Свадьба в Дэйноре

«Моим самым блестящим достижением была моя способность убедить мою жену выйти за меня замуж».

Уинстон Черчилль

Глава 1

– Добрый день.

Поднимаю голову от плана рассадки гостей за столом: невероятно сложная задача, когда ты никого из них не знаешь. Долговязое патлатое недоразумение топчется в шаге от меня.

– Добро пожаловать! Приглашённые со стороны жениха собираются в голубой гостиной. Вас проводить? – произношу я с профессиональной любезной улыбкой.

– Извините, я не гость.

Окидываю недоразумение пристальным оценивающим взглядом. Худющий, однако безупречной осанке можно позавидовать. Иссиня-чёрные волосы собраны в аккуратный хвост, но впечатление портит густая чёлка, которая полностью закрывает лицо. Даже глаз не видно, лишь упрямый острый подбородок и тонкие губы. Тёмно-серый костюм более чем приличный, уж в этом я разбираюсь, сшит на заказ и отчасти скрадывает худобу. Под воротничком белоснежной рубашки поблёскивает цепочка, сегодня такие у подавляющего большинства гостей. Некоторые аж специально расстегнули верхние пуговицы пиджаков, чтобы гордо продемонстрировать висящие на цепочках жетоны – отличительные знаки магов на государственной службе. Складывается впечатление, что в друзьях у жениха половина магов Скрэйтáра. Счастливица Сю́зи Фару́ж! Жила себе тихо-спокойно, и вдруг – оп! И богатой наследницей оказалась, и важной свидетельницей в громком судебном процессе стала, и в мужья заполучила знаменитость. Правильно говорят, что рыжим везёт.

– Прошу прощения, – вежливость никто не отменял. – В три часа состоится свадьба господина Эстáна Сорéна и госпожи Эйсю́з Фаруж, я подумала, что вы в числе приглашённых. Чем могу быть полезна?

– Вы ведь госпожа Ри́ден, верно?

– Э́лис Риден, распорядитель фирмы «Твой лучший день», к вашим услугам.

– Госпожа Риден, под свадебной аркой труп.

На долю секунды мне кажется, что я ослышалась. Труп, трут, труд… Что?!

– Повторите, пожалуйста, что вы сказали?

– В главном зале на полу под аркой лежит труп, – послушно повторяет недоразумение и делает нелестные для моих умственных способностей выводы, поскольку начинает терпеливо объяснять: – Покойник, мёртвый человек…

– Всё, всё, я поняла! – протестующе выставляю ладони вперёд, словно выстраиваю невидимый барьер. – Вы кто?

– Э́лан Ко́рэл, Служба Охраны Её Величества, – представляется недоразумение. – Обеспечиваю безопасность приглашённых на свадьбу высоких особ. Ключи от главного зала у вас? Нужно закрыть помещение.

Растерянно оглядываюсь на плотную толпу собравшихся гостей. Мои помощницы Шо́нна, Анéль, Вéйна и Лири́с порхают по гостиным, разносят напитки и лёгкие закуски, мило улыбаются и старательно делают вид, что такое количество магов они встречают каждый день. Вышел утром на улицу – маг, в магазине – второй, на работе – десяток… Стоп. В главном зале труп!

– Господин Корэл, вы не ошибаетесь? Может, кому-то стало дурно и стоит послать за целителем?

– У меня третий уровень магии и диплом Королевской Академии, госпожа Риден, – Корэл обиженно задирает подбородок, мелькает кончик длинного носа. – Живого человека от мёртвого отличу. Идёмте скорее, времени мало. Нельзя допустить панику среди собравшихся.

Сохраняю невозмутимо-доброжелательное выражение лица и рассекаю море гостей мягко и неуклонно, словно катер на магической подушке. Со стороны центральной гостиной двери в главный зал условно закрыты – ручки связаны сиреневым бантом в виде ириса. Если потянуть за край, иллюзия превратит ленту в живой цветок, и он разлетится тысячей лепестков, которые устелют путь жениху и невесте. Дотрагиваться до банта нельзя ни в коем случае. Разумеется, существует запасной вход для персонала, поэтому нам приходится выйти в холл, спуститься по боковой лестнице на первый этаж, пройти узким коридором сквозь всё здание и потом подняться наверх. Корэл вышагивает впереди так уверенно, словно в нашем дэ́йнорском Дворце Торжеств он ориентируется лучше меня.

С этой стороны обе створки двери распахнуты – последние приготовления закончились четверть часа назад, до того служащие носились туда-сюда ежеминутно. Искусная иллюзия превратила главный зал в райский сад, но и настоящих цветов здесь в изобилии. Роскошные букеты на столах, гирлянды над окнами, венки на стенах, пышные композиции в каждом углу. Увитая лилиями и ирисами свадебная арка, час назад доставленная из храма, красуется напротив двери, через неё жених и невеста должны выйти к гостям. Низ арки загораживает стол для молодожёнов, приходится его обогнуть. Первое, на что натыкается взгляд, – подошвы лаковых ботинок. Новёхонькие, на одной даже заметны следы бумажного ценника. Затем я подмечаю остальное: тёмно-синий деловой костюм в мелкую еле заметную полоску, незабудковая рубашка с жёстким воротником-стойкой. Мужчина, шатен, новомодная короткая стрижка с подбритыми висками, у нас в Дэ́йноре подобные не в чести. Довольно молод или кажется таковым. Лежит на спине, руки сложены на груди, глаза закрыты, бледное лицо спокойно. Такое ощущение, словно он просто прилёг отдохнуть.

– Госпожа Риден, закройте обе двери на ключ, – приказывает Корэл.

Раскомандовался… Но он прав – если кто-нибудь войдёт, свадьба будет сорвана. Пусть это не церемония в храме, а лишь торжественная часть, и всё же. При всей моей нелюбви ко всякого рода празднествам не хотела бы я запомнить свой «лучший день» с оригинальным дополнением в виде покойника. Не говоря уже о том, что безупречной репутации нашей фирмы будет нанесён непоправимый ущерб. Поэтому я подчиняюсь без возражений. Хорошо, что сервировку стола я всегда требую заканчивать за полчаса до начала торжества, музыканты сейчас играют в гостиной, и главный зал пуст.

Корэл тщательно осматривает тело, напоминая мне собаку, которая наткнулась на незнакомый предмет, – и любопытно, и боязно. Низко нагибается, водит носом, но руками не притрагивается. Ботинки он почти обнюхивает. Так и хочется предложить ему их лизнуть.

– Нет, – разочарованный выдох. – Это мне не по зубам.

Он что, их грызть собирался? Длинные пальцы теребят выскользнувший жетон – скромный, тёмно-серый. Наконец Корэл решается: достаёт амулет связи, отворачивается, с кем-то негромко разговаривает. Выхватываю отдельные слова: «совпадение… риск… визит королевы…» Королевы?!

Когда владелица лучшей (и единственной) в нашем городе фирмы по организации торжеств, достопочтенная госпожа Ми́рза Пети́р, обсуждала со мной предстоящую свадьбу господина Сорена, то сразу предупредила – это событие для Дэйнора нерядовое. Намечается много высокопоставленных гостей. Тогда я не предполагала, что под обтекаемой формулировкой подразумевается половина магов королевства. Конечно, о том, что жених выделяется даже среди своей привилегированной братии, не сплетничал только ленивый. Единственный эмпат Скрэйтáра, сотрудник тайной службы королевы, причём, насколько я поняла, он эту самую службу и возглавляет. Господин Бежу́, наш городской маг, при упоминании Сорена разве что не подпрыгивает от восторга, градоправитель господин Анжéн расплывается в мечтательной улыбке. В кои-то веки не невеста переехала из Дэйнора в столицу к мужу, а влиятельный жених перебрался к нам, соблазнившись очарованием пригорода. Уж теперь-то наш сонный городок встряхнётся и расцветёт, как дикий шиповник после прививки на него сортовой розы.

Мало того, что господин Сорен знаменитость – он ещё оказался миллионером. Об этом свидетельствовала та лёгкость, с которой жених подписал счёт за организацию свадьбы на тридцать с лишним тысяч – невероятная сумма для Дэйнора! У нас в городе дома сто́ят по сорок-пятьдесят тысяч, и неплохие дома, я вам скажу. Особняк господина Кужé, половину которого я снимаю, в прошлом году оценили в шестьдесят три тысячи. А тут – потратить такие деньги на свадьбу, не пожалеть восемь тысяч только на белые валарские лилии и уэрские ирисы, которые два дня доставляли порталами. Не спорю, красота невероятная, но, сколько бы заклинаний неувядания на них ни стояло, цветы всё равно придётся завтра выбросить. Не дешевле обошлись и музыканты из Хэйзáра, и знаменитые на весь Скрэйтар артисты Государственного Королевского театра. Два часа их выступления стоят как год безбедной жизни! Для Сюзи Фаруж господин Сорен готов на любые траты. И почему я не рыжая?

Но личное присутствие Её Величества?!

Честно – меня это шокирует больше, чем обнаруженный в свадебном зале покойник. За пятнадцать лет работы чего я только не насмотрелась! Начиная от ссор между молодой женой и менее удачливой соперницей и заканчивая разводом под конец застолья. Скандалы среди родни – такая же неотъемлемая часть торжеств, как салат и заздравные тосты. Были случаи, когда свадьба превращалась в драку с битьём посуды, и отнюдь не ради традиции хлопнуть хрустальный бокал «на счастье». Пару раз престарелые родственники от переизбытка чувств отправлялись к Всевышнему прямо из-за праздничного стола – по мне так прекрасная смерть, лучше не придумаешь. Как-то преставился жених – не вынес, сердечный, в сто два года свалившегося на него счастья. Работа закалила меня настолько, что при виде вцепившихся в волосы друг другу девиц я пошлю за успокоительными каплями или целителем, а сама постою в сторонке. Однако визит королевы для меня перебор.

Рядом с нами возникает мутная плёнка. То, что это своеобразный портал, я понимаю лишь тогда, когда из него выходит молодой человек.

– Элан, скажи, что ты пошутил. Мне Сюзи голову оторвёт, если окажется, что здесь настоящий покойник, а я не взял её с собой.

При упоминании невесты я с любопытством осматриваю прибывшего. Среднего роста, белобрысый, худощавый, ничем не примечательный, лицо из тех, о которых говорят: «глянул и забыл». Глаза, если выражаться высоким языком романов, «цвета ненастного неба», а попросту – обыкновенные, серые. Светло-серый элегантный костюм подчёркивает неплохую фигуру, в петлице белая валарская лилия. Именно эта лилия наводит на определённые мысли.

– И рад бы, да не соврать, – Корэл отодвигается в сторону. – Эстан, снимай следы сам, я боюсь всё испортить.

Господин Сорен – в этом уже сомневаться не приходится, имя «Эстан» книжное, редкое – сначала кивает мне.

– Добрый день. Госпожа Риден, я так полагаю?

– Здравствуйте, – уважительно кланяюсь человеку, который с лёгкостью выложил тридцать тысяч на свадьбу и не потребовал отчёта за каждую потраченную монету. – Элис Риден, к вашим услугам.

«Разве мы знакомы?» я проглатываю.

– У вас очень примечательная аура, – замечает Сорен с неподдельным интересом. – В роду были маги?

– Бабушка, – с изумлением подтверждаю я.

– Чувствуется. Госпожа Риден, не смотрите с таким подозрением. Я опознал вашу ауру по документам, которые вы присылали. Сюзи от вас в полном восторге – вы избавили её от всех хлопот. Элан, где твой труп?

– Он не мой, – возражает Корэл.

Сорен склоняется над телом и без всякого стеснения тоже его обнюхивает.

– Увы, мы имеем дело с убийством. Двадцать четыре минуты назад, в два часа тридцать две минуты, направленное заклинание разорвало сердце бедняги в клочья. Целительский амулет, применённый не по назначению. Госпожа Риден, он точно не из сотрудников вашей фирмы?

Всматриваюсь в бледное вытянутое лицо и качаю головой.

– Нет, я вижу его в первый раз.

И это крайне странно, поскольку я уверена, что знаю всех в Дэйноре. За исключением, конечно, уехавших учиться в Хэйзар – бывшие подростки взрослеют так стремительно, что за год меняются до неузнаваемости. Но, хотя высшие образовательные учреждения в Скрэйтаре принимают желающих грызть гранит наук до семидесяти лет, покойный на студента не похож. Судя по деловому костюму и стильной короткой стрижке, он скорее служащий.

– Пятьдесят два года, ещё жить и жить, – бормочет Сорен. – Чёткий остаточный след от портала, пришли двое, ушёл один, аура, естественно, замаскирована… Элан, во сколько ожидается Её Величество?

– В половине девятого, – откликается тот.

– Сейчас два часа пятьдесят шесть минут. Раскрыть преступление за пять с половиной часов нереально. Если только…

Они обмениваются понимающими взглядами:

– Алэ́йн.

Сорен вытаскивает из кармана амулет для связи, Корэл манит меня в сторону.

– Госпожа Риден, необходимо, чтобы какое-то время нам никто не мешал.

– Вы понимаете, что через минуту сюда войдут музыканты, ещё спустя три они сыграют торжественный марш, и в зал устремится толпа гостей? – спрашиваю на всякий случай. – А из кухни начнут подавать горячие закуски?

– Вы профессионал, – уверенно произносит Корэл. – Задержите их. Придумайте что-нибудь.

– Что? – теряюсь я.

– Что угодно, – тонкие губы слегка изгибаются, обозначая улыбку. – Девушка с такими железными нервами может абсолютно всё.

Теперь я тушуюсь окончательно. Это комплимент или изысканное оскорбление? Но рука послушно тянется к лицу. Амулет связи у меня в виде браслета – всегда с собой, не потеряешь и пользоваться удобно.

– Да? – сварливо отвечает мне До́рис.

– Госпожа Лузьé, начало вечера задерживается на десять… – Корэл отрицательно мотает головой и показывает мне один палец и растопыренную ладонь. – На пятнадцать минут. Возникли непредвиденные сложности.

Недовольное шипение похоже на змеиное.

– Элис-с-с, ты в с-своём уме?! У меня всё рас-ссчитано по секундам! Четверть часа, Всевышний! Горячие закуски остынут!

– Госпожа Лузье, вы профессионал высокого уровня, – нагло ворую идею у Корэла. – Не поверю, что вы не найдёте способ справиться с проблемой.

Громкий хлопок – в сердцах Дорис закрывает кастрюлю крышкой. Она обрывает разговор, но самая сложная часть задачи выполнена. Я набираю Вейну.

– Вей, объяви гостям, что начало переносится на пятнадцать минут. Жених с невестой опаздывают.

Сорен, закончивший свой разговор, подходит поближе.

– Да, госпожа Риден, – щебечет Вейна.

Самое замечательное в моей старшей помощнице – она никогда не задаёт вопросов. Не из деликатности или понятливости, просто Вейна не особо задумывается о причинно-следственных связях.

– Прекрасно! – улыбка превращает Сорена из заурядного молодого человека в симпатичного. – Теперь ко всем моим недостаткам слухи прибавят ещё и непунктуальность. Верх неприличия не явиться вовремя на собственную свадьбу.

– О тебе и так сплетен больше, чем о королеве, – отмахивается Корэл. – Одной больше, одной меньше. У нас девятнадцать минут, вернее, уже семнадцать. После чего нужно решить, отменять визит Её Величества или не сто́ит.

Скромно замираю за ближайшей цветочной композицией и не шевелюсь. Вдруг меня не прогонят, и я посмотрю на настоящее расследование? Одно дело – читать в романе, и совсем иное – наблюдать вживую! Появление в зале нового лица встречается двумя радостными возгласами. Вновь прибывший – привлекательный загорелый блондин, и, несмотря на его изысканно-изящный костюм цвета кофе с молоком, в голове сразу возникает словосочетание «обаятельный хулиган». Виной тому даже не забранные в задорный хвостик длинные светлые волосы с еле заметной рыжиной, а озорной блеск глаз – так обычно выглядят мальчишки, задумавшие шалость.

– Добрый день, Элан. Эстан, во имя всего святого, хоть что-нибудь в твоей жизни обходится без приключений? Открытие счёта в банке выливается в раскрытие мошенничества, посещение дворца сопровождается заговором, отпуск оборачивается самым громким судебным разбирательством за последние пятьдесят лет. Теперь тебе на свадьбу подкидывают труп!

– Подкидывают? – оживляется Сорен.

– Разумеется, – блондин обходит вокруг тела. – Беднягу притащили порталом и уложили… Любопытно!

Он не жалеет свои светлые брюки и встаёт на колени рядом с телом. Неужели тоже начнёт обнюхивать? Какая-то собачья магия.

– Потрясающе! Сотни раз я сталкивался с убийством, замаскированным под естественные причины или несчастный случай, но впервые вижу, как мирно скончавшегося человека протыкают заклинанием, чтобы создать видимость преступления. Несчастный умер мгновенно – внезапная сердечная смерть. Здесь даже целитель ничем бы не помог, настолько быстро всё произошло. Время – около двух часов, применение амулета не позволяет определить точнее, но вряд ли позднее двух-трёх минут второго. Эстан, признайся, кому ты так насолил?

– Половине Скрэйтара, – вполголоса сварливо замечает Корэл. – Вся закрытая тюрьма в Грандэ́не спит и видит, как бы отравить жизнь единственному эмпату королевства.

– А он ведь прав, Эстан, – блондин поднимается, причём брюки по-прежнему выглядят идеально. – Ты чертовски наплевательски относишься к своей безопасности. Добрый день, госпожа. Алэйн Гэрзэ́, маг смерти высшего ранга.

Последняя фраза, как и цепкий, пронзительный взгляд насмешливых серо-голубых глаз, предназначаются мне. Некромант! Тот самый, за которого вышла замуж Вэло́ра Жэрэ́!

– Очень приятно. Я Элис Риден, распорядитель сегодняшнего торжества.

– У вас в родне были маги? – Гэрзэ оглядывает меня, словно прикидывает, с какого конца начинать есть.

– Бабушка. – Почему их это так интересует?

– Кто-нибудь, кроме вас, в курсе произошедшего?

– Нет.

– Вот и славно. Насколько я помню, в Дэйноре замечательный морг. Сейчас закинем туда бедолагу и будем спокойно праздновать.

Корэл деликатно кашляет.

– Алэйн, не спеши. Досадить можно тысячью разных способов. Почему труп?

Гэрзэ разводит руками.

– Как самый неприятный из этой тысячи?

– Поговори с ним, – словно о чём-то незначительном, просит Корэл. – Хотя бы имя узнаем. У меня с собой переносная рамка, я сделаю запись, – он достаёт упомянутую из внутреннего кармана.

Да, такое у нас во Дворце Торжеств впервые. Роскошно убранный зал, гирлянды цветов, сервированные к застолью столы, призывно сверкающие хрусталём, обвитая цветами арка – и покойник, которого собирается допрашивать некромант. Пожалуй, это впечатляет. Особенно когда мертвец медленно садится и открывает глаза – почти нормальные, карие, только слегка мутноватые.

– Ваше имя, возраст и место жительства.

Ничего себе голос у Гэрзэ! Пробирает до мурашек. Таким властным тоном хорошо щенков воспитывать – шёлковыми станут. Вот тебе и хулиганский мальчишка – сама невольно вытягиваюсь в струнку и чуть не выкладываю, что тридцать семь лет назад я родилась в Хэйзаре. Покойник слушается беспрекословно.

– Шо́нен Кáлер, пятьдесят два года, Андэ́йр.

Слова умерший произносит чётко и бесстрастно, без какой-либо интонации.

– Кем и где вы работаете?

– Бухгалтером в Государственном Королевском банке Андэйра.

– Женаты?

– Холост.

– Родственники есть?

– Мама.

– Как её зовут?

– Сáлия Калер.

Вопросы Гэрзэ – отрывистые команды. По отсутствию эмоций в голосе некромант вполне может поспорить с трупом.

– Что вы делали сегодня?

– Встал, умылся, позавтракал, прочитал свежий выпуск «Новостей Скрэйтара», отправился на службу, поболтал с другом, проверял отчёты, потом… потом… потом…

– Достаточно.

Приказной тон Гэрзэ теплеет.

– Покойтесь с миром.

Калер, как мне кажется, с большим облегчением откидывается назад и застывает.

– Понятно, что было потом, – хмыкает Сорен. – Бедолага умер.

– И вместо того, чтобы находиться в морге Службы Правопорядка Андэйра, он прогулялся через половину Скрэйтара и разлёгся под свадебной аркой, – едко замечает Корэл. – Причём управился за минуты. Я делал обход в половине третьего – ничего подозрительного. Без двадцати три труп лежал здесь. Это ж как нужно подгадать, чтобы естественная смерть произошла ровно за час до начала торжества.

Не такое уж он и недоразумение. Внешность обманчива.

– Самое главное, что это не убийство, – Гэрзэ бережно поправляет руки покойного. – Даже старый циник вроде меня расстроился бы от подобного подарка.

– Циник! – Корэл фыркает так, что чёлка колышется. – Ну-ну.

– У нас осталось четыре минуты до начала празднования, – напоминает Сорен. – Нужно решать: отменять визит Её Величества или нет. Если речь о мести лично мне, это одно. Если подкинутый труп – часть плана, лучше не рисковать. В первом случае Алэйн отправляет тело в морг Дэйнора, и мы на время забываем об этом досадном инциденте. Во втором следует предупредить королеву.

– А отменить свадьбу никак? – прищуривается Гэрзэ.

– Ты что! – протестует Сорен. – Это у тебя всех родственников – сестра жены, провели тихонько церемонию в храме, никто и слова не сказал. А у меня папа и мама, которые полвека мечтают о внуках, ты хоть примерно представляешь, какой это ужас? И в придачу к ним Её Величество, рассчитывающая, что эти самые внуки унаследуют уникальный дар. Думаешь, почему она мне велела «отпраздновать с шиком» – мол, приеду, проверю?

– Так может, Эстан, это не мститель, а благодетель твой постарался?

Строгий некромант вновь превращается в озорника, да только меня больше не проведёшь. Это какой же мощью надо обладать, чтобы приказывать мертвецам! В жизни за него замуж бы не пошла. Такой рявкнет – сама вместо собаки ему тапочки принесёшь и хвостом повиляешь.

– Угу, – кислый смешок. – Хорошенькое благодеяние – заставить объясняться с женой, родителями и королевой.

Корэл красноречиво смотрит на часы.

– Эстан, я тебе, конечно, сочувствую, но через три минуты ты должен появиться здесь под руку с женой. Аксессуар в виде господина Калера твою свадьбу точно не украсит.

– Ладно, – Гэрзэ поводит ладонью, и покойник всплывает в воздух. – Улик здесь всё равно нет. Кто-то открыл портал, выгрузил тело, подчистил ауру и ушёл. Завтра с утра заведу дело и займусь расследованием. Бухгалтер умер своей смертью, госпожа Риден никому ничего не скажет.

Я несколько раз быстро киваю. С некромантами спорить опасно. Не ровён час наложит какое-нибудь заклинание. Одновременно исчезают Гэрзэ, труп и Сорен. Корэл сосредоточенно проверяет пол, где секунду назад лежал несчастный.

– Как они это всё различают, уму непостижимо, – еле слышно бормочет он под нос и уже громко обращается ко мне: – Госпожа Риден, могу я попросить вас об одолжении?

– Разумеется, – заверяю я.

– Пожалуйста, оставьте мне номер вашего амулета связи. Что-то мне подсказывает – это только начало.

Диктую ему цифры, а про себя думаю – начало чего? Но долго размышлять нет времени. Время вообще штука такая: или тянется бесконечно, или перепрыгивает через минуты, словно школьник через ступеньки.

– Спасибо, госпожа Риден. Вы прекрасно держались.

Всё-таки это был комплимент, сознаю я и слегка краснею.

Глава 2

Не понимаю, почему все так любят свадьбы. Суета, непомерные затраты, лихорадочные волнения. Невеста обязательно должна влезть в платье на два размера меньше, поэтому она голодает месяц и потом за праздничным столом ничего не ест, ведь иначе швы треснут. Отдельно нужно упомянуть букет – кровь из носу, чтобы был оригинальным, не как у других, хотя для этого в него придётся чертополоха с лопухами напихать или шовéльских колючек.

А свадебная арка? Её заказывают за полгода, художник-декоратор рисует десяток эскизов, накануне торжественного дня оказывается, что нужных цветов нет, и их срочно заменяют на другие. Декоратор рвёт волосы на голове и падает в обморок от непочтительного отношения к его шедевру, невеста бьётся в истерике, жених доплачивает за моральный ущерб. В результате искусственные цветы смотрятся ничуть не хуже, но целители уже довольно потирают руки и подсчитывают прибыль от успокоительных. И всё это – чтобы четверть часа постоять под аркой в храме! Два года назад у нас в Дэйноре частью этой арки обманутый жених заколол госпожу Ну́риж, так я не удивилась ни капельки. Странно, что только её одну. По-моему, на следующий день после свадьбы, глядя на конструкцию с вялыми цветами и сравнивая оную с суммой выставленного счёта, мужья должны впадать в состояние буйства с неизбежным причинением вреда. Себе, любимой супруге или художнику, в зависимости от обстоятельств.

И, как завершающий штрих, сам кошмарный изматывающий «лучший день». Толпа народу, родственники, дальние и близкие, с которыми ты когда-то разругался вдрызг, сослуживцы, которых ты терпеть не можешь, но непременно и тех, и других почему-то обязан пригласить. Тысяча мелких недоразумений, вместе составляющих большую неприятность, конфузы при рассадке гостей за столом, неуклюжие поздравления, чрезмерно цветистые тосты – и всё это часов пять или шесть подряд.

Ко всему прочему в Дэйноре прибавляется и местный колорит – бурные скандалы с участием обманутых и брошенных девиц, порой по несколько за вечер. Однажды на свадьбе господина Розéна две девушки, за коими упомянутый господин ухаживал помимо будущей жены, узнали о существовании друг друга. В тот раз невесте повезло остаться в стороне – соперницы выясняли отношения между собой.