Случайная любовь босса-вампира

Глава 1

Вечер выдался холодным и дождливым. Тучи затянули все небо, сделав его похожим на грязное серое полотно. Крупные капли монотонно стучали по бетонному козырьку над входом в офис, по потемневшим от времени перилам и каменным вазонам, расположенным по обе стороны от крыльца. Цветы, посаженные в них, поникли под порывами ветра.

Интересно, почему, чем ближе к выходным, тем хуже становится погода? Еще утром, в чистом, без единого облачка, небе сияло солнце. Я отправилась на работу без надоевшей куртки. А сейчас не отказалась бы от длинного плаща и сапог.

Зонта я тоже не взяла. К счастью, Анна Львовна поделилась своим старым зонтиком, темным, со сломанными спицами. Вздохнув, я раскрыла его и, обходя лужи, направилась к стоянке машин.

Хотелось скорее оказаться дома. За неделю, проведенную в областном центре, я успевала соскучиться по своей семье. И пускай брат, его жена и ребенок порой раздражали до потери пульса, а мама, то жаловалась на здоровье, то пересказывала сериалы, просмотренные по ТВ, они все равно оставались самыми близкими мне людьми. И я радовалась, что проведу два дня под крышей родного дома, а не в съемной квартире.

Дойдя до машины, я распахнула дверцу и со вздохом облегчения упала на сиденье. Как же хорошо! Пару минут я сидела, наслаждаясь тишиной и покоем. Не то что бы на работе часто шумели и болтали – конструкторам нужно сосредоточиться, рассчитывая каждую деталь будущего изделия – но одна из сотрудниц постоянно включала радио. Ей оно не мешало, а у меня болела голова от бесконечной рекламы лекарств и одних и тех же песен.

По стеклу медленно текли струйки дождя, пришлось включить «дворники». Выехав со стоянки, я пристроилась «в хвост» длинной очереди машин, направляющихся в Озерск. Обычная картина для вечера пятницы: люди, работавшие в областном центре, возвращались к своим семьям.

Дорога казалась бесконечной серой лентой, петлявшей среди полей. Мелькали блиставшие нежной зеленью березки, высокие сосны и статные ели. Косогор с расположенными на нем деревянными домиками сменился низиной с редкими деревьями, затем появилось поле с первыми ростками, пару раз под мостом блеснула темная речная гладь.

Мои мысли от работы и незаконченного чертежа – начальник будет недоволен – плавно перетекли к домашним делам. Нужно зайти в аптеку, купить лекарства (мама просила), потом – в магазин за продуктами. Получить посылку, заказанную по Интернету. И еще…

Скользнувший вправо взгляд зацепился за что-то яркое, непривычное для серого дождливого дня, и я притормозила машину.

На остановке автобуса стояла серая металлическая будка. Внутри, на узкой скамейке, сжавшись в комочек и обхватив себя руками, сидела девушка. Короткий розовый плащ не защищал от холодного ветра, туфли явно промокли. По светлым волосам незнакомки стекали капли воды.

Она сидела, опустив голову и не обращая внимания на проезжавшие мимо автомобили. Худенькие плечи дрожали. Девушка не ждала ни помощи, ни поддержки. Казалось, её не беспокоило, что она насквозь промокнет и заболеет.

Мое сердце царапнула жалость. До того момента, как я купила машину, мне часто приходилось мерзнуть на остановках.

«Бедняжка», – сочувственно вздохнула я. Сколько ей еще придется ждать автобуса? Полчаса, час? За это время она точно простудится.

Припарковавшись у обочины, я открыла переднюю дверцу машины:

– Залезай.

Девушка подняла голову и несколько секунд смотрела на меня, словно не веря, что обращаются именно к ней. По её лицу скользнула тень, то ли страха, то ли удивления.

– Спасибо, не нужно.

Я невольно моргнула. Что за странная девчонка! Предпочитает мерзнуть на улице, вместо того, чтобы ехать в тепле и комфорте. Я бы еще поняла, если бы водитель попутки оказался мужчиной. Но отказаться от помощи женщины? Или она просто не хочет тратить деньги?

– Тебе же в Озерск нужно? – спросила я. Незнакомка коротко кивнула. – Значит, нам по пути. Не бойся, платы с тебя не возьму. Через двадцать минут будем в городе. Или ты хочешь превратиться в сосульку?

Девушка неуверенно улыбнулась, поднимаясь с места, и подошла к машине. Тенью скользнула на переднее сиденье, принеся с собой влажный воздух со слабым ароматом духов.

Я машинально вдохнула. Приятный ненавязчивый запах, свойственный дорогим маркам. Похоже, моя спутница не стеснена в средствах. Тогда почему оказалась вечером на шоссе, совсем одна?

«Это не твое дело, Лера, – оборвала я себя. – Не лезь в чужую жизнь. Захочет, сама расскажет».

Но девушка оказалась не из болтливых. Она сидела, глядя перед собой, и опустив руки на колени. На мои банальные фразы о работе, родном городе и плохой погоде, отвечала или улыбкой, или легким наклоном головы. Девушка явно думала о чем-то своем, потом опустила голову на спинку сиденья и прикрыла глаза.

Мне не первый раз приходилось подвозить людей до города. Обычно я забывала попутчиков, стоило им выйти из машины. Но эта девушка чем-то меня заинтересовала. Она не обладала ни яркой внешностью, ни внутренней силой, ни умением поддержать интересный разговор, но в ней таилось нечто большее. Некая загадка. Тайна, которую хотелось раскрыть. Словно наши судьбы не случайно пересеклись…

Я встряхнула головой. Что за глупые мысли? У меня нет ничего общего с этой блондинкой. Через десять минут мы будем в Озерске, и навсегда расстанемся. Я даже имени её не знаю…

– Нет, – вдруг послышался тихий шепот. – Не хочу, не буду этого делать. Почему именно я? Отец…

Я повернула голову. Девушке явно привиделся дурной сон. Она до крови искусала губы, на щеках блестели дорожки слез.

– Эй, проснись.

Вздрогнув от неожиданности, девушка открыла глаза.

– Что случилось? – осторожно спросила я. – Могу я чем-то помочь?

Блондинка неслышно вздохнула. Обвела грустным взглядом салон, провела ладонью по стеклу, смахнув капли дождя. На мгновение мне показалось, что она готова поделиться своей бедой.

Но тут машина, ехавшая за нами, громко просигналила. Девушка оглянулась, а когда повернулась, её лицо стало каменно – спокойным.

– Нет, – последовал равнодушный ответ. – Всё в порядке. Спасибо, что подвезли.

В полной тишине мы подъехали к городу. По обе стороны от дороги тянулись глухие бетонные заборы. Обычная промышленная зона.

Поэтому я не сдержала удивления, когда услышала просьбу попутчицы:

– Высадите меня здесь, пожалуйста.

– Вы уверены? – от неожиданности переходя на «вы», спросила я. Девушка спокойно кивнула.

– Да. Меня ждут на работе.

«В семь вечера, в пятницу?» – едва не воскликнула я, но передумала. Не стоит лезть в чужие дела, тем более, если сам человек этого не хочет.

В руках девушки появился небольшой кошелек.

– Это совсем не обязательно… – начала я, но блондинка все равно протянула тысячную купюру.

– Большое вам спасибо. До свидания.

Хлопнула передняя дверца.

– Всего доброго, – машинально ответила я, глядя вслед уходившей девушке. Из-за усилившегося дождя, её фигура казалась размытым розовым пятном.

По телу пробежал неприятный холодок. Может, я напрасно высадила её здесь? Стена, окружавшая цеха небольшого комбината, казалась монолитной. До ворот девушке придется долго идти…

Но блондинка вдруг остановилась, коснулась рукой стены… и спокойно прошла внутрь. Проход тут же закрылся.

Я протерла глаза, потом снова взглянула на то место, где стояла девушка. Никакого намека на дверь.

Что происходит? Как ей удалось пройти?

Сделав несколько глубоких вздохов, я попыталась успокоиться, потом провела рукой по стеклу. Дождь стал еще сильнее, словно в небе кто-то опрокинул гигантскую, полную воды, ванну.

«Спокойно. Это просто обман зрения. Люди не могут проходить сквозь стены или бесследно исчезать. Из-за сильного дождя я не могу рассмотреть ворота. Если подойти ближе…»

Если бы не ливень, я бы, возможно, вышла из машины и осмотрела стену. Но, было бы глупо, промокнуть до нитки, только ради того, чтобы убедиться: проход существует.

Посмеявшись над собой, я нажала на педаль газа и поехала дальше. Спустя минуту по мобильному позвонила мама, и я сразу забыла о своей попутчице.

Глава 2

Выходные пролетели быстро, за привычными хлопотами. Я пропылесосила ковры, вымыла квартиру, сходила в магазин за продуктами. Часть этих дел можно было поручить брату и его жене, но Петя при первых же словах ушел в свою комнату, заткнув уши наушниками от смартфона. Лиза с недовольным видом взяла ребенка и отправилась на прогулку, не забыв отметить, что «она устала, и у не жутко болит голова».

– Интересно, отчего она устала? – проворчала я, убирая пылесос. – Целыми днями сидит дома.

– Лера, не злись, – бросилась на защиту невестки мама, – ты же знаешь, сколько хлопот с маленьким ребенком. Кроме того, Лизочка учится… Вот закончит курсы по маникюру, и начнет хорошо зарабатывать.

Я только вздохнула. Лизу можно было назвать вечным студентом. Она уже окончила курсы массажа, затем парикмахерские. Теперь решила стать маникюршей. Но я сомневалась, завершив обучение, она пойдет работать в салон. Скорее, найдет себе новое дорогостоящее «хобби».

– А Петя тоже устал? – я махнула рукой в направлении двери, ведущей в комнату брата.

– Лера… – укоризненно протянула мама и, повернувшись, отправилась на кухню – готовить обед.

Вздохнув, я принялась протирать тряпкой большое зеркало, висевшее в прихожей. Петр всегда был любимчиком матери. Старший сын, опора и защитник в старости. Она прощала ему всё – плохую учебу, прогулы в школе, драки, тусовки с друзьями до глубокой ночи и брак «по залету». Заботилась о невестке и внуке.

И к чему это привело? Детки просто «сели ей на шею». Когда я приезжала домой, мама часто жаловалась на здоровье и постоянную усталость, мечтала о том, чтобы уйти на пенсию. Я предлагала поговорить с братом, предложить ему и Лизе снять квартиру и жить отдельно.

«А где деньги взять? Петенька не сможет платить за аренду», – повторяла мама, и всё оставалось по-прежнему.

… Я грустно улыбнулась отражению в зеркале. У девушки, которая смотрела на меня, были черные кудри и синие глаза. Сейчас, в полумраке, они казались темными. Губы сжались в тонкую линию, между бровей пролегла морщинка. Трудно выглядеть красивой, когда сердишься.

Я расправила плечи и выпрямилась, потом постаралась как можно искреннее улыбнуться.

Меня нельзя было назвать ослепительной красавицей. Высокие скулы, чуть вздернутый нос и слишком широкий рот – такими чертами обладают тысячи женщин. Но сочетание светлой кожи, иссиня-черных волос и глаз цвета ночного неба привлекало внимание. За мной ухаживали как молодые парни, так и мужчины постарше.

Но мне хотелось не короткой, пусть и яркой, интрижки, а настоящей любви. Но пока не везло…

– Лера, почисти картошку, пожалуйста, – крикнула мама. Оторвавшись от своих мыслей, я направилась на кухню.

***

Ранним утром в понедельник, я попрощалась с мамой и спустилась во двор, к машине. Брат еще спал – магазин, где он работал, открывался позднее – а Лиза сидела на кухне, уткнувшись в смартфон, и даже не заметила моего ухода.

Вокруг царила тишина. Не хлопали дверцы машин, не плакали дети, не суетились водители. Но мне нужно было покинуть Озерск как можно раньше, чтобы не попасть в километровую пробку рядом с областным центром.

Сев в машину, я пододвинулась, чтобы включить музыку, и вдруг задела ногой какой-то предмет. Это оказался кошелек из мягкой кожи, с золотой монограммой в виде буквы «М». Красивая и дорогая вещь.

Я задумчиво повертела кошелек в руках. То, что он – не мой, и не принадлежит кому-то из моих подруг, это понятно. Тогда откуда он взялся?

В памяти всплыло растерянное лицо белокурой девушки, которую я подвозила в пятницу. Может, это она забыла?

Немного поколебавшись, я открыла кошелек в надежде найти что-нибудь, указывающее на владелицу. Визитных карточек или чеков не оказалось, крупных купюр – тоже. В кармашке для мелочи гулко позванивали монетки, в других отделениях лежали несколько листочков бумаги. Я быстро их развернула.

На первом листочке, украшенном рамкой, было множество странных символов, причем совершенно незнакомых. Я долго рассматривала их, но так и не поняла, что они означают. Другие листки оказались портретами людей, сделанными карандашом.

На первом был изображен парень с темными волосами, прикрывавшими высокий лоб, прямым носом и выразительными глазами. Он смотрел неулыбчиво и строго, но чувствовалось, что эта серьезность – напускная. Как будто незнакомца заставили позировать, а ему не хотелось тратить время на глупое занятие.

Не скрою, парень был красив, не хуже любого знаменитого актера или певца. Но, кто это, я не знала. Никаких надписей – имени или инициалов – под портретом не было.

Вздохнув, я развернула последний листок. Это тоже был портрет мужчины, молодого, крепкого, но совершенно не похожего на первого красавчика. Резкие черты лица, глубоко посаженные глаза, короткие волосы – в нем чувствовалась какая-то скрытая сила. Казалось, сейчас мужчина повернет голову и смерит тебя взглядом, заставив выполнить любое свое желание.

«Не хотелось бы иметь его своим врагом», – подумала я, пряча листок обратно в кошелек.

Интересно, кто эти люди? Какое отношение имеют они к моей случайной попутчице? Друзья, родственники, хорошие знакомые? А, может, девушка была начинающей художницей и портреты – плод её фантазии?

Задумавшись, я не замечала, как летит время, и очнулась, только услышав, резкий гудок соседнего автомобиля.

«Ох, так и на работу опоздать можно», – вздрогнула я, и, спрятав кошелек в сумку, нажала на педаль газа.

Глава 3

Солнечное пятно медленно скользило по стене. Лучи создавали золотистое сияние вокруг стоявшей в углу вазы с искусственными цветами, отражались от полированной поверхности стола.

Я обвела взглядом комнату. Просторная и светлая, с современной офисной мебелью, новыми компьютерами, принтером и сканером, она отлично подходила для работы конструкторам.

Мой стол находился у окна. На противоположной стороне, отделенное от других сотрудников стеклянной стеной, было место начальника бюро. Иван Никитин, которого за глаза звали просто «Иванычем», проверял очередной чертеж и хмурился. Потом взял карандаш, линейку, проверил размер. Что-то ему не понравилось.

Никитину недавно исполнилось шестьдесят лет. Невысокий, худой, с поседевшими волосами и глубокими морщинами на лице, он казался старше. Среди коллег славился дотошностью и крайним вниманием к деталям. Мог заставить три раза подряд исправить письмо, принесенное на подпись, или заново распечатывать чертеж, из-за одной помарки.

Начальство его ценили. Самые сложные проекты поручали бюро Никитина. К сожалению, простым клеркам вроде меня это лишь добавляло проблем. Приходилось, в дополнение к основной работе, выполнять различные поручения.

Рядом с начальником находился стол Фоминой. Анна Львовна, самая старшая работница бюро, поймав мой взгляд, улыбнулась и кивнула в сторону висевших на стене часов. Мол, держись, до обеденного перерыва осталось совсем немного.

По левую сторону от меня сидели Семен и Майя, молодые сотрудники, недавно закончившие ВУЗ. Хорошие ребята, любившие поболтать и посмеяться. Несмотря на запрет, пользоваться смартфонами во время рабочего дня, Сеня вытащил гаджет и торопливо листал соцсети. Майя поправляла макияж, глядя в зеркальце. Оба, казалось, не обращали внимания на начальника, но, стоило Никитину пошевелиться, и девушка спрятала зеркальце, а её друг – телефон.

– Семен, принеси мне твои расчеты, – попросил начальник. Значит, чертеж, вызвавший у него сомнение, принадлежит Бледнову.

В наступившей тишине послышалась резкая трель телефона. Никитин взял трубку, быстро переговорил с кем-то и направился к выходу.

В комнате словно стало легче дышать.

– Время так медленно тянется, – пожаловалась Майя, накручивая на палец локон русых волос. – Скорей бы домой!

– Домой! Ха! – скривился Сеня. – До обеда бы дожить. Кстати, Анна Львовна, я хотел вас спросить…

Воспользовавшись моментом, я зашла в корпоративную сеть. Отправила открытку сотруднице, у которой был день рождения. Написала несколько коротких сообщений. Щелкнула по значку сети Интернет… и в этот момент вернулся начальник.

– Кот из дома, мыши в пляс, – буркнул он, даже не взглянув в нашу сторону. В руках начальник сжимал толстую папку. – Я через час поеду на встречу с заказчиком. Анна Львовна, вы за старшую. Отвечайте на звонки, запишите срочные вопросы.

– Конечно, Иван Иванович, – кивнула женщина, как будто и не выполняла подобную работу десятки раз.

Обедали сотрудники в маленьком кафе, находившемся на первом этаже. Кормили здесь вкусно и сравнительно недорого. Мы с Анной Львовной взяли овощной суп, жаркое с пюре и компот. Майя ограничилась салатом и соком, зато Семен заставил тарелками свой поднос, вдобавок прихватив пару булочек.

– В отличие от некоторых, я не сижу на диете!

– А тебе бы не помешало, – заметила Майя, закатывая глаза, – скоро ни в один костюм не влезешь.

– Да что ты понимаешь! Это мускулы, а не жир!

Мы с Анной, привыкшие к их перепалкам, только улыбнулись. Ребята спорили с первого дня работы в «Полярис-строй».

Я села за любимый столик в углу. Сквозь огромные стеклянные окна был хорошо виден проспект, где гуляли прохожие. Вот прошла симпатичная светловолосая девушка, за ней неторопливо проследовала немолодая пара. Потом показалась женщина, катившая коляску. Кажется, ребенок заплакал, и она принялась его укачивать.

– Счастливые люди, – улыбнулась Анна Львовна, кивая в сторону прохожих. – Гуляют, наслаждаются хорошей погодой. Жаль, до моего отпуска еще долго. А ты куда-нибудь поедешь, Лера?

Я пожала плечами. Хотелось бы, конечно, попутешествовать. Съездить на юг, к морю, или посетить города Золотого кольца. Но вопрос упирался в деньги. Если бы я начала копить раньше…

– Не знаю, пока. А вы уже что-то решили?

Положив на стол нож, которым разрезала мясо, женщина начала рассказывать. У ней были родственники в Абхазии, и она собиралась их навестить.

– Там очень красивые места. Море чистое, ярко-бирюзового цвета, как на картине. И горы…

Я слушала и кивала, допивая сок. На щеках Анны Львовны проступил румянец, обычно тусклые серые глаза засверкали. Она говорила с такой страстью, и так громко, что в нашу сторону стали оборачиваться коллеги.

«Счастливая, – чуть завидуя, думала я. – Надеюсь, всё получится так, как она мечтает».

Внезапно в зале стало тихо, даже вечные спорщики – Семен с Майей – замолчали. Анна Львовна, не закончив фразу об озере Рица, повернулась к окну. Её глаза расширились, рот удивленно приоткрылся, из пальцев выскользнула смятая салфетка.

«Что происходит?»

Оглянувшись, я поняла, что почти все находившиеся в кафе, не отрываясь, смотрят на улицу. Мужчины выглядели просто удивленными, зато женщины, и молодые, и старшего возраста, вели себя так, словно с ясного неба ударила молния. Или появился кто-то из топ-десятки актеров Голливуда.

Глава 4

– Смотри, смотри, – послышался шепот. – Кто это? Откуда?

– Какой красавчик!

– Что он здесь делает? Ждет кого-то?

Ничего не понимая, я повернулась к окну, и против воли вздрогнула. Там, в двух шагах от входа в кафе, стоял невероятно привлекательный мужчина. Высокий, широкоплечий, в сшитом на заказ темно-синем костюме и белоснежной рубашке, он казался лебедем, по ошибке залетевшем в стаю сизых голубей. Блестящие темные волосы, чуть длиннее, чем принято, завитками прикрывали шею. Широкополая шляпа и белые перчатки дополняли образ. Уверена, надень их обычный парень, это смотрелось бы вычурно и смешно, но незнакомцу лишь придавало утонченности.

В эту секунду облачко, на минуту скрывшее солнце, ушло в сторону, и с неба полился поток солнечного света.

Незнакомец чуть заметно вздрогнул и поспешил отступить в тень, отбрасываемую козырьком над входом в кафе. А потом вдруг обернулся. Его взгляд скользнул по всем посетителям и задержался на мне.

«Что происходит, – занервничала я, – почему он так пристально смотрит?»

За спиной послышались восхищенные вздохи:

– Девочки, я сейчас умру!

– Никогда такого красивого парня не видела!

– Может, он актер или певец? Не знаете, в городе гастролей не объявляли?

Мужчина был действительно хорошо собой. Правильные, аристократичные черты лица, тонкий нос, губы, изогнувшиеся в насмешливой улыбке. Единственным недостатком могла считаться слишком светлая кожа: наверное, он редко бывает на свежем воздухе.

Сняв шляпу, мужчина слегка поклонился, вызвав этим новый всплеск восторженных голосов.

А мне почему-то стало тревожно. Что такому красивому и явно богатому, если судить по одежде, человеку делать в нашем городе? Почему он нам поклонился? Неужели он знает кого-то, из сидящих в зале? И, что самое странное, почему его лицо кажется мне знакомым?!

«Спокойно, – сказала я себе, – без паники. Ты наверняка видела его по телевизору, в каком-нибудь сериале, которые обожает мама. Может, в нашем городе будут снимать фильм. А то, что он – вежлив, неудивительно: «звезде» глупо ссориться с фанатами».

Послышался скрип отодвигаемого стула.

– Девочки, я пошла, – томно протянула Инга, которая работала делопроизводителем. Она медленно встала, потянулась всем телом, поправила перед зеркалом гриву каштановых волос, и плавно покачивая бедрами, направилась к выходу.

Инга считалась в нашей фирме первой красавицей. Коллеги болтали, что в своем отделе она ничего не делает, зато получает больше всех. И именно её гендиректор «Полярис- строй» берет с собой в командировки.

Возможно, это были всего лишь сплетни.

Но у Инги ничего не вышло: не успела она открыть дверь, как в двух шагах от незнакомца остановилась новенькая, сверкавшая черными боками, иномарка. Из неё выскочила женщина, красотой не уступавшая моей коллеге.

Короткая юбка открывала стройные ноги, казавшиеся еще длиннее благодаря туфлям на высоком каблуке. Блузка с прозрачной вставкой на груди подчеркивала безупречный бюст, руки девушки украшали широкие браслеты. Темные волосы, небрежно развевавшиеся по ветру, явно побывали в руках дорогого парикмахера. На бледном лице выделялись черные, как угли, глаза.

Девушка привлекала внимание какой-то хищной красотой. Мне она не понравилась, но немногочисленные мужчины, находившиеся в кафе, буквально приникли к окнам.

Подойдя к незнакомцу, девушка что-то сказала ему, резко взмахнув рукой. Она была чем-то недовольна. Мужчина коротко ответил, не отводя взгляда от кафе, и плечи брюнетки поникли. Она осторожно коснулась его ладони, и что-то тихо произнесла.

В эту секунду на пороге появилась Инга. Соблазнительная улыбка, игравшая на её губах, увяла, стоило ей заметить спутницу мужчины. Она открыла сумочку, сделав вид, что просто вышла покурить.

Не обратив на неё внимания, мужчина с брюнеткой направились к машине. Но, остановившись у автомобиля, он еще раз оглянулся. Мне почудилась странная тоска в его взгляде.

Несколько мгновений спустя они уехали.

В зале снова стало шумно.

– Мужик-то какой! – восхищенно покачала головой старший экономист, давно замужняя дама.

– И девушка ему под стать, – отозвалась Анна Львовна, поднимаясь из-за стола. Она бросила взгляд на часы, словно намекая, что перерыв окончен.

Поднимаясь вслед за ней по лестнице, я слышала, как коллеги обсуждают исчезнувшую парочку, и тихо улыбалась.

Эти двое словно пришли из другого мира, где живут богатые и знаменитые. Какое отношение они имеют к скромным работникам «Полярис-строй»? Наши пути пересеклись на секунду, чтобы разойтись навсегда.

Я фатально ошиблась, но даже не подозревала об этом.

Глава 5

– До свидания, Анна Львовна, – сказала я, закрывая дверь кабинета. Майя и Семен уже ушли.

– До завтра, Лера, – кивнула женщина.

Еще один рабочий день закончился. В коридоре слышался стук каблучков, шелест платьев и хлопанье дверей: сотрудники, весело переговариваясь, спешили домой.

Завтра всё начнется сначала. Никитин проверит проект чертежа, и, придравшись к какой-нибудь мелочи, будет долго объяснять, что сделано неправильно. Потом тяжело вздохнет – с какими, мол, глупыми людьми приходится иметь дело – и все же подпишет. Но радоваться рано. Проект чертежа нужно согласовать с коллегами из смежных бюро, потом отправить на проверку специалисту по нормоконтролю. И только после устранения всех замечаний чертеж будет подписан руководителем «Полярис- строй».