День Святого Валентина

Тонкие лучи пробивались сквозь серые тучи и оседали на витиеватых изломах снежинок. Яркий солнечный свет причудливо искрился на их неповторимых, сложных узорах. Рита спешила на работу, но на пару секунд всё же остановилась, чтобы полюбоваться этим белоснежным великолепием.

Крохотные льдинки мягко опустились на ее щеки и едва ощутимо обожгли кожу. Девушка улыбнулась. «Этот день точно будет особенным, ведь сегодня День Всех Влюбленных, и даже в воздухе витает ощущение праздника и бесконечной любви!»

Рита была одинока. Прошел уже год, как она рассталась со своим парнем Мишей. Всё случилось в прошлый День Святого Валентина. Парень пригласил ее к себе: на столе ждал изысканный ужин, горели свечи, играла ее любимая музыка. Сердце девушки взволнованно забилось в груди от предвкушения чего-то волшебного.

Михаил был галантен, подарил огромный букет красных роз и весь вечер делал ей комплименты. Рита чувствовала, что он готовится к чему-то важному, что-то особенное хочет ей преподнести. Она с улыбкой ждала того момента, когда Миша решится, но парень не спешил.

Ужин под комплименты и шампанское закончился в постели. Молодой человек в этот раз был особенно нежен и изобретателен, старался доставить ей ни с чем не сравнимое удовольствие, а когда они, наконец, разорвали объятия и упали на простыни, тяжело дыша и глядя в потолок, Михаил сообщил, что… расстается с ней.

– Зачем тогда это всё?! – Изумилась Рита, не веря своим ушам.

– Ты заслужила этот вечер. – Великодушно развел руками парень. – К тому же, отец учил меня, что нужно рвать отношения красиво. Чтобы девушка запомнила этот день навсегда!

И Рита запомнила.

Нет, она не поменяла своего отношения к этому празднику. Не вычеркнула его из календаря, просто оставила в памяти воспоминанием чего-то нелепого и не особо приятного.

«Это не плохой знак, – думала девушка, – что Миша бросил меня именно в День Святого Валентина, совсем не плохой. Возможно, я встречу свою судьбу именно сегодня? И тогда жизнь продолжится, как будто и не было того невыносимо унылого года одиночества, который она провела одна».

Рита вошла в кофейню с черного хода и приветливо улыбнулась пекарям:

– Доброе утро, девочки! С праздником!

Те трудились над праздничной выпечкой с пяти утра и выглядели уже разрумяненными и порядком уставшими.

– Привет, подруга! – Махнула ей с кухни повар Катя.

– И тебя с праздником! – Отозвались остальные женщины.

– Что у нас сегодня? – Сбросив пальто и надев форменный передник, поинтересовалась Рита.

– Уже выложили на витрине. – Катя проводила ее в зал и указала на полку. – Крендель в форме сердца, маковик-сердечко, ванильные купидончики, сердечная булочка с курагой, праздничный рогалик, парное печенье.

Она всё говорила и говорила, а Рита пьянела от пряного запаха корицы, нежного аромата ванили и сладкого пара, идущего от свежей выпечки.

– Просто потрясающе! – Оглядела прилавок девушка. – Сейчас быстренько раскидаю ценники.

Катя удалилась в кухню, а затем вернулась с двумя пустыми чашками. Они любили вот так посидеть вдвоем перед открытием, глядя в окно на заснеженный город, спешащих на работу пешеходов, и поболтать о своём, о девичьем.

2

Рита быстро навела порядок в небольшом зале кофейни. Обычно она прибиралась по вечерам, перед закрытием, но утром всегда всё перепроверяла – такой уж у нее был характер. Девушка вытирала пыль, поправляла стулья, расставляла салфетницы, досыпала сахар и соль в солонки, проветривала помещение.

Но первым делом Рита включала не кассу и не радио, сперва она всегда занималась кофе-машиной. Кому-то это показалось бы глупостью, но у девушки на этом был пунктик – она чувствовала свою ответственность за то, как начнется утро у горожан, которые посетят этот уютный уголок ранним утром.

Она не ленилась: проверяла свежесть молока и дату обжарки зерна, тщательно мыла кофейный аппарат и всегда с удовольствием колдовала над идеальной пушистой пенкой на капуччино для каждого клиента, даже самого вредного и ворчливого. А еще Рита всегда запоминала предпочтения постоянных гостей – просто она любила свою работу.

Ну, а в последнее время появилась и еще одна причина особо трепетного отношения к кофе-машине. Андрей. Мужчина лет сорока, или около того. Высокий, статный, с аккуратной темной бородой, лучистыми карими глазами и улыбкой, способной свести с ума любую представительницу слабого пола. И что важно – без кольца на безымянном пальце.

Нет, они не были знакомы официально, хотя и частенько перекидывались парой фраз о погоде или свежести выпечки. Рита знала его имя, потому что оно было написано на банковской карте, которой он обычно рассчитывался.

Впервые Андрей появился в этой кофейне около полугода назад. Она сразу обратила внимание на красивого незнакомца: тот с любопытством осматривался внутри, одобрительно кивал, разглядывая детали интерьера, и живо интересовался ассортиментом хлебобулочных изделий. Ему это заведение было явно в новинку, но с того дня мужчина стал появляться у них каждый день.

Он приходил по утрам, всегда в одно и то же время – в семь сорок пять. Кофейня открывалась в семь тридцать, и к его приходу горячий, ароматный кофе был уже сварен, оставалось только налить его в высокий, плотный стаканчик «на вынос». Андрей всегда брал именно капуччино: триста миллилитров, пол-ложки сахара, – Рита знала это как «Отче наш».

Она ужасно волновалась, но всякий раз с огромным трепетом ждала того момента, когда мужчина войдет в кофейню, одарит ее знакомой улыбкой и попросит свой кофе. Рита ощущала особую ответственность: ведь этот приготовленный ее заботливыми руками капуччино помогал ему взбодриться с утра, а, значит, именно встреча с ней, с Ритой, ассоциировалась у него с чем-то правильным и приятным.

Пока она наливала кофе, мужчина обычно проверял свой телефон. Рита гадала: а вдруг он тоже стеснялся ее? Но потом, когда подавала ему стаканчик, они всегда перекидывались парой ничего не значащих фраз о том и о сём. Если он шутил, ее щеки вспыхивали, а если сетовал на ужасную погоду, шутила она – и тогда уже у него румянилось лицо от смеха.

Иногда он заходил и вечерами, тогда Рита оживлялась: предлагала ему свежую выпечку, аккуратно складывала ее в пакет и представляла, как он будет есть эти пирожки и булочки и думать о ней. Такие дни были для девушки особенными, ведь ей казалось, что мужчина приехал именно из-за нее. Рита полагала, что это может быть и вовсе не так, но ей нравилось фантазировать, ведь это делало ее жизнь не такой серой.

Вообще, она не знала, влюбленность ли это, или простой интерес к немолодому посетителю кофейни, и даже не пыталась анализировать. Эта симпатия к Андрею, ежедневное ожидание его прихода, желание скрасить его день чашечкой горячего кофе и добрым словом – они делали ее жизнь наполненной, ведь ощущать, как внутри тебя живет что-то теплое и прекрасное, всегда волнительно и радостно.

Рита понимала, что нужно всё же как-то обратить на себя его внимание. Она была для Андрея всего лишь работником кофейни, а это почти то же самое, что кассир в супермаркете по соседству или аптекарь, у которого ты обычно покупаешь пластырь. Но что она могла сделать такого, чтобы он ее заметил?

– А ты возьми, да пригласи его куда-нибудь! – Посоветовала Катя.

– Как? Вот так взять и пригласить?

– Ну да. Или, не знаю, – повар пожала плечами, – заведи разговор на личную тему, спроси что-нибудь, намекни, что ты существуешь! Вдруг он и сам смущается к тебе подкатить?

– Хорошо… – неуверенно ответила Рита.

– А вот и он! – Спохватилась Катя, вскочив со стула.

Она махнула рукой в сторону окна и тут же скрылась за дверью служебного помещения.

Рита судорожно глянула в зеркало и поправила выбившийся из-под форменной шапочки локон. Мысленно она приказала своим рукам не дрожать. Прозвенел колокольчик над входом, и идеальный мужчина вошел в помещение.

3

– Доброе утро! – Просияла Рита, поднимая взгляд от кассового аппарата.

Что ему сказать? Поздравить с праздником? Но будет ли это уместно?

– Доброе! – Отозвался мужчина.

Кажется, она опять забыла, какой же он красивый.

– Кофе? – Улыбнулась девушка.

Андрей кивнул.

Сегодня он выглядел немного хмурым и невыспавшимся, но даже это не могло его испортить. И у Риты привычно перехватило дыхание. Всякий раз их встречи проходили быстро и ярко, точно вспышка света: она не помнила, что говорила, делала всё на автомате, а ее пульс громко стучал в висках, мешая соображать. И уже после того, как он выходил со стаканом кофе в руках, а затем и в течение всего дня девушка медленно восстанавливала в памяти все слова, движения, звуки голоса и с удовольствием смаковала каждую мельчайшую деталь очередной короткой встречи.

– Да, спасибо. – Кивнул Андрей.

И чтобы скоротать время, достал из кармана смартфон и уткнулся взглядом в дисплей.

«Нужно что-то сказать! Что-то сказать!» – кричало сознание Риты.

Но что?

– Может, добавить сироп? – Брякнула она и моментально покраснела.

– Сироп? – Он поднял на нее свои невозможно красивые черные глаза.

– Да. – Рита сглотнула и, комкая край фартука, стала перечислять. – Кокосовый, банановый, вишневый… Амаретто? Или, может, имбирный пряник? Всего их около двадцати… – И нервно махнула в сторону небольшой витрины рядом с кофе-машиной.

– А-а… – Протянул мужчина. –Нет, спасибо! – Он тряхнул головой. – Нет, кофе я беру для жены, а она, знаете ли, предпочитает исключительно классику. – Андрей сделал шутливо-виноватое лицо и наклонился к прилавку. – Привереда. – Объяснил он.

– А, понятно… – Натянула на лицо улыбку Рита.

Кивнула и отвернулась к аппарату.

Мир рухнул, руки дрожали и упрямо не желали подчиняться. Она медленно цедила выдох через ноздри – не дай бог, тот получится похожим на всхлип! Но профессионализм и отточенность движений сделали свое дело: она не пролила ни капли напитка, сделала всё в лучшем виде. Повернулась к нему и даже усмела вежливо улыбнуться.

Андрей рассчитался и взял кофе:

– Большое спасибо!

– Хорошего дня… – Тихо сказала Рита, провожая его взглядом.

Маленькая уютная сказка, которая помогала ей держаться на плаву в мутной реке жизни, рассыпалась в прах. Сразу стало как-то обидно, холодно и неуютно: зачем он улыбался ей всё это время? Просто потому, что вежливый? Ну и козел!

Рита чуть не разрыдалась. Она прекрасно понимала, что Андрей ни в чем не виноват, это всё она, сама! Сама придумала, сама поверила, сама влюбилась! Ждала его прихода каждый день, жила воспоминаниями о встречах, воссоздавала в воображении каждую деталь, каждое слово, бережно хранила их на особой полочке в собственной памяти и при случае, например, перед сном, доставала и снова прокручивала.

«Дурочка!»

Девушка рухнула на стул и уже собиралась разреветься, как в кофейню пожаловало еще несколько посетителей. Рита встала, шмыгнула носом и приветственно улыбнулась.

– Доброе утро!

В душе было так пусто, что она практически слышала звон этой пустоты, царапающей сердце. В этот миг девушка поняла: пожалуй, вот теперь она на самом деле ненавидит этот чертов День Святого Валентина.

4

Андрей сел в машину и протянул жене кофе.

– Спасибо! – Шепотом поблагодарила она, вставила в прорезь на крышке стакана трубочку и продолжила важный разговор: – Да! Да, Тамара Михайловна, груз срочный и очень важный! Я всё понимаю. Нет. Нет, он должен прийти в срок, это принципиально!

Мужчина пристегнулся и многозначительно посмотрел на жену. Его взгляд говорил: автомобиль и с места не двинется, пока она тоже не застегнет ремень.

– Тамара Михайловна, миленькая, не заставляйте меня умолять вас! – Продолжала жена. Вдруг она поймала взгляд мужа и недовольно закатила глаза. – Вы сами знаете, в моем положении нельзя нервничать, давайте вы что-нибудь придумаете, а я буду вам очень-очень благодарна?

– Инна, ремень. – Настоял Андрей.

– Вот спасибо, Тамара Михайловна! – Женщина знаком дала понять, что ее руки заняты: в одной стакан с кофе, в другой телефон. – Вы – золото! Я очень рада!

Мужчине пришлось самому изловчиться так, чтобы дотянуться до ремня и аккуратно пристегнуть жену.

– А что у нас с контрактом по хладокомбинату? – Опять включила командирский тон Инна. – Слушайте, если опять накроются холодильники, то кто станет возмещать компании ущерб? Пусть займутся ремонтом! К тому же, еще один такой косяк, и заказчики найдут других перевозчиков!

Андрей вздохнул и тронул автомобиль с места.

В этом была вся его Инна! Она отказывалась пристегиваться, чтобы обезопасить свою жизнь и жизнь их будущего ребенка, упрямо отстаивала своё право пить кофе на позднем сроке беременности и не собиралась бросать работу, которая отнимала практически всё её свободное время.

– Ты родишь прямо в офисе. – Предупреждал он ее.

– Отлично! – Парировала Инна. – Значит, тут же смогу приступить к своим профессиональным обязанностям.

И Андрей на нее не обижался, он уже привык и всё понимал. Да, его жена была заместителем директора транспортной компании. Она была незаменимым работником, умела разруливать самые сложные ситуации и редко брала отпуск. Ей попросту казалось, что в офисе без неё всё непременно развалится. Так и происходило – стоило им уехать на неделю на море, как тут же начинались проблемы: от поломок фур до грязных фокусов конкурентов, уводивших у них клиентов прямо из-под носа.

Тут хочешь-не хочешь, поверишь в то, что только под руководством его Инны работа на предприятии кипела и спорилась. Потому Андрей и не роптал на судьбу, что ему приходилось больше заниматься домом и их дочерью, чем принимать пациентов в своем маленьком массажном кабинете при городской поликлинике. К тому же, был и еще один фактор: жена попросту зарабатывала больше него. В несколько раз.

Нет, он не чувствовал себя уязвленным, ничего такого. Есть у супруги возможность приносить в дом хорошие деньги, так зачем же от нее отказываться? Он даже ощущал гордость за то, что его Инна была ценным работником и всегда держала себя в форме, но проблемы в их семье, конечно, были.

5

Они поженились сразу после школы. Как говорится, по залёту. Нет, не подумайте, там были настоящие чувства, и всё такое, но беременность будущей жены стала шоком, как для самой пары, так и для их родителей, пророчивших обоим большое будущее. Которое, разумеется, состоялось не сразу.

Инна вынуждена была учиться заочно, а Андрей после лекций в мединституте подрабатывал на стройке. Помощи от родителей не было, поэтому жили они в комнате общаги, питались чем придется, водились с ребенком по очереди и спали тоже, как бог на душу положит: где присел, там и уснул.

За эти несколько лет Инна научилась первоклассно штопать носки, а Андрей мастерски стирал пеленки и мыл полы. Другие давно бы возненавидели и друг друга, и эти лишения, которых им приходилось терпеть, но только не они. Пусть было сложно, пусть частенько хотелось всё бросить, но эти двое любили друг друга, и только это держало их союз на плаву.

А когда их дочь пошла в детский сад, подружка устроила Инну диспетчером на автобазу, и тут понеслось: хваткая и ответственная девушка быстро дослужилась до менеджера, потом до старшего управляющего, а затем и до заместителя начальника фирмы. Андрей, может, и хотел бы уделять больше времени своей карьере, но кто бы тогда занимался дочерью, возил бы ее в школу, в художку, на курсы английского? А он справлялся с этим виртуозно, и ни о чем не жалел.

Ни о чем, кроме некоторого охлаждения, наступившего в их с Инной отношениях год назад. Женщина работала на износ, и секса между ними почти не стало. Она приходила с работы, целовала его, ужинала, успевала лишь проверить дневник у дочки и тут же засыпала, сидя прямо на диване. А Андрей всё с тем же энтузиазмом готовил ее любимые булочки и плов, помогал дочери готовиться к экзаменам, ходил по магазинам, чинил краны, делал ремонты, стирал одежду и постельное, пока вдруг однажды не задумался – а кому это всё нужно? Кто это всё, хотя бы, замечает?

И всё чаще он прижимался в постели к жене, пытался поцеловать ее, погладить, а в ответ слышал: «Может, не сегодня? Давай, на выходных, когда я высплюсь?» Он смущался и раздражался: «Но я соскучился!» А Инна отвечала: «От усталости даже говорить не могу», и тут же засыпала.

А он ее любил, потому и прощал. Андрей не знал другой такой женщины, как его Инна, – умной, доброй, красивой, сексуальной, заботливой.

Он смотрел на нее, пока она спала, и мучался. Переживал и не знал, как поступить. Не знал, как долго сможет еще терпеть это существование, очень похожее на одиночество. А потом, когда Андрей почти решил сознаться в том, что больше не хочет так жить, случилась эта беременность. И всё встало с ног на голову.

– Андрюша, раздевайся, ты должен срочно заняться со мной сексом! – Требовала жена.

– Что, опять? – Спрашивал он, с недоверием косясь на ее округлившийся живот.

– Да, ты знаешь, доктор сказал, что кровь приливает к малому тазу, и всё от этого. Мне всё время хочется.

– А мы не навредим ребенку?

– Доктор сказал, что нет. Сказал, если нет противопоказаний, то это даже полезно!

И проклиная доктора, Андрей снова и снова исполнял супружеский долг. День за днем, месяц за месяцем, пока живот не стал таким огромным, что начал ходить ходуном из стороны в сторону.

– Я больше не могу… – Пробовал оправдываться мужчина. – Там мой ребенок. Не могу я так. Не могу в него…

– Перестань, Андрюш, иди скорее сюда!

Но он честно не мог. То, о чем даже не задумывался в молодости, теперь казалось ему диким. Он боялся навредить, боялся, что из-за него что-то пойдет не так, поэтому и избегал близости, как только мог. Выдумывал насморк, головную боль, икоту, судороги.

– Ты не любишь меня. Я больше тебя не привлекаю. Потому что я жирная, да?

– Что ты! Нет!

– Нет, я знаю, я жирная, всё из-за этого.

– Нет же, Инна, просто…

– Ты не хочешь меня!

Так закончился и вчерашний их разговор, и, кажется, супруга все еще дулась. Спорить с ней было бесполезно, поэтому Андрей лихорадочно соображал, как бы поскорее всё исправить?

6

Мелина нетерпеливо спрыгнула с подножки автобуса и принялась радостно вышагивать по покрытой тонким слоем свежего снега мостовой. Аромат праздника чувствовался буквально во всем: в улыбках прохожих, в ярко-украшенных сердечками и лентами витринах сувенирных магазинов, в пышных букетах, стоящих за стеклом в цветочных магазинах, и даже в запахе корицы и свежей выпечки, витающей вблизи пекарни.

Удивительно, что природа решила вдруг побаловать жителей города настоящим белым снегом! Несколько недель стояло почти весеннее тепло, под ногами текли ручьи, к ботинкам противно липла грязь, а тут такое – настоящая зимняя сказка! Разве не прелесть?

Мелина вытянула ладонь и улыбнулась, когда несколько снежинок приземлилось на кожу и моментально растаяло. Она спрятала руку в карман и едва ли не вприпрыжку понеслась в сторону любимой кофейни. Её душу так и распирало от предвкушения праздника и волшебства. Наверное, девушка была единственной одиночкой в городе, которая не ощущала груза этого самого одиночества в такой праздник, как День Святого Валентина.

Да, она была одна, ну и что? Для таких случаев у нее имелся лучший друг – Игорёк. Вместе с ним можно было вдоволь наржаться над бедными женатиками, над всеми, кто связан серьезными отношениями и клятвами, над всеми, кому приходится в этот день выдумывать, чем удивить свою вторую половину, и ломать голову, что ей подарить.

Они с Игорем, по сути дела, и были половинками друг друга. В дружественном смысле, разумеется. Никто не понимал Мелину лучше Игорька, ни с кем ей не было так весело, как с ним.

Еще во время обучения в университете эти двое даже придумали снять вместе квартиру, чтобы экономить. Игорь водил к себе девушек, имен которых не запоминал, а Мелина плакала у него на плече после каждого расставания с очередным своим ухажером. Все вокруг считали их отличной парой и очень удивлялись, когда оказывалось, что они – просто друзья.

А молодым людям даже в голову не приходило портить такую классную дружбу какой-то там любовью. Ну, пройдет она, и что? И с кем они будут весело тусовать на вечеринках? Разругаются, обидятся друг на друга, и не с кем будет устраивать бои подушками и марафоны просмотра сериалов. Ну уж нет! Ни о какой симпатии они даже не думали.

К тому, же Мелина считала, что ей не дают покоя гены покойной прабабки, которая была замужем аж восемь раз. И не только Гены, покоя ей в веселые студенческие времена не давали и Миши, и Саши, и даже Максимиллианы! Тут уж не до Игорька.

И вот вам еще один плюс в том, чтобы иметь такого друга, как он: с ним можно было смело обсуждать любых мужчин и не бояться, что он кому-то что-то расскажет. Это как друг-гей, только не гей. Понимаете?

В общем, дружба эта была крепкой и проверенной годами. А еще литрами выпивки, голодными студенческими неделями, приправленными «Дошираком» и дешевым джин-тоником, и сотнями отвязных вечеринок, которые они проводили, будучи еще соседями. О, да, эти двое считались лучшими организаторами движухи на всём их курсе! Каждый студент мечтал попасть в их съемную квартиру на тематический вечер или, грубо говоря, просто на их фирменную попойку.

Конечно, теперь они немного остепенились. Выучились, разъехались в разные концы города, устроились на работу: Игорь трудился менеджером в транспортной, а Мелина, или как он ее любовно величал – Мелкая, работала в аэропорту. Теперь их встречи были редкими – всего раз в месяц в любимой кофейне, но оттого не менее долгожданными. Конечно, они регулярно созванивались и переписывались, но встретиться лично, обнять старого друга, поржать с ним на весь зал, вызвав удивление у посетителей, – это, знаете ли, бесценно.

Ах, да, был и еще один нюанс. Последние два прошедших дня Святого Валентина Игорь и Мелина оказывались… в одной постели. Девушка и сама не помнила, как же так выходило: вот друг организовывал у себя очередную вечеринку по случаю праздника, все пили, отдыхали, болтали, и вот где-то между дикими танцами на столе и матерным караоке под столом они вдруг оставались одни, а дальше – бдыщ! Бах, бум и та-да-дах!

Лихорадочные руки Игоря на ее теле, страстные поцелуи, одежда в разные стороны… Фигня какая-то, короче! Наваждение!

И вроде стремно на следующий день, и вроде самим смешно, и как-то фу, но, блин… что-то в этом было!

Ей понравилось. Да. В первый раз это показалось ужасным недоразумением, потом пришлось целый год делать вид, будто ничего между ними и не было, а вот второй раз – он уже намекал на некую закономерность: тот же праздник, та же квартира, и снова все куда-то ушли, а тут они – вдвоем. И понеслось!

Что ходить вокруг да около, теперь Мелина возлагала все свои надежды на Игорька. Судьба тебе такая: «На, утрись, в этот день все, у кого есть пара, счастливы!» А ты ей отвечаешь: «Пф, на черта мне твоя любовь? У меня в этот праздник каждый год такой секс, что никакие любови и рядом не стояли!»

Мелина ворвалась в кофейню, стряхнула снег с пальто, скинула шапку и махнула рукой подруге Рите, которая обслуживала одного из клиентов. Поздоровавшись с ней, она немедленно развернулась к залу, чтобы найти Игоря. Тот обнаружился за их любимым столиком у окна: сидел, задумчиво глядя через стекло на заснеженный город, и монотонно размешивал ложечкой сахар в чашке с кофе.

Девушка повесила пальто на вешалку, тихо подкралась к нему, а затем напрыгнула и завопила:

– Приве-е-ет!

– Ох, Мелкая… – Перевел дух Игорек. Он неуклюже обнял ее в ответ. – И умеешь же ты напугать!

– Ага! – Радостно согласилась девушка и села за столик напротив него. – Ну, чо как? Как дела?

– У меня для тебя есть кое-что. – Ответил парень, доставая что-то из кармана джинсов.

– Что это? – Оживилась Мелина, но тут же осела и… впала в некоторое замешательство.

Проще будет сказать, зависла.

– Вот. – Сказал Игорь и положил перед ней на стол маленькую квадратную коробочку, обтянутую красным бархатом.

7

Девушка хлопала ресницами, не в силах вымолвить ни слова. У нее даже дышать получалось с трудом.

Как? Как можно усилием воли телепортироваться из этой кофейни куда-нибудь подальше? Не сильно далеко – скажем, Марс вполне бы подошел для таких целей.

Мелине хотелось бежать, не оглядываясь. Он что, с ума сошел? Решил позвать ее замуж? Вот так взять и всё испортить? Ну, переспали, да. Ну, подумаешь пару раз – с кем не бывает? И что теперь, портить всё вот этим нелепым предложением руки и сердца в кофейне? Только не это!