Нюкта в бреду

Дрон встал и двинул! Но что это такое!?! О, ужас! Одна из девушек шептала что-то на ухо другой. Это бы ничего, если они вдруг не возьми, да и не начни целоваться. Они сосались всерьёз причмокивая и поглаживая друг друга. «ДА ЧТО ЖЕ ЭТО ТАКОЕ! Что за фигня! Мать вашу!», – других мыслей не возникало. Косяк был зверский, перед Андреем сидели две лесбиянки и посреди белого дня зажигали свои лесбийские штучки. Ему оставалось только закатать губы обратно и пройти мимо.

Андрей сел в машину и закурил.

– Вот же невезуха!

Да, эротическая блокада в девятнадцать лет – это проблема. Причём более глобальная, чем все глобальные проблемы человечества.

Парень был на взводе. Вместо повышенного положительного интереса, слабый пол стал вызывать у него реакцию раздражения. Он повернул голову к открытой двери и увидел ещё один раздражитель, красотку в красном. Она шла по улице, неприлично виляя бёдрами и заставляя всех прохожих особей мужского пола напевать про себя: «Девушка в красном. Дай нам несчастным…».

– А ну тебя к чертям!

Выпалил Андрей и, хлопнув дверью, почесал прочь.

Забив на все поиски любви, Андрей поехал к другану. В гостях он хорошенько похавал, поделился с товарищем всеми невзгодами своего бытия и, взяв несколько прикольных музыкальных дисков, уже под вечер отправился домой.

Весенний вечер был по-своему красив. Движение было не такое напряжённое, и ехать было прям в удовольствие. Андрюха уже успокоился (вот что значит излить душу, понимающему тебя по-мужски, человеку). Всё ближе и ближе был родной район, а значит и дом. Андрей устал и собирался провести оставшийся вечер за телевизором с бутылочкой (или несколькими) пива. Вот соседний двор, минута и Андрей будет в своём. Но он остановился. В этом дворе был магазин, где можно было затариться пивком.

Андрюха купил четыре бутылочки и направился к машине. Уже прилично потемнело. В окнах зажёгся свет, улицы пустели. Просто для молодежи, которая шарамыжется по темноте, ещё было слишком рано. Возле машины он обернулся и посмотрел на дом, который возвышался над магазином. В одном окне задёрнули занавески, в другом мерцал голубой свет телевизора, в следующем курил какой-то мужик, а под ним на четвёртом этаже Андрей увидел ЭТО! Распахнутое настежь окно, светилось, казалось, ярче всех. И в нём была видна абсолютно голая девушка. Парень опустил на землю пиво и пошёл поближе к дому. Встав как можно удобнее, он закурил и начал наблюдать. Она видимо переодевалась, и при этом не предприняла никаких мер, что бы её кто-нибудь ни увидел. И этот «кто-нибудь» был счастлив, что она так поступила. Вот ради этого стоило прожить этот день. Андрюхе сильно захотелось оказаться в комнате вместе с ней. Ах, как медленно и неторопливо она надела на себя кофточку, а до этого несколько раз прогнулась, запустив руки в волосы. А мужик всё курил, олух и не подозревал, что твориться прямо у него под носом. Девушка скрылась в глубине комнаты. А жаль, этим зрелищем Андрей мог любоваться вечно.

Свет в окне погас. Вот блин! Андрюха надеялся, что произойдёт ещё что-нибудь приятное для глаза. «Интересно. А что это была за чика? – Андрей вдруг, непонятно почему, вспомнил „богиню“, которую видел утром – хм, а может это была она». «Да – продолжал размышлять Дрон – хоть что-то приятное сегодня произошло».

С этими мыслями он и докурил свою сигарету. Бросил бычок в сторону и не спеша побрёл к машине.

– Эээ… Молодой человек, у вас не будет прикурить?

Приятный женский голос раздался сзади. Андрей обернулся. Перед ним стояла та самая «утренняя красавица». Она видимо только что вышла из подъезда.

– Конечно. Девушка, для вас всё что угодно.

Ответил счастливый Андрюха и пошёл ей на встречу. Та улыбнулась и достала сигарету. Парень приблизился и, достав из кармана зажигалку. Девушка аккуратно убрала волосы, спавшие на лицо, и подкурила.

– Спасибо большое.

– Да что вы, не за что.

– Такой хороший вечер. Решила непременно выйти покурить на улице.

– Покурить – это дело. Вредно конечно, но приятно.

Что бы поддержать разговор сморозил Андрей.

– Да, особенно когда нечем заняться.

– Неужели такой замечательной девушке нечем заняться в такой замечательный вечер?

– Спасибо.

– За что?

– За комплимент.

– Я просто сказал правду. Так всё же. Неужели действительно нечем заняться?

– Именно так.

– Ммммм. Но ведь это плохо. Но есть, хорошая сторона – это поправимо.

Красавица выжидающе смотрела на него.

– Девушка, можно пригласить вас куда-нибудь провести этот замечательный вечер, что бы он стал ещё более замечательным?

Выдал, наконец, Андрей и, затая дыхание, стал ждать ответа.

– С удовольствием.

«Yeas!», – кричал про себя парень, но внешне сохранял спокойствие, только улыбнулся.

– Меня зовут Андрей.

– Лариса.

«Лариска, как к тёмному пиву сосиска!» – срифмовал про себя Андрюха.

– И куда же мы пойдём, Андрей?

– Ну… Я на машине. Можно отправиться в какое-нибудь привлекательное кафе. Можно на дискотеку. Можно ещё куда-нибудь.

Карман Андрею грели бабки, и он мог себе позволить погулять сегодня.

– Ой, знаешь, я не очень люблю такие места. Слишком шумно.

«Ух, ты. – Упал духом Дрон – неужели, пай девочка из ряда любительниц библиотек и театров. Но такая вряд ли знакомилась бы на улице. Да и не курила бы наверняка».

– Может, поднимемся ко мне? Я здесь недалеко живу в этом подъезде.

«Ваууу!», – воспрял духом парень.

– Можно попить твоё пиво.

Девушка посмотрела на бутылки у машины.

– Я очень люблю тёмное пиво.

Продолжала она. Андрей вообще летал в облаках.

– А у меня как раз тёмное.

Вставил он.

– Ну, вот и замечательно. Значит решено.

Она посмотрела на Андрея так, как будто хотела съесть. В такой ситуации откажется только самый распоследний задрот.

Андрей побежал к машине взять своё пиво, а девушка потихоньку двинулась к подъезду. Дрона мучил вопрос: «А не она ли была в окне? Ну, очень похожа». Сомнения рассеялись, когда они поднялись на четвёртый этаж. Парня это радовало: Значит девушка без комплексов» (давно пора было понять, ведь не в шахматы играть она его зовёт).

Двухкомнатная квартира была довольно уютненькая. Особенно Андрею понравился просторный мягкий диван в зале. Именно на него Лариса усадила парня.

– Подожди, принесу бокалы.

Она ушла на кухню. Дрон окинул взглядом комнату: телевизор, сервант, картина на стене, столик на колёсиках в углу и море искусственной зелени. Рядом с диваном стоял столик-тумбочка. На нём красовался навороченный телефон. Рядом, нечаянно забытый, лежал фотоальбом. «Хм! Это интересно», – подумал Андрюха и быстренько прибрал его к рукам. В это время вернулась девушка с бокалами и открывалкой.

– Я тут альбомчик нашёл, я посмотрю. Можно?

– Смотри, конечно. Только с одним условием.

Андрей насторожился. Девушка улыбнулась.

– Столик из угла подкати.

– Сделаем!

Он быстренько пригнал к дивану круглый деревянный столик.

– Ну вот, теперь можно и выпить.

– Нужно!

Согласился парень.

– Вот блин! Забыл, надо ж было что-нибудь к пиву купить.

– Да не беспокойся, у меня есть сухарики.

Девушка снова улыбнулась и наклонилась к сидящему Андрею.

– Такие солёненькие вкусненькие.

Она пошёлкала зубками.

– Ням, ням!

Облизнулся Дрон.

Лариса снова ушла на кухню, а любитель пива и сухариков решил этим временем обследовать таки фотоальбом. На первой фотографии красовалась сама Лариса. В полный рост, на фоне ночного города. Такая вся манящая собою. «Вот мне бы эту фотку, до своей коллекции», – заметил Андрей. Начало у этого альбома ему понравилось, но вот со следующих страниц началась какая-то фигня. Подряд шли десять фоток парней.

Лариса вернулась.

– Это что, твои братья?

– Нет. Это мои бывшие парни.

«Ого. – Подумал Андрей – ну в этом есть свои положительные стороны, у неё наверно большой опыт».

– Тебя это беспокоит?

– Да нет.

Вяло произнёс Андрей (конечно, его больше заботило другое – триппер и его последствия).

– Ну как, хороший у меня на парней вкус?

Андрюха, жевавший один из принесённых сухариков, чуть не поперхнулся.

– Ну знаешь, это не по моей части.

Выдавил он, а потом добавил:

– Мне больше первая фотография понравилась.

– Да?

– Да. Ты тут такая… (он ещё раз посмотрел на фотку) …загадочная.

– Загадочная?

– Да, но от этого ещё более привлекательная.

Девушка довольно улыбнулась и подсела поближе к парню.

– Давай откроем пиво.

Забирая альбом, сказала она. Лариса потянулась к столику, чтобы положить его на место и навалилась на Андрюху. Её грудь упёрлась ему в плечё (ах, как было хорошо, жалко недолго).

– Хорошо.

Согласился Андрей.

– Только с одним условием. Ты подаришь мне себя. (Повисла пауза) Я имею в виду фотографию.

Девушка рассмеялась, снова потянулась к столику, взяла альбом, открыла, достала фотографию и протянула её Андрею.

– Ой, спасибо! Положу поближе к сердцу.

Сказал тот и сунул её в левый карман рубашки. Лариса снова потянулась к столику, чтобы положить альбом. (Каждый раз она касалась парня грудью и тот уже начал возбуждаться!)

Теперь можно.

Андрей принялся открывать пиво. Толи от тряски на лестнице, толи ещё от чего, но бутылка буквально взорвалась снопом брызг. Андрюха намочил руки и залил пол столика.

– Вот бл…!

Девушка залилась смехом.

– Это ты от перенапряжения, наверно.

Андрей сам улыбнулся.

– Извини, залил тебе весь столик…

– Ничего. Иди в ванную. Я тут всё уберу.

В ванной приятно пахло шампунем. Андрей вымыл руки, вытер их полотенцем и уставился на себя в зеркало.

– Ну что, братан?

Обратился он к отражению.

– Походу вечер будет приятным.

Он сам себе улыбнулся и подёргал бровями. Потом достал из бумажника презерватив и сунул его в задний карман джинсов (чтобы всегда был под рукой).

– Ну что, пошли.

Ещё раз обратился он к себе и вышел из ванной комнаты.

Почему-то было темно. Когда он уходил везде горел свет. Осторожно, чтобы не наткнуться на что-нибудь, Андрей пошёл по коридору. В зале свет горел, но не тот: более слабый и мягкий. Создавая интимный полумрак. Парень шагнул туда, в зал.

То, что он там увидел, было шокирующим, но великолепным. Вот для этого и стоило весь день мотаться по городу, тратя силы и нервы. Что бы, в конце концов, получить максимальное удовольствие. Удовольствие в объятьях этой сладкой девушки, которая, разложив диван, сидела на нём абсолютно голая, курила и, по всей видимости, ждала Андрея.

Одежды на ней не было никакой, даже нижнего белья. Она затушила сигарету в пепельнице и по-кошачьи поползла по дивану.

– Иди ко мне.

Томно протянула она.

Андрей сделал несколько шагов на встречу. Она выросла перед ним и прижалась всем телом. Упругие овалы её грудей вдавились в его грудь. Она начала стягивать с него рубашку. (Вот оно! Вот оно! Понеслась!) Он чувствовал её дыхание. Обняв её, он потянулся, что бы поцеловать. Она потянулась к нему.

– Теперь ты мой.

Андрей посмотрел в её глаза, их голубая бездна необратимо затягивала. Но они вдруг начали как-то меняться. Зрачки Ларисы медленно сужались и скоро превратились в две вертикальные щёлки. Она широко открыла рот и Дрон увидел (О ЧЁРТ!) длинные острые клыки, свисавшие с нижней челюсти. Всё что оставалось парню это закричать. Лариса тем временем тянула его к себе.

Преодолев окоченение Андрей резко откинул и девку.

Он не мог поверить своим глазам: перед ним был самый настоящий вампир (хотя надо сказать, симпатичный вампир). Зубастая Лариса тем временем потихоньку подбиралась к нему. Он сделал шаг назад, а потом развернулся и дал дёру.

Он хотел выбежать сразу в подъезд, но дверь была заперта (всё предусмотрела стерва). Дрон бросился в спальню. Он закрыл за собой дверь и навалился на неё.

– Открой любимый. Открой.

Послышался голос из-за двери.

– Не бойся. Я тебя не съем. Тебе понравится.

От слова «съем» Андрею стало совсем плохо.

– Открой. Неужели тебе не нравится моё великолепное тело. Неужели тебе не нравлюсь я. Ведь ты не умрёшь! Ты будешь жить вечно! Прошу, открой.

Андрюха почувствовал, как она царапает ногтем дверь. Потом последовало несколько толчков. Дрон ожидал, что они будут сильнее. Вот ведь, вампир, но девушка же, слабый пол.

– Прошу открой. Я покажу тебе настоящее удовольствие. Не бойся. Все те парни, которых ты видел на фото, они все боялись. Это не привело ни к чему хорошему. Они все выбрасывались из окна. Я жила на верхних этажах и они все погибли. Все. Вот видишь, теперь я специально живу на четвёртом. Я не хочу, что бы кто-нибудь ещё умер.

Андрея осенило – окно! Окно, в котором парень наблюдал эту бестию. Под окном магазин. Высоковато, но всё же лучше сломанная рука, чем прокушенная шея. Окно было открыто. У него был шанс спастись.

– Любовь моя. Я приметила тебя ещё тогда утром. Ведь я тебе понравилась. Мы будем счастливы вместе. Нас мало, таких. Мы будем вдвоём вечно. Мне так одиноко одной.

Голос её так манил и притягивал.

Андрей поймал себя на мысли, что сомневается, бежать ему или нет. Но потом откинул наваждение. Он включил свет и зашарил глазами в поисках какого-нибудь оружия. Ведь она могла догнать его на крыше магазина, и тогда придётся отбиваться.

Рядом с дверью стоял стол, а на нём лежали книги, какие-то бумаги и ножницы (ножницы!). Андрей глубоко вдохнул как перед прыжком в воду, схватил ножницы и кинулся к окну. Не задумываясь, он шагнул и полетел вниз.

Приземлился нормально. Теперь надо было найти пожарную лестницу и сваливать.

Андрей оглянулся, Лариса уже летела на него. Ближайшим путём к спасению было закрытое окно. Парень не задумываясь вынес его ногой и влез внутрь (это брат статья, интересно, вампир за спиной может считаться смягчающими обстоятельствами).

К счастью или к несчастью, но хозяев не было дома. Никто на разбитое окно никак не прореагировал. Темень была полнейшая. Андрюха сделал шаг, споткнулся о какую-то херню и, пролетев вперёд, натолкнулся на дверь. Картина стала ясна. Испуганный видом летящей на него девушки-кровопийцы, парень и не сообразил, что попытался спастись в кладовой. Кому нужна кладовая с окном, мать вашу! Жопа оказалась полнейшей. В комнатке метр на полтора вариантов избежать любовных объятий любительницы крови было маловато, да что там говорить вообще никаких.

Андрей почувствовал, что она уже рядом. Свидание в темноте предполагало стать для него последним. К его руке кто-то прикоснулся. Парень вжался в стену. Ножницы он выронил при падении, но они навряд ли помогли бы ему сейчас.

– Не бойся.

Прошептала она. Андрюха чуть не умер на месте от этих слов. Он всё больше сливался со стеной. Нога его, вдруг, ударилась обо что-то металлическое и пустое – ведро. То, что надо!

Интересно, правила этикета позволяют при первом свидании с девушкой надевать ей ведро на голову? В принципе, сейчас можно встретить разные, абсолютно неординарные виды любви. Никогда Андрей не был любителем садомазо, но и девушки вампира у него никогда прежде не было. Так или иначе, парень не мучил себя размышлениями по этому поводу, в нём говорили инстинкты, точнее один самый ебучий – инстинкт самосохранения.

Нахлобучив ведро подружке на голову, Андрюха рванул к окну. Вылез он за считанные секунды. Но всё, что он успел это подобрать утерянные ножницы. Лариса пантерой выпрыгнула из окна и набросилась на свою жертву.

Оба покатились кубарем. Она вдруг простонала. Андрей с ужасом взглянул ей в лицо. Он увидел не чудовищную ярость, а бесконечную грусть. Парню даже стало жаль напоровшуюся на ножницы, хоть и чудовище, но девушку. Но потом он отбросил жалость. Следом за жалостью он отбросил и вампиршу. Причём скинул её с магазина. Что бы уж наверняка убить.

Подойдя к краю, Андрей посмотрел вниз. Девушка лежала там, без движения, лицом к небу, разбросав волосы по асфальту. В груди торчало орудие убийства. Андрюха вытер пот со лба и пошёл к лестнице.

Спустившись, парень подошёл ней. Теперь ничего в ней не напоминало вампира. Изо рта текла тоненькая струйка крови (Осиновый кол, осиновый кол. Ножницы тоже сойдут). Не зная почему, Андрей наклонился к ней. Она ещё дышала. Глаза её вдруг медленно открылись. В них была всё та же манящая бездна. Она обхватила шею своего убийцы и, притянув его к себе, поцеловала.

Андрей никогда не испытывал таких чувств. Это было даже круче чем секс. Он даже не пытался вырваться, а сам уже, приобняв, целовал её. Он целовал её, а она таяла у него на руках, превращаясь в дымку. Вскоре от неё не осталось и следа. Только ножницы лежали на асфальте. Андрей подхватил их, будто пытаясь удержать призрак, и сел на землю.

* * *

В темноте ночных улиц разбавленной лунным светом, можно было видеть, как парень подошёл к белой восьмёрке и сел внутрь. Он сидел, тупо уставившись в одну точку, в глазах его была невыносимая тоска. Потом он достал из кармана фотографию Ларисы. Ножницы были всё ещё с ним. Он принялся обрезать фото так, что бы она поместилась в бумажник. Когда закончил, то достал его, вынул три старые фотки и выкинул в окно. Вместо них он положил одну, новую.

– Прости любимая.

Андрей завёл машину и положил руки на руль. На левой красовались две маленькие аккуратные ранки.

Белая машина рванула и скрылась во мраке ночи.