Когда танцует ведьма. Книга первая

Первыми из деревенских жителей познакомились с супругами Скрипник Леонид и Олеся Долгуновы – молодая пара, которая поселилась в Хрустальных ручьях совсем недавно. Леонид и Олеся переехали сюда из Томска. Они купили крепкий дом с большим участком земли, засадили его овощами, ягодами, зеленью. Олеся разбила красивый цветник, она выращивала сортовые лилии и розы. Леонид занимался резьбой по дереву – мастерил мебель, изящные статуэтки и различные предметы интерьера. Долгуновы восхищались деревенской жизнью, они были уверены, что в городе жить вредно из-за плохой экологии и некачественных продуктов питания. Супруги мечтали родить много детей и воспитывать их, прививая уважение, любовь к природе и физическому труду. Жители Хрустальных ручьев считали эту семью странной, но деревенские женщины из любопытства ходили к ним в гости, чтобы потом обсуждать, какие эти городские все-таки чистоплюи и зануды. Более того, за глаза Долгуновых называли «эти дурачки из города» из-за одной комичной ситуации.

Соседкой Долгуновых была баба Тая. По приезду Олеся и Леонид сразу пошли к ней в гости. Они взяли с собой в качестве подарка деревянную статуэтку женщины с прялкой, которую сделал Леонид, и кусок вишневого пирога. Баба Тая не отличалась гостеприимством, ей было лет семьдесят, она жила одна – муж давно умер, дети уехали в город. Бабушка хотела сделать вид, что дома никого нет, но молодые соседи оказались настойчивыми, они не никак не уходили, терпеливо стояли у калитки и громко звали хозяйку.

– Да, что ж вас черти принесли, – пробурчала баба Тая и пошла на улицу к гостям.

– Здравствуйте, бабушка! Мы ваши новые соседи!

– Здравствуйте, здравствуйте. И че хочите?

– Примите от нас подарок.

– Это ещё зачем?

– Мы теперь будем жить с вами рядом, давайте дружить домами!

– Че хочите-то? Может молока вам налить? Хозяйства-то поди нет никого.

– Спасибо, бабушка! Конечно, мы не откажемся от настоящего деревенского молока!

– Так, что? Молока надо что ли? Так бы и сказали сразу. А вы, зачем приехали? На лето или прям жить здеся будете?

– Мы здесь будем жить. Давно мечтали переехать в деревню, на свободу, чистый воздух! Мы, бабушка, дауншифтеры, – Долгуновы попытались объяснить, что значит это иностранное слово, но пожилая соседка по-своему поняла их рассказ.

– Ах, вот оно, что. Я вам, миленькие, сейчас и сметанки дам…

Сарафанное радио в Хрустальных ручьях сработало быстро. Уже через час жители деревни обсуждали новость: рядом со старой Таисией поселились дауны. Пришли к ней с самодельными подарками, попросили деревенского молочка. Баба Тая пожалела дурачков, дала им бесплатно ещё и сметаны. Конечно, жители деревни потом разобрались, кто, такие супруги Долгуновы и посмеялись над семидесятилетней сплетницей, но обидное прозвище к новым соседям всё-таки прицепилось.

Леонид и Олеся шли из магазина, когда заметили, как в сторону дома на краю деревни идут два человека с большими рюкзаками. Было видно, что эти люди устали, они часто останавливались передохнуть, потом снова медленно двигались дальше. На другой день Олеся услышала от соседки, что это приехала правнучка бабы Лены со своим мужем – новая ведьма Хрустальных ручьев и, что теперь деревню ждут какие-то страшные перемены. Народ волновался, переживал, изнывал от любопытства, жители вспоминали всякие истории, связанные с родом Первушиных. Супруги Долгуновы были атеистами, рассказы о ведьмах они отнесли к народному фольклору и сказали соседке, что хотят лично познакомиться с приезжими и вечером сходят к ним в гости.

Татьяна, как только вошла в избу, почувствовала удивительный прилив сил.

– Миха, не трогай ничего, пожалуйста! Я хочу сама все посмотреть.

– Таточка, не волнуйся, ничего я не трогаю. Ого! Вот это, да… Что мы с этим будем делать?

– Ничего не будем делать. Пускай здесь и стоит.

– Не, ну это что? Твоя баба Лена тут народ грабила, что ли?

– Нет. Просто с крестом нельзя ритуалы совершать. Видимо она на входе со всех кресты снимала и сюда складывала… Да, много людей через неё прошло…

– Да, ты посмотри! Тут есть золотые, с камнями, настоящие драгоценности…

На входе в комнату, у двери на лавке стоял огромный железный таз, до краев наполненный крестами, которые носят верующие на груди. Кресты были разные: большие и совсем маленькие, золотые, серебренные, украшенные камнями и совсем простые, они были на цепочках, булавках и веревочках. Сложно предположить количество крестов, но было очевидно, что копились они здесь десятилетиями.

– Надо затопить печку. Я видела в сенях дрова. Миха, займешься этим? А я разберу рюкзаки.

– Конечно, мой командир! Тата, ну хоть улыбнись, что такая серьезная?

Михаил, несмотря на усталость, был в приподнятом настроении. Он осмотрелся и с облегчением понял, что здесь можно отлично устроиться, есть все необходимое для жизни, дом выглядит крепким и теплым. Молодой человек впервые сталкивался с деревенским бытом, раньше он никогда не топил печь и теперь с интересом рассматривал её устройство. Печка была добротная, большая, с широким горнилом, варочной плитой и большим лежаком. Прежняя хозяйка о ней заботилась: ни одной трещинки, ни одного скола, ровная, чистая, белая, стоит ждет, когда её затопят. Михаил открыл дверцу топки, пошевелил забрало, заглянул в сборник для золы, проверил сухие дрова – все в идеальном состоянии, даже заготовлены тонкие лучины и березовая кора для растопки. Молодой человек, почувствовал себя мальчишкой, который рассматривает большой красивый паровоз. Он быстро развел огонь, печь как будто загудела, почувствовав внутри себя пламя, и начала постепенно нагреваться.

– Теперь можно прикрыть забрало, тяга итак хорошая. Я сейчас принесу воды, приготовлю нам покушать. Сделаю макароны по-флотски. Одежду надо накинуть на эту веревку, сейчас все быстро высохнет. Миха, здесь так хорошо! Господи, даже самовар есть! Посмотри, вышивка крестиком на занавесках и скатерти…

– А, ты откуда знаешь про забрало и тягу? Давай, я воды принесу.

– Не, я сама хочу. Там такой колодец красивый. Не знаю откуда знаю, просто я себя чувствую, как дома и мне всё известно – что, где лежит и для чего… Это необъяснимо.

– Ты, моя хозяюшка деревенская.

Михаил с нежностью обнял жену, его забавляла её серьезность и деловитость.

– Тата, а ты не находишь, что эта кухня очень похожа на нашу? Посмотри, баночки всякие, бутылочки…

Это было правдой, на полочках стояли жестяные и стеклянные баночки, бутылки с неизвестными жидкостями, а на веревках подвешены травы – пучками или в холщовых мешочках. Было непонятно, относится это всё к кулинарии или к колдовским зельям. Посуды тоже было много: кастрюли разного размера, сковородки, ступки, тарелки и чашки. У Татьяны загорелись глаза, когда она увидела всё это богатство:

– Да, похожа! Я буду завтра всё это изучать. Я и не мечтала о такой кухне! Миха, как здесь здорово!

Супруги Скрипник быстро освоились. В доме стало тепло, запахло вкусным ужином, Татьяна заварила травяной чай, накрыла на стол. Она нашла серебренные столовые приборы, чистую накрахмаленную скатерть, зажгла свечи, атмосфера стала удивительно домашней.

– Мы дома, понимаешь? – девушка вопросительно посмотрела на мужа. Михаил промолчал. Ему тоже здесь, нравилось, но он не хотел развивать тему, так как боялся услышать от жены предложение переехать сюда жить. По её глазам он догадывался, что скоро это всё-таки случится.

Татьяна и Михаил после ужина посидели у печки, посмотрели на веселый огонь, послушали, как трещат дрова. Они сидели, обнявшись, просто молчали. Каждый думал о своем: Татьяна строила планы на завтрашний день, её муж мысленно планировал возвращение в город. Михаила беспокоил энтузиазм, с которым супруга начала обустраиваться в доме, он никогда не думал о переезде в деревню…

– Миша, твоя жена – мудрая женщина. Тебе с ней повезло. Ну, ведь всё складывается в пользу того, что вам надо сюда переехать! Это очевидно! Это факт!

– Лёня, я всё понимаю. И в первую очередь то, что вы здесь страдаете от скуки. Поэтому ты хочешь, чтобы мы остались в деревне. Здесь же одни бабки, да алкаши.

– Нет! Дело не в этом! И люди здесь разные – не только старики и пьяницы. Просто к нам с Олеськой ещё не привыкли, не приняли нас пока, но это вопрос времени. Я тебе должен объяснить, что деревня – это осознанная жизнь, честная, настоящая. И всё больше людей это понимает! Молодые семьи сбегают из города, от бессмысленности…

– Э, брат, ты философию не разводи. Всё гораздо проще. У цельного человека смысл есть всегда и везде – независимо от местожительства. Деревня – это твой выбор и не надо его навязывать мне. А со своей женой я сам разберусь.

– Миша, да ты прости, если лезу не в своё дело! Но, ты – врач, Таня – учитель, вы – молодые, образованные, сильные. Вы и есть настоящее и будущее, вы, как оплот! Именно такие люди нужны деревне! Понимаешь?

– Я понимаю, что ты меня хочешь втянуть туда, куда я вообще не собираюсь… Всё, друг, давай о другом поговорим…

На самом деле молодые люди быстро нашли общий язык. Леонид был очень рад знакомству с супругами Скрипник и всеми силами пытался доказать Михаилу, что ему и Татьяне надо переезжать в Хрустальные ручьи. Мужчины горячо спорили, но было видно, что начало дружеским отношениям положено.

Татьяна и Олеся устроились на кухне, они разговаривали в полголоса – о деревне и её жителях. Олеся рассказала, что местные считают Татьяну ведьмой и, когда смотрят в сторону этого дома, обязательно крестятся. Она посмеялась над их необразованностью и с гордостью заявила, что, конечно, не верит в эту ерунду. Татьяна вежливо улыбнулась и стала расспрашивать соседку, есть ли в деревни школа и, кто в ней работает. Она не стала делиться своими планами, но было видно, что деревенская жизнь ей интересна, девушка старалась вникнуть в особенности местного уклада, запомнить, как зовут жителей Хрустальных ручьев – кто, где живет и, чем занимается. Олеся с готовностью отвечала на все вопросы, пыталась представить деревню в самом выгодном свете. Только в скользь заметила, что деревенские с недоверием относятся к приезжим и с ними всё-таки непросто общаться.