- -
- 100%
- +
Две девушки сидели в небольшом уютном кафе. Они зашли в него после шопинга, чтобы перевести дух. Беззаботный щебет, точно звонкие переливы тропических пташек, доносился до работников и посетителей заведения, которые невольно прислушивались к их беседе.
Если присмотреться, между барышнями проступало некое сходство, хотя на первый взгляд они казались полными противоположностями. Девушки приходились друг другу родными сестрами по материнской линии — отцы у них были разные. Первая — небольшого роста блондинка с довольно подтянутым, но не модельным телом и в целом посредственной, заурядной внешностью, вторая — высокая жгучая брюнетка, которую хоть сейчас можно было снять на обложку модного журнала.
Общность проявлялось в чертах лица: одинаковый овал, ангельские голубые глаза, пухлые губы, подаренные природой длинные ресницы. Если облачить девушек в хиджаб, отличить их и вовсе будет практически непосильной задачей. Очи юных красавиц были настолько похожи, что возникало ощущение, будто их создавали по одному шаблону. Единственное несоответствие — над губой у брюнетки была родинка, что добавляло некоторую изюминку её образу.
— Мне кажется, ты какая-то напряженная, Свет, — вдруг прервала сестру блондинка, заметив, как та стала путаться в повествовании и оглядываться, периодически отвлекаясь на телефон. — Что-то случилось?
— Ой, нет, всё нормально, Алин. Прости, — её улыбка и нетерпеливые жесты выдавали радостное предвкушение. — Помнишь, я говорила тебе, что начала встречаться с одним парнем? — заговорщицки спросила Света, поправляя причёску.
Цокнув языком, Алина театрально закатила глаза и откинулась на спинку мягкого дивана:
— Конечно, помню. Ты мне все уши прожужжала про свою любовь.
Света хихикнула:
— Ну, если честно, я была не уверена, что это любовь. Но теперь всё изменилось. Понимаешь, Алиш? Всё!
Алина искренне улыбнулась, умиляясь внезапной ребячливости всегда серьёзной и собранной сестры. Она будто помолодела на несколько лет, с поистине детским восторгом в горящих глазах возвращаясь мыслями к своему бойфренду.
— Давай, колись уже, что произошло? — поторопила Алина, отпивая кофе. — Вижу, как тебе не терпится сказать.
Светлана сразу как-то приосанилась, глубоко вздохнула, словно собираясь с духом, и выпалила:
— Он сделал мне предложение!
— Поздравляю! — воскликнула Лина, не сумев сдержать эмоций.
— Спасибо, Алин! — придвинувшись поближе, девушка сжала ладони сестры и доверительно прошептала: — Я такая счастливая, ты даже не представляешь.
«Представляю, Свет, очень даже представляю!» — подумала Алина, вспомнив о кольце, которое лежало в её сумочке. Перед ней самой совсем недавно встал на колено парень, которого она любит. Как же удачно всё складывалось: они обе выйдут замуж, может, даже в один день! Было бы здорово совместно отметить свадьбу!
Алина тихонько вздохнула и осторожно высвободила руки.
— Светик, я должна признаться...
— Давай позже, Лин? Хочу познакомить тебя со своим женихом, — бестактно перебив девушку, Света вдруг поднялась из-за стола и направилась к ней за спину. Алина слегка растерялась, поскольку не ожидала, что к ним кто-то присоединится, тем более жених её сестры, которого Алина ни разу не видела.
Девушка отодвинула радостную новость на задний план и встала, чтобы приветствовать избранника сестры. Она подняла взгляд — и сердце рухнуло в пятки: нежно обнимая за крепкое плечо, Света вела к Алине парня, который ещё пару дней назад просил её руки…
Глава 1.
... Я застыла, не в силах отвести глаз от двух дорогих сердцу людей и отказываясь верить в происходящее. Моя старшая сестра и мой мужчина стояли вместе, обнявшись. И я бы солгала, сказав, что подхожу Сергею больше, чем Света, но… Какого чёрта?!
— А ты, должно быть, Алина? — беззвучно велев мне молчать, как ни в чём не бывало, поинтересовался он. Старался неверный жених напрасно. Я не могла вымолвить и слова — ком в горле не давал дышать, потрясение сковало мышцы. Поняв, что отвечать я не собираюсь, парень добавил: — Света много о тебе рассказывала.
Сестра в ответ счастливо улыбнулась, прильнув к Сергею теснее. Хотя, казалось, куда уж теснее.
— Правда? — сипло начала я. Прокашлялась, возвращая голосу ровность: — А мне о тебе она не говорила, — пряча трясущиеся руки за спиной, растянула непослушные губы в кривой улыбке.
— Не хотела сглазить, — Света виновато пожала плечами. — Сережа такой хороший! — О да, конечно! Теперь вижу, какой он хороший. — Я боялась упустить такого мужчину, извини.
Сцепляю пальцы в замок, стискивая челюсти до хруста и поражаясь вывертам судьбы. С другой стороны, что бы я сделала, поведай мне Света о своём парне, который, как я считала, был только моим? Впрочем, неважно. Меня сильнее волновал Сережа, который смотрел на меня в упор — без тени сожаления или раскаяния на привлекательном лице. Он выглядел скорее потерянным, нежели уличённым в грязной измене. Вероятно, не ожидал, что сестрой его невесты окажусь именно я. Как и я не ожидала увидеть его здесь — в амплуа чужого суженого.
— Понимаю, — голос как-то сам собой тускнеет, лишаясь всяких красок. Становится бесцветным и пустым. — Вы замечательно смотритесь вместе.
— Да, знаю, — влюблёнными глазами глядя на Сергея, произносит сестра. — Наша встреча — это судьба. Правда, милый?
Не в состоянии дольше терпеть изощрённую пытку, сахарной патокой льющуюся в уши, впиваюсь в парня взором, полным молчаливой просьбы. Скажи, что это просто неудачная шутка, дурацкий розыгрыш, пожалуйста, прекрати издеваться надо мной... Но Сергей остаётся глух к моим мольбам. Не шутка. То есть шутка, конечно, только вот шутником оказался не он, а злой рок. Я осознала это, когда Сергей повернулся к Свете, нежно приподнял её подбородок, улыбнулся своей фирменной улыбкой: обворожительно и неотразимо — и пророкотал своим бархатным голосом:
— Правда, дорогая. Между нами будто пробежала искра.
Он смотрел на неё точно так же, как смотрел неделю назад на меня. Но добила меня интонация и слова: «Искра между нами», — так он сказал мне, когда мы шли по утопающему в розовых лучах заката Эрмитажному мосту, когда он встал на колено и…
Нижняя губа начинает дрожать от подступающих слёз. До зуда в кулаках хочется подлететь к ним, оттолкнуть Сергея, ударить его — чтобы почувствовал на мгновение хоть каплю той невыносимой боли, что причинил мне сам, засадив нож в незащищённую спину; рассказать сестре, какой он на самом деле, раскрыв ей правду, которая разобьёт её счастье на миллионы осколков...
Нет, я не могу поступить с ней так жестоко. Не могу из-за лжеца и предателя рушить жизнь родного человека. А свою могу? Ха, она без того была бы разрушена. Если бы Света не была моей сестрой, то, скорее всего, я бы не узнала о второй женщине в жизни Сергея сегодня. Но обман, так или иначе, вскрылся бы — рано или поздно, и я не берусь заявлять, что сумела бы его пережить при ином раскладе. В нашей же ситуации есть шанс всё исправить.
— А что ты мне хотела сказать до прихода Сережи? — вдруг спросила сестра, оторвавшись от вышеупомянутой личности.
Я едва не скривила губы, поймав взволнованный взгляд Сергея. Мотнула головой, сбрасывая оцепенение. Я ни за что не расплачусь — признавая слабость. Много чести для изменщика.
— О, ничего особенного, — отмахнулась я. — Счастье моей любимой сестрёнки гораздо важнее, — выдавив улыбку, поднесла к лицу запястье, якобы проверяя время на наручных часах, и скороговоркой пробормотала: — На самом деле мне уже пора бежать — совсем забыла, что на сегодня назначена встреча. Так что... Не буду вам мешать. Воркуйте, голубки, — и, пока никто из них ничего не успел осознать, на непослушных ногах выскочила из кафе.
В груди пылало, я задыхалась, вдыхала не кислород, а стекловату. Мне срочно нужно было на свежий воздух. Туда, где только шаг отделяет от заветной свободы…
Глава 2.
Сама не заметила, как оказалась на мосту. Ветер рвал волосы, но я не обращала внимания — всё внутри сжималось от боли. Опершись на перила, бездумно взирала на чёрные воды Невы, глубоко вдыхая прохладный речной воздух. Муторные мысли бились о стенки черепной коробки, точно шумные волны о берег.
Так вот, значит, как заканчивается сказка? Неожиданно и мучительно…
— Лиша, — внезапно раздалось из-за спины до боли знакомое прозвище.
Я резко обернулась. Рядом со мной стоял Сергей. Настолько близко, что стоило протянуть руку — и можно было коснуться.
— Так и знал, что найду тебя здесь, — он неловко переминался с ноги на ногу, словно не знал, что сказать. А я просто смотрела на него — и не узнавала. Вроде это был тот самый мужчина, в которого я по неосторожности влюбилась, а вроде и не он...
Устало откинулась спиной на перила, локтями упёршись в холодный камень.
— Зачем ты здесь? — на нечто большее я была не способна. Язык с трудом ворочался во рту. Слова не шли.
— Поговорить, — с той же неуверенностью отозвался он.
— О чём? — усмехнулась.
— О нас.
Запрокинув голову, я расхохоталась. И пусть мой громкий смех смахивал на истерический, мне было плевать.
— О каких «нас», Сергей? — натурально оскалилась я. — Нет никаких нас, и уже не будет. Ты теперь с моей сестрой, я видела вас… Её. Она любит тебя, и ты сделал ей предложение. Это конец! О чём тут можно говорить?
Удивительно, что я ещё держалась, а не набросилась на него с кулаками, некрасиво разревевшись. Моей выдержке позавидовать можно.
— ...Кстати, что ты сказал Свете и почему оставил её одну?
— Ты сумку забыла, — он протянул мне клатч, и вновь смешок сорвался с моих губ. Как благородно, наверное, он выглядел в Светиных глазах. Кинулся за её рассеянной сестрой, чтобы вернуть сумку — каков герой! — Алина, пожалуйста, выслушай меня.
— Мне неинтересно, что ты скажешь. Ответь мне честно — всего на один вопрос. Большего мне не надо, — Сергей кивнул, в надежде уставившись на меня, и в звенящей паузе прозвучало роковое: — У тебя со Светой что-то было?
Он побелел.
— Алин, это не...
— Ответь: «да» или «нет», — жёстко оборвала.
Повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь плеском воды и шуршанием колёс редких автомобилей. И, наконец, заветное:
— Да, — ставит жирную точку.
Рваный выдох унёсся к облакам. Такой тёплый, солнечный летний день, а на душе метёт пурга...
— Но та ночь ничего не значит, мои чувства к тебе…
— Какие чувства?! — повысила я голос, не давая ему договорить. — Ты изменил мне с моей старшей сестрой!
— Я не знал, что она твоя сестра, — он явно не понимал, какое неоднозначное и жалкое алиби придумал.
Горько ухмыльнувшись, я смахнула со щек предательские слёзы. Лучше уж злиться, чем плакать.
— То есть, если бы знал, переспал бы с кем-то другим? — выпрямилась, чтобы чётко видеть бесстыжие синие глаза.
— Ты передёргиваешь, — Сергей протянул навстречу руку, пытаясь ухватить меня за предплечье, но я отступила, спрятав ладони в карманах платья. — Я был пьян, Алина, пойми, я не хотел!
Ах, ещё и пьян!
— Знаешь что, милый? Даже на языке закона состояние алкогольного опьянения не является беспомощным! — когда нервничаю, непроизвольно начинаю оперировать юридическими терминами. И ничего с собой поделать не могу. — Это не оправдание предательства, «Серёжа»! — язвительно передразнила я сестру.
— Алина, перестань. Я же тебя люблю!
Нет, ну вы только гляньте, какая наглость! И после того, что натворил, он смеет…
— Конечно, — саркастично покивала я. — Любишь ты меня, а женишься — на Свете.
— Всё не так, — он взъерошил свои тёмные волосы рукой, как делал в моменты особого волнения, отвёл взгляд и вдруг тихо добавил: — Она беременна, Алиш.
Одно слово как удар топором в сердце. Удар такой силы, что получившие его не остаются в живых...
— Что? — я в неверии прижала ко рту ладонь. Нутро будто окатили кислотой, слёзы так и рвались наружу.
— Её беременность всё меняет, Алин, — продолжил Сергей глухо. — С родителями мы уже обсудили. Свадьба будет через неделю.
— Поздравляю, — вытолкнула из себя и развернулась, не желая ни секунды больше находиться с ним рядом. Противно, как будто в помоях извалялась. — Желаю вам счастья!
— Алина, постой!
Вопреки убеждениям, я замерла в нерешительности. Остановилась, хотя следовало бежать что есть мочи. От него и вероломного предательства любимого мужчины. Остановилась, потому что было тяжело перечеркнуть то хорошее, что было между нами. Я встала вполоборота, демонстрируя таким образом готовность слушать, но и чуть что — уйти, не оглядываясь.
— Верни кольцо, пожалуйста, — на плечо опустилась горячая ладонь.
Я медленно обернулась. В глазах словно иголки закололи, заставляя торопливо моргать, чтобы не позволить пролиться непрошеной влаге.
— А, кольцо, конечно.
Я полезла в сумку. Пальцы немели, мир расплывался от подступающих слёз. Наконец нащупав кольцо, я зажмурилась до разноцветных пятен под веками.
Золотой ободок, голубой камень — всё, что осталось от моего «счастливого завтра».
Понятия не имею, сколько так простояла. Из оцепенения вырвала возникшая перед помутневшим взором тень — Сергей неслышно приблизился, намереваясь забрать то, что добровольно надел на мой палец какие-то сутки назад на этом же мосту.
Я подняла голову. Не знаю, что он в них увидел, но тут же отступил на шаг. Камень впился в ладонь — остро, отрезвляюще, но я не ощутила боли.
— Подавись своим кольцом, Серёжа!
Я размахнулась и бросила железку в реку без тени сожаления, отвернулась от предателя и рванула прочь, на ходу стирая солёные капли, непрерывным потоком текущие по щекам…
Глава 3.
Неделю спустя. День свадьбы.
Семь суток перед свадьбой Светы и Сергея растянулись для меня на долгие годы. Потому что подготовка к торжеству легла на наши с сестрой хрупкие плечи. Мама хотела помочь, разумеется, но Света настояла, чтобы всеми организационными вопросами занимались мы вдвоём. Обосновала она свою прихоть тем, что мама проходила через это в молодости, а для меня будет полезным опытом. Да и кто, если не младшая сестрёнка, поможет выбрать самый красивый букетик и свадебное платье, подскажет, в какой цветовой гамме лучше оформить банкетный зал, и многое другое? К тому же кто, если не я, подойдёт на роль свидетельницы невесты?
Я надеялась, что мои страдания растворятся без остатка в предпраздничной суете и приятных хлопотах, но жестоко ошиблась. Ведь понимала, что всё: и выбор платья, и подготовка пригласительных, и заказ шикарного торта и музыкантов — могло предназначаться мне…
Откуда Свете было знать, какие мучения мне приходилось терпеть и какой экзекуцией для меня стали её разговоры о грядущем торжестве? Поддерживать её, изображать счастье, пока душу разрывало от горя, было безумно тяжело. Единственным, кто догадывался о моём самочувствии, был Сергей, однако он не вмешивался, занятый своими делами.
Его родители, к слову, в подготовке к празднеству вообще не участвовали, но сделали молодожёнам поистине шикарный подарок: приобрели дом. Если быть точнее, то они решили заранее оплатить постройку абсолютно нового, семейного, так сказать, гнёздышка. В подробности я не вдавалась, но, насколько поняла, планировалось что-то грандиозное.
Оказалось, что родители Сергея живут в том же коттеджном посёлке, в котором проживает моя семья, и, по сути, являются нашими соседями. А я даже не подозревала. Сергей никогда не говорил, и я не спрашивала. Он единственный ребёнок в семье, родители у него очень строгие. Поэтому, едва он начал зарабатывать достаточно для самостоятельной жизни, съехал из их особняка в город. Там-то мы и познакомились… Кто бы мог подумать, что в итоге всё так обернётся? Он женится сегодня на моей старшей сестре, а мне придётся нацепить маску и улыбаться, пряча свою грусть за ширмой напускной радости.
Я подошла к окну, разглядывая неровные ряды частных домов. По стеклу, стуча и сливаясь в ручьи, стекали капли дождя. Небо было серым, затянутым мрачными тучами. Ливень стоял сплошной стеной, и я непроизвольно поёжилась. Погода не порадовала жениха и невесту, словно передавая моё состояние. Небеса оплакивали мою обманутую любовь.
На мне было голубое струящееся платье, наподобие древнегреческого, но в современном стиле. Талию охватывал золотой пояс в форме бесконечности, со вставками из шёлка между его изгибами. Одно плечо было открытым, а на другом ткань, подкреплённая янтарного цвета элементом, на спине плавно переходила в полупрозрачный аквамариновый шифон. Сестра выбрала для дресс-кода свадьбы голубой и белый тона, символизирующие чистоту и невинность. А поскольку её свадебное платье (кстати, тоже выполненное на греческий манер — хотя сама свадьба вовсе не соответствует этой тематике, ей захотелось, чтобы мы выделялись на общем фоне) будет молочного оттенка, мне, как подружке невесты, предстоит облачиться в светло-синий наряд.
Пользуясь случаем, Света вдобавок обмолвилась, что будет руководить организацией моей будущей свадьбы. Настолько ей понравилась эта беготня. С каждым её словом в сердце словно вонзался огромный гвоздь, проникая всё глубже. Напряжение росло в геометрической прогрессии. Я едва не сорвалась, чтобы раскрыть сестре всю правду о её женихе. Благо мама спасла положение, за секунду до катастрофы позвав меня, чтобы показать меню будущего застолья.
В общем, эта неделя стала для меня настоящим адом. А ведь ещё самой церемонии бракосочетания не было. Не представляю, как мне удастся сохранить лицо, когда будут звучать клятвы верности друг другу и любви до гробовой доски…
Ведь Сергей для меня стал целым миром, моей вселенной, моим кумиром, мечтой! Несбывшейся мечтой… Я должна была быть его судьбой, любимой женой… А теперь что? Как мне жить, зная, что где-то совсем рядом мой любимый мужчина и моя сестра спят в одной постели… Как мне в будущем нянчить своего племянника или племянницу, видя в ребёнке напоминание о коварном обмане? Как?
Почему он выбрал её, а не меня? Всё из-за долга? Из-за того, что Света беременна? Он же её не любит…
Хотя... Не имеет значения. Сергей растоптал моё доверие, изменив мне с моей сестрой, на что невозможно закрыть глаза. Время не отмотать назад. Я никогда не найду в себе мужество его простить…
Глава 4.
— Алин, ты готова? — в мою комнату, легонько стукнув костяшками пальцев по приоткрытой двери, вошёл отец. Я быстро заморгала, прогоняя пелену слёз, и попыталась улыбнуться естественно.
— Готова, — ответила я, обернувшись и откидывая завитые крупными кольцами волосы за спину.
Отец уже был при полном параде. Светло-русые волосы зачесаны назад и зафиксированы лаком. Белая рубашка, чёрный костюм в тонкую синюю полоску подчёркивали мужскую стать. Запонки с тёмно-голубыми бриллиантами — подарок мамы на годовщину — отлично гармонировали с того же цвета галстуком в ромбик. Отцу пятьдесят шесть лет, но выглядит он не старше сорока; даже сросшиеся бакенбарды и небольшая бородка его нисколько не старили.
— А мама где? — поинтересовалась я, разбавляя тишину.
— Ай, они со Светой там придумывают, как уберечь макияж и причёску невесты от дождя, — папа по-доброму рассмеялся. — А ты, я смотрю, по этому поводу не переживаешь? — заметил он.
— Ну не я же замуж выхожу, — усмехнувшись, я подошла к отцу и обняла его за талию, прижавшись щекой к надёжному плечу. В ответ тёплая родительская ладонь легла на спину, мягко поглаживая. — Так что ничего страшного, если кудри упадут, а макияж немного размоется.
— Ты и без этого у меня красавица, — поцеловав в макушку, папа слегка отстранился, заглядывая мне в глаза. Моя приподнятая бровь заставила его тут же исправиться: — Ну, то есть вы обе красавицы.
Я покачала головой. Отец в своём репертуаре. Между мной и Светой — семь лет разницы. Мама не любит вспоминать прошлое, но я знаю, что родной отец сестры бросил маму, как только узнал о беременности. Мой папа появился в их жизни, когда Свете было пять. Он полюбил её как родную. А потом появилась я. И наша семья стала ещё дружнее и крепче. Мы со Светой были не просто сестрами, а лучшими подружками. Разница в возрасте нисколько не мешала и вообще была неощутимой. Родители всегда относились к нам одинаково, не обделяя кого-то вниманием. Папа, правда, часто так делал: хвалил одну, а после другую, что неизменно служило поводом для шуток.
— Спасибо, пап, — чмокнув отца в небритую щёку, я улыбнулась.
— Ладно, красотка моя, пойдем, поторопим их — а то свадьбу пропустят такими темпами, — мы обменялись понимающими ухмылками и вышли из моей комнаты.
На церемонию я решила ехать отдельно от семьи — мне нужно было забрать букет невесты из салона. Разумеется, это была лишь отговорка, чтобы лишний раз не пересекаться с Сергеем. И так весь сегодняшний день будет мозолить глаза. К тому же немного одиночества мне не помешает, чтобы морально настроиться на предстоящее торжество.
Сестра лучилась счастьем, когда мы с папой заглянули в её спальню, пусть и волновалась до трясучки. Воспользовавшись тем, что родители сосредоточились на ней, я сумела незамеченной выскользнуть из дома. На крыльце меня, как и договаривались, с зонтом в руке ждал дворецкий. Я благодарно улыбнулась ему. Мужчина проводил меня до ворот, у которых блестел папин чёрный «Мерседес», украшенный по особому случаю, а рядом стояло моё такси. Я нырнула в тёплый салон, назвала адрес цветочного салона и уставилась в окно, стараясь ни о чём не думать.
Из-за плохой погоды на дорогах были ужасные пробки, и я боялась опоздать. Как назло, и в самом цветочном тоже была очередь. Видимо, не у одной Светы сегодня свадьба.
Хотя опасения были вполне обоснованными, я успела вовремя. К сожалению. Никто бы и не заметил моего отсутствия на церемонии. Ведь внимание всех без исключения, само собой, было приковано к брачующимся. Что, собственно, порадовало меня, избавив от переживаний насчёт того, что кто-то заметит моё истинное состояние.
Когда прозвучали клятвы и жених и невеста официально стали супругами, а Сергей наконец поцеловал Свету, я, точно мазохистка, пялилась на них и не могла отвернуться. Хотела уловить хоть что-то опровергающее реальность происходящего — но тщетно. Горячие слёзы сорвались с влажных ресниц.
Вот и всё...
Пульс частил, по венам потекло бессилие. Я опустила голову, утирая белым платком солёные капли. Мама тоже расчувствовалась от трогательности момента, поэтому мои слёзы были восприняты как слёзы радости за сестру.
«Надеюсь, сестрёнка, тебе никогда не придётся испытать то, что пришлось испытать мне. Надеюсь, вы будете счастливы вместе. Ради твоего благополучия я готова пожертвовать любовью. Запру её в самом дальнем уголке сердца, обещаю», — подумала я, и тут Сергей повернулся, беззастенчиво обращая на меня взор. Не в силах его вынести, я отвернулась. Потому что в синих океанах его очей горела непонятная эмоция: какая-то тягучая, чёрная, какой я раньше никогда не замечала. И в груди вдруг что-то неприятно сжалось, кольнуло, заныло — крича о надвигающейся беде…
Глава 5.
После церемонии молодожёны отправились на фотосессию, которую из-за дождя пришлось перенести в усадьбу Державина, а точнее, в оранжерею. Папа специально заказал там свадебное оформление несколько дней назад, учтя непостоянство погоды в нашем городе: несмотря на солнечные прогнозы, Санкт‑Петербург в любое мгновение мог разразиться грозой. Он решил перестраховаться. И не прогадал. Праздник новобрачных, благодаря предусмотрительности отца, не был сорван и испорчен.
Родители поехали со Светой и Сергеем на фотосессию. Я же вызвалась проконтролировать банкет, рассадить по местам гостей и встретить молодых у дверей роскошного ресторана. Судя по тому, как она на меня посматривала, мама начала что-то подозревать, однако в суматохе на расспросы у неё не было времени, и я надеялась, что к концу вечера она о них забудет.