Магия примет и суеверий

Удача – это вообще некое смутное, неопределенное качество, которым обладают некоторые предметы и которое они могут передать своим владельцам. Удача как бы существует в воздухе вокруг нас, иногда помогая человеку, иногда избегая его, а порой и откликаясь на зов. Удача – это некое качество, которым обладают некоторые личности («родившиеся в рубашке», как Сергей Мавроди или Михаил Ходорковский) или народы (например «удача ирландца» – явно необоснованное суеверие, если учесть историю Ирландии, или «негритянское счастье» – злая народная ирония по поводу американских негров-тружеников на плантациях).

Кстати, удача не является тем же самым, что и шанс: шанс дает нам альтернативу, а удача зависит от нашего выбора. Удача, которую мы можем иногда контролировать или которой мы пытаемся управлять, ведет нас сквозь бесчисленные выборы, которые предстают перед нами в течение жизни. Человек несуеверный пытается устроить свою жизнь так, чтобы шанс или случай играл в ней минимальную роль; суеверный же человек слепо верит в удачу. Не зря удачу антропоморфно представляют как своенравную даму верхом на колесе: мы чувствуем, что она ведет себя с нами как капризная женщина; мы пытаемся понять ее и доминировать над ней, но она показывает себя сумасбродной, причудливой, капризной и абсолютно иррациональной особой. Тем не менее она вполне может прийти, когда мы крайне нуждаемся в ней, если, разумеется, мы окажемся в меру удачливы.

Но ненадежная природа удачи не останавливает ее поклонников, которые должны быть не только неувядаемыми оптимистами, но также и фаталистами. Вот почему им требуются все новые и новые способы для коммуникации с ней. Все эти суеверные приемы и техники почти без вариантов принимают одну из трех форм.

Первая форма – омены, т. е. знаки и предостережения, благодаря которым мы как бы знаем, что если тото и то-то случается, то, значит, следует ждать того-то и того-то. Вера в знамения является верой в предрешенное будущее; она полностью фаталистична – т. е. некая особая причина всегда автоматически вызывает особый эффект. Нахождение булавки на земле – это предвестие удачи, а поднять чью-то оброненную монетку – принимаешь на себя проблемы этого человека. Если чешется в ухе – это знак неудачи, а если чешется нос – жди гостей. Если собака вбежала в ваш дом – это хороший знак; если залетела птица – ужасный. Упавшая губка для мытья посуды предвещает приятный сюрприз или гостя. Оступились в начале путешествия или начале новой затеи – это дурной знак.

И так далее и тому подобное. Иногда бывают приемы, которые можно применить, чтобы предотвратить нежелательное следствие, если вам грозит неудача. Но это уже сражение магии с магией; это ненадежно; никто не будет удивляться, если такие попытки не помогут вам.

Вторая форма – табу: нельзя произносить определенные слова или совершать некоторые действия, иначе якобы болезнь свалится на вас в особой форме или в форме обычной злой судьбы. В древние примитивные сверхъестественные верования табу входят как интегральная часть; они запрещают некоторые действия, способные спровоцировать злых духов или некие нечеловеческие магические сущности, управляющие каждым аспектом жизни туземных племен. Без крепкого табу эти сущности неизбежно напали бы на нарушителя, да и на все его племя. Табу более современных суеверий не упоминают о злых духах, однако они указывают, что плохая судьба – вещь вездесущая, хотя и находится вне поля зрения. Она лишь ждет, чтобы настичь неосторожного человека – который, например, неосторожно прошел под лестницей, открыл зонтик в помещении, всуе упомянул дьявола, наступил на трещину в тротуаре или ответил на рукопожатие левой рукой. Иногда табу, как и злые приметы, можно нейтрализовать быстрым и позитивным магическим действием (например, просыпав соль, быстро кинуть ее щепотку через левое плечо), но опять-таки такое противодействие часто выполняется скорее ради надежды, чем в русле конкретного ожидания.

Порой люди пытаются предостеречь человека, который нарушает табу, демонстрируя на своем теле в каком месте была болезнь у его знакомого. «Не показывай на себе!» – предостерегаем мы, желая тем самым уберечь нашего собеседника от грядущего заболевания.

Третья форма – ритуалы. Этот термин применяется здесь для обозначения действий, которые могут выполняться для вызова особо желаемых эффектов, дабы избежать неудачи или для гарантии удачи. Скрещивание пальцев – самый знакомый метод для отведения зла (формирование креста, естественно, отгоняет бесов); в дни рождения дети загадывают желание над свечами, вставленными в торт, или глядя на первую вечернюю звезду – все это типичные примеры позитивного ритуала.

Доминирующая роль магии в народных поверьях ясно видна в использовании последней во многих традиционно магических предметах и субстанциях.

Веками оккультные искусства – колдовство, волшебство, гадания и т. д. – наделяли некие аспекты природного мира особой силой (для примитивного ума, конечно, решительно каждый аспект окружения содержал эту почти трансцендентальную силу, которую человек «включал» по своему желанию.) Мы можем увидеть многочисленные применения для соли – субстанции, необходимой в быту, но в древние времена часто труднодоступной и потому используемой во многих ритуалах примитивной магии.

Верили, что холодное железо (а в наши времена сталь) имело свою магическую силу – в основном, используемую для добра, потому что ведьмы и демоны якобы смертельно боялись его.

Из всех четырех первоэлементов материи Древнего мира огонь имел самые сильные сверхъестественные ассоциации и участвовал в обрядах для приманивания удачи и для отведения неудачи. Различные числа, как и цвета, наделялись магическим смыслом, а некоторые растения и животные являлись наиболее важными аспектами для осуществления колдовства и для исполнения народных суеверий. Считалось, что некоторые камни, деревья и многие металлы обладали чудодейственной силой.

Луна и, в меньшей степени, солнце и звезды всегда занимали свое, весьма прочное место в суевериях и тем более в астрологии. Суеверия суевериями, но аномально засушливым летом 2010 года мы обязаны излишне рьяному действию «звезды по имени Солнце». Становится очевидным, что разгорячилось оно неспроста, очевидно, что-то его на это побудило, а это подсказывает нам, что расположение звезд на небе чего-нибудь да значит.

Тело и его применение в ритуалах

Части человеческого тела – ногти, волосы, выделения и особенно кровь – всегда находили себе применение в оменах и ритуалах. Они также наделялись некой магической силой из-за их причастности к тому, что антропологи называют симпатической магией. Это верование основано на идее, что все существующее как часть чего-то или образ чего-то может магически вызвать все это «что-то» в реальный момент здесь и сейчас. Например, благодаря симпатической магии возникла вера в неприятные восковые куклы, которые ведьмы и черные маги создавали для причинения вреда другим людям. В народной магии с незапамятных времен жила твердая уверенность в том, что если сделанную куклу, изображающую определенного человека (а еще лучше содержащую его волосы или ногти), сжечь, проткнуть иглами или похоронить, то этот человек может умереть тем же самым образом – ужасно и необъяснимо, по крайней мере для посторонних свидетелей. Только представьте себе, а если бы такое было на самом деле? Если бы выполнение этого нехитрого ритуала неизбежно влекло за собой соответствующие последствия (такие же, как употребление затхлой воды или поедание несвежих продуктов почти неизбежно приводит к болезням желудка), наша жизнь стала бы кошмаром. Как бы мы узнавали – а вдруг мы стали объектом чужого колдовства и кто-то уже слепил с нас куклу и, может быть, даже проткнул ее иголкой? Причем для того, чтобы вызвать чужую ненависть, нам с вами вовсе не следует становиться злодеями – людскую ревность и ненависть могут вызвать любые, даже самые незначительные причины, например ваша излишне яркая или, наоборот, слишком поношенная одежда, слишком громкий смех или, наоборот, молчание, общительность или нелюдимость… Словом, если бы колдовство имело стопроцентную исполняемость, наша с вами жизнь превратилась бы в самый настоящий ад.

Хотя… В январе 1960 года американец Файнис П. Эрнст, 53 лет, преуспевающий хозяин ночного клуба, был доставлен в один из госпиталей Оклахомы в полубессознательном состоянии, с приступом астмы. Вскоре он был выписан, поскольку врачи полагали, что вылечили его. Однако, спустя полгода, поменяв лечение в нескольких частных лечебницах, Ф. П. Эрнст вернулся, страдая от припадков и судорог. Врачи не нашли у него никаких органических повреждений и снова поставили его на ноги. Пройдя курс лечения, он вновь покинул госпиталь и попал (как выяснилось позже) прямиком в дом своей родной матери. Не позже чем через двое суток он вновь оказался в том же госпитале в состоянии глубокой депрессии и, очевидно, был весьма близок к смерти. Курс лечения повторился, но после очередного визита к матери с ним произошел следующий сбой. Когда врачи поняли, что происходит, они позволили Файнису отлучаться из дома только при условии, что он будет избегать визитов к своей матери. Однако 23 апреля в шесть вечера он позвонил своей матери, а в 6.35 вечера его нашли задыхающимся, и к 6.55 он был мертв.

Доктор Джеймс П. Мэтиз выяснил, что отец Эрнста умер, имея на руках сына-подростка, который остался единственным мужчиной в доме. Дважды женатый против воли матери и дважды вскоре разведенный, в тридцать один год он вместе с матерью как с партнером открыл популярный ночной клуб. Тридцати восьми лет от роду он женился на женщине, одобренной матерью. Пятнадцать лет все шло хорошо. При поддержке жены он принял предложение продать свою долю. Разъяренная мать заявила:

– Сделай это, и с тобой случится нечто ужасное.

Не прошло и двух дней, как его поразила астма, но он не прекратил распродажу.

– С тобой будет удар! – кричала мать.

Начались визиты в госпиталь. Приступы и конвульсии и неспособность врачей помочь убедили его в том, что мать права.

Что же касается его последнего звонка, то его жена сказала доктору Мэтизу, что у него хватило смелости сказать матери, что он собирается инвестировать деньги, полученные от продажи ночного клуба, в новое предприятие, в котором она не будет участвовать. Его мать закончила разговор напоминанием об «ужасных последствиях». Не прошло и часа, как он оказался мертв. Доктор Мэтиз нашел, что он должен классифицировать этот случай как «некую изощренную версию смерти вуду».

Амулеты и талисманы, имеющие широкое хождение в старину и предназначенные для предохранения от зла, имели в народных поверьях множество дубликатов. Большинство старых и любимых оберегов сопутствуют нам и поныне – это кроличьи лапки, четырехлистный клевер и подкова. Многие наши современники выбирают (с помощью разных процедур) свои личные амулеты удачи – возможно, монетку или декоративный кулон на браслете или цепочке.

Все эти древние элементы магии будут рассматриваться время от времени в последующих главах как особые аспекты суеверий. А во многих случаях истоки народных поверий можно отследить до волшебства и магии, которые наши умы унаследовали из каменного века. Фактически истинное начало многих нынешних суеверий можно отыскать среди раскопок самых примитивных дикарских поверий. Другие суеверия, хотя и выглядят рожденными уже в нынешнее время, при близком рассмотрении оказываются древними поверьями, облаченными в современные одежды. В то же время другие, более локализованные, могут произрастать из местных неправильных наблюдений и далее становиться легендой или традицией внутри изолированного общества. Например, если в некотором провинциальном районе в каком-то доме под крышей имелось гнездо ястреба, а дом затем сгорел, то все ястребы, гнездящиеся на зданиях, могут стать приметой неудачи во всей округе. И даже тогда поверье обычно имеет явные параллели и аналогии с главным руслом магии и колдовства – на это ничуть не повлияет то, что ястребы в Древнем Египте окружались суеверным почетом и уважением. Главное, что они весьма проштрафились у нас.

Из-за того, что многие суеверия существовали столетиями и с помощью вербальной передачи переходили вместе с осмосом от отца к сыну (или, точнее, от бабушек к напуганным детям), определение их истоков кажется почти невозможным. Тем не менее некоторые опытные фольклористы время от времени могут определить если не исток, то, по крайней мере, основание – семейное древо некоторых поверий. Большинство из таких предположений вдохновляются догадками, а не фактами, но создают богатую пищу для размышлений. В последующих главах мы по возможности укажем почву, которая питала специфические поверья. Возможно, стоит даже взять некоторые самые известные суеверия в современном мире и рассмотреть их подобным образом.

Кролики и кроличьи лапки

Лапка непритязательного кролика приносит комфорт и утешение миллионам человек в мире; в форме небольшого амулета ее носят на цепочке, на кольце с ключами или на ключах от машины. Логично ассоциировать лапку кролика с идеей скорости и бега; кролик, видимо, был использован в метафоре как образ робости, мягкости и в форме неунаследованной, но и незрелой сексуальности.

Однако в магическом поверье имеется прямая связь между кроликом (его кузеном-зайцем) и колдовством. Верилось, что ведьмы при их таланте изменять телесную форму часто превращались в кроликов. Таким образом, для некоторых групп людей – особенно, для рыбаков и моряков – кролики были предвестниками дурных знамений.

В то же время в Северной Европе кролики ассоциировались с весной и темой обновления – отсюда и их присутствие на праздниках Пасхи. Связанная с этой идеей не отрицаемая плодовитость кроликов сделала их очевидным символом плодородия.

Существует небольшое ответвление в поверьях о кроликах, что он или его часть могут передать плодовитость. Причем понятие «плодовитости» может включать все – от сексуальной потенции до финансового благополучия и удачи. Лапка имеет некоторую символическую ассоциацию с сексом, это известно любому фрейдисту, и, таким образом, эта часть кролика была популяризирована в народном поверье как вместилище хорошей судьбы.

Конечно, многие суеверия, связанные с целым кроликом, тоже сохранились: например, в некоторых частях Британии считается, что кролик передает удачу, если пересекает тропу перед вами, или приносит неудачу, если пересекает тропу за вашей спиной. А вот старорусские суеверия проводят прямую аналогию между зайцем и черной кошкой – и тот и другая, перебежав путь человеку, предвещают неудачу. Чтобы избежать беды в том случае, когда заяц перебежал дорогу, должно переломить кнут или палку (символ молнии) и один конец бросить туда, откуда он выскочил, а другой – туда, куда направил свой бег (А. Н. Афанасьев, «Поэтические воззрения славян на природу»).

Но… английское поверье столь же уверенно заявляет, что кролик, пробежавший мимо дома, предвещает пожар. В терминах лапки его приносящий удачу потенциал возрастает, если это левая задняя лапа (левая сторона не зря считается левой, иррациональной стороной); некоторые люди с разной степенью насмешки добавляют, что кролика нужно убить в полнолуние (или в новолуние) на кладбище, а сделать это должен рыжий косоглазый мужчина или хромая женщина.

На Востоке же, в частности в Китае, отношение к зайцу носит вообще суеверный характер. Заяц входит в число двенадцати священных животных китайского зодиака под номером 4, и весь 2011 год проходил именно под его эгидой. Конечно, повезло в этот год далеко не всем, родившимся в один из годов Кролика, но на жизнь они пожаловаться не могут. Однако начать надо с того, что носит он название не иначе, как Лунный Заяц, и живет это легендарное животное на Луне, где толчет в ступе коричные побеги (снадобье бессмертия). Отведавший этого снадобья обречен на вечную жизнь… опять-таки на луне.

Ввиду лунной ассоциативности заяц – животное инь. Женственные черты неотъемлемы от символики образа; поэтому достаточно характерно, что заяц был второй из двенадцати эмблем китайского императора, символизирующей силу инь в жизни монарха.

Особая роль отводится зайцу в буддийской легенде, согласно которой один сострадательный заяц, пожертвовав своею жизнью, прыгнул в огонь, чтобы его изжаренным мясом напитался Будда, испытывающий голод; тем самым заяц олицетворяет самоотречение в уповании на спасение, достигаемое на пути благодеяний.

Изображение шести мальчиков вокруг мужчины с головой зайца символизирует выражаемые на китайском празднике Луны пожелания видеть детей семейства уверенно восходящими к высшим чиновным должностям.

Подкова