Родери. Обратная сторона мечты

Глава 1

Я влетаю в кабинет Его Величества Валлэ́йна, словно за мной гонится бешеный горрт.

– Дал! – ору с порога. – Ты здесь, мерзавец?!

Несчастный господин Рéйвус, королевский секретарь, с перепугу дёргается, роняет самопишущее перо и поспешно лезет за ним под стол. При этом перо благополучно откатывается к носку моей туфли, на приличное расстояние от рабочего места молодого человека.

– Дорогая, – Далáйн предусмотрительно отгораживается от меня спинкой кресла и защитой первого уровня, – тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время выяснять отношения?

– Не время?! – я сую ему под нос документ, случайно обнаруженный в ворохе бумаг, забытых им в спальне. Защита мужа для меня не преграда. – Завтра этот указ опубликуют во всех газетах!

– Лэ́ра, – глаза Его Величества опасно сверкают, – и чем ты недовольна?

Тем не менее тактическое отступление он продолжает, попутно на всякий случай активируя артефакт – мной же подаренный! Наглец!

– Как ты посмел назначить архимагом Эрно́са не меня?!

– Ты – королева Лэргáлла, – нетерпеливый взмах головой, отчего чёлка, утром с таким трудом зачёсанная назад, падает на лоб, придавая Его Величеству лихой разбойничий вид. – Тебе не кажется, что совмещать две эти должности несколько сложновато?

– Нет, не кажется! – В гневе я топаю ногой. Незадачливая самописка с жалобным треском разваливается на части под каблуком моей туфли. Что ж… жертвы на войне неизбежны.

– И зря. Архимаг – это ни минуты покоя, работа без выходных и праздников, причём большая её часть – административная. Хочешь возиться с бумагами, Лэра?

– Не заговаривай мне зубы! – злюсь ещё больше. – Мы с тобой о чём договаривались, когда я согласилась стать твоей женой?

– Что я признаю́ себя проигравшим, уберу двойную «эл» из твоего имени и помогу тебе достроить Ро́дерворд, – с готовностью перечисляет Далайн.

– А кроме этого, я занимаюсь делом! – сжимаю кулаки. – Или ты отводишь мне, магу первого уровня с пятью дипломами, отдавшей тридцать семь лет своей жизни на обучение, место исключительно в постели и гостиной? Ублажать тебя и заниматься изящным рукоделием? Ты мне, часом, пяльцы не прикупил? Или набор для вышивания?!

При упоминании постели Дал краснеет. Кто бы мог заподозрить, что Его Величество, жёсткий и беспощадный политик, в интимной сфере стыдлив и робок, словно юноша.

– Лэра… – укоризненно. – Неужели я должен объяснять тебе такие вещи… Ты королева, соответственно, главной твоей обязанностью является продолжение рода Валлэйнов…

Лучше бы он молчал!

– Мне сорок семь лет, Дал, – чеканю я. – При продолжительности жизни мага в шесть веков вовсе не обязательно сразу же после свадьбы привязывать меня к подгузникам и распашонкам! Я не против детей, но считаю, что нам незачем торопиться! Или ты уже собрался помирать?

– Я не желаю повторения ситуации с моим отцом, – тонкие брови сурово сдвигаются. – Счастье, что он хотя бы обзавёлся бастардом! В отличие от меня, хранившего тебе верность три года. Короне нужен наследник, желательно не один. После этого занимайся чем хочешь – слова тебе не скажу!

Смотрю в сузившиеся карие глаза, отмечая признаки зарождающейся бури. Далайн – не послушный, подкаблучный лапочка, а волевой, целеустремлённый, упёртый тип. За этот месяц я убедилась, какой стальной хваткой он держит Корону: все министры трясутся от страха, когда Его Величество, дотошно вникающий в каждую мелочь, начинает проверять исполнение своих распоряжений.

Дал не собирался править. Его мечтой ещё в Академии было место Главы Службы Правопорядка Лэргалла. От природы наделённый выдающимся даром, Далайн занимался как проклятый, чтобы достигнуть цели. В этом мы с ним оказались похожи, нас так и прозвали – двое одержимых. Смерть Серту́га Валлэйна развеяла мечты юного талантливого мага в пыль. Но он нашёл в себе силы принять королевство, стиснуть зубы и жить дальше.

А я – я с детства мечтала стать архимагом! С шести лет, с младшей школы… И Дал прекрасно об этом осведомлён, мы ведь миллион раз планировали, как это будет – он Глава Службы Короны, я его правая рука…

И вместо этого – колыбельки и пелёнки?! Чепчики, пинетки, соски, погремушки?! Кормление по часам и минимум два года, выпавшие из жизни?! Да чтоб тебя черти забрали, Ваше Величество!

Вéстиар Ко́рэлл, первый уровень, новый архимаг Лэргалла… Незнакомое имя, ничего о нём не слышала, но заранее проникаюсь неприязнью. Это место было моё! Моё!

Как ты мог так поступить со мной, Дал?..

– Далайн Валлэйн, давай заключим новое соглашение? – заявляю, глядя ему в лицо. – Если я докажу тебе, что справлюсь с обязанностями и королевы, и архимага, ты издаёшь новый указ и назначаешь меня официально. Твоего Корэлла, так и быть, возьму в помощники. Нет – сдаюсь и учусь вышивать гладью. Преподнесу тебе ко дню рождения исподнее с незабудками!

– Докажешь каким образом? – зловещая ухмылка.

– Первое серьёзное преступление, совершённое в Эрносе при помощи магии. Раскрою его быстрее Корэлла – место моё. Нет – выбирай цвет ткани для рукоделия!

– Я тебя за язык не тянул, – ухмылка перетекает в довольную усмешку. – По рукам! Только вот жалость, свидетелей опять нет! Скажешь потом, что речь шла об одном крохотном цветочке на весь комплект, когда я рассчитываю на полноценную вышивку!

– Как это нет? – небольшое заклинание, и массивный стол, под которым не дыша притаился наш секретарь, взмывает в воздух, являя миру согнувшегося в три погибели юношу. – Господин Рейвус! Вы слышали условия соглашения, заключённого между королём и королевой Лэргалла?

– Да, – в голосе молодого человека почтение перемешано со страхом.

До моего появления в Эрносе Далайн обладал репутацией весьма сдержанного и бесстрастного правителя. Я в корне разрушила заблуждения подданных. Впрочем, за прошедший месяц Рейвус немного попривык. Чего только стоила сцена ревности, устроенная Далом на нашей свадьбе, когда Роллéйн явился меня поздравить!

– Отлично! – моя улыбка расползается от уха до уха. – Запомните, господин Рейвус, – указ в тот же день!

– Да-да, запомните, а лучше – запишите! – поддакивает муж. – Комплект белья, вышитый собственноручно Её Величеством, цвет – на моё усмотрение!

Рейвус беспомощно озирается, потом его бледное лицо освещается внезапной мыслью:

– Мне нужно взять новую самописку! – И юноша уносится со скоростью молодого горрта.

– Можешь начинать брать уроки рукоделия, – самонадеянно заявляет мне Дал. – Вестиар – отличный маг! Некромант первого уровня!

– Фи! – парирую я. – Приглашай мастеров переделывать кабинет архимага! Он слишком мрачный, не в моём вкусе!

Муж вздёргивает бровь. Наивный! Теперь я ему покажу, на что способна женщина, обманутая в своих ожиданиях!

Мáрике прекрасно чувствует, что её хозяйка расстроена. Озабоченно заглядывает мне в лицо, высовывает шершавый лиловый язык и ласково лижет щёку. Вся поза го́ррта словно спрашивает: «Тебя обидели?!»

– Ничего, – вздыхаю, поглаживая мягкую снежно-белую шерсть, – этот азги́урский баран ещё десять раз пожалеет о своём упрямстве! Некроманта где-то отыскал… Вот пусть этот некромант ему детей и рожает!

Ревнивое фырканье за спиной. Стрáур кладёт голову мне на плечо, тёплое дыхание щекочет ухо. Приходится второй рукой гладить и его, хорошо, что у меня всего два зверя – третьей руки Всевышний не дал.

– Ваше Величество, простите великодушно… – приглушённый голос заставляет меня обернуться. – Помогите, прошу вас!

Офьэ́н Соллáн – старший служитель при королевских горртах и самый симпатичный мне человек во дворце. Четыреста сорок три года, хотя выглядит этот худой невысокий маг совсем юным пареньком. Благо я вижу ауры – в нашу первую встречу чуть не назвала Офьэна мальчиком, вовремя спохватилась. Вначале служитель робел, разговаривая со мной, краснел и запинался, затем привык и смущаться перестал. Единственное, по-прежнему именует меня исключительно Величеством – при том, что королева я вторую неделю.

– Что случилось, господин Соллан?

– Крáуша украли… – тихий всхлип.

Теряюсь. Выкрасть горрта из королевских стойл? С территории дворца, охраняемой мощнейшими заклинаниями?! Немыслимо!

– Вы уверены? Юные горрты любопытны, уборщик мог не до конца задвинуть засов, и зверь воспользовался возможностью исследовать мир. Или хозяин взял…

Офьэн пылко перебивает, прижимая к груди ладони:

– Что вы, Ваше Величество! Крауш не способен уйти, он совсем ребёнок, всего боится! И во дворце не держат чужих горртов, указ ещё Рейстáра Валлэйна, упокой Всевышний его душу… Все пять зверей – собственность Короны.

Марике, прислушивающаяся к разговору, недовольно рыкает. Офьэн быстро поправляется:

– Кроме ваших личных горртов, разумеется.

– Но вы всё же начали поиски?

– Сразу как обнаружил пустое стойло, отправил Пáйпера, моего помощника, прочёсывать парк. Только это больше для очистки совести.

– А в Службу Охраны сообщили?

– Первым делом, – кивает Офьэн. – Доложил господину Раглло́ру честь по чести.

– Господин Соллан, и когда Крауш… пропал?

Служитель обиженно смотрит на меня.

– Вот и вы не верите, и господин Рагллор усомнился… Посмеялся! Ищи, говорит, Офьэн, свою животину сам, парк большой, зверь небось спрятался и преспокойно дрыхнет где-нибудь под кустом! Только я четыреста лет при горртах, повадки их выучил. Если бы, к примеру, исчезла Áлика, я бы и переживать не стал, – она озорница ещё та, чуть не уследишь – ускользнула и гулять пошла. За три года пять раз её в парке вылавливал! Но Алика старше Крауша на шесть лет, а это большая разница!

Симпатия к добросовестному служащему не может перекрыть досады. В Брэ́гворде я приучила всех чётко отвечать на поставленный вопрос, в Эрносе мне приходится начинать с нуля. Месяц, бо́льшую часть которого отняли предсвадебные хлопоты, слишком короткий срок для того, чтобы наладить правильные взаимоотношения с людьми, составляющими теперь моё окружение.

– И всё же, когда вы заметили, что зверя нет на месте?

– Час назад, – неохотно сознаётся Офьэн. – Хотел проверить, не раскидал ли Крауш корм. Водится за ним такое.

Вместо того, чтобы высказать возникшее в голове: «И вы сразу подумали, что его украли?», я решительно направляюсь в дальний конец стойл, где содержатся королевские горрты. Совсем юные – все привязанные к Сертугу звери последовали на Небеса за хозяином. Я помню, как они умирали, один за другим остановив свои сердца. Шесть великолепных молодых здоровых животных. Не было ещё случая, чтобы привязанный горрт выжил после смерти мага. Даже уход своего хозяина-человека они переносят очень тяжело, отказываются от пищи, болеют, тоскуют – но продолжают жить. Хотя очень немногим людям по карману личный горрт.

Четыре пары лиловых глаз настороженно следят за мной: каждый зверь в своём стойле – просторном, чистом, светлом, с удобными лежаками, магическими кормушками и поилками. Блестящая шерсть лоснится – служащие не зря едят свой хлеб. Офьэн называет имена животных: Стри́ке, Шерáу, Мáйло и Алика. Королю Лэргалла положено иметь несколько горртов, причём самых чистых кровей. Майло и Шерау взяты из того же питомника в Вэ́йнро, что и Марике со Страуром, двое других из Анзéлиса.

Последнее стойло пустует. Распахнутая дверь, разбросанный корм, сбитое покрывало на лежаке, куча игрушек со следами зубов.

– Сколько лет Краушу?

– Тридцать восемь. Только молочные зубы сменились.

– Он тоже из Вэйнро?

– У него необычная история. Родители из питомника в Азги́уре, но мать умерла родами: тяжёлый случай, тройня. Штатный маг, как назло, отсутствовал, бывает… В результате деток отдали кормящей матери в Анзелис. Двоих она приняла, а третьего, Крауша, кормить отказалась. Его срочно перекинули в Вэйнро, там он и вырос.

Я проверяю охранные заклинания. Надёжная система, установленная мастером своего дела. Далайн никому не даёт работать кое-как. В этом он превзошёл своего отца, которого раньше сам частенько поругивал за придирчивость.

– Господин Соллан, будьте добры, передайте слепок-отпечаток ауры Крауша.

Отчаянный вздох.

– Ваше Королевское Величество! Я маг седьмого уровня… Еле разбираю ауры, а уж снять их – и вовсе задача непосильная!

Прекрасно. Найди то, не знаю что… Тем не менее тщательно обследую стойло. Принюхиваюсь: вдруг учую магию. Чисто. Следы служащего, насыпавшего корм часа полтора назад. В девять часов двадцать восемь минут, если быть точной. Навыки Академии нельзя утратить: мысленно я составляю протокол осмотра. Окна, потолок, решётка, отгораживающая отведённое юному горрту помещение от общего прохода, засов… Засов отдаёт магией! Слабой-слабой – если бы я практически не ткнулась носом, никогда бы не обнаружила!

– Пожалуйста, господин Соллан, покиньте стойла и ждите меня снаружи.

Внутри разгорается азарт. Как же мне этого не хватало! Сколь милой и желанной ни была предсвадебная суета, она здорово меня вымотала. Сорок одна примерка платья – это же возненавидишь всех модельеров в мире! Да, не спорю, что в результате получился шедевр портновского искусства и восхищённые подданные долго не забудут свою королеву, выплывающую из ратуши, а потом и из Храма – в пышном голубом облаке воздушно-кружевного, искрящегося свадебного наряда.

Но чтоб я ещё раз согласилась выйти замуж за короля! Чёрта с два!

След магии настолько трудноуловим, что мне приходится буквально внюхиваться. Странный, чуть кисловатый аромат. Артефакт? Отпирающее заклинание? Но зачем? Охранный контур стоит на здании, не на дверцах в стойла. Отодвинуть засов может простой человек, не прибегая к ухищрениям. А значит, магию применяли для чего-то другого. Для чего?

Снимаю слепок. Пригодится. Даже если сейчас появится помощник Соллана, таща Крауша на поводке, само по себе заклинание представляет интерес. Теперь проход между стойлами. Горрты внимательно наблюдают за мной, опустившейся на четвереньки и ползающей по полу. Хорошо, что сейчас не времена Дэрдáна Блестящего, и королева может носить любую удобную одежду, вплоть до брючного костюма, чем я и пользуюсь. Следы людей – служителей, уборщиков, старые и не очень. Свежих три – самого Соллана и ещё двух человек. Офьэн сначала подошёл к отделению юного питомца, потом беспорядочно носился по зданию, заглядывал во все пустующие отсеки, коих (я пересчитала) шестнадцать штук. Затем старший служитель помчался к начальнику охраны, был высмеян и вернулся обратно, застав меня, жалующуюся Марике на супружеский произвол.

Выхожу во двор. Дворцовый комплекс в Эрносе спланирован разумно и основательно – прапрадедушка Далайна, Его Величество Валзио́р Скупой, устал тратить средства на поддержание в порядке древнего зáмка Валлэйнов в центре столицы и повелел выстроить новое современное здание в предместье. Бывшая окраина очень быстро стала престижным районом для родовитых магов, старающихся держаться поближе к Короне. Основная часть комплекса – роскошный парк с прудами, каналами и фонтанами, на искусственном холме высится четырёхэтажный дворец, а все службы отнесены в конец и спрятаны за деревьями, дабы не портить вид. В этом отношении королевским особам весьма удобно незаметно покидать территорию: ограда со служебным выездом прямо напротив стойл. Взял зверя и поезжай куда душе угодно: защитный контур – это тебе не охранники у центральных парадных ворот, неделикатных вопросов не задаёт.

Понятно, что магу уровня Далайна горрты ни к чему, если только не обуяет желание прокатиться. Мой дражайший супруг порталы строит почище меня. Однако и отец его, и дед при официальном четвёртом уровне едва ли дотягивали до пятого, так что всяческие личные тайные поездки верхом были в порядке вещей. Стационарный портал в стойла из королевского кабинета сохранился до сих пор.

– Что-нибудь обнаружили, Ваше Величество? – на бледном лице Офьэна читается неподдельное волнение.

– Ничего определённого. Господин Соллан, ваш помощник… как его полное имя?

– Пайпер Вéмер.

– Он отправился искать Крауша один?

– Нас при горртах всего двое, – тихий вздох. – Третий служащий недавно уволился, а нового человека не успели взять.

– Недавно – это когда?

– Позавчера.

Моя внутренняя ищейка делает стойку. Два дня назад человек увольняется, и после этого пропадает горрт.

– И что же побудило его покинуть место?

– Семейные обстоятельства. Жениться чудак надумал, – в голосе старого убеждённого холостяка звучит превосходство. – В сто тридцать с лишним лет!

– А чем ему работа помешала? – удивляюсь я.

Кажется, должно быть наоборот: содержать семью стоит денег, а государственная служба, даже такая, при стойлах, хорошо оплачивается.

– Невеста у него из Левéзворда, в столицу переезжать наотрез отказалась. Жаль, хоть и отработал Гáнтер всего ничего, но дело своё знал и к животным подход имел.

– Гантер… а дальше?

– О́йслут.

– Одно «эл»?

Настороженный взгляд.

– Вроде одно… Ваше Величество, вы думаете, это всё неспроста? И Гантер замешан в похищении Крауша?

– Чтобы думать, нужны данные, – говорю больше себе, нежели ему, – которых у меня пока нет.

Вот будет весело, если Крауш преспокойно гуляет где-нибудь в парке! А магия на засове – обычный след от кольца-артефакта на руке уборщика или вообще случайного человека, сунувшего любопытный нос в стойло. В Эрносе все с ног до головы обвешаны артефактами, ходят словно гирлянды праздничные. От сглаза, от порчи, от расстройства желудка, против старения, для бодрости или, наоборот, от бессонницы. Девицы вовсю используют омолаживающие и приворотные артефакты, слабенькие, конечно, седьмого-восьмого уровня, на грани между дозволенными и запрещёнными.

Подозревать служащих – нелепо. Служба Охраны Короны не пропустит во дворец соискателя любой должности, от подсобного рабочего до личного секретаря, не проверив досконально его родословную, включая всех бабушек и дедушек. Хорошо, что в наше время численность королевского двора едва достигает двух десятков человек, никаких пережитков старины вроде придворных дам и постельничих. Со всей бытовой суетой успешно справляются артефакты, живые люди требуются разве что для отслеживания правильности их работы и подпитки раз в несколько лет. Или ухода за оранжереями, парком и горртами.

Ловлю себя на мысли, что интересно было бы пожить во времена, когда королеву постоянно окружала свита из статс-дам. Недолго, пару деньков. Просто чтобы понять, как это – везде расхаживать, окружённой толпой сплетниц и интриганок, только и мечтающих подсидеть друг друга. Мне об этом времени довелось лишь читать в книгах: тогда я даже не предполагала, что сама стану Её Величеством королевой Лэргалла Оллиэйрой Валлэйн… Мерзкую двойную «эл» из имени я решила не убирать – привыкла за семнадцать лет. К тому же столько документов пришлось бы переписывать, начиная от дарственной на горртов и заканчивая собственностью на Родерворд. Чёрт с ней, всё равно теперь я ношу родовое имя мужа, которое наследуют наши с Далом дети…

Дети.

Страшное слово мгновенно возвращает меня в реальность, к обеспокоенному Офьэну и проблеме пропавшего Крауша. А также подозрительно долго отсутствующему господину Вемеру. Хоть королевский парк и огромен, горрт не болонка, в кустах не спрячется и в канале не утонет. На юге Лэргалла можно было бы предположить, белый зверь сольётся со снегом, но какие сугробы в Эрносе, где от зимы – одно название, большинство деревьев даже листья не сбрасывают? Иней, и то редкость, а сейчас, в начале весны, трава на газонах зеленеет с новой силой. Через день-два раскроются ранние тюльпаны… Опять я замечталась. Замужество здорово вредит рассудку!

– Господин Соллан, слепка ауры Вемера у вас, я так понимаю, тоже нет?

Виноватый и ожидаемый вздох. Впрочем, спрашивала я больше для порядка.

– Ждите меня и никуда не уходите. Я быстро.

Глава 2

Господин Денья́н Рагллор, Глава Службы Охраны Короны, встречает меня кислой миной, но пытается выдавить любезную улыбку. С таким же успехом можно ожидать сахарный сироп, выжимая лимон. Почтенный седовласый маг служил ещё батюшке Его Величества Сертуга, Рейстáру Строгому: при всех своих заслугах я для него лишь наглая безродная девчонка, окрутившая короля.

– Госпожа Валлэйн? – Две тоненькие чёрточки бровей приподнимаются в наигранном удивлении.

«Кой чёрт занёс вас в мой кабинет?» – читаю я без труда в крохотной складке на лбу.

– Светлого утра, господин Рагллор. – Отвешиваю сухой поклон.

Да здравствует Брэгворд, закаливший меня в общении с недружественно настроенными подчинёнными!

– И вам светлого… дня, – красноречивый взгляд в окно. Мол, двенадцатый час, может, для кого-то и утро, но мы, служивые, встаём с рассветом. – Чем обязан такой чести?

– В соответствии с Правилами Службы, у вас должны храниться слепки аур всех работающих во дворце. Меня интересует аура господина Пайпера Вемера.

Рагллор хмуро смотрит мне в глаза, явно прикидывая, как бы повежливее отказать под благовидным предлогом. Я отвечаю ему спокойным выжиданием, подкреплённым твёрдой уверенностью в собственных требованиях. Все указы, распоряжения, постановления и тому подобные документы, расписывающие права и обязанности королевы, я выучила в промежутках между примерками платья и согласованиями меню свадебного обеда. Поединок взглядов старый маг проигрывает. У него всего лишь второй уровень и пятьсот лет безупречной службы, у меня первый и три года в Брэгворде.

Щёлканье замка встроенного потайного шкафа, и моим глазам предстаёт внушительная картотека. Данные о каждом человеке, попадающем во дворец. Объёмное изображение, аура, подробная биография… Некоторые папки толщиной с руку, иные тоньше мизинца. Дело Вемера из последних. Рагллор собирается передать мне только запись ауры, но я опережаю его и забираю папку целиком.

Пайпера Вемера можно описать тремя «не»: немолод, некрасив и непримечателен. Сто тридцать четыре года, вытянутое желчное лицо, ранние залысины и мешки под глазами. Аура выдаёт ещё и пристрастие к острой и перчёной пище и, как следствие, начинающееся заболевание желудка, но это забота его личного целителя, а никак не моя.

– Благодарю вас, господин Рагллор.

Комментировать своё любопытство я не собираюсь. Чем меньше объясняешь людям смысл собственных поступков, тем бо́льший трепет им внушают результаты. Огромное желание поинтересоваться и уволившимся Гантером Ойслутом, но не хочется вызывать множество несвоевременных и ненужных вопросов. Тем более, если Крауш преспокойно вернулся в стойло.

– Рад был услужить.

Неприкрытый сарказм в голосе цепляет. Ничего, с начальником Охраны я ещё разберусь. Сейчас меня ждут более важные дела.

Офьэн так и стоит перед зданием, нервно переступая с ноги на ногу.

– Господин Соллан, предлагаю сначала найти вашего помощника, выяснить, какую часть парка он успел обыскать, а затем уже вместе исследовать оставшуюся.

Дожидаюсь подтверждающего кивка и создаю поисковое заклинание. Вершина магического искусства и показатель силы мага. Доступно лишь высшему уровню и ограниченному кругу лиц. И, кстати, одна из немногочисленных областей, в которых Далайн превосходит меня. Он способен растягивать заклинание на целый город, проверено в Вэйнро, я ограничена более скромной территорией, но на парк должно хватить.

Вемер находится быстро, он недалеко. Вот только сказать ничего и никому больше не сможет, как и сходить к целителю: лежащий на животе, ногами на дорожке, головой на газоне, служитель мёртв. Соллан ахает и бледнеет, я осторожно приближаюсь к телу. Проклятие первого уровня, и на сей раз не из артефакта. Радиус рассчитан настолько точно, что кроме убитого человека оно не затронуло ни травинки. Аура характерная, мощная… Маг-самоубийца или полный идиот, не иначе! Проклинать в королевском дворце, среди бела дня, не стесняясь и не маскируясь!

Сделав положенные слепки, заклинанием переворачиваю Вемера на спину. Лицо мужчины безмятежно – Проклятие подействовало мгновенно, он не мучился. Утешение так себе, но всё же.

– Ваше Величество, нужно Службу Охраны звать!

Знаю. Вот незадача-то… Теперь Рагллор на меня коситься станет ещё больше: до сегодняшнего дня убийства в королевском дворце случались разве что во времена Делéрга Красивого. Открываю портал.

– Идите, господин Соллан, я подожду здесь.

Несколько последних спокойных минут. Сделать записи для себя, оглядеться, поискать зацепки. Время убийства – десять часов четырнадцать минут, минут через семь-восемь после того, как Офьэн отправил помощника на поиски горрта. Прикидываю расстояние – похоже, столько и идти сюда от стойл, если не особо торопиться. Парк в этой части безлюден, гравийная дорожка сухая: дождей не было недели две. Стойла хоть и близко, не видны: их закрывают деревья. Проклятие бросили сзади, с приличного расстояния. Несчастный даже шаги позади вряд ли слышал. Чёткий след от портала, оставленного убийцей. Любопытно: получается, охранная система парка слабее, чем защитный контур на зданиях, и сюда может проникнуть любой сильный маг? Сажусь на корточки рядом с убитым. Кому ж ты, Пайпер Вемер, любитель остренького, помешал?