- -
- 100%
- +
"Все дрожат перед наказанием, все боятся смерти – поставьте себя на место другого. Нельзя ни убивать, ни понуждать к убийству"
Будда Шакьямуни (Из Джаммапады, Бандавагга - Глава о наказании)
Екатерина
Мне конец — вот о чем я думала, когда держала окровавленную доску с гвоздём на конце. Мои руки дрожали. Я не знала, что на ней были гвозди. Это был импульсивный и не продуманный план. Мной двигала месть и боль, которую мне причинил тот человек. Человек, что теперь лежал на сырой земле. Я не хотела его убивать. А теперь, я смотрю на его бледно-голубые глаза, застывшие в безмолвии, и светлые волосы, окрасившиеся в бордово-красный оттенок. Его тело застыло и не подавало признаков жизни, вот уже минуту. Вокруг заброшенных частных участков, не было ни единого человека. Как и в день, когда этот парень домогался меня.
Времени оставалось мало, а надо было действовать, как можно быстрее. Я отбросила палку в ближайшие кусты и направилась к телу. Схватила его за ноги и начала тащить в сторону заброшенной хижины, где давно никто не живёт. Он был достаточно тяжелый, но благо, тащить было недалеко. Как только я оказалась с телом на участке, приняла для себя решение, что ближе к ночи возьму папину лопату, из сарая, и закопаю этого человека. А пока прикрою его ветками и остальной листвой внутри хижины, чтобы уж точно никто не заметил.
Дома я так и не смогла нормально поесть, в моей голове крутилась примерно сотня мыслей о том, что меня поймают. Что родители уже обо всём догадались и скоро меня ждёт тюрьма. Я вся тряслась и дергалась от этой мысли.
«Боже, пусть он очнётся и уйдёт домой. Пусть всё это будет просто сном и ночью я там никого не обнаружу. Пусть это будет моей больной фантазией. Господи, если ты есть помоги! Я ничего так сильно не хоте…» - чья-то ладонь опустилась на моё плечо в этот момент. Время замедлилось, а сердце начало ускорено биться. На секунду я застыла и лишь потом обернулась. За моей спиной стояла мама, вопросительно смотря на меня.
- Катя, с тобой все хорошо? Ты, какая-то бледная и свой суп не съела - её карие глаза с заботой смотрели на меня, пока в моей голове проносился вихрь всевозможных мыслей, которые я не могла ей сказать.
- Просто, у меня сейчас нет аппетита, вот и всё - ответила ей, заправляя свои тёмные волосы за ухо. Мне было душно, и я больше не могла сидеть за столом. Надо было поскорее вернуться в свою комнату и продумать дальнейший план действий.
Как только я поднялась, моя мама устала вздохнула и произнесла: Я знаю, что тебе нелегко. У тебя такой возраст, когда тебе проще держать всё в себе, нежели мне рассказать. Но я хочу, чтоб ты знала, чтобы не случилось, ты всегда можешь обратится ко мне.
Я слегка усмехнулась этому, а в голове всё вертелась мысль «А что, если бы ты узнала о том, что я убила человека? Как бы ты говорила тогда»
Мне пришлось подождать несколько часов, пока родители уснут. Я не принимала душ и толком не ела. Я чувствовала себя грязной и ужасной. Я была отвратительна. Последний раз, когда я чувствовала себя так, было месяц назад. Именно тогда произошёл тот страшный инцидент.
Начало
"Сущность закона — человеколюбие"
Уильям Шекспир
Месяц назад…
Екатерина
Думаю, нужно начать с начала. А именно - с того самого момента, когда я поняла, что мой друг - не тот кем кажется.
В нашем мире всё изменилось, когда наступила угроза вымирания. Человечество перестало воспроизводить новое потомство. Как бы государство ни старалось поднять демографию, ничего не помогало. Большая часть людей потеряла всякую надежду - на светлое будущее, на счастливую любовь, на крепкую семью.
И тогда природа распорядилась за всех. Наш вид начал прогрессировать - с каждым новым рождённым человеком на свет. Появились новые виды, которые были приспособлены для продолжения потомства. Их было три, которые определялись по группе крови: Альфа, Бетта и Омега. Совершенно новые и не похожие на обычного человека существа.
Альфы являлись более крепкими в отличие от других видов. Они не имели хронических заболеваний и чаще всего не страдали от физических открытых ран. Этот вид выделялся на фоне остальных своими лидерскими качествами и полным отсутствием эмпатии - классические психопаты, которым чуждо любое проявление чувств. Но именно партия с ними гарантировала сильное и главное здоровое потомство в дальнейшем.
Конечно же, был и нюанс. Они действовали чисто на звериных инстинктах. И большая часть альф, являлись лишь распространителями своего семени. Их вид не был привязан к семье. Они служили лишь для того, чтобы наша планета не опустела и продолжала функционировать дальше. Были и исключения в истории, когда альфы находили, пару на всю жизнь. Но это был лишь небольшой процент, от всех живущих на планете людей.
Именно по этой причине, альфам разрешалось заводить несколько жён сразу. А некоторые влиятельные личности этого вида, имели и свои гаремы. Хоть большая часть людей и была против подобного, им никто не смел перечить.
Альфам было дозволено даже при желании брать женщин силой. Если та им приглянулась, никто не мог пойти против этого.
Таким образом возникло беззаконие, где у женщин оставалось очень мало прав на отстаивание своих границ. Мужчины - альфы могли иметь любую, даже в публичном месте, и им ничего не грозило.
И лишь через какие-то пять лет - ситуация достигла краха. Женщины бетты и омеги начали умирать. Большинство заканчивали жизнь самоубийством после того, как над ними надругался неизвестный альфа. Некоторые топились, другие вешались, а третьи спрыгивали с крыш домов. Всё могло закончиться плачевно для нашего вида, если бы не вмешалось государство. Оно постановило, что теперь альфы и остальные виды будут разделены. Лишь после согласования можно будет вступать в брак, а уж тем более сношаться. Исключениями являлись высокопоставленные личности, которые закупались пропусками на несколько поколений вперёд, чтобы планировать расширение своих семей в будущем.
Что же подразумевает собой разделение? Виды могли спокойно учиться и жить, как раньше, только теперь построили отдельные учреждения для учёбы и также жилые кварталы для проживания. Бетты и омеги вместе находились в одном месте, а по достижении совершеннолетия получали пропуск и могли поступать в межвидовые вузы. Но и там тоже были свои нюансы. Например, отдельные ветки метро и автобусные остановки.
Даже с учётом всех правил, альфы продолжали гнуть свою линию. И тогда по жилым кварталам, среди омег и бетт, начали ходить неприятные слухи. Что богатые альфы жили среди них, в поисках следующих жертв. Я не верила в это до последнего момента, пока не случился тот инцидент.
- Привет, Катя! - поздоровался мой друг Максим, выходя из своей калитки. Его дом находился напротив моего, и мы постоянно ходили куда-то вместе. Этот случай не стал исключением.
- Привет, Макс. Как поживают твои родители? - сразу же спросила я, подбежав к нему поближе. С Максом мы дружили с самого детства. Вместе росли, учились в одной школе и даже в университет поступили на один факультет. Наши родители тоже были знакомы друг с другом, и поэтому особых проблем не было.
- Ты же знаешь! Отец как всегда в командировке, а мать она сидит дома постоянно. Либо же ездит в гости к подруге. Как обычно - ничего нового! Вот ты скажи, как у тебя дела? - заулыбался парень, сверкая своими голубыми глазами. Максим был для меня самым симпатичным человеком, которого я только знала. Для бетты он был на удивление очень сильным и мускулистым. С самого детства обгонял всех в росте и силе. Мне даже как-то было неловко на его фоне. Он являлся для меня скалой, опорой, которую ничем не сломить.
Бетты как вид не особо отличались ото всех. Они были обычными людьми со своими мечтами и интересами. Так же как и все, они могли заболеть и слечь с температурой. Максим был не исключением. Как минимум раз в пару месяцев, он уходил на больничный. Засиживаясь дома и не впуская меня. Я могла только с ним изредка переписываться в такие моменты, передавая домашнее задание дистанционно.
Омеги, были в моём окружении ещё теми нытиками. Часто жаловались на то, что раз в месяц им приходится бороться с ужасной течкой, которую можно только пережить, либо же устранить симптомы с помощью таблеток. Да, большинство из них были очень утончёнными и элегантными, это заставляло меня на их фоне выглядеть, словно бомж с улицы. Длинные чёрные волосы, собранные в небрежную косу, и карие, почти чёрные глаза делали меня устрашающей, но никак не красивой и милой. Из нашего дуэта обаяшкой был мой друг. Он был блондином с прекрасной шелковистой шевелюрой. Его широкая улыбка и оптимизм, вдохновляли большинство людей на что-то. Пока я пессимистично глядела на мир, сквозь чёрные очки.
- У меня как обычно. За вечер ничего не изменилось. Мы с тобой так часто видимся, что ты наверняка знаешь абсолютно всё, что происходит в моей жизни, - произнесла, наблюдая за тем, как Макс смотрит на свои наручные часы. В такие моменты, как этот, я даже задумывалась над тем, какого это с ним встречаться. С таким лучезарным и светлым человеком. Но потом осекалась. Было неприятно осознавать, что я для него слишком низкого уровня.
Моя семья была намного беднее его. Учитывая, что на дом мои родители накопили с трудом, чтобы просто съехать из опасного квартала. Первое время мы даже жили в обычном металлическом вагончике, чтобы выжить. Наш дом тогда был только на стадии фундамента, и приходилось жить не в благоприятных условиях. И это было ужасно.
- Не абсолютно всё. Например, - Макс призадумался, глядя на тёмные тучи, что заволокли небо: Я не знаю, как ты спала, и что тебе снилось. Может быть, ты совершенно не выспалась и поэтому идёшь такая угрюмая. Или же ты голодна и идёшь совершенно уставшая.
- Не переживай, всё хорошо. Если ты будешь ещё это знать, то это больше будет похоже на отношения, нежели на дружбу, - толкнула я в бок этого крепыша, а потом довольно улыбнулась.
- Да? Даже не думал об этом. Ведь я "тупой качок" - подчеркнул он последние слова особенно чётко. Я же на это только закатила глаза от недовольства. Однажды из моего рта, случайно вылились эти слова, когда Макс затупил на контрольной. Но потом я, конечно, извинилась.
- Да иди ты, - надула губы, от чего друг тут же разразился громким смехом.
В то осеннее утро, я ещё не подозревала, что вечером на меня свалится жестокая правда, которая изменит моё представление о дорогом друге.
Инцидент
"Знаки и символы правят миром, а не слово и закон"
Конфуций
Екатерина
Я родилась в семье бетт. Мама и отец были из одного вида. Как рассказывала мама, никто из их семьи не был ни омегой, ни альфой. Все они были урождёнными беттами. Поэтому мне было тяжело понять знакомых омег. Я не переживала течку и не думала постоянно о поисках симпатичного альфы. Мне всё это было чуждо.
Часто я общалась с омегами, которые мечтали обрести истинную пару. Ведь при таком раскладе они не смогли бы испытывать эту ужасную ломку на протяжении нескольких дней. Истинность хоть и была проклятием на всю оставшуюся жизнь, но при этом она была гарантией, что ты становишься человеком без течки. Эта ломка проходит. Ты живёшь обычной жизнью, не беспокоясь о приобретении таблеток. Ты превращаешься в собственность альфы. Источаешь его запах. Сидишь под защитой, производя новое потомство.
Сама мысль об этом меня раздражала. Я не хотела становиться чьей-то будущей подстилкой или инкубатором, для рождения новых людей. А пропаганда в средствах массовой информации, лишь закрепляла эту мысль в моей голове. Государство предлагало кучу программ по улучшению качества жизни. Но, конечно, всё это было с условием - если ты беременна. А если у тебя двое детей, то вот тебе сразу и жильё с неплохой машиной. Но вот если ты обычная восемнадцатилетняя девушка, из бедной семьи без мужа, то срочно беги на свидание и ищи себе спутника жизни, иначе от государства, получишь только кукишь с маслом.
Меня такое в корне не устраивало. Я хотела жить и не думать о том, что меня ждёт в будущем. Какую работу выбрать, чтобы платили и не требовали от меня немедленного поиска партнёра? Какое образование получить, чтобы стать достойным человеком в обществе?
Множество вопросов беспокоило меня каждый день. И только одно грело мою тёмную душу - то, что я не омега.
Но даже казалось бы, в таком простом вопросе, я должна была знать ответ. Верно? Оказывается нет. Я и понятия не имела, какого именно я вида.
- Слушай, кем бы ты хотела стать в будущем? - спросил однажды у меня Макс, когда мы сидели у него в комнате и рубились в "Монополию". Мы тогда только перешли в одиннадцатый класс.
- Какой философский вопрос, однако! Я не знаю! Вероятнее всего - прорабом.
- Зачем такой утончённой девушке, идти на такую тяжёлую мужскую профессию? - возразил Макс, переставляя свой башмачок на следующую клетку, пока я подсчитывала свою прибыль из фальшивых купюр.
- Во - первых, нет разделения на женскую и мужскую профессию. Это немного старомодно звучит. А во - вторых, мне нравится процесс проектирования и застройки в целом. Так что пойду по этому пути - я давно собиралась учиться на эту специальность. Изучала летними вечерами чертёжные программы и экзамены, которые придётся сдавать при поступлении.
- Тогда, я поступлю вместе с тобой - заключил мой друг, перебирая в руках карточки с недвижимостью на игровом поле. Я изумлённо взглянула на парня. Его густые светлые брови были нахмурены из-за сосредоточенности, с которой он просматривал все купленные улицы. Мне показалось это весьма забавным.
- Зачем? Ты не обязан поступать туда, куда и я.
- Считай, что я тоже хочу поступить на прораба.
- Но ты же ничего не смыслишь в строительстве? Даже чертить толком не умеешь - и это было правдой. Максим при всех своих физических данных, ничего не смыслил в строительстве. Он даже банально забить гвоздь самостоятельно не может и поэтому каждый раз зовёт на помощь меня, когда нужно полку повесить.
- Какая разница? Просто я хочу быть рядом. И всё! - выпалил Макс, убирая волосы назад. Его голубые глаза в тот момент, были подозрительно сильно расширены. Чёрные зрачки напоминали дыры, засасывающие небесный цвет, который их обрамлял. Это выглядело по - своему прекрасно и утончённо и я прикусила губу, от переполнявшего восхищения.
- Забудь! Твой ход - прервал мои размышления Макс, прикрывая своё лицо руками. Я увидела лишь на мгновение, как его уши покраснели. В тот момент мне показалось, что парень влюблён в меня. Но это было ошибкой. Ужасной ошибкой.
Тот осенний вечер ничем не отличался от других. Мы возвращались вместе с Максом из университета совсем одни. Вокруг ни души. Лишь тусклый свет уличного фонаря озарял нам этот путь.
В нашем районе был огромный заброшенный отель. Он находился на перекрёстке двух дорог. Массивные, бетонные стены разделяли его с остальной местностью. Никто не решался в него заходить, так как там часто обитали наркоманы и бездомные люди. И не все они были дружелюбными.
Этот перекрёсток с отелем, был единственным местом, где не было освещения. Тут находились заброшенные дома, в которых уже как минимум двадцать лет никто не жил. Поэтому уличное освещение здесь полностью отсутствовало.
Каждый раз, когда мы проходили это небольшое расстояние вместе с Максом, я держалась рядом. Не отставала от парня. Мне не хотелось, чтобы меня загрызли бродячие собаки, или изнасиловали местные наркоманы. Но в тот вечер мне стоило опасаться того, кому я больше всего доверяла.
Как только мы попали в тёмную зону, Макс резко остановился согнувшись пополам. Я сначала этого не заметила из-за беспросветной темноты, которая была на улице, поэтому и продолжила свой путь, не смотря ни на что. И только спустя пару метров я ощутила: что-то не так!
Меня не покидало чувство наступающего страха, которое смотрело мне в спину. Я обернулась и окликнула своего друга: Макс! Ты там как? Что-то случилось?
Послышалось рычание, похожее на звериное, и я начала пятиться назад. Сначала меня посетила мысль: "Наверное это бродячий пёс, который собирается напасть". Но это было не так. Из темноты показались голубые знакомые глаза, которые светились как в ультрафиолете. Я замешкалась, но отступать дальше не стала. Это был Макс. Его массивная фигура прослеживалась в тёмном переулке.
- Макс! Что такое? - спросила я не своим голосом. Мне было страшно и жутко от его пристального взгляда. Казалось, на меня смотрел зверь, а не человек. И это пугало до жутких мурашек по коже.
- Беги, - хрипло пробормотал парень, обхватив себя за плечи, будто удерживая силу, что сочилась изнутри.
- Что? - переспросила, находясь в состоянии паники. Я не знала, что происходит с моим другом. Его реакция пугала и заставляла сжаться всё внутри. Я ощущала каждой клеткой своего тела, что всё идёт не так. Что Макс ведёт себя не так.
В тот осенний вечер, парень сорвался на меня с характерным рычащим звуком, в котором послышался голос разума. Но лишь на миллисекунду. И этого времени мне не хватило, чтобы спрятаться в своём собственном доме.
Яркий свет, твоих адских глаз
"Где нет закона, нет и преступления"
Апостол Павел
Екатерина
В нашем мире всё было сложно устроено. Из-за дел прошлого, люди сконцентрировались на продолжении рода в будущем. Поэтому не многих женщин в нашем мире интересовала карьера, так как всё равно она сводилась к одному. К беременности и дальнейшему декрету. Именно поэтому многие работодатели не брали женщин на работу. Знали к чему всё идёт.
Иногда, сидя на уроках ещё в школе, я жалела, что родилась девочкой. Каждый день мне приходилось выслушивать мантры от учителей, что наше поколение сможет наконец-то восполнить недостатки прошлого. Нам часто выдавали брошюры о правильном выборе кандидатов в мужья, либо же действия по определению истиной пары, если такая имелась. И каждый раз, я выбрасывала те в мусор, даже не посмотрев.
- Что снова выдавали те пресловутые брошюры? - спросил меня однажды Макс на перемене, приобнимая за плечи. Он всегда это делал, чтобы меня приободрить. Ведь каждый раз его медвежьи объятия вызывали у меня бурную реакцию, сопровождающуюся гневному кряхтению, после чего парень разрывался от смеха.
- Да. А как ты догадался? - поинтересовалась я, глядя на самодовольную морду крепыша.
- У тебя всё на лице написано, глупая, - Макс ткнул пальцем в мою щёку, после чего отпустил: Тяжело не догадаться, когда ты идёшь с кислой миной.
- Ты просто слишком хорошо меня знаешь.
- Хм. Что правда, то правда. Ну и что в этот раз тебя расстроило? - уточнил Макс, не сводя с меня своего пристального взгляда. Он всегда во время разговора смотрел на меня с непередаваемым интересом, который мне было тяжело прочитать.
- Что меня принимают за инкубатор!
- Зачем же так грубо? Это не так...
- Ну а как ещё объяснить, что каждый раз мне под нос суют, что по достижении восемнадцати лет мне нужно уже обзавестись парнем, который в последствии станет моим мужем и отцом моих детей! - я пыхтела вся от злости, сжав руки в кулаки.
- Поверь, этого не будет! Тебе не придётся искать мужа и к тому же, ты ведь хотела поступить в университет. Так что придерживайся этого замечательного плана. Хорошо? - попытался меня успокоить Максим, поглаживая по волосам своей огромной рукой.
- Возможно, ты прав. Пожалуй сосредоточусь на поступлении!
- Умничка! Так держать! - с широкой улыбкой произнёс мой друг, провожая до следующего кабинета.
В тот момент, я не задумывалась о том, как смогу избежать участи обзавестись в будущем парнем. Меня эта тема бесила и волновала в самую последнюю очередь. Я знала, что пока Макс со мной рядом, мне это не грозит. Но оказалось всё было куда проще. Мой будущий избранник был прямо под носом, освещая мне путь своими голубыми глазами, которые вскоре меня погубили.
Я смогла пробежать лишь пару метров, после чего мой друг настиг меня. Дыхание сбилось в комок, который образовался в горле. Я всеми силами пыталась откашляться. Но ничего не получалось. Сердце билось в груди, отбивая ритм словно в барабан. Тук! Тук! Я задыхалась в темноте, ощущая грудью холодную бетонную стену, которая была возведена вокруг заброшенного отеля. Запястья гудели от сильной и мощной хватки парня. Он свёл мои руки накрест, прижав их к бетонному ограждению, пока его твёрдое достоинство утыкалось в мои ягодицы с характерным напором.
Я рыдала, не в силах стереть свои слёзы о рукава куртки. Просто стояла, ощущая готовность парня отыметь меня в этом месте.
- Макс! Пожалуйста, отпусти! - молила в надежде, что друг услышит меня. Или по крайней мере то, что от него осталось.
Макс ничего не отвечал, лишь уткнулся своим носом в мои волосы, вдыхая их аромат. Я дёргалась в надежде, что его руки соскользнут, но всё выходило ровно наоборот. Он сжал их до такой степени, что мне послышался хруст, а потом и резкая боль.
- А! - заорала от невыносимой боли, которая пронзила мои бедные запястья. Похоже, он что-то мне сломал. Возможно одну из рук, которая предательски онемела и отзывалась болью в фалангах пальцев.
Но даже это, не остановило Макса, от приставаний. После обнюхивания моих волос, он опустился к шее. Кусал и засасывал мою нежную кожу, которая отдавалась дикой пульсацией по телу. Меня тошнило от страха и головокружения, что резко настигло, после пролитых слёз. А может это был болевой шок? Я не знала! Ничего не знала и просто сходила с ума, ощущая как властная рука парня расстёгивает мою куртку.
Горячие твёрдые пальцы, без труда преодолели мешковатую толстовку и даже чашки лифчика, который он бесцеремонно стянул вниз, оголяя мою грудь. Я орала и надеялась, что кто-нибудь из прохожих услышит меня, если будет проходить мимо. Но никто не приходил. Не отзывался. Не оттягивал парня от меня.
Я лишь ощущала, как Макс до боли сжимает мою левую грудь, оттягивая сосок. Больно. Тяжело. Мучительно. Жарко.
- Какая же ты сладкая! Моя девочка! - постанывал Макс мне на ухо, толкаясь, имитируя половой акт. Я продолжала плакать, прикусив нижнюю губу до металлического привкуса на языке.
Тем временем, рука парня, продолжила свой путь к моим джинсам. Он поддел пальцами застёжку и с лёгкостью опустил вниз, проникая внутрь. Я дёргала бёдрами из стороны в сторону, чтобы сбить его с пути, но этим только сильнее раззадорила.
- Сейчас... Сейчас, подожди сладкая, я немного помассирую, а потом войду в тебя. Не переживай, - хрипел Макс, прикусывая уже воспалённое место на шее. Я вновь простонала от боли, что пульсировала на коже. Слёзы градом скатывались вниз, оставляя след на бетонной стене.
Пальцы Макса не медлили, они стремительно нашли кромку трусов, и вскоре его рука оказалась прямо на моём лобке. Горячая и твёрдая, она лежала между моих ног, потирая и скользя всё ниже. Пока по итогу не оказалась у входа во влагалище. Я закричала, словно дикая кошка, вновь и вновь толкая в пах парня. Но ему было всё не по чём. Он смеялся и гоготал мне на ухо, вызывая в моём теле всё большее отторжение.
- Я вижу ты очень упёртая. Милашка! - прохрипел Макс, сместив свою руку с моих запястий на затылок. Он погрузил свои пальцы между локонами, слегка оттягивая их назад до зуда и боли у корней.
- Нет! Нет! Нет! Отпусти! Прошу! Отпусти! - но мои слова будто эхом отражались в переулке, пока пальцы парня входили в меня, вызывая боль между ног. И тогда я отчаялась. Слёзы перестали течь, когда жжение возникало от каждого толчка. Он не удосужился даже позаботиться о том, чтобы мне было комфортно. Парень начал ласкать меня сразу двумя толстыми пальцами, растягивая узкие стенки. И этого было слишком много. Я не выдерживала. Моё состояние окончательно скатилось в бездну. Голос охрип от частых криков и всхлипов. Слёзы высохли оставив лишь мрачный след на щеках. Я ощущала себя мёртвой изнутри, но при этом была живой, чувствуя боль сразу в нескольких местах. Всё погрузилось в плотный туман. Постанывания Макса были глухими и происходили где-то далеко и не со мной. Как и хлюпанье, которое было между ног. И только случайность помогла мне выйти из транса.