Официантка

1

Серое утро, мрачное настроение, разрушенные мечты. Свинцовые тучи, нудно барабанит дождь.

Сопят две соседки по комнате. Им не надо вставать в четыре утра, потому, что их надежды сбылись. Все знают, что покорять большие города тяжело.

Вика же просто раздавлена, разбита, уничтожена.

Она всегда одевала красную форменную рубашку, едва разлепив глаза, после умывания. В зеркало лишний раз на себя смотреть не хотелось. Она и так знала, что там увидит. Опухшие веки. Опять проплакала всю ночь, бледная, темные круги под глазами. Рабочая смена с пяти утра до десяти вечера не способствует хорошему цвету лица. Не вовремя напарница уволилась.

Тщательно причесалась, закончила туалет, вышла под промозглый осенний дождь. Дул холодный ветер.

Вика здесь уже два года. Уютный городок, где живут ее родители, друзья и одноклассники, остался в прошлом. Им на смену пришел сырой, огромный и такой жестокий Питер. Почему Санкт-Петербург? Вику завораживала его история и архитектура. Но единственным ее путешествием по городу стала дорога до метро. В институт поступила, но не вытянула первой сессии. Денег не хватало, пришлось работать. Постепенно учеба отошла на второй план, а потом и вовсе прекратилась.

Появился молодой человек. Волшебный роман, головокружительный секс, жестокое расставание. Вчера он женился на Лене. Лена – давняя подруга еще со школы. Вместе приехали поступать. Вика доверяла ей как себе. Вчера встретила их свадьбу, по дороге в метро. Лена изменилась в лице, а Женька даже ничего не понял, не узнал, наверное,… Да, ее теперь трудно узнать. Похудела так, что мама, наверное, не узнает. Почти не ест, и не спит. Как удается работать по 16 часов в сутки?

Вика шла под проливным дождем и думала об одном. Сколько раз ей надо больно получить по голове, чтобы все бросить и вернуться домой? Когда она поймет, что все это не для нее? Все мечты рухнули, журналисткой ей не стать, как и Женькиной женой. Больше не зачем рушить стены и стоять насмерть. Все рухнуло само…

Кафе, где работала Вика, встретило ее ярко освещенным залом и веселыми утренними пререканиями бармена Олега, и Светы официантки. Они веселились, не смотря на то, что даже еще не рассвело. Света шустро прошлась по полу шваброй, Олег тщательно протер барную стойку и бутылки. Скоро на утренний кофе начнет сходиться народ.

Вика повязала передник и поспешила к первым посетителям. За два года она видела их столько, что уже не обращала внимания на колкие реплики и взгляды всякого рода. Как робот исполняла работу, проблем у нее и так было достаточно, чтобы реагировать на провокацию.

На работе особенно ни с кем не дружила, мало с кем говорила. Состав менялся, чуть ли не ежемесячно, так что Вика общалась только со своим менеджером – Иваном Васильевичем, мужчиной лет сорока. Добродушным, и деловым отцом семейства.

К обеду дождь прекратился, но людской поток не уменьшился. К четырем часам Вика уже валилась с ног. Сказывалась бессонная ночь.

Покинула зал, присела в «комнате отдыха». Так гордо величали затертую комнату в шесть квадратов, без окон.

Вика свет не включала, сидела в полутьме. Смена ее длилась уже десять часов. А раньше, они работали по восемь часов, не больше. Девушка прикрыла веки, радовало только одно, через шесть часов она может быть свободна… Пойдет домой, ляжет спать, и выпадет на время из своей скучной жизни.

– Где Миронова? – услышала Вика сквозь дремоту.

– В комнате отдыха, – отозвался повар.

Менеджер вошел в унылое убежище.

– Ты спишь что ли, Миронова? – удивился он.

– Нет, Иван Васильевич. Просто, никак не привыкну к новому графику…

– Уже устала? А у нас в третьей бригаде опять беда. Лика ногу сломала, так что и ее в ночь не будет. Ты отработаешь за нее сегодня?

Мечты о крепком ночном сне тут же оказались разрушены. Ночная смена…

– Хорошо, Иван Васильевич.

– Естественно, переработка часов и все такое, зачтется. Ты же у нас одна с выходного, и ночь одна сможешь отработать, – он поднялся, – да, Миронова. Я тебе сегодня уже говорил, что ты у нас самый лучший сотрудник?

Вика улыбнулась.

– Передохни часик и за работу. А то у тебя вид какой-то больной? – он подмигнул ей и ушел.

Вика снова осталась одна. Странно, но ее босс от чего-то всегда был добр к ней.

Она провалилась в сон всего на секунду, пришла в себя, словно и не спала. Заставила отекшие ноги обуть тапочки, пригладила волосы и за работу.

Медленно людской поток убывал. На смену дневным гулякам явились ночные. Вика с благодарностью отметила, что ее напарница – Света, тоже осталась с ней в ночь.

После второго перерыва Вика работала на автопилоте, когда в кафе ввалилась пьяная толпа. Девушка взглянула на часы. Минула два часа ночи.

– Это определенно твои клиенты, – кинула Света, проходя мимо с полным подносом.

Вика проводила ее взглядом. У напарницы было две такие компании.

Миронова взяла меню и двинулась к компании хмельных парней, весело рассаживающихся за столик. Их было человек пять-шесть. Все в костюмах, белоснежных рубашка, развязанных бабочках.

– Ничего, местечко, – заявил один, небольшого роста, блондин.

– Девушка, – позвал другой, с нахальным видом оглядывая Вику, которая уже спешила к столику.

– Добрый вечер, – поздоровалась она и положила меню на столик, – принести вам напитки?

– Привет, куколка, – запоздало отозвался блондин и раскрыл меню, – постой, я сразу скажу, не уходи.

Вика кивнула. Должно быть, пить они не хотят, решила она, ощущая неловкость от пристального изучения двоих присутствующих. Вика тоже краем глаза взглянула на них. Они сидели с краю. Симпатичный брюнет, небрежно расположился на стуле, его друг что-то говорил ему, пристально глядя на Викторию. Брюнет Вике показался знакомым, но она не придала значения. Кроме того, активный блондин созрел сделать заказ. Вика быстро записала, и отошла.

– Эй, Макс, а девочки тут ничего! – услышала она голос одного из шумной компании, как раз того блондина.

– Тебе всегда нравился третий сорт, – отозвался симпатичный брюнет.

Вика внутренне сжалась и поспешила исполнить их заказ.

Горстка ублюдков с родительскими деньгами! Это она третий сорт?

Отправив заказ на кухню, Вика взглянула на свое отражение. Третий сорт? Кто угодно, но не она! Может, у нее нет столько денег, сколько у них, но она определенно лучше их.

– Миронова!

Вика быстро вышла.

– Что?

– Твоя компания что-то еще хочет, – кинула Светка, на ходу выкладывая грязную посуду.

Вика, прихватив приборы, и посуду, вновь двинулась к их столику. Молча расставила все на их столике.

– Вы хотели заказать что-то еще? – вежливо спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.

– А что ты можешь предложить? – серьезно спросил сосед брюнета таким тоном, словно говорил вовсе не о котлетах по-киевски или картошке фри.

– Первосортные блюда для первосортных… господ, – ответила Вика, сделав красноречивую паузу.

Брюнет вздернул бровь и переглянулся со своим соседом.

– Просто принеси нам еще и пива, – сказал самый трезвый, – у нас повод есть!

Кто бы сомневался, подумала Вика, и отправилась за заказом. Ей определенно было знакомо лицо высокомерного брюнета. И его взгляд. Где она могла с ним общаться? Определенно, его бы она вряд ли забыла…такого гада!

Вика проворно принесла весь заказ буйной компании, расставила на столе, и хотела, было уходить, как ее схватил за руку блондин и сунул за пояс фартука купюру, оттянув его пальчиком небрежно.

– Ты просто супер, – сказал он.

Вика почувствовала, как от злости запылало лицу. Она сделала глубокий вдох и выдох. Медленно высвободила руку из его хватки, вежливо улыбнулась, и отошла от их столика. На ходу достала купюру, смяла ее и швырнула под ноги танцующим.

– Они приставали к тебе? – настороженно спросил бармен Олег, увидев выражение лица официантки.

– Нет, все в порядке.

Вика приготовилась к тому, что остаток рабочей смены эта компания будет ее изводить. Но, как ни странно, их веселье медленно угасало, и уже через час они попросили счет и ушли.

Еще через час кафе опустело, загорелись лампы дневного света, зашуршали веники и швабры. Неумолимо наступал новый день, а смена подходила к концу.

2

Вика сладко потянулась в постели. Стоял полдень, ее соседки по комнате ушли в институт, и квартира была в ее полном распоряжении. Вика включила телевизор и ужаснулась. По одному из каналов шел боевик. И высокомерный вчерашний тип, с автоматом наперевес и воинственным выражением лица убивал своих врагов, одного за другим. Вика хорошо знала этого актера, даже любила. И зовут его Максим Медведев. Ну конечно! И как она его вчера не узнала? Даже странно. Видимо под утро мозг отключился совсем. И друзья звали его «Макс». Это был он, определенно.

И Максим Медведев считает ее третьим сортом.

Сладкая греза всех женщин от 12 до 50 оказался банальным высокомерным грубияном, который решил довольно определенно выразиться по поводу ее внешности.

Вика быстро выбралась из под одеяла, и злобно его встряхнула.

Её бывший, с Леночкой отправились в свадебное путешествие? Скатертью им дорога! Он скоро поймёт, с кем связал свою жизнь.

Миронова шустро заправляла кровать, когда Медведев все спасал и спасал мир на экране ТВ. Вика злорадно вырубила его, и в ее душе, наконец, стало спокойно. Она потянулась за книгой, с нетерпением ожидая момента, что бы погрузиться в чудесный мир чужой фантазии.

Выходной пролетел быстро, и Вика вновь вышла на суточную смену. Ей предстояло работать через сутки, пока не найдут и не обучат человека для третьей бригады.

На этот раз она уделила себе больше внимания, чем в прошлый раз. Уж очень обидно слышать подобные вещи от посторонних.

Причесалась, даже подкрасилась. Стало симпатичней не на много, но начинать надо с малого.

Новая смена была спокойней, а день солнечным. Единственное, что испортило ее настроение, это тот факт, что ровно в десять вечера за ее столик сел Максим Медведев.

Вика сделала вид, что не узнала его, и не помнит. С безразличным лицом поприветствовала и подала меню. Он не ответил, и углубился в чтение всевозможных блюд. Высокомерный сукин сын. Вика вернулась через несколько минут, с блокнотом.

– Что будете заказывать?

Он оторвался от меню, и внимательно на нее посмотрел.

– Ты давно работаешь здесь?

Миронова встретила его взгляд и выдержала, намеренно не отвечая. Через минуту все-таки сказала:

– Вы будете заказывать?

– Я бы хотел сначала поговорить, – невозмутимо отозвался он, окинув быстрым взглядом ее форменную одежду, фартук, задержался на груди, внимательно вчитался в имя на бейдже.

Вика не менее пристально разглядывала его, не желая смущаться его плохому воспитанию. Наконец их глаза снова встретились.

– Для разговоров обратитесь к психоаналитику. Я с вами могу поговорить о любом блюде из нашего меню. Что вам принести?

Вика заметила краем глаза, как настороженно за ней наблюдают Света с Олегом.

– Кофе, – сдался Медведев, – без сахара.

Вика кивнула и отправилась за кофе.

Из-за барной стойки выскочил Олег, милый надоедливый паренек из Новосибирска, и на ходу смешивая коктейль, поспешил за Викой.

– Миронова! Ты его узнала? Того парня за твоим столиком?

– Какого? – встрепенулся Иван Васильевич, что крутился рядом с поваром.

– Вон сидит, за шестым столиком, – отозвался Олег.

– Это же актер из «Мафии», Медведев! – восхищенно выдохнула Света, взглянув туда, куда указывал Олег, – Вика, ты везунчик! Такие чаевые срубишь! А в жизни он симпатичнее.

Вика молча установила чашку с дымящимся кофе на поднос.

– Вперед Миронова, – засмеялся Олег, – это твой шанс.

Девушка смерила Олега взглядом и двинулась к шестому столику. Ни за что, подобные этому Медведеву, люди не станут ее трамплином. Ей совершенно не хотелось даже допускать такой мысли.

Гордость – это все, что у нее пока осталось.

Вика молча поставила кофе перед актером, и отошла к бару. Один за другим пустели ее столики, а Медведев упорно сидел, и потягивал уже третью чашку кофе. Олег и Света тихо переговаривались, поглядывая на Вику. Та присела в темном углу, и наблюдала за своим последним клиентом. Другие закрепленные за ней столики давно опустели.

Время близилось к трем утра, а он все не уходил.

– Миронова, ты монстр, – сказал Олег, – парень явно хочет с тобой поговорить.

Вике стало стыдно, правда, совсем чуть-чуть. Она выписала счет, для конкретного намека, и подошла к актеру.

– Ваш счет.

– Ты хочешь, что бы я уже ушел?

– Сейчас три утра. Вы здесь один. Заказывать ничего, кроме кофе не хотите, поэтому я вынуждена попросить вас покинуть кафе. Мы работаем до последнего клиента.

– Ах, вот как?

В подтверждение ее слов, Света зажгла верхний свет, и загремела швабрами.

– Виктория, почему ты так строга со мной? Я просто хотел тебе помочь.

Вика терпеть не могла, когда посторонние тыкали ей, и произносили ее имя, не смотря на то, что именно для этой цели и предназначался бейдж.

– Чем же вы можете мне помочь? И почему?

– Присядь.

– Я на работе.

– Присядь, пожалуйста.

Вика оглянулась на Олега и Свету, те сделали вид, что ничего не видят. Миронова присела на край стула, готовая в любой момент с него соскочить. Ей не нравилось все это, но больше всего на свете ей хотелось, чтобы он ушел.

– Вы добились своего, я вас слушаю.

Медведев улыбнулся. Вовсе не ей. Улыбался, довольный собой. Вика, мгновенно угадала эту его улыбку, и укрепила в душе глубокую неприязнь к этому человеку.

– Вика, ты очень симпатичная девушка, – сказал он торжественно.

Миронова тут же ощутила фальшь. И его считают хорошим актером?

– Когда мы были здесь в прошлый раз с друзьями, ты нам очень понравилась. И мы решили узнать у тебя, возможно, ты согласишься разбавить нашу компанию в это воскресенье своим присутствием? День рождение друга, он очень любит симпатичных девушек, вроде тебя, мы заплатим хорошие деньги.

Он замолчал, когда заметил, что Вика угрожающе медленно поднялась со стула.

– Виктория? – актер выглядел удивленным.

– Как это мило с вашей стороны сделать мне такое выгодное предложение, – сказала девушка, едва сдерживая негодование, – но вы ошиблись. Вам надо на проспект, а не ко мне. Убирайтесь.

Она хотела уйти. Он поймал ее руку.

– Вика, я надеюсь, этот разговор…

Миронова красноречиво взглянула на его руку, и он тут же отпустил ее.

– Не переживайте, я не ищу легких денег или недельной славы, – она поставила его грязную чашку на поднос и поспешила уйти, хотя очень хотелось выплеснуть остатки горькой жижи в его холеную морду.

Лицо горело, а руки дрожали от выброса адреналина. И как сдержалась?

Вика не могла поверить, что Медведев предложил ей «подзаработать», ведь сам назвал ее «третий сорт».

– О чем вы говорили? – появилась Света, – Что он тебе предлагал?

– Поработать на одной вечеринке. Ну, знаешь, нужны официантки с опытом работы, для элитный тусовки, – на ходу сочинила Миронова, – но я отказалась. Ты ведь просила подменить.

– Ну, ты и дура. Такие чаевые упустила!

– Спасибо за понимание, Светик. Но я думала только о тебе.

– И зря. Я бы на твоем месте поступила иначе. Учти.

– Я знала, что могу на тебя положиться!

Света засмеялась, и вышла, столкнувшись в дверях с Олегом.

– Тебе просили передать, – улыбнулся он, и сунул ей в руки сто долларов и записку со словами: «Если передумаешь» и номер телефона.

Вика смяла обе бумажки и запустила в мусорку.

– Слушай, отдавай их лучше мне. Душа кровью обливается, как ты деньгами раскидываешься, – усмехнулся Олег, и вышел.

Еще одна смена подходила к концу.

В субботу позвонила Лида Стриженова – бывшая сокурсница, и пригласила Вику на выставку. Выпала честь выставить свои картины ее брату – Виктору.

Миронова согласилась, не смотря на то, что успела отработать уже восемь часов, с пяти до двух. Любая прогулка по центру Питера доставляла ей ни с чем несравнимое удовольствие. Нева, Невка, Фонтанка, сады и парки, дворцы и музеи, мосты и переходы.

Вика встретилась с подругой на дворцовой площади.

Лида всю жизнь прожила в этом городе, как и ее родители, и бабушки с дедушками до пятого колена. Знала все его закоулки и каждую знаменитость. Милая девочка, дочь богатых родителей, испытывала странную привязанность к Вике. Лида – красавица и умница, модница и тусовщица. Кроме того, еще и любительница книг и музеев. История – всегда ее конек. В друзьях у Лиды ходили самые разные люди: ботаники, супермены, официантки, модели, медиамагнаты и художники. Лидочка служила живым пропуском на любую тусовку, хотя Вика этим никогда не пользовалась. Лида была ей интересна в первую очередь, как человек. Одним словом, сошлись они, потому что оказались совершенно разными.

– Чудно выглядишь, – заявила Лида, расцеловав Вику в обе щеки.

Вика улыбнулась про себя. Всегда, в любой ситуации Лида всем делала комплименты. Но единственный, кто был всегда достоин комплимента, так это она сама. Загорелая, стройная блондинка. Модная стрижка, огромные зеленые глаза, пухлые (не без гиалуронки) губы, ниточка страз в волосах, безупречный макияж и ногти. Белый плащик и мини юбка. И как она умудрялась носить белое в такую погоду? С самого утра моросил мелкий дождик. Вика всегда носила что-то серое, черное, коричневое. Одним словом, практичное и удобное. Лида же без пятнадцати сантиметровых шпилек из дома не выходила.

– Витька работал над этими картинами два года, – рассказывала Лида, пока они подходили к выставочному залу, – Он очень талантливый. Но мне важно твое мнение. Ты ведь в этом разбираешься. Тебе очень идет эта кофточка. Как прошла твоя смена? А я такую книжку прочитала! Слышала новость? Кулина беременна!

Лида говорила и говорила. По всей видимости, она переживала. Вику, наоборот, успокаивала болтовня подруги. В эти минуты она казалась такой глупой. Но кто любит умных и бесцветных девушек? Никто. Вика знала на своем опыте. Было неприятно, но не смертельно. Вика никогда не ставила перед собой цели выйти замуж. Хотя была уверена, что рано или поздно это произойдет.

Наконец они вошли в зал. Здесь играла приятная музыка, миловидные девушки в форме разносили напитки и закуски. Людей было очень много. В основном богатеи и студенты. Но попадались и залетные, вроде Вики. Едва Миронова увидела картины, забыла обо всем. Такого сочетания красок она не видела прежде. Каждая картина, словно эпизод любовного романа, который может родиться в голове талантливого человека. Способного прочувствовать. Даже обнаженная натура выглядела изящно и волшебно.

Лида отправилась на поиски брата, уж очень ей хотелось познакомить с ним Вику. Та, напротив, не испытывала особого желания с ним встречаться. Ей пока хватало общения с избалованными знаменитостью мужчинами. По этой причине поспешила потеряться, смешаться с толпой.

Виктор Стриженов, помимо своих талантов художника, был очень красивым молодым человеком. Его фото часто появлялось в светской хронике. Но знала его Вика не только по фотографиям из газет. Одна из ее соседок по квартире – Маша, была одержима молодым художником. И готовилась к этой выставке задолго до того, как Вика узнала, что знаменитый Стриженов не просто однофамилец, но еще и родной брат Лиды.

– Привет! Ты что делаешь здесь?

Вика оглянулась, и конечно встретила Машу. Мысленно Миронова поразилась настойчивости своей пассивной и мечтательной знакомой. Внешне Маша была из категории так называемых, тургеневских девушек. Бледная кожа, нежный взгляд, классическая одежда, и строгая прическа. Но содержание было максимально современное. Нежное создание искренне верила в свое совершенство и в наличие прекрасного принца, созданного только для нее, в лице Виктора Очаровательного.

И вот Мария стояла перед Викой, невероятно счастливая оттого, что находится здесь.

– Пришла с подругой…

– Да? А ты видела его?

– Кого? Художника?

– Ну да. Видела?

– Еще нет.

– Черт. Я обошла весь зал. Похоже, его и нет, здесь, – не скрывая разочарования, произнесла Маша.

– Это вряд ли, – отозвалась Вика.

– Викуля, обернись… – послышался голос Лиды.

Вика последовала просьбе подруги, и спиной ощутила немое восхищение Марии, которая впервые увидела своего возлюбленного вживую.

– Знакомься, это мой брат, Виктор. А это Виктория, – Лида широко улыбнулась, – Ух ты, как звучит! Виктор и Виктория.

Витя улыбнулся.

– Очень приятно с вами познакомиться. Признаться, наслышан.

Вика тоже приветливо улыбнулась, предостерегая Лиду одним взглядом от двусмысленных шуток в ее адрес, и подтянула к себе онемевшую от счастья Машу.

– А я хотела бы познакомить вас со своей хорошей подругой, Марией.

Виктор окинул быстрым взглядом девушку и снова улыбнулся. Его улыбки, словно выстрелы, один за другим, сражали Машу наповал.

Он оказался невероятно красивым. Даже Вика не смогла бы это отрицать.

– Ну и как вам выставка, девушки? – спросил он.

И тут Маша пришла в себя.

– Я без ума от вас… вашего творчества, Виктор, – сказал она, и по бледному лицу разлился жаркий румянец.

Но никто этого не заметил, потому что Лида состроила страшную гримасу и произнесла:

– Витька, смотри. Твой звездный друг пожаловал. Идет сюда.

Вика даже не стала оборачиваться, она полагала, что по закону подлости, когда всё, кажется, идет хорошо, явится, не приятный ей человек.

Виктор встретил улыбкой и дружеским рукопожатием Максима Медведева.

3

Лида даже не старалась сделать вид, что рада видеть Медведева. Зато Маша была на седьмом небе от счастья, когда познакомилась с еще одной знаменитостью. Максим вежливо ей улыбался, но когда встретился взглядом с Мироновой, его улыбка несколько померкла. Он был подчеркнуто, холодно вежлив одинаково со всеми тремя девушками. На Вику даже не смотрел. Одним словом, вел себя так, словно эта Вика предлагал ему нечто неприличное.

– На завтра все готово? – спросил Витя.

– Почти. Ты будешь? – отозвался Медведев.

Вика вспыхнула. Воскресенье. Мужская компания и официантки. Ну и чудный день рождения!

– Собираюсь быть, – Виктор взглянул на девушек, – А вы? – обращаясь ко всем сразу.

Вика почувствовала быстрый косой взгляд Медведева в свою сторону.

– Я бы с удовольствием, – послышался голос Маши, – Викуля, ты со мной?

– Нет, у меня работа.

– Ох уж эта работа, – выдохнул Медведев.

Вика взглянула на него. Но актер усталым взглядом окидывал толпу.

– Ты, наверное, забыл, каково это, пахать с утра до ночи, – мстительно сказала Лида.

– Буду рад видеть всех вас завтра на вечеринке, – сказал Максим, улыбнулся, и, кивнув Виктору, отошел.

– Виктория, вы зря отказались. Это будет самая заметная тусовка в этом месяце. Там соберется столько знаменитостей и достойных людей!

– Вроде твоего Медведева? – вставила Лида.

– И не только. Уверен, вам понравиться, – как ни в чем не бывало, продолжал Виктор.

Вика вежливо улыбнулась.

– Сомневаюсь. Не люблю шумные сборища.

– Витя, она, пойдет, – властно вступила Лида, и, подхватив Вику под локоть, отвела в сторону.

– Ты идешь, это не обсуждается.

– Ты шутишь, наверное? У меня завтра смена с двух дня и до пяти утра. У меня нет никакого желания отпрашиваться с работы ради какого-то сомнительного сборища. Тем более работать некому.

Лида надула губки.

– Как ты можешь так говорить? Эти люди – цвет общества, зовут тебя к себе, а ты отказываешься. Хотя поверь, ты самая достойная, из всех присутствующих.

– Я не пойду.