Не будь гнилым лимоном. Тренинг развития здоровых отношений в личной жизни, на работе и в любой непонятной ситуации

Какая прекрасная идея – разобраться, насколько я конфликтный и конфликтогенный человек. Как это возможно?

Проработав до конца материалы этой книги-тренинга, вы начнете лучше разбираться в собственной конфликтности, а пока можете пройти следующие тесты:

◆ Экспресс-диагностика выявления уровня конфликтности О. Л. Гончаровой.

◆ Тест на конфликтность Томаса-Килманна, TKI.

Но самый простой путь – начать замечать, насколько часто у вас случаются конфликты и сколько из них тотально захватывают вас и вашу жизнь. Ответьте на вопрос: «Верно ли предположение, что в каждой сфере моей жизни у меня систематические конфликты – на работе, с родителями, друзьями, партнером и т. д.?»

Поговорка, которая, разумеется, имеет переносный смысл, гласит: «Если седьмой муж бьет жену по роже, значит, дело не в муже, а в роже». Иными словами, стоит задуматься, если вы ни в одной из ситуаций своей жизни не смогли договориться и вырулить. Пожалуйста, не принимайте эти слова как обвинение в свой адрес. Это только предложение как следует задуматься над обнаружением источников конфликтов внутри себя. Ведь конфликтогенность не всегда проявляет себя явно – она может заключаться и в жертвенном, виктимном поведении, когда вы провоцируете другого на жалость или вину, а он включается в эту игру и начинает вас преследовать.

Разглядеть собственную конфликтогенность нам часто мешают психологические защиты. Например, вытеснение, которое выкидывает из памяти все наши неблаговидные поступки и ошибки, чтобы остались только благовидные. Это помогает сохранить самооценку и чувствовать себя прекрасным человеком.

Впервые я осознала свою конфликтность в 16 лет. Мой парень упал с мотоцикла, и я как следует его отругала. Тогда мне казалось это проявлением наивысшей любви и заботы, ведь точно так же реагировали родители на мои падения. Откуда мне было знать, что это неправильно?

А еще лет до 27 я считала, что большинство людей глупые, злые и конфликтные. Сейчас мне 37, и я уверена, что таковых единицы, а в основной массе люди вполне адекватные, сговорчивые, способные к диалогу и эмпатии. Какие-то отдельные косяки не делают их плохими. Получается, физики и исследователи не врут: мир вокруг – это отражение моего внутреннего содержания.

Почему трудно меняться

Посмотрите на эту великолепную иллюстрацию, которую можно назвать «Круговорот агрессии». Начальник наорал на папу, папа наорал на маму, мама наорала на ребенка, ребенок наорал на кошку, кошка написала в ботинки. Мы получили негативный эмоциональный заряд и пошли заряжать им другого, чтобы выразить свою обиду, злость, тревогу и вину.

Но почему мы так поступаем? Личная неудовлетворенность может стать причиной нападок на ближнего.

Огромное количество научных экспериментов проводится на крысах. И оказывается, в ряде поведенческих алгоритмов мы очень схожи с ними, поэтому некоторые выводы, сделанные по итогам этих экспериментов, можно экстраполировать и на человека.

Вот, например, японский ученый Масатоси Танаки в 1999 году провел эксперимент, направленный на изучение стрессовых реакций крыс. Две группы крыс подвергались действию электрического тока. С первой группой больше ничего не делали, а крысам из второй группы давали покусать деревянную палочку. В результате оказалось, что у крыс, кусавших палочку, уровень стресса был существенно ниже. Может быть поэтому в стрессовых ситуациях нас часто тянет что-нибудь пожевать?

В сети я встречала информацию, что в рамках этого эксперимента была обнаружена еще одна поведенческая закономерность. Крысы нашли дополнительный способ, помогающий справиться со стрессом: для этого некоторые из них могли покусать другую крысу!

Вот еще один показательный эксперимент. В 1967 году американский профессор, исследователь и психолог Натан Эзрин изучал реакции на боль и атакующее поведение у крыс. Он решил выяснить, как прекращение подачи электрического тока к решетке, на которой находились две крысы, повлияет на их поведение в отношении друг друга. Эзрин планировал включать ток, а если крысы приблизятся друг к другу, сразу выключать его, убирая тем самым источник болевых ощущений. Но крысы, почувствовав боль, нападали друг на друга раньше, чем экспериментатор успевал выключить ток. Чем сильнее был разряд (и, соответственно, боль), тем яростнее было нападение. Исследователь сделал вывод, что атакующее поведение в ответ на боль характерно для крыс. Посмею предположить, что и человек, срывая злость на ближнем, делает это для снижения стресса, хотя его источник может быть совершенно другим.

Еще одна любопытная иллюстрация к тому, как формируется наш опыт. В 70-х годах психологи Блейкмор и Купер провели эксперимент с двухнедельными котятами с целью изучения влияния опыта на восприятие мира. Они взяли две банды котят и поместили их в арены (большие тазы), стены которых были раскрашены в черно-белую полоску. Группа котят № 1 содержалась в арене с вертикальными полосами, а группа № 2 – в арене с горизонтальными полосами. Они тусовались там какое-то время, а затем их выпустили. И увидели очень интересную картину: котята, находившиеся среди вертикальных полосок, не замечали горизонтальных объектов и врезались в ступеньки, а котята из арены с горизонтальными полосками не распознавали вертикальных объектов и натыкались на ножки столов и стульев.

Довольно-таки быстро котята адаптировались к новой среде, их восприятие пространства пришло в норму. Но поначалу котенку сложно распознать новое, незнакомое и непривычное, если этого не было в его опыте.

Нейроны специализируются, что и было подтверждено данным экспериментом. Его результаты можно экстраполировать и на человека, так как наши нейронные магистрали в этом смысле очень похожи на котячьи.

Множество экспериментов доказывают, что люди – биопсихосоциальные роботы. Мы обладаем набором автоматических реакций и универсальных алгоритмов работы психики. У нас есть физическая основа нашего мышления и поведения – нейрональные магистрали в голове, которые запечатлели конкретные когнитивные и поведенческие модели, срабатывающие в конкретных условиях. Мы не можем взять нож и вырезать их оттуда. Мы будем действовать в соответствии с имеющимся опытом и только вместе с ним. Василий Ключарев, российский нейробиолог и доктор когнитивных наук, говорит, что новое решение – это иллюзия. У нас нет никакой возможности действовать по-новому, если нет для этого других физических основ.

Иногда клиенты находят в интернете информацию, что я владею гипнозом, и приходят ко мне с желанием его попробовать. При этом они говорят: «Хочу перестать себя вести как придурок, стать уверенней и умнее». Но далее следует трепетный момент разочарования, когда им приходится осознать, что это невозможно, никакой волшебной таблетки не существует. Я деликатно объясняю психофизиологию поведения человека, и мы разбираемся с тем, что не устраивает моего клиента и как это можно изменить.

Введение в измененное состояние сознания не изменит содержание вашей головы, но может создать мощную иллюзию исцеления, известную как эффект плацебо. К сожалению, при первом же стрессе ваше слепое убеждение в эффективности метода гипноза разобьется о скалы реальности.

Интересный факт: исследование Джона-Дилана Хайнеса показало, что мозг принимает решение за 7–10 секунд до того, как человек сознательно решает что-то сделать.

Трудно – не значит невозможно

У нас есть шанс изменить свое поведение. Но, возможно, способ вам не понравится.

Вот что необходимо, чтобы изменить автоматические реакции.

«Если вы хотите иметь то, что никогда не имели, вам придется делать то, что никогда не делали».

В конфликтной ситуации мы можем, условно говоря, отреагировать двумя способами – адаптивно или неадаптивно. Есть еще описательный вариант – функционально или дисфункционально. Дисфункциональная реакция предполагает две стратегии – родительская (крик, нравоучения, критика) и детская (слезы, обиды, состояние беспомощности). Функциональная реакция предполагает взрослое поведение, то есть стремление к разрешению конфликта, устранению противоречий, поиск договоренностей. Эти терминологические опоры предложил нам Эрик Берн, основатель наиважнейшей для конфликтологии методики – транзактного анализа, о котором мы обязательно поговорим позже.

Неумение реагировать функционально и адаптивно приводит человека к проблемам во всех сферах его жизни – дома, на работе, в различных житейских ситуациях. Я проведу аналогию с алкоголизмом. Алкоголики часто путают причину со следствием, они говорят: «У меня много проблем, поэтому я пью». На самом деле честнее будет сказать: «Я пью, поэтому у меня много проблем». Вместо того, чтобы, засучив рукава, начать мужественную схватку с болью, человек предпочитает нырять в иллюзорный мир, трусливо сбегает в искусственное состояние безопасности и отсутствия проблем, он одурманивает себя, не желая реально справляться с трудностями. Именно в разрешении сложных жизненных ситуаций мы можем найти наши главные адаптационные ресурсы: разруливая то, что на нас наваливается, мы становимся сильнее и компетентнее. Чтобы стать хозяином жизни, надо смотреть страху в глаза, а не забиваться под лавку в попытках спрятаться от любой проблемы.

Теперь в свете описанной выше модели посмотрим на проблему конфликта. «Вокруг много плохих людей, поэтому я с ними ругаюсь и чувствую себя несчастным» – вредоносная и ложная идея. Более трезвая будет звучать так: «Я не умею договариваться и функционально выходить из конфликтов, поэтому в моей жизни их много». Но к подобному принятию ответственности за свою жизнь и благополучие мы обычно приходим очень сложным и болезненным путем. Из признания, что это мы чего-то не умеем, обычно рождается сожаление и чувство собственной неполноценности. Отреагировать на это мы можем опять же одним из двух способов – функциональным (сформировать намерение с этим разобраться и начать действовать) или дисфункциональным (с кем-нибудь поругаться, предаться самобичеванию, начать клясть судьбу и в итоге провалиться в депрессию). Вариант решения за вами! Хотите как следует проехаться по другому человеку, обложить его благим матом? Или сможете попробовать удержать эту импульсную гневную реакцию, преобразовать ее в определенное действие, направленное на разрешение проблемы?

Таким образом мы работаем не только с конфликтами, но и с любого рода неприятностями. Предлагаю всем вместе учиться реагировать адаптивно, это сэкономит много нервов, времени и жизненных сил. Помните, как говорил великий Омар Хайям?

«Выбор, сделанный в гневе, невозможно исправить».

Функциональность реакции на проблему или конфликт

Перед вами два общих списка, которые дальше мы будем разбирать детальнее, а пока познакомьтесь с ними в основном для сравнения.

Еще очень важно обратить внимание на то, как мы в итоге прожили проблему.

Допустим, вы связались с очень непорядочным партнером, который вам врал, изменял, использовал вас. Вы можете прожить эту боль функционально – либо дисфункционально. От этого будет зависеть, каким образом пережитая травма начнет проявляться в дальнейшей жизни.

Функционально: «Я стал(а) мудрее, теперь я понимаю ценность честности и преданности. К людям с этими качествами я буду относиться бережно и с благодарностью. Теперь я лучше разбираюсь в людях и больше не позволю с собой обращаться так, как прежде».

Дисфункционально: «Все мужики козлы», «Все бабы стервы». То есть обида от одного человека экстраполируется на весь честной народ.

Помните! Ваш будущий партнер не должен нести наказания (в виде вашего недоверия, подозрительности, укоризны) за предыдущего. Это совершенно несправедливо и контрпродуктивно. Каждый новый человек заслуживает нового отношения, нового доверия, шанса на добрые, доверительные отношения.