Пионерский некрополь

Детские страшилки… Сейчас мы можем только улыбнуться, вспоминая те короткие незатейливые истории, наводившие на нас когда-то такой ужас. Они рассказывались по ночам, например, в пионерском лагере, и это был целый ритуал: темнота, никаких взрослых поблизости, и только таинственный шёпот рассказчика повествующий о чёрной занавеске, красном пятне, зелёных глазах… Ну, и десяток затаивших дыхание малолетних слушателей, разрывающихся между желанием спрятаться с головой под одеялом или дослушать историю до конца…

Сейчас телевидение и фильмы ужасов с лихвой удовлетворяют детскую тягу к загадочно-пугающему, и поэтому потребность в пионерских страшилках, возможно, значительно уменьшилась по сравнению со спокойно-расслабленными временами СССР…

Впрочем, как бы то ни было, те страшные истории стали неотъемлемой частью советского культурного наследия, и если западно-европейская традиция ужастиков и страшилок ищет вдохновение в седом Средневековье с его мрачными замками и преданиями, и извлекает оттуда на свет разных ведьм и вампиров; то почему бы нам, потомкам советских детей, не обратиться к нашему славному прошлому и не сдуть пыль с коричневого картонного чемодана, в котором лежит аккуратно сложенная парадная пионерская форма, отглаженный алый галстук и многие другие нужные и полезные вещи согласно «Списку вещей для выезда в пионерский лагерь»? Именно это автор решил и сделать.

Предлагаемые вашему вниманию истории основаны как на реальных фактах пионерских будней, так и на тех самых пионерских страшилках, многие из которых автору лично довелось услышать в далёком детстве.

Наверное, когда-нибудь настанет время, когда придётся писать специальный комментарий к этим историям с объяснениями, кто такие были пионеры, и что такое пионерский лагерь, однако автор надеется, что это случится не очень скоро. Купить настоящий пионерский галстук сейчас всё-таки ещё можно: старый, подержанный, можно найти на какой-нибудь барахолке, ну а новый – наверное, в сексшопе (не забыть убрать эту строчку из детского издания!).

Итак, давайте повяжем пионерские галстуки (автор поможет тем, кто забыл или никогда не знал, как это делается) и перенесёмся в жаркое и засушливое лето 1981 года, в один из пионерских лагерей затерявшихся где-то на бескрайних просторах Советского Союза…

Пионерский некрополь: Та, что приходит ночью

Лето тысяча девятьсот восемьдесят первого года выдалось на редкость сухим и жарким практически на всей европейской части Советского Союза.

Шестой отряд размещался на втором этаже, в одном из многочисленных деревянных корпусов, разбросанных по обширной территории пионерского лагеря. Дом был старый, двухэтажный, покрашенный свежей зелёной краской. В передней части здания на обоих этажах были просторные застеклённые веранды, где пионеры могли проводить время за разными играми и занятиями, если, например, шёл дождь, или после вечерней линейки до отбоя, когда шастать по лагерю уже не полагалось. На веранду шестого отряда вела крутая деревянная лестница со ступеньками стоптанными несколькими поколениями пионеров. На лестницу можно было попасть прямо с улицы, не заходя на первый этаж, где размещался, кажется, пятый отряд. Посреди веранды стоял большой стол для настольного тенниса; впрочем, им пользовались и как просто столом, например, когда рисовали стенгазету или ещё что-нибудь. По периметру веранды стояли стулья, много стульев – чтобы на всех хватило. В углу, на высоте около двух метров, на специальной полочке был установлен большой телевизор. Возле лестницы часть веранды была заставлена специальными полками для хранения вещей – там у каждого пионера был свой личный отсек, где можно было хранить чемодан, сумку или мешок с обувью. Из веранды вглубь дома вёл коридор, который потом разветвлялся в виде буквы «Т», и слева была спальня мальчиков, а справа – девочек. У двух вожатых шестого отряда, Игоря и Риты, тоже были у каждого своя небольшая комнатушка в конце ответвлений коридора: у Игоря – слева, возле спальни мальчиков, у Риты – справа, возле спальни девочек…

Итак, в 22:00, как обычно, пионерский горн протрубил сигнал отбоя, громко протранслированный по радио на весь лагерь, и шестой отряд привычно засуетился выполняя ежевечерний ритуал: мыть ноги – чистить зубы – туалет – спать. Впрочем, насчёт последнего никто особенно не торопился…

В спальне девочек свет был давно уже потушен, однако юные обитательницы пятнадцати расправленных постелей сидели плотной кучкой на трёх, расположенных поблизости друг от друга, кроватях, и рассказывали страшные истории. Рассказывала, в основном, Лена – задумчивая девочка с чёрными волосами и большими, внимательными тёмными глазами. Все остальные затаив дыхание слушали…

В очередной раз открылась дверь спальни, и пионервожатая Рита усталым голосом снова спросила:

– Девчонки, ну сколько можно? Мне вас что, за языки к кроватям привязывать? Я же сказала – всем спать!

Рита была довольно симпатичной, чуть полноватой блондинкой лет двадцати, не больше. Какие-то у неё были проблемы со зрением, однако очков Рита принципиально не носила, и поэтому часто щурилась разглядывая что-то или даже просто разговаривая с кем-то. Из-за этих бесконечныых прищуриваний и плавных форм её внешности, Рита больше всего напоминала какую-нибудь крольчиху-маму из мультфильма, которая только-только выбралась из норки на яркий солнечный свет и ищет своих крольчат. Впрочем, среди девочек ходили слухи, что Рита очень хочет понравиться Игорю, и очки она рассматривала как фактор риска, способный превратить её в его глазах из красивой девушки в серую библиотечную крысу…

– Ри-и-и-и-ит, ну ещё пять мину-у-у-уточек… – робко попросила Юля, которая часто играла с Ритой в настольный теннис и поэтому была с ней немножно фамильярнее, чем остальные девочки.

– Пять минут! – решительно сказала Рита, – Кто хочет в туалет – пусть идёт сейчас. Приду через пять минут – и чтобы тогда уже никаких разговоров, никаких хождений, и чтобы все лежали как на кладбище!

– О-о-ой, жуть какая… – тут же с наигранным страхом отозвалась Таня, а Рита, едва заметно улыбнувшись своим словам, вышла из спальни и закрыла дверь.

– Ладно, Лен, – сказала Таня устраиваясь поудобнее, – Давай, ещё что-нибудь.

Все снова повернулись к Лене, и та, на мгновенье задумавшись, начала рассказывать следующую историю:

– Одна девочка жила в Москве со своей мамой. Мама у неё была очень строгая и никуда девочку поздно вечером не отпускала, боялась, что с ее дочкой может что-то случиться. И вот однажды мама задержалась на работе, а девочка собралась идти на дискотеку. Она надела новые джинсы и взяла мамины золотые украшения. Маме девочка написала записку, что вернётся в одиннадцать… Пришла мама с работы, а девочки дома нет. Мама стала её ждать… В одиннадцать девочка не вернулась. Когда наступила полночь, мама стала волноваться. Но и в час девочка тоже не пришла… Вдруг в два часа ночи раздался звонок в дверь. Когда мама открыла дверь, то увидела, что перед ней стоит отрезанная половина ее дочери в джинсах. А верха со всеми украшениями нет, и по новым джинсам на кафельный пол стекает тёмная кровь....

Лена замолчала, и в спальне на несколько секунд наступила тишина.

– Бррр… – негромко сказала наконец Таня, – Вот так пойдёшь после такого на дискотеку…

– Да, там ещё записка была: «Здравствуй, мама! Я пришла.», – добавила Лена.

Девочки зашептались, но тут за дверью спальни послышались шаги, и все поспешно расползлись по своим кроватям.

Катя, на постели которой до этого сидели Таня и ещё две девочки, незаметно расправила ладонью складки на простыне и забралась под одеяло. В конце концов, смятую постель она считала довольно приемлемой ценой за популярность. Благодаря соседству с Леной и Таней, Катя всегда невольно оказывалась в ценре событий, и девочки как-то автоматически включали её в танину компанию. Впрочем, абсолютным лидером девчонок Таня не была, так как её несколько мальчишеские манеры заставляли многих девочек держаться «на пионерском рассоянии». Оля, которая училась с Таней в одном классе, и с которой Катя познакомилась ещё в автобусе по дороге в лагерь, рассказала, что Таня живёт только с папой, и поэтому она «может быть очень грубой, и, вообще, ведёт себя как мальчишка».

– Как это? – спросила тогда Катя.

– Увидишь… – загадочно ответила Оля.

В лагере Оля и Таня держались довольно дружелюбно по отношению друг к другу, хотя было заметно, что особо близкими подругами они не были. Катя, которая поначалу пыталась дружить сразу с обоими, скоро обнаружила, что те друг другу были не очень интересны, хотя обе не имели ничего против дружбы с Катей. Таким образом,  Кате удавалось балансировать между компанией, в которой по-мальчишески дерзко и откровенно заправляла Таня, не особо церемонясь с симпатизирующими ей девчонками, и  компанией, где были Оля, Юля и другие девочки, придерживающиеся более женственных форм общения: сплетни, интриги, бойкоты…

Пионервожатая Рита, надо сказать, относилась к мальчикам заметно строже и прохладнее, чем к девочкам, и Таня, по её классификации, видимо, попадала в категорию «мальчики». Игорь же, наоборот, заметно симпатизировал Тане; хотя, возможно, именно это и злило Риту…

Итак, в палате, где уже давно царила темнота, воцарилась теперь и тишина. Вспугнувшие девочек шаги за дверью стихли – Рита открыла дверь и заглянула в спальню. Привычно прищурившись, она несколько секунд внимательно всматривалась в темноту, а потом, удовлетворённо кивнув, снова закрыла дверь. Шестой отряд спал…

…Проснулась Катя ночью. Разумеется, часов у неё не было, и посмотреть время было негде. За окнами было темно. По огромному диску луны довольно быстро проплывали тёмные рваные облака. Ветви деревьев казались чёрными лапами затаившихся неведомых чудовищ… Катя тут же поняла, почему она проснулась – ей хотелось писать. Туалет находился не в самом корпусе, а чуть в стороне – надо было пройти метров тридцать по узкой тропинке через высокие кусты к кирпичному зданию с двумя входами: мальчики – слева, девочки справа. Впрочем, такие вот «удобства за углом» были вполне обычным явлением в пионерских лагерях. Однако, для Кати это было совсем не одно и то же – пойти в туалет вечером вместе со всеми, когда по узкой тропинке носятся взад и вперёд мальчишки и девчонки, роняя зубные щётки, тюбики с пастой и хлопающие друг друга по спине полотенцами; или пойти туда совсем одной, посреди ночи, когда весь лагерь спит… Конечно, она помнила, что сказали Игорь и Рита в первый же день: если одним идти в туалет ночью страшно – не стесняйтесь разбудить кого-нибудь из вожатых, и те обязательно помогут… Разумеется, будить Игоря Кате даже и в голову бы не пришло, но вот попробовать разбудить Риту… Катя тут же вспомнила, как давая им пять минут на дорассказывание страшных историй, Рита напомнила про туалет. Если она сейчас заявится к Рите, не рассердится ли та на неё? Может быть и нет, но Катя чувствовала бы себя несколько неловко… Разбудить кого-нибудь из девчонок? Катя приподнялась в постели и оглядела тёмную спальню – все спали… Кого тут разбудишь? Лучше всего, конечно, Таню – с ней бы точно не было страшно… Но вдруг Таня потом при случае и, ещё хуже – при свидетелях, припомнит, как Катя боялась одна в туалет идти? Язычок у Тани был острый… Девчонки будут потом всю смену хихикать и подкалывать… Может Юльку разбудить? Так та сама, наверное, идти побоится… «В общем, ситуация…» – вздохнула про себя Катя. Она немного поворочалась в постели, и ей показалось, что в туалет уже не так сильно хочется. «Может, удастся снова заснуть», – подумала Катя – «Только бы не описаться… Нет, не думаю… Если снова вдруг приспичит – то придётся вскакивать и сломя голову мчаться в туалет, ну а пока ещё ничего страшного, можно потерпеть…»

И с такими мыслями Катя снова закрыла глаза и попыталась уснуть… Однако уже через пару секунд она вдруг ощутила, что в спальне как-то резко похолодало. «Неужели окно открылось?» – подумала Катя. Она открыла глаза, и тут же словно лёгкое дуновение прохладного ветра коснулось её лица. В залитой лунным светом спальне Катя ясно увидела, что окно было по-прежнему закрыто, а по проходу между кроватями осторожно шла какая-то девочка в рубашке с закатаными рукавами и голыми ногами – она как раз прошла мимо катиной кровати и направлялась к двери. «Ура!» – подумала Катя и, стараясь не шуметь, откинула одеяло и стала поспешно натягивать тренировочные штаны, чтобы тут же последовать за девочкой. Судя по причёске, это была Оксана. Катя быстро засунула ноги в кроссовки и бесшумно пошла за ней. В лунном свете она увидела, что рубашка на девочке была клетчатая, точь-в-точь как у Тани. «Так это Таня! Ещё лучше…» – решила про себя Катя. Таня как-то неспеша подошла к двери, открыла её и вышла из спальни. Катя бесшумно проскользнула следом за ней. В коридоре было  совсем темно, и на несколько секунд Катя потеряла Таню из виду. Впрочем, как только коридор повернул в сторону веранды, стало светлее. В конце коридора Катя увидела залитую лунным светом веранду и Таню, которая стояла к ней спиной и смотрела в окно. Катя только-только собралась прибавить шагу и, возможно, шёпотом окликнуть подругу, как вдруг Таня отошла от окна, повернула налево и скрылась из виду в направлении лестницы. Поражённая Катя не осмелилась сразу последовать за ней. Дело в том, что когда девочка повернулась, Катя ясно увидела, что это была не Таня, и, возможно, даже не Оксана – это была совсем незнакомая ей девочка. Впрочем, её причёска напоминала причёску Оксаны, а рубашка – рубашку Тани… «Кто это?» – удивлённо подумала Катя, но тут же успокоилась, – «Господи! Какая я дура! Мерещится всякое в лунном свете… Наверное, это всё-таки Оксана – у Таньки стрижка покороче… Просто у Оксаны, оказывается, есть такая же рубашка…»

Успокоившись, Катя быстро вышла на веранду и поспешила к лестнице. Оксана уже успела спуститься вниз и открывала застеклённую дверь на улицу. Катя всё-таки не осмелилась её окликнуть, а, стараясь не шуметь, начала спускаться сама. Выйдя на улицу Катя очень удивилась, что заметно похолодало, и всё вокруг было мокрым, как после недавнего дождя – и земля, и трава, и листья на кустах и деревьях. Впрочем, с неба лился ровный лунный свет, а значит ни туч, ни облаков больше не было. Катя увидела силуэт девочки на тропинке, ведущей в сторону туалета и, уже совсем не скрываясь, побежала следом за ней. Девочка шла не очень быстро, и Катя практически сразу её догнала. Когда между ними оставалась всего лишь какая-то пара метров, произошло нечто совершенно неожиданное…

Прямо перед Катиным носом, справа от тропинки, высокие тёмные кусты резко качнулись вперёд, практически перекрыв тропинку и обдав Катю дождём из холодных крупных капель. Катя на мгновенье аж перестала дышать от испуга. Кусты тут же хаотично закачались и затрещали, и из мокрой темноты на тропинку вырвался какой-то огромный человек – его спина в облезлой чёрной кожанной куртке заслонила всё перед оторопевшей от неожиданности Катей. Девочка, за которой Катя бежала, тоже услышала треск и, наверное, обернулась – из-за спины незнакомца Кате было ничего не видно. Короткий пронзительный крик разорвал тишину лунной ночи. Катя в страхе попятилась, споткнулась о какой-то корень и едва удержалась на ногах. Незнакомец, видимо, её не заметил и набросился на Оксану… Её крик оборвался мгновенно – мужчина зажал девочке рот ладонью и, схватив ей поперёк туловища, потащил вперёл по тропинке. Последнее, что Катя увидела, были бледные голые ноги, отчаянно бьющиеся в воздухе…

Мужчина с девочкой сначала побежал в сторону туалета, к левой двери, которая была для мальчиков. Однако не вошёл внутрь, а, пробежав мимо, проломился сквозь кусты за туалет, туда, где был забор, огораживающий территорию лагеря… Потом всё исчезло, и стало очень тихо.

Оторопевшая Катя несколько секунд стояла и тупо смотрела на освещённую тусклой жёлтой лампочкой кирпичную стену туалета в конце тропинки. Ноги её не слушались. Всё, что только что произошло, казалось ей сном, просто каким-то ночным кошмаром… «Я, наверное, ещё сплю…» – подумала Катя. Крик несчастной девочки всё ещё стоял в её ушах. Наконец, она начала пятиться в сторону корпуса, не решаясь повернуться спиной к туалету и кустам. «Надо позвать на помощь!» –  лихорадочно думала Катя, оказавшись у застеклённой двери, ведущей на лестницу. Однако, что-то в этой жуткой истории казалось ей очень и очень странным. Кто это был? Теперь она была абсолютно не уверена, что видела Оксану… Может быть, это всё-таки была Таня?  Или какая-нибудь другая девочка из их отряда? Внезапно Катя почувствовала, что ещё чуть-чуть – и она точно описается. Не решаясь снова идти по тропинке, она побежала по асфальтовой дорожке в противоположную сторону. Там, в паре сотен метров, за аллей Пионеров-героев, возле столовой был ещё один туалет. Дорожка была освещена, и Кате было уже не так страшно. Пересекая аллею, она краем глаза ловила спокойные и мужественные взгляды пионеров-героев на портретах – теперь она не чувствовала себя совсем одинокой и беззащитной… Туалет был залит ярким светом, и показался Кате огромным надёжным океанским лайнером, на борт которого она ступила выбравшись из полузатонувшей спасательной шлюпки…

По дороге обратно в отряд Катя никого не встретила. Подбежав к корпусу, она твёрдо решила разбудить Риту и всё ей рассказать… «Кого похитили?» – спросит наверняка Рита. Что ей сможет Катя ответить – Оксану или, всё-таки, Таню? Может, это вообще Савельева была?.. Катя поспешно взбежала вверх по лестнице и, не задерживаясь на залитой лунным светом веранде, побежала в спальню…

Перед тем как будить Риту, она решила сначала проверить, кого из девочек не было в своей постели. Такое решение показалось ей самым правильным. «Могу ещё соображать», – подумала Катя открывая дверь в спальню, – «Ещё не все мозги от страха разбежались».

Она быстро прошла по проходам между кроватями, отмечая про себя: «Юля – на месте, Шишкина – на месте, Таня – на месте, эта – тоже… Оксана…»

Катя запнулась – Оксана совершенно беззаботно посапывала в своей постели. «Что за наваждение?» – подумала Катя, – «Все на месте! Вот единственная пустая кровать, но это – моя…»

Теперь идти к Рите было вроде бы и незачем… Но ведь девочка-то была! И мужик какой-то был, в старой кожанной куртке! Катя в растерянности присела на свою кровать. «Этого просто не может быть!» – решила она, – «Та девочка прошла мимо меня, значит её кровать должна быть в том конце палаты…»

Она снова вскочила на ноги и обежала всю спальню. Все девочки спали там, где им полагалось. «Всё!», – Катя почувствовала, что очень хочет спать, – « Это был просто сон. Мне всё приснилось…» И, хотя в глубине души она с этим никак не могла согласиться, ей ничего другого не оставалось, как забраться под тёплое одеяло и попытаться заснуть. Впрочем, пытаться особенно и не пришлось – сон, казалось, только и ждал, когда её голова коснётся подушки…

Весь следующий день Катя провела как в тумане. Сначала ей очень хотелось хоть кому-нибудь рассказать о ночном происшествии, но понемногу её воспоминания несколько сгладились и как бы отдалились. Внимательно понаблюдав за Оксаной и другими пионерками из их отряда, Катя всё больше убеждалась, что ночью она стала свидетелем похищения совершенно незнакомой ей девочки. На утренней и вечерней линейках, а также в столовой Катя пыталась приматриваться к пионеркам из других отрядов, но была вынуждена признать, что не смогла бы узнать ту девочку даже столкнувшись с ней нос к носу – всё-таки была ночь, и ни разглядеть её как следует, ни хорошенько запомнить Кате не удалось… В пользу того, что это, действительно, был сон, говорил также и тот факт, что вот уже больше недели стояла сухая жаркая погода, а тогда ночью всё было насквозь промокшим после недавнего дождя и было холодно…

После отбоя, предварительно сбегав в туалет и почистив зубы, девочки, как обычно, распределились по своим и чужим кроватям и болтали о разных пустяках. Рита зашла в спальню погасить свет и, прищурившись, оценила степень усталости контингента – «Минут через пятнадцать должны уснуть», – отметила она про себя. Щёлкнув старомодным выключателем, прикрученным к стене, наверное, ещё во времена Хрущёва, Рита молча показала девочкам три пальца – это могло означать либо, что она давала им три минуты на болтовню, либо, что у них было время на рассказывание трёх страшных историй. Более точно определить значение показываемых пальцев девочкам никак не удавалось. Правда, у Юли была теория, что когда Рите приходилось многократно заходить в спальню после отбоя, то та начинала отчёт: три пальца, два, один – а потом, возможно следовал ядерный взрыв или ещё чего похуже…

– Ну что, девки… – Таня с улыбкой огляделась по сторонам, остановив потом свой взгляд на тёмноволосой Лене, – Знает кто-нибудь какую-нибудь страшную историю?

Лена как-то неуверенно облизала губы, очевидно, выбирая в памяти что-нибудь подходящее, но не успела ответить – Юля опередила её:

– Я знаю! – сказала она, – Про девушку с дискотеки слышали?

Девочки как-то мимолётно задумались, и практически сразу Юля начала рассказывать:

– Один парень пошёл на дискотеку. Там он увидел сногсшибательно красивую девушку, которая танцевала лучше всех, и которая ему сразу жутко понравилась. Когда был медленный танец, парень пригласил ту девушку, и они танцевали… Потом они долго-долго ещё танцевали – медленные, быстрые танцы… Короче, он совсем потерял голову и не сводил с девушки глаз… Когда стало уже совсем поздно, они там же на дискотеке сели в баре, и девушка попросила парня заказать ей красного вина. Он, конечно, тут же заказал два бокала красного вина, и они продолжали разговаривать и потягивать вино… Вдруг, совершенно случайно, парень задел рукой бокал вина, который стоял на стойке бара, и вино вылилось на платье девушки…Разумеется, он очень расстроился, а девушка тут же засобиралась домой. Парень очень не хотел её отпускать, но это не помогало. Он хотел её проводить, но она запретила ему следовать за ней. Тогда он взмолился, что очень хочет увидеть её снова… Они обменялись номерами телефонов, и девушка сказала, что она сама ему позвонит. Однако парень так боялся, что она вот так уйдёт и навсегда исчезнет, что он попросил девушку дать ему её кольцо, которое он вернёт ей при следующей встрече. У девушки было маленькое изящное колечко с зелёным камушком. Она сняла его с пальца и отдала парню. На этом они и расстались, и парень начал ждать её звонка… Однако, ни через день, ни через несколько дней никто ему не позвонил. Не удержавшись, парень сам набрал номер, который ему оставила девушка… Ответил какой-то мужской голос, и, когда парень попросил позвать ту девушку к телефону, мужчина очень удивился и спросил зачем она ему понадобилась. Тогда парень рассказал, что познакомился с ней на дискотеке, и что она оставила ему своё кольцо с зелёным камушком. Мужчина сказал, что он – отец девушки и срочно попросил парня приехать… Парень тут же отправился по адресу, который ему дали. Там его ждали отец и мать той девушки. Они попросили взглянуть на кольцо с зелёным камушком, а когда парень показал его – мать упала в обморок, а отец рассказал, что их дочь вот уже почти полгода как умерла… «Этого не может быть!» – воскликнул парень, – «Я танцевал с ней на прошлой неделе». Потом мать девушки привели в чувство, и она вместе с отцом стала расспрашивать парня, где и как он встретился с их дочерью, во что она была одета, ну и всё такое… Оказалось, что платье девушки было точь-в-точь как платье, в котором её похоронили, а то кольцо с зелёным камушком – было тем самым кольцом, которое было у неё на пальце, когда девушку положили в гроб… Родители девушки тут же отправились в милицию и потребовали, чтобы могилу вскрыли. В милиции сначала подумали, что те от горя просто сошли с ума, но потом они выслушали рассказ того парня, посмотрели на кольцо, и разрешили… Когда раскопали могилу и открыли гроб, девушка почему-то там лежала лицом вниз… Никаких признаков гниения или разложения на её теле не было… Кольца с зелёным камушком на пальце не оказалось, а на белом платье (когда девушку перевернули на спину) все увидели большое пятно от красного вина…

Юля замолчала, и в палате наступила полная тишина.

– Но она была мертва? – робко уточнила Шишкина.

– Она была мертва, – серьёзно сказала Юля.

По оцепенению в спальне можно было предположить, что история произвела впечатление, и рассказывать что-то ещё никто не спешил – девочки потихоньку расползлись по своим кроватям и переваривали услышанное. Заглянувшая в спальню Рита даже подумала, что её подопечные уже спят – она изобразила удивлённую физиономию и удалилсь, осторожно притворив за собой дверь. Потом некоторые девочки всё-таки начали тихонько перешёптываться, но это была лишь локальная болтовня между соседками по кроватям, и скоро всё утихло…