя, в смысле по фасону, а не по цвету[18]. Темно-серые тона, мужские широкие штаны, куртка и накинутый на голову капюшон… Блин, но как это работает? Мне здесь достаточно кого-то представить, и… Хотя Хону я представлял в другой одежде. Скорее, даже без…
– Ну наконец-то сообразил позвать, – покачав головой, криво усмехнулась лисица. – Или тебе понравилось там болтаться?
– Там – это где? – поморщился я и обвёл взглядом место, где находился. Выступ скалы или каменная площадка. Сзади обрыв, склон за спиной Хоны утопает в сером тумане. На дворе ночь, но луна куда-то исчезла… Стоп! Так это настоящая Хона или фантазия? Скорее, первое, ведь я представлял ее по-другому…
– Там – это там! – кивнув мне за спину, вздохнула лисица. – Долго объяснять, и не очень хочется. Ты лучше ответь: я просила тебя поберечься?
– Прости, – я виновато вздохнул и опустил взгляд. – Там по-другому было нельзя.
– Нельзя? – Хона нахмурилась и, чуть склонив набок голову, заглянула в глаза. – А почему не подождал, когда моя дзинсу[19] снова замедлит тварь? Почему полез напролом? Может быть, ты вспомнишь, что не один, и перестанешь лезть на рожон? В прошлый раз вас именно это сгубило! Тебя и Крылатого! Пойми, Таро… На кону сейчас стоит все, а времени почти не осталось! Ты не успеешь снова вернуться! Некуда будет возвращаться!
М-да… Отчитала как пацана, но крыть нечем… Хона права – я повёл себя как мальчишка. Слишком расслабился и уверовал в свои силы. Нет, погибнуть в бою может каждый, но глупая гибель – это удел неудачника. Номинация на премию Дарвина, м-да…
– Поздно отчитывать меня за ошибки, – подняв взгляд на лисицу, спокойно произнёс я. – Эти ошибки уже не исправить.
– Некоторые ошибки исправить можно, – в ответ со вздохом произнесла кицунэ и, подойдя, хлопнула меня по плечу. – Я надеюсь, ты услышал меня, самурай…
В следующий миг Хона исчезла, и я остался на обрыве один. Просто взяла и ушла, ничего, по сути, не объяснив. Интересно…
Ещё раз оглядевшись, я на всякий случай проверил, как выходят из ножен мечи, пожал плечами и, после недолгих колебаний, направился вниз – в сторону клубящегося тумана. Нет, был ещё вариант: спрыгнуть с обрыва, но им я воспользуюсь в последнюю очередь.
И вообще, какого черта тут происходит?! Я же погиб! Тело уже, наверное, остыло, но здесь-то тогда кто? Второй я? Дышу, думаю, говорю… Сначала полетал возле луны, потом поговорил с красивой девчонкой и вот сейчас шляюсь по каким-то горам! Я исчез из реального мира вместе с экипировкой или это тяжелая стадия шизофрении? Не, ну а как еще такое можно назвать? Наркотический трип? Посмертные галлюцинации?
Помнится, оказавшись в теле японца, я едва не словил психа, а сейчас спокоен, как танк. Мертвый! Хрен знает где! Сука…
Туман при приближении все больше напоминал кисель, в который накидали мелких ошметков. Серая масса шевелилась, как плывущая в море медуза, и заходить туда у меня пропало желание.
Вот, казалось бы, какая мне разница? Я же все равно мёртвый. Но одно дело болтаться в космосе, любуясь луной, и совсем другое – влипнуть по уши в какие-то серые сопли. И Хона тоже молодец… Свалила, ничего конкретного не сказав. Хотя, возможно, она была глюком? Голосом совести? Мля… И вот как тут остаться в здравом рассудке? Я со вздохом покачал головой, и в этот момент меня осенило… Я ведь своей крови не видел! Ну, кроме той, что засохла на подбородке.
Остановившись в десяти метрах от шевелящейся массы, я сунул пальцы в прореху доспеха, выдохнул и растерянно покачал головой. Кровь была, но липкая и частично засохшая. Подкладка с рубахой разорваны, но на месте раны прощупывается рубец! Черт! Но когда оно успело зажить? И как вообще это работает?! И если зажило, то, выходит, я жив? Или нет? И если жив, то какого хрена делаю здесь?
– Здравствуй, Уэда!
Вздрогнув от звука знакомого голоса, я резко поднял взгляд и увидел девушку. Ту самую, с которой говорил в пещере на Коро. В этот раз кимоно на ней было другое, но капюшон прикрывал лицо лишь частично, и ошибиться было нельзя. Фигура, глаза, походка и голос – все такое же, как тогда… Она вышла из «тумана» и, подойдя ко мне, приветливо улыбнулась.
– Здравствуй, – кивнул я, не отпуская рукояти меча и внимательно следя за движениями этой подруги.
С Хоной было понятно. Лисица выдернула меня из «космоса», и я узнал её запах, ну а эта вышла непонятно откуда, так что лучше не рисковать. Мне хорошо известно, в кого может превратиться хрупкая девушка.
– Прости, но это я попросила госпожу Хону не отправлять тебя обратно, – немного смутившись, пояснила черноволосая. – Мне нужно кое-что тебе передать. А то потом будет поздно…
– Погоди, – поморщился я. – Ты сказала, «отправить обратно»? Так я жив или…
– Ну я же говорила в прошлый раз, что знаю тебя давно? – мгновение поколебавшись, ответила незнакомка, и в глазах её заплясали веселые искорки. – То, что случилось с тобой сегодня, лишнее тому подтверждение. Ведь только ты умел вот так обманывать смерть. Один мой друг даже считал, что Синигами[20]– твой хороший знакомый. Не знаю, так ли это, но смерть всегда отпускает тебя в последний момент. Ведь ты единственный, кто пережил то сражение с Сэтом. Да, ты ушел, но, в отличие от других, продолжил череду воплощений…
Интересно… Но если я рождался в других мирах, то перед этим, скорее всего, умирал? Или от старости не считается? И что за манера у некоторых отвечать на прямые вопросы туманными сказками?!
– Так жив или нет? – ещё раз переспросил я, убрав руку с рукояти меча. – Ответь, пожалуйста, на вопрос.
– Жив и скоро отправишься обратно, – улыбка исчезла с лица красавицы. – А теперь стой, не двигайся и терпи.
В мгновение ока оказавшись возле меня, незнакомка положила ладонь на оберег Милосердной, и деревянный диск превратился в раскалённую сталь. К груди словно прижали клеймо. Тело дернулось, и мне стоило огромных усилий, чтобы не заорать и не ударить… Но она своя… Чужие к оберегу прикоснуться не могут, а значит, надо терпеть…
– Все! Теперь его никто не сможет забрать, – удовлетворенно произнесла незнакомка и отступила назад. – Прощай, друг, и помни, что я тебе говорила…
В следующий миг глаза девушки резко увеличились в размерах, мир погас, ноздрей коснулась трупная вонь…
Черт!
Почувствовав под собой каменный пол, я рывком сел, открыл глаза и огляделся. Дыхание давалось с трудом, левая рука затекла, рана на груди горела, но… я был жив! По-прежнему жив! И это, блин, замечательно!
Глава 6
Бой уже закончился, и мы, конечно же, победили. Дальняя часть зала завалена трупами нежити и залита водой, оставшейся от ледяных глыб. Солдаты расположились в двадцати метрах от меня у противоположной стены. Десяток телохранителей контролировали дальний выход, ёкай сидели рядом: Иоши напротив, Эйка слева, но ни Нори, ни княжны, ни Коямы не было видно. Труп чудовища тоже куда-то исчез…
– Вот, возьми-ка, – видя, что я пришел в себя, Иоши протянул мне бутылку. – Я туда травок намешал. Так что заодно и подлечишься…
Выглядел енот, прямо скажем, неважно. Осунулся и словно бы постарел. У Эйки тоже синяки под глазами. Бледная, взгляд усталый… Я никогда не видел её такой. Блин… Это они из-за меня, что ли, переживали? Очень похоже на то, но все уже позади…
Благодарно кивнув, я взял у Иоши бутылку и сделал из неё пять глубоких глотков. Меньше пить бесполезно, ведь тут без стакана не разобраться. Хона, черноволосая и бой с тварью… Вопросов столько, что не вывезти самосвалом…
Самогон тёплой волной прокатился по пищеводу, упал в желудок, и меня наконец-то отпустило. Сразу и целиком. Убрались на задний план все вопросы, мир стал понятным и дружелюбным, резко повысилось настроение.
Не, ну а как может быть иначе? Ты жив, и у тебя почти ничего не болит, враг разбит, друзья рядом, а в желудке плещется алкоголь. Нет, понятно, что именно последнее является причиной всего этого позитива, но даже если и так? Самурай должен радоваться каждой минуте своей жизни, и кто я такой, чтобы спорить с традициями? Без бухла, правда, не всегда получается радоваться… Ну, так и я ведь не идеальный… Вот научусь – и сразу в завязку.
– Я тут долго лежал? И что по потерям? – уточнил я и, сделав ещё пару глотков, протянул бутылку Иоши. – Спасибо, братишка, оно и впрямь помогло…
При этих словах лицо енота немного разгладилось, в глазах появилось тепло.
– Полдня ты лежал, – забрав емкость, со вздохом покачал головой тануки. – По потерям: трое солдат и четверо самураев. Тела уже унесли к лестнице. Князь пока там, он решил осмотреть последнюю комнату с саркофагами.
– Ясно, – кивнул я и перевёл взгляд с тануки на кицунэ. – Ну а чего вы тогда такие хмурые? Мы же победили. Да и со мной вроде полный порядок…
– Ты потерялся в Межмирье, – чуть поколебавшись, пояснила лисица. – Так бывает, когда жизнь побеждает за мгновение до наступления смерти. Я боялась, что твоя душа улетела в другой мир, и связалась со своей Госпожой. Она очень долго не могла тебя почувствовать, а мы тут сидели и… ждали.
«Ну вот, оказывается, как полезно время от времени думать о женщинах», – хмыкнул про себя я, а вслух произнёс:
– Госпоже – моя благодарность, и хорош хмуриться. Лучше расскажите, как вы смогли меня вытащить после этого, – я хлопнул себя по прорехе на броне и вопросительно посмотрел на ёкай. – Когда вы так научились?
– Это не мы, – покачала головой кицунэ и скосила взгляд на Иоши.
Енот хмыкнул, вздохнул и, обернувшись, посмотрел себе за спину:
– Ну давай уже – выходи! Или вылетай, что ли…
В следующий миг до ушей донеслись сдавленные рыдания. Я удивленно огляделся, пытаясь сообразить, что происходит, но уже через мгновение все стало понятно.
Из-за спины Иоши выбралась зареванная Нэко и пошла ко мне, отчаянно косолапя и всхлипывая. Пешком! По каменным плитам! При том, что кошка по-прежнему была призраком и, как все они, прекрасно умела летать!
Остановившись напротив меня, Нэко виновато опустила голову, прижала уши и безвольно уронила на пол хвост. Девочка выглядела настолько несчастной, что с неё можно было ваять статую вселенской печали. Ну или водить по городам с корзинкой для милостыни…
– Здравствуй, Нэко! Спасибо, что опять меня вытащила, – я тепло улыбнулся девочке и, чуть подавшись вперёд, поинтересовался: – А ты чего такая расстроенная?
– Я… спала… и проспала, – посмотрев на меня, мяукнула кошка, затем всхлипнула и снова насупилась.
М-да… Нэко, судя по всему, вернулась к прежнему своему состоянию. Впрочем, она и тогда была вполне адекватной, поэтому особо переживать смысла нет.
– Ну, проспала и проспала – с кем не бывает? – пожал плечами я. – Со мной такое тоже случается.
– Ты… из-за этого… чуть… не погиб! – Нэко подняла на меня заплаканное лицо и снова содрогнулась в рыданиях. – Я вернулась… когда ты… душу скелета. А я решила поспать ещё… Ты снился… А она пришла и накричала… А я…
«Блин, вот почему её нельзя обнять? – думал я, глядя на это рыдающее создание. – То есть Иоши она щёлкала по носу запросто, но в обратную сторону это, увы, не работает. Впрочем, как бы то ни было, этот кошачий концерт надо кончать».
– А ну, хорош ныть! – рявкнул я, видя, что девчонка близка к истерике. – «Чуть-чуть» – не считается! Это как немножко бере… Ну, в смысле, я жив, и надо радоваться!
– «Чуть-чуть» не счи-та-ет-ся… – мгновенно перестав реветь, пропела девочка и, подойдя ближе, заглянула в глаза. – Ты… правда не… сердишься?
– Нет, – покачал головой я, – не сержусь. Я очень рад, что ты вернулась, и очень благодарен тебе за спасение.
– Я больше… не буду… чтобы не считалось… Не подведу…
– Вот и хорошо, – улыбнулся я. – А теперь скажи, кто там на тебя накричал?
– Не помню имя, – покачала головой девочка. – Помню, Светлая…
Не помнит она… Ну да… Хотя, если та Светлая не представилась, то ничего удивительного. Даже если Нэко знала её в прошлой жизни, то вряд ли вспомнит сейчас. Она и себя-то не помнит.
Интересная, однако, вырисовывается ситуация. Если Светлая, то точно не Хона, но кто тогда? Черноволосая незнакомка? Очень на то похоже, но совершенно не факт. Светлых тут как лягушек в болоте, и все они заинтересованы в возвращении Темного Нактиса. В общем, вариантов немерено, но за неимением информации будем думать на черноволосую.
– А ты видела эту женщину? – с надеждой поинтересовался я. – Хотя бы какого цвета у неё волосы.
Услышав вопрос, Нэко потешно нахмурилась, очевидно, пытаясь хоть что-нибудь вспомнить. Затем посмотрела на меня и отрицательно потрясла головой.
– Нет… Только голос. Она… кричала, ругала, и я проснулась… – промяукала кошка и, опустив взгляд, добавила: – Голос узнала… но не помню. Раньше… слышала… Раньше не ругала…
– Ладно, проехали, – улыбнулся я и, встретившись с девочкой взглядами, вопросительно приподнял бровь. – А почему ты ходишь ногами? Раньше вроде летала.
– Так виноватее… – Нэко засунула руки за спину и опустила взгляд. – Думала, меньше… будешь ругать…
– Никто не собирается тебя ругать, – ещё шире улыбнулся я. – Лети, если хочешь. Только недалеко, и обязательно потом возвращайся.
– Да! – кошка часто закивала, затем взмыла в воздух и улетела в сторону ещё неразведанных залов.
Я посмотрел ей вслед, вздохнул и задумчиво почесал щеку. Не, так-то вроде все укладывается. Нэко раньше знала меня и ту женщину, которая ее разбудила. Скорее всего, мы были с этой Светлой знакомы, и, возможно, поэтому она помогает.
Так, ладно, что там у нас по черноволосой красавице? Она знает меня с тех самых пор, называя при этом другом. Салисэ? Вот никто больше на ум не приходит. Кого ещё Хозяин Океана назвал бы госпожой? Да и кто, как не богиня Солнца, заинтересована в успехе моей миссии? Хотя… не похожа она на богиню, хоть ты убей. В Ватацуми, и Каннон, и Тоётаме чувствовалась скрытая сила, а здесь словно встретился с одноклассницей. Вот да! Именно так! Она очень красивая, но я совершенно её не хотел. Так бывает с подругами и… с женщинами друзей. Да ёп!
В общем, если она не хочет называть имени, то на это есть причины. Значит, не буду гадать, и никаких вопросов на эту тему в её присутствии. Салисэ это или кто-то ещё – неважно. Главное, что она на моей стороне. И еще…
Я опустил взгляд, провёл ладонью по деревянному диску и нахмурился. Грудь уже не болела: ни рана, ни кожа под оберегом, но… Что черноволосая там сказала? «Его теперь никто не сможет забрать»? Но ведь и раньше никто не мог? Или я чего-то не понимаю?
В общем, хватит греть башку по любому поводу, да ещё и по пьяни. Не могут – и не могут, я рад, и за это можно выпить ещё пару глотков.
Я поднял взгляд на тануки и, кивнув на бутылку, протянул руку. Иоши улыбнулся, передал мне емкость и со вздохом добавил:
– Правильно. Допивай её до конца. Так даже лучше. А то новостей ещё много, но хорошие уже все закончились.
– Ты о чем? – поморщился я и, сделав из бутылки глоток, вопросительно посмотрел на енота. – Что-то с князем или с княжной?
– Ну, можно сказать и так, – тануки пожал плечами и, кивнув налево, пояснил: – Эта тварь была лишь отражением Слуги Мары. Такой же сон, как в саду, или что-то похожее. Её тело через час после гибели обратилось в оранжевый дым, который улетел куда-то в глубину подземелья. Великий асур где-то там, – Иоши указал рукой на выход из зала. – Хочется верить, что он по-прежнему спит…
– Ну, о том, что эта девка не была Слугой Мары, я догадался еще там – в этом вашем Межмирье. И, кстати, – я обратился к лисице. – Почему я там был собой? В доспехе, с мечами, руками, ногами и головой?
– Так это же Межмирье, – Эйка посмотрела на меня непонимающим взглядом. – Здесь, в верхних слоях астрала, ты пребывал бы в виде сгустка энергии, но в Межмирье мог быть только собой, оставаясь при этом и здесь.
Интересно… Это как отправить файл в папку другого диска? Но это получается, я могу одновременно находиться в нескольких мирах? Или как?
– Слушай, а чего меня туда потянуло? – снова поинтересовался я у лисицы.
– Не знаю, – покачала головой девушка. – Думаю, твоя душа отправилась туда, где ты в последний раз воплощался. Но смерть отступила, и ты остался между мирами.
– А если бы умер?
– То умер бы и там, – пожала плечами лисица. – Ты связан с этой оболочкой, и, где бы ни находился, эта связь не пропадет.
«М-да… Значит, сохраниться не получится», – с досадой подумал я, а вслух произнёс:
– И что? Плохие новости ещё остались?
Услышав вопрос, Эйка смутилась и отвела глаза. Не понимая, что происходит, я перевёл взгляд на енота и вопросительно приподнял бровь.
Тануки некоторое время смотрел на меня, затем вздохнул, тоже опустил взгляд и коротко пояснил:
– Выход наверху заблокирован, мы в большой западне, и никто не знает, как выбираться наружу…
О-хре-неть… Все хорошо, прекрасная маркиза… В западне, значит… Но дерьмо валится на голову, как правило, неожиданно. Если бы это было не так, то оно называлось бы по-другому…
– Я связывалась с Госпожой через астрал, – не поворачиваясь, негромко пояснила лисица. – В какой-то момент связь оборвалась, астрал оказался отрезан. Возможно, остались доступны верхние ярусы Тонкого Мира, но таким, как я, туда пока что нельзя…
– Эйка сразу забила тревогу, – продолжил за подругу енот. – Мы подготовились к бою, но никто нападать не спешил, а потом Нэко сказала, что никого вокруг нет. Она как раз закончила исцелять последнего раненого.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
В оригинальной сказке так и случилось, если вдруг кто-то не знает. Из-за этого автор долго не решался посмотреть диснеевский мультфильм.
2
«Илиада», «Одиссея» – древнейшие из сохранившихся памятников древнегреческой литературы, эпические поэмы, приписываемые Гомеру.
3
День Моря (яп. 海の日, Уми-но хи) – государственный праздник Японии, согласно закону определяется как день благодарности океану и отмечается в третий понедельник июля.
4
Автор напоминает, что сасимоно – это флажки, которые носили самураи и асигару за спинами.
5
Автор напоминает, что в общении между близкими родственниками именные суффиксы, как правило, не употребляются, но в данном случае в комнате присутствует Таро, а встреча носит полуофициальный характер.
6
Автор напоминает, что цуба – это гарда самурайского меча.
7
Абаки – крепежная муфта для фиксации клинка.
8
Фуси – муфта рукояти около гарды.
9
Ачивка (англ. Achievements – достижения) – это необязательные задания в компьютерных играх, связанные с прогрессом прохождения, стилем игры, поиском секретов, коллекционных предметов и т. д.
10
Ивиса (Ибица) – один из принадлежащих Испании Балеарских островов, архипелага в Средиземном море. Наибольшую известность острову приносят летние вечеринки в городах Ивиса и Сан-Антонио-Абад, которые устраивают ведущие европейские ночные клубы).
11
Орнитология – раздел зоологии позвоночных, изучающий птиц.
12
Автор напоминает, что камон (яп. 家紋, «знак дома»), также мон (яп. 紋, «знак»), монсё (яп. 紋章, «родовое изображение») – в Японии своего рода семейный герб. Камон является в некоторой степени оригинальным знаком рода, семьи или человека достаточно известного, чтобы иметь личный символ. Родовые знаки представляют собой стилизованное изображение цветов, растений, животных, перьев, рукотворных предметов (веера и т. д.) и тому подобного, обычно вписанных в окружность.
13
Сразу после инъекции опиата наркоман чувствует «приход» – очень сильное эйфорическое ощущение, которое длится несколько минут, пока наркотик связывается с рецепторами.
14
«Аватар» – американский научно-фантастический фильм 2009 года.
15
Сэйдза – поза сидения на коленях («по-японски»). Дословный перевод звучит как «правильно (正) сидеть (座)». Сэйдза является традиционным японским способом сидения на полу (иногда с использованием подушек). Помимо чисто утилитарного значения поза сэйдза имеет зачастую и церемониальный смысл. Сэйдза – неотъемлемая и обязательная часть ряда традиционных японских искусств, таких как боевые искусства, чайная церемония, медитация.
16
Существует мнение, что у викингов самой почетной смертью была смерть в бою с оружием в руках. Это отражено, например, в фильме «Викинги» 1958 г.
17
Лимб (лат. Limbus – рубеж, край, предел) – термин, использовавшийся в средневековом католическом богословии и обозначавший состояние или место пребывания не попавших в рай душ, не являющееся адом или чистилищем.
18
Та глупость, что навязана Голливудом, не лезет ни в какие ворота. Днем лазутчик (диверсант, убийца) обязан выглядеть неприметно. Сливаться с толпой. Обтягивающий черный костюм так же хорошо заметен и ночью. Скорее всего, ниндзя носили мешковатую одежду красно-коричневого, пепельного, желтовато-коричневого или темно-серого цвета. Именно такие оттенки позволяют полностью слиться с ночной мглой. Чёрный же костюм, приписываемый ниндзя, родом из кукольного театра бунраку. Кукольник находится прямо на сцене, в чёрном одеянии, считается, что зрители его не видят, поэтому, когда в театре кабуки кого-то должен был убить «человек-невидимка», убийцу одевали в костюм кукольника.
19
Автор напоминает, что дзинсу – это служитель бога в синто. В мире, где сейчас находится Таро, дзинсу в иерархии стоят выше монахов.
20
Синигами (яп. 死神 синигами, букв. «бог смерти») – персонифицированная смерть; смерть как отдельный персонаж или группа персонажей в фантастических произведениях японского искусства, например, в манге, аниме или ракуго.