Дары Ангела

Глава 1. Отражение гнева

Миллионы лет до нашей эры, космический корабль приближающей к еще не существующей солнечной системе.

Смесь звуков арфы и органа раздались в жилом комплексе капитана корабля, разбудив его и его жену. Капитана дотянулся до тумбочки и приложил свой указательный палец к поверхности.

– Входящее сообщение! – сообщил женский голос.

– Открыть, – попросил капитан интеллектуальную систему связи. Она дала картинку на потолок, где появился первый помощник у пульта управления.

– Капитан, Вы были правы, ресурс находится в указанных Вами координатах, сканеры показывают около тысячи кубических метров. Разрешите начать процесс торможения, – радостно доложил помощник.

– Конечно начинай Патрик, поздравляю тебя, жди подарок, несущий благую весть. – произнес капитан и приказал системе отправить ответ.

– Неужели это свершилось? – соскочила жена, открыла шкаф, и взяла оттуда красивое платье. – пришло время тебя одеть.

– Такие запасы золота мне и не снились. – сел на кровать капитан.

– Да ну его, твое золото, мне было бы достаточно и трех кубо-сантиметров, на всю жизнь. – возразила жена.

– Ты же знаешь мое хобби, а на него нужно много золота, зря я что ли рисовал схемы. – капитан сходил за бутербродом, вернувшись запустил голограммы солнечных систем. – Вот это из десяти, или вот эта из пятнадцати, какая тебе больше нравится?

– Мне безразлично, все равно их не видно будет, знаю только что спутник должен быть один. – холодно ответила жена, смотрясь в зеркало, одев новое платье.

– Да все равно шансов мало, что один из моих проектов будет одобрен, на рассмотрение я выдвину сразу два, самых лучших. Так шансов больше.

– Не обманывай себя, все могут выдвинуть по два самых лучших, а шансов у тебя только может быть меньше, если ты выдвинешь один.

– Тоже верно. – закрыл капитан свои проекты и стал одеваться.

Казахстан. Костанай. 2004 год.

– Этот вечер запомнится мне надолго. – сказал себе лысый, слегка полноватый, но с сильными мышцами молодой человек, когда увидел ее.

Сашка Суслов, по прозвищу Суслик, зашел на вечеринку, посвященную презентации картин одного малоизвестного художника Дениса Черепко, по прозвищу Череп. Одноклассник еле уговорил Суслика посетить выставку.

Зайдя в квартиру, опоздав на полчаса, Суслик постоял немного у порога и осознав, что его никто уже не встретит и стал не спеша продвигаться вдоль стены, против часовой стрелки, изучая немногочисленные работы Черепа. Помещение было не очень просторное, и народу пришло достаточно для того, чтобы не толкаться, что и стало решением остаться.

Первая картина сразу заставила Суслика задуматься над скрытым смыслом и заинтересовала, при том, что живопись никогда на столько не привлекала Суслика. Конечно же нарисован был череп, лежащий на земле, в окружении нескольких видов полевых цветов, характерных для данной местности севера степей Казахстана. На черепе было черное пятно, похожее на кляксу и Суслик машинально проверил рукой свою лысину, тут же осознал свое глупое действие, огляделся и успокоился, что никто его не заметил и не захихикал.

Вторая картина вообще будто бы схватила Суслика за ногу, уже находящегося в болоте миров художника и рванула в глубину. Смерть раскачивалась в песчаной пустыне на детской качели, создавая небольшие завихрения в воздухе, которые по мере отдаления превращались в смерчи и расходились по разным сторонам. У этой картины Суслик задержался уже подольше.

Третья картина вызывала отвращение. Парень идет по городу, грязная одежда, измученное лицо, в одной руке сигарета, в другой пачка. На левом боку сидит чертик, а за спиной пойманный в сети висит ангелочек и плачет, чертик же проделав отверстие в голове, как аристократ с вилочкой и ножом, закрыв глаза, наслаждается вкусом серого вещества. Суслик снова хотел потрогать себя за лысину, но во время опомнился, снова огляделся и увидел, как его, наконец то, кто то заметил приближаясь.

– Разрешите представиться – Денис Черепко, художник, а Вы? – спросил приятный красавчик в черной расстегнутой рубашке и в белых шортах, протягивая бокал вина.

– Во – первых не Вы, а ты. – резко начал Суслик.

– Во вторых я не пью дешевое вино, в третьих, что это за чушь на картинах? Называй меня Суслик, я больше известен под этим именем.

– Согласен Суслик вино дешевое и картины откровенная чушь, но они же тебе нравятся?

– С чего ты взял?

– А когда человеку что то не нравится, то он либо пытается изменить это, либо игнорирует и даже не смотрит, ты же как истинный ценитель использовал для себя мои работы в виде зеркал, т.е. почувствовал на себе ту кляксу на черепе, замер перед смертью, тихо беседовал с ней, зная, что она где- то позади тебя, неизвестно как далеко и как быстро приближается, а здесь ты осудил этого неудачника за то, что позволил чертенку схватить ангела.

– Но… – хотел Суслик поспорить.

– Прости, что перебиваю тебя, все видят себя в моих работах, смерть есть самая актуальная и самая загадочная тема жизни.

– Возможно ты прав – не смог подобрать других, более характерных грубых слов.

– Это все не правильно, я запрещаю тебе в таком виде наслаждаться моими работами, посмотрел Череп на кроссовки и на кисти рук, увешанные массивными золотистыми перстнями Суслика.

– Что не так? – удивился Суслик, подняв к груди руки, показывая блеск золота.

– На тебе оковы. – тихо сказал Череп.

– Не понял?

– Ты во власти чего то, ты не контролируешь себя, ты зависим и боишься. – говорил Череп и лицо Суслика выдавливало все больше недовольства, что аж Череп решил остановиться, дать гневу выйти, чтобы снова продолжать.

– С чего ты взял? – осторожно ответил Суслик, поискав внутри себя крохи терпения.

– Да взять хотя бы твои перстни, для меня вот золото ничего не значит, да я беден и не стремлюсь к богатству, мне просто нравится рисовать. Только поэтому мои работы не самые дешевые и мне хватает денег на дешевое вино, а в том, что у тебя много золота, кроме низменных амбиций я ничего более не нахожу, что и говорит мне о том, что на твоем плече сидит точно такой же чертик, поймавший ангелочка, поедая самые лучшие и самые светлые мысли, оставляя лишь те, что заставляют тебя носить железо на руках, ведь в случае неудачи ты можешь продать одно из них, купить еды, дабы прожить еще немного и отрастить еще вкусных извилин.

– Вот скажи, зачем тебе столько золота?

Художник оказался не так прост, подумал Суслик, пытается залезть в мозг, поковыряться там. Вывода два, либо он сектант и пытается стащить с меня последние штаны, либо он мудрый человек и может мне пригодится. Нужно исключить первое и продолжить осмотр выставки.

Суслик достал из кармана свой толстый кошелек, из него вынул несколько крупных купюр и протянул их художнику.

– Ты абсолютно прав, мне не нужно золото, возьми купишь вина на свою следующую выставку.

– Тут это действие заметила наблюдавшая за беседой девушка, она быстро подошла и без разговоров взяла деньги из протянутой руки Суслика.

– Молодец дорогой и часа не прошло, как ты уже продал картину. – сказала девушка, пересчитывая купюры. – Ой, а почему…? Ты продал все картины?

– Нет Ирина верни деньги, я не понимаю по какой причине он предложил мне так много денег. Я лучше представлю Вас – это моя жена, мой бухгалтер и агент, Ирина. Ирина это Суслик.

– Суслик?! Удивилась Ирина, возвращая купюры – какое странное имя, оно совсем не соответствует телосложению и выражению лица.

– Приятно познакомиться. – взял купюры и улыбнулся во все лицо Суслик.

– Вот так гораздо лучше и смешнее, – захихикала Ирина, обняв руки мужа. – теперь ты похож на счастливого колобка, который сбежал от старых извращенцев.

– Почему извращенцев? – рассмеялся Суслик.

– Разве это нормально лепить из теста ребенка, еще и круглой формы, потом представлять, что он живой? У меня очень бурная фантазия, как могли вообще этот мультик разрешить, – разошлась Ирина, повысив голос, затем шепотом добавила. – если с ним все было бы хорошо, то зачем он тогда сбежал, ты задумывался над этим? А?

– Нет, я как то не задумывался. – ответил ошарашенный Суслик.

– Очень зря! В основном мультики советских времен писали какие то больные люди, вот например «Ну погоди», – дальше Ирина изобразила пугающий голос. – вечный страх, постоянная опасность, появления волка из-за угла. Даже когда волк умрет, он же судя по голосу значительно старше зайца, заяц еще долго будет параноить, если не всю жизнь. Дабы клюет, а заяц прежде, чем дернуть удочку, сначала оглянется по сторонам, нет ли волка, спрятавшегося в кустах и ждущего тот самый подходящий момент. И я выросла на таких грязных каруселях. Дети же не понимают частицу «не», они что видят, тем и строят свою взрослую душу.

– А я еще не хотел сюда идти, – признался Суслик. – спасибо за чистое мнение, вечер уже удался.

– И какая же цена у чистого мнения? – заложила искринку в вопрос Ирина.

– Ну скажем 200 баксов. – снова полез в карман Суслик.

– Перестань Ирина, что ты делаешь? – возмутился Череп.

– Продаю мнение, что в этом плохого?

– Мнение нельзя продать, оно принадлежит всем. – Суслик снова убрал купюры в свой кошелек.

Исключено, если бы это была секта, я давно бы остался без денег, а тут просто невозможно от них избавиться. Значит этот человек мне и нужен. Остается убить ту неловкость, связанную с купюрами, но Череп в итоге сдался сам.

– Хочешь увидеть суть моих картин? – спросил Череп, посмотрев прямо в глаза Суслику.

– Я же не способен, нахожусь в оковах. – признал Суслик.

– Есть один выход – нужна твоя смелость.

– Говори конкретней.

– Возьми бокал. – вручил Череп гостю бокал и достал из футляра одну таблетку со значком Х. – Хватит ли тебе смелости запить дешевым вином эту таблетку?

– Нет, нет, я не сторонник подобных тем, а вино пожалуй, так и быть выпью немного.

– Это оковы, одну руку ты уже вырвал из них, что дало тебе возможность дотянуться до вина, ты представь, что будет, если ты полностью освободишься и сможешь идти, куда только пожелаешь.

– Я и так могу идти куда захочу.

– Но ты хотел попасть на выставку, а на картинах видишь только изображение.

– Ты странно говоришь, что я еще должен видеть в твоих картинах?

– Жизнь – они живые.

– Ага, я примерно представляю, о чем ты говоришь. Сейчас я выпью таблетку, у меня начнутся галлюцинации, все эти мертвецы оживут, и я испугаюсь до такой степени, что у меня выпадут последние волосы, их и так мало осталось, нет, спасибо.

– Послушай себя друг, – взял за плечи Череп Суслика. – а моя жена по ходу права, все начинается с мультиков. Твой страх зависит только от тебя – бояться картин очень глупо, больше никому не говори об этом, даже если эти мертвяки оживут, они ничего не сделают, они вымышленные персонажи.

– Ты думаешь?

– Я уверен.

– Почему ты не под кайфом?

– Это не кайф, это смертный приговор страхам. Пей, а не хочешь уходи, не стану настаивать.

– А давай! – Суслик схватил таблетку и сразу заглотил ее, осушив после бокал до дна.

– Вот это другое дело, теперь присядь на диван, расслабься и жди, я пойду и принесу еще вина – Череп указал на бюджетный кожаный диван, стоявший напротив такого же, уже занятого молодой парой.

– Добрый вечер. – сказал парень, потягивая вино.

– Добрый, добрый. – поприветствовал Суслик.

– Почему ты один? – не выдержав, спросила девушка.

– Ну, я даже не знаю, как сказать…

– Ты действительно хотел объяснить причину? – удивилась девушка.

– Да что вам всем от меня нужно? – психанул Суслик. – Ты хотела предложить свою кандидатуру?

– Тяжелый случай. – сказала девушка своему спутнику, и тот подтвердил кивком.

– Нет, я уже занята, вот мой муж, вот мое кольцо, но здесь есть одна девушка, которая пришла одна и сегодня она тоже выпила таблетку, надеюсь, Вы удачно примагнититесь.

– Какие то тут бесстрашные люди собрались, похоже я попал не по адресу. – проговорил вслух свои мысли Суслик.

– Держи вино. – вовремя вернулся Череп.

– Спасибо, Череп, раз уж так случилось, позволь мне заказать хорошего вина и хотя бы шоколада. Гулять, так гулять. А то это совсем не привык пить.

– Только с одним условием. – сел Череп рядом.

– Говори.

– Прими тогда от меня в дар эту картину. – Череп показал на парня с чертиком на плече.

– Только с одним условием – повторил Суслик Черепа.

– Прими от меня в дар вот это, – Суслик снял один из своих перстней с мизинца. – померяй, подойдет?

Череп взял перстень, не отрываясь от глаз Суслика, пытаясь разглядеть подвох, но отказать не мог, так как Суслик принял его картину. В итоге одел на указательный палец.

– В аккурат. Черный камень, значок инь-янь, он нарисован? – потрогал Череп камень

– Нарисован. – подтвердил Суслик.

– Спасибо парень что пришел на мою выставку, ты не пожалеешь.

– И я тебя благодарю, просьба не продавай пока этот перстень, хотя бы первое время. Это важно.

– Я тебя услышал, продам позже. – улыбнулся Череп.

Еще минут 20 мы беседовали о присутствующих, они оказались в большинстве художниками, были и другие творческие направления. Узнал о специфике жанра Черепа и еще нескольких художников и тогда началось. Началось с музыки, она стала громче, казалось, она сама выбрала для Суслика громкость, звук хрусталя, сыплющегося на паркет, словно чан с осколками медленно наклонили с высоты. Паранойя заставила Суслика искать источник шума на полу и внимательно присмотревшись, стали проблескивать сначала те осколки, которые уже отскакивали от гладкой поверхности пола, край ниточки был схвачен. Постепенно блеск начали передавать и падающие с потолка осколки, которые уже оставались на полу, медленно создавая хрустальные сугробы. Гости будто ждали этого, достали откуда-то зонтики, раскрыли – якобы спрятались от хрустопада. Суслик медленно повел взгляд на потолок и увидел еще более странную картину: потолок представлял собой сплошной хрустальный блок, занимавший все верхние этажи и даже больше, внутри блока очень быстро передвигались красные черви, как в игре, ставшей недавно популярной вместе с сотовыми телефонами – змейка, и дразнили несколько десятков красных пчел, которые пытаясь их поймать, разгонялись ударяясь о блок, так и откалывались хрусталики.

– У тебя есть зонтик? – спросил Суслик у Черепа.

– Зачем тебе? – удивился Череп.

– Ну я не взял с собой, не знал, что пойдет хрустальный дождь. – интонация Суслика дала понять Черепу, что тот совершенно не догадливый.

– Вот держи. – подыграл череп, сделав вид, что достал зонтик из-за дивана, протянув Суслику пустую руку, а Суслик якобы взял зонтик, раскрыл и спрятался от дождя, сжав кулак и зафиксировав его на уровне сердца. – Ну пойдем, нам пора идти смотреть выставку.

– Хорошо идем. – согласился Суслик, вставая, и стал осторожно передвигаться по комнате среди хрустальных сугробов. Тут в дверь вошел мужик с двумя небольшими ящиками вина.

– О! Петрович! – узнал Суслик своего главного помощника. – Осторожно ноги не порежь.

– Чё, разбили чё? – искал Петрович осколки.

– Давайте я возьму. – помог ему Череп.

– Тут еще шесть коробок и две с шоколадом.

– Подавай. – попросил Череп и сделал жест рукой, позвав друзей помочь.

– Череп открой мне бутылочку. – попросил Суслик, когда Петрович удалился, но Ирина уже несла два бокала и шоколад.

– Ирина сейчас мы будем смотреть картины, принеси нам, пожалуйста, по целой бутылочке.

– Без проблем. – удалилась жена, закинув дольку шоколада в рот, а мужа еще и поцеловала. Запасшись горючим Суслик, наконец, начал осмотр выставки при помощи творца.

– Что ты здесь видишь? – спросил Череп про первую картину. – Череп с кляксой. Суслик завис, так сначала показалось Черепу, но спустя пол минуты Суслик дал подержать свою бутылку Черепу и освободившейся рукой помахал тому черепу, что на картине, сразу же забрал обратно бутылку, поднял ее в ту же сторону и сделал глоток.

– Кто там? – проще спросил Череп.

–А? – очнулся Суслик и заметил Черепа. – А, в общем это был маленький человек с большой головой, он шел к своей невесте, зашел на поле, чтобы нарвать полевых цветов и увидел, как его невеста гуляет с енотом, он так и застыл на месте, простоял всю жизнь, состарился и умер, падальщики объели мясо с его костей, маленький скелет не выдержал тяжелого черепа и развалился. Сейчас он увидел меня, поднялся, помахал мне кистью и снова рухнул.

– Ну воображение у тебя есть. – посмеиваясь похвалил Череп.

– Идем дальше? – предложил Суслик.

– Идем. – похоронил сомнения о безнадежности Суслика Череп.

– А здесь что ты видишь?

– Ной ждет инопланетян, разгадал секрет эффекта бабочки, убил всех, теперь инопланетянам ничто не угрожает, он спас нашу планету. – уверенно заявил Суслик.

– Почему Ной?

– Ну он, как Ной, только современный.

– Следующую картину пропустим, сможешь часто на нее смотреть. – повел к четвертой картине Череп Суслика.

– Согласен.

– Здесь что ты видишь? – подошли зрители к картине на которой изображено два смотрящих друг на друга лица – одно с явными признаками раздражения, а второе спокойное и с сигаретой во рту.

– Конфликт, – сразу понял Суслик. – спокойный подошел к злому и говорит: считаю до трех – раз, два. Злой не выдержал, подошел ближе и раздулся, мол как так, за кого ты меня принимаешь, кто ты такой, чтобы требовать у меня огня прикурить. А спокойный ему отвечает: чем же провинился тот, кто предупредил вслух о том, что хочет посчитать до трех, прежде чем выкурить сигарету, человек рожден свободным, хочет считает, не хочет, не считает, хочет курит, не хочет не курит, с чего ты взял, что я приказываю тебе найти огонь, я об этом не говорил. Конфликт интересов, одному интересен конфликт, другому шутка. Ты прав Череп, каждая картина это зеркало определенного спектра, в каждой из них я вижу себя.

– Кто из них двоих здесь ты?

– Я злой, но уже хочу быть добрым, не знаю только как.

– Просто будь.

– Не могу.

– Хорошо, я знаю один ритуал, после которого ты станешь добрым.

– Согласен, ради такого на все согласен. – жадно умолял Суслик.

– Поклянись не клясться напрасно.

– Клянусь не клясться напрасно.

– Все правильно – смотри мне в глаза. Теперь поклянись мне говорить только правду. – Теперь скажи мне, что ты добрый.

– Нет, я злой.

– Не обманывай меня, я подарил тебе картину, а ты поблагодарил меня, благо подарил, а злые люди просто не умеют такое, еще и перстнем подтвердил, смотри вон он, у меня на пальце. Кто ты? – после паузы резко спросил Череп.

– Я добрый.

– Верно, теперь я тебе верю. За доброту! – ударил своей бутылкой по бутылке нового друга Череп. Тебе будет лучше теперь, если ты продолжишь знакомиться с моими работами один, я должен встретить еще гостей, хорошо?

– Да, да конечно не вопрос, я справлюсь, оказывается мертвяки нормальные ребята, самое страшное здесь это красные пчелы и червяки – снова посмотрел суслик аккуратно на потолок, отодвинув мнимый зонтик, и убедился, что они еще там.

– Иди.

– Рад был познакомиться. – уходя, бросил Череп, а Суслик продолжил культурное мероприятие.

Он приятно погрузился в мир иллюзий, работающих на собственных воображениях, полностью забыв о реальности, о том, кто он на самом деле, о силе и мудрости, которыми он не знал как воспользоваться до настоящего времени. А вот и тот самый яркий момент этого вечера, который запомнился суслику навсегда.

Покончив с первой комнатой и первой выпитой бутылкой, отдав пустую бутылку какому- то бомжу из десятой картины, суслик переместился со своим зонтиком во вторую комнату так, что справа от него на таких же кожаных диванах сидела кампания из пяти человек, два парня и три девушки. Суслик замер, когда услышал прекрасный смех девушки от чьей то шутки. Суслик повернул медленно голову и увидел человеческое чудо природы в женском обличии. Оперативная память Суслика заработала на полную мощность, он изучал каждый миллиметр видимой кожи, пытался доказать себе, что невозможно встретить настолько идеальную половинку, но не смог. Тем временем она усиливала свой смех неистовой красотой своих волн, сама взяла на себя инициативу формировать галлюцинации Суслика. Относительно вибраций звуковых волн смеха на полу, ровно между диванами и Сусликом стал надуваться обычный детский шарик, когда шарик достиг размера с грейпфрут, на нем можно было разглядеть значок, предупреждающий о ядерной угрозе. Когда шарик вырос немного больше баскетбольного мяча, он взорвался, образовав посредине комнаты грибок из пыли, а взрывной волной потрепало щеки. Суслик мысленно переключил те рычаги, которые одну гусеницу запустили вперед, а другую назад, что позволило ему повернуть свой корпус в сторону цели, башня же оставалась на месте. Суслик поднял перед собой руку, помахал ей, развевая пыль, компания девушек уже наблюдала за его свободным поведением, а она вошла в цикл, завершающий смех, уже не такой бурный и вытирала слезы позитива.

Нужно что-то делать 100%, нет 200, тем более эта та самая, единственная у которой нет кольца на безымянном пальце. Так нужно выбрать фон. Суслик закрыл глаза и открыл, вокруг был пляж, она сидела, смеясь в сторону моря на том же диване, не пойдет, сменил кадр. Заснеженные пики гор с удивительным видом на джунгли, нет, холодно, луна с видом на землю, нет, дышать нечем, весенние сады, о! Подойдет. Выбрав место Суслик понял, что цветы были бы очень кстати, обратил внимание на свой зонтик, оторвал ручку и из ручки вырос букет цветов, подошел к ней и встав на одно колено, протянул цветы.

– Мисс?! – обратился Суслик, покорно подождав, пока она вытрет все слезинки и повернет к нему свою башню и продолжил – этот букет тебе, прими его.

–Ой, – искренне обрадовалась девушка. – какие красивые цветы! Как они называются?

– Этот вид я вывел специально для тебя, он называется «Принцесса смеха».

– Как мило, они подходят под цвет моего разноцветного платья. – светила мисс своей ослепительной улыбкой

– Да, я старался – засмущался Суслик.

– Как твое имя? – понюхала воображаемые цветы мисс.

– Называй меня Суслик.

– Что? Суслик? – снова рассмеялась принцесса.

– А твое?

– Называй меня Настя.

– Настена – сластена. – опять рассмешил Настю Суслик.

– Ты уверен? – спросила Настя успокоившись.

– Я предположил попробовать, очень хочется.

– Ладно! – Настя встала с дивана и опустилась также на одно колено близко к Суслику, держа в одной руке букет, вторую руку положила на лысину и притянула его голову к своей, провоцируя поцелуй, который длился не долго, но страстно. – Ну как?

– И правда сладкая – сделал выдох Суслик.

– Спасибо.

– Эй Вы, вставайте с колен. – вмешался Череп и подняв влюбленных, вручил им по бутылке дорогого вина. – Настена дай букет, я пока его в воду поставлю.

– А конечно на, а то они быстро завянут – не отрывала Настя свой взгляд от Суслика.

– Ты чем занимаешься? – прервал Суслик неловкое молчание неловким вопросом, но Настя была готова ко всему.

– Пойдем со мной, я покажу тебе мою любимую картину. – взяла нового друга за руку и повела огибая диван.

На картине был изображен ребенок, стоящий на краю глубокой пропасти, бросая туда карамельного петушка на палочке.

– Почему это твоя любимая картина? – расстроившись от того, что эта в отличии от других не была живой, спросил Суслик.

– Потому что здесь нарисована свобода, какая бы там не была причина, по которой родители не доглядывали за своим чадом – это не важно, важно то, что ребенок нашел способ перелистнуть эту страничку, если ему в этом мире что-то не понравилось и он не захочет проводить здесь свой век, он просто пойдет к обрыву и не будет останавливаться. Петушок ему видишь, уже не понравился.

– Вижу, теперь я все вижу.

– Хочу подышать свежим воздухом, пойдем на балкон. – предложила Настя.

– Да, хорошая идея. – позволил Суслик взять себя за руку.

– Девятый этаж, высоко. – посмотрела вниз Настя.

– Тоже пропасть – хочешь в другой мир.

– А он лучше? – серьезно спросила Настя.

– С тобой он точно будет лучше.

– Тогда хочу, прямо сейчас.

– Тебя что – то держит?

– Нет, ничто.

– Тогда прямо сейчас. – Суслик взял Настю за руку, снова посмотрел вниз, убедиться, что никого внизу нет.

– Ты собираешься прыгать.

– Да, ты готова?

– Готова, прыгай! – зажмурилась Настя.

– И-и оп! – подал звуковую команду Суслик, что бы определить силу прыжка и парочка махнула через перила.