Защищая горизонт. Том 2

Перед тем, как тьма поглотила меня навсегда, а информационный поток разорвал моё сознание на бессвязный шум, мне показалось, что я впервые увидел сон, самый прекрасный и красивый сон в моей жизни. Я видел мир без боли и страданий, без голода и войн, я встретил людей со счастливыми лицами, гуляющих по пышному саду, утопающему в утренних лучах летнего солнца. И затем я увидел пару таких манящих и красивых зелёных глаз. Они улыбнулись мне, а я улыбнулся им в ответ.

Сны – это яркое и концентрированное отражение реальности, наших самых скрытых и потаённых страхов и желаний, самых глубоких мыслей и неуловимых чувств. То, что в обычной жизни вы можете не осознавать, но ощущать едва заметное или почти неразличимое покалывание, в мире грёз способно вызвать настоящую бурю, раскрыться, будто райский цветок в лучах тёплого творческого солнца. Слабый ветерок, скрытый под глухой стеной повседневного быта под убаюкивающие звуки кристальной лжи, способен разгуляться только по чистому полю вашей фантазии, возвести мосты и величественные строения, построить дворцы и самые увлекательные истории, а ещё показать мир, где вы будете по-настоящему счастливы, без ложных чувств и самообмана. Всё больше людей выбирают тот самый, иной мир за горизонтом тёплого одеяла и уютной кровати, всё больше сбегают в мир собственного воображения, лишь бы на минутку вздохнуть свободной мыслью, почувствовать себя без сковывающих пут повсеместной лжи и лететь навстречу тому будущему, о котором мечтает каждый из нас. Реальность давно превратилась в ловушку из кривых зеркал, где правда становится вымыслом, где всё переворачивается с ног на голову и меняется местами. Вся жизнь превратилась в долгий изнурительный сон, откуда не выбраться почти никому, а ночные грёзы – в единственный настоящий мир, где мы можем и хотим жить.

Жизнь в вечных грёзах наяву бывает разной, и не каждый способен или хочет разрушить свой единственный мирок. Но кто находит в своём сердце решимость, тот преодолевает множество ступеней или стадий сна, где каждый последующий уродует нас всё сильнее. Первая, она же самая массовая стадия беззаботного сна, где большинство из нас живёт своей тихой и мирной жизнью, смирившись со всеми порогами судьбы. Они проживают день за днём, зачёркивают одинаковые цифры на листах календаря и не видят себе иной участи, кроме как каждодневной и изнурительной работы только с одной целью – выжить в этом суровом мире. Такие люди не способны и не хотят видеть иные пути, не хотят ничего менять и даже по-своему счастливы. Они радуются стабильной скорости своей повозки, тянущей их в пропасть, а также неизменному количеству плетей от жестокой жизни. Их разум погружён в этот крепкий беззаботный сон, их утихомиривают лживыми речами и сладкими обещаниями, которые они готовы слушать до самой смерти.

Но стоит ступить за край беззаботности, попытаться открыться новым горизонтам, сделать всего один шаг за границы, очерченные свыше, начать задавать себе вопросы – и тогда пути назад уже не будет. Следующая стадия как ураган ломает все преграды, она уносит вас навсегда с проторённой тысячелетиями тропы. Новый сон становится настоящим кошмаром, бурей, ломающей судьбы. Внезапно вам открывается изнанка существующего мира, вся ложь и увещевания как карточный домик обрушиваются на вашу голову. Вам хочется убежать, спастись от обломков собственной жизни, но от действительности уже не скрыться. Однажды открыв глаза в новом мире, вам придётся прожить здесь всю жизнь или бежать от трудностей и самого себя, уничтожая своё тело и душу. Но если вы желаете спасения, хотите избавиться от этого кошмара, то путь только один: вперёд, сквозь тернии к ярким звёздам, что так маняще зовут нас к себе. Этот путь состоит из вопросов и ответов, из тяги к знаниям и истине, всё время скрытой от нас под толстой пеленой из лжи. Мы должны сами увидеть перед собой дорогу, построить для себя свой личный маяк, что светом проложит путь сквозь невежественную и озлобленную тьму, а затем повести за собой других.

Тяжкая и жестокая участь для любого человека – жить в таком кошмаре, учиться и бороться, отдавать все силы, зарываясь по горло в темноте, и лишь краем глаза видеть тот спасительный свет, к которому, возможно, никто из нас не доберётся. Но это наш путь и наш выбор, это новая стадия сна – наш собственный добровольный кошмар. Когда в наши ясные и сгорающие от негодования умы вдруг приходит понимание и смирение, мы осознаём тот путь, что выбрали сами, и принимаем тот кошмар, в котором сгорят наши жизни. На этой стадии останавливаются многие, где страдания становятся смыслом жизни, как её отражение, вытекшее наружу. Настоящая ирония судьбы – мир боли, заново попавший в кривое зеркало, где одна его половина крепко и беззаботно спит, не понимая своих страданий, а другая видит свет, но открыто ненавидит свою жизнь.

Лишь немногие способны отринуть личную боль, умереть в этом сне, чтобы заново возродиться, очнуться и узреть жизнь не как набор собственных страданий, а отдалиться на масштаб Вселенной, увидеть историю на кончике булавки и понять всю важность и необходимость каждого шага. Это четвёртая и последняя стадия – пробуждение. Когда мир предстаёт перед нами в своём настоящем обличии, лишённый всякой субъективной окраски, когда кошмар становится жизнью, а борьба с дурманом превращается в осознанную радость.

Некоторые люди, застрявшие во сне или в добровольном кошмаре, говорят, что мечты никогда не должны сбываться, что, потеряв ориентиры и свет, ведущий сквозь тьму, мы окончательно утратим смысл жизни, что там нас ждёт лишь неминуемый и бесконечный кошмар неопределённости. Цель – ничто, движение – всё, вторят они нам. Только в страданиях возможно существование, возможны сама жизнь и её смысл. Но тогда мечты превращаются в вечно ускользающий горизонт, сладкую иллюзию, медленно отравляющую нас изнутри, лживый и порочный цикл жизни. Эти люди ошибаются. Мечты должны сбываться, в этом их смысл и предназначение. Не нужно двигаться к ним как к неминуемому финалу и бояться его. Это не конец, а новое начало, всего лишь первая ступень к новой мечте, к чему-то более великому.

А вы видите сны?

2010–2020

В память о несбывшейся мечте, согревавшей меня

даже в самые тяжёлые времена