Тени среди людей, люди среди теней

© Ольга Соловьева, 2018

ISBN 978-5-4490-6016-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Посмотрите на него! Он так запуган, что даже тени своей боится!

Я обернулась посмотреть на человека, о котором шла речь. Он действительно дрожал, как одинокий лист дерева на ветру. В голове пронеслась мысль: «Он пережил то же, что и я!» Словно в доказательство моих слов взгляд мужчины затравленно пал на тень, и только мы вдвоем увидели, как она отсоединилась от него и снова скользнула к его ногам.

Где-то я слышала, что если очень плохо, то лучший способ – это просто взять и написать, что тебя беспокоит. Это пришло мне в голову как раз вовремя. Я взяла обычную тетрадь, присмотрелась, взвесила. Маловато! Надо больше. Так вот, я взяла самую толстую тетрадь, которую могла только найти дома, и, конечно же, ручку. Согласна, консервативно, и даже очень. В век полной компьютеризации, когда пользоваться компьютером и прочими гаджетами начинаешь раньше, чем учишься писать, я решила воспользоваться ручкой и бумагой. Мне так удобнее. Слишком много отвлекающих факторов, когда садишься за компьютер: надо просмотреть новости, зайти к друзьям на страницы в социальных сетях, и все… Время потеряно. Так вот, повторюсь, вооружившись ручкой и тетрадью, я принялась изливать свои проблемы. Бумага – она такая, все стерпит.

Лето. Июнь. 2013 год. Мои родители улетели на курорт, отправив меня к бабушке в деревню. Может показаться все это странным, но здесь мне нравилось проводить лето намного больше, чем на курортах. Тем более ничто не омрачало начало моих каникул – все переводные экзамены сданы, а государственный будет на следующий год. О нем подумаю с 1 сентября.

Погода стояла прекрасная, Две недели всего плюс двадцать пять. Да и слава богу! Днем я помогала бабушке с дедушкой, вечером гуляла, а уже ночью забиралась на подоконник и читала. Здесь была огромная библиотека: книги на любой вкус. Я начинала со сказок, потом перешла на детские детективы, фэнтези, классику – в общем, проглатывала просто все.

Так бы и прошли мои каникулы: тихо и спокойно. Если бы не обстоятельство, нарушившее мою идиллию отдыха. Жара! Я плохо переносила жару, зато могла весь день прятаться от нее в доме с книгой в руках. Забравшись на подоконник и взяв книгу, которую начала только вчера, я принялась за чтение. Лай собак привлек мое внимание. Я посмотрела в окно. Ничего необычного. Обычный прохожий, вот только тепловато одет для такой погоды. Закутавшись в плащ, он быстро шел и смотрел только себе под ноги. Я не могла отвести от него взгляда, что-то мне подсказывало, что за ним стоит понаблюдать. Остановившись прямо под моими окнами, он оглянулся, меня не заметил, так как окно, в которое смотрела я, находилось на втором этаже. А смотреть наверх он не стал. Почем-то оглянулся он три раза, потом сделал шаг и исчез. Он просто вошел в свою тень. У меня отвисла челюсть. В прямом смысле. Я с силой закрыла глаза, потом открыла. Нет, мужчины не было. А был ли он? Неужели жара вызывает у меня галлюцинации? Стоит проверить! Любопытство тянуло меня все разузнать. И я выбежала на улицу. Я встала на том же месте, где только что стоял мужчина. Присела на корточки и дотронулась до своей тени рукой. Она провалилась. Я быстро высунула ее. Нет, такого не может быть. Но было! И тут меня охватил азарт. Была не была!

И я шагнула в свою собственную тень так же, как минут пять назад это сделал мужчина. Ощущение было очень странным, словно меня уменьшили в несколько сот раз и разорвали на несколько частей. Но это продолжалось недолго. Не успела я привыкнуть к себе, мелкой и съежившейся до состояния атома, плюс еще разделившейся, как уже ощущала, что увеличиваюсь и собираюсь в одно целое. Все это было таким непривычным, вернее даже сказать, необычным и непонятным. Я не соединялась по частям: голова к туловищу, потом одна рука и так далее. Нет, я собиралась в единое целое с самых маленьких частиц моего тела. И это было очень ощутимо. Я чувствовала, как одна частица соединялась с другой, «примерялась», и если «понимала», что присоединилась не к той, отрывалась. И это было больно, так же больно, как если бы от меня отрывали кусок мяса без наркоза. Длилось это все вечность. Для меня же оставалось тайной: если я вся рассыпалась на части, то как я могла ощущать и воспринимать происходящее? Мой разум был отделен от тела?

И в тот момент, когда произошло последнее воссоединение, я смогла разглядеть, где нахожусь. Увиденное повергло меня в шок. Вокруг была моя деревня. Да, именно! Все то же самое меня окружало, что и не знаю сколько времени назад, в тот момент, когда я решилась прыгнуть в свою собственную тень.

Хотя одно отличие я все же заметила. Света не было. Кто-то может подумать, что это и не такое уж и большое отличие, но остальные меня поймут. Его не было вообще. Все вокруг было серым: дома, деревья и даже облака. Небо надо мною и то не радовало глаз красками. Оно было иссиня-серым и грузно нависало над головой, словно пытаясь придавить всей своей тяжестью. Листья деревьев и те почернели. Природа в этом месте, казалось, забыла о красоте и яркости своих красок и все заменила мрачными тонами.

«Я призрак!»

Нет, не так.

«Я призрак с черно-серо-белым зрением». На тот момент это было единственно-верной мыслью. Других объяснений происходящему я найти не могла. Шаг в тень лишил меня жизни и сделал призраком. Да и эта-то мысль была полным бредом. Ну посудите сами! Неужели призраки видят мир не как все? То есть нет, они, конечно, видят немного шире живых, но вряд ли разница в цвете есть. Пф, бред!

Все же мне очень хотелось не быть призраком. Жить мне очень нравится – или нравилось? Теперь уж и не знаю, как будет правильно.

Окружающий серый мир вкупе с черными мыслями угнетал мое состояние. Я поскорее хотела во всем разобраться, одновременно ругая себя, что поддалась любопытству и последовала примеру мужчину. Все, чего хотелось мне сейчас, так это оказаться дома, сидеть на подоконнике, пить чай и читать книгу. М-м-м! Как было бы замечательно. Да, кстати, о доме! Тут меня осенило: если мир, в котором сейчас я нахожусь, так похож на мой (или, может, это мой мир, только я уже другая), то и дом будет как мой (или мой). Стоило проверить. Хотя кто я и где нахожусь по-прежнему для меня было полнейшей загадкой.

Я направилась к своему дому. Открывать калитку не захотелось. В моей голове все же преобладала мысль, что я призрак. А раз так, то зачем открывать калитку? Можно ведь пройти насквозь. Только вот не получилось. Мне не хватило ума подойти и проверить легонько, я разбежалась и со всей силы ударилась о калитку. Не прошла! Не понимая, почему, я смотрела на препятствие. Неумение проходить сквозь стены меня поразило. Я самый никчемный призрак. Да! Или… Мячик из корзины мыслей в пользу моей теперешней призрачной натуры перекинулся в другую – ту, в которой было пусто и где должны были бы лежать шарики с доводами в пользу моей человечности.

Я открыла калитку обычным способом и вошла. В ограде было все по-прежнему, то есть все на том же месте, как и когда мне захотелось покинуть ее. Пытаться войти в дом, не открывая двери, мне не хотелось. Хватит уже. Напробовалась. Я вошла в дом. В нос ударил запах выпечки. И тут меня охватило чувство голода. Еще один шар в пользу человечности. Да, бабушка умеет печь и вызывать голод даже у призрака. Пока я себя до сих пор таковой и считала.

Я уходила из дома, когда бабушка стряпала. Сейчас же мне не было известно, все ли еще она находится на кухне или нет, поэтому мне приходилось шагать очень тихо, чтобы оставаться незаметной. Мне нужно было подняться в свою комнату. Проверить, моя она или нет. Стук на кухне заставил меня замереть и затаить дыхание. Мне было страшно даже дышать. Почему? Когда я была в своем мире, то точно знала, что на кухне бабушка, и с удовольствием бы прошла к ней и съела бы ее булочки. Неимоверно вкусные, тающие во рту. Я сглотнула. Есть захотелось сильнее. Нужно запретить себе думать о еде. А сейчас? Был ли это мой мир? Кто на кухне? Бабушка ли?

О! Покопавшись в своей голове и выудив больше знаний о призраках, я решила проверить еще раз. Первое: они могут исчезать, да, становиться невидимыми. Мне бы сейчас это очень пригодилось. Итак! Нужно немного сосредоточиться. Хотя нет, немного не получится. Нужно много, то есть очень сильно сосредоточиться. Я же новичок.

«Стань невидимой! Стань невидимой!» – как мантру я повторяла про себя с закрытыми глазами. Мне нужно это, очень. Открыв глаза, я посмотрела на свои руки. Хм! То ли невидимость не отличается от видимости, то ли я ничего не понимаю. Но шар под номером три из корзины в пользу призрачной моей сущности уходил в другую корзину. Итак! Отлично! Невидимой стать мне не удалось. Или же удалось, я не могла сказать, так как себя видела по-прежнему, а как видит себя невидимка, представления у меня не было. Рисковать и проверять особого желания не появилось. Рано еще для рисковых поступков. Надо все же разведать обстановку.

Ах да! В запасе у меня был еще один козырь. Второе, и самое последнее мое знание о призраках – это то, что они могут появляться там, где захотят. Попросту перемещаться в пространстве. Это бы мне сейчас тоже пригодилось. Хоп – и я в своей комнате. Что же мне не пришло это в голову еще на улице? Мысленно представив свою комнату во всех деталях, я досчитала до десяти и открыла глаза. М-да! Все на том же месте. Я почувствовала, как шар с грохотом переместился в свою корзину.

Шум на кухне вернул меня в реальность. Мне необходимо было попасть в свою комнату. Там я хотя бы буду в относительной безопасности. Быстрым шагом поднялась в комнату, тихо приоткрыла дверь, и тут меня словно током ударило. Если здесь есть бабушка – моя бабушка! – то почему здесь не может быть меня? Вот распахну сейчас дверь, и на моей кровати лежу я! Что я скажу себе? Будет презабавная ситуация.

Нет. Ничего забавного в таком развитии событий я не видела, но дверь открыла очень тихо. Оглядела быстрым взглядом комнату и с облегчением вздохнула. Никого! Я вошла. На софе перед окном лежала книга. Я взяла ее – страница 48. Именно здесь чтение закончилось, когда мое внимание привлек странный мужчина, позже вошедший в свою тень. Если даже книга на той же самой странице, что и моя, то, может, и мир все же мой, а я другая? Но уже не призрак точно, или неправильный призрак. Незнание и непонимание меня просто бесило.

Я удобно разместилась на софе, книгу положила рядом на пол. Читать не хотелось, не до этого было. Вид из окна был моим, но все же не радовал своими красками. Все было серо. Черт возьми, да где же я нахожусь? Где?

Посидев так и посмотрев в окно, я встала и начала исследовать комнату. Все было как в моей комнате. Или это и была моя… Господи! Я запуталась. Надо уже решить. Буду думать, что это копия моего мира, серая копия. Я открыла шкаф с одеждой. И вот тут-то меня ждало удивление и разочарование. Вещи были не мои, то есть даже не серой копией моего гардероба. Все в черно-белых тонах. В моем шкафу вещи все же были ярких расцветок. Я закрыла дверцы. Размерчик, конечно, мой, да и переодеться я могла в эту бело-серо-черную гамму и не выделяться, пока буду обследовать город. Эту мысль об обследовании я от себя отгоняла, из-за страха в первую и самую основную очередь, но понимала, что делать это все же необходимо. Но то, что было надето на мне – джинсы и футболка, все же нравилось мне больше. Я посмотрела в зеркало. Странно! Все вокруг стало серым, я же не изменилась. Рыжие кудрявые волосы, забранные в хвост, яркие серо-голубые глаза, синие джинсы и красная футболка. Я была ярким пятном среди всего. Даже если надену те вещи из шкафа, все равно буду бросаться в глаза. Что ж поделать! Буду ярким пятном, хотя не очень-то и хотелось. В незнакомом, неизвестно как настроенном к тебе месте лучше сперва оставаться незаметным, дабы разведать обстановку.

Я достала из шкафа черную накидку и надела ее, натянув капюшон так, что он даже прикрывал глаза, правда, кроссовки оставались на виду. Они были черными, и меня это не беспокоило. На общем фоне серости они не особо выделялись.

Если честно, то выглядела я глупо. Не факт, что девушка, полностью закутавшаяся в плащ, не вызовет подозрений.

Так же тихо, как и поднялась в свою комнату, я спустилась вниз. Бабушка была все еще на кухне, но уже с дедушкой. Они что-то оживленно обсуждали. Мне очень хотелось послушать, что же волнует их, но оставаться стоять на лестнице было рискованно. Я вышла на улицу. Здесь невозможно было понять, день сейчас или уже вечер. Все по-прежнему оставалось серым. Я посмотрела на часы. Шесть часов! Шесть часов вечера! Хм. Я всего здесь пробыла час, а казалось, брожу уже полдня.

Передо мной встали вопросы: что делать дальше? Куда идти? Как выяснить, где я нахожусь? Что это за мир?

В каждой деревушке есть бары или клубы, в которых в вечернее время собираются многие жители ради сплетен. Вот и в моей было такое место. В копии, надеюсь, тоже.

Бар «Семиглавие» находился в отдалении от деревни. Когда его задумали построить, жители начали возмущаться. Никто не хотел жить по соседству с баром. И было принято решение, хозяина бара заставили с ним согласиться: «Семиглавие» должно быть в отдалении от всех домов. Так мне рассказывал дедушка. Почему же такое название, никто не знал. Хозяин на этот вопрос отвечал всегда одинаково: «Так взбрело в голову».

Моим вторым местом для посещения было именно «Семиглавие», которое никогда не пустовало. Хотя бы один посетитель да был. Мне хватило бы и одного. Я инстинктивно сунула руку в карман джинсов. Содержимое меня немного обнадежило. Сто рублей вселяли в меня надежду на ужин. Надеюсь, в копии моего мира мои настоящие деньги все же котируются и голодной я не останусь.

По пути в «Семиглавие» мне не встретился никто. Деревушка словно вымерла. С каждым приближающимся метром уверенность в том, что в баре я узнаю хоть что-то, таяла. В этот вечерний час в моей деревне на улице всегда полно народу. А здесь? Тишина. Не было даже звуков, привычных моему уху. Тишина, только она заполняла улицы. И я подумала ненароком, что и в «Семиглавии» будет так же пустынно.

Приблизившись к бару, я увидела в окне свет. Хороший знак. Значит, не все потеряно. Надежда на прояснение возросла до небес.

«Семиглавие» было таким же, как я его и помнила. Так, все. Стоп! Хватит уже. Нужно этот мир просто воспринимать как единственный в своем роде. Нельзя все время сравнивать с моим. Если я не буду проводить параллели, то и путаться не буду.

Бар «Семиглавие» отличался тем, что днем его двери были открыты для детей. В детстве я много времени проводила здесь. Тут готовили изумительные десерты и, конечно же, подавали мороженое. Бабушки водили сюда своих внуков и были не прочь получить порцию свежих сплетен. После шести детей сменяла более взрослая публика.

Обстановка была очень простой и одновременно уютной. Я подошла к стойке. Мне нужен был хотя бы стакан воды. От более существенного я бы не отказалась, но решила просто на время запить голод. И да, стакан воды можно было получить совершенно бесплатно, ведь местных денег я еще не видела. Рисковать и платить своими не решалась.

Вопрос бармена меня заставил врасплох:

– Тебе есть шестнадцать?

Я быстро его убедила, что мне уже есть шестнадцать, но он учинил мне настоящий допрос:

– Точно?

– Да, но мне нужен стакан воды. И все! У него нет ограничений по возрасту.

То, что я не собиралась употреблять спиртные напитки, его никак не смягчило. Он сурово глянул на меня и подал стакан воды:

– Ты не местная! – Это было утверждение, не вопрос, а просто констатация факта. И за этим должно было что-то последовать, так как он посмотрел на компанию из шести человек. Я невольно проследила за его взглядом. Компания состояла из трех женщин и троих мужчин. Их одежда не бросалась в глаза. Такая же, как и та, которую я видела в шкафу якобы своей комнаты. У мужчин были очень грязные сапоги и плащи. Вот что мне точно не показалось странным, так это то, что они были почти одинаковы: волосы иссиня-черные. Крашеные! Почему-то мне так показалось. И глаза… Линзы серые… Да ну, бред! Определенно показалось. Они держались непринужденно, смеялись, что-то шумно обсуждали, но чувствовалось напряжение. Я ощущала это очень сильно, казалось, что они в любой момент могут прекратить веселую беседу и стать серьезными, угрожающе серьезными. Мои догадки подтверждались и тем фактом, что у них на столах лежали кинжалы, на рукоятках которых блестела золотом ящерица. Раз, два… шесть. По одному на каждого члена компании. Ели этот мир – копия моего… Никаких параллелей. Но все же. Если так, то почему кинжалы? Есть же более современное и усовершенствованное оружие? Пистолеты, например. Или они у них под плащами? Или в этом здешний мир отличается от моего кардинально? Я отметила про себя, что нужно выяснить этот вопрос.

Я перевела взгляд на бармена. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать. Но вот что – для меня осталось загадкой, потому что…

– Она моя двоюродная сестра!

Оба, я и бармен, повернулись в сторону говорившего и одновременно спросили:

– Чья?

– Твоя?

– Моя! – прозвучал невозмутимый ответ, хотя из-за моего вопроса о моей принадлежности в качестве двоюродной сестры он уже вызывал сомнения.

– Ты вообще кто? – вырвалось у меня.

Бармен на меня шикнул и посмотрел на компанию украдкой. Они не обращали на нас ровным счетом никакого внимания. А я-то, конечно, тоже хороша. Сколько раз мне говорили, что нужно сперва подумать, а после уже спрашивать? Так ведь нет – слова всегда бегут у меня раньше мыслей.

Но то, что сказал бармен, меня поразило:

– Твой двоюродный брат! – и этот человек только что был поражен не меньше моего. – Забирай ее и уходи! – это было уже адресовано моему «двоюродному брату».

Вот правда забирать меня никто не спешил. Новоявленный родственник не спеша подал мне руку. Я приняла ее. Куда ж мне было деваться? Он посмотрел на бармена и указал на стол возле окна прямо напротив барной стойки и по диагонали к подозрительной компании:

– Мы присядем за этим столом! – голос его не терпел пререканий, однако бармен все же усиленно замотал головой и кивнул в сторону двери. «Братик» же на это не обратил внимания, хотя голос стал еще жестче. – Принеси нам что-нибудь поесть.

Бармен посмотрел на меня, потом на компанию и снова на меня:

– Но…

«Брат» перебил его резко:

– Все будет нормально! Она моя сестра. И вообще, мы отвоевали это место.

Я ничего не могла из этого разговора понять, только тревога бармена передалась и мне. Не зря он так смотрел то на меня, то на странную компанию. Нервничать его явно заставляла я своим близким присутствием к тем людям.

Еду нам подали очень быстро. Одного взгляда на тарелку хватило, чтобы чувство голода напомнило о себе с удвоенной силой. Но приступать я не торопилась. В голове все смешалось, в ней роилась куча вопросов, которые просто нуждались в ответах и пояснениях, но задавать их было бы глупостью, я же скромная девушка – лишних вопросов не задаю, жду, когда мне начнут рассказывать. Плюс, сидя перед «братом», я имела возможность его хорошо разглядеть. В отличие от тех людей из компании, он был блондином с водянистыми глазами, очень внимательными и пристальными. В моем мире он бы не выделялся, но здесь, среди этой серости, я бы сказала, он был красив.

– Что значит «мы отвоевали это место»? – Нет, все-таки я не скромная девушка. – Как тебя зовут? Что это за место? Где мы? Кто вон те люди? – я кивнула в сторону подозрительной компании. Да, все вопросы разом было вываливать неуместно. Но как быть иначе? Любопытство не порок, а лишь метод познания.

– Вадим!

Мне захотелось хмыкнуть. Он выбрал самый легкий вопрос и, по правде говоря, именно он меня мало и интересовал. Это было проявление вежливости, плюс мне его надоело называть, хоть и мысленно, «двоюродным братом». Своих много! А мой «двоюродный брат», тьфу, то есть Вадим, спокойно приступил к пище.

– Ничего не буду рассказывать, пока ты не будешь есть или хотя бы не начнешь.

Я взяла вилку и стала ковыряться в тарелке. Пахло очень вкусно и выглядело довольно аппетитно, но блюдо само по себе мне было непонятным. Такое мне не приходилось видеть и пробовать ни разу.

– Что это?

– Лена, ешь! Это очень вкусно, тебе стоит только попробовать, и уже не оторвешься.

– Откуда ты знаешь мое имя?

Вадим пристально и холодно посмотрел на меня. Я могла прочитать в его взгляде, что он сейчас думал обо мне: «Я уже сказал, что ни одного ответа, пока не будешь есть. Даже на этот вопрос не собираюсь отвечать. Мое слово таково!»

Убедившись, что я правильно истолковала его взгляд, Вадим вернулся к своей еде, а мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать его примеру и начать есть. После первого же куска, проглоченного мною, я поняла, какой же была глупой, что не стала есть раньше. Это было восхитительно, божественно – мясо, тающее во рту. Второй кусок не заставил себя ждать. Я уже не думала ни о чем, мне просто хотелось все больше наслаждаться эти восхитительным блюдом.

– Ежик! – Вадим смотрел на меня чуть насмешливо. Я же, мол, говорил: ешь!

– Что? – Недоумение было не только в моем вопросе, но и во взгляде, устремленном на него.

Вадим повторил:

– Ежик!

– Я поняла, что ежик, но при чем здесь он?

– Ты ешь ежика!

– Какого ежика? – я все еще не могла понять, вернее, соединить это восхитительное блюдо и ежика у меня не получалось.

– Точно не знаю его вида, но думаю это ежик… обыкновенный! – он явно издевался надо мной.

Я ткнула вилкой в мясо:

– Это ежик? – мне все еще хотелось уточнений.

– Да, это ежик! – он повторил мне терпеливо.

– Оу! – только и смогла я произнести. В моей тарелке мясо ежика… Это было необычно, весьма необычно. Я ела говядину, свинину, кролика, курицу, гуся, но ежика… Даже в голову не приходило, что их можно есть. Да блин, и что там можно есть? В них мяса-то! Однако в моей тарелке лежала большая порция.

– Гигантский ежик? – я попыталась пошутить.

Вадим ответил довольно серьезно:

– Виталий Кириллович держит ферму ежиков.

– Виталий Кириллович – это?..

– Бармен и одновременно владелец «Семиглавия».

Об этом я могла и сама догадаться. У нас за стойкой бара тоже стоял хозяин, и он также держал ферму, только разводил птиц. И блюда из них у него получались изумительные. Странный все же этот мир – вроде и параллель можно провести, и в то же время так непохож на мой.

Я вернулась к интересовавшим меня вопросам, так просто сдаваться не хотелось:

– Так откуда ты знаешь мое имя?

– Его все знают!

О да! Действительно! Как я не догадалась? Это же было так естественно – знать мое имя. Но он же не остановился на этом, продолжал говорить будничным тоном, не забывая подчеркивать, что знать я все это и сама должна:

– …твою фамилию и как ты выглядишь, а некоторые тебя ожидают уже давно, вот только ты не спешила!

Последнее больше походило на упрек. Хотя к «некоторым» он себя явно не относил. Его взгляд был устремлен на компанию у окна.

Посмотрев на меня, Вадим жестко сказал:

– Ответов больше не будет. – Подумав, добавил: – Пока. Все потом. Нам пора уходить, мы здесь и так задержались.

– Хорошо!

Мне и самой порядком надоело сидеть в этом баре, ощущая то недовольный взгляд хозяина, то настороженные и хищные глаза поочередно всех из той компании. К тому же я уже наелась, и меня не держало здесь ничего. Встать из-за стола тихо не получилось – стул громко шваркнул об пол. Вадим резко схватил меня за руку и заставил сесть.

– Ты совсем сдурела? – зло зашептал он. – Выйдешь в открытую из бара – и ты история! – Жестоко и, главное, ничем не смягчив.

Определенно, это была угроза. Не пустая. Все в Вадиме говорило, что прислушаться к нему просто жизненно необходимо. Именно жизненно и никак не иначе! Тем временем Вадим давал мне ценные указания к действию:

– Иди в туалет. Только постарайся быстрее, чуть замешкаешься – и одна из них закроется с тобой. Там есть окно. Вылези через него. Я тебя буду ждать на улице.

– Они не заподозрят, что ты ушел один?

– Нет. Все внимание их будет сосредоточено на тебе. Меня они даже не заметят.

Вадим отпустил мою руку и слегка кивнул. Разрешение к действию. Прежде чем встать, я взяла печенье и положила в карман. На удивленный взгляд Вадима ответила:

– Откуда мне знать, когда удастся еще поесть?

Он ухмыльнулся. Я направилась к туалету, краем глаза заметив, что одна из женщин из компании у окна последовала за мной. Прибавив шаг, я смогла оказаться раньше нее у двери в туалет. Быстро заскочив внутрь, захлопнув дверь и щелкнув дверным замком, я почувствовала облегчение. Оно тут же прошло. Меня начали одолевать сомнения. Я никогда не мечтала быть ни шпионом, ни чьим-либо секретным агентом. И вся эта ситуация не доставляла мне удовольствия. И самый главный вопрос звучал у меня в голове: «А что если я выбрала не ту сторону?»