Поводок

Глава 6

Солнце повисело над соседней крышей и на всякий случай решило спрятаться за домами. Больно уж накалилась обстановка в кабинете начальника отдела ЧП. И неудивительно, поскольку первое, что сделал Ланс после того, как мы собрались, — это вышел на середину комнаты и трижды звонко прокукарекал.

— Да вы все вконец охренели?! — взорвался Арнау. — Вы сотрудники Департамента безопасности или дети малые?! Хэл! Почему у задержанного вампира разбит нос?!

— Извините, господин Арнау, это моя вина, — поспешила вмешаться я. — Преступник при перевозке напал на меня и случайно напоролся лицом на мой кулак.

— Напоролся? Гематомы у него тоже от вашего кулака?

— После того как убийца отлетел от Юнис, он врезался в мою коленку, — ответил Гриер. — Я всё подробно изложил в рапорте.

— В рапорте он изложил! — распалялся Арнау. — Вы тут все сочинители, я гляжу! Гай, а ты что за бред мне подсунул?!

— Это не бред, а официальная докладная, — Гай скрестил руки на груди. — Хэл из личной неприязни тянул с нейтрализацией, его донор мог умереть.

— Бесы! — начальник отдела сердито покосился на меня. — Гай, мне что, отправить тебя на лекцию для новичков?! Сто двенадцать по Гроу — обычный вампир никогда столько не выпьет, лопнет. И что у тебя с резервом? Ты не подзаряжался?

— Нет, — твёрдо ответил Гай. — Я не хочу работать с Лаурой Хáрди.

— Дурдом, — Арнау тяжело опустился в кресло. — Ланс, у тебя тоже внушение? Какого чёрта ты кукарекаешь?

— Я проспорил, — Ланс обаятельно улыбнулся.

— И почему мне кажется, что и здесь не обошлось без Юнис? — с вызовом произнёс Арнау. — Фрост прислал вас развалить работу моей команды, госпожа бывшая секретарша?

— Как вы догадались? — я сделала серьёзное лицо. — Разумеется, глава Департамента безопасности Кареры спит и видит, как бы помешать начальнику Чесворского отдела чрезвычайных происшествий. У него же нет других забот.

— Чем упражняться в остроумии, лучше бы нормально подпитывали своего вампира! — Арнау стукнул по столу, стопки бумаг подпрыгнули. — Почему он опять с половиной резерва?!

— Его и спросите, — пожала я плечами.

— Хэл, для тебя мои приказы — пустой звук?! — заорал Арнау. — Ещё раз явишься полупустым — оштрафую обоих на пятьсот раров! Немедленно подпитался!

— Прямо тут?! — Гриер в бешенстве вскочил. — Может, нам ещё и переспать у тебя на глазах? Вчера понравилось зрелище, хочешь снова полюбоваться?

— Тогда убирайтесь! В коридор, в уборную, на улицу, куда хотите! Вернётесь, когда из тебя энергия начнёт через край переливаться! Не хочешь подзаряжаться дома — будешь делать это здесь, при всех!

Я поднялась и вышла первая, Гриер выскочил за мной. В коридоре было полно народу, на нас смотрели с весёлым любопытством.

— Идёмте в уборную! — глаза Гриера опять светились красным.

— В мужскую или женскую? — ехидно уточнила я.

— Шрац! — он стукнулся лбом о стену. — Ну за что мне это!

— В здании подсобка есть? Или пожарная лестница?

— Лестница, — Гриер вздохнул. — Там, правда, здорово накурено, а я терпеть не могу запах табака.

— Да вы вообще ничего терпеть не можете, — съязвила я. — Ведите.

Лестница нашлась в конце коридора, от сизого дыма по углам мы дружно расчихались. Гриер открыл окно, потянуло морозной свежестью. Я забралась на подоконник и закрыла глаза. Главное, надо помнить, что эти эмоции — не мои. Это нечто вроде вампирского внушения, отвратительная, противоестественная вещь! Пальцы Хэла были холодными, по контрасту с ними мои щёки пылали. Его руки сильные, крепкие, нежные… нет, нет, нет!

— Я буду сопротивляться столько, сколько смогу, — выдохнул Гриер. — Вечно.

В его глазах отчаяние боролось с отголосками пережитого наслаждения. Переведя взгляд ниже, я покраснела и отвернулась. Да, мужчинам в этом отношении не повезло: женщина хотя бы может скрыть, насколько она возбуждена.

— Поэтому вы и злитесь? — спросила, не оборачиваясь.

— Злиться можно на тесную обувь. Навязанное желание приводит меня в бешенство. Возвращайтесь к Арнау, мне нужно остыть.

Медленно я побрела обратно. Я очень хорошо понимала Гриера, потому что испытывала те же самые чувства. Кто-то, не спросив меня, решил, что от прикосновений этого парня я буду приходить в экстаз! И добро бы парень был приятный! Например, Гай. Так нет же, мне подсунули именно этого грубого гаярца! Неожиданно я на кого-то наткнулась.

— Смотри, куда идёшь! — рявкнула Лаура, на которую я налетела.

— Извини, — ответила я рассеянно.

— «Извини»? — она расхохоталась. — Меня уволили по твоей вине!

— Разве это я настроила против тебя Гая?

— Гай просто ревнует, — ухмыльнулась Лаура. — Ему в постели далеко до Хэла, вот он и бесится.

— Для передачи энергии не обязательно заниматься любовью.

— Это приятный бонус, — она зло прищурилась. — Но ты даже не мечтай! Тебе с Хэлом ничего не светит, будь ты хоть сто раз поводком. Меня уволили из отдела, но не из Департамента, и Хэл по-прежнему мой.

— Знаешь, можешь не верить, но я на него и не претендую, — с чувством сказала я. — Он мне противен, как любой невоспитанный хам. Только у меня приказ, и я не устраиваю публичных истерик.

Лаура вдруг расплылась в улыбке:

— Слышал, Хэл?

— У нас с Юнис взаимная неприязнь, — Гриер обогнул меня. — Но в одном она права: у нас приказ. Почему ты не на планёрке, Лара?

— Хенри меня уволил, — начала жаловаться она.

Слушать её причитания я не стала, вернулась в кабинет и чинно села рядом с Арианой. Гриер подошёл через пару минут и демонстративно устроился как можно дальше от меня.

— Внимание! — сурово произнёс Арнау. — С этого момента любые личные отношения вы выясняете в свободное от работы время. Ночные смены закончены, в девять утра вы на планёрке, бодрые и с полным резервом. Больше никаких идиотских оправданий я не принимаю. За опоздание — штраф пятьсот раров, за самостоятельные кулаки и коленки — штраф, за детский лепет «нравится — не нравится» тоже штраф! Юнис, теперь Гая подпитываете вы. С вашим индексом вас хватит на двоих.

— Хенри, но для одного донора это очень тяжело, — заметила Ивета.

— Это временно. Новый донор уже найден, приступит к работе через день-два. Иначе бы я не уволил Лауру, несмотря на её склочный характер. Сегодня вы парами патрулируете вокзал: вчера поступила жалоба, что кто-то якобы незаконно выкачивает из пассажиров энергию. Скорее всего, это больное воображение очередного кляузника, но мы обязаны проверить. Гай, пока ты без пары, ходишь с Хэлом и Юнис.

Гай собирался возразить, Эйден пихнул его в бок.

— Свободны! — бросил начальник.

Уже в коридоре я поинтересовалась у Арианы:

— Про нашего задержанного ничего не говорили?

— Собирают доказательства, отправили запрос в Хондар, — она вздохнула. — Хэл был прав: пока преступнику можно поставить в вину лишь схожие способности и попытку охмурить девушку. Это я не к тому, что надо было дать выпить тебя насухо, — виновато добавила Ариана, — но Гаю стоило хоть немного подождать.

— Юнис! — окликнул меня Гриер. — Вы там до вечера болтать собираетесь?

— До ночи, — отрезала я и направилась к лестнице.

Неприятности начались ещё в машине. Гриер сел рядом с водителем и постоянно его подгонял. Совсем юный мальчик в форме оперативника не осмеливался противоречить вампиру и гнал как на пожар. Нас с Гаем то впечатывало в спинки передних сидений, то кидало друг на друга.

— Хэл, ну хватит уже! — взмолился Гай. — Сейчас в аварию попадём!

— Не попадём.

— Значит, из-за тебя кто-нибудь попадёт! Куда ты торопишься?

— Рвусь отрабатывать зарплату, — последовал едкий ответ. — От которой с новыми штрафами ничего не останется. Это Юнис у нас богатая, даже не написала заявление на возмещение потраченных вчера денег.

— Дениза, а почему ты не написала? — удивился Гай.

— А мне кто-нибудь сказал, что так можно? — парировала я. — У меня же, сам видишь, кто вместо напарника.

— Хотелось бы услышать кто, — не унимался Гриер.

— Обязательно услышите — в свободное от работы время, — протянула я елейным голоском. — Распишу всё по пунктам. Гай, не хочешь пока наполнить резерв?

— Это будет неприятно, — предупредил он. — У нас с тобой энергия не совпадает.

— Бес с ним, — легкомысленно отмахнулась я. — Главное — прошлое моё не читай, пожалуйста.

— Наши способности — контролируемые, — заверил меня Гай. — Дар подключают сознательно, обещаю этого не делать.

— Спасибо.

— Ути-пути, какое доверие, — Гриер выругался своим непонятным шрацем.

— Ревнуешь? — Гай усмехнулся.

— Очень надо! Юнис сейчас загнётся от боли, я лишь порадуюсь.

Пальцы Гая на моих висках ощущались как нечто неправильное, чужеродное. Было не больно, но неприятно, словно под кожу загнали десяток тонких раскалённых иголок. А самое ужасное — подспудно мне хотелось острого, запредельного удовольствия, которое вызывали другие руки, и от этого внутри возникала ярость, перемешанная с тоской.

— Спасибо, — смущённо поблагодарил меня Гай.

В зеркале заднего вида сверкнули алым глаза Гриера. До самого вокзала он не произнёс ни слова и даже водителя подгонять перестал. Стоянка машин находилась рядом с главным зданием, водитель высадил нас, Гриер, не глядя, направился вперёд.

— Всё-таки ревнует, — тихо шепнул Гай мне на ухо. — Поводок есть поводок.

— Ты ошибаешься, — тихо возразила я. — Он меня ненавидит, как и я его.

— Это ты ошибаешься, — улыбка Гая была печальной. — Вы не сможете сопротивляться долго. Моя мама была поводком для папы, я знаю, о чём говорю.

— Давай займёмся делом, — мне стало неуютно от мысли, что однажды… тьфу! Противно представить!

— Давай.

Гриер уже скрылся из виду. Мы неторопливо прошли через турникеты и смешались с толпой.

— В чём состоит наше патрулирование?

— Внимательно смотрим, не тянет ли кто энергию. Обращай внимание на положение рук: их не обязательно прикладывать к вискам, годятся и запястья, и плечи, и даже щиколотки. Мне проще, я вижу энергию и могу заметить откачку.

— Видишь энергию? — заинтересовалась я.

— Да, такой прозрачной светящейся субстанцией. Не всегда, а по желанию, иначе рехнулся бы давно. Представляешь, вместо людей бесформенные сияющие сгустки! И ладно бы только людей, но энергия есть и в животных, и в растениях, и в воде, и в земле… — Гай опустил длиннющие светлые ресницы.

— Скажи, пожалуйста, а как ты видишь прошлое? — я затаила дыхание.

— Как перемешанные обрывки фильмов. Кусочек оттуда, кусочек отсюда. Самые важные события детства, юности, зрелости. Если для человека важен его первый поцелуй, я это увижу. Но в основном мне достаются болезненные и стыдные воспоминания. Боль и позор запоминаются лучше.

— То есть на биографию в личном деле это не похоже?

— Тебе есть что скрывать? — лукаво улыбнулся Гай. — Несмотря на жёсткую проверку сотрудников при поступлении в Департамент?

— Конечно, — я подхватила шутку. — На самом деле я шпион Бриаса! Втёрлась в доверие и готовлю диверсию!

— А почему не Гаяра или Сунжа?

— Потому что им Карера не по зубам, — машинально повторила я фразу Бастиана.

Гай посмотрел на меня с новым любопытством:

— И что же шпионка Бриаса делает среди вампиров? Мы же страшные люди, всех насквозь видим!

— Я необычная шпионка. Меня вселили в тело младенца с вживлённым в мозг передатчиком, — самым сложным было сохранить строгое выражение лица. — Связь осуществлялась через соску. Никто не знает, что я шпионю на Бриас, родители считают меня родным ребёнком. В моём коренном зубе бомба, и когда я подберусь поближе к главе правительства, то активирую заряд.

На хохочущего Гая начали оборачиваться пассажиры, какой-то пузатый дед укоризненно проворчал: «Вот молодёжь пошла!»

— Хэл не знает, что теряет, — отсмеявшись, отметил Гай. — Мне кажется, ты отличная девчонка, Дениза. Не будь ты чужим поводком, я предложил бы тебе встречаться.

— А так — не предложишь? — обиженно спросила я.

— Нет, — с сожалением произнёс он. — Даже пробовать не хочу. Ужасно полюбить девушку, которая рано или поздно уйдёт к другому парню. Мне хватает чужой боли… Смотри! Женщина у стойки с проспектами!

— Там десяток женщин.

— В малиновом пальто.

Теперь увидела и я. Пухленькая дамочка с пышной седой шевелюрой как бы невзначай коснулась руки пожилого господина, который взял рекламную брошюру с музеями Чесвора.

— Слизнула немного энергии, — довольно произнёс Гай. — Надо же, Дениза, ты приносишь удачу! Это же невероятное везение — так сразу поймать нарушительницу.

После пожилого господина дамочка перешла к табло с расписанием поездов, затем к кассам, постояла у окошка, о чём-то спросила кассира и похлопала того по руке.

— Вот актриса! — восхитился Гай. — Снимает самую каплю. Берём её, Дениза!

Он решительно направился к дамочке, но, когда до неё оставалось не более полутора метров, словно из-под земли вырос Гриер.

— Департамент безопасности, — махнул он удостоверением с гербовым золотым львом Кареры. — Госпожа, вы арестованы за незаконное применение дара. Вы имеете право хранить молчание, всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас. Ваш защитник может присутствовать при допросе; если у вас нет денег на защитника, он будет предоставлен вам государством. Гай, доставай наручники.

Дамочка охнула и побледнела.

Глава 7

— И что вы, госпожа Мели́са Гирс, скажете в оправдание своего возмутительного поведения? — прищурился Арнау.

Дамочка приложила чистенький носовой платок сначала к правому, затем к левому глазу:

— Каюсь, грешна. Но я же самую капельку! Никакого убытка для здоровья!

— За исключением господина Меро́за. Он вчера вернулся домой с сильной головной болью и подал жалобу о том, что на центральном вокзале орудует вампир, — Арнау сердито пролистал паспорт задержанной и остановился на странице с адресом. — Вы проживаете в Бáлоре, госпожа Гирс?

— Проживаю, — плечи дамочки поникли. — Мероз — это такой бодрый толстяк в шляпе пирожком? Ох, как чувствовала, переборщила с ним.

— Брать энергию без разрешения запрещено, независимо от дозы, — Арнау откинулся в кресле. — Где ваш донор?

— Дома на диване. Телевизор смотрит и пиво пьёт, — дамочка тяжело вздохнула. — Совсем в этот диван врос и корни пустил! Я его лет пять упрашивала: давай съездим в Ларос. Ни в какую! «Мне и здесь хорошо, чего я в столице не видел». А я собралась! Две недели жила в «Столичной», побывала и в Государственном музее, и в Летнем дворце, и в Большом театре, и на телебашне. Сувениров полчемодана накупила, все деньги потратила, хорошо, обратный билет был с собой. Прошлой ночью выехала, в Чесворе долгая остановка. Дай, думаю, знаменитый вокзал погляжу. Поглядела… Поезд ушёл, вещи тю-тю, и резерв на нуле.