- -
- 100%
- +
– Дай ему руку, – приказал ее хозяин, голосом нетерпящим возражений, стоя позади нее. И Анна сдалась – протянула левую руку, правой перехватывая свои драгоценности, наблюдая за мужчинами.
– Правую, – приказал незнакомец.
– Слушай, свое сокровище можешь положить здесь, эти камни тебе отнесут в твою комнату, – не выдержал ее хозяин, и Анна удивленно посмотрела на него.
«Он что может сквозь ткань видеть? Ладно, что мне еще делать, придется послушаться»
Анна положила мешочек с камнями на небольшой столик у стены и тут же слуга, стоящий позади нее, подхватил его и исчез у нее за спиной в неизвестном направлении. Анна проследила за ним взглядом и повернулась к дракону, протягивая правую руку: «Хочет мне руку пожать? Так в этом мире это не принято. И чего это моя рука ему так нужна? А почему мы все еще в прихожей? Дальше меня не пустят? Тогда куда унесли мои камни?»
А дракон уже обхватывал ее тонкую ладошку, запечатывая в своей. Руку тут же обдало огнем, жар был таким сильным, что пришлось призвать все свое мужество, чтобы не вскрикнуть и не попытаться выдернуть руку из захвата. Раскрыв глаза от ужаса, она утонула в карих глазах, а рядом вздохнул ее хозяин: – Ну что там?
– А девочка то интересна. Мою магию забирает лучше, чем поглотитель. Она не маг. Это могу сказать с точностью, но она опустошает мой резерв со скоростью света, – незнакомец раскрыл глаза и удивленно взирал на Анну, а она, борясь с огнем, который покрывал уже всю ее руку от запястья до плеча пыталась просто дышать. Закрыла глаза и выдохнула, успокаивая сердце, которое бешено колотилось. Когда ее руку отпустили, она потрясла ею, и гневно сдвинув брови, взглянула на незнакомца, а тот, как ни в чем небывало спрашивал. Будто только что ее чуть не сварил заживо, а так пожал руку. Вот же гад: – Откуда ты? Как тебя зовут?
Анна лишь выдохнула и отвернулась. Жар от его магии уже исчез, и она пыталась омыться, призывая все известные ей ментальные техники, тихонько осматривая свое запястье, на наличие шрамов от огня.
«Вот она, какая магия? Жестоко, это если бы я не была немая и не была попаданкой, я бы сейчас лежала на полу, корчась от боли?»
– Она всю дорогу молчала, но слышит, тогда почему молчит, не знаю, – ее хозяин развернул ее к себе лицом и строго спросил. – Отвечай, когда тебя спрашивают!
Анна улыбнулась, приподняла бровки и развела руки в стороны, отрицательно покачав головой.
– Она выдержала такую боль, – ее опять развернули, только теперь к незнакомцу, – и даже не вскрикнула, лишь дышала и глаза закрывала. Она немая?
– Тогда понятно, почему ее выставили на торги! В восемнадцать лет ее никто уже не купит. Для всех людей она порченная, – продолжая ее разглядывать, ответил ее хозяин.
– Она бы не прошла сквозь арку, вот почему они так спешили ее продать. Арка выявляет порченый товар, она даже не дошла бы до арены.
Анна кивнула и с улыбкой посмотрела на мужчин: «Что съели? Я вам не подхожу, выгоняйте. Генофон точно нарушу».
Ее хозяин скривился, и во взгляде карих глаз мелькнуло презрение, которое резануло по ней как кинжалом. Да, не такого она ожидала, но если она хочет вырваться из этого ада и начать свою жизнь, придется стерпеть: – Грот, уведи девушку в ее комнату, – и отвернулся от нее, будто смотреть на нее было для него невыносимо.
Анну подхватили под локоть и повели к лестнице у стены, маленькая неприметная, она ее сразу даже не заметила, отмечая, что главный вход на второй этаж был совсем в другой стороне.
Анна шла за молодым слугой, а сама рассматривала окружение. Черный ход, видно был для того, что бы слуги не мельтешили перед носом хозяина, но второй этаж был прекрасен. В ее родном доме, коридоры безлики, даже ковра под ногами не клали, а про цветы вообще речи не стояло, картины и те были в кабинете у отца и в библиотеке, и то не картины – портреты предков.
Кадки с цветами, картины на которых изображались прекрасные пейзажи, резные двери и портьеры, за которыми как она поняла, и скрывались двери. Молодой человек приподнял одну такую портьеру и открыл дверь в ее комнату. Небольшая, в зеленых тонах, обставлена именно для женщины, с диванчиком у стены и огромной кроватью, ванной комнатой, коврами и цветами в горшках. Если бы Анна могла говорить, она бы присвистнула от радости, что ей подарили на несколько дней такую красоту. Она с благодарностью посмотрела на слугу и кивнула, благодаря молодого человека.
– Сейчас придет ваша горничная, она поможет вам переодеться и принесет закуски, – с легким поклоном ответил Грот, а Анна осмотрелась, останавливая его, выставив вперед руку. – Ваш мешочек уже в шкатулке, вот здесь, – Грот бросился вперед к туалетному столику и открыл крышку шкатулки на столе. – Не бойтесь, хозяин добр к девушкам. Но вы немая, может быть вас, просто отпустят, – быстро добавил молодой слуга, но взгляд отвел. Ему тоже стыдно? Или он просто ее жалеет?
Анна кивнула, отпуская слугу и присела на стульчик перед зеркалом. Здесь была целая кладовая – от маленьких шпилек, до колец. Серебро и золото, тончайшие цепочки и массивные кольца. Легким движением она перехватила тяжелые волосы на затылке и заколола их тонкой заколкой с маленьким красным цветком. Скольким женщинам эта маленькая вещичка помогла справиться с их сокровищем? Уже неважно, сейчас она помогла ей, а это уже честь. Глядя в зеркало, она видела молодую девушку с туманными миндалевидными глазами, обрамленными длинными ресницами, маленький аккуратненький носик и губки бантиком, нежная кожа щек и красивый изгиб бровей. Расстегнув платье у горла и проведя рукой по коже, тихонько улыбнулась и вздохнула, отмечая, что эти несколько дней она хотя бы проведет в уютной комнате и никто ее не будет обижать. По договору с драконами «невесты» пользовались положением, не жены конечно, но и не слуги, так что пинать ее точно не будут. Пора было узнать свой новый дом.
Встроенный шкаф показал несколько платьев, и нижнее белье, хотя носить с чужого плеча она не привыкла, но другого у нее нет. Так что быть привередой – нельзя. Отпустят ли ее? Нет, наверное, он ведь столько золота за нее заплатил, так что эта ночь случится. Нужно подготовиться. А вот завтра, она может быть свободна, наверное. Зачем ему порченная невеста? Надежда, слово-то, какое. Ласковое, нежное и дарующее ощущение безопасности для произносящего. Завтра будет завтра, а сегодня нужно от этого дня взять все, что она может. А это ванна, еда и сон. Ночь будет бессонной, так что надо выспаться.
Анна выстроила себе план на день и отправилась исследовать ванную комнату, когда стукнула входная дверь. Выглянув из маленькой дверцы, она увидела девушку, с небольшим подносов в руках. Волосы пепельные, хитрые глазки и улыбающееся лицо. В ее руках поднос с кувшином молока и тарелкой с булочками, дал надежду Анне на сытный ужин.
– Госпожа? – девушка присела в небольшом реверансе и представилась. – Инга госпожа.
Анна кивнула и поманила девушку к себе.
Инициация
А в маленькой гостиной сидели два гордых дракона, и у каждого было много вопросов.
– Как ты вообще ее приобрел?
– Мне было скучно, ехал от владыки и решил заглянуть на огонек, – осек его Иса.
– И что огоньком стала арена? – съязвил Аранал.
– Ну да. А потом, увидел ее смотрящую на нас как кот на мышь. Представляешь, эта малышка смотрела на мужчин, будто это их ей продают, а не ее. И ее взгляд, был презрительным, там не было ни капли страха, там было презрение, – Иса кивнул на удивленный взгляд друга.
– И ты клюнул? – усмехнулся Аранал.
– Да, представляешь, дал нужную сумму, даже не расспросив ее родственника.
– Конечно, для нас она лакомый кусочек в мире покорности. Но мне интересно другое – что ты намерен с ней делать дальше?
– Да, не знаю я, – фыркнул Иса и встал. – Наверное, придется от нее отказаться, не ждать же мне пока ей не стукнет восемнадцать?
– Ты же не расспрашивал ее родственника, так что претензии уже не предъявить.
– Тогда что мне делать? Ребенок может родиться неполноценным. Вот ты маг и лекарь, вот ты мне и подскажи что делать?
– Думаю, – Аранал сложил руки в замок и посмотрел на друга, – надо посмотреть на нее после этой ночи. Решено. Будем проводить эксперимент, хочу увидеть девочку завтра утром. Если она так хорошо опустошает мой магический резерв, между прочим боли нет, свобода. Друг – это счастье. Я вот думаю, что будет с твоим магическим резервом, а он троекратно больше моего. Но вопрос в другом – выживет ли она?
– Предлагаешь скрепить договор?
– А что ты теряешь? Дай ей противозачаточное, да и все, – Аранал скрестил руки на груди и улыбнулся. – Человеческие женщины от нас не беременеют после первой же ночи. А мы увидим ее потенциал после ночи с тобой, – усмехнулся Аранал и подмигнул другу.
– Знаешь, у меня рука не поднимется на нее.
– А тебе нужна не рука, а кое-что другое чтобы поднималось. Не дрейф друг, может тебе так понравится, что и оставишь ее на какое-то время рядом с собой. Да и твой резерв давно меня беспокоит. Болит же уже по ночам сердце, ломит кости?
Иса кивнул и вздохнул: – Знаешь, она пахнет божественно, сладко так, будто патока. Я даже подумал, что это у нее духи такие, но нет. Это ее запах, запах ее тела.
– Или души, – прошептал Аранал и встал. – Решено, до завтра. И будь ласков, знаю я вас… Как заимеете девственницу, так нахрапом ее и берете. Девочка то нежная, тонкая талия… Порвешь – завтра три шкуры с тебя спущу. Так и знай. И не посмотрю что ты мой владыка, так и знай с год вытаскивать с того света с полным резервом не буду точно, а малышку себе заберу и даже компенсацию не дам.
Иса кинул и ответил больше себе, чем ему: – Мне бы самому от нее не пропасть. С ее-то запахом я уже с ума схожу. Так хочу еще ею надышаться. Хочу попробовать ее кожу на вкус, и губы – скривился и осмотрелся. Аранал уже вышел, а он все еще стоял в центре комнаты и чего-то ждал. – Может проверить ее? Хорошо ли ее разместили? Может слуги обидели?
***
Анна вышла из ванны в легкой шелковой сорочке, брительки и открытые плечи, волосы все так же убраны в легкий пучок на затылке, босые ноги и счастливый взгляд туманных глаз. Инга уже расстелила кровать и убежала, унося с собой пустой кувшин с молоком и тарелку, с которой исчезли маленькие сладкие канапе и булочки. Девушка служанка оказалась доброй, со смешинкой в глазах, много рассказывала о жизни у драконов, рассказала, что она тоже была невестой, но когда ею пресытились, и она не понесла ребеночка, дали отступного и отпустили на все четыре стороны. Вот так она попала к господину Тогошши.
«Видно понести дитя могут не все. Интересно, а каков процент беременности после секса с драконом? Это все покрыто мраком. Может мне поискать библиотеку?»
Анна на секунду задержалась у шкафа с одеждой, но потом, передумав, улыбнулась, хитро поглядывая на кровать, черное шелковое белье так и манило к себе: «Ты ж моя хорошая. Иду, иду, заждалась меня, моя прелесть».
Иса открыл дверь ее комнаты в тот момент, когда она сделала шаг к кровати и провела ладошкой по шелку постельного белья. На шум открытой двери Анна подняла голову и застыла с улыбкой на лице.
«Так быстро? Даже ночи не дождался? Эх. Ладно, в любви ведет женщина, но первый шаг должен сделать мужчина».
А Иса замер. Девушка была прекрасна. Сквозь тонкий шелк можно было увидеть очертания ее тела, розовые вершины ее сосков и кружевные белоснежные трусики, а ноги… Короткая сорочка давала увидеть каждый изгиб ее коленок, ступней и щиколоток. Длинные серебреные волосы она заплела в косу и спустила вдоль позвоночника, но несколько прядей обрамляли ее личико, оттеняя молочную кожу и туман глаз.
«Богиня, ты мне ее послала в назидание, что не чту твои традиции и правила?» – комок застрял в горле Иса, пересохло в горле, по коже побежал табун мурашек. Пах скрутило судорогой, а внутри груди заворочался дракон в предвкушении самки. – «Как можно такую сейчас разложить на кровати? Я же ее сломаю пополам», – но зов тела был сильнее рассудка и мужчина сделал шаг вперед, рывком захлопывая за собой дверь.
«Вот это силища?» – ахнула Анна, подавив в груди страх. – «В любви не может быть страха. Нельзя, надо быть спокойной и контролировать все до последней секунды».
А Иса призывал себя к сдержанности, увы, это ему плохо удавалось. Еще один шаг и он стоит перед девушкой, с бешено стучащим сердцем и ей приходится поднять голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Он выше ее на полголовы, его руки уже у нее на плечах, нежно обводят тонкие косточки ключицы, заставляя ее покрываться мурашками.
– Не бойся, я постараюсь быть нежным, – шепчут его губы, а Анна уже ни на что не надеется, ибо этот мужчина давит на нее своей харизмой, силой, властью. И она утонула в его карих глазах, когда он наклонился к ее губам, перехватывая ее затылок и запуская пальцы в ее волосы, тут же сжимая шелк волос в кулаке и второй рукой, вжимая ее в свое тело.
«Ну, нет, я тоже могу помочь себе, чтобы боль была намного меньше», – и тонкие ручки обхватили его шею, вызвав у него стон.
– Какая нежная, – шептали его губы, когда он оторвался от нее, рывков срывая с себя рубашку. Анна проследила за отлетевшей пуговицей, но ей дали мало времени на передышку и вот она уже стоит перед ним обнаженная, а дракон обхватывает ее тело жадным взглядом, а потом подхватывает ее под ягодицы, укладывая на кровать. – Расслабься.
«И почему все мужчины думают, что нам нужно расслабиться? Все наоборот, увы. Глупые, какие же вы глупые», – и она провела пальчиками по его груди, ощущая каменные мускулы, а потом очертила точеные скулы, брови, губы и тут же сама впилась в него поцелуем.
Иса был нежным, но Анна не отставала от него. Будто перед ним был не ребенок, а зрелая женщина, которая знает, как доставить удовольствие мужчине, да и себе тоже. Когда Иса тронулся в ее глубины, она изогнулась дугой, подставляя под его губы свои соски, в которые он тут же впился губами, зубами, заставляя ее стонать от грубости и нежности одновременно. А она уже теряла связь с реальностью, и если бы могла, то кричала бы в голос, не стесняясь.
Дракон же совсем забыл, что перед ним девственница, вбивался в нее со всей дури, будто эта женщина была его постоянным партнером, целовал так, будто был голоден вечность, таранил языком ее рот и тут же нежно прикусывал ее губки, а Анна, поняв, что остановить его сейчас сможет лишь ее смерть, решила, что в последние минуты жизни она получит удовольствие и благополучно умрет от внутренних разрывов. И подмахивала бедрами, заставляя свое тело замолчать, боль ушла куда-то вдаль, была, нет, она ее чувствовала, но она будто была далеко.
«Любовь и кровь, боль и наслаждение. Заберу сегодня от этой жизни все».
Когда внизу живота стал закручиваться тугой жгут, Анна впилась в губы дракона и вжалась в него, наплевав на все запреты этого мира, которые заставляют женщину расслабляться, заставляют ее забыть о своих желаниях, обхватывая ногами его бедра и заставляя его ускориться. Ведь женщина должна быть покорной, а она, увы, не покорна. Она хочет удовольствия, хочет его получить и она его получит, любой ценой от этого мужчины.
Иса понял, что она делает лишь тогда, когда почувствовал, что девушка в его руках задрожала, ее скручивала судорога, но остановиться он уже не мог, продолжая вбиваться в нее, чувствуя ее дрожь внутренних стеночек, вбивался до тех пор, пока со стоном не излился в нее, выжатый полностью.
Упав на девушку, только тогда понял, что она смеется. Молча, раскрыв широко голубые глаза с зелеными искрами магии и слез, текущих по ее щекам. Он легко отвел мокрый локон ее серебреных волос от ее ресниц и поцеловал в кончик носа: – Какая же ты глупая. Выжить под драконом в полную силу его любви, может не всякая, особенно подо мной. Зачем так меня распалила?
Анна повела головой и закатила глазки, все еще беззвучно смеясь: «Я не умру. Значит, не умру, хотя крови потеряла много. И кто тут у нас дурак? Видно давно у мужика не было хорошего секса».
А Иса уже укладывался рядом и тут, наконец, понял что натворил, глянув на кровавые простыни под Анной. А под девушкой расплывалось кровавое пятно, вот тут он испугался: – Богиня! Лежи не вставай, – и натягивая на ходу брюки, бросился к двери.
«Неважно, все уже не важно. Давай Анна, надо снять боль», – глядя, как за ним закрывается дверь, говорила сама себе Анна, левую руку ложа на живот, понимая, что боль возвращается с удвоенной силой, что скручивает тугим узлов внутри нее, не давая мыслить здраво. Холод от ее ладошки тут же разлился по ее коже, втягивался внутрь ее тела и наполнял его, замораживая, успокаивая, унимая внутреннюю боль, которая выворачивала ее наизнанку. Убрав левую руку, девушка приложила правую руку к животу и закрыла глаза, успокаиваясь, и тут же впиваясь ноготками левой руки себе в ладонь. – «Все хорошо, сначала мы все успокоили, остановили кровь, сейчас попытаемся залечить. Попытаемся хотя бы».
Боль уже можно было контролировать, перестала болеть голова, лишь накрыла слабость. Слабость, когда тяжело поднять руку, когда даже лежа в кровати кружится голова. А в комнату врывался Иса и следом за ним Аранал.
– Вот же придурок! – рывок и Иса прижат к стене Араналом. – Вот же говорил. Что ты натворил?
– Я с катушек слетел. Ты бы то же так поступил, если она была у тебя в руках! – отбивался Иса. – Спаси ее, все отдам за ее жизнь.
А Анна уплывала в сон, лечебный сон. Где над тобой порхают бабочки и розовые слоники. Туда где нет ни драконов, ни их друзей, никого, лишь нега и покой. А потом она перенеслась туда, куда попала в свои восемнадцать лет. Тот же песок и та же нега. Ее душу омывали солнце и легкий ветерок, а она спешила к морю. Правда она до него так и не дошла. Ее будто кто-то толкнул в грудь и вот она лежит на кровати, в груди тоска, в глазах гнев, а во рту слова, готовые сорваться в мага, который не дал ей досмотреть свой сон.
– Жива, – воскликнул Иса, рядом с ее ухом. – Спасибо друг.
«Зачем так кричать?» – обхватывая себя за щеки, взмолилась Анна, закрываясь ладошками от дракона.
– Тише, тише, все хорошо. Аранал, проси все что хочешь, – сказал Иса, похлопывая ее по плечу, легко так, будто боясь, что она сейчас расколется на тысячи кусочков. Хотя так и будет, если он не замочит.
– Я хочу ее. Она осушила твой резерв, стала магом и кажется, спасла сама себя, кровь остановила, внутренние разрывы не залечила, но боль сняла, – оглядывая ее с ног до головы, ответил Аранал, нависая над девушкой. А ведь Анна все также была обнажена, но, кажется, ни кого из мужчин это не заботило. Правда, озаботило девушку. Под внимательным взглядом дракона, Анна потянулась за покрывалом, лежащим на полу, протягивая руку вниз. Аранал проследил взглядом за ее рукой и поспешил накрыть девушку. – Я не оступлюсь, ты сам сказал, проси, что хочешь.
Но тут воспротивился Иса: – Все что хочешь, но ее я не отдам.
«Я сама уйду, договор выполнила, дальше держать меня нет смысла. Я ведь невеста на несколько ночей. Браслет как бы мне в помощь», – наивная, она так думала, натягивая покрывало на себя, до самого подбородка. – «Насмотрелись? Достаточно», – и отвернулась к стене.
– Опять будешь так любить? – крикнул Аранал, указывая на простынь, лежащую в ногах девушки, всю залитую ее кровью.
– Нет, так больше не буду, – скривившись, ответил Иса. – За это буду просить прощения долго, но ее не отдам, ни за какие деньги. Проси что-нибудь другое, друг.
Анна удивленно посмотрела на него. Сидящий рядом с ней, все так же обнаженный по пояс дракон был красив, хотя Аранал склонившийся над ней и строго смотрящий на друга был тоже ничего. Иса же был трогательно прекрасен, лежащая у нее на плече рука легко его сжимала, поглаживая и одновременно заставляя усомниться в ее адекватности. Ей нравится ее насильник? Хотя то, что происходило несколько часов назад, насилием не было, было неосторожностью.
– Если о ней узнают, ее заберут у тебя и тебе уже не помогут ни связи, ни деньги, – выдохнул Аранал и выпрямился.
– Мы улетим на север, – отпуская ее плечо и складывая руки на груди, сдвинув брови и не отрывая взгляда от девушки, ответил грозно Иса, потом сел с ней рядом, поджимая ноги, его бедро было слишком близко к ней, чтобы она не почувствовала жар его тела.
«Горячий такой. И чего это его на меня повернуло? Немая, да еще и невеста на ночь», – Анна скривилась и попыталась отодвинуться от него, мало помогло, потому что куда двигаться-то… Дальше только пол, и дракон, который уж точно упасть ей не даст.
– Вряд ли тебе это поможет, – выдохнул Аранал. Его взгляд скользнул по Анне застывшей на кровати, по кровавым простыням и он сдался. – Хорошо, помогу вам. Ее проверю на магию, а тебя запру в башне на несколько месяцев, чтобы остудить голову. Да и девочка подлечится. И пора узнать, почему она немая, но все слышит.
«Потому что болела я в детстве, а таких лекарей как ты, у нас не было, да и некому было помочь мне. Тьфу ты Анне», – Анна скривилась, и чуть язык не показала лекарю, так обидно ей стало за себя родненькую.
– Я улечу на дальний север, – наклонил голову Иса, – на разведку. Тогда не надо будет меня запирать.
– На том и порешим. Отдыхай барышня, мы уходим, – с поклоном сказал Аранал, заставляя встать друга, а потом выталкивая его из комнаты. – Этого дурака я заберу с собой, и ведь недаром, что владыка севера, сейчас поступил как последний идиот. Мог ведь убить девочку, – ругался Аранал. – А там такой потенциал…
Анна еще несколько мгновений наблюдала как артачится Иса, как порывается что-то объяснить себе или ей или Араналу, но потом сдается и опустив голову и взгляд заодно, наконец, выходит из комнаты: «Наконец тихо», – она повернулась на бок и скрутившись калачиком, радуясь тишине, закрыла глаза. Правда отметила, что в углу комнаты появилась все та же вездесущая тень незнакомца в огромной шляпе, но это было уже неважно.
Драгоценность
Анна проспала остаток дня, ночь и следующий день. Раскрыв глаза, и пытаясь понять, где она, увидела спящего в кресле около ее кровати дракона. Склоненная голова на грудь, вытянутые ноги и сложенные руки на груди. Он выглядел так безмятежно и в то же время трогательно. Сильный мужчина у кровати женщины…
«Это он мой сон сторожит? Сначала почти убил, теперь охраняет? Интересно девки пляшут. А мне значит, его еще и пожалеть? Вот уж точно я никогда не считала себя мстительной, но сейчас очень хочу отомстить. Ведь если бы в этом теле была не я, а та Анна Ровар, то сейчас ее бездыханное тело уже закапывали», – она скривилась, представляя, как над ней заколачивают крышку гроба. Передернула плечами, представляя себя в гробу. Вот уж точно, дай только женщине пофантазировать, такое представит… – «Жутко, и ведь он взрослый мужчина, прекрасно понимал последствия своей неосторожности. Вот же гад чешуйчатый», – она потянулась, вытягивая ноги и пытаясь понять, как чувствует себя ее тело. – «Кажется все в норме, не знаю насчет внутренних повреждений, но ничего не болит», – на скрип кровати, дернулся Иса и раскрыл глаза. Взгляды встретились, только во взгляде голубых глаз не было жалости к дракону, там была ярость, обида.
– У тебя глаза изменились, теперь там искры магии живут, – тихо проговорил Иса и встал, а Анна дернулась. Иса тут же поднял руки вверх, в примирительном жесте. – Не бойся меня, я за ту ночь еще долго просить прощения буду, – дракон провел рукой по волосам, потом осторожно присел на край кровати. – Можно? – и не дождавшись ответа, продолжил. – Давай так, мы, как оказалось пока не можем улететь из столицы, придется тебе меня еще немного потерпеть в такой близости. Но обещаю, что буду вежлив и не переступлю границ.
Во взгляде Анны появилось желание узнать больше, но как спросить: «Знала бы, выучила бы язык жестов», – стукнула она себя мысленно, но взглянула на дракона по-другому. Сейчас перед ней был мужчина, который пытается извиниться, только не знает как. Мнет руками ткань рубашки, пытается смотреть в глаза девушки и тут же отводит взгляд.
– Аранал прав, ты должна показаться нашим магам, потому что ты действительно осушила полностью мой резерв в момент нашей близости, а ведь он у меня огромен. Я в тот момент плохо соображал, действовал на инстинктах, даже не помню что делал, помню лишь твой запах, одуряющий, смывающий все запреты с меня, омывающий меня будто родниковой водой, – дракон опять провел рукой по волосам, зачесывая назад длинные локоны и продолжил, глядя ей в глаза, стараясь не отводить взгляд. Только в глазах его была мука, боль, которая опять заставила Анну усомниться в своей адекватности, хотелось его пожалеть как блудливого котенка, прижать к себе и дать сладостей. – Знаешь, я ведь всегда был изгоем из-за своего магического резерва, не всякая женщина могла вынести меня, многих спасал Аранал после первой ночи, многие… Но не будем об этом. Хочу сказать, что я буду носить тебя на руках, буду твоим рабом, только не отталкивай меня, – Иса оторвал от нее взгляд, а потом опустил голову и сжал руки в замок, разглядывая свои ладони, уложив их у себя на коленях. Анна наблюдала за мужчиной и не понимала его. Так ли он жесток, каким хотел казаться совсем недавно? А Иса продолжал. – У нас нет истинных пар, но рядом с тобой со мной что-то происходит, я, будто исчезаю и на моем месте совсем другой дракон, – дракон повернул к ней голову и попытался улыбнуться. – Там за этими дверями – я зверь, могу убить одним ударом, но с тобой хочу быть ласковым, нежным. Прости меня, если можешь.