Эхо телепортации

Пролог

– Ты хорошо подумал? – спросил вкрадчивый голос.

Человек, протянувший руку к рычагу, замер.

«Если я ошибусь, произойдет страшное» – тревожная мысль метнулась в голове словно утка под выстрелом охотника.

Темная вязкая субстанция всколыхнулась и приблизилась еще немного.

Инженер, до боли прикусив губу, вновь протянул ладонь к рычагу. Нельзя позволить сбить себя с толку!

– Злобин! Что у тебя происходит? Саня ответь! – динамик надрывался отчаянным криком.

«Пора. Еще немного, и будет поздно», – решил Сашка. Пальцы плотно обхватили стальную ребристую рукоять.

– Или все-таки левый? – в вопросе темной массы сквозило насмешливое любопытство.

Злобин отдернул руку и вновь нерешительно замер, не зная, какой из рычагов выбрать.

Тревожно пискнул датчик кислорода. Еще минута промедления и человек потеряет сознание от гипоксии.

Масса перетекла еще ближе. Темные сгустки начали приобретать смутно знакомую форму. Голова человека. Овал лица, скулы, нос, губы. Когда появились глаза, Злобин узнал образ. И похолодел.

***

За шесть месяцев до событий пролога.

– Валентин Петрович! Уделите мне минутку, пожалуйста! – раздалось над ухом мужчины в дорогом деловом костюме. Человек вздрогнул, едва не выронив вилку. Оглянувшись, он тяжело вздохнул и нехотя отодвинул поднос в сторону.

Рядом уселся молодой человек. Глаза его горели фанатичным блеском, а копна ярко-рыжих непокорных волос дополняла ощущение пламени.

Валентин Петрович тяжело вздохнул. Обед был испорчен.

– Мне кажется, вы меня избегаете! – молодой человек пытливо посмотрел на собеседника.

– Воронцов, я ведь уже говорил, фондов для ваших изысканий нет. Финансирование расписано на год вперёд. Если вы полагаете, что возьмёте меня измором, подлавливая в столовой или у туалетных кабинок, то…

– Мгновенное перемещение объектов. Вдумайтесь! Тема дико перспективная. На первых порах мы можем обойтись имеющимся оборудованием.

– Кто это "мы"?

– “Мы” это я, Сашка Злобин и Даша Казанцева. Но речь не об этом. Вы уловили суть темы? Те-ле-пор-та-ция!

Валентин Петрович недоверчиво посмотрел на Рыжего.

– Телепортация? Что за абсурд?

– Смотрите! – Воронцов выхватил бумажную салфетку с подноса собеседника. – Предположим, это карта местности. Вот тут находимся мы, – Рыжий нанёс зубочисткой точку. – А чтобы попасть сюда, – острие зубочистки указало на другую часть салфетки, – нужно преодолеть это расстояние, – от одной точки до другой пролегла длинная линия. – Но! Если мы используем принцип телепортации, то окажемся в нужном месте в один миг! Спросите как? Пространственно-временной червоточиной, – Воронцов сложил салфетку вдвое, совместив обе точки, и изящным жестом проткнул бумагу насквозь. – Оп-ля! Мгновенный переход из пункта А в пункт Б! – парень развернул салфетку, вернув ей изначальный вид. На разных концах бумаги отчетливо были видны две аккуратные дырочки.

– Алексей, простите, забыл, как вас по батюшке… – мужчина скептически посмотрел на салфетку.

– Юрьевич, – подсказал Рыжий.

– Да, Юрьевич. Вы всерьёз рассчитываете получить мое одобрение на использование фондов под эти дырочки?

– У нас готов экспериментальный образец, – вкрадчиво произнес Воронцов, не отводя взгляда от собеседника. Должно быть, так горели глаза Прометея, когда тот воровал огонь.

– Эээ, что? – мужчина отложил вилку. – Когда вы успели?

– Оставались после работы. Так вы хотите взглянуть?

***

– Прошу сюда! – Рыжий провёл гостей за прозрачную перегородку лаборатории. Помимо финансового директора тут были руководитель института и двое его замов.

На удалении десяти метров от центра комнаты находилось две проволочные клетки, опутанные проводами. Провода змеились по полу, убегая в массивную конструкцию – металлический ящик, набитый электронным оборудованием. Рядом – стол оператора, уставленный множеством мониторов. Там хозяйничал молодой человек худощавого телосложения с упрямым волевым подбородком. Из-за его спины выглядывала симпатичная девушка в строгих очках.

– Дарья Казанцева и Александр Злобин, мои коллеги, – представил их рыжеволосый Воронцов. – Если вдруг кто-то с ними не знаком.

– Ну как же, – финансовый директор усмехнулся, – вы со Злобиным парой за мной вторую неделю ходите. «Дайте финансирование, дайте ресурсы». А где их взять?

– Валентин Петрович, – примирительно поднял руку руководитель института. – Давайте посмотрим, может быть, у них действительно получилось что-то интересное?

Воронцов, тряхнув рыжей шевелюрой, развернул к зрителям магнитную доску, исписанную графиками и формулами.

– В основе нашего изобретения лежит принцип проницания изогнутой ткани вселенной в пространстве. Перемещаемый объект проходит в ворота и мгновенно появляется из других. «Мгновенно» – относительно восприятия времени человеком, разумеется.

– Кажется, в научных кругах это теория называлась «кротовой норой»? – уточнил один из замов директора.

– Почти, – Воронцов взял указку и шагнул к доске. – Принципиальное отличие в том, что…

– Простите, но, может быть, мы уже посмотрим сам эксперимент? – нетерпеливо перебил финансовый директор. Время, знаете ли, дорого. Будет результат, тогда и расскажите о нюансах, – и тут же мягко добавил, обращаясь к главному руководителю:

– Я извиняюсь, Александр Анатольевич, но, в самом деле, время.

Начальник научного центра пожал плечами и кивнул.

– Саня, давай! – махнул рукой Воронцов.

Злобин склонился за компьютером и нажал несколько кнопок. Дверца одной из клеток приоткрылась, впуская детскую радиоуправляемую машинку. Раздалось гудение, над игрушкой возникло серебристое мерцание. Никто глазом не успел моргнуть, как машинка исчезла в первой клетке и появилась во второй. Мерцание погасло, гудение приборов стихло.

– Однако! – произнес впечатленный руководитель института.

– Какой-то фокус? – недоверчиво спросил финансист.

– Это торжество науки, Валентин Петрович, – объявил Воронцов. – Никакого обмана. Ни скрытых ниш в полу, ни преломляющих зеркал. Можете сами убедится, осмотрев камеры.

– А как далеко можно перемещать объекты? – задал вопрос второй заместитель, обращаясь к самому симпатичному члену команды.

Дарья Казанцева шагнула из спины товарища и доложила:

– На любое расстояние. Нужны лишь камеры – точки входа и выхода. Однако, по мере увеличения пути между ними экспоненциально повышается расход энергии. Но его можно снизить, расставив между удаленными камерами промежуточные. Мы словно протаскиваем объект между нескольких футбольных ворот одновременно. К слову, на скорости перемещения это не сказывается.

– Невероятно… – руководитель института задумчиво крутил запонку на пиджаке. – Скажите, коллеги, а каковы перспективы перемещения живого объекта?

– Это мы и хотим сегодня проверить, – Воронцов подошел к шкафу и нарочито небрежно вынес в центр лаборатории контейнер со множеством мелких отверстий.

– Знакомьтесь, первопроходец Маркиз, собственной персоной, – из контейнера был извлечен серый в белых полосках кот. Судя по выражению сонной морды он был недоволен прерванным отдыхом.

– Воронцов! Вы собираетесь засунуть его в вашу… хм-м, камеру, и посмотреть, что из этого выйдет? – удивленно спросил финансовый директор.

– Да, Валентин Петрович, – Рыжий, преодолевая сопротивление животного, ухитрился поместить кота в клетку. Прежде чем дверца захлопнулась, подопытный успел цапнуть человека за руку. – Не волнуйтесь, мы заранее все рассчитали. Телепортация живого существа отличается от неодушевленного объекта. Ведь помимо физической оболочки необходимо перенести сознание!

– И как же вы собираетесь это сделать?

– Сознание переносится на специальную матрицу и передается на выходную камеру. В отличие от материальных характеристик, ментальные имеют гораздо более сложную структуру.

Кот обеспокоенно закрутился и вопросительно мяукнул.

– Александр Анатольевич, по-моему, они издеваются над животным! – сообщил финансист. – Дозволено ли это?

Кот заорал, выражая с ним полную солидарность.

– В самом деле, молодые люди… – выразил опасение руководитель.

– Не волнуйтесь, у нас все под контролем! – заверил Воронцов. – Саня?

– Готов, – Злобин показал большой палец.

– Поехали!

Установка тихо загудела, сияние окутало контур клетки. Уже через секунду ошеломленный кот недоуменно выглядывал из второй камеры.

Девушка захлопала в ладоши.

– Да чтоб меня! Получилось! – Злобин приподнялся из-за стола, рассматривая кота.

– А с животным точно все в порядке? – осторожно спросил финансист. – Я имею в виду, это тот же самый кот?

– Сейчас проверим. – Воронцов открыл клетку и отошел в сторону. – Барсик?

Кот и ухом не повел.

– Том?

Кот принялся вылизывать лапу.

– Маркиз?

Кот тотчас встрепенулся и посмотрел на человека.

– Хочешь вкусняшку?

Животное издало громкий «мяв» и уставилось на Рыжего. Тот угостил кота лакомством и сообщил зрителям:

– Как видите, он узнает свое имя. И реагирует на привычные слова, связанные с едой. На первый взгляд, все в порядке. Более точно можно будет сказать, когда мы снимем показания его мозговой деятельности и сравним с теми, которые получили до телепортации.

– Я потрясен, – финансист развел руками. – Но меня мучает один вопрос. Я правильно понимаю, что ваш принцип основан на создании копий? Вы создаете клон во второй камере, разрушая оригинал в первой?

– Нет-нет! – Саня Злобин присоединился к дискуссии. – Никаких копий! Это тот же объект, что был до перемещения. Представьте: вы идете из одного вагона в другой через тамбур поезда. Вы заносите ногу, и она уже не в первом вагоне, но еще и не в следующем. Относительно первого вагона вашей ноги уже нет. А относительно второго – еще нет. При этом нога не уничтожается физически, она существует на другом, переходном плане, называемом тамбуром. Мы пока не знаем, как он выглядит изнутри, это предстоит выяснить, проведя массу экспериментов. Но важно, что сам принцип действует! Знали бы вы, как мы намучились, прежде чем получили рабочую версию накопителя!

– Накопителя?

– Устройство, хранящее информацию об объекте на входе и выходе из телепорта, – он указал на большой металлический ящик, скупо мерцающий огнями светодиодов.

– А в чем его функция?

– Он отвечает за перенос сознания. Собирает информацию о мозговой деятельности перемещаемого объекта и контролирует ее сохранность.

Руководитель института кивнул. Повернувшись к финансисту, негромко сказал:

– Валентин Петрович, надеюсь, вы понимаете, что все это значит?

– Догадываюсь. Придется изыскивать новые фонды?

– Фонды? Само собой, но я не об этом. Человечество впервые после изобретения электричества и ядерной энергетики сделало по-настоящему большой шаг вперед.

***

Шесть месяцев спустя.

Звонок застал Саню Злобина в кровати. Он нехотя протянул руку к трубке и посмотрел на номер. За те полгода, что прошли со времени демонстрации телепорта, очень многое изменилось. И не только в жизни самого Александра, рыжего Лёшки Воронцова и Дарьи Казанцевой. Начал меняться мир.

Телепортация неуклонно становилась частью транспортной системы. Пока еще ее кабины были диковинкой, редко встречающейся за пределами крупных городов, но мегаполисы были завоеваны окончательно и бесповоротно. Никто из троицы инженеров не ожидал, что это случится вот так, сразу. Были опасения, что открытие приберут к рукам военные, повесив гриф секретности на долгие годы. Или что транспортные и топливные компании из кожи вывернутся, но не допустят на рынок конкурента. Однако, все решила большая политика. Появление у государства столь прорывной технологии резко выводило престиж страны на невиданный уровень. Все мировые издания который месяц обсуждали научное достижение России. Но имена разработчиков в прессе не звучали. Секретность никто не отменял. И все же стремительный карьерный взлет и денежное благополучие молодым изобретателям удалось прочувствовать в полной мере.

– Саня, – Воронцов как-то странно дышал в трубку. – Ты дома?

– Ну а где мне еще быть? Суббота, половина девятого утра.

– Ага, хорошо. Можешь зайти в лабораторию? – голос Рыжего звучал тихо и настороженно. Доносившееся из трубки клацанье клавиатуры подсказывало, что приятель что-то печатает.

– Зачем? Сегодня же выходной, – удивился Злобин, едва сдерживая зевок.

– Да тут… надо, в общем, – раздалось шуршание, словно человек держащий телефон щекой у плеча, оглядывается.

– Прямо сейчас что-ли? – удивился Саня, – Ты чего там делаешь?

– Приедешь, увидишь. Дашка уже тут. Все, отбой, ждем тебя.

Связь прервалась. Злобин удивленно посмотрел на экран и отложил телефон в сторону. Молодому инженеру казалось, что время, когда они безвылазно сидели в лаборатории, осталось в прошлом. Самое главное открытие сделано, можно пожинать лавры. Да, впереди еще масса работы, но теперь уже целый институт трудится над их изобретением. Можно наслаждаться жизнью, уделяя работе столько времени, сколько захочется. Но вот этот звонок… Был странным. Тревожным, что ли?

Злобин быстро оделся и вышел на улицу. До лаборатории было минут двадцать ходу по парку. Несмотря на престиж и круглый банковский счет, жили инженеры на территории научного центра «Заслон». В город можно было попасть только по необходимости и в сопровождении охраны.

Пройдя три пункта безопасности, инженер Злобин очутился в лаборатории. Здесь тоже произошли изменения. Оборудование стало новее, а в центре огромным монолитом возвышался новый накопитель. Не тот, экспериментальный, а настоящий гигант в три этажа высотой. Саму лабораторию, разумеется, тоже расширили. В углу, у панели управления, уставились в экраны фигуры Воронцова и Казанцевой.

– Привет труженикам науки! – бухнувшись на стул, сказал Злобин. – Что стряслось в родных пенатах?

– Погоди, сейчас сам увидишь, – вместо приветствия буркнул Рыжий и повернулся к девушке. – Даш?

– Минуты через две-три, – сосредоточенно ответила та, не отрываясь от экрана. – Как раз народу наберется.

– Какого народу? Вы о чем? – удивился Злобин.

– Пользователей, использующих телепорты за минуту времени.

– А на что это влияет? – спросил Саня наблюдая за мониторами. Сюда, в зал лаборатории, стекалась информация о всех действующих воротах телепортации. Грузовых и пассажирских.

– Лучше один раз увидеть, – загадочно бросил приятель и замолчал.

Ждать пришлось минут пять. Злобин успел перебрать в голове версии, по которым друзья выдернули его в выходной день в научный центр. Ничего подходящего на ум не приходило, а молчаливая загадочность вызывала лишь недоумение. Плюнув на конспираторов, Саня начал было думать о том, где и как проведет вечер. Тут Рыжий пихнул Дашу в бок и зашикал:

– Смотри-смотри, вот сейчас!

Злобин, заинтересовавшись, шагнул было к экранам, но Воронцов и Казанцева почему-то уставились на накопитель. Саня повернул голову к “сердцу” лаборатории. Ожидание затянулось.

– И что, собственно, вас… – начал было Злобин, но тут же умолк.

Совершенно внезапно от накопителя отделилась фигура крадущегося кота. Прижав уши к голове, он осторожно шел по полу и беспокойно озирался. Серая с белым треугольником морда излучала тревогу. Однако, дело было не в поведении животного. Казалось бы, ну, кот. Да, обеспокоен, но мало ли как у него жизнь складывается? Проблемой было то, что кот был не настоящим. Призраком! Сквозь фигуру животного отчетливо просвечивал интерьер лаборатории, а сам он казался сотканным из голубоватого сияния. Пройдя с десяток метров, кот также внезапно исчез, как и появился.

– Это что, блин, такое было? – тихо спросил Злобин, придя в себя.

– А вот пёс его знает! – ответил Воронцов и внимательно посмотрел на Саню. – Со вчерашнего вечера такая ерунда происходит.

– Кто-нибудь еще в курсе? – быстро уточнил Злобин.

– Пока только мы с Дашкой. Она первой обнаружила.

– Допоздна задержалась, – пояснила Казанцева. – Все ушли, а я решила кое-что в расчетах проверить. И тут такое. Чуть в обморок не упала.

– Кота узнал? – Рыжий нервно барабанил пальцами по ручке кресла.

– Маркиз? – догадался Саня.

– Он самый. Вернее, его призрак, – и, прежде чем приятель задал новый вопрос, опередил: – Нет, с самим котом все в порядке. Жив, здоров, накормлен. Я проверял. Так что это не дух почившего животного. Что-то другое.

– Есть предположения?

– Никаких! Но появляется это чудо в момент пиковой нагрузки на телепорты. Когда через них проходит достаточно большое количество людей.

– Именно людей? – тут же ухватился за мысль Злобин.

– Живых существ, если точнее. Сейчас с собаками частенько путешествуют. Ну и прочая живность. А вот обычные грузоперевозки, мне кажется, такого влияния не оказывают. Но это очень грубые результаты наблюдения, мы тут, считай, всего ничего сидим и смотрим.

– Н-да, увлекательное кино, – растерянно почесал затылок Злобин. – И сколько раз это повторялось?

– Так, – задумалась Даша, – я зафиксировала одиннадцать случаев. Пять видела самостоятельно, остальные с Лешкой. Впрочем, их могло быть больше. Я же отлучалась.

– Одиннадцать? – ахнул Злобин. – И сюда еще не сбежался весь институт?

– Тут такое дело. – тихо сообщил Воронцов. – Камеры наблюдения это явление не фиксируют! Взгляни!

Он нажал несколько кнопок, и на экране возникла свежая запись. Троица инженеров, включая Злобина, таращится на пол лаборатории. В абсолютно пустое пространство. Проходит минута, и инженеры начинают что-то обсуждать. Запись прерывается.

– Видал? То-то и оно! Пока своими глазами не увидишь, не поверишь.

– Получается, – задумался Саня, – эта мистика связана с работой телепортов? То, что призрак появляется в пиковую нагрузку установок, да еще прямо рядом с накопителем, не может быть случайным совпадением.

Рыжий, не удержавшись, фыркнул. – Ну спасибо, Холмс! А мы тебе о чем толкуем? Вопрос – чем нам это грозит? И что делать?

– Я думаю, – негромко, но твердо произнесла Даша, – до выяснения обстоятельств надо приостановить работу телепортов и сообщить обо всем руководству.

– С ума сошла? – вскинулся Лешка. – Вот так взять и выключить? Понимаешь, как будем выглядеть не только мы, руководство, но и вся отечественная наука? «Задним числом выяснилось, что с нашим открытием происходит какая-то мистическая хрень”. Так что ли? На кону престиж страны, между прочим!

– Выглядеть мы будем бледно, факт. – задумчиво согласился Злобин. – Но сор под ковер заметать тоже не дело. Надо звонить.

– Из-за призрака кота? – поднял бровь упорствующий Лешка.

– Из-за одиннадцати случаев, – уточнил Злобин.

– Хорошо. Предлагаю компромисс, – Воронцов сдавал позиции нехотя. – Все выходные мы здесь. Наблюдаем, фиксируем. Если до понедельника явление, – он обвел пальцем пол возле накопителя, – будет повторятся, идем к начальству. Но не пустыми руками, а с докладом: графики, выкладки, периодичность появления призрака – все как положено в отчетах. Чем больше бумаги, как говорится, тем чище задница.

– А что даст эта пара выходных? – удивился Саня. – Думаешь, все само собой рассосется?

– Так в понедельник с утра зарплата. Он ежемесячную премию рассчитывает успеть получить, – сдала приятеля сообразительная Даша.

– Да хоть и так? А вы что, бессребреники? – вспыльчиво заявил Рыжий. – Пара дней все равно ничего не решит!

– Ну, не знаю… – протянул Злобин. – С другой стороны, собрать какой-то материал действительно нужно, не пустыми же руками идти. Так что, если Даша не против…

– Не нравится мне это, – сказала Казанцева. – Но против коллектива не пойду, будь по-вашему.

– Вот и славно! – подвел итог воспрянувший Воронцов. – Значит, располагаемся поудобнее, нам тут целых два дня куковать.

***

Суббота перевалила за экватор. Троица инженеров старательно отмечала все появления кота. Удалось подтвердить первую версию. Призрак появлялся сразу после выхода большого количества людей из телепортов. Их расположение не имело значения: мегаполисы или регионы. Кот возникал, когда в накопитель загружалось сознание множества людей. Приборы фиксировали кратковременный всплеск электромагнитного поля возле монструозного накопителя, и в тот же миг появлялся призрак.

Лешка даже принес настоящего Маркиза. Чтобы посмотреть как будет реагировать животное на свою мистическую копию. Реакция оказалась странной. Кот вытаращил глаза, а потом, зашипев и расцарапав Воронцову руки в кровь, вырвался и убежал.

– Ребята, вы ничего нового не замечаете? – спросила Казанцева после очередного дефиле призрака.

– Ты о чем? – Лешка, наспех залепив царапины пластырем, меланхолично поедал лапшу быстрого приготовления, залитую кипятком.

– Мне кажется, с каждым новым появлением призрак проходит по полу все дальше.

– Слушай, точно! – Злобин сверился с записями в блокноте. – Время между его воплощением и исчезновением растет. А еще мне показалось, он становится агрессивнее. Поначалу только башкой крутил, а теперь зубы показывает.

– Серьезно? Я ничего такого не видел. Может, показалось? – осторожно подув на ложку с бульоном, бросил Воронцов.

– Ну вот и проверим, – Злобин откатил кресло и уселся рядом с накопителем. – И ты, Леха, иди сюда, чтоб потом не говорил, будто это плод нашего воображения.

– Ладно, поглядим. – Рыжий встал рядом, осторожно придерживая горячую коробку с лапшой.

Ждать пришлось недолго. Наступил час пик, и телепорты заработали в полную силу.

На полу привычно возник кот. В этот раз он не крался, а прямо с места задал стрекача. Шерсть на полупрозрачном животном стояла дыбом. Кот, яростно шипя, стремглав пролетел через зал лаборатории, сделал несколько кругов и, испуганно тараща глаза, исчез.

– Ээээ, – только и смог сказать Лешка.

– Даша, ты все видела? – Злобин повернулся к девушке, контролировавшей показания приборов. Увиденное ему не понравилось.

Враз побледневшая Казанцева широко распахнутыми глазами смотрела парням за спину. Предчувствуя дурное, те обернулись.

– Мать… – выдохнул Злобин, а Лешка выронил коробку. Картонная упаковка шмякнулась на пол, выплеснув содержимое. Горячие ручейки быстро добрались до ног стоявшего возле инженеров стройного мужчины в желтом защитном костюме и, пройдя сквозь его ботинки, побежали дальше.

Человек был призраком. Сквозь тело была просвечивала туша накопителя и лампы дневного света. Лицо мужчины, закрытое полупрозрачной маской шлема, выражало тревогу. Фигура сделала шаг вперед. Потом еще один и, едва не коснувшись плечом спешно расступившихся товарищей, решительно двинулась вперед. Спустя мгновение призрак исчез.

– Нет… вы видели?? – Леха задыхался от волнения.

– Так, вы как хотите, а я звоню руководству! – отмерла Даша. – Это уже ни в какие ворота!

– Погоди! – остановил ее Злобин. – Вы хоть поняли, кто это был?

– Кто? – Рыжий понемногу приходил в себя.

– Капитонов! Неужели не узнали?

– Виталий Капитонов? Первопроходец?

– Да, наш новый Юрий Гагарин. Первый человек, прошедший через ворота телепорта. Ну вы чего? Это же прямо тут, при нас было.

– Да, точно. То-то мне его лицо показалось знакомым. И костюм защитный наш, институтский, – сообразил Леха.

– А почему… Постой! – начала прикидывать Казанцева, – Сначала Маркиз. Первое живое существо, оказавшееся в телепорте. Теперь Капитонов. Первый человек. Это что получается…

– Эхо! – вдруг выдал Воронцов. – Ребята, это же самое настоящее эхо! Накопитель воспроизводит образы тех, кто когда-то проходил через портал. Понимаете?

– А ведь верно, – согласился Злобин. – Красавец, Леха! Как я сам не сообразил. По какой-то причине события прошлого воспроизводятся в настоящем в виде… ну, назовем это – проекцией. Значит, мы имеем дело с банальным отражением?

– Красивое объяснение, – кивнула Дарья, весьма скептически посмотрев на коллег.

Пыл их поугас. Видимо, в только что сколоченной ими теории обнаружилась течь.

– Вот только настоящий Маркиз путешествовал через портал всего три раза. А теперь, внимание! Скоро сутки, как его призрак шастает туда-сюда.

– Ну это, знаешь ли, не аргумент. Эхо, оно на то и эхо, что многократно! – Воронцов потряс облепленной пластырем рукой. – Повторяет источник звука!

– Да, Леш, только эхо не меняет первоначальный смысл, – парировала Дарья. – Если крикнешь в колодец «Здравствуйте!», то не услышишь в ответ «Иди-ка в баню!» Ну или это уже совсем не эхо.

– Ты о чем? – нахмурился Рыжий.

– Ты помнишь, как выглядел Маркиз, когда переместился во вторую камеру? Был немного настороженным, да и все. А призрака видел? Носится и орет как ошпаренный. Словно не домашний кот, а дикий зверь в борьбе за жизнь.