Повелители ветров

Глава 1. Серый город

«Время – это благо или источник проблем? Повсюду только и слышится фраза, что единственный ресурс, который у нас есть, – время, он исчерпаем и когда-нибудь закончится. Но что делать, если мое время тянется бесконечно, если каждая секунда длится вечность. Глянула на циферблат часов: пять минут десятого. Рабочий день в самом разгаре. Кажется, что это отличная новость, столько всего можно успеть за восемь часов рабочего дня. Но успеть ничего не получается. Я только и делаю, что жду, когда эта пытка закончится. В чем моя цель жизни? Да Бог с ней, с жизнью, в чем цель моей работы, для чего все это нужно? По-моему, это не приносит счастья ни мне, ни моим клиентам, судя по отзывам, которые они мне оставляют. „В соседнем агентстве намного дешевле, что вы себе позволяете?“, „Что за ужасный сервис?“, „Вы вообще себя видели? Как можно работать в таком виде с клиентами?“. Такое ощущение, что клиентам доставляет удовольствие писать всякие гадости. Разумеется, хорошие отзывы тоже бывают, но они тонут в этом море негатива. Негатив стал кредо современных людей – хотя, возможно, это вопрос философский, и он не становился, а всегда был. На негативных эмоциях гораздо проще фокусироваться, ведь сейчас я тоже обдумываю колкие фразы, брошенные под случайным импульсом.

„Видела ли я себя?“ – странная претензия. Конечно, видела, бесчисленное множество раз», – девушка отрыла зеркальце и пристально стала изучать себя. Белая кожа, обсыпанная светлыми конопушками, сине-зеленые глаза, аккуратные реснички, щечки и даже ямочки, когда улыбаюсь. Веселые кудряшки спадают на лицо.

Девушка прикрыла рот кулаком, стараясь избавиться от скуки, а мысли ее текли дальше.

«Скука – ужасное массовое порождение современного мира. Раньше нужно было бороться за выживание, в древние времена не добыл себе еды – умер, чуть позже тяжелый труд сопровождал покупку куска хлеба, и лишь тонкая прослойка населения могла себе позволить скучать и философствовать. Теперь же это стало пандемией. Все больше людей изнывают от безделья и предаются рассуждениям даже не о целесообразности бытия, нет, а маются чувством постоянного сомнения, травят себя мыслями о ненужности и просто не могут найти своего места в этом огромном мире. Скука отнимает надежду на светлое будущее и порабощает все твое существо: чем тебе скучнее, тем больше хочется скучать. Самое болезненное, что жизнь в таком состоянии продолжается.

Это так страшно, когда у человека нет цели существования, он не чувствует себя причастным к чему-то значимому, не чувствует себя частью общества, которое идет к светлому будущему – может, поэтому в Советском Союзе было больше счастливых людей, они все шли к одной общей цели – строили светлое будущее, райский мир, и идея эта настолько захватывала, что они не обращали внимание на то, какой ценой приходится расплачиваться за эту идею».

Звонок телефона вырвал Марину из размышлений.

– Туркомпания «Мой тур», Марина, чем я могу вам помочь? – и дальше разговор отправился в привычное русло стандартных вопросов и ответов. А девушка начала рассуждать: «Как я могу кому-то чем-то помочь, если даже себе я помочь не в состоянии?»

Входная дверь резко открылась, и внутрь ворвался человек. Мужчина был крупным: как символ достатка – огромный живот, который он с гордостью нес. Кожаное пальто в пол и барсетка. На шее золотая цепь в палец.

Такая мода была в девяностых годах, но невероятным стечением обстоятельств проникла в следующий век. Марина хорошо знала такой тип клиентов – современный нувориш, который считал, что весь мир вращается вокруг него и все ему должны.

– Добрый день, – вежливо сказала Марина, – чем я могу помочь?

– Ты знаешь, кто я? – с ходу начал демонстрировать признаки власти мужчина, быстро переходя на «ты».

– К сожалению, нет. Меня зовут Марина, приятно познакомиться.

– Да какая, к черту, мне разница, как тебя зовут! – мужчина негодовал. – Ты путевками торгуешь?

– Да, я продаю туристические путевки.

– Мне нужно, две! – с гордостью гаркнул мужчина.

– Очень хорошо. Куда бы вы хотели отправиться?

– Я же тебе говорю, отдыхать, с Лялечкой еду, мне нужно по высшему разряду.

– Какую вы страну предпочитаете?

– Я же тебе говорю, лучшее! – голос подчеркнул слово «лучшее». – В Турцию.

Марина вежливо кивнула. Всегда Турция, иногда Таиланд. Причем не путешествие – они даже не выйдут из своего отеля, они не увидят старые города, не познакомятся с местными жителями, культурой, главное – статус.

Путевку оформили довольно быстро. Баснословная цена за отель «все включено». Неделя. Возможно, они получат удовольствие. Возможно, будут недовольны. Зависит от настроения и обстоятельств.

Мужчина, выложив оплату наличкой, не попрощавшись, хлопнул дверью. Наступила тишина.

Еще один трудовой день закончился. У девушки было ощущение, словно она отпахала день на вахте – всему виной оставалась скука. Спустилась в метро. Голова привычно пошла кругом от мельтешения людей и обилия запахов. Крупные города в целом довольно запашистые, но концентрация запахов зашкаливает именно в метро. И это далеко не ароматы свежескошенной травы. В поезде люди набиваются так плотно, что немытое тело, алкогольные пары, запах бедности мешается в один причудливый клубок, и не дай бог приправляется дорогими духами. Дорогие духи пережить особенно сложно – они здесь невозможны.

Сложно отделаться от мысли, что метро чем-то напоминает огромного кашалота. Особенно если смотреть, поднимаясь на эскалаторе и видя аркообразный свод, будто пасть страшных размеров распахнулась и всасывает в себя нескончаемый поток людской массы. Затем, очевидно, пожирает их, ибо куда деваются люди, пока едешь, – не видно, замечаешь только, что люди исчезают. Причем ручьи эти на совершенно добровольной основе уходят в неизвестность. Страшно. Боже, какой бред, бывает, лезет в голову.

Наконец Марина села в поезд. Стояла под грузом людей и их тяжелых мыслей. Она не была исключением: в голове крутились дурацкие вопросы, на которые не существует ответов.

Вдруг что-то необычное и яркое отвлекло ее внимание. Напротив, в соседнем вагоне, ехала девушка лет двадцати. Кудрявая лохматая голова: волосы наполовину собраны в хвост, наполовину мягкими прядями спадают на лицо. Огромный желтый пуховик – оверсайз нынче в моде. На фоне практичной черно-серой верхней одежды она была словно вспышка. Хотя надо признать, выделялась она не столько цветом пуховика, сколько тем фактом, что танцевала. В ушах у нее были наушники, и она просто не могла удержать тело и аккомпанировала музыкантам филигранно отточенными движениями.

Оторваться от девушки было невозможно, хотя все остальные люди упорно отводили от нее глаза, как будто с ней было что-то не в порядке или лицо уродовал шрам. Но ей было глубоко плевать на это – она была свободна. Сложно представить человека более свободного, чем тот, кто может себе позволить танцевать в переполненном вагоне метро.

«Почему я не могу быть такой же? Почему я не ощущаю свободу? Почему я хотя бы не рядом с такими людьми, как эта девушка?» – Марина продолжала смотреть на девушку через стекло вагона.

Изучение жизни было смыслом существования Марины. Тем невероятнее стало осознание, в какой точке она оказалась. Все настоящее будто ушло: друзья, спорт, юмор, прогулки по городу. Все то, что составляло ядро ее самой. Девушка и сама была бы рада найти объяснение причины, приведшей ее к ненавистной работе, угрюмому и прагматичному настроению, непонятному окружению и, конечно, социальным сетям. В последнее время целые часы уходили на просматривание бесконечных лент новостей. Это была вынужденная мера, необходимая, чтобы время медленно, но текло, и завтра все-таки наступало.

Однако было в Марине одно качество, которое позволяло держаться, – вера, что новый день принесет что-то или кого-то хорошего, после чего все окончательно изменится. Только ничего не происходило, ответов не было, а время действительно шло.

После работы договорились встретиться с Алиской – самой близкой подругой. Зашли в недавно открывшийся ресторан на Патриарших. Громкая реклама и бесплатное шампанское при заказе основного блюда: неплохая реклама для заманивания страждущих.

Девушки расселись на не слишком удобные стулья, и официант в белой рубашке принес шампанское.

– Скажи, выходить мне замуж за Кирилла? – Алиса требовательно смотрела на Марину, – и, пожалуйста, не надо проповедей из серии, что я должна сама выбрать, просто можешь мне ответить нормально хоть раз, без этой твоей психологии и без «Это должен быть твой выбор».

Честно говоря, от такого поворота событий Марина потеряла дар речи и как рыба открывала – закрывала рот.

– Алиса, ты серьезно меня об этом спрашиваешь?

– А что такого сложного в этом вопросе? – Алиса капризно сложила губки в трубочку. – Ты же у нас умная, вот и скажи, нужно ли мне выходить за Кирилла замуж?

«И это моя лучшая подруга? Кем и зачем я себя окружила, не пойму?» – пронеслось у Марины в голове.

– Ты его любишь? – стараясь быть тактичной, задала встречный вопрос.

– Вроде люблю, но он не хочет меняться ради меня, не хочет искать новую работу, поэтому я не знаю.

– И ты решила, что знаю я? – Марина пыталась говорить как можно спокойнее, но голос выдавал ее возмущение.

– Почему ты злишься, понять не могу.

Алиса требовала ответа и искренне не могла понять причину, почему лучшая подруга не хочет помочь решить ее вопрос.

Новый рабочий день начался с необычной просьбы.

– Марина, зайди, пожалуйста, к директору, – просунув аккуратную головку в дверь, крикнула секретарь Варвара.

Марина лихорадочно начала вспоминать, что могла забыть или как накосячить. «Счета выставлены, договоры заполнены, гневных отзывов не было. Может, меня неожиданно решили уволить в связи с сокращением штата или сложной экономической обстановкой? Что ж, неудивительно, может, это и к лучшему. Хотя к какому лучшему? Что мне делать? Почему со мной всегда так? Как же я устала». Поток мыслей, словно вихрь, пронесся в голове, и это за несколько шагов, которые нужно пройти между двумя кабинетами.

– Михаил Владимирович, можно? – с веселой улыбкой спросила девушка.

– Марина, конечно, заходите.

Мужчина около сорока лет встал и мягко закрыл дверь за вошедшей в комнату сотрудницей.

– Марина, я вот по какому делу вас вызвал. В этом месяце мы считали премии, и когда свели всю отчетность, оказалось, что вы у нас самый результативный сотрудник. Благодаря последней сделке с клиентами в Турции, вы оказались далеко впереди своих коллег. Согласно политике нашей компании существует поощрение особо отличившихся сотрудников путевками. И в этом году мы приняли решение, что вы будете тем самым сотрудником.

– Путевка для меня? – голос был такой тихий, что приходилось прислушиваться.

– Да. У вас есть возражения?

– Нет. А куда?

– Куба.

– Куба?

– Куба!

Стремительная подготовка к поездке: попытка найти зимой купальник, солнцезащитный крем, передать дела коллегам – все сжалось в один большой комок суеты. Однако в какой-то момент Марина все же обнаружила себя в зале ожидания аэропорта. Усевшись на пластмассовый стульчик, она выдохнула и осмотрелась по сторонам. Тут и там люди спешили на посадку или, наоборот, бесцельно блуждали, ожидая, когда подадут борт.

Марина была настолько замотана суетой своей жизни, что практически не различала лиц людей: все они были просто мужчинами и женщинами, которые оказались с ней в одном пространстве аэропорта.

Наконец объявили посадку на рейс до Кайо-Коко, и, пройдя быструю проверку, она оказалась на борту. Самолет был старый, и, случайно увидев ручку кресла, примотанную скотчем, Марина искренне понадеялась, что, несмотря на преклонный возраст транспортного средства и обшарпанный вид, самолет в полном порядке, и одиннадцать часов пройдут благополучно. Рейс был чартерный, и нередки были ситуации, когда компания арендовала старые борта.

Шел пятый час полета, за время которого подали лишь прохладительные напитки. Еды не предполагалось, и народ начал понемногу уставать и звереть.

Неожиданно раздался грохот, все люди обратились к источнику шума. Девушка лет тридцати с накаченным ботоксом лицом била другую девушку, блондинку, тапком по лицу и кричала писклявым голосом.

«Это нереально, – подумала Марина. – Такого просто не может быть. Видимо, слишком сильно устала, и воображение шалит».

Но оторваться было невозможно, представилось, что декорации вокруг совсем другие и сидит она не в самолете, а где-то среди лесистых джунглей. Одна обезьяна впивается в загривок другой, начинает бешено трясти. Зубы ощерились в агрессивном оскале. Волосы взъерошены. Вторая обезьяна, объевшись бананов, просто не способна сопротивляться, поддаваясь воле первой. Летят клочья шерсти, слюни, какие-то возгласы. Однако главными действующими лицами настоящей сцены были отнюдь не приматы, а вроде как женщины, поведение которых говорило об обратном.

– Ты в аэропорту меня толкнула, прям в ногу, – вопила брюнетка, продолжая бить блондинку по голове. – Мало тебе было моего мужика увести, так еще пинаешься!

Блондинка мало походила на человека: перед взлетом она столько выпила, что лицо расплылось в бессмысленную массу, глаза выдавали полное непонимание происходившего. Стюард к этому моменту успел добежать до брюнетки, схватил ее в тиски собственных рук и вывел в другой зал.

В этот момент Марина четко поняла, что нельзя убежать от себя и своего мира даже на другой конец земного шара – ты всегда везешь с собой себя. Так и эта сцена говорила не о начале какой-то гармоничной поездки, способной дать девушке так необходимые ответы или даже смыслы. Но нет, все говорило о том, что нервный ее мир всегда с ней и сбежать не получится.

Глава 2. Поездка началась

Проснулась рано, даже, можно сказать, ночью, – разница во времени с Россией оказалась слишком велика, чтобы моментально перестроиться на привычный режим жизни. Выглянула на балкон – ночь была нежна, подернутая полоской серо-желтого света. За окнами птицы начинали свой нестройный щебет: негромко ругались друг на друга, а может, обсуждали новости – кто разберет птичьи разговоры. Отличное утро для прогулки – как раз можно изучить обстановку: вчера этого сделать не удалось. Марина быстрым движением надела шорты, майку и взяла с собой свитер – было слегка зябко.

Пляж оказался пустынен, лишь вдалеке двое совершали хитроумные движения: учитель пытался передать своему ученику хитрости боевого искусства.

Девушка медленно двинулась вдоль кромки воды, вдыхая утреннюю свежесть.

Крепкий ветер растрепал непослушные волосы. Откуда взялся ветер на этом райском пляже? Но именно ветер делал все происходящее вокруг настоящим, заставляя вспоминать, что жизнь не любит покоя, она хочет рваться наружу, как этот непослушный ветер, запуская по океану круглые барашки. Небо к этому моменту стало светлее – по всем признакам скоро должен начаться рассвет.

Захотелось вытащить из ушей наушники – музыка всегда примиряла ее с внешним миром и позволяла создавать какое-то свое особое пространство, в котором можно было с комфортом существовать. А тут Марина услышала тишину: тишиной она называла отсутствие раздражающего шума, который повышает уровень стресса, – бесконечный визг мотора, гул метро и ор людей. В этом благословенном месте все было не так: громкий рокот океана, тихие разговоры людей и свист ветра.

Только сейчас девушка осознала, как издергана и как невероятно устала от бесполезного шума, она даже разучилась слышать себя. Постоянно надо заглушать ненужные звуки, которые извне стремятся проникнуть в тебя, иначе сойдешь с ума. Хотя бы искусственно выделить небольшой клочок пространства для себя. На кубинском пляже девушка ощутила, как хочется ей «услышать» это место и, может быть, стать его частью.

Марина приглядела понтон из светлого дерева, уходящий далеко в воду. Понтон заканчивался небольшой площадкой, накрытой крышей из сухой травы. К нему она и отправилась. Сев на соломенный стульчик, она замерла в ожидании. Через несколько минут появился бочок солнца, окрашивающий край облака в светящуюся полосу.

Солнце неспешно начинало свой ежедневный ритуал воцарения на небе. Так торжественно и мягко. Облако уже целиком начало светиться – каемка раскрашена серебристым маркером. Серо-красный оттенок неба начал превращаться в нежное золото.

В этот самый момент в воде поднялся одинокий парус. Парус надулся от мощного рывка ветра и потянул за собой кайтера. Черный силуэт на рассвете. Кайтер пролетел мимо понтона, обдав брызгами Марину. «Повелитель ветра», – прошептала девушка. А человек уже унесся далеко, наслаждаясь этим утром, оставаясь наедине с миром и океаном.

«Как хорошо! Как тихо! И как, наконец-то, спокойно», – мысли мягко перекатывались, в то время как девушка сидела, не шевелясь, на понтоне. Состояние было настолько умиротворенное, что захотелось его продлить, да и смысла торопиться не было никакого.

– Привет, ты по-русски говоришь? – раздалось где-то над ухом.

– Здравствуй, конечно. – Марине пришлось неудобно изогнуть голову и прищуриться против солнца, чтобы разглядеть, кто к ней обращается.

– Вот и хорошо, тогда давай знакомиться, а то не с кем нормально пообщаться в этой дыре.

Маринина сегодняшняя собеседница была девушкой модной. Все, как учат популярные блогеры современности: наращенные ресницы, чтобы было видно по-настоящему выразительные глаза, подкачанные губы, вытатуированные широкие брови, придающие особый правильный глубокий взгляд. Купальник цвета нюд подчеркивал аккуратную фигуру девушки.

– Ангелина.

Чтобы лучше познакомиться, вернулись в отель и решили взять по коктейлю. Через полчаса неспешной беседы Ангелина спросила.

– У тебя есть богатый раб?

Марина поперхнулась коктейлем и расплескала пару капель на полотенце.

– Кто?

– Богатый раб, – невозмутимо повторила собеседница.

– А кто это?

– Сейчас объясню. Это страшный мальчик, который боготворит тебя и у которого есть деньги.

– И ты с ним спишь за это?

Девушка презрительно скривила губки.

– Вот еще, ему достаточно того, чтобы я проводила иногда с ним свое свободное время, а он за это платил.

– А, поняла, то есть ты его используешь?

– Ни в коем случае, я ему позволяю быть с собой рядом, за это я плачу своим временем. Начинаешь понимать? Ты держись меня, и я тебя научу жить, у тебя есть потенциал, ты симпатичная, только над внешностью нужно поработать будет – со временем и при должном усилии ты сможешь освоить эту науку.

Тропический дождь начинается обычно неожиданно и как-то по-особенному стремительно разгоняется. Только что небо было ясно-голубым и тут же затягивается тучами, а поток теплого дождя начинает лить со страшной силой: остается лишь дивиться, как такое количество воды может настолько стремительно появляться.

Вода приходит с сумасшедшей скоростью: если ты находишься на пляже, нет ни единого шанса остаться сухим, добежав до укрытия. Скорее наоборот: ты гарантированно промокнешь. Марина представила, как она мчится в укрытие, как ее волнистые волосы мокнут и прилипают к спине. Мокрое парео, купальник и, главное, шлепанцы. Ненавистные мокрые шлепанцы.

«Как же удачно, что я решила выпить чашечку кофе, – подумала девушка. – Лучше наблюдать за природой из своего уютного укрытия».

Картина и правда была дивная. Тучи висели настолько низко, будто собираясь упасть на голову. Толстые жесткие пальмовые листья, прогибаясь под напором воды, создавали специальные желоба, по которым вода беспрепятственно спускалась на землю. Кругом вода – земля не успевала впитывать этот поток. Из-за жары этот водный хоровод был даже приятен: смывался дневной зной. Дождь принес с собой долгожданную прохладу, свежий воздух и немного веселья.

Трое парней, застигнутых врасплох, бежали как оголтелые в укрытие – в бар. Разумеется, не из-за страха намокнуть, ведь одежда, итак, была насквозь. Но им хотелось отпраздновать их выдающуюся гонку достойной наградой – кубинский ром как раз подходил для такой роли.

Парням было около тридцати, вроде уже не юноши, но дождь вызвал детский задор. Глаза блестели весельем. Они толкали друг друга и радостно хохотали. Иногда бывает полезно промокнуть, чтобы вспомнить, что ты молод и можно все.

Барменом сегодня была кубинская красотка в классической юбочке-карандаше и белой рубашке. Девушка быстро налила требуемый ром. Ребята же сели за столик под навесом, чтобы отметить успех операции. Но, видимо, это не соответствовало их веселому настроению, поэтому они пересели за столик без крыши.

Марина уже с нескрываемой улыбкой смотрела за тем, как ребята в одних только шортах сидят на плетеных стульях, попивая ром, а сверху их как из ведра поливает дождь. Наблюдать за этим мальчишеским задором было приятно, несмотря на абсурдность картинки. Правда, их спектакль не продлился долго, так как стаканы с ромом быстро наполнились водой, и коктейль не пришелся по вкусу ни одному из действующих лиц. Но шутка была смешной, а ребята искренними.

«Интересно, откуда они? – подумала девушка. – Смешные».

Ветер сегодня был особенно шаловлив, на пляже находиться было невозможно – тело за секунду покрывалось колючим песком, и уж о каком ровном загаре здесь можно было вести речь. Уши, нос, глаза – все забивалось песком. Сомнительное удовольствие. Зато полный пляж кайтеров – их самое горячее время, идеальная погода, чтобы оседлать доску.

День Марина решила провести возле бассейна: хотелось окунуться и охладить свою кожу, а в океане это сделать было решительно невозможно. Накупавшись, уселась на первый попавшийся шезлонг. На соседнем оказался один из любителей загара под дождем. Марина, вспомнив о вчерашнем инциденте, тепло улыбнулась ему.

– Ренгенешься? – моментально отреагировал парень.

– Что, прости?

– Ренгенешься? Как это на вашем языке. Загораешь?

– А, да, решила позагорать сегодня. Откуда ты?

– Я из Польши. Якуб.

– Марина.

Начало было положено, но продолжения не случилось. Пришедшие друзья Якуба сообщили, что за ними пришел гид, и нужно ехать на экскурсию.

Немного разочарованная Марина осталась в одиночестве наслаждаться загаром и прохладной водой бассейна. Спрятавшись в большую шляпу и накрыв себя платком, Марина вернулась к созерцанию кайтеров издалека.

Под вечер, когда ветер утих, Ангелина увела Марину на пляж. «Фиксировать наслаждение», – как она выразилась. Мимо проходил мужчина, который вез за собой огромную телегу свежесрезанных кокосов. Кокосы были довольно большого размера, поэтому, чтобы их вскрыть, он ловко орудовал мачете, делая несколько точных ударов, срубая шапочку. Далее доставалась специальная трубочка из целлофанового пакетика, и – вуаля – лучший коктейль готов. Отказаться от такого напитка было невозможно, поэтому девушки подозвали к себе продавца и взяли себе по кокосу.

Кокос отличался от всех пробованных ранее – в нем мякоть мягкая, похожая на тоненький слой желе, которую выковыриваешь только что срубленной из твоего же кокоса ложечкой. Один удачный удар мачете – и вот тебе готов коктейль, второй удар – и готовы приборы, чтобы насладиться нежной мякотью.

– Сегодня русские устраивают вечеринку, пойдешь? – Ангелина требовательно стучала аккуратным ноготком по кокосу.

– Я не уверена: не люблю тусовки, да и не знаю никого.

– Что за глупость, меня ведь знаешь, да и все давно спрашивают, почему ты не приходишь: еще решат, что ты надменная.

– Да нет же, совсем наоборот.

– Слушай, что ты ломаешься? Посидим, выпьем, проведем хорошо время. Вдвоем всегда лучше, можно очень эффектно себя подать. Хватит быть уже такой душной.

«И правда, – мелькнула у Марины мысль, – зря я, наверное, пропускаю мероприятия, так ведь и жизнь может мимо пройти, а я все жду чего-то».

Вечеринка была в самом разгаре: разговоры громче, лица краснее, юбки короче. Вроде бы каждую секунду что-то происходило: отчаянные танцы под попсу, взрывы смеха, но все казалось как в затянутом фильме, смысл которого ускользал от зрителя.

Мужчины активно обсуждали бизнес: все как один были бизнесменами чуть ли не государственного масштаба и громко пытались переспорить, кто круче. Девушки щеголяли названиями известных салонов красоты или просто хихикали над несмешными и часто пошлыми шутками. Марина сидела на диване между двух мужчин. Молчала. Она решительно не понимала, какую реплику вставить. Даже поляки, изначально казавшиеся милыми и симпатичными, по истечении времени превратились в красномордых мужланов, подающих ей недвусмысленные сигналы.

Переводя взгляд на разные лица, Марина жадно что-то искала и никак не могла отыскать. Честно говоря, она и сама не знала, что ищет, и, конечно, объяснить этого она никому бы не смогла. Но это было для нее так важно: она ощущала всем своим нутром.