Идите в баню! Книга вторая. Часть 3

Редактор Ирина Шлионская

© Юрий Смотров, 2024

ISBN 978-5-0064-6460-5 (т. 3)

ISBN 978-5-0064-5809-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Царицынские бани

Для классицизма строгого и точного

груба и дика вольная краса,

но так и пышут ею зорька алая,

московские игривые снега!

Царицыно – как сказка запоздалая —

любому сердцу будет дорога.

Светлана Скорик

4 этаж наш

Иннокентий наведывался сюда, в Царицыно, не один раз и не два, бани ему нравились. Несмотря на то, что приезжал он обычно на автомобиле, почти никогда не находил места, где припарковаться. Небольшая стоянка тут есть, с обратной стороны здания, однако почти всегда заполнена различными видами транспорта.

А зачем на автомобиле?

Лучше всего приезжать сюда на метро, это единственные бани в столице, где выходишь из подземки, и сразу вот они – перед вами. Повезло тем любителям, кто живет рядом с зеленой линией, а тому, кто проживает в Царицыно, недалеко от бани, подфартило еще больше.

Царицынская баня – одно из немногих помывочных заведений, разместившихся не без оригинальности – на четвертом этаже торгового комплекса, и подняться туда проще на лифте, чем шагать по лестнице. Но Иннокентий Павлович не изменил своему правилу, все же пошагал, а сподвигло его к этому действию неуемное желание сделать красивые фото, дабы по приезде домой засесть за компьютер и упаковать файлы в свою приличную уже электронную фотоколлекцию всевозможных банных сходней, ступеней, перил, трапов и пролетов.

Приход в баню

Тут стоит заметить, что в этом здании, кроме торгового центра, этажами ниже находится еще много различных заведений.

Вывеска

Первоначально, конечно, Кешу позабавил тот факт, что баня расположена столь высоко, но при следующих посещениях он перестал обращать на это внимание. Какая, в сущности, разница? Зашел в лифт, нажал кнопку – и ты там, где следует. Ведь отдыхающему, находящемуся внутри, этажность безразлична, ибо все, что осталось за стенами, на время отдыха забывается.

Лестница на четвертый этаж

И вот Кеша неторопливо, разглядывая каждую деталь, поднялся наверх и вошел в помещение ресепшена.

На месте

Перед ним открылся самый банальный предбанник. Справа гардероб, прямо – касса и вход в мужское отделение. Слева – коридор с дверями, ведущими в кабинеты с кожаными диванами, где оказываются разнообразные виды услуг. В конце коридора вывеска: «Женский разряд» то есть для слабого пола есть отдельная баня, а не так, как иногда бывают женские и мужские дни в одном помещении.

В остальном же ничего особенного нет, обстановка такая же, как и везде. Наш герой на кассе приобрел билет, сдал в находящийся рядышком гардероб куртку и двинулся дальше через уже привычный шлагбаум.

Про турникеты в своих очерках он где-то уже писал: посетители из числа кроличьих пород так и норовят проскользнуть в бани безвозмездно, так сказать, на халяву (это шутка, ведь Кеша прекрасно понимает: турникеты предназначены для того, чтобы фиксировать время пребывания, и если отдыхающий припозднится, содрать с него еще немного отмытой шкуры).

Касса и гардероб

Отсеки для отдыха и раздевания

В залах

Кеша, пройдя турникет, попал в зал ресторана, комнату отдыха (посиделок), раздевалку для одежды – той, что снимается после верхней, – и все это располагалось в одном помещении. Позади каждого кожаного дивана – удобно пристроенные практичные отсеки, туда можно уложить все принесенные с собой вещи. Как и во всех московских банях, здесь есть ВИП-места для отдельных компаний, отделенные шторами от общих залов.

Бар

Стойка бара находится рядом со входом-выходом. Очень даже неплохая кухня, шустрые ребята-официанты – вот и все, что можно рассказать вкратце об этом зале. Все удобно, комфортно и хорошо, поэтому долгих описаний не ждите. Заказать все виды массажа, от парения до помывки, можно прямо на стойке.

Зал-раздевалка для отдыха

Скажите кодовое слово, что вы желаете из вышеперечисленного, и вам это предоставят. Очень большой выбор различных банных атрибутов с царицынской фирменной лейбой. Увидев вышитую золотом корону, непременно хочется взять и купить ее.

Про купель

Далее Иннокентий Павлович предлагает вам свое видение банного, в целом вполне обычного для таких мест и в то же время своеобразного помещения, предназначенного для мытья тел бренных наших.

Итак, оно представляет собой достаточно просторный зал с небольшим, как по всей Москве принято, купель-бассейном в углу, немного приподнятым над полом (где-то метра на полтора-два). Купель эта, конечно, не рекомендуется для использования людям, которые опасаются подцепить что-то не того. Он залез по лесенке к ней поближе, заглянул и увидел там мутную воду с плавающими в ней ошметками листьев от веников разных сортов деревьев, кроме хвойных пород. Естественно, окунаться в такую воду он не стал, побрезговал.

Вот как бывает

При нем один из заезжих в Москву на заработки жителей Средней Азии выскочил из парилки и, как есть и в чем есть, вместе с тапками и в трусах, запрыгнул в купель охлаждаться. Ему, иностранному гражданину невдомек, как и многим другим приходящим в бани новым любителям русского удовольствия, что он здесь не один.

Вообще полагается ополоснуть пот в душевой, а уж потом в бассейн. Это общепринято везде. Но невоспитанные люди были, есть и будут всегда и везде. Один мужичок одернул ныряльщика в сланцах, и тут же начались разборки. Иностранец был очень недоволен замечанием! В городах наших они ведут себя как дома, потому как их тут много, а мы разобщены, вот вам и результат.

Бассейн, далее вход в парилку и душевые

Палыч не будет описывать скандал, но зрителей глядеть и слушать перепалку собралось достаточно. К слову, стоит заметить, что гость столицы нашей с вами родины выглядел неадекватным ни по глазам, ни по высказываниям. Кеше показалось, что он что-то съел или, еще хлеще, пожевал (шуточн.). Наверно, грибы, но не те. Или, наоборот, те, только в крапинку. Граждане, будьте благовоспитанны! Не ныряйте в бассейны бань без ополаскивания! Снимайте банные тапки, прежде чем прыгать в общественную лохань с водой!

Мыльня

Для наиболее удобной помывки вдоль стен и посреди помещения тут устроены лавочки, уставленные тазами с торчащими из них вениками. Пять душевых, которых вполне достаточно, также имеется пара ведер-водопадов с холодной водой, все это расположено рядом с дверями в русскую парилку.

Столб с кранами-наливайками с с четырех сторон… Где-то, Кеша припоминает, уже такой встречал… В Бабушкинских, вроде. Точно! Там он и видел столбы такие. Вот ведь память какая у него на краны! Тоже целую фотоколлекцию собрал, всевозможных расположений. Самый низкий кран он видал в Твери, в Купеческой бане. Там только сервизную тарелку из Вербилок можно просунуть. А самый высокий – в подмосковном Одинцово: тут бочонок подставишь самарский пивной, да и нальешь!

Мыльня

Есть здесь и еще одно теплое местечко – хаммам (хамам), очень даже хороший, не часто такие встречаются в большом, насыщенном банями городе. Имеется и холодное место – чаша со снегом. Не каждый, допустим, прибывший из провинции, и поймет, для чего. Снег используется для процедур парилки. Во-первых, его можно прихватить с собой на большое прогревание, когда все в сборе, и протирать чересчур раскаленные места тела. Во-вторых, готовщики, принося сухие травы, обкладывают их в тазах снегом, пока парилка готовится. Сено в сыром холоде набухает и не слышимыми уху хлопками раскрывается букетом, при резком нагревании выбрасывая свои лечебно-парфюмерные масла наружу.

Как это происходит

Перед самым-самым запуском людей на свежий пар мурава вынимается из-под снега, заносится в горячее помещение и распихивается по углам. Холодное и горячее встречаются и вместе раскрывают спрятанные еще при летней сушке ароматные вещества. Происходит микровзрыв, помещение парильни наполняется душистым цветочным благовонием. Его нельзя передать словами, им можно только дышать и наслаждаться. В этом неповторимом запахе собрана вся русскость, выраженная дыханием наших рек, озер и лесов, гор и долин, пыльных летних дорог и заснеженных полей.

Душевые и наливайки

Может, это и притягивает к нашей многострадальной Отчизне ненасытный и алчный взор окружающего нас враждебного мирового сообщества.

Нет, им (недругам) не отнять ни землю, ни бани наши русские, общественные. На этой высокой ментальной ноте Кеша чуть было не заплакал там же, в парилке (представив себя на поле в косоворотке, с косой, которую в руках-то никогда не держал).

Тут Иннокентий Павлович закончит рассказ о снеге и присущих московским банным заведениям процедурах создания микрокомфортных восьмиминутных ощущений качественных ингаляций и прогреваний тела.

Снег и Хамам (хаммам)

Парная

Теперь о самом главном, о том, зачем он туда и пришел. Парилка! Не сказать, что большая, но и не маленькая, вполне себе в меру (до 40 человек и более). Палыч заметил еще одну важную, на его взгляд, особенность Царицынской бани – это одно из тех мест, где пропорции залов отдыха, мойки и парилок имеют правильный расчет, соразмерно количеству посетителей.

Паримся

Царицынское парение

Пар делают замечательный, но не часто (нужно знать дни, когда много на дню делают), причем готовят его очень долго, минут тридцать. Несколько раз он попадал к пару со снегом. Это когда за спинкой лавки – той, что стоит у стены, накладывается снежок. При высокой температуре тот медленно испаряется и создает под потолком туманную дымку. Ощущение от эффекта такого пара выразить трудно – это надо видеть, слышать и чувствовать.

Кеша знает те дни, обычно ввечеру, когда пар готовится мастерами из любителей, но оставит это в секрете. Приходящего сюда в это время народа и так предостаточно.

А то привалит еще дополнительная орава желающих, а завсегдатаи обидятся: ты чего, мол, тут нам подкидываешь лишка… Все не влезем…

Иногда излишняя реклама срабатывает не на пользу, потому как, прочитав эти строки, подтянутся и любители из других бань города проверить, так ли это, как описывает наш герой, да и останутся на постоянно.

В предыдущих своих рассказах Кеша много раз выкладывал как на духу свои, а заодно и чужие субъективные впечатления, полученные от парильных удовольствий. Но каждый раз в новых местах все по-другому – особенно и неповторимо. В том и есть сила русского банного духа. Пока пар готовится, остальной народ терпеливо ожидает на своих посадочных местах в зале для отдыха, отчего в помещении стоит гул, похожий на тот, что слышен в самолете – четвертый этаж все-таки. Может быть, сравнение не совсем уместное, хотя процесс привыкания к уровню шума в зале примерно тот же.

На пар

Звучит звонкий гонг колокола!

Группы обнаженных людей, не закрывая ртов (еще не наговорились), поднявшись со своих мест, немедленно начинают двигаться к дверям парилки.

И, как принято в любой столичной бане, желающие получения в зимний слякотный вечер летнего зноя и июльской жары, выстраиваются в кучную очередь.

Начинается сладкое ожидание сбора всех, кто хочет присоединиться. Но захода пока нет, и на несколько минут мыльня превращается в зал заседаний Государственной думы в кулуарах, или какого-нибудь съезда партийных политических деятелей в курилке туалета. В общем – издается такой же живой звук голосов.

Когда образовалась приличная толпа, и устроители второпях заканчивают свои приготовления, звучит команда главного бригады на стремительный вход в теплый сказочный рай для тех, кто ждал этих минут всю неделю, а то и больше, момента истины, которую понимает только тот, кто ходит в общественные бани России.

Почему он применил в вышеописанном предложении такой высокий слог? Да просто процесс парения к нему весьма и весьма располагает. Наш герой надеется, что с ним согласятся все любители, побывавшие в Царицынских – и не только в парилке, а вообще в бане.

Ежов

Расположившись и устроившись кто где смог, любители начинают вдыхать аромат трав, дополнительно вбирая в себя дофаминово-мистический эффект от получения удовольствия. Пока еще шумно. Кто переговаривается между собой, а кто-то подшучивает, ожидая предстоящих горящих телесных закидонов и приятных нагоняев в процессе краткого жаркого действия.

Неторопливо, давая людям обнюхаться, на площадку поднимается махальщик по фамилии Ежов (Кеша слышал, что его так называли).

Он видит, что все расселись и ждут начала процесса парения. Весь жар в этот момент еще висит над головами, его остается всего лишь опустить пониже, на тела жаждущих.

Парильщик поднимает руку вверх к потолку, говоря при этом тому, кто колдует с черпачком у печи:

– Достаточно, пока не подкидывай.

Кто-то из сидящих кидает реплику:

– Ты же, Ежов, в рукавице руку-то поднимал! Как почувствовал, что хватит?

Махальщик ему не возражает, а поясняет, но уже для всех, кто тоже навострил уши на его ответ:

– Да, в рукавице, но если вот здесь – и Ежов показывает другой рукой на запястье, – кусается, то это означает, что достаточно крепкое облако висит над нами.

«Кусается, значит, пар?! – подумал Иннокентий… – Это что-то новенькое в моем исследовании. Хотя у Ежова, по логике, пар обязан быть колючим».

Разговоры затихают, каждый остается один на один с самим собой. Удивительный факт —, это когда 30—40 «послушников», сидящих впритирку друг к другу, на самом деле находятся в одиночестве, внутри собственного «Я».

В такие моменты окружающие их мало беспокоят.

Затем начинается работа – парение мастера, и постепенно народ оживает, из углов раздаются реплики, комментарии, их тут же немедленно пресекают. Слышится указание махающего:

– Пригнитесь, – и он неторопливо, нагнетающим движением проводит опахалом над головами мужиков, прикрытыми только шапками.

Кто-то рядом шепчет:

– Хорошо хоть не топором размахивает… а то бы пригнулись как надо, до пола.

Пар бывает разным, но его особенности зависят от того, кто и как сделал его в настоящий заход. Главное для отдыхающих то, что пар качественный, и поэтому претензий к нему нет и не может быть…

Иногда он отличается особой сухостью, иногда жесткостью или, наоборот, мягкостью, но как отмечал уже Палыч, – это все дело рук разных мастеров, подготовивших пар.

Как правило, организуют процесс банщики-профессионалы, но в отдельных случаях, бывает, эстафета передается бригаде из числа постоянных завсегдатаев-любителей. Разгоняют, точнее, опускают горячий воздух «вертолетом», но так происходит не всегда. Нет особого смысла, ибо «манеж» и так находится почти под потолком и он сам постепенно опускается вниз. Через стандартные восемь минут обычные миряне разбегаются, остаются только «недожаренные» – те, у кого кожа потолще, для них наступает пора постучать себя веничком.

Ощущение соединения тела и души в одно целое после такого парения передать на словах очень сложно. Надо всего лишь побывать в нем. Для этого мы идем в баню, может, не всегда удается попасть на пар, ну а если уж попал, то полученное удовольствие мозг запомнит и погонит его обладателя сюда вновь и вновь. Так и становятся заядлыми любителями-парильщиками люди, доселе не знающие всей прелести банного воздействия на организм.

«Эту баню можно назвать в полной мере общественной», – решает для себя Иннокентий. И по обычаю, принятому им самим, выставляет независимую оценку.

Внимание, дорогие читатели! Таково личное субъективное мнение героя, и в своей книге он имеет полное право его озвучивать, ибо никакого отношения к профессиональным основополагающим определительно-оценочным критериям особо уполномоченных комиссий не имеет.

Кеша в очередной раз повторяет: у каждого, кто посетил эту баню, имеется на сей счет свое мнение, которое, вполне возможно, может быть неоднозначным. Персонаж рассказа обращает внимание любителей на то, что Царицынская – одна из тех, где парятся люди нормальной ориентации, то есть раздетые догола. Тряпками не обматываются, в трусах не заходят. Никто не стесняется показать все свое, что он всегда носит с собой.

С легким паром!

Желаю всем вам, любители Царицынской бани, легкого и ароматного пара! Удачи и благополучия!

И то, что слышу, и то, что вижу, —

Пишу в блокнотик, впечатлениям вдогонку:

Когда состарюсь – издам книжонку.

Про то, что, Ваня, мы с тобой в Париже

Нужны – как в бане пассатижи.

Владимир Высоцкий

Люберцы-Некрасовка

Баня

Куда, в какую?

Московских бань для рассказов Кеше Листозадову стало не хватать, сунулся было в Калитниковские, но там ни народа, ни сюжета. Потолкался немного, выяснил: сеанс длится два часа, что маловато для истинных парильщиков, ибо люди привыкли оплачивать сразу и надолго. Передержанное время, поглядывание на часы, доплаты за сверхлимиты никто не любит. А пар хороший, как и сама баня, жалко, что безлюдна.

Однажды его попарили

Побывал и в Воронцовских, такая же история. Два-три человека средь бела дня: может, лето было тогда тому причиной, так ведь и в других не зима. К тому же персонал какой то напыщенный, ощущение, будто не ты у них обслуживаешься, а они у тебя.

Вот вам поучительная история, произошедшая во время посещения этого места. Благодаря Кешиному недотепству, его немножко лоханули холдеи-москвичи. Надолго потом остался неприятный осадочек, хотя и мелочь вроде… Но неприятно.

Решил наш банный писатель выложить читателям как на духу все, как было, чистую правду. Тут нет никакой выдумки.

Насмотревшись, как мастера парят расположившегося на свежезеленых благоухающих пихтовых вениках какого-то ну очень солидного мужика, далеко не простого: это было заметно по тому, как старались угодить и суетились вокруг и около него сразу несколько банщиков, впрочем, в столице все крутые и непростые, – Кеша захотел получить такое же удовольствие, и получил! Но он был прост, не солиден и не крут, посмотрите на его рожу, разве такого не следовало облапошить? Конечно, да что там, обязательно следовало!

Парение на ветках

Чинно, по-барски, в предвкушении будущего блаженного состояния, он расположился на хвойных колючих ветках, но, как оказалось впоследствии, уже не однажды побывавших в горячих переделках. Сверху его прикрыли такими же. Но запаха елки, лежащий на специальном предназначенном для индивидуального парения лежаке Кеша не почувствовал. «Наверно, ковид снова дал о себе знать, ведь терял же нюх тогда, год назад», – томно прикрыв глаза, подумал Кеша.

Парили так себе, с ленцой, ни шатко ни валко, всего несколько минут, постоянно куда-то отлучаясь. Затем объявили об окончании процедуры. Кеша, приподнявшись, обнаружил под собой многоразово использованный материал в виде веток с желтыми обесцветившимися иголками. А кому, как не ему, определить, вернее, отличить, «ху есть ху».

Но это было бы еще ничего, если бы на выходе, заплатив кругленькую сумму за посещение, услуги, пропитание и питье, он, из природной скромности, не постеснялся проверить чек при официантах.

В метро достал посмотреть, что же так дорого ему обошлось, и с удивлением обнаружил в квитанции такой сюрприз. Выбитые кассовым аппаратом буквы гласили об оплате им приличной суммы за два, наверное новых, судя по прейскуранту, пихтовых веника! Почему новых и наверное, он догадался сам, ибо старыми никто официально, через кассу, не торгует, кроме, естественно, Егорыча из… (читайте книгу №1). Не бежать же обратно разбираться из-за такой ерунды – сам дурак, смотреть надо было в оба. В Кешином случае – в четыре. Что случилось, то случилось, стенать не нужно, прекрасно зная о том, что Москва слезам не верит.

Непростой выбор

В другой раз он очень долго копался на просторах интернета, который пестрил предложениями банного отдыха индивидуально и для компаний, на «дровах» и электричестве (о чем откровенно не писалось, но догадаться было нетрудно), сауны и не сауны. Попадалось все что угодно, но только не общественны и именитые заведения. Так и не найдя ничего подходящего, куда можно было еще заглянуть, Кеша обратил свой взор на пригороды огромного мегаполиса.

Палыча прежде всего интересовала доступность местонахождения горячей точки для будущего осмотра, и он довольно быстро определился в своем первоочередном выборе.

Реутовские бани

Иннокентий съехал с МКАДа в направлении подмосковного города Реутово, а баня с одноименным названием находилась поблизости от трассы. Порой до центральных, петляя по улицам, добираешься в два раза дольше, а эта вот рядом совсем. Тем, кто на юго-востоке Москвы живет, рукой подать.

Приехал, как всегда, в пятницу под вечер. И, конечно, нежданно да негаданно, а это с ним происходит постоянно (предварительно позвонить, недотепа, забывает), Реутовская оказалась закрыта на реставрацию. Хорошее дело, когда банька обновляется, между прочим. Как правило, меняются доски, парилки, это все замечательно, но ничего нет хорошего, когда приехал, а она не работает.

Самое паршивое чувство возникает при таком раскладе – один сбор атрибутов чего стоит, плюс настрой.

«Не судьба, значит, быть ей в книге», – разочарованно подумал Кеша. Он не дергал ручку двери, не пинал ее ногами, не стучался кулаками, не рыдал, не возмущался. Ему об этом печальном событии с прискорбием сообщил вышедший из заведения молодой человек. Расстроенному любителю паренек присоветовал другую: мол, тут недалеко есть похожее местечко, куда можно добраться пешком. Кеша набрал на телефоне указанный адрес и, по понятным причинам (сауна!), наотрез отказался ехать по добродушной наводке работника ремонтируемых бань.

Увы! Уделом Листозадова оставалось походить вокруг да около, сделать наружное фото с улицы: «Авось приеду, найду время, когда починится, а пейзаж уже будет». Не долго думая, Иннокентий набрал на карте в приложении смартфона давно запримеченную им для посещения Некрасовскую. Находится в деревне Некрасовка, которая является пригородом, точнее было бы сказать, придеревней Люберец, которые, вроде бы, в свою очередь, являются пригородом Москвы. Езды отсюда, из Реутово, всего 34 минуты по навигатору.