Супергерой для Золушки – 2: Выбор

© Лена Сокол

Основано на реальных событиях, имена героев изменены.

1

День выдался адски тяжелым.

Варя Комарова с трудом передвигала ноги, и подъем по лестнице показался ей восхождением на отвесный склон.

Перенесший еще утром жуткую эмоциональную травму кот Василий теперь обиженно жался носом в ее подмышку и, кажется, даже не дышал. Единственным, что говорило о том, что питомец еще жив, была мертвая хватка, с которой он всаживал когти в ее кардиган при малейшей попытке оторвать его от груди.

Варвара несла кота в квартиру и печально вздыхала о насущном: еще накануне казалось, что ее жизнь начала налаживаться, но теперь не оставалось никаких сомнений – это просто казалось.

Заметив темное пятно у дверей своей квартиры, следователь остановилась и крепче прижала к себе кота. Что это там? Кто это?

Девушка готова была лицезреть у себя под порогом дерьмо любого сорта – кошачье, собачье, но только не свернувшегося калачиком бывшего жениха Альберта, не так давно позорно променявшего её, Варю, на её же собственную сводную сестру Кристину.

Вы только подумайте! Подлец женился на ней в тот самый день, на который была назначена их с Варей свадьба. Он надел Кристине на палец то же самое кольцо, с которым делал предложение Варе. Немыслимо!

– Альберт? – Наклонилась она.

– Варюша… – сонно протянул мужчина, икнул и уронил свою белобрысую башку обратно на бетонный пол.

Предатель-жених был мертвецки пьян!

Он возлежал на полу у двери вместо коврика, беззащитно поджав к груди свои длиннющие ноги.

– Этого мне только не хватало! – Проворчала Варвара и тяжело вздохнула.

Василий осторожно высунул мордочку из укрытия и огляделся.

И как теперь быть?

Девушка достала из кармана ключи и подошла к двери. Что бы сделала любая уважающая себя брошенка? Она переступила бы через это пьяное недоразумение и преспокойно скрылась бы в собственной квартире, сделав вид, что не заметила незваного гостя, но… Комарова не была злопамятной.

Она жалела бедного Альбертика: еще бы, жениться на Кристине – это ж как надо себя не любить? Добровольно связать себя узами брака с беспощадной паучихой, которая будет пить твою кровь каждый день по капле? Нет, это не для слабонервных. Прошло всего около месяца с их свадьбы, а на нём уже лица нет – вон как исхудал, побледнел. Да еще и запил!

– Альберт… – тихо позвала она. Открыла дверь в квартиру, отпустила кота. Василий, словно полоумный, понёсся сразу к своему лотку. Варя села на корточки перед мужчиной. – Альберт!

– Мм… – промычал ее бывший.

Он так и не смог оторвать голову от пола.

– Ты слышишь меня?

– Мм…

М-да. Тяжело ему пришлось.

– Ты можешь встать?

– Мм…

– Всё ясно. – Покачала головой девушка.

Из квартиры уже доносились звуки копошения: Василий уже сделал свои дела и теперь ожесточенно закапывал свои фекалии.

– Хорошо, пошли. – Сдалась Варя.

Она ухватила Альберта под руки и потянула вверх. Тело снова замычало, но с места не сдвинулось. Втащить в квартиру здоровенного мужика – дело для такой хрупкой женщины практически невыполнимое.

– Альберт! – Позвала Комарова.

Дернула его еще раз, результата ноль. Потянула на себя, зарычала, вложила в этот рывок последние силы. Бесполезно.

– Альберт, слышишь? Я не могу тебя поднять. Встань, пожалуйста, сам. Альберт!

Мужчина икнул и затих. Воздух наполнился едкими парами алкоголя. Варя обессилено опустилась на пол рядом с ним. И что теперь делать? Оставить его здесь? Жалко, замерзнет ведь.

– Варя, ты? – Распахнулась соседняя дверь.

В проеме показалась голова соседки Веры.

– Я. – Отозвалась следователь.

– А это кт… – Собралась спросить девушка, но тут же узрев в валяющейся громадине Альберта, осеклась и неприязненно поморщилась. – А я-то думала, что у меня дежавю! Опять, думаю, какой-то художник мольберт потерял! А это ты: «Альберт, Альберт!»

– Да. – Кивнула Варя.

– А этот упырь что здесь делает? – Фыркнула она. – Так и знала, что надо антигадином полы в подъезде залить, чтобы этот упырь сюда дорогу забыл!

– Без понятия. – Отозвалась Комарова. Она встала и отряхнула руки. – Но занести я его в квартиру не могу. Поможешь?

– В квартиру? Не слишком ли великодушно?! – Изумилась Вера. – Да его надо прямо здесь и бросить! Чтобы его местные бомжи обшманали, чтобы бездомные коты обоссали, чтобы…

Варвара не дала ей договорить:

– Так ты поможешь?

– Помогу, конечно. – Нахмурилась девчонка.

– Бери за ноги.

– Хорошо.

Они подошли к телу с двух сторон, ухватились и с трудом, но сдвинули махину с места. Практически перекатили Альбертика из подъезда в прихожую Вариной квартиры. Теперь бедолага храпел уже внутри помещения, положив голову на любимые Варины туфли.

– Можно хоть плюну в него, а? – Попросила девушка. – Один разок?

– Нет. – Улыбнулась Варя.

– Не разрешает в тебя плевать, прикинь? – Обратилась Вера к телу. – Святой человек! А ты ее бросил! – Она легонько пнула его носком тапочка в бок. – Пень неблагодарный!

– Угу… – Промычал Альберт.

– Лишь бы не обоссался. – Наморщила носик соседка. – И это. Ты бы тазик ему поставила тут на ночь. Вдруг он того… ну, ты поняла?

– Поняла. – Кивнула Комарова.

Если Альберта будет рвать, он может захлебнуться в собственной блевотине. В таком состоянии ему не до тазика. Неужели, ей придется дежурить возле него всю ночь?

Но когда Вера ушла, бывший жених перевернулся на бок, подложил под щеку ладонь и сладко засопел. Варвара успокоилась. Она приняла душ и отправилась в спальню. И лишь кота Василия не устраивал тот факт, что придётся делить коридор, свою законную территорию, с кем-то еще: он прохаживался рядом с лежащим на полу Альбертом и тихо шипел.

Варя долго ворочалась в постели, прокручивая в голове события прошедшего дня, и почти заснула, как вдруг из прихожей послышался громкий храп. Она терпела его минут десять, затем еще десять, а когда уже готова была закрыть голову подушкой, он вдруг резко оборвался.

Девушка села и прислушалась.

Из коридора донеслись неуверенные шаги. Они приближались. Неужели, Альберт смог встать?

– Я еще помню, где спальня, милая! – Пробубнил он, вваливаясь в ее комнату.

Девушка не могла поверить своим глазам: Альберт, качаясь, удерживался на ногах.

Большая темная тень на секунду задержалась в дверях, а затем рухнула на кровать прямо рядом с ней.

Утром того же дня

– Здравствуйте, я могу уточнить по поводу одного из пациентов? – Улыбнулась Варвара строгой тетке в окошечке регистратуры.

– Встаньте в очередь! – Гавкнула та.

Стоящие рядом с окошечком люди тут же осудили поступок Вари неодобрительным гулом.

– Я просто уточнить информацию…

– В очередь!

– Да мне только спросить. – Попробовала объяснить она. – Мне нужно знать, что с пациентом Гриневым. Он поступил сюда час назад со скорой помощи.

– Сядьте и ждите! К вам подойдут!

Комарова выругалась.

Она слышала этот ответ уже в пятый раз. Кто к ней подойдет? Когда? Ведь никто в этой больнице даже не знает, что она здесь, и что ждет хоть какой-нибудь весточки от Артема.

– Вы должны пустить меня к нему! – Она решила пойти с козырей и сунула в окошечко своё удостоверение.

Ксива должна была поумерить пыл работницы регистратуры, но вызвала лишь приступ гнева.

– Что? Что вы тычете мне своими бумажками?! – Взвилась та. – Здесь таких, как вы, знаете сколько?

Гул в очереди сменился едва слышимым ропотом.

– Я требую сообщить мне, в какой палате находится пациент Гринёв! – Решительно ударила кулаком по стойке Варвара.

Но на лице регистраторши не дрогнул ни один мускул.

– Он вам кто? Родственник, муж?

– Он… – Сглотнула Варя. – Он не…

– Никто? Вот и присядьте на лавку, гражданочка!

– Как работник правоохранительных органов, я требую немедленно пригласить сюда его лечащего врача, – уже тише сказала девушка.

– Требует она! – Усмехнулась женщина, отмахиваясь от нее, как от назойливой мухи. – Следующий!

– Отойдите, не мешайте. – Проворчал мужчина в кепке, отодвигая Комарову локтем. – Я здесь с семи утра стою.

– Вам, и правда, лучше присесть. – Улыбнулась Варваре светловолосая девушка в белом халате. Она подошла, взяла ее под локоть и отвела в сторону. – Вот тут, в зале ожидания.

– А вы можете узнать, что с пациентом Гриневым? – В надежде посмотрела на нее Варя.

– Я попробую. – Кивнула та.

Усадила следователя на скамейку и скрылась за поворотом.

Варя принялась оглядывать шумное отделение больницы, ерзая на сидении от нетерпения. Нескончаемые лавки, занятые пациентами и ожидающими родственниками, снующие туда-сюда медики и технический персонал, давка возле окна регистратуры, духота.

От волнения у капитана Комаровой закружилась голова. Такого даже на выездах на убийства у нее никогда не бывало. И дело было даже не в том, что она перенервничала, увидев Артема всего в крови, а в том, что опять почувствовала себя неспособной хоть что-то контролировать в своей жизни.

– Долго ждете? – Раздался вдруг чей-то голос справа.

Варя отдернула прилипшее к коже платье и повернулась. Рядом с ней сидела девушка лет восемнадцати-двадцати со свертком в руках.

– Да. Нет. – Залепетала Варвара. – Не знаю.

Она действительно потеряла счет времени. А вдруг не час прошел, а два или три?

– И я тут уже с утра. – Печально вздохнула незнакомка.

– Тоже ждете? – Из вежливости поинтересовалась Комарова.

– Мы на прием. – Улыбнулась девушка, прижав к груди сверток.

Капитан покосилась на кокон из пеленок:

– Понятно.

– Простите, – замялась незнакомка, – может, вы подержите Димульку?

– Кого? – Удивилась Варя.

И тут из пеленок показалось спящее личико младенца.

– Моего Димулю. – Девушка развернула сверток так, чтобы видно было лицо ребенка. – Я тут уже целую вечность сижу, понимаете? Очень хочется в туалет. Подержите его? Я сбегаю быстро.

– Я… – Растерялась следователь. – Мне… Меня в любой момент могут позвать к моему парню.

– Я быстро, честно! – Взмолилась та. – Ну, пожалуйста!

– Не знаю. – Смутилась Варя и неуверенно пожала плечами.

– Если меня вызовут, просто крикните, и я примчусь! Меня зовут Марина! – Девушка вложила сверток с младенцем в руки Комаровой и понеслась в сторону уборной. – Не волнуйтесь, он не проснется! – Выкрикнула она через плечо.

И скрылась в толпе людей.

Обескураженная произошедшим Варя осторожно отодвинула край пеленки и посмотрела на личико спящего Димульки. Малыш спал, надувая губки и немного вздрагивая во сне. Комарова инстинктивно прижала его к себе и начала покачиваться, баюкая мальца. Не хватало еще, чтобы он проснулся, увидел незнакомое лицо и начал плакать.

Она улыбалась и с интересом разглядывала ребенка. Длинные черные ресницы бахромой бросали тень на пухлые розовые щечки с крохотными ямочками, а маленький носик едва различимо сопел на выдохе. Пахло от младенца молоком и свежестью, и только неряшливое темное пятнышко на подбородке позволяло усомниться в том, что малыша содержали в полной чистоте.

– Тс-с, тс-с, – прошептала Варя, когда он в очередной раз дернул ножками. – Сейчас вернется твоя мама, подожди.

Девушка оглядела коридор. Да где же она? Может, в туалете очередь?

Но прошло еще десять минут, и следователь Комарова забеспокоилась уже по-настоящему. Она встала и направилась к уборной, аккуратно покачивая в руках младенца. Где застряла эта Марина?

Девушка вошла в помещение туалета и осмотрела каждую кабинку. Мамаши нигде не обнаружилось.

– Простите, – остановила она одну из медсестер, – скажите, пожалуйста, как мне найти пациентку? Ее зовут Марина, она сидела рядом со мной в зале ожидания, у ее малыша назначен прием, но девушка попросила меня присмотреть за ним и куда-то исчезла.

– Прием? – Нахмурилась медсестра. – Вообще-то, это взрослое отделение. Прием детей осуществляется только в детском.

И покачала головой.

– Но… – Варя уставилась на младенца.

– Вы присядьте. – Подвела ее к скамейке медсестра. – Может, она ожидала кого-то в приемном, и скоро объявится.

– Да, хорошо. – Нехотя согласилась Варя.

Малыш по-прежнему сладко спал.

Теперь девушка уже с пристрастием рассмотрела пеленки и обнаружила на них несколько грязных пятен. И как она сразу не заметила, что они выглядели неопрятно? И это пятно на подбородке мальчика. Она аккуратно коснулась личика младенца и стерла пятнышко подушечкой пальца.

Следователь слабо улыбнулась: какой же он милый.

А вот вспомнить, как выглядела его мамаша, у нее никак не получалось. Комарова была так взвинчена, что следователь в ней в тот момент спал мертвым сном.

Кажется… Спутанные черные волосы, мятые брюки, выцветшая кофта, потертые кеды. Одним словом, неухоженная. И при ней была большая старая спортивная сумка на лямке.

Боже…

Варя сглотнула. Похоже, следователь Комарова только что крупно вляпалась в очередные неприятности!

2

Ей казалось, что всё случившееся за последний месяц, было не с ней, а с кем-то другим. Слишком много событий, слишком много подарков и ударов судьбы для одного человека, даже если он бравый работник правоохранительных органов, который постоянно держит свои эмоции под строгим контролем.

Варваре Комаровой было всего двадцать пять лет, когда ее жизнь окончательно пошла под откос. Жених, белое платье, золотое кольцо с красивым камушком и все мечты-надежды, связанные с будущим замужеством, достались не ей, а ее сводной сестре Кристине[1].

Варя с Альбертом встречались к тому моменту уже целый год: совместные ужины, ночевки друг у друга, признания в любви и планы, а оборвалось всё в один миг, когда жених сообщил, что… уходит. Он забрал и кольцо, и залог за праздничный банкет, и обещания. Объяснил, что виной всему педантичность Вари, ее дурной характер и ненормальная одержимость работой.

Как позже выяснилось, Альбертик лукавил: причиной разрыва и отмены торжества стала его интрижка со сводной сестрой Комаровой. Кристина Майская возненавидела Варю, едва появившись в ее доме больше десяти лет назад. Отнимать игрушки, наряды и внимание мальчишек у сводной сестры стало для Кристины любимым развлечением, но с годами ее аппетиты только росли.

Ради того, чтобы насолить родственнице, она отбросила свои амбиции и стремление выйти замуж за миллионера. Теперь Альберт стал ее главной целью: еще бы, утереть нос успешной во всем, умной и красивой сестрице – чем не удовольствие? Так и вышло. Кристина бросила на покорение чужого жениха все свои силы. Помог ей и отец Андрей, отчим Вари, который видел в кандидатуре Альберта и свои выгоды – тот мог стать для него отличным деловым партнером.

Как итог, Варвара Комарова в один не совсем прекрасный день осталась одна в своей маленькой квартирке. И кто бы знал, может, и простила бы коварных «родственничков», если бы не одно неприятное обстоятельство – однажды ей по почте пришло приглашение на их свадьбу.

Кристина и Альберт женились в тот же самый день, на который было назначено несостоявшееся Варино бракосочетание. К тому же, невеста бессовестно скопировала «лучший день в Вариной жизни» почти во всем: то же платье, то же кольцо, те же гости и родители. И даже мать Варвары, Наталия, находившаяся под полным влиянием Андрея Майского, покорно поддержала этот странный союз.

Варе в тот момент пришлось очень нелегко. Жених предал, мерзкий отчим захватил власть над домом ее погибшего отца и всем их имуществом, в городе объявился серийный убийца, да еще и какой-то журналюга стал катать в местную газету «обличительные» статьи про Комарову.

Казалось, выхода больше нет.

Она и так слишком долго прятала свои комплексы под маской сурового следователя, нужно было сдаться и признать – девушку окружили неудачи по всем фронтам. О том, чтобы посетить свадьбу сестры не было и речи – довольно с нее унижений. Но тут, точно в сказке, в ее жизни появились добрые феи – две соседки, Вера и Ника, по совместительству отчаянные студентки и работницы службы «Секс по телефону», которые взялись за ее преображение и избавили от некоторых комплексов и зажимов.

Возможно, это и поспособствовало тому, что тут же в жизнь Вари ворвался и прекрасный принц: незнакомец по имени Артём уговорил её пойти на свадьбу, чтобы проучить молодоженов. Она согласилась, и молодые люди провели вместе сказочный день на торжестве и прекрасную ночь в отеле, а на следующее утро Варя узнала, что ее спутник и есть тот самый загадочный газетчик Грин, который изводил ее своими статьями!

Но времени для выяснения отношений у них не было: подполковник Пороховников прикрепил к ней этого наглеца для расследования дела серийного маньяка: тот жаждал крови, оставляя в парке всё новые и новые тела девушек с перерезанным горлом. Вечно ссорящаяся парочка шла по следу, заодно распутывая и загадочный клубок событий, связанных с гибелью отца Варвары.

Симпатия молодых людей друг к другу росла, ровно как и ревность – выяснилось, что у Артема есть девушка, его соседка по имени Анна. В это же время коллега и лучший друг Вари, майор Егор Лунев, начал оказывать Комаровой знаки внимания. Между мужчинами возникло настоящее соперничество, но теперь Варя проводила всё своё время с Артемом, и уже не только по долгу службы: она понимала, что у нее к нему серьезное чувство.

Не удивительно. Артем Гринев был красив, внимателен и заботлив, и Варю безумно тянуло к нему. Временами девушку смущала его таинственность, но все сомнения меркли перед вспыхнувшей страстью.

Помимо убийств девушек в парке в то же время всплыла еще и странная история с исчезновением водителей фур, в которой каким-то образом был замешан отчим Варвары, Андрей Майский. Когда вдруг погиб один из подручных Андрея, стало понятно, что в следственном комитете действует «крот», который сообщает преступникам информацию о каждом шаге правоохранителей.

Наконец, и в деле маньяка появился подозреваемый – патрульный Стручков. Одна из соседок, Ника, стала «подсадной уткой», при этом Грин сыграл в операции решающую роль: пришел на помощь операм и буквально спас жизнь девушки в самый опасный момент.

Лунёв признался Варе в любви, а девушка, испытывающая к другу определенную симпатию, просто-напросто растерялась. Она не ответила отказом и даже… обещала подумать.

В это же время Артём натолкнулся в офисе своей газеты на снимок рыбака, который оказался Николаем, отцом Вари. Оказалось, что тот не погиб в аварии, а упал с утеса в море, потерял память и вот уже двенадцать лет живет под чужим именем и воспитывает чужого ребенка, как своего.

Полагая, что в этом таинственном происшествии может быть каким-то образом замешан отчим, Варвара решила докопаться до правды. Они с Артемом поехали в другой город и узнали, что первая жена Майского тоже, как и мать Вари, постоянно находилась в странном состоянии, возможно, под воздействием психотропных средств и позже погибла при загадочных обстоятельствах.

Понимая, что нужно срочно спасать мать, Варя вернулась в родной дом, где и узнала, что Наталия уже находится в психиатрической клинике. Всё выглядело вполне законно, и забрать мать никак не получалось, поэтому, прибегнув к помощи оперативников, молодые люди просто выкрали Наталию из медицинского учреждения.

Выведя на чистую воду «крота», сливавшего информацию, Варвара намекнула Альберту, что всё знает про махинации отчима и сбыт украденного из фуры убитого водителя товара. Бывший жених был так напуган, что тут же позвонил Майскому. При попытке убить новоиспеченного зятя отчим и был задержан.

Сестра грозилась отомстить Варе за арест отца, но девушке было уже всё равно: они с Гринёвым теперь были вместе, а остальное не имело значения.

В то утро Варвара проснулась, как обычно, рано. Артём еще спал, поэтому она острожно встала, взяла поводок и пошла к морю, чтобы выгулять его собаку – красивую длинношерстную овчарку по имени Джей. Пёс бежал впереди, а девушка шла по кромке воды, вглядываясь в линию прибоя, узкой лентой уходящую вдаль. Влажный песок тихо поскрипывал под ее ногами и приятно холодил пальцы.

Варя шла, пытаясь анализировать всё случившееся в ее жизни за последний месяц. С поимки Стручкова прошла уже неделя. Ежедневные допросы, следственные эксперименты, куча бумаг и документов, которыми приходилось заниматься с утра до вечера, – всё это мало её вдохновляло. Но у неё началась новая жизнь – вот же она!

В этом прибое, в этом ласковом солнце, в виляющем хвосте овчарки и в сонной улыбке Артёма по утрам. Так почему же всё равно что-то было не так?

Слишком быстро, что ли. У них с Грином всё так закрутилось: встреча, совместный поход на свадьбу, совместное расследование, приключения – не было времени всё, как следует, обдумать. И к сожалению, ей теперь казалось, что Артём «включил заднюю».

Еще неделю назад он говорил, что они съедутся, что у них теперь не получится быть порознь, он казался таким опьяненным чередой событий и собственным счастьем, а теперь всё… как-то затормозилось, как-то устаканилось, что ли… И Варя боялась, что он насытился ею и передумал. Ведь действительно – сколько они знали друг друга? Месяц? Даже меньше. Возможно, Артём всё взвесил и решил не торопить события.

Да и какая ей разница? Переезды эти, совместный быт, куда им торопиться? Главное, что он рядом, что она чувствует его тепло, ощущает страсть, пылающую между ними. Разве, нет?..

Комарова тоже немного лукавила себе. Её беспокоило, что Артём ни разу не говорил ей о своих чувствах. Ни разу за всё это время он так и не признался ей в любви. И вроде был уже на грани – вот-вот скажет, но всякий раз его что-то останавливало, и мужчина опять переводил разговор в шутку.

И всё бы ничего, но Егор Лунёв признался ей в любви.

Было бы глупо отрицать, что этот человек ей безразличен, поэтому его слова проникли в самое сердце. Теперь Варя знала, как они звучат, она осязала их буквально кончиками пальцев, постоянно прокручивала в голове. А еще никак не могла забыть глаза Егора в ту секунду, когда он их говорил. Помнила, каким открытым и уязвимым коллега выглядел в тот момент. И как не пыталась, уже не могла забыть.

По сути, один мужчина говорил ей о своей любви, но ничего не делал, чтобы добиться её, а другой доказывал свою любовь делом, но упрямо молчал о чувствах. И это приводило девушку в полную растерянность.

– Я ухожу. – Немного обиженно произнесла она, вернувшись в квартиру Гринёва.

– Что? Куда? – Тот сел на постели и сонно потер пальцами глаза. – Который час?

– Семь утра.

– Подожди, – спохватился Артём. – У тебя еще вагон времени, давай выпьем кофе вместе?

– Я домой. – Уголки губ Вари приподнялись в натянутой улыбке. – Мне еще нужно успеть покормить кота, и только потом на службу.

Она словно намекала ему: вот главное препятствие, из-за которого мы не можем быть вместе. Приходится ездить туда-сюда, а ты говорил, что мы будем жить вместе.

– Кота… точно. – Артем прочистил горло. – Так давай, вези его уже сюда, познакомим с Джеем, давно же хотели!

Вот оно! То, что она мечтала услышать.

Варя метнулась к любимому и крепко обняла:

– Я мигом. Готовь пока завтрак!

– Как скажешь.

Следователь Комарова покинула квартиру, спустилась по лестнице и вышла к стоянке, где был припаркован ее крохотный автомобильчик, недавно вернувшийся из ремонта. На улицах приморского городка было не слишком много транспорта, поэтому управилась она быстро: схватила в одну руку удивленного голодного Василия, в другую корм, сунула их в машину и поехала к дому любимого.

«Куплю лоток и наполнитель позже, в обед», – подумала она, радостно давя педаль в пол.

А взбудораженный неожиданной поездкой Василий метался по салону и протяжно орал.

– Просто отпустить? – Спросила Варя, приоткрывая дверь в квартиру Гринёва.

– Нет, давай как по учебнику. Им нужно время привыкнуть друг к другу. Возможно, какое-то время придется держать кота на кухне, чтобы пёс привык к его запаху. Одно дело – котенок, собака не чувствует опасности, а другое – матерый котяра, могут быть проблемы.

В дверной проем протиснулся большой черный нос Джея, и кот зашипел.

– Ой, – пискнула Варя, ощущая, как когти кота впиваются в ее руки.

– Не бойся, Джей у меня добрый, всё будет хорошо. Заноси!

– Попробую. – Сказала девушка и сделала шаг в квартиру.

А дальше… Дальше всё было как в фильме ужасов. Пёс только хотел обнюхать кота, а тот заорал не своим голосом – так, будто из него изгоняют дьявола. Собаке стало интереснее, он навострил уши, потянулся снова, и вот тут началось такое, что никто не мог предполагать – осатаневший Василий сделал рывок и вцепился когтями в морду пса!