Воздушный океан

Пари

Автоматические створки входной двери с жужжанием разъехались в стороны, пропуская новых гостей. Мужчина и женщина с двумя чемоданами на колёсиках прошли к стойке регистрации.

Айзек Хейзи, один из основателей отеля «Воздушный океан», в последствии ставший разветвлённой сетью отелей, растянувшихся по всему побережью, сначала, Флориды и Калифорнии, затем Южной Каролины, всегда считал, что ресепшен должен находится напротив входа, железно, строго, это был его бзик. Бизнес рос, стало тесно на берегах Северной Америки, и экспансия перекинулась на острова Санибел и Гавайи.

Отель «Маргарита», построенный два года назад на берегу острова Оаху на Гавайях должен был стать жемчужиной всех отелей компании «Хейз и Росс», венцом творения, так сказать, лучшим в классе лакшери по мнению Кэмерона Росса, компаньона и со основателя сети отелей «Воздушный океан», а по совместительству лучший друг Айзека Хейзи. Расположенный в уютной бухте, где волны сурового, бескрайнего, бездонного Тихого океана превращались в тихие, домашние барашки, лениво накатывающие на белый песок пляжа, который в этот утренний час был ещё пуст, и не потому, что все ещё спят, но и потому, что сезон сёрфинга закончился и отель к концу мая, практически, опустел. Безмозглые юнцы и седеющие старые пердуны, носящиеся со своими досками туда-сюда, раздражали Кэмерона больше, чем его жена. Поэтому на остров он прилетел только вчера вечером, когда наступало время богатых и респектабельных, ценящих время и роскошь, но никуда не спешащих и умеющих наслаждаться жизнью. Вот и сейчас, как в подтверждение его мыслей, створки разъехались и вошёл дородный мужчина, лет семидесяти, направился к стойке регистрации, с достоинством, не спеша, как и подобает важному человеку, вот – это его клиенты, это его время. Для них он хотел строить отели, к их классу хотел себя причислять, а не носится с этими оголтелыми сёрферами, как Айзек, помешанных на досках, и при слове «волна» забывающих про всё на свете. Айзек обожал ловить волну, сёрфить, как он выражался, и это был его второй бзик, заставив его, Кэмерона, вкладывать деньги в производство этих досок – сёрфбордов. Бизнес, по началу приносивший денег, стал мельчать, конкуренция растёт и дохода всё меньше и меньше. В этом было их принципиальное различие, во взгляде на развитие отельного бизнеса в частности, и на будущее вообще – Айзек хотел кататься, Кэмерон – богатства.

Вот и прилетел он сюда не только для того, чтобы насладиться чашечкой утреннего кофе в вестибюле, где был расположен маленький ресторан, слева от входа, а не бар, как хотел Айзек, чтобы, так сказать, перехватить между волнами, и не только видом из окна его личного номера, мягким Тихим океаном и прелестями одиноких постоялец, ищущих разнообразия и приключений в своих никчёмных жизнях, а сколько уговорить Алана отдать ему гостиничный бизнес, которым он толком-то и не занимался – все трудности легли на его плечи. Сам пусть занимается своим сёрфингом, и не вставляет ему палки в колёса, точнее – эти чёртовы доски, либо пусть возьмётся за ум и вкладывает деньги на развитие сети, подтягивая все отели в люксовый сегмент, а затем и в лакшери, ведь доход от богатых клиентов, по подсчёту Росса, должен был приносить гораздо больше, чем от всех, вместе взятых, досочников. Он давно это предлагал и Айзеку, но Айзек упрямился и не соглашался, они часто из-за этого ругались – в итоге время шло, а поезд до сих пор на запасном пути.

Кэмерон и в страшном сне не мог представить, что его детище – отель «Жемчужина», олицетворение его мечты, которую он, наконец-то, смог воплотить в жизнь, после того, как три года назад умер Айзек, начнёт стремительно превращаться в пристанище сёрфингистов, благодаря Алану, которого, по мнению Кэмерона, кроме сёрфинга и женщин больше в жизни ничего не интересовало – с волны на бабу, с бабы на волну, а ведь не мальчик уже, пора о жизни, о будущем подумать. Все домики и бунгало, которые были построены по бокам от головного здания, веером, словно крылья, раскиданных вдоль берега, на которых Кэмерон Росс хотел подняться на новый уровень жизни. Плевать ему на Алана, да плевать ему было и на Айзека, но сейчас, когда в домиках, выращенные, если так можно сказать, его собственными руками, когда, контролируя весь ход строительства, начиная от проекта, дизайна и до полного завершения, практически, не вылезая с этого острова, по его мнению должны были проживать богатые и знаменитые, стремящиеся к уединению и интимности, начнут населять чокнутые волной и стукнутые доской на всю голову, сёрферы, нужно было что-то кардинально менять. Алан предложил – пускай в центральном здании селятся респектабельные клиенты, а домики отдать на откуп сёрфингистам. Так кто ж сюда поедет-то?! После них столько мусора: банки, бутылки, использованные презервативы… нет, это надо прекращать на корню, иначе все его старания накроются железным корытом. И время, с июня по август, время степенных толстосумов и знаменитостей, Кэмерон Росс планировал использовать по максимуму, и это надо было сделать сейчас, пока его «цветочек» не превратился в загаженный «сорняк», благодаря отмороженным сёрфингистам, которых в жизни ничего не интересовало, кроме своей доски и волны. Всем по мемориальной доске, вот чего бы он им пожелал, и, даже, на это дело не скупился бы.

– Привет, Рон! – поздоровались, подсевшие за его столик двое мужчин, его компаньоны, мелкие подрядчики, и собутыльники. Айзек их терпеть не мог, и держал за придурков. «Как ты можешь с ними общаться?! – постоянно сетовал Айзек. – Ка и Ка, просто какая-то одна сплошная кака». Картер Райт, севший напротив Росса, сорока пяти лет отроду, был женат, но благодаря тому, что безмозглые малолетки и прожористые нимфоманки, принимали его за денежного воротилу, Картер всегда при себе держал модный и дорогой прикид, одевал золотой перстень, золотые часы и цепочку, так, для коллекции, как сам приговаривал, нет-нет, да умудрялся кого-нибудь завалить в постель. Кларк Келли, был чуть моложе этой троицы, но до сих пор был не женат, и все его попытки кого-нибудь уложить в койку, терпели крах, но разве только совсем какие-нибудь одичалые тётки, от которых на следующее утро воротило, проспавшись и на трезвую голову всё выглядело иначе, да и одевался он попроще.

Официантка поднесла два бокала мартини. Из лифта вышел молодой человек, лет тридцати, белые рубаха и штаны из льна, прекрасно сочетались с его синими туфлями и тёмной шевелюрой на голове.

– Привет, Кэм! – подсел он за их столик, Картеру и Кларку, просто, кивнул головой. Он тоже, как и его отец, недолюбливал эту парочку. – С утра за алкоголь, – укоризненно покачал головой.

– Сколько раз тебе говорить, Алан, зови меня Рон, – Кэмерон недовольно сжал губы, – и ребята работали целый год, и заслужили отдых, – те закивали головами, потягивая мартини.

Створки опять зажужжали, впуская новоиспечённых гостей: две девушки, лет тридцати, плюс-минус, одна в коротком платье с синими цветочками на белом фоне, другая в маечке и шортиках, обе в больших солнечных очках и сандалиях на толстой подошве. Одна была брюнетка, у другой волосы цвета рубина. Портье поднесли сумки с чемоданами к ресепшен, дожидаясь разрешения отнести в номер.

Мужчины за столом оживились, Картеру, поскольку он сидел спиной, пришлось оборачиваться.

– Смотри какие цыпы пожаловали, – сказал Кларк, сделав глоток.

– Ничего тёлочки, – констатировал Картер, повернувшись обратно.

Алан и Кэмерон никак не высказались о девушках, один допивал своё кофе, другой вертел золотое кольцо, доставшееся от матери. Алан всегда носил его на длинной цепочке, в надежде, что когда-нибудь он подарит его той, которая станет для него единственной.

– Камилла завтра прилетает, – как-то отстранённо произнёс Хейз.

– И что, – допив кофе, сказал Кэмерон, поставив чашечку на стол, – ты думаешь ей сделать предложение?

– Я ещё не решил, – ответил Алан.

– А чего ждешь? – спросил Кэмерон. – Давно пора.

Дверки заново с мягким жужжанием разъехались, и снова гость. Так и должно быть, несмотря на то, что гостиница ещё пустовала, но номера уже были забронированы и раскуплены до самого сентября. Вошла ещё одна женщина, лет 30, в элегантном юбочном костюме синего оттенка. Ни макияжа, ни каких-нибудь мало-мальски значимых украшений, лишь пара серёжек, но это не в счёт. Тёмно-русые, слегка волнистые волосы до лопаток. Чемоданчик тащила сама, сумочка на локоточке.

– О, Рон! Ты с какой бы не прочь?! – спросил Кларк, поглядывая в сторону регистратуры. – Я бы вон с той, красная которая, какие буфера, – и плотоядно оскалился, как будто собирался её съесть.

– А мне чёрненькая понравилась, – резюмировал Картер, хотя его никто не спрашивал. – А ты за какой бы приударил? – спросил он у Алана.

– Я бы? – и Алан посмотрел в сторону девушек, внимательно разглядывая каждую. – Вон ту, в синем.

– Фу, да ты чего, – заголосили в один голос два К – Картер и Кларк.

– Мне тоже кажется, что ты погорячился, – сказал Росс, – по-моему ничем не примечательная, да… – он прищурился, – что-то в ней есть, но уж больно не приступная с наружи, бьюсь об заклад, что никогда не была замужем, мужик в юбке.

– Вы, господа, как те птички, что бросаются на всё яркое и блестящее, даже если это всего лишь обёртка от конфет, – возразил Алан.

– Ну, так разъясни нам, неучам, – усмехнулся Картер.

– Положим, начнём с того, что под одеждой, – стал пояснять свою точку зрения Алан, – начнём с ног: тонкая лодыжка, высокие икры, ноги стройные, длинные, у тех двоих лодыжки толстые, ноги короче, а у одной, по-моему, они просто кривые. Костюм, который вы видите на ней, сшит по заказу, может «Поло Ральф», а может даже «Брукс», из далека я не берусь судить. Под рубашкой, если вы не заметили, блеснул бриллиант, и в серёжках, пусть и маленькие, но бриллианты, а у тех двух дешёвая бижутерия, и одежду подбирали, на какой-нибудь барахолке, тонкие черты лица, лёгкий макияж, ну а те размалёваны, как клоуны в цирке «дю Солей».

Картер и Кларк изменились в лице, Кэмерон нервно облизнулся.

–А что касается приударить… вообще-то, соблазнить можно любую, – сказал Хейз, только будет ли кто от этого счастлив, но в слух добавил, – вопрос времени и нужного подхода.

– Хм, можно подумать, что ты бы её завалил, – недовольно скривился Кларк.

– Не, не, что-ты, – Картер коснулся рукой Келли, – он же у нас мастер.

– А я думаю она тебе не по зубам, – сказал Кэмерон, взглянув на Алана.

– Я же сказал, – Алан опустил глаза, – вопрос времени и подхода.

– Ну, вот скажи, – не унимался Кларк, – самая стойкая, которую ты окучивал, сколько держалась?

– Положим, я сейчас и не вспомню, ну, неделю… максимум, – подумав сказал Хейз. Камилла сдалась на шестой день, и встречались они уже год, но та которая держалась целую неделю, ночь любви с которой он отмечал с друзьями, как праздник, она, почему-то, не запомнилась, выветрилась из головы. А Камилла Эванс была всё-таки красивее, не давала о себе забыть постоянными звонками, периодическими, якобы случайными, встречами, а затем Алан просто сообщал, где он остановится, и она приезжала. Несколько дней они проводили вместе, а затем разъезжались по своим делам. Год у него уже не было никого, кроме Камиллы, может это любовь или… или…

– Да с этой, наш кузнечик, и за две недели не справится, – прервал мысли Алана Кэмерон. – А может Камилла на тебя уже хомут набросила, как на коня ездового.

– Нооо, нооо, игого, – заржали Картер и Кларк.

– Я правильно понимаю, – протянул Росс, – из всех троих твой выбор пал именно на эту.

– Положим, да, – покачал головой Алан, – я выбрал бы эту.

– Так что ж тебе мешает? – не унимался Кэмерон. – Или кто? Что, Камилла объездила нашего дикого Мустанга?

– Игого, – не успокаивались К.

– Придурки, – процедил Алан.

– Или эту дикую лошадку тебе не приручить? – пристально посмотрел Кэмерон на Алана потом на женщину в сером. – А может ты уже никого не в состоянии приручить, – и Росс положил руку ему на плечо, – все мы стареем, и когда-нибудь нужно будет уступить дорогу молодым. А вообще-то ты всё правильно делаешь, тебе пора остепениться, Камилла – хорошая девушка, вы – хорошая пара, а эту дикую лошадку оставь молодым и сильным.

– Почему ты решил, что я не смогу? – поинтересовался Алан.

– Выглядишь ты, каким-то, уставшим, – сказал Кэмерон, – не тот уже наш Алан, не тот. Причём, я почти уверен, что ты от неё даже поцелуя не добьёшься.

– Положим, ты уж совсем меня хоронишь, – сказал Алан. – Какого поцелуя?

– Да, простого, – пожал плечами Кэмерон, – в губы, простой поцелуй в губы от неё, по её желанию.

– В губы, говоришь, – Алан посмотрел в сторону стойки регистрации, где возникал какой-то спор с прибывшими девушками.

– Положим, неделю, возможно, маловато будет, – не спеша сказал Алан.

– Как это маловато! – вскинулся Кларк. – По-моему ты, просто, бздишь?!

– Что ты сказал?! – Алан посмотрел на Кларка, сведя брови.

– Он просто перестраховывается, – высказал своё мнение Картер.

– Нет, я почти уверен, – сказал Кэмерон, – что ты и за две не справишься, а лучше признайся, что она тебе не по зубам.

Алан почесал, слегка небритый, подбородок, задумчиво разглядывая девушку в синем.

– Бьюсь об заклад, – сказал Кэмерон, – не по зубам она тебе, не по зубам.

– Алан! А ты подойди к ней, – усмехнулся Картер, потом посмотрел на Кларка, – и попроси, хотя бы, поцелуйчика, – и вытянул губы, как бы для поцелуя.

– Иди, умоляй у неё, – кривляясь сказал Кларк.

– Тут и за две не управиться, – сказал Алан, пропустив подколки мимо ушей, продолжая разглядывать девушку, – по-хорошему, нужно месяцок, за месяц я бы управился и добрался бы не только до поцелуя. Да что там за шум-то?! – Алан встал и направился к стойке регистрации. – Анна! Что случилось? – спросил он, подойдя к стойке.

– Мистер Алан, – ответила девушка-портье, – возникли небольшие недоразумения.

– Да, мистер Алан! – сказала девушка с рубиновыми волосами, – у нас недоразумения, но, по-моему, большие.

– Что случилось? – и Алан посмотрел на девушку в синем костюме, которая стояла в стороне, ожидая своей участи.

– Дело в том, что эти две девушки забронировали двухместный номер, – стала пояснять Анна, – а на эту девушку брони нет, – и она указа рукой на девушку в костюме.

– Дело в том, мистер Алан, – сказала брюнетка, улыбнувшись и выставив грудь вперёд, – мы позвонили, нам сказали, что ничего страшного, номера будут, а теперь говорят, что мест – нет.

– Мистер Алан, – сказала портье, – номера у нас есть, точнее они все забронированы, но заселятся они будут через три-четыре дня, а эти дамы хотят провести у нас две недели, мы её сейчас заселим, а потом куда девать будем.

– Да! А тогда зачем надо было говорить, – несколько возбудилась с рубиновыми волосами, – что приезжайте, мы вас ждём, и стоило нам переться в такую даль, чтобы здесь услышать, что мест нет.

– Но вы звонили в начале месяца, – отвечала портье, округлив глаза, – места ещё были. Ну, вы, хотя бы, провели бронь, что ли.

– Провели бронь, провели бронь, предупреждать надо, – не унималась рубиновая.

– Так, давайте все для начала успокоимся, – сказал Алан, подняв ладони вверх, – я хозяин этой гостиницы, и мы сейчас уладим этот вопрос, – и он наклонился к девушке-портье, – Анна, что у нас с номерами?

– У нас все заняты, – опешила Анна, – здесь всё занято, а в домиках, – она посмотрела в монитор, поводила пальцем, – вот только два домика на правом крыле, самый конец, там заселение через семь дней. Если только пока поселить, а потом что-нибудь придумать.

– А сколько там человек заселяется? – спросил Алан.

– Семейная пара, – сказала Анна, – четыре человека – два взрослых, два детских.

– Нет, это не вариант, – ответил мужчина.

– Просто закажите мне билет на обратный рейс, – сказала девушка в синем, – и не будем мучиться.

– Нет, нет, – загалдели цветастые девушки, – что ты, Айлин.

– Нам столько труда стоила тебя сюда затащить, – сказала с рубиновыми волосами, затем она придвинулась ближе к Алану, касаясь рукой пуговицы его рубашки. – Понимаете, мистер Алан…

– Зовите меня, просто, Алан.

– Так вот, Алан, – продолжила девушка, коснувшись пальчиком пуговицы пониже, – нашей подруге просто необходима смена обстановки и отдых, первоклассный отдых… у вас же первоклассный отдых?!

– Даже не сомневайтесь, – улыбнулся Хейз, – это лучший отель не только на этом острове, но и на всем архипелаге.

– Тогда помогите бедным девушкам… – замурчала рубиновая, переместив пальчик на ещё одну пуговицу ниже. – А меня Бекки зовут, Бекки Коллинз, – оторвав руку от пуговиц протянула Алану.

– Очень приятно, – улыбнулся, слегка поклонившись, Алан, беря её ручку в свою ладонь, – Я Алан Хейз – хозяин этого заведения, – и поцеловал её руку.

– Вы такой галантный, – смутилась Бекки, затем спохватилась, – а это Белинда Мур, – брюнетка слегка поклонилась, – а вот эта наша подруга Айлин, несчастная, но такая милашка… Она правда милашка?! – сказала Бекки, заглядывая в глаза хозяину.

– Так, хватит, – строго посмотрела Айлин на свою подругу, – просто закажите мне такси до аэропорта и билет на самолёт.

– Айлин! – обратился к ней Алан. – Прекрасное имя, звучит, как нежный цветок, оно вам очень подходит, – девушка с недоверием посмотрела на Алана, сложила руки на груди. – Я хозяин гостиницы, значит я всё улажу, и вы проведёте незабываемый отдых, уверяю вас.

– А мы, – Бекки кокетлива снова коснулась пальчиком пуговицы на рубашке мужчины, – мы тоже проведём незабываемый отдых?

– Вы все, можете не сомневаться, поселите Айлин в девяносто девятый, – обратился Алан к портье.

– Но это же ваш номер, мистер Алан, – изумилась Анна. – Вы только завтра уезжаете.

– Положим, ничего, – нашёлся Алан, – я займу пока пустующий номер.

– А как же Камилла, – растерялась Анна, – она же завтра должна прилететь?

– С Камиллой я сам разберусь, – проговорил Хейз.

– Я в ваш номер всё равно не пойду, – сказала Айлин, – не собираюсь быть чей-то обузой и разрушительницей судеб.

– Послушайте, – Алан подошёл ближе к девушке, – мне, право, очень жаль, что так всё получилось, и это наша вина и проблема, вы не должны от этого страдать, поэтому прошу вас, просто насладитесь этими местами, этой чудесной природой, вы прекрасно отдохнёте, я вас уверяю, а я лично за этим прослежу.

– Но как же вы проследите, – тихо произнесла Айлин, посмотрев в глаза мужчине, – вас не будет.

– А поселите её в наш номер, – сказала Бекки, – у нас, наверняка, номер большой, место для ещё одной кровати хватит.

– Вот такого отдыха мне не надо, – нахмурилась Айлин.

– Анна! А что у нас с домиком, который должны были сдать на прошлой неделе? – спросил Алан у портье.

– А, так он пока пустует, – сказала Анна, всматриваясь в монитор, – нам никто его не сдал в эксплуатацию.

– Ну и отлично, – обрадовался Алан, – оформляйте в него, и скажите, чтобы пошли проверили и приготовили к заселению, – и повернулся к Айлин, но обернулся к Анне добавить. – Как всё будет готово, мне тут же сообщите, мисс Айлин я лично провожу.

– Не стоит беспокойства, – сказала Айлин.

– А вы пока можете пройти в ресторан и что-нибудь заказать, за наш счёт, разумеется, – улыбнулся Алан, глядя на женщину. Она всё больше и больше начинала ему нравится.

– Нет, лучше я посижу здесь, – сказала Айлин,– пусть принесут мне кофе за тот журнальный столик, – и пошла в указанном направлении.

Алан распорядился на счёт кофе для девушки, и снова подсел к мужчинам.

– Ну, что, уладил? – поинтересовался Кэмерон.

– Да, всё в порядке, – и посмотрел в сторону Айлин, две другие девушки продолжали стоять у стойки регистрации, Бекки всё время стреляла глазками.

– На долго к нам эти красотки? – спросил Кларк, рассматривая девушек.

– На две недели, – сказал Алан.

– Ну, две недели срок малый, – вымолвил Кэмерон.

– Да, две недели маловато для поцелуя, – сказал Алан, – ну, хотя, бы три.

– Нет, старик! Что-то ты сдаёшь позиции. Когда это ты за две недели добивался лишь поцелуя. Ты на следующий день их уже трахал, – сказал Кэмерон.

– Эта другого сорта, – сказала Алан.

Смотри! У меня для тебя предложение – добьёшься от неё поцелуя, пусть за две недели, свою долю в фирме по производству досок для своего сёрфинга продам тебе за один бакс, будешь полноправным хозяином, как ты и мечтал, – сказал Росс, проведя ладонью над столом, – а если нет, то ты свою долю в «Хейз и Росс» продашь за один бакс мне. Но только уговор – поцеловать она должна сама.

– Я понял, – Алан опять посмотрел в сторону Айлин – она сидела разглядывала журналы, попивая кофе. К ней подсели подружки, что-то весело обсуждая и поглядывая в их сторону.

Предложение было заманчивым, он давно хотел вести этот бизнес самостоятельно, но Росс вечно создавал всякие препоны, и гостиничный бизнес был совсем не по его душе, другое дело сёрфинг, ветер, волна. Он вспомнил как в первый раз поймал большую волну, от скорости захватывало дух, ветер и рев волны закладывали уши, когда глаза уже не могли хоть что-то разглядеть перед собой от капель, срывающихся с верхушки трубы, тогда остаётся только чувство полёта. Алан невольно улыбнулся от воспоминаний. То, что предлагал Кэмерон, конечно, рискованно, но с другой стороны, он давно хотел всё поменять, да всё не решался. Может пришла пора что-то сделать для этого?

– На сколько всё серьёзно? – спросил Алан, глядя на Кэмерона.

– Всё серьёзно, как никогда, ребята подтвердят, – кивнул Росс на Картера и Кларка, – ну, а если хочешь, вызовем юриста.

– Нет, их свидетельства будет достаточно, – сказал Алан. – Через две недели добровольный поцелуй?

– Через две недели добровольный поцелуй, – подтвердил Кэмерон и улыбнулся.