Маски ужаса

В оформлении обложки использована иллюстрация с https://horrorzone.ru по лицензии CC0.

Любой мало-мальски опытный сновидец способен защитить себя во сне. Или как минимум знает, чего следует избегать. Некоторые виды подобных опасностей мы сейчас и обсудим…

К примеру, не желательно говорить во сне по телефону. Через него могут вытягивать энергию сущности-неорганики. Такой звонок может вызвать кошмар, который тоже приводит к потере персональной силы.

Если вам приснился телефон, он уже в руке, и кто-то вам начинает назойливо названивать – не отвечайте ни в коем случае. Но если все же не получилось, разговор начался, и вас втянули в пространную беседу или нечто подобное – постарайтесь закончить ее как можно поскорей. Разумеется, такое возможно при должном уровне осознанности и практики.

Также следует избегать странных контактов: обнимашек и прочей близости (не будем забывать про инкубов и суккубов). Хитрые неорганы попытаются отнять у вас энергию, прикинувшись вашим другом/подругой, любовником или любовницей (кому как повезет). Они в прямом смысле способны втереться в доверие. И тут вам поможет непреклонное намерение отказаться от сомнительных ласк подозрительной сущности (плюс практика опять же).

В сновидении (как, в общем, и наяву) многое не то, чем кажется. А потому, если возникло подозрение, то у персонажа сна следует спрашивать имя. Спрашивать громко и четко. При ответе смотреть в глаза, тогда сразу станет ясно, врут вам или нет. Вы определите ложь не по каким-то признакам, а знание возникнет само по себе (при правильном раскладе).

В общем, если вас пытаются атаковать во время кошмара, вы чувствуете потерю энергии, видите дурной сон, сюжет которого вам не нравится, тогда самый правильный способ избежать неприятностей – просто проснуться. Действует на все сто.

Не бойтесь засыпать, практикуйте сновидческие приемы и техники: осознанное пребывание в мире снов удивительное явление в мире яви.

Всегда было и всегда будет.

При поддержке сайта dooch.ru

Илья Масодов: человек, которого не было

Итак, родившийся якобы в 1966 (еще и какого-нибудь 6 июня), школьный учитель математики, зачем-то вдруг перебравшийся в Германию, пишет в общей сложности шесть книг (пять романов, один сборник короткой страшной прозы), выходит в 2004-м году в финал литературной премии «Нацбест» и просто исчезает с авторского небосвода (или из недр контркультурного андеграунда, кому как нравится), а может, и с лица планеты вовсе.

Черная магия? Странная случайность? Страшная задумка издателей? Мы скорее узнаем правду про убийство Кеннеди, чем о настоящем Масодове, авторе и человеке.

Немного легкой вики-истории: на дворе 2001 год (да-да, тот самый), пока мир привыкает/приспосабливается к новой миллениум-дате на календарях, в издательстве «Митин Журнал» появляется небольшая, но чудовищно сильная книжка «Мрак твоих глаз», в которой мертвая девочка Соня, как во сне пробираясь через повседневно-сюрреальную городскую жизнь, стройку, заброшенный завод, безумные деревни, каменный лес и так далее, идет к Черной Москве, чтобы на свой (и всеобщий) страх и риск разбудить Ленина (того, который в Мавзолее)…

Затем из тьмы на свет выходят «Тепло твоих рук» и «Сладость губ твоих нежных», образуя трилогию советского магреализма вперемешку с порнокошмарами. Автор книг – некий Илья Масодов.

Всё. Министерство печати в ужасе и шоке. Читатели, ностальгирующие по детским страшилкам в летних лагерях (да и те, которые никогда в этих лагерях не были), требуют новых доз, новых публикаций.

И они появляются. Масодов пишет «Ключ от бездны» и «Черти». Также выходит «Небесная соль» – сборник его жутких рассказов.

Простые смертные не знают о нем ничего конкретного. Со слов лукавых издателей он – настоящий, у него есть паспорт и прописка, то есть это не коллектив безумных писателей, решивших удивить мир русской мистикой новой волны в эпоху перемен.

Существовало мнение, что Масодов – это Владимир Сорокин (хотя бы частично), тоже в ту пору вызывавший дикую ненависть у одних и дикую любовь/обожание у других. Но зачем, скажите на милость, Владимиру Георгиевичу создавать себе же конкурента, который во многом даже превосходит его самого? Издавал бы эти книги под своей фамилией и получал бы еще больше славы, денег и гневных плевков.

Нет, Масодов – не Сорокин. Масодов это Масодов. Это почти магическая загадка современной литературы, ставшая реальностью еще в начале тысячелетия.

Его тексты мистичны. Его образы просты и чудовищны. Легко узнаваемые персонажи (я вижу таких едва ли не регулярно) в самой, казалось бы, обыденной среде обитания сталкиваются с абсолютным злом, исключительно черной магией, сила которой позволяет, к примеру, Клаве (главной героине «Чертей») делать из врагов деревянных болванов, в буквальном смысле: «Первым клохом стал красноармеец Вестмирев. Он весь одеревенел, резко прижав руки к телу, так что штык скребнул по земле, лицо его треснуло и разорвало свою кожу во многих местах…» или летать благодаря платью старухи Рогатовой (местной дворовой ведьме). С помощью довольно сатанинского обряда Клава и дед Рогатов «приколдовывают» убитому приятелю Петьке собачью голову вместо оторванной человеческой, после чего мальчик оживает этаким советским Анубисом революции. Ужасным Анубисом-каннибалом.

«Цыганская игла, зажатая в мосластых пальцах деда Рогатова, грубо протыкала Петькину шею. Песье рыло скалилось в потолок, из разрубленного собачьего тела шла мертвая кровь…»

Правда, в каких-то моментах магия черная все-таки становится красной. Коммунистической. Ну таков уж Масодов. Он никогда не любил писать про нынешнюю Россию (поэтому его рассказы весьма отличаются от романов, повествующих об ужасах эпохи СССР, смотрящихся, впрочем, весьма современно).

Ему не дает покоя образ Ленина, которого автор наделяет магическими способностями шамана и темного мага. Масодов умело играет с привычными символами Советского социализма, демонстрируя их скрытые/сакральные силы. И получается совсем не пошло, а наоборот, колоритно и устрашающе.

В романе «Сладость губ твоих нежных» девочка Катя Котова из простой советской пионерки, перетерпев ряд бед и внезапных драм, превращается в некую разновидность нечисти – Снегурочку, как называют ее бойцы отряда демоноборцев: «Ее здесь давно нет, но она могла устроить нам смертельную ловушку, очень мало на свете есть существ безжалостнее и опаснее снегурочки. Появлению ее всегда предшествует огромное количество сотворенного зла, она есть мера, посылаемая потусторонними силами, чтобы человек не забылся и на собственном затылке почувствовал ледяное дыхание вечной ночи. Кто позвал ее, того наверняка уже нет на свете, но она не остановится теперь, она будет кружить по земле, сея и сея смерть, пока ее саму не убьешь. Все эти вставшие трупы, упыри да навки – лишь творения ее черной души, да, есть у нее душа, непроницаемая, как колодец в глубину земли».

Так что же во всем этом хорошего, спросите вы. Чем так нравится читателям странный автор Илья Масодов?

А хотя бы своей красивой магией слов и почти поэтической печалью текста.

«Странное, наверное, это было зрелище: пустынная улица, становящаяся все белей, косо падающий снег, мальчик с собачьей головой, ловящий снежинки, девочка в черном длинном платье, с распущенными волосами, подпрыгивающая с запрокинутым вверх лицом…»

И совершенно не важно, существовал этот человек по-настоящему или нет. Главное, что есть его книги, которые легко найти онлайн и прочесть.

«Астрал 4»: Всё по-настоящему

На самом деле Ли Уоннелл не подвел. Нисколько.

Но касается это именно всяких сновидческих «прибамбасов». О них и поговорим…

Маленькую Элис в начале фильма папа (которого играет Джош Стюарт, к слову – хороший актер) запирает в подвале дома. Исключительно в воспитательных целях. Но в том, так сказать, и прикол (о котором явно знает сценарист или человек, который его консультировал), ведь в сновидениях существует такая локация. Подвал.

Являясь явно очень опытным сновидцем, сам Дэвид Линч в своем «Твин Пиксе» использовал это место. Да-да, не удивляйтесь. Пресловутый Черный Вигвам – часть этого Подвала. У Линча, конечно, он несколько вычурно оформлен. Ради, так сказать, красивой эстетики в кадре. На самом деле там всё чуть иначе, но музыку (так называемый «Бесконечный Фокстрот»), которую играют граммофоны, мистер Линч в сериал протащил…

Но вернемся в «Астрал 4»: уже постаревшая Элис, попав в дом детства ради нового случая борьбы с потусторонними силами, первым делом находит забытый братом свисток. И собирается использовать его в качестве оберега. Вполне умный ход. Однако девушка-призрак (которую можно было увидеть только через объектив камеры) отбирает оберег, оставляя Элис без дополнительной защиты. С точки зрения зловредной сущности – ход еще более умный. Во сне происходит именно так, если сновидец неправильно обращается с каким-либо оккультным амулетом или у него просто недостаточно персональной силы…

Опять-таки повадки неоргаников (духов, призраков, демонов и т.д.) переданы довольно точно. В фильме есть сцена, когда племянница Элис – Имоджен – попадает в осознанное сновидение после гипноза. Там ей является девушка-призрак, которая быстро перемещается из комнаты в комнату. Некоторые неорганы, чтобы запутать сновидца и «развести» на энергию, делают именно так.

Другая сцена, в которой Элис лупит папу палкой (находясь в астральном плену у Ключеликого, в исполнении несравненного Хавьера Ботета, естественно), демонстрирует как раз откачку энергии у сновидящего через вызов сильных эмоций (в данном случае – ненависти).

Когда Элис понимает, что происходит, и отказывается «кормить» демона, Ключеликий серчает и злится на нее. Сказано хоть и утрированно, однако паразитические сущности действительно терпеть не могут «отказов». Иными словами – начинают беситься…

Можно было бы еще сказать про появление духа-защитника, астральный удар (опять же мастерски показанный) и сцену с участием других неорганов, выходящих из камер в Подвале, которая почему-то не вошла в финальный монтаж… Но это всё уже будет лишним.

Четвертый фильм франшизы ничуть не уступает первым трем в плане внимания к сновидческим деталям и особенностям, а также их вполне реалистичной передачи на экран.

Хороший это ужастик или нет – вопрос другой. А что касаемо магизма-оккультизма, то Ли Уоннелл свое дело сделал.

При поддержке Ютуб-канала doochdoble

Slipknot: девять крутых айовского Ада

Сначала их было немного. И фанатов, безумно кричащих в многотысячной толпе «Sic!» и «People = Shit!» из-под самодельных масок, поначалу вообще не было.

Шел обычный 1992-ой год. Пасмурный Де-Мойн, «культурная» столица штата Айова (похожего на бесконечное село среди полей), в котором почти у всех жителей слово «культура» ассоциируется только со словом «сельскохозяйственная».

В этом городке жил и работал сварщиком весьма неординарный субъект. Звали его Шон Крэхан, было ему 23 года. И как-то при случае Шону, как ударом битой по металлической бочке, прилетела в голову мысль создать рок-группу с большим числом перкуссий и прочих барабанов.

Эта идея понравилась еще двоим «сумасшедшим»: басисту Полу Грею и вокалисту Андерсу Кользефни. Ведь нужна же какая-то разрядка простым парням после работы.

Первой репетиционной точкой был, разумеется, подвал. Как вспоминал Пол Грей (ныне, к сожалению, уже покойный), этот «бункер» был такой тесный, что даже приходилось пригибаться, чтобы не задевать головой низкий потолок. Но начало есть начало.

В том же далеком 1992-м у группы появляются первые песни: «Idiot», «What’s Wrong», «Wise up», «Gently» и «Slipknot». Но по каким-то личным сложностям, возникшим тогда у Шона, проект «замораживается», чтобы воскреснуть в 95-м.

Собрав приятелей-музыкантов, постоянно уходящих и приходящих, в число которых постепенно вошли малыш-барабанщик Джоуи Джордисон, здоровяк-гитарист Мик Томпсон и странный, неразговорчивый клавишник Крейг Джонс, группа (толком никак не называвшаяся раньше) именует себя Slipknot и записывает первый альбом – «Mate.Feed.Kill.Repeat». Он появился в Хэллоуин 1996.

Ребята, облачившись в страшные (или смешные) маски, пробуют выступать практически где придется, хоть в стрип-клубах, рядом с танцовщицами. Что, конечно, не вызывает особых радостей у местной пьяной публики.

Заняв деньги у семьи плюс взяв кредит, самонадеянный Шон Крэхан (одержимый мировой славой и мыслями о любви миллионов поклонников) покупает бар, чтобы группа могла безнаказанно там выступать хоть девять ночей подряд (ну и хоть как-то сводить концы с концами).

Идут месяцы, а успеха все нет.

Группа, нарабатывая имидж и материал, готовится выпустить второй альбом – «Crowz», который, к слову сказать, так и останется на уровне демо-записи.

Во время подготовки альбома участники коллектива, зависая по барам, знакомятся с вокалистом местной металкор команды Stone Sour, Кори Тейлором. И сразу же влюбляются в его голос и манеру исполнения.

Отец-основатель Андерс, вытесненный на бэк-подпевку, горделиво покидает Slipknot, чтобы уже никогда не вернуться.

Кори, устроенный через Мика и Шона на непыльную работу продавца в секс-шоп (по словам Тейлора, он там только и делал, что протирал пыль с полок), подтаскивает в коллектив своего друга-гитариста: гиганта Джима Рута (по прозвищу Персик, как бы мило это ни звучало).

Еще в Slipknot приходят Крис Фен – на роль третьего барабанщика-буратинки. И ди-джей Сид Уилсон, совершенно безумный парень, самый молодой в команде.

Таким образом, к началу 1999-го группа сформировала свой основной (культовый) состав из девяти шок-рок-музыкантов, каждый в своей особенной маске и с номерами на фирменных Slipknot-комбинезонах от 0 до 8.

Джоуи Джордисон рисует Tribal S – классическую эмблему группы.

Во время выступлений парни всячески эпатируют восторженную публику: поджигают Клоуна, устраивают шуточные потасовки прямо на сцене, бросают в толпу отрубленную голову свиньи… В общем, ведут себя как сумасшедшие. Вкупе с добротным исполнением действительно хороших песен – это идет им на пользу. Slipknot наконец-то завоевывают сердца многочисленных фанатов. И подписывают контракт с Россом Робинсоном из Roadrunner Records.

Летом 99-го года мир узнает о группе за счет одноименного альбома. Надо сказать, что на пластинке «Slipknot» (да и в последующих других релизах) все треки довольно крутые, без проходных моментов. Но наибольшими хитами стали «(Sic)», «Eyeless», «Wait and Bleed», «Spit It Out», «Me Inside», «Prosthetics» и «Scissors» (две последние песни особливо страшные, как в плане саспенса текстов, так и по атмосферности исполнения).

Появляется пара клипов: на песню «Wait and Bleed». Первая версия – просто концертная нарезка. А для второй даже снимают пластилиновый мультфильм.

Ну и так далее, не будем углубляться в дальнейший суперуспех парней: платиновые альбомы, первые позиции в чартах, получение «Грэмми» за «Before I Forget», появление в различных хрониках и документалках… Хочется сказать о другом, но важном и неотъемлемом, что придает тот самый шарм музыкантам из захолустной Айовы, так нежно ценимый их фанатами.

Это, конечно же, отношение к ужастикам и всему с ними связанному. Slipknot всегда любили хоррор. И любят до сих пор (чего стоит хотя бы их клип на песню «The Devil In I», срежиссированный самим Шоном Крэханом).

Они появлялись на саундтреках к фильмам «Обитель зла» и «Фредди против Джейсона». Клип на песню «Spit It Out» снят с издевательски добрым закосом под «Сияние» Стенли Кубрика, экранизацией, как известно, романа Стивена Кинга.

Клип «Psychosocial» выполнен чуть ли не в сатанинской манере, намеренно вычурной (сам трек звучит в триллер-боевике «Каратель 2»). А видео на песню «Dead Memories» показывает нам путешествие Кори Тейлора по некоему загробному Зазеркалью.

Их хэллоуин-масочный стиль гениален и прост. Их задушевная агрессия музыки не оставляет равнодушных. Или любишь, или терпеть не можешь (потому что не понял)…

К слову сказать, Шон и сейчас проявляет интерес к хоррор-проектам, в качестве продюсера и режиссера. Другие участники коллектива как минимум продолжают смотреть фильмы ужасов на видео и в кино.

А вокалист Кори Тейлор в 2014-м году снялся в «Клинике страха» с Робертом Инглундом в главной роли, сыграв санитара. Кори также опубликовал книгу о собственных встречах с призрачным и потусторонним, начавшихся (как и у любого нормально-творческого человека) еще в детстве. Помимо этого он стал автором текста для хоррор-философского комикса «Дом злата и костей».

В общем, поклонникам всего страшного и ужасного очень рекомендуется группа Slipknot для саундтрека к жизни.

Если кто о них еще не слышал: они такие же, как мы.

Конец всего на свете

Группа: Mudvayne

Альбом: The End of All Things to Come

Год: 2002

Жанр: ню-метал, хеви-метал, альтернатива

Похожие исполнители: Papa Roach, Deftones, System of a Down, Korn

Начав свой путь из космоса, создав хитовый концептуальный альбом L.D. 50 (летальная доза для половины человек из ста), вдохновленный «Космической Одиссеей 2001» Стенли Кубрика/Артура Кларка, группа из Иллинойса стала знаменита на весь мир среди тех, кто любит устрашающие сценические образы, незаурядное исполнение песен в стиле ню-метал и своеобразные тексты с большим уклоном в научную или социальную фантастику.

Создав очень органичные альтер-эго, вокалист Чэд Грэй (Kud), басист Райан Мартини (Ryknow), гитарист Грэг Триббетт (Gurrg) и барабанщик Мэтью Макдоноу (sPaG), превратились в довольно оригинальных персонажей на полотне истории альтернативной рок-музыки.

Mudvayne это как бы альтернатива альтернативе. Не зря их частенько относят к прогрессив-метал. Нечто прогрессивно-эволюционное в них действительно есть. И если гитара с ударными достойно выполняют свои роли, оставаясь на уровне высоких стандартов, принятых у других супергрупп (Slipknot, SOAD, Korn), то басовые и вокальные партии – это что-то с чем-то. Пожалуй, на басу так умело никто не играет. Браво, Райан Мартини! А Чэд, заметно повзрослев и чуточку постарев, и сейчас продолжает радовать слушателей своим сразу узнаваемым голосом в «братском» коллективе Hellyeah.

Удивительные вокальные переходы и тонкая, искусная басовая игра всегда отличала Mudvayne от прочих коллег по цеху.

Развивая успех в туре со Slipknot, выпустив последующие альбомы The Beginning of All Things to End (2001), The End of All Things to Come (2002) и Lost and Found (2005), Mudvayne неизменно занимали высочайшие места в чартах и обрели миллионы поклонников по всему земному шару. А может, и за его пределами, как знать. Слишком уж близка парням из маленькой Пеории тема инопланетных пришельцев.

На волне успеха их по-настоящему забойная песня «Forget To Remember» вписалась в саундтрек фильма «Пила 2». На нее был снят подобающий клип, в котором участники группы оказываются в комнате-ловушке Пилы-Конструктора. Но и это еще не все в плане сопричастности коллектива к хоррору.

В сериал «Мастера ужасов» (Masters of Horror) попала другая зловеще-жутковатая песня Mudvayne – «Small Silhouette».

А теперь пора поговорить об одной из наиболее успешных пластинок группы: The End of All Things to Come.

Начнем с конца (ломая стереотипы в Mudvayne-стиле). Треки «12:97:24:99», заглавный и «A Key To Nothing» самые слабые на фоне других композиций. Калькуляторный «12:97:24:99» вообще трек-загадка. У него есть текст, но на альбоме его не слышно.

А вот бодрая открывающая «Silenced» и вязкая как дурной сон «Trapped In The Wake Of A Dream» настраивают слушателя на нужный лад, когда ты уже готов столкнуться со всеми проявлениями космического террора. Который накатывает волнами в «the patient mental», «Skrying», «Shadow Of A Man» и «Solve Et Coagula» (девиз алхимиков, кстати).

Трек «Mercy, Severity» агрессивно повествует то ли о (по)пытке перерождения, то ли о загробном странствии сквозь космос, а «(Per)Version Of A truth» своей мелодичной печалью перекликается с «World So Cold», отличной песней про одиночество. Надо сказать, что проникновенные тексты Mudvayne всегда умели удивлять, уносить слушателя в мир чего-то загадочного, почти необъяснимого.

На альбоме сразу три сингла, главный из которых, конечно, «Not Falling». Парни сняли целых два клипа на эту фантастическую песню про демонов души. Так называемые Alien и Ice версии. В «ледяном» видео они рубятся по колено в снегу, также вынуждая замерзать некую странную девочку, которая в конце дарит Каду сине-голубой шар (символ Земли?), после чего музыканты, стоящие на вершинах своей фирменной эмблемы (рисунок пирамиды на плоскости), исчезают во вспышке света с небес. А уже в Alien-версии показано их преображение в полноценных инопланетян. Этот клип действительно запоминающийся и очень хороший.

Стоит отметить, что на этом история песни «Not Falling» в рамках продвижения группы не исчерпалась. Она звучит дважды в ужастике 2002 года «Корабль-призрак»: почти в начале фильма, а потом и на титрах, весьма удачно дополняя концовку.

Таким образом, ясно одно: послушать этот альбом, да и весь Mudvayne в целом, просто необходимо всем, кто осмелится прикоснуться к сплаву красивых необычных текстов и фантастической метал-музыки.

Маски ужаса

Как сказано в вики: «Маска (личина) – предмет, накладка на лицо, который надевается, чтобы не быть узнанным, либо для защиты… Маски применялись в церемониальных, эстетических, и практических целях. В древности маски использовались как защита и оборона от злых духов». Последняя фраза наводит на мысли, много разных мыслей. Нужно добавить, что в некоторых шаманских практиках маски применяются примерно за тем же – чтобы кого-нибудь отпугнуть с той стороны. Чтобы зло о тебе не прознало.

И уж конечно тематика маски нашла свое отражение в литературе. «Человек в железной маске» Александра Дюма, чуть-чуть готический «Призрак оперы» Гастона Леру, «Исповедь маски» Юкио Мисимы (пусть даже названием, но верен общий посыл) и иже с ними.

Есть свои личины и в хорроре. Начну с классического рассказа Эдгара По «Маска Красной Смерти» трижды, кстати, экранизированного… По сюжету ужасная чума (можно сказать, алая смерть, как в повести Джека Лондона чуть позднее) бушует над страной. Самонадеянный принц Просперо учиняет грандиозный бал-маскарад, этакий вызов смерти. Не очень умно с его стороны.

На пир является жуткий гость. В переводе Бальмонта это выглядит так: «Незнакомец был высок и костляв, и с головы до ног он был закутан в саван. Маска, скрывавшая его физиономию, до такой степени походила на лицо окоченевшего трупа, что самый внимательный взгляд затруднился бы открыть обман. Все это, однако, веселящиеся безумцы могли бы снести, если и не одобрить. Но гость был так дерзок, что принял выражение Красной Смерти. Его одежда была запачкана кровью – его широкий лоб и все черты его лица были обрызганы ярко-красными пятнами, говорящими об ужасе».

Не будем спойлерить (вдруг кто-то еще не читал этот рассказ), но показательно то, что Аллан По применил в качестве символа зла именно маску, попутно создавая некую интригу, столь характерную для символизма (и утонченного хоррора).

Вот такое отношение к маске в литературе ужасов имело место быть в 1842 году. Хотя бы на Западе.

Что до наших, российских, авторов (уже современников, к сожалению иле же к счастью), то тематика маскарада им тоже не чужда. К примеру, роман Демина-Варго «Дом в овраге» (2009) и его продолжение, вышедшее через пять лет, обыгрывает тему «маньяк в маске» на все кровавые сто. Но не так уж там все просто: главный герой (герой ли?) в определенном смысле сам живет под маской. И на этом – молчок… Все-таки страх спойлеров становится весьма реальным в нашей жизни.

Также можно отметить сборник «В ночь на Хэллоуин» (Шолохов, Демин, Киоса), не так давно поступивший в большую продажу. Отметить хотя бы близостью к тематике этого самого Хэллоуина (или Самайна, как отмечали кельты). Ведь нет, так называемого, праздника-обряда круче для всех, кто обожает носить маски. И цикл фильмов «Хэллоуин» – прямое тому подтверждение. Мертвенно-бледная маска Майкла Майерса напоминает посмертную. Возможно, символично снятую с лица самого ее обладателя, тем самым сделавшую его как будто чуточку бессмертным.

Но маньяк Майерс не единственный в истории кино носитель страшной маски. Всегда есть и будет Джейсон, мать его, Вурхиз, который в легкой кровавой манере «раскрутил» хоккейную маску, сделав ее своей отличительной чертой.