Правил нет. Есть те, кто их придумал

Глава 1

– Айя! Ты встала?!

От громких слов и осторожного стука в дверь я резко распахнула сонные глаза.

Стук становился все настойчивее, поэтому хриплым от сна голосом я разрешила маме войти.

– Ты все еще спишь?! – в строгом голосе эльфийки я с легкостью распознала нотки удивления.

В любой другой день сейчас я бы уже вернулась с утренней охоты и освежевала свою добычу.

Нехотя сажусь на кровати и спускаю ноги на теплый деревянный пол, нагретый ласковыми лучами весеннего солнца, льющегося из окна рядом с кроватью.

– Да. Вчера допоздна занималась. Через два дня экзамены, – тру болезненные после непродолжительного сна глаза, делая еще хуже, в них словно мелких камней бросили.

Лишь легкий шелест платья и длинных волос цвета какао бобов выдает приближение мамы. Лесная охотница даже в собственном доме перемещается чуть заметнее теней. Хочется думать, что придет день, и я смогу также грациозно двигаться, а еще колдовать и лечить.

Присев рядом со мной, мама, как в детстве погладила меня по голове, перебирая в изящных длинных пальцах спутанные после сна волосы, ставшие проклятьем для моей семьи.

– Хочешь, сегодня я наложу чары? – с ласковой улыбкой спросила она, а я наконец собралась с силами, убрала ладони от глаз и встала с кровати.

– Нет. Осталась всего неделя. И я давно привыкла.

Повернувшись к маме, я встретилась с ее грустными фиалковыми глазами с тонкими длинными, словно нити, от яркого утреннего света, льющегося из распахнутого окна, зрачками.

Кто-то верит, что когда-то у каждого лесного эльфа были такие зрачки. А легенды говорят, что они у нас от предков, которые могли перевоплощаться в черного огненного ягуара, или как его еще называют, лесного демона, как любые другие оборотни.

Но современные лесные эльфы утратили этот талант, отказавшись от разрушительной силы стихии огня. Лесные эльфы выбрали созидательные силы духов природы, навсегда прекратив участие в любых войнах. А единственный отряд королевских воинов призван защищать наше королевство от нападения диких серых драконов, болотных троллей и банд орков-разбойников, которые воруют эльфов, чтобы продавать их в рабство в другие далекие и дикие миры, проход в которые есть только в землях орков.

В моей семье мамины хищные зрачки достались трем старшим братьям – Леонелю, Нуолю, Аильну, и их зрение намного острее всех остальных членов моей семьи. Особенно в темном ночном лесу мне с ними не сравниться.

Если в семье рождается ребенок с такими зрачками, его с пеленок зачисляют в ряды королевских воинов. У лесных эльфов практически нет разделения в силе, ловкости и магических талантах между мужчинами и женщинами, поэтому там служат и те, и другие не меньше ста лет.

Моя мама, выполнив свой долг перед королевством, покинула ряды воинов и теперь учит эльфят в школе вместе с еще одним моим старшим братом Морелем.

Я бы с большим удовольствием примкнула к своим старшим братьям-воинам, но, к сожалению, моя внешность не позволит мне даже остаться с родными здесь в Королевстве Лесных Эльфов.

Я не хочу больше видеть грусть в глазах своих родителей и быть ее причиной. Через неделю и я, и они будем свободны от этих взглядов. Не важно поступлю я в университет или нет, все равно уеду в Шароин. Школьный курс я прошла успешно, осталось только экзамены сдать, да и родители очень многому меня научили, вполне смогу работать лекарем или присматривать за зверинцем какого-нибудь богача. А они перестанут бояться каждый день за свою жизнь и жизнь всех своих детей.

Мы с мамой несколько секунд рассматриваем замысловатые узоры заклинаний, которые украшают наши руки, шею и скулы.

Для двухсотлетней эльфийки наличие такого количества узоров вполне нормально. Но вот для тридцатилетней зеленой девчонки, которой являюсь я, это слишком, но у меня не было выбора. Точнее выбор был у моих родителей, и я рада, что они сделали именно этот. Зато в этих узорах есть существенный плюс, с каждым новым рисунком я становлюсь магически сильнее и выносливее.

Мама первая прерывает наш немой разговор, и возвращая в голос привычную лёгкость и улыбку, встает с моей кровати.

– На охоту сегодня уже не успеешь. Через два часа начнется праздник. Поторопись, пожалуйста, твои сестры очень хотят прибыть к самому началу. Ты же знаешь, как праздник в этом году важен для Оэнарель, – и с легким шелестом грациозная охотница выплыла из моей комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь, а я отправилась в ванную комнату.

Когда на мне уже надет новый костюм из светлой кожи молодого оленя, который мы с мамой специально сшили к празднику весны, я подхожу к большому напольному зеркалу.

Верх костюма состоит из длинной широкой кожаной ленты, которая обвивают мое тело множество раз, с каждым обвитием сужаясь, а тонкий конец, больше напоминающий шнурок, завязан сзади на шее. Низ костюма – такого же цвета кожаные шорты, доходящих до середины бедра. На ногах новые сапоги до колен, украшенных янтарем, а носы обиты оленьем рогом.

В волосы я вплела камни янтаря и шалфей. Обычно я вплетаю разные камни и травы, никогда не знаешь, что может пригодиться на охоте, но сегодня отдала предпочтение красоте, а не привычной мне практичности лекаря и охотника.

Сейчас на меня смотрит красивая юная эльфийка, но только с волосами цвета светлого янтаря и ярко-изумрудными глазами, а значит я должна была умереть сразу после моего рождения.

Я появилась на свет в самом маленьком королевстве – Королевстве Лесных Эльфов. Наш народ практически не контактирует с другими королевствами, даже с соседями – горными эльфами, и живет по своим традициям многие столетия, чтя их как непреклонные законы.

Одним из таких нерушимых законов является внешний вид и здоровье лесного эльфа. Абсолютно все представители нашего народа имеют волосы цвета плодов какао, фиалковые глава и идеальное здоровье. Все дети, которые рождаются с любыми изъянами, приносятся сразу после рождения в жертву Духам Леса. Их просто относят в чащу и оставляют там на съедение диким зверям. Случается это очень редко, но нарушение этого закона несет смерть всей семье. И моя семья нарушила его, каждый день скрывая мою внешность под чарами сначала моей мамы, а затем и моими собственными.

Но магия для эльфов не дается просто так. Любое заклинание выжигает замысловатый рисунок на коже, эти узоры такого же цвета, как волосы лесных эльфов – темно-коричневые. И если на моей маме или братьях такие рисунки выглядят очень гармонично, то с сочетании с моими светлыми волосами еще сильнее выделяются.

Легенды гласят, что когда лесные эльфы отказались от магии огня, он обиделся и так мстит, каждый раз при призыве магии, обжигая своим пламенем. И чем больше рисунков на коже эльфа, тем сильнее его магическая сила.

Сначала рисунки появляются на кистях, потом ползут по рукам, шее, а затем начитают спускаться по телу вниз, последним рисунками покрывается лицо. Но это тоже лишь предположения и легенды. Нашему мирному народу не приходиться часто применять магию, да и немощных стариков у нас нет, как только лесной эльф не может сам охотиться, он покидает свою семью и уходит в лес к духам. Больше всего рисунков у королевского лекаря, которому почти четыреста лет, и они лишь покрывают его грудь, а ему скорее всего осталось совсем не долго до встречи с лесными духами.

Привычно взмахнув рукой и прошептав до тошноты знакомые слова, я сжала зубы, зажмурила глаза и тихо простонала от боли, ощущая, как на шее проявляется новый витиеватый рисунок.

Открыв глаза, я встретилась с девушкой, которая была знакома уже абсолютно всем. Это та же я, только волосы стали темнее, глаза приобрели фиалковый цвет и узоры на коже тоже скрылись заклинанием.

Теперь я готова беззаботно веселиться.

Внизу за столом меня уже ждали папа, мама и сестры – старшая Оэнарель и младшая Луола.

Оэнарель старше меня всего на три года, и она впервые в этом году надела красное льняное церемониальное платье. Я бы тоже смогла надеть такое сегодня и тоже впервые, но замуж я не собираюсь, и уж точно не в этом королевстве.

Молодые эльфы и эльфийки с тридцати лет могут создавать семьи и участвовать в выборе пары на празднике Весны. Этот праздник проводиться в последний день весны, так эльфы отмечают полное пробуждение природы от зимнего сна, хотя в наших лесах не бывает холодно, но эльфийская магия все же чувствует, как в зимние месяцы дремлет природа вокруг. А еще с приходом лета у эльфов приходит и новый год.

Оэнарель тридцать три и в этом году появилась очень резкая причина, чтобы и она надела это платье. Она, конечно, так и не призналась нам в ней, но мы догадываемся. И это стало поводом для насмешек над ней для меня и братьев.

Волосы сестра украсила разноцветными камнями кварца и фиолетовыми цветами виолы.

Смотря на сестру, я не могу не улыбаться, хоть и вижу, как она волнуется. При всем своем независимом характере, сестра оказалась все той же девчонкой, мечтающей о принце.

– Доброе утро! – с широкой улыбкой я обвила взглядом всех присутствующих и получила такие же теплые улыбки в ответ, даже от старшей сестренки.

Мои старшие братья все в свое время выбрали своих жен на празднике Весны и очень счастливы с любимыми.

На младшей Луоле тоже сегодня надето льняное платье, только зеленое, ну и мама в таком же голубом, как и все замужние эльфийки.

В волосах и мамы, и сестренки вплетены желтые и голубые полевые цветы, но голову матери еще украшает ободок из красного сердалика и красная свадебная лента.

Отец выглядит совсем обычно в кожаных штанах и жилете. В волосах, как у любого охотника, вплетены клыки, кусочки рогов, коренья и травы. Единственным праздничным украшением является синяя свадебная лента, которой он связал свою длинную косу.

– Айя! – взвизгнула недовольно Луола. – Ты так собираешься идти на праздник? – ее длинные ушки даже покраснели от негодования.

А вот моя младшая сестра просто в восторге от того, что Оэнарель в этом году участвует в выборе пары и активно осуждает наши насмешки.

Мама и папа тихо засмеялись, умиляясь негодованием младшей дочери.

– Конечно, – отозвалась я, потянувшись за тарелкой с сухофруктами, которые без аппетита жевала и старшая сестра.

Как и ей мне есть тоже не особо хочется, только причины у нас разные. А может быть и одинаковые. Мы обе в предвкушении. А вот ждем точно ни одно и тоже. Я – свободы, а она – принца.

– Сегодня на празднике будет вся королевская семья. Неужели ты не хочешь быть красивой? – манерно закатив глаза, Луола скривилась.

– Сестренка, разве ты не знаешь, что я собираюсь поступать в университет? И не променяю свои любимые учебники на какого-то там принца? – все так же улыбаясь, спросила я.

Луола так сильно удивилась и распахнула глаза и рот, что даже напряженная Оэнарель прыснула от смеха.

– Все-таки ты безнадежна! – подытожила младшая сестра и грациозно встала из-за стола. – Я подожду всех на улице. Пока попробую кого-нибудь призвать. Поторопитесь, пожалуйста, не хочу пропустить ни минуты, – и выпорхнула из дома.

Когда дверь за юной эльфийкой закрылась сдержать громкого смеха не смог никто.

Я заметила, как родители и сестра посмотрели на меня, и очень радовалась, что мы сейчас смеемся.

Выйдя из нашего дома, окутанного густым цветущим плющом, который защищал наш дом от непрошенных гостей, каждый принялся звать зверя, который сегодня поможет добраться до королевской площади, где будет проходить праздник.

Отец и Оэнарель приложили руку к земле, мама подняла руки вверх, а я коснулась теплого ствола дерева. Все мы прикрыли глаза, чтобы почувствовать и попросить лес о помощи.

Вскоре к нам из лесной чащи вышли бурый медведь для папы и изящный олень для старшей сестры. Как только медведь скрылся в тени деревьев, с неба опустился белоснежный пегас. И восторженный визг Луолы чуть не спугнул редкое животное. Я знала, что младшая сестренка хочет поехать со мной, но от пегаса даже я бы не отказалась, поэтому вместе с мамой она забралась на прекрасного коня.

И стоило стихнуть шуму крыльев пегаса и стуку копыт оленя крупный ягуар спрыгнул с дерева, приглашая меня в дорогу.

Перепрыгивая с ветки на ветку, ловкая и сильная кошка, к спине которой я прижималась всем телом, быстро несла меня к королевской площади. Чем ближе мы были, тем чаще встречались такие же спешащие на праздник на спинах лосей, тигров, гигантских орлов и других лесных жителей.

Оставалось всего несколько крупных деревьев, до того, как я отпущу своего помощника, когда я услышала призыв о помощи, кому-то было очень больно и страшно. Легонько похлопав по шее ягуара, я попросила зверя остановиться, и он послушал. Но как только я слезла с его спины на толстую крепкую ветку, хищник скрылся в густом лесу, а значит дальше мне идти пешком, и я опоздаю. Луола будет в ярости!

Я улыбнулась, но призыв о помощи снова заставил меня прислушаться.

Закрыв глаза, я попросила духов леса о помощи, и они показали мне куда нужно идти.

Я не стала спускаться на землю, густые кроны деревьев позволяли мне быстро передвигаться.

И вскоре я нашла маленького зверька.

– Это же виль! – вырвалось у меня.

Зверек размером с мою ладошку жалобно стрекотал, свернувшись на ветке. Мое появление его испугало, но у него совсем не было сил, чтобы убежать. Увидеть этого юркого хищника так близко это большая редкость, да и опасно. Эти зверьки обладают львиным характером и непримиримым нравом, готовые нападать на любого противника.

– Не бойся, малыш, – я ласково погладила коричневую шерстку, – что у тебя случилось?

Я взяла в руки плачущее животное, и он даже попытался меня укусить, но и на это сил у малыша не осталось.

– Тихо, тихо, – приговаривала я, осматривая виля.

На задней лапе виднелись следы от укуса маленькой змеи. Не долго думая, я махнула рукой и прошептала заклинание. Закрыв глаза, я увидела темные переливающиеся струйки яда, растекающегося по венам малыша. Я продолжила шептать новое заклинание прогоняя яд прочь, буквально вытягивая его своей магией.

Как только магия в руке стихла, боль обожгла кожу шеи, качнувшись, я оступилась и полетела вниз.

Стоило боли стихнуть, я открыла глаза и тут же была поймала чьими-то руками.

– Что с тобой? – эльф тряхнул меня так, что я растерялась на мгновение.

Но стоило мне наконец понять, что меня держит в руках кто-то мне незнакомый, я тут же вывернулась из его хватки.

– Спасибо. Просто оступилась, – пробормотала я, бросив быстрый взгляд на эльфа.

Он оказался молод, но старше меня, и его зрачки были, как у моей мамы и братьев, а значит он служит при короле и сейчас в каком-нибудь патруле перед праздником. Надо быстрее уносить ноги, пока он меня не потащил куда-нибудь, чтобы выяснять что со мной приключилось такое, что я с дерева рухнула. А этого я не могу допустить, потому что на мне заклинание. И если они хоть в чем-нибудь засомневаются, то скинут мои чары без проблем. Да и нравы у некоторых воинов совсем мне не подходящие.

Сидел эльф на огромном медведе и с легкостью бы меня догнал, но инстинкт бежать и прятаться почему-то затмил все.

Эльф смотрел на меня с удивлением и легкой усмешкой. Да уж, не часто с деревьев эльфийки падают, видать.

– Где твой зверь? – как-то уж очень дружелюбно спросил воин.

– Я его уже отпустила, – ответила, немного отступая назад к дереву с низкими крепкими ветвями.

– Садись, я подвезу тебя, – эльф протянул мне свою руку.

Я свою в ответ не дала, но зачем-то спросила:

– Разве мы знакомы, что вы перешли на ты?

Эльф даже не смутился, только улыбка стала чуть шире. А я окончательно приняла решение бежать.

Не дав ему ответить, я снова бросила слова благодарности, взлетела на дерево и словно весенний ветер полетела прочь из леса.

В спину мне негромко рассмеялись и преследовать не стали.

У кромки леса меня ждали отец и Морель со своей женой Ноулой. Эльфийка была одета в синее платье и в ее волосах были вплетены цветы ромашки, камни бирюзы и красная свадебная лента, которую подарил ей мой брат во время свадебного ритуала. Брат, также как папа и я, был одет в новый кожаный костюм – штаны и жилет, застегнутый на костяные пуговицы под самое горло. В волосах – синяя свадебная лента и такие же, как у жены камни бирюзы.

На королевской площади собралось куча народу. Отовсюду слышался смех. Музыканты не прекращая играли веселые мелодии.

Где-то устроили куриную беготню, а участники и зрители громко болеют за крылатых бегунов.

Посреди площади поставили достаточно тонкий и очень длинный шест, точно не без помощи магии, на который безуспешно пытались взобраться эльфы и эльфийки.

Тут же были лавки с украшениями из камней и цветов. Прямо на улице расставили пни и столы, на которых стояли стаканы с вином из лесных ягод.

На месте, где вечером зажгут костер выступали воины, соревнуясь в ловкости и устраивая шуточные бои, к которым присоединялись даже дети. Тут же мы встретили моих братьев и их жен.

По площади прохаживались лесные звери, сильно привязанные к своему эльфу, позволяя себя гладить, а иногда и кататься.

Потом начались игры. Мы перетягивали лиану, бегали на перегонки с завязанными ногами, боролись на руках. И каждый из нас обязательно хотя бы по разу попытался забраться на шест. Получилось лишь у самого старшего брата и мамы. И больше всех своей неудачи расстроилась юная Луола, чем снова вызвала наши улыбки.

В веселье время пробежало быстро и незаметно, и когда Король Наурун вышел к краю площади и взял слово, солнце уже совсем спряталось за горизонт, лишь вдоль линии, где встречаются небо и земля, слегка окрашивало чистое небо в голубой.

Рядом с ним стояла его прекрасная жена, а за ними королевские воины и воительницы. Король, как и воины был одет в обычную охотничью одежду, в волосы была вплетена синяя лента, а вот голову украшала небольшая корона из оленьих рогов, украшенная драгоценными камнями разных цветов. Королева была в синем льняном платье, как и любая замужняя эльфийка, с красной лентой в волосах и такой же короной, как у ее супруга. Оба они были еще достаточно молоды, изящны и удивительно красивы.

Но где же тот самый принц, из-за которого столько шума?

Из-за моей внешности, хоть я ее и скрывала, родители меня практически прятали ото всех, исключениями являлись школа и праздники Весны, в которых принимали участие мои братья, а теперь и сестра, поэтому я совсем не знала, как выглядят принцы, а их у нас было двое, а короля и королеву видела только издалека как раз на этих праздниках.

– Сегодня мы отмечаем главный праздник в году, – начал торжественным голосом король.

Толпа замерла лишь на мгновение, чтобы плавно начать перетекать. К уже сложенному костру потекли красные реки девушек, в церемониальных платьях. Остальные же отступали назад.

– Я счастлив видеть сегодня такое большое количество молодых эльфов, которые готовы соединить свои чувства, души и тела, чтобы стать двумя сердцами для одной общей души.

Король замолчал на несколько мгновений, и я почувствовала, как воздух вокруг потяжелел от того, как сейчас переживают эльфы и эльфийки. Одни, ожидая, что их выберут, а другие – что им не откажут.

– И еще большим счастьем для меня и моей жены стало, что и наш старший сын сегодня впервые примет участие в этом празднике.

К этому моменту меня совсем оттеснили назад, поэтому я не смогла увидеть молодого принца Эйроуна, который подошел к отцу. Да мне и не было настолько интересно, чтобы толкаться в толпе восхищенных девиц. Всего через неделю я покину это королевство навсегда.

Я, итак, знала, что сначала принц пойдет выбирать себе любимую, а потом и другие молодые эльфы последуют его примеру. Если бы Оэнарель не была сегодня в красном платье, то я бы уже отправилась домой, а скорее всего вообще сюда не пошла.

Я обернулась и увидела в десяти шагах стол, на котором стоял на задних лапках маленький зверек и смотрел на меня.

– Виль? Это ты? – прошептала я, боясь, что меня услышат в такой тишине.

Крадучись, я стала подходить ближе. И когда осталось несколько шагов, заиграла музыка, перепугав и меня и маленького виля.

– Стой! – уже не боясь своего громкого голоса крикнула я и бросилась за беглецом.

Но виль и не думал далеко бежать. Нырнув под стол, я чуть не раздавила притихшего малыша.

Протянув ладонь, я замерла, давая понять, что меня не нужно бояться. И коснувшись моих пальцев мокрым носиком, он запрыгнул мне в руку.

Пока я выбиралась из-под стола, рассматривая нового друга, виль в благодарность за спасение терся о мою ладонь мордочкой.

Медленная музыка продолжала играть, а значит нерешительный принц все не определится.

Подойдя ближе к горящему факелу, я любовалась рыжей шерсткой, белым животиком и черными блестящими глазками. Хвостик у виля был маленький и очень пушистый. И как у любого хищника лапки украшали острые черные коготки, а в крошечной пасти блестели острые зубки.

– Позвольте, – услышала я сбоку и резко перевела взгляд с зверька на того, кто смог подкрасться к нам незаметно.

Виль тут же спрыгнул с моей руки и растворился в темноте.

Это был тот самый воин, который спас меня от парочки переломов, и он снова протягивал мне руку и улыбался.

Я скривилась, не понимая, зачем он ко мне подошел, а потом заметила корону на голове эльфа. Она была намного меньше, чем у короля или королевы, но это определенно была корона.

Это что тот самый принц?

Я перевела глаза на родителей, которые замерли и смотрели на меня глазами полными ужаса.

Что же мне делать?

Немного опомнившись, я выпрямила спину и слегла склонила голову в приветствии. В нашем королевстве не приняты поклоны в пол или какие-нибудь длинные пафосные фразы для приветствия королевской четы.

– Но на мне нет платья, – очень тихо и как-то хрипло прошептала я, стоило мне вернуться взглядом к принцу.

Сердце билось так сильно, что мешало говорить.

– Это всего лишь платье. А я – принц, – самодовольно ответил Эйроун.

И не дождавшись от меня руки, шагнул ближе и сам взял мою ладонь, тут же потянув меня за собой.

А вот и правда. Не могу же я отказать принцу, да еще и при всех подданных.

С каждым шагом я судорожно перебирала в голове слова, которые нужно будет сказать, ну или как мне поступить. Этот принц просто загоняет меня в капкан.

Эйроун шел неторопливо, все время поворачиваясь, обводя меня взглядом и улыбаясь. Сама улыбка была сдержана, но его глаза так светились, словно он меня всю жизнь искал, а я тут ему на голову упала.

Когда я ощутила тепло костра, то осознала еще кое-что. Сейчас у нас два пути. И не один мне не подходит, вот совсем.

Сейчас мы срежем у себя прядь волос. А дальше выбор. Чаще всего молодые просто вплетают прядь своей паре, лишь на свадебной церемонии заменив эту прядь на красную или синюю ленту. Но стоит мне срезать прядь, она станет светлой, и Эйроун это точно заметит в своих волосах.

Второй вариант еще хуже. Мы можем кинуть свои пряди в костер, тогда духи леса на самом деле сплетут наши души, пусть не так крепко, как после свадебной церемонии, но все же.

Так сделал мой брат Морель с Ноулой. И они рассказывали, как радость, страх, веселье или злость одного проникала и пропитывала другого. Но и в этом случае пары в самом прямом смысле сплетаются и телами. А это уже ну совсем не по плану.

Пока я металась в вихре своих мыслей, мы подошли к костру и повернулись друг к другу. Принц взял меня уже за обе руки. Я не смотрела на него. Я вообще никуда не смотрела. Перед глазами был туман. И рассеял его король, который протянул нам кинжал.

Я посмотрела сначала на короля, который широко мне улыбался. И сейчас мне было даже не до приветствий.

Да что ж они все так улыбаются величества эти?

Потом перевела взгляд на кинжал. Освободив свои руки из хватки Эйроуна, я схватила кинжал. И только после этого подняла глаза на того, кто сегодня станет мне женихом.

Принц все так сдержанно улыбался и неотрывно смотрел мне в глаза.

Я сжала прядь своих волос в ладони и одним резким движение срезала ее, незамедлительно бросая в огонь. Обычно так поступали эльфийки, которые отвечают полной взаимностью тому, кто ее выбрал, поэтому сейчас принц уверен в моей сильной симпатии к нему. И с этим тоже придется что-то делать.

Воин лишь слегка приподнял бровь в удивлении, и забрав кинжал из моей руки сделал тоже самое, а потом передал кинжал обратно отцу.

Не дав мне даже перевести дыхание, Эйроун снова приблизился, схватил меня за подбородок, приподнимая его чуть выше и прикоснулся к моим губам своими.

И в меня полилась магия. Я с ней уже так хорошо знакома, что не могу не узнать. Теплые волны текли по моим венам, как по рекам, и вместе с ними было что-то еще. Ужас и страх, который правил в моем теле вдруг снесли какое-то сумасшедшее счастье и желание прикоснуться к принцу, прижаться.