Моё военное детство. Пушкино-2017

© Юрий Сокол, 2017

ISBN 978-5-4485-5326-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

МОЁ ВОЕННОЕ ДЕТСТВО…

В 1941 г. мы жили на Волге, мне исполнилось шесть лет, и начало войны помню: в этот день моего соседа-друга Славку «поставили на горох» – что-то натворил дома, поставили в угол! – погулять не пришлось…

Уже в мои три года семья переехала в г. Вольск, где у отца была доля в доме, построенном дедом по ул. Советской, от Волги 300 м. Кроме нас в доме жили два брата – Николай (старший, прижимистый купчик) и Василий с семьями. На «квартале» возле училища жил ещё один брат Иван с сестрой Марией, к которым мы с сестрой часто бегали в сад за малиной и розами, да угощались парным молоком – они жили простой крестьянской жизнью. Ивана все жалели, т.к. он остался без руки (оторвало молотилкой в совхозе) и не смог обзавестись семьёй.

До войны в доме жили дружно, братья любили охоту, рыбалку. Я с детства стал разбираться в породах рыб, птиц («ето сазань, ето карась» – по воспоминаниям мамы показывал пальчиком им в глаз). Но однажды случилась беда: комолая корова Николая гуляла по двору и вдруг напала на нас с сестрой (Галина Александровна), прижав лбом к окну нашего жилья – мы страшно перепугались. В то время мы жили вчетвером в полуподвальном помещении, в то время как Николай занимал верхнюю половину дома и вел себя как полноправный хозяин. Вдобавок к этому вскоре и собака Николая укусила Галю за руку и её отправили на уколы. Терпение мамы кончилось… Когда стали разбираться, оказалось, что у Николая на этот дом вообще никаких прав нет, т.к. наследство завещано лишь Василию, Ивану и моему отцу. Мама настояла на суде, по которому Николай был выселен (сразу же купил свой дом), а мы всей семьей переселились в верхнюю половину. После случая с коровой мы с сестрой решили «отомстить»: заманили пшеном петуха Николая под умывальник и закрыли его – потом слушали его истошные вопли, пока его не выпустила Вера (дочь Николая).

Накануне войны нас с сестрой определили в детсад. Это время мне запомнилось зимой и весной. Зима – это ёлка, новогодние праздники, шумное веселье! До сих пор помню новогодние песни: «Ну-ка ёлочка светлей заблести огнями – пригласили мы зверей веселиться с нами!» – дальше перечисляли всех зверей и под куплет «прискакал на праздник к нам длинноухий зайка» – выбегал я в костюме зайчика и прыгал вокруг ёлки. Весну и лето очень ждали, т.к. зимой были сильные морозы (до -40 град), а топили плохо – берегли дрова, т.к. зимой они были «на вес золота», особенно в войну (в классе сидели одетыми и в варежках!). К весне пели «Ах ручей! – чей ты, чей? – Я из снега и лучей, я бегу, я смеюсь, я сейчас с другим сольюсь!». Мы были рады первым солнечным лучам, а узорчатые льдинки вокруг ручья воспринимались как нечто сказочное. Ну, а лето – это маленькая жизнь!

В день войны во дворе дома сошлись все старшие – братья с жёнами, из окна выставили чёрную тарелку репродуктора, слушали выступление В. Молотова. Тётя Соня (жена Василия) громко заплакала, словно чуяла недоброе.. И правда, из четверых братьев он один сгинул в первый год войны, пропав без вести, два были инвалидами (включая моего отца – повредили руку при родах), а Николай получил бронь как ответственный работник тыла. Первый год войны запомнился рытьем окопов (по типу траншей) во дворе. Накануне битвы под Москвой к нам в дом на постой заехала группа бойцов во главе с В. Клочковым – будущим героем-панфиловцем. Оказалось он работал с мамой до войны в селе Синод. Помню, дал мне подержать пистолет – вот было счастье! Подвиг герои-панфиловцы совершили 16.11.1941 г. под Москвой на высоте 251, не пропустив до 50 танков фашистов (18 уничтожили). «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!» – эти слова политрука Василия Клочкова и стали девизом битвы под Москвой.

В 1942 г. осенью в небе появились немецкие самолёты-разведчики – долго летали над нашим училищем, выпускавшим младших авиа-специалистов – ШМАС. По дороге в сад (на «квартале») мы часто ходили мимо училища: интересно было смотреть на марширующие с песнями роты: «Белоруссия родная, Украина золотая – наше счастье молодое мы стальными штыками отстоим!» Или ещё: «Стоим на страже всегда-всегда! Но если скажет страна труда, прицелом точным врага в упор, дальневосточная – смелее в бой!» Один самолёт нарисовал в небе нечто похожее на свастику. Нас не бомбили, но когда бомбили крекинг-завод в Саратове – зарево было в полнеба… После Сталинграда к нам в город пришло два санитарных эшелона – один с нашими ранеными бойцами, второй – с полу-замёрзшими немцами. Первых разместили в школе №2, вторых – в шк. №1. К нашим нас водили «на свидание» – пели им песни, рассказывали стихи. Нам, детям, трудно было видеть слёзы на их глазах – уходили от них с тяжёлым сердцем… На немцев было страшно смотреть, особенно сразу после Сталинградской битвы: все измождены, лица почернели. Летом их водили по нашей улице на переправу за Волгу на работы. Иногда некоторым удавалось заскочить к нам во двор просить милостыню: «Матка! – хлеба, картопли!» Но какого хлеба?! – сами ходили голодными. Скажу честно – мне их было жалко. Но ребята, у кого отцы были на фронте, свои эмоции не скрывали, бросали в них камни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.