Его хорошая девочка

Глава 9

Встала по будильнику, как обычно, ровно в шесть. Умыла лицо, почистила зубы, выпила стакан воды натощак и сорок минут занималась йогой, далее душ, укладка волос, слегка подкрасилась, оделась и бегом на работу.

Здравствуй, трудовой день.

Дабы лучше понять принцип, как функционирует отель, еще вчера решила каждый день примерять на себя новую должность. Сегодня, например, я помощник администратора.

Уже через час за стойкой поняла, что администраторам надо бы несколько процентов к заработной плате накинуть за вредность. Работенка еще та. Из десяти, подошедших к стойке, один обязательно что-нибудь да отчебучит. Хоть стой, хоть падай, а приходится улыбаться и делать вид, что клиент прав, хотя на самом деле присутствует стойкое желание набрать номер дурдома и сообщить, что их клиент случайно зашел к нам.

– Извините, но, к сожалению, президентский номер занят, ― отвечая на звонок, отказывает потенциальному клиенту Любовь ― девушка-администратор, с которой сегодня в паре работаю, и предлагает подобрать другой номер.

Окончание разговора не слушаю, мне кажется, Люба ошиблась, и президентский номер свободен, по крайней мере, так было еще пятнадцать минут назад, когда проверяла наличие номеров.

– Клиент забронировал номер? ― интересуюсь я, когда девушка кладет трубку.

– Нет, его только лучший интересовал.

– Люба, может, я не до конца разобралась, но в программе числится, что президентский номер свободный, ― указываю я на монитор.

– Это да, надо исправить. ― Девушка, наклоняясь, ставит галку, и запись окрашивается в красный цвет, что означает ― номер для заселения не доступен. ― Это номер Никиты Валерьевича, ― поясняет девушка, и я тут же интересуюсь:

– А он за него заплатил?

Люба теряется, но лишь на секунду, а после, как само собой разумеющееся, выдает:

– Нет, но он же хозяин.

– Срочно перезвони человеку, скажи, что вышла ошибка и номер его, в качестве извинений предложи скидку, ― дала распоряжение я, которое, естественно, кое-кому не понравится, но мне плевать. Беркутов не единолично отелем владеет, и, если он не оплатил номер, считай, что украл.

– Но как же. А Никита Валерьевич? ― Люба, по-моему, сейчас от переживаний в обморок грохнется.

– Он съедет. Не думай об этом. Моя забота. Когда клиент, которому ты сейчас позвонишь, планировал приехать?

– Сегодня после обеда.

– Отлично. Убраться успеем. Звони.

Люба неохотно, но подняла телефонную трубку, связалась с клиентом и обо всем договорилась.

В сопровождении двух горничных поднимаюсь на лифте в главном корпусе на верхний этаж. Девушки друг на друга боязливо поглядывают, мне кажется, потеряй я бдительность хоть на мгновение, и они сбегут.

Надо признать, хоть Беркутов и бродит по отелю, не снимая беззаботной улыбки, но уважение и даже страх персоналу как-то внушил. Когда девочки узнали, кого мы собираемся потревожить, то пытались отказаться от похода и меня от этой мысли отговорить, но я умею настоять на своем.

– Простите, но пока вы договариваетесь с Никитой Валерьевичем, мы за дверью подождем, ― сообщила мне одна горничная, а другая в поддержку коллеги усиленно закивала и протянула мне электронный ключ.

Сняв с двери табличку «Не беспокоить», вошла внутрь. Голос здравого смысла посоветовал: «Прежде чем зайти в спальню, предупреди, что вторгаешься, вдруг там на кровати не один человек, а сразу два».

– Никита. Тук-тук. Это я, Варвара. Просыпайся, пора освобождать незаконно занятый номер людям, которые за него уже оплатили, ― можно сказать кричу я.

Тишина.

– Никита Валерьевич, ты проснулся? Учти, я захожу.

Из-за задернутых штор в спальне Беркутова темно и приятно пахнет парфюмом. После папе точно такой же подарю. Запах обалденный.

Раздвигая шторы, запускаю в комнату свет, оборачиваюсь на кровать и тут же глаза закрываю. Никита дрыхнет с таким видом, как будто всю ночь кули с вагона разгружал, а еще он голый. Самое неприличное место, слава всему, прикрыто, но как бы ситуацию это совсем не спасает, потому как ткань просвечивает и все-все видно. Зато разрешилась загадка, откуда у Беркутова самомнение необъятных размеров ― повезло с габаритами агрегата.

– Никита, подъем, ― приторно-ласково тяну я, мужчина ворочается, хватает без дела валяющуюся подушку и закрывает ею лицо. От света, упырь, прячется, я так понимаю.

Глава 10

– Ого, со мной такое впервые, ― зевнув, Никита потянулся, вытянув ноги. ― Просыпаюсь, а сон в реальности продолжается. ― Парень, сбросив подушку с лица, пристально на меня посмотрел. ― Только в моем сне ты была голенькой и рядом лежала. Зачем оделась и встала? А ну иди сюда, ― Беркутов, приподнявшись, попытался поймать меня за руку.

Отпрыгнула от парня, как от чумного.

– Времени на глупости нет. Горничные за дверью ждут. Сегодня после обеда в президентский номер клиент заселяется, который его, как положено, забронировал и оплатил. А здесь до сих пор оккупант в виде тебя в кровати валяется. Собираемся и съезжаем.

Никита помрачнел на глазах, ну хоть на его хмурую и кислую физиономию в кои-то веке полюбуюсь. Ага, давай-давай, почеши лоб, посмотри на меня как на врага народа, главное – после из номера побыстрей выселяйся.

– То есть ты не только меня разбудила ни свет ни заря, так еще и номер мой кому-то сдала? Эх, Варвара, Варвара, совести у тебя нет. ― Беркутов осуждающе покачал головой, пару раз цокнул и тут же без стеснения сдернул с бедер простынь, которая хоть что-то, но прикрывала, и бодро поднялся с постели.

Первым порывом было зажмуриться, отвернуться и для пущей надежности закрыть лицо ладонями, чтобы не наблюдать, как некоторые части мужского тела колышутся в приподнятом настроении. Но нет, как стояла с прямой спиной, так и стою, даже глаз не отвела, просто смотрю чуть выше. Беркутов же специально диверсию с наготой организовал, чтобы меня смутить, заставить краснеть, а в идеале, я так понимаю, и вовсе прогнать из номера.

– Значит, мстишь? ― Мужчина настолько близко подошел, что еще шаг и та часть его тела, что колышется, заденет меня.

– Причем здесь месть?! Ты не заплатил за номер, следовательно, проживал в нем незаконно. Просто восстанавливаю справедливость. Личного мотива нет, ― нагло вру я и надеюсь, что говорю убедительно.

– А-а-а, так дело в деньгах. ― Парень все-таки сделал этот решающий шаг в мою сторону, и я через легкую ткань платья почувствовала, как нечто горячее дотронулось до моего живота. Варвара, крепись, это всего лишь одна из деталей человеческого тела, такая же, как, например, рука или нога, и не вздумай краснеть. Если Беркутов догадается, насколько ты стесняешься, он при каждом удобном и неудобном случае будет щеголять перед тобой голышом. – Не проблема, я прямо сейчас оплачу. Все, можно считать, что инцидент исчерпан?

– Слишком поздно. Надо было об оплате задуматься раньше. Номер сдан. Откажем клиенту ― подмочим репутацию отеля. И будь добр, надень штаны. Я хочу пригласить горничных для уборки, не хватало еще, чтобы они в суд на отель подали за сексуальные домогательства.

– За домогательства, ― усмехнулся Никита и наклонился, чтобы сказать мне прямо в ухо. ― Варя, ты живешь не в той стране, что снимает фильмы, которые смотришь. У нас за изнасилования судят и то через раз. А насчет номера… Я бы, может, и съехал, раз кое-кто свинью бессовестно мне подложил, но никак не получится, не успею собраться. Прискорбно, конечно, но репутацию отеля, как ты выразилась, придется подмочить.

Огляделась, но так, чтобы на Беркутова, не дай бог, не посмотреть.

– У тебя не так и много вещей. Полчаса хватит, чтобы их разложить по чемоданам, ― вот ни капли не преувеличила, раздвижные створки шкафа открыты, поэтому я точно знаю, о чем говорю.

– У кого получится? У тебя? Вот ты и складывай, а я до следующего утра провожусь, ― улыбаясь от уха до уха, заявил Беркутов и, по-моему, еще чуть ближе ко мне подошел.

– То есть ты выдвигаешь условие: либо я самолично кидаю по сумкам твои вещи, либо отказываешься переезжать? ― чтобы не ходить вокруг да около, спросила в лоб.

– Ага. Вот я и еще один плюс в тебе нашел ― сходу соображаешь, что требуется, ― Никита, широко расставив руки, снова потянулся, в этот раз всем телом.

Не знаю отчего, но что-то мне подсказывает, что для Беркутова заставить собирать меня вещи ― дело принципа. Так он свое самолюбие ублажает. Мол, да, я выселяюсь, но на своих условиях. Откажусь, он рогом упрется и не переедет. Что важнее – выиграть войну или сражение?

– Хорошо, помогу, но ты сейчас же штаны надеваешь, ― тоже поставила я свое условие.

– Лады, ― согласился мужчина и почему-то, вместо того чтобы пойти к шкафу за нижним бельем, вновь упал на кровать, правда, хозяйство простынкой все же прикрыл.

– Варвара, аккуратней, и не надо темное смешивать со светлым. Все отдельно и по пакетам. Варя, будь другом, достань из бара бутылку воды. Открой балкон. Нет, закрой обратно и включи кондиционер. А где пульт от телевизора? Варя, ты кинула мне не те трусы, я же говорил, они с синей нашивкой, а здесь черная. Да какая разница, что с синей уже на дне чемодана. Доставай! И, в конце концов, где мой завтрак? В соседней комнате на столе лежит ноутбук, принеси. И зарядку еще, и мышь. Откуда мне знать, где они, поищи.

– Беркутов, честное слово, ты достал. Если еще что-нибудь потребуешь, я эту вещь тебе в неожиданное место воткну, ― взвыла я, когда терпение даже не лопнуло, а взорвалось и забрызгало комнату.

– Итак, подведем итог. ― Мужчина с умным видом посмотрел на часы. ― Ты выдержала двадцать одну минуту моих закидонов, что ровно на шестнадцать минут дольше, чем требовалось. Я знал, что мы идеально друг другу подходим.

Целый час приходила в себя после того, как в рабстве у Беркутова побывала. Но поставленная задача выполнена ― президентский номер готов принять нового гостя, значит, сегодняшний день не прошел даром. А еще напарница Люба порадовала: оказывается, мне как сотруднице отеля положена скидка ― целых пятнадцать процентов, и как я этот пункт в правилах упустила? Написала заявление на пересчет, сама же и завизировала, благо, должность позволяет, отнесла в бухгалтерию, обещали в кратчайшие сроки разницу на карту вернуть.

Отработав… нет, не так, отпахав за стойкой администратора до четырех дня, уже было собралась подняться к себе в кабинет, как заметила, что из лифта, чуть прихрамывая и прикрывая ладонью правую часть лица, выходит девушка, что вчера с подругой в ресторане у бара Никите компанию составляла.

Если не ошибаюсь, ее Снежаной зовут, а если глаза меня не подводят, у нее на скуле зреет свежий синяк. «Наверное, клиент неадекватный попался», – сделала вывод я и отвернулась, потому как в прямом смысле больно смотреть на молодую красивую женщину, которая из-за того, что где-то не там в жизни свернула, вынуждена молча побои сносить.

Почему в мире происходят страшные вещи? В большинстве случаев не из-за вселенского зла, а из-за равнодушия. Вот и я отвернулась, потому что мне картинка, видите ли, не понравилась. Ничего нет проще, как сделать вид, что не заметила, а после забыть, ведь в судьбе девушки лично я не виновата. Но разве так поступать правильно?

– Снежана, подождите, пожалуйста, ― крикнула я, схватила сумочку и помчалась вдогонку.

– Я уже ухожу, ― обернувшись, зашипела на меня девушка, когда мы с ней поравнялись. ― И здесь работать мне разрешили.

– Да я без претензии, просто у меня есть для вас предложение. Присядем вон за тот столик, обсудим, ― как можно дружелюбней произнесла я, хоть и чувствовала, что Снежана настроена по отношению ко мне враждебно.

– Морали читать собрались. Нет уж, увольте.

– Нет. Совсем нет. Вас интересует официальная работа в отеле? С договором, с записью в трудовой, с оплачиваемыми больничными, с отпуском?

Снежана резко затормозила, посмотрела на меня, словно я ненормальная, и уточнила:

– Вы в курсе, чем я на жизнь зарабатываю?

Кивнула.

– И все равно предлагаете мне работу?

Еще раз кивнула.

– Дамочка, да у вас не все дома, ― фыркнула девушка и пошла дальше.

Я не сдалась и вновь догнала ее.

– Подумайте, пожалуйста. Если что, место горничной ваше. Вот моя визитка. Не обращайте внимания, что фирма не та, это с прежней работы, главное – телефон верный. Снежа… на, ― дальше говорить не было смысла, потому как девушка прибавила шаг и уж точно меня не хотела слушать.

Глава 11

Второй день подряд закрываю кабинет и ухожу по темноте. Сегодня ноги моей не будет у моря на пляже, вчера, спасибо Беркутову, по самое не хочу накупалась. Смою трудовую пыль, переоденусь и айда балдеть у бассейна: там светло, многолюдно, заодно и посмотрю, чем себя народ занимает вечером.

Чем дальше отдаляюсь от главного корпуса, тем реже на пути встречаются постояльцы. Та часть отеля, где расположены бунгало, – самая тихая и спокойная. Здесь в основном селятся те, кто ценит уединение и любит слушать, как шумит море.

Сначала было подумала, что мой топографический кретинизм в очередной раз завел меня куда-то не туда. Потому как в предположительно моем бунгало горел свет.

Огляделась по сторонам и, ничего не понимая, пожала плечами. Может быть, конечно, у меня крыша поехала, но я уверена, что не заблудилась. У соседнего бунгало на террасе как валялось сдутое розовое кресло в виде зайца, так благополучно и дальше продолжает сдуваться, да и кустарник, подстриженный якобы под божью коровку, припоминаю. Так, а номер бунгало? Мой. Ну все верно. Может, когда выходила, просто забыла выдернуть второй магнитный ключ, свет не потух и горит до сих пор.

Открываю дверь, вроде бы ничего подозрительного у порога не наблюдаю. А почему слышно, как работает телевизор? Точно с утра не включала, даже пульт не брала в руки.

Уборка номера? Нет, конечно. Пятнадцать минут девятого…

Что тогда, вернее, кто? Вор? Маньяк? Вор, и он же маньяк?

Осмотрелась, ах, жаль, нет ничего тяжелого взять в руку для самообороны в случае чего. В распоряжении есть только пластмассовая ложка для обуви, но с ней особо не повоюешь. Разве что сломать и попытаться ею глаз кому-нибудь выколоть. Фу, гадость какая. А с кем, собственно, я собралась драться? Воры шуршали бы вещами, а маньяк тихонько сидел, притаившись, например, в ванной, но никто из них телевизор точно смотреть не уселся бы.

Ладно, сейчас выясним, что происходит. Осторожно ступая, крадусь по бунгало. Затем вернулась к двери ― надо все-таки что-нибудь прихватить для обороны. Крайне обрадовалась, когда в коридорном шкафу нашлась пара вешалок, между прочим, железных и крепких.

Допрыгав на цыпочках до гостиной, аккуратно заглядываю в комнату.

Да твою же…

Нет, ко мне не вор наведался и не маньяк, у меня в гостиной на диване пьет коктейль и глазеет в телевизор псих. Он же гад, он же невыносимый и вездесущий Никита Беркутов.

Возвращаюсь обратно в коридор и, прикрыв глаза, фантазирую. Как бесшумно подхожу к мужчине со спины, как замахиваюсь вешалкой, как с остервенением колочу по его голове, как ему нестерпимо больно, как он истошно вопит, ну и самое главное и приятное, как он, превратившись в побитую собачонку, поджав хвост, убегает.

Улыбнулась, но мечты так мечтами и останутся, у меня рука не поднимется человека огреть по голове ― это раз, а Беркутов не из тех людей, которые позволят себя безнаказанно избивать, ― это два. Печалька.

Бесшумно, ну почти бесшумно, прокашлялась, одернула подол платья и уверенной походкой пошла прогонять узурпатора.

– Ты что забыл у меня в бунгало? ― специально громко спросила я, но, к сожалению, Беркутов ничуть не испугался и не подпрыгнул на пятой точке от неожиданности, как бы, например, скорей всего, отреагировала я. Вместо этого он улыбнулся и лениво развернулся ко мне.

– Ничего. Я здесь впервые. Да и свои вещи не имею привычки забывать. А ты почему так поздно? Я нам сделал коктейли, но кто-то долго ходил где-то, поэтому я их уже выпил. Теперь как бы твоя очередь шейкер трясти, соседушка. ― Мужчина, перевернув бокал горлышком вниз, продемонстрировал, что он пуст.

– Беркутов, ты сейчас дошутишься, вызову охрану, она тебя заломает и под белы рученьки выведет. Будь ты хоть сто раз совладельцем отеля, правила для всех одинаковые. Выметайся по-хорошему, без скандала, а?

– То есть коктейль смешивать отказываешься?! ― продолжает паясничать гад. ― Ладно, припомню тебе, когда придешь ко мне по-соседски за солью, спичками или чтобы спинку потер.

У каждого человека есть свой предел терпения, так вот, мой только что закончился. Не знаю, о чем думала, наверное ни о чем, злость отключила рассудок, но я замахнулась, прицелилась, и вешалка полетела в Никиту.

Как в замедленном кино, с ужасом в глазах и уже с сожалением наблюдала, как Беркутов движется в направлении бара, а выпущенная мной «граната» меткой наводкой пилотирует и, судя по всему, угодит прямо ему в голову.

Я аж выдохнула, когда Никита, который, казалось, угрозу даже не замечает, ловко поймал рукой вешалку.

– А-я-яй, Варвара Сергеевна. ― Голос Беркутова прозвучал даже ласково, но нотки с вполне себе серьезным предупреждением я уловила. ― Не советую так делать впредь. Ведь чисто инстинктивно могу «посылку» запустить в отправителя. Варя, если ненароком тебя покалечу, мне будет крайне паршиво. И в этом будешь ты виновата, а значит, помимо увечья, тебя ждет еще и моральная пытка.

Поймала себя на том, что, низко склонив голову, слушаю Беркутова с виноватым лицом. Я, конечно, не спорю, палку перегнула, но, во-первых, все обошлось, а во вторых, защищала свое жилище. Да, сегодня я тоже вторглась в номер Никиты, но он не имел права там находиться.

– Беркутов, ― задрала высоко подбородок, ― выметайся, не доводи до греха.

Чихать Никита хотел на мои слова и предупреждения. Он спокойно наполнял шейкер жидкостями из бутылок. А откуда, кстати, в моем бунгало алкоголь? Внимательно оглядела гостиную. Из лишних и явно не моих вещей ― ноутбук, мобильный, солнечные очки, разбросанные на столе документы, возле окна валяются кроссовки.

– Минутку, ― с волнением произнесла я и, дабы проверить совершенно дикое предположение, метнулась в свободную спальню, в которую лишь раз заглянула, когда заселялась, но дальше дверей не заходила. ― Беркутов! Я не поняла, почему твои вещи висят в моем шкафу?! И зачем ты притащил свои чемоданы? ― Я так громко вопила, что Никита стопроцентно из гостиной меня услышал.

Глава 12

– Поклеп чистой воды. ― В дверном проеме появился Никита с ярко-оранжевым коктейлем в руках. ― Не занимал я твой шкаф. Сходи сама посмотри. ― Парень с довольной ухмылкой кивнул в сторону моей спальни. ― В принципе, я не против, чтобы ты заходила ко мне в спальню и даже в мое отсутствие, но с условием не поднимать крик и не устраивать шмон. Зачем полезла в комод?

– Что ты несешь? ― Вот теперь очень сожалею, что вешалка таки не проломила Беркутову черепушку. ― Бунгало целиком и полностью только мое. В отличие от некоторых, я не пожадничала и заплатила. Выметайся и манатки прихватить не забудь.

Мужчина закатил глаза, устало выдохнул и с выражением лица «Сейчас, глупенькая, я тебе все объясню» уселся на кровать.

– Действительно бунгало было твоим, но до сего дня, вернее, до того момента, как ты настрочила заявление, чтобы воспользоваться скидкой на проживание для сотрудников. Более того, ты его сама же и подписала. Аж два раза. В нижней части страницы от лица работника, а в верхней от лица руководителя. И весело ускакала с ним в бухгалтерию. Где тебе дали на визирование бланк-согласие о том, что ты для получения скидки не против некоторых нюансов. Ну, вспоминай, Варвара, было такое? Да, было ведь, ― победно протянул парень и сообщил: ― Лично все проверял. И о чем в согласии у нас говорилось?

Судорожно вспоминаю бумагу, которую мне действительно давали на подпись, я еще тогда подумала, скидка ― пустяк, а, чтобы ее получить, целый свод законов насочиняли аж на две страницы, причем мелким шрифтом. Признаю, вдумчиво правила не читала, пробежалась глазами по строчкам и все. Видно, зря. Судя по торжествующей физиономии парня, там скрывался подвох.

– Ничего существенного там не было, ― заявила я. ― Ерунда всякая. Ну, шампунь с гелем отельные не положены, так они мне и не нужны, я своими пользуюсь. Так, что еще? Из-за загруженности персонала уборку могут перенести на следующий день…

– Варя, это все не то, ― раздраженно бросил Беркутов, видно, надоело ему ждать, пока я в памяти роюсь. ― Что там было написано по поводу подселения к тебе другого сотрудника в случае острой необходимости и наличия в твоем номере свободного места?

– Ничего!

– А вот и не угадала! К тебе могут подселить коллегу, если есть лишняя койка. И она есть, ― Никита похлопал ладошкой по постели.

– Зато нет острой необходимости, ― парировала я. ― В отеле имеются свободные номера. Выбирай любой. А хочешь, займи сразу два.

Беркутов, прикрыв глаза, отрицательно замотал головой и, сделав страдальческое лицо, принялся, нет, не объяснять, а, как водится, паясничать:

– Когда читал заявление сотрудника, который очень просился именно в твое бунгало, так доводами проникся, что согласовал просьбу работника. То есть заблаговременное согласие на подселение ты подписала, работнику руководство разрешило, а это значит, что мы теперь соседи! И заметь, все, как ты любишь, ― законно. Варвара, а что это ты приуныла? ― наиграно-удивленно, да еще и с сочувствием поинтересовался мужчина, поднялся с кровати, подошел и в глаза мне заглянул. ― Это ведь еще не все новости. Хорошую я тебе уже сообщил, а сейчас готовься к отличной. Помимо пятнадцатипроцентной скидки, с этого дня оплату за бунгало мы делим пополам. Молодец я, да? Ладно, не благодари, позже сочтемся. ― С этими словами Никита вышел из спальни и пока шел до гостиной, напевал какую-то веселую песню, судя по тексту, сильно подозреваю, собственного сочинения.