Куратор. Однажды, 5 500 лет назад…

Пролог

Я проснулся раньше будильника. На часах 5—45… Что за наказание? Нормальные люди спят долго, просыпаются отдохнувшими. У них над головой будут взрываться петарды, триста танцоров национального бразильского телевидения станцуют ламбаду, вредные соседи натрут килограмм чеснока, а на балконе пожарят шашлык – никто не проснется. Я же уникальный. Не такой, как все.

Будильник для меня – простая формальность, дань привычке. Ладно, махнул рукой, встал, оделся. Свинцовые обручи сдавливали виски и затылок, так болела голова. Вспомнил, что вчера под вечер поднялось давление, и я сбивал его коньяком. Совсем немного, грамм 100—150. Таблетки глотать не хотелось, это отрава и химия, а коньяк, как ни повернись, натуральный продукт. Головная боль немного утихла, и я уснул. Но проснулся со спазмами в затылке. Видимо, без таблеток не обойдешься. Жаль.

Прошлепал на кухню. Кинул шипящую таблетку в стакан с водой. Залпом выпил. Таблетка еще не подействовала, но мне полегчало. Жить можно. Я закрыл глаза, представил, как черная энергия вытекает в пространство, струится темным извилистым ручейком и теряется где-то в километрах городской канализации. Через мгновение появился Барсик. Он вился вокруг ног. Неужели я забыл вчера покормить кота? Не помню. Извини, друг, если что. Я открыл холодильник, внизу стояла сваренная на неделю вперед похлебка для кота. Травить домашнего любимца сухим кормом, всегда считал верхом кощунства. Это примерно, как самому изо дня в день питаться лапшой быстрого приготовления. Иногда можно, но не каждый же день? Чем кот хуже человека. Нет, мой Барсик, лучше многих людей. Он, конечно, своенравный, но хороший. И мышей ловит, и выслушает, и поддержит.

Я наложил котейке полную миску, больше чем обычно, чтобы восполнить вчерашний пробел. Барсик остался со мной при разделе имущества во время развода с женой. Лена ушла от меня пять лет назад. После десяти лет совместной жизни. Она, видите ли, во мне разочаровалась.

– Я еще молодая и симпатичная женщина, достойна большего, – сказала она тогда.

Я смотрел на нее и думал: Лена, ты ли это? Как же так получилось? Ведь, мы же любили друг друга. Я точно помню. Почему мы растеряли трепетные чувства?

– Останься. Я прошу тебя, – нелепо прозвучала моя просьба.

– Нет.

– Почему?

– Я не желаю тебя видеть, не желаю слышать. Ты жалкий и мелкий неудачник.

– Я постараюсь…

– Сережа, не начинай!

– Но я люблю тебя!

– С любимыми так не поступают!

– Как?

– Вот так!

– Но я же ничего не сделал плохого!

– Вот именно! Ты ничего не сделал! Ни плохого, ни хорошего! Ты – ноль! Ты – ничтожество! Ты – никто!

– Все так плохо? Ничего нельзя исправить? Прости меня, если я тебя чем-нибудь обидел. Не уходи, – я не знал, куда деть руки, стоял и хлопал глазами.

– Мне противно тебя слушать, видеть. Ты жалок. Уйди с дороги!

– Лена! Я хочу тебе сказать…

Жена схватила чемодан. Решительно шагнула в дверной проем. Громко хлопнула дверью.

– Я хочу тебе сказать, что буду помнить о тебе только хорошее, – сказал я уже безмолвной и бесчувственной двери.

Затем вышел на балкон, чтобы еще раз увидеть самую большую любовь в моей жизни. Лена, чеканно цокая каблучками, вышла из подъезда. Сразу попала в объятия моего студенческого друга Бориса. Моего бывшего друга Бориса! Негодяя Бориса! Как же я пропустил ваш роман у себя за спиной?

Борис, обнимая Лену, покосился вверх в мою сторону, ехидно улыбнулся. За спиной у Лены помахал рукой. Подлец! Я показал ему средний палец правой руки, и ушел с балкона. Я не смотрел через занавеску на кухне, но знал, что Борис проводил Лену до задней двери большого черного Мерседеса-330. Моя бывшая жена мягко провалилась в удобные кожаные сиденья богатого автомобиля, затем Борис привычным широким жестом захлопнул дверь. Еще раз глянул вверх. Сел на водительское сиденье. Через минуту машина бесшумно вырулила с парковки и скрылась под кронами тополей.

Воспоминания прервал закипевший чайник. Я привычно заварил растворимый кофе, намазал бутерброд маслом.

Мы с Леной не очень хорошо жили. Зарабатывал я маловато. Жена, по правде сказать, была достойна большего. Я ее где-то в глубине души понимал. Но было обидно, черт возьми! Почему сейчас? Почему со мной? Да за что мне собственно такое горе?

Я пытался раззадорить себя и взаправду разгневаться, чтобы заплакать для приличия или разбить вазу. Но нет. Вместо грусти лишь апатия, пустота и безразличие. Короче, я погрузился в тихую беспросветную меланхолию на долгих два месяца. Зачем мне жить? Куда стремится? Я не знал. Даже напиться, как следует, не получалось. Любовницы, которая бы пригрела, обняла, поняла и приласкала, у меня не было. Лучший друг Борька спал с моей женой. Встречаться с другими общими знакомыми не хотелось. Как людям смотреть в глаза? О чем говорить, ведь они знают, что меня бросила жена, потому что я полное ничтожество?

И тогда я начал писать. Нет, я не писатель, и даже не журналист. Я московский таксист. И у меня высшее педагогическое образование. Но как—то не получилось из меня учителя биологии. После института, я немного поработал продавцом в ларьке, затем рабочим на стройке, курьером. Пробовал устроиться на должность менеджера по продажам в крупную алкогольную фирму. В конце концов, начал таксовать. Я подключился к сервисам Парекса. Теперь выезжаю на улицы Москвы в удобное время. Я практически ни от кого не завишу, работаю столько сколько нужно, и эта мнимая свобода мне нравится. Я практически хозяин своей никчемной жизни.

Мне нравится, сидя за рулем, мысленно ставить персонажей собственных произведений в невыполнимо-сложные ситуации. Под мерный шум колес в голове гремят баталии Второй Мировой войны и рвется пространство во время гиперпространственных переходов. Когда я приезжаю домой, записываю идеи на компьютер. Иногда с вечера, а чаще с утра, пока голова свежая. Надо сказать, что больших успехов в писательском деле я не достиг. Знакомых писателей у меня нет, большие издательства моими шедеврами не интересуются, хотя я регулярно выкладываю писанину в интернет на сайте Проза.ру. Там у меня уже более трех тысяч читателей. Посмотрите если что – Кузнецов Сергей Иванович, моя фамилия. Не звучная? Надо взять псевдоним? А мне нравится простое русское имя, предки были кузнецами, а теперь я кузнец художественного слова. Что еще надо?

Допив кофе, ощутил, что головная боль почти растворилась. Можно выезжать на работу. Но внимание привлекла стопка бумаг, лежащая на краю кухонного стола. Почему я сразу ее не заметил? Минуту назад, там ничего не было, я был почти уверен. Не мог же я не заметить стопку бумаги толщиной в пять сантиметров. Откуда она здесь? Я вообще редко распечатываю тексты. Зачем переводить бумагу? Читаю с экрана, исправляю, дорабатываю. Если куда переслать, всегда удобнее отправить в электронном виде. А сейчас передо мной на столе лежала приличной толщины стопка бумаги, листов на триста, аккуратные ровные края. «Немедленно возьми меня в руки!» – кричала она.

Я взял. Куда деваться. Бумаги приятно легли в руки. Открыл первый лист – сверху донизу текст. Открыл наугад середину: Многие люди думают, что боги есть или, как минимум, могут быть…

Чья-то рукопись. Сомнений не было. Ого! Уже интересно. Как она сюда попала? Я принес вчера и забыл? Или клиент забыл у меня в машине? Вообще-то амнезией я не страдаю. Но всякое бывает в жизни таксиста. Я перешел в гостиную, сел на диван. Работа немного подождет. Подперев голову и руки подушками, я погрузился в чтение…

Глава 1

Через три дня я все забуду! Пишу пока помню. Простите за излишнюю эмоциональность и орфографические ошибки. Мне надо записать все, что я знаю! А не то все напрасно! Надо! Надо! Надо! Теперь обо всем по порядку.

Меня зовут Керн. Я прилетел сюда с планеты Ахорн больше семи с половиной тысяч лет назад. От Земли моя родная планета находится на расстоянии в тридцать два миллиона световых лет. Мы умеем преодолевать подобные расстояния за несколько часов при помощи специальных двигателей. Но это не важно. Я не инженер и не смогу доходчиво объяснить технические детали перелетов. Важно другое. Наша цивилизация, по сравнению с земной, более развита технологически и технически. Мы по сравнению с вами – боги. Мы и есть боги, потому что мы создали вас! Я понимаю, это звучит странно, возможно смешно и нелепо. Но это так. Я постараюсь объяснить и рассказать. Прошу отнестись к этой информации уважительно, потому что это правда.

История человечества на Земле началась 7 534 года назад. Мне возразят, что археологические раскопки свидетельствуют о жизни людей и в более ранние периоды. Да. Свидетельства есть, но это искусные подделки или следы прежних экспериментов в нашей лаборатории «Земля». В условия проведения нашего эксперимента входило требование по созданию иллюзии независимого и естественного развития человеческого общества.

Многие люди думают, что боги есть или, как минимум, могут быть. Имеются заветы, скрижали, заповеди, пророчества, моральные и нравственные идеалы, спущенные сверху. Возникли они не сразу. Заповеди развивались и появлялись вместе с обществом и технологиями. Но опять я забегаю вперед. Извините.

Итак, когда семь с половиной тысяч лет назад мы прилетели на Землю, нам открылась первозданная планета с дикой природой – леса, поля, моря, реки, дикие животные. Имелась вода и кислородная атмосфера. Никакого намека на разумную жизнь не существовало, если не считать дельфинов. Их создали не мы. Они уже были. Не было даже обезьян, предков современного человека, как считается в дарвиновской теории. На самом деле все было ровно наоборот, мы сделали обезьян вслед за человеком, чтобы скрыть собственное участие в эволюции и запутать следы. Зачем мы так поступили? Надеюсь, станет ясно в конце этого рассказа.

Для проведения эксперимента мы выбрали местность в центральной Африке. Искусственно вырастили 124 особи человека разумного обоих полов. Внешне люди были похожи на нас. Но с известными ограничениями. Мы не хотели собственными руками создавать конкурентов. Новые люди на Земле жили меньше, были слабее и меньшего роста. Размер мозга и площадь коры головного мозга немного уступала прототипу. История нового человечества началась.

Эксперимент даже для нас был масштабный, амбициозный и новаторский. Мы не знали к чему придем, с какими трудностями столкнемся. Дело в том, что несмотря на нашу кажущуюся развитость и могущество, ахорнцы плохо представляли, откуда взялась цивилизация на нашей родной планете. У нас тоже существуют предания, мифы и заповеди богов. Но мы их не видели, не знаем, и в общем-то многие вполне справедливо полагают, что богов нет. Они считают, что наша цивилизация возникла в результате естественной эволюции флоры и фауны на планете Ахорн. С помощью эксперимента на планете Земля, мы хотели ответить и на этот вопрос.

Опять я отвлекаюсь. Вернемся к земной цивилизации. Для человечества мы создали приемлемые условия: вода, еда, жилище. Дали им самолеты, микроволновки и телефоны. Но оказалось, что новоиспеченное человечество не обладало навыками к выживаемости. Люди бесстрашно и глупо убивали себя, ни к чему не стремились, паразитировали и умирали от передозировки удовольствиями.

Эксперимент тогда в первый раз повис на волоске. Нашлись противники, выступавшие за немедленное прекращение миссии на Земле из-за ее бесперспективности. Зачем тратить силы и средства для создания новой странной расы, если следует заниматься проблемами собственного человечества на Ахорне? Есть множество планет, которые следует колонизировать и развивать. Дома много проблем в экономике, культуре и образовании. Зачем распыляться?

Слава богу, возобладала противоположная точка зрения, и земному человечеству дали шанс. Частично воспоминания о первой попытке остались в преданиях о райском саде: там было хорошо и человек был счастлив.

Посовещавшись, мы решили, что у людей следует отобрать незаслуженные блага, заставив его бороться, работать и покорять сложные вершины. У людей отобрали самодвижущие колесницы, ковры-самолеты, зеркальца, через которые можно было разговаривать. Люди переселились из комфортабельных квартир в пещеры и лачуги, которые они теперь обустраивали собственными руками в меру сил и способностей.

Древние люди бегали с деревянными копьями за мамонтами и саблезубыми тиграми. Но мы не бросили их на произвол судьбы. Мы дали им огонь и первобытные орудия труда: каменные топорики, наконечники для стрел, да и сам лук. Вскорости, люди приспособились жить в пещерах, при минимуме удобств, порою голодая и умирая от холода. Да, это было жестокая, но необходимая школа выживания. Оптимисты в нашем стане, среди и них и я, ликовали: люди на Земле жили самостоятельно, обеспечивали себя и не требовали постоянного ухода! Еще немного и завертится колесо прогресса. Люди начнут изучать и приручать силы природы! Ура!

Но не тут-то было. Прошло несколько поколений, люди приспособились жить в каменных и холодных пещерах. Перестали изменять жизнь к лучшему. Мы подкидывали им высокоурожайные сорта пшеницы, репы и кукурузы. Засаживали опытно-показательные делянки. Люди срывали плоды, съедали, благодарили богов. Никто не хотел делать что-либо новое: заняться земледелием, приручить корову или лошадь. Тогда и родился институт кураторства, перед которым встала задача воспитывать и учить людей. Постепенно подкидывать знания и навыки, чтобы те поверили в собственные силы, думая, что сами покоряют природу.

На Землю направились около сотни добровольцев. В историю человечества первопроходцы вошли, как пророки – Иисус, Моисей, Будда, Конфуций и великие ученые – Сократ, Аристотель. Собственно, я и был Аристотелем, например. Я рассказал людям, что Земля круглая и вращается вокруг солнца. Дикие и необразованные люди крутили у виска. Но к счастью находились благодарные ученики: Платон, Александр Македонский. Помню ко мне на колени присел еще молодой Саша, тогда ему было около десяти лет:

– Что самое главное в жизни человека, дядя Аристотель? – спросил юнец.

– Саша, – ответил я ему, – надо прожить жизнь так, чтобы о тебе помнили долгие годы.

– Зачем?

– Человек – самое великое создание на планете Земля. Он может и должен покорять миры, познавать непознанное, делать окружающий мир лучше, чище и добрее.

– Когда я вырасту, то покорю весь мир!

– Молодец! – я погладил по голове будущего императора, – когда завоюешь новые страны, в первую очередь, строй библиотеки и школы. Людей надо учить, ибо в знаниях великая сила.

– Мой папа говорит, что надо быть жестоким и страшным, чтобы тебя боялись и уважали.

– Царь Филипп – очень достойный правитель. Это правда. Если тебя будут боятся, то станут подчиняться и выполнять приказы. Но означает ли это уважение? Я сомневаюсь. Правителю дарована великая честь вести собственный народ вперед. Стань достойным, умным, справедливым, и тогда подданные увидят нечто большее, чем страх. Они пойдут за тобой и самоотверженно поддержат, потому что увидят в тебе провидца, помощника для реализации собственных сокровенных желаний.

– Странно ты говорить, дядя Аристотель. Я подумаю.

– Хорошо, думай, Саша. Умение думать – великий дар человека. На земле ни одно другое существо не обладает подобными способностями…

Как вы знаете, Александр Македонский покорил полмира. Построил великую империю. Его имя знает каждый школьник. Я горжусь своим учеником. Не всегда у меня получаюсь достичь подобных результатов. В дальнейшем я помогал великим государственным деятелям. Что-то получалось, что-то – нет. Но Александр Македонский – по-настоящему первый успешный опыт. Саша строил в завоеванных странах школы, библиотеки, храмы и дал мощный толчок развитию земной цивилизации.

В случае с Александром Великим мы столкнулись с проблемой преемственности устойчивого развития. Наследники великой империи переругались и скатились на более низкий уровень. Из темных закоулков психики человека вылезли зависть, жадность, подлость, злость. Люди ради положения в обществе и сиюминутного богатства предавали и убивали своих братьев и сестёр, отцов и матерей. Настоящая дружба и взаимное уважение дискредитировалось и исчезало при возникновении сколь-нибудь мизерного богатства и власти. Мы дали людям знания, но не дали морали…

Глава 2

От чтения рукописи меня отвлек телефонный звонок.

– Привет, – звонил мой приятель и коллега-таксист Виталик, – ты сегодня выходишь на линию? Что-то не вижу тебя на экране радара.

– Привет, должен выйти. Зачитался я что-то.

– Зачитался он! Сейчас же самый сенокос. Ночью почитаешь.

– Да, наверное, ты прав.

– Какой-то ты странный, Серега. У тебя все нормально?

– Голова немного побаливает. А так все хорошо?

– Температуры нет?

– Нет.

– Ладно, все! Не отвлекаю. У меня клиент. Пока-пока!

Виталик прервал связь. Хорошо же лежать в тепле и читать странную рукопись. Барсик свернулся калачиком и мурлыкал в ногах. Что еще нужно для счастья? Лично мне, совсем немного – кружка теплого чая с лимоном, яичница с сыром и овощами, теплые носки, и чтобы никто не отвлекал.

Я посмотрел на кота поверх очков. Почему же я сейчас встану и поеду в холод и сырость осенней Москвы? У меня же для счастья все есть. Наверное, потому что надо платить за коммуналку. Еще нужны деньги, чтобы купить куриные яйца для яичницы и еду для Барсика. Иногда неплохо бы обновить одежду и ботинки. Короче, чтобы жить в современном мире, нужны деньги. Интересно, а что скажет по этому поводу куратор Керн? Кто придумал доллары и евро? Пришельцы с планеты Ахорн?

Я переоделся, спустился в машину, и через десять минут принял первый заказ. Клиентом оказалась немолодая женщина, возможно, пенсионерка: в руках большая сумка, теплый платок на голове, синтепоновое пальто. По красным и слегка припухшим глазам, понял, что женщина расстроена. Она назвала адрес: улица 26-ти Бакинских комиссаров дом 7. Я занес информацию в навигатор, ехать примерно сорок минут с пробками. Мы поехали.

В зеркало заднего вида я видел, что женщина шмыгает носом, вытирает глаза платком, молчит и отводит взгляд в боковое стекло.

– У вас все нормально? Помощь не нужна?

– Спасибо, не надо, – ответила женщина так, что я понял помощь нужна прямо сейчас. Здесь! Срочно!

– Если что, вы обращайтесь, в аптечке имеется аспирин, валерьянка, анальгин, – улыбнулся я в зеркало.

– Благодарю вас, – женщина замотала головой, – мне ничего не надо.

– Я часто подвожу людей в разном настроении. Бывают влюбленные и очень счастливые, но бывают и расстроенные люди.

– Что мне с того?

– А знаете, какие пассажиры попадаются чаще всего?

– Какие?

– Никакие. Сядут и молчат. Эмоции не выражают. Все в себе. С одной стороны, это и хорошо – проблем с ними нет. Но и следа в душе не оставляют.

– Вы любите свою работу?

– Сложный вопрос. Работа, конечно, не шибко престижная. Но мне нравится. Начальства надо мной нет. Денег на жизнь хватает. Чего еще надо?

– Свободу любите?

– А кто ж ее не любит?

– Ее не каждый выдержит. Я вот сейчас свободная. Муж умер пять лет назад. Я бы свою свободу, деньги, жизнь отдала, чтобы вернуть его назад. Плохо мне без него.

– Это вы так из-за него расстроены? Прошло пять лет, а вы до сих пор плачете?

– Нет. Плачу я из-за сына. Пока муж был жив, с детьми были прекрасные отношения. Семейные праздники мы проводили вместе. Муж иногда меня учил, как жить. Помогал и поругивал, конечно, по делу. Заставлял делать, как правильно. Я же взбалмошная, строптивая, часто спорила с ним. Теперь то я понимаю, что он был во всем прав. Во всем, во всем! Больше всего на свете он хотел, чтобы наша семейная жизнь протекала счастливо и полноценно. И я была счастлива. По-настоящему.

– Здорово.

– Спасибо. Теперь все изменилось. Я стала свободная. И одинокая. Я помню, чему он меня учил. Но получается не так. На моих глазах дети стали ссорится. Мои родные Паша и Маша. Я пыталась разобраться и помирить их. Но, чем дальше, тем хуже.

– Почему поссорились ваши дети?

– Маша сделала замечание жене Паши. Паша в ответ вспылил и обозвал нехорошими словами Машу. Пошло и поехало.

– Кто виноват по-вашему?

– Сомнений нет, Пашина жена – Ира. Она науськивает Пашу. Крутит и вертит им, как хочет. Сама ходит в шубе и шелках, меняет наряды два раза в месяц. Паша второй год ходит в одних и тех же ботинках Он ее на руках носит, перед ней расстилается, как тюфяк. А у нее ни капли уважения к нам с Машей. Это же я родила и воспитала для нее такого хорошего мужа! Она должна меня ценить и уважать! Ира Пашу совсем не любит. Она его использует в корыстных целях. Вот и Маша так же считает.

– Понятно.

– Вам все понятно. А у меня душа болит! Мои дети между собой не разговаривают. Паша со мной не общается. А что я такого сделала? Я ему правду сказала. У него глаза-то скоро раскроются. Злости Иркиной не утаишь. Она может еще какое-то время скрываться. Но ее подленькая натура прорвётся. Дайте только время. Чем раньше Паша узнает правду, тем будет лучше!

– Паша сам-то что говорит?

– Что он может сказать? Говорит, что любит Иру и что мы должны перед ней извиниться. А за что? Мы же хотим, как лучше. А он этого не понимает. Дурачина!

– Ваш муж позволял кому-либо, включая своих родственников, нелестно высказываться в ваш адрес?

– Нет. Никогда! Мой муж был настоящим мужчиной и джентльменом! На первом месте у него была я и наша семья. Семейные ценности превыше всего!

– Вот видите.

– Что?

– Вы сами ответили на свой вопрос.

– Не понимаю вас.

– Поставьте себя на место Пашиной жены. И скажите, правильно ли он поступил, когда кто-то, пускай и близкий родственник, нехорошо отозвался о вас? Ответьте себе честно, и все станет на свои места.

– Вы путаете: я и Ира – две разные вещи. Она наглая самовлюбленная, лицемерная, лживая девица. У ее на уме только выгода и холодный расчет.

– Не обижайтесь на меня ради бога, но мне кажется, что Паша во многом похож на вашего покойного мужа. Он также заботится о своей семье, как и ваш супруг.

– Да. Паша – хороший. Очень хороший! Но ему досталась негодная девчонка, которая не стоит его мизинца.

– Нет людей без недостатков. Но я думаю, что Паша выбрал вполне хорошую и достойную девушку. Он ее бережет и защищает, как сделал бы любой нормальный мужчина. У вас хороший и достойный сын. Мне кажется, что вам с Машей надо уважать выбор сына. Он уже взрослый.

– Вы думаете?

– Я уверен. Чем быстрее вы поговорите с сыном по душам, тем всем будет легче. Надо устроить встречу Маши и Паши, чтобы их помирить.

– А если они не захотят?

– Захотят. Ссориться никому не нравится. Надо попробовать. Долго жить в состоянии войны нельзя.

– Вы думаете?

– Уверен.

– Я подумаю. Но вам спасибо за совет.

– Не за что. Это наша работа. На моем месте так поступил бы каждый, – улыбнулся я.

Я заметил, что женщина распрямилась. Взгляд подобрел. Носом больше не шмыгала. Смотрела вперед на дорогу. Я представил себя Керном, посланцем с далекой планеты Ахорн, который учит людей планеты Земля добру и справедливости. Над лопатками у меня немного зачесалось. Я поерзал спиной о спинку водительского кресла. Показалось. Крылышки еще не растут, до святости далеко. Через пять минут мы приехали до нужного дома. Женщина рассчиталась, на прощание сказала:

– Спасибо. Удачи вам.

– И вам тоже.

Возникла короткая пауза между вызовами. Я достал рукопись и погрузился в чтение.

Глава 3

Мы отдали людям знания, но не дали морали. Это оказалось губительной смесью. Представьте себе умного, вооруженного до зубов по последнему слову военной техники, человека без сдерживающих норм нравственности. Человечество погрузилось в череду бесконечных войн. О многих кровавых конфликтах современная история просто не знает и не помнит. Мы старательно стирали из летописей упоминания о вероломных и несправедливых войнах. Совсем убрать войны из истории, мы не решились. Оставили наиболее гуманные и поучительные.

Что скрывать, мы часто вмешивались в ход истории. На самом деле, это было сделано не специально. Год за годом мы ждали, что человечество возьмет бразды правления собственной планетой в свои уверенные и надежные руки. Но все тщетно. Раз за разом человеческое общество скатывалось в варварство и упадок.

Примерно две тысячи лет назад нами было принято решение об усилении работы над нравственностью и моралью. В разные концы света отправлялись кураторы под видом учителей, проповедников и пророков. Моисей, Будда и Иисус – это только малая часть десанта просветителей, высадившихся на планете. Лично я работал тогда на территории Индии. Много сотрудничал с Буддой, но мое имя затерялось в веках. Звали меня Ахпаниша, но это не важно. Мы тоже живые, у нас бывают не совсем удачные миссии. Но в целом, мы подняли культуру и науку человечества того времени на новый уровень.