Благодарю за боль

Николай всё же вспомнил о том, что не поздравил жену, и на следующий день пришел домой с подарком, цветами и извинениями. Милана к тому времени уже остыла, эмоции поутихли. Она вообще редко взрывалась и что-то высказывала. После ссор и конфликтов они, никак не урегулировав проблему, просто начинали снова общаться, как ни в чём не бывало.

Так произошло и в этот раз. Милана растаяла, как только увидела мужа на пороге с цветами, и, прежде чем распаковывать подарок, побежала накрывать на стол, потому что до этого у неё не было настроения и ей не хотелось кормить ужином мужа.

«Хоть я уже и не обижаюсь, но он не заслужил сегодня ужин», – таким образом она думала его «наказать», размышляя так до того, как Коля вернулся домой.

А теперь уже было как-то стыдно:

«Ну забыл, с кем не бывает, закрутился, в конце концов, у него много работы», – Милана уже и думать забыла, что вчера она засыпала в рыданиях, хотела развестись и молилась, чтобы ей пришёл ответ, как поступить.

Коле не терпелось увидеть, когда же она наконец развернёт его подарок, ведь он так тщательно его выбирал сегодня. В нём даже заиграли какие-то ребяческие нотки: солидно поправившийся за десять лет брака дядя, чем всё больше походил на большого доброго медведя из мультика, переминался с коробкой в руках возле жены на кухне, пока та накрывала на стол.

– Солнышко, ну, открывай уже, брось ты это всё, я не голоден!

Милана поставила остатки лазаньи в микроволновку и повернулась, с торжественным видом протягивая руки за подарком:

– Я готова! Давай!

Она аккуратно развернула упаковку, стараясь ничего не помять и не порвать (вдруг пригодится?), и увидела стильный элегантный красный телефон. Глазами, полными слёз, она посмотрела на своего любимого, потом бросилась к нему на шею, сгорая от стыда от вчерашних мыслей.

– Спасибо тебе огромное! Он такой красивый! И, наверное, такой дорогой! Зачем ты так потратился? Мы же собирались делать ремонт.

– Милана, вот что ты такое говоришь? – расстроился Николай. – Ты не рада подарку?

– Рада… Очень рада… Но это слишком дорогой подарок… Для меня… – неожиданно на неё напала грусть вселенского масштаба, она почувствовала острое ощущение недостойности себя всего, с ней происходящего, но не подала вида. Ещё раз чмокнув в небритую щёку мужа, она укололась, поморщилась и пригласила его к столу.

Николаю, казалось, новый гаджет был интереснее, чем жене и чем жена, быстро отужинав, он схватил телефон:

– Давай я помогу тебе всё установить!

Она смотрела на него, не понимая своих чувств, с некоторой долей зависти:

«Почему у меня нет ни к чему интереса? Почему я делаю всё на автомате и живу, как робот? Почему я не могу испытывать эти искренние чувства и радоваться таким мелочам? Я жду, что произойдёт что-то глобальное, наверное, только тогда я смогу быть по-настоящему счастливой… Только я даже не знаю что должно произойти».

– Идём, я покажу тебе, как им пользоваться, и давай перенесём сюда все номера и установим приложения, которые тебе необходимы. Здесь возможностей больше, и экран больше – сможешь читать книги! Для тебя же это важно, моя буквоежка! И не обижайся, я в хорошем смысле этого слова! – расплылся в улыбке счастливый Николай. Он был доволен своей покупкой и был уверен, что Милане подарок придётся по душе.

Он не умел говорить красивых слов, никогда не делал комплименты, проявляя свою заботу больше действиями, причём совсем не так, как того ждала Милана. Поэтому суть её претензий, когда она требовала от него знаков внимания, ему была непонятна. И сейчас он был просто убеждён – он сделал лучшее, что только мог придумать в её день рождения, пусть и с опозданием.

Милану поглотили размышления, она молча зависла в этом состоянии, пока Николай развлекался с «игрушкой», периодически выдергивая её из состояния транса фразами типа:

– Смотри! А он ещё вот так умеет! Это вообще суперполезная функция для тебя!

Милана тщетно пыталась разобраться в своих чувствах. С одной стороны, радовалась – он всё же вспомнил и сделал подарок. С другой стороны, смотрела на всю эту картину со странным равнодушием, будто уже решив внутри себя, что больше не хочет быть с этим человеком, понимая: они совершенно разные. В то же время ей было стыдно за свои мысли, ведь они уже столько прошли вместе, столько пережили. И вот сейчас, когда он в таком расположении духа, не занят телевизором, готов идти на контакт, воодушевлённый, живой, как в юности, и она могла бы радоваться вместе с ним, ей больше всего хотелось уйти и закрыться в другой комнате.

«Почему так? Почему? Может, это не ему, а мне не нужны эти отношения? Эта нежность в них. Может, это я стала чёрствой и фригидной, и поэтому у нас нет секса? Да у нас даже нет общих тем для разговоров. Все мои чувства к нему основаны на воспоминаниях из прошлого и на благодарности за всё, что он для меня сделал. А любви-то и нет. Не осталось. Наверное. Как во всём этом разобраться?»

Когда Милана вызволила себя из пучины размышлений, взгляд супруга уже был устремлён в телевизор.

– Вот тебе и праздник, – съязвила Милана, – ты даже мой день рождения празднуешь со своим лучшим плоским широкоформатным другом, – обозлённая на себя, на мужа и на ситуацию, она соскочила с кровати и ушла на кухню.

Николай только вздохнул. Он вообще не понимал Милану и её поведение. И уже даже не пытался в этом разобраться.

Жизнь Миланы потекла в прежнем русле. День за днём она ходила на работу, скоро, в преддверии нового года, нужно будет закончить все дела и сдать отчеты.

Прошло несколько дней, прежде чем Милана осмелилась установить приложение той самой соцсети на телефон и зайти в свой профиль. Она одновременно и боялась, и ждала ответ незнакомца.

Непрочитанное сообщение. От него. Страшные угрызения совести терзали её, но любопытство было сильнее. Сердце бешено колотилось. В сообщении было две песни и больше ничего. Никогда раньше с ней не знакомились так нахально, в интернете. Несмотря на то, что она была совсем молода, взгляды её были весьма консервативны.

Николай в этот вечер задерживался, предупредив, что у него деловая встреча. Милана трясущимися от волнения и страха руками нажала кнопку «play». Из динамика полилась мелодия, и нежный мужской голос запел о любви.

«Да что себе позволяет этот наглец? Я его даже не знаю!»

Не помня себя от злости, она накатала ему гневное послание о том, что неуважительно писать замужним девушкам, и сообщила, что он не на ту напал, если ему хочется поразвлечься.

В этот момент повернулся ключ в замочной скважине. Свернув все приложения, в смешанных чувствах и эмоциях Милана бросилась встречать мужа.

Они уже ужинали, когда раздался телефонный звонок. Звонила Миланина коллега с работы, директор по производству:

– Милана, у меня к тебе просьба, нужно съездить на работу, забрать пакет документов, который я приготовила и благополучно забыла на столе, и отвезти его Артёму Ивановичу, он завтра улетает в командировку, самолёт в 7.40

– Но… Ангелина Петровна, время одиннадцатый час ночи, я уже в пижаме…

– Я понимаю, конечно, но я сегодня сделала косметическую процедуру, и мне нельзя несколько часов появляться на морозе, я не могу поехать сама. Милан, выручай, вопрос жизни и смерти, ему обязательно нужны эти бумаги. Без них ехать бессмысленно.

– Хорошо, я всё поняла. Надо так надо. Сейчас я съезжу, не переживайте.

Милана положила трубку со словами:

– Коль, мне на работу нужно.

Он не стал задавать ей лишних вопросов, она всегда делала всё так, как считала нужным сама, не советуясь с ним. А даже если и советовалась, то редко принимала его мнение во внимание и делала по-своему.

И Милана не умела отказывать. Сказать «нет» для неё было неприемлемым. Ей всегда хотелось всем угодить, показаться в их глазах хорошей, доброй, готовой помочь. Она очень боялась обидеть, а ещё боялась получить отказ, когда помощь понадобится ей самой. Хотя таких случаев она не припоминала, может быть, потому что никогда никого и не просила, а всё делала сама.

Домой Милана приехала уже глубоко за полночь, Коля сладко спал, ни разу ей не позвонив и не переживая о том, что жена где-то мотается посреди ночи. Это, конечно, её жутко раздражало. В очередной раз она ложилась спать без настроения, но сон всё не шёл. Под подушкой завибрировал телефон:

«Привет☺ Чего не спишь?»

Первой реакцией была злость:

«Тебе-то что надо от меня ещё? Баб что ли мало?»

Но впервые в жизни ей захотелось выплеснуть свою боль незнакомому человеку, с кем-то поделиться, после того разговора с Полиной ей было значительно легче, но больше не было возможности поговорить. Было страшно и волнительно, рядом под другим одеялом спал муж, повернувшийся, как обычно, спиной. Несколько раз написав и удалив текст сообщения, она просто ответила:

«Не спится».

«Что это тебе не спится? Завтра же на работу?»

У Миланы появилось ощущение, что за ней следят. Всё, что происходило, было для неё совершенно новым и необычным. И она воспринимала всё очень наивно.

«Откуда ты знаешь? Ты следишь за мной?»

В следующем сообщении она почувствовала насмешку:

«Нет, логически догадался ☺».

Появился какой-то привкус горечи, и захотелось съязвить:

«Если ты такой умный, зачем тогда такие вопросы задаёшь? Ни на что больше фантазии не хватает?»

«А ты острая на язычок. Хотелось бы мне его попробовать».

Милане резко стало противно и мерзко от этого сообщения, она ничего не стала отвечать, удалила переписку и швырнула телефон под подушку.

«Господи, да зачем мне вообще это надо? Как-то жила же без этого раньше и сейчас обойдусь. Если уж совсем приспичит, поделюсь с Полиной. Чувствую себя использованной. Сначала эти бумаги, а я всё-таки финансовый директор, а не „принеси-подай“, потом безразличие родного мужа, теперь и этот сопляк со своими намёками. Издеваются надо мной все? Сговорились?»

Прошёл практически месяц с тех незначительных, но волнующих её событий. В семье по-прежнему был день сурка. Этот загадочный парень, Макс, из соцсетей не сдавался, он писал Милане каждый день. Сначала она этому агрессивно сопротивлялась, оскорбляла его, не отвечала, а потом потихонечку начала привыкать и ждать его сообщений. Он вдохнул свежий воздух в её повседневную рутину.

На первый откровенный разговор с ним она вышла после очередного звонка подруги, в просьбе которой она не могла отказать и высказать ей, боясь обидеть, тоже, но это переходило уже все границы. А поделиться негодованием ей было не с кем. Муж сначала делал вид, что слушал, но, когда она в ярости схватила пульт, чтобы выключить телевизор, он взмолился:

– Давай на рекламе поговорим, пожалуйста? Я сейчас самое интересное пропущу! Это же не так срочно?

Катя, бойкая, смелая, настойчивая, хамоватая, внешностью в чём-то даже мужеподобная, выкрашенная в блондинку брюнетка, никогда за словом в карман не лезла, очень резко обозначала свою позицию, никому не давала себя в обиду, а бывало, и сама могла зацепить кого-то.

Она часто просила Милану о помощи, причём многое из того, что она делегировала подруге, могла сделать сама, но ей было комфортно, когда за неё решают её проблемы, вплоть до оплаты коммунальных услуг, а она в это время могла сходить в солярий или на наращивание волос. Всегда находились дела «поважнее». И в отличие от Миланы она знала себе цену, вот только перегибала палку, обесценивая при этом других.

Уставшая от предновогодней суеты и замученная годовыми отчётами, Милана ехала домой, когда ей позвонила Катя и словно пулемётная очередь начала быстро-быстро говорить:

– Милана, привет! Срочно! Срочно приезжай ко мне! Слышишь? Меня выселяют из квартиры! Мне нечего есть! И я умираю с голоду! Подруга, спасай, выручай! Только ты мне можешь помочь! И по пути в банкомате сними деньги, мне нужна наличка. Сорок тысяч рублей, – она сделала паузу.  – Нет, пятьдесят. Хотя десять можешь скинуть на карту, – Катя снова немного помолчала. – Ещё же этот сраный Новый год, чтоб его! Давай восемьдесят, Милан! Или сто! У тебя же есть? Я знаю, что есть, ты мне рассказывала, что вы собираетесь делать ремонт, значит, ты копишь, да и премию вам должны были выплатить! В отличие от наших уродов! Нет, ну ты прикинь, я потратила всю зарплату, привела себя в порядок, купила себе Гуччи на половину зарплаты для корпоратива, а они его отменили! И мало того, что отменили, так ещё и премии лишили! А я уже аванс за путёвку на Сейшелы внесла, мы с Людкой с работы собираемся в феврале, извини, не успела тебе сказать раньше! Сейчас по дороге расскажу подробнее, ты же меня свозишь до хозяина квартиры отдать деньги? А на обратном пути заедем в магазин, куплю продуктов и вина, выпить хочется до ужаса. Только ты, наверное, компанию мне не составишь? Ты же за рулём, да и домой тебе уже будет пора ехать. Ну, ничего, успеем наговориться пока ездим, давай подруга, жду тебя. Целую.

И отключилась.

Милана словно в каком-то тумане доехала до ближайшего отделения банка, сняла сто тысяч и поехала в сторону дома своей закадычной подруги, не понимая, что же связывает их, таких противоположных друг другу людей. Она привыкла уже к нахальным выходкам Кати, ни разу ещё ей не отказала. Только если раньше она делала это беспрекословно, бросала все дела и ехала ту спасать с любовью и без всяких сомнений, то сейчас что-то изменилось, она впервые почувствовала, что ей не хочется этого делать. Но почему-то сказать что-то против она не могла.

«Милана, что за мысли у тебя? Она ведь твоя лучшая подруга. Похоже, ты совсем загналась со своими книжками, раз позволяешь себе так думать. Что за эгоистка в тебе просыпается? Что за нежелание помочь родному человеку?» – разговаривала она сама с собой.

«Тебе за это должно быть стыдно!» – эхом отозвался бабушкин голос из далёкого детства.

Милана привезла деньги, свозила подругу по всем делам и, не дождавшись приглашения хотя бы на чай, поехала домой. Уже по дороге ей пришла смска:

«Ой, закрутилась, „спасибо“ забыла тебе сказать, дружочек. Я, правда, не знаю, когда смогу с тобой рассчитаться, но тебе же не срочно. Целую. Пока».

Милана уже во второй раз отследила незнакомое ей ранее чувство: «Такое ощущение, что меня использовали!»

Ей хотелось с кем-то обсудить это. Полине звонить было уже поздно, муж отмахнулся, выделив ей время для разговора на рекламной паузе. И тут удивительно своевременно пришло сообщение от Макса:

«Доброго вечера! Уже поужинала? Как настроение?»

Ощутив внутри тепло от этих слов, Мила ответила:

«И тебе хорошего вечера. Хоть кто-то заботится о моих чувствах и моём желудке!»

«А как же муж?»

«Его больше волнует, кто кого подставит в очередном боевике».

«Ты не ответила. Что кушала?»

«Макароны по-флотски. Не было времени готовить, приехала поздно».

«Как обычно, задержалась на работе? Как прошёл в целом твой день?»

«Да, на работе… И не только… Понимаешь… Тут такое дело… Мне хочется кое-что тебе рассказать…»

И в следующих сообщениях Милана выложила всю историю с Катькой. Упомянув о том, что раньше она делала это бескорыстно, сама того желая, а с тех пор как её посреди ночи выдернули на работу, потому что кое-кто забыл передать бумаги и свалил в салон красоты, у неё появилось ощущение, что ей пользуются, и ей очень стыдно за такие мысли.

«Милана, ты же понимаешь, что нельзя так? Ты совершенно о себе не думаешь? Ты же говорила, что ты читаешь книги по психологии и проходишь разные тренинги?»

«Ну да, читаю и прохожу, только я не понимаю, о чём ты говоришь. Почему не думаю о себе? Я это я, а помощь – это помощь, разве нет?»

«Давай я просто скажу, как я это вижу. Может, я и ошибаюсь, конечно. Но ты же делаешь это против своей воли?»

«Понимаешь, в этом-то и дело. Мне стыдно, что я не хочу помогать близким людям. Сегодня я вспомнила даже слова бабушки, которая стыдила меня, когда я не хотела помогать».

«Мне кажется, что ты живёшь для других людей. Ты же выросла и уже не та девочка, которую журила бабушка. Ты взрослый человек, который вправе жить так, как он хочет. А ты забиваешь на свои желания. И бежишь, спасаешь кого-то. Не надо так, Милан. Ты думаешь, они без тебя не справятся?»

«Хороший вопрос. Я будто чувствую себя нужной при этом. Знаю, что потом мне тоже помогут».

«Ты, правда, думаешь, что помогут? Попробуй ответить честно».

«Конечно! А что, может быть как-то иначе?» – искренне удивилась Милана.

«Да вот как ты не поймёшь? Как раз, когда ты прогибаешься под людей и пляшешь под их дудку, они только и будут тобой пользоваться, потому что ты делаешь это, чтобы почувствовать себя нужной. Ты сама говоришь. Значит, ты делаешь это не из-за искреннего желания помочь, а для того, чтобы тебя полюбили, согласна?»

«Не знаю, Макс, такие странные вещи ты говоришь. Мне пока сложно это понять. Ты психолог?»

«Нет, но это прописные истины, на мой взгляд».

«Спасибо тебе. Мне стало легче после разговора, хотя я пока не понимаю, о чём ты говоришь. Наверное, мне нужно время, чтобы это осознать. А сейчас мне пора спать, у нас завтра корпоратив. Спокойной ночи!»

Ночью Милана спала плохо, думала о своём странном, непонятно откуда взявшемся онлайн-собеседнике и, самое главное, она ощущала, что он очень вовремя появился в её жизни. Она замечала, как ей становится легче после разговоров с ним. У неё начали закрадываться мысли о том, что она хотела бы познакомиться с ним вживую и что уже начала привязываться к этому загадочному персонажу в её жизни. И, конечно, она считала, что живёт чужой жизнью. Об этом она никогда прежде не задумывалась.

Одну из песен, которые были в самом первом сообщении Макса, Милана поставила в качестве рингтона на свой новенький красный iPhone, и при каждом звонке она вспоминала своего виртуального собеседника. Так же она понимала, что теперь и вовсе не ждёт и не требует от мужа, чтобы он уделил ей время и внимание. Они ещё больше отдалились друг от друга. И чем хуже становились отношения с Николаем, тем больше она улетала в мечты о реальном знакомстве с Максом.

Милана работала в большой компании, коллектив её был дружным и весёлым, корпоративные вечера устраивались очень часто, но выпивала девушка редко, чаще была за рулём. Отправляясь сегодня на празднование Нового года, она оставила машину дома, чтобы пропустить пару бокальчиков красного вина.

Как правило, после недолгого вечера все сразу расходились по домам, и Милана в том числе, но в этот вечер её душа требовала отвлечься, тем более что видеть Николая ей совсем не хотелось. Милана набрала номер Кати, она уже не злилась на неё за ту выходку, и подруга с радостью согласилась за ней заехать, предупредив, что будет со старым другом, с которым как раз празднуют покупку его джипа.

Взбудораженная после хорошего вечера и вина, Милана выскочила на улицу, и, поскользнувшись на лестнице, громко выругалась отборным матом в несвойственной для себя манере. Новёхонький автомобиль уже поджидал у крыльца здания, окно было приоткрыто, и в машине были отчётливо слышны её ругательства. Взобравшись на заднее сиденье, она продолжала отряхиваться и ворчать, но стоило ей угомониться и поднять взгляд, она оторопела. Это был ОН. В городе-миллионнике. С её лучшей подругой.

– Милан, знакомься, это Макс. Макс Донцов, может слышала? Он знатный Дон Жуан, всех девчонок в городе уже перебрал. И ты это, осторожнее с ним, он и замужними не брезгует! – затараторила Катька.

Милане показалось, что Макс густо покраснел, по крайней мере смущение изобразить у него отлично получилось.

– Кать, вот что ты такое говоришь? Напугаешь девушку. И вовсе я не такой. Милана, располагайся, рад с тобой познакомиться лично!

Его голос оказался совершенно не таким, как в её представлениях. Почему-то ей казалось, что он обязательно должен быть брутальным, громким, под стать высокому росту владельца, его мускулистому телу, широким плечам, смуглой коже и чёрным, как смоль, чуть волнистым волосам. Но когда он заговорил, ей подумалось, что ничего восхитительнее этого тембра она раньше не слышала. Каждая клеточка её тела предательски завибрировала.

Весь вечер они смеялись, шутили, пили шампанское, общались так, будто знали друг друга много лет. Милана чистила мандарины себе и Максу, а он ухитрялся есть из её рук.

Катя не раз толкала локтем в бок подругу, предостерегая. Уж она-то очень хорошо знала все приёмы этого любвеобильного самца, называвшего себя её другом. Поэтому и настояла на том, что Милану отвезут домой первой.

Выйдя из машины, Макс галантно открыл дверь и подал девушке руку. Их взгляды пересеклись: Милана не могла оторвать от него глаз, а он жадно смотрел на неё. Провожая её до подъезда, Макс достал из кармана пальто мандаринку:

– Символ нашего сегодняшнего вечера. Как-нибудь повторим?

Милана загадочно улыбнулась, но ушла от ответа:

– Это был прекрасный вечер. Спасибо тебе. Я до сих пор не верю в это случайное знакомство, – и, разоткровенничавшись окончательно, Милана краснея произнесла: – Я грезила об этом всю ночь.

Макс расплылся в улыбке и подмигнул:

– Будь осторожна, мечты сбываются. И мои грёзы сегодня будут куда смелее после такого общения. Неспокойных вам снов, девушка!

Сердце Миланы предательски выпрыгивало из груди, в ней проснулась женщина, страстная, жаждущая, незнакомая ей прежде. И успокоилась она, только стоя под холодным душем.

На следующий день Катя приехала к Милане в разгар рабочего дня.

– Дорогая, я тебя во всём поддерживаю, но вчера мне совсем не понравилось, как ты строила глазки Максу. Я давно его знаю, отшила сразу, и теперь у нас с ним дружеское общение. Но Маринкину семью он чуть не развалил. Да и Света до Паши с ним встречалась. Знаешь, сколько лапши он ей навешал? Я тебя на растерзание ему не отдам, ты меня знаешь, любого за тебя порву.

Милана с нежностью обняла подругу и поблагодарила за беспокойство, заверив, что этой единственной встречей всё и закончилось. Но не думать о нём она уже просто не могла.

В преддверии Нового года, когда город затопила предпраздничная суматоха, на работе накопилось столько дел, что Милана, придя вечером домой, не могла вспомнить, ела ли она сегодня хоть что-то.

– Коль, не понимаю, время одиннадцать часов, я только с работы, там завал! Я же с ног валюсь! Неужели нельзя хотя бы макароны сварить к моему приходу? – Милана рухнула на кровать и разрыдалась.

Николай лежал на диване, в одной руке была банка пива, а в другой пульт. Он молча посмотрел на Милану. И снова уставился в телевизор.

– Я так понимаю, тебе вообще по барабану, да, ела я или нет? Ты же знаешь, что я устроилась на эту работу только для того, чтобы нам проще было выплачивать ипотеку! В итоге всё погашено, меня за это время повысили, я зарабатываю теперь больше тебя! А ты даже ухом не ведёшь! Какой ты вообще мужик после этого? – Милана переходила на крик.

– Мила, я работаю и зарабатываю, это было твоим выбором – пойти на эту должность, – спокойно ответил муж.

– Ты издеваешься надо мной? Да любой нормальный мужик пошёл бы и нашёл вторую работу или хотя бы попросил повышения на этой! У тебя уйма свободного времени, которое ты растрачиваешь впустую! Тебе вообще не жалко свою жизнь? – уже во весь голос кричала Милана. – Я должна ишачить, ковыряться в цифрах, которые меня бесят, общаться с людьми, которые ничего не понимают, тащить всё за всех, а в благодарность любоваться на твой профиль, когда ты пялишься в телевизор? Господи, как же мне хочется его разбить уже! Мы с тобой вообще когда-нибудь будем хоть о чём-то разговаривать? Ты не хочешь спросить, как у меня дела? Устала я или нет? Или хотя бы обсудить отпуск, на котором ты, между прочим, будешь кайфовать и загорать пузом кверху, а я в это время продолжать дистанционно работать, потому что никто без меня не справляется! Я не понимаю, что за жизнь у меня такая! Все только и делают, что на мне ездят! В том числе и ты!