Зажигая пламя

© Кира Сорока, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

1

Алина

Машина беззвучно сворачивает с шоссе, и теперь мы медленно ползем по совершенно пустой дороге мимо леса.

– Влад, мне жарко… – плаксивым голосом произносит Юлиана.

Водитель меняет режим кондиционера, и в салоне становится гораздо прохладнее, чем было.

– Так лучше? – Влад смотрит на мою сестру через зеркало заднего вида.

– Да, спасибо. – Ее губы дрожат с намеком на улыбку.

По моим рукам бегут мурашки. Но это, скорее, от нервов, а не от прохлады… Внутри быстро расцветает тревога, но я пока не понимаю, чем она вызвана.

Его там не будет. Сестра обещала.

Юлиана прикрывает глаза, а я молча пялюсь в окно. Сколько мы уже едем? Наверное, не меньше часа.

Редкий лесок заканчивается, и перед моим взглядом расстилается бескрайнее поле с россыпью нежно-фиолетовых цветов. Повернув голову к другому окну, вижу гладь озера. Вода красиво мерцает под лучами яркого солнца.

– Захар здесь почти не бывает, – говорит сестра, не открывая глаз, но явно обращаясь ко мне. – Предпочитает суету города и свою дурацкую работу. А я готова все лето сидеть на природе.

Захар – ее муж. Юлиана выскочила замуж, когда ей едва исполнилось восемнадцать. Отец вряд ли одобрил бы этот брак, да и вообще какие-то отношения с Захаром, будь он посвящен в них немного раньше, а не за месяц до свадьбы.

Мы с Юлианой привыкли быть сами по себе. Отец редко бывает дома, потому что занят своей второй семьей – футбольной командой. Он входит в состав тренеров юношеской сборной города, еще руководит секцией футбола в нашей школе. Постоянные тренировки, сборы, разъезды, подготовки к играм…

В общем, папа, мягко говоря, кандидатуру зятя не одобрил, но было слишком поздно. Зато теперь он отрывается на мне, с тотальной дотошностью контролируя мою жизнь. Точнее, так было до того, как появился Тимофей – мой парень. Его кандидатуру в качестве будущего зятя папа очень одобряет.

– Спасибо, что составила мне компанию, – добавляет сестра, открыв глаза и улыбнувшись. – Иногда здесь бывает тоскливо одной.

– Я ненадолго, – повторяю то, что уже ей говорила.

Вряд ли я выдержу здесь больше недели. Просто Тим сейчас на сборах, и я вроде как свободна.

– Да ладно! Тебе тут понравится. – Сестра в очередной раз отмахивается от моих слов. – Посплетничаем, позагораем, займемся йогой. Недавно я посещала курсы по медитации. М-м-м… научу тебя. А вечерами будем смотреть ужастики. Как раньше, помнишь?

Она смотрит на меня сияющим взглядом и выглядит сейчас совсем юной и беззаботной. Да, я помню… Мне было четырнадцать, а ей семнадцать. Мы постоянно смотрели по вечерам ужастики, накрывшись с головой одеялом. После них я не могла уснуть и прибегала спать к Юлиане. И мы с ней всю ночь теснились на полутораспальном диване…

Наконец машина проезжает через ворота охраняемого коттеджного поселка и неторопливо шуршит гравием по неширокой улице. С одной стороны – редкие величественные особняки за разнообразными заборами, а с другой – только сосны.

Немного опустив окно, делаю глубокий вдох. Легкие наполняются свежим воздухом, насыщенным невероятным ароматом хвои. Даже голова немного кружится.

Захар Андреевич Грозный купил дом в этом дивном месте год назад. Сестра приглашала меня прошлым летом, но у меня не получилось приехать. И вот наконец я здесь.

С интересом разглядываю дома, мимо которых мы проезжаем. Один круче другого. Три этажа, четыре… Владельцы этих «дач» наверняка сплошь знаменитости, бизнесмены или политики.

Муж Юлианы – главный прокурор города. Его фамилия широко известна в самых разных кругах, но прославил эту фамилию не только он сам, но и его сын Егор. Избалованный, наглый, циничный тип, у которого не единожды были проблемы с законом.

У меня нет ни малейшего желания встречаться с пасынком сестры. Ни при каких обстоятельствах. И я ни за что не поехала бы, если бы Юлиана не пообещала, что Егора здесь не будет. Да и что ему делать в этой глуши? «Вечный тусовщик и нарушитель общественного спокойствия предпочитает мегаполис», – так она сказала.

Автомобиль останавливается возле высокого кованого забора. Водитель сам идет открывать ворота. Я замечаю заинтересованный взгляд сестры, устремленный на этого широкоплечего мужчину. Мне показалось, что по дороге она немного заигрывала с ним. Молодой, подтянутый Влад сильно отличается от сорокалетнего Захара, который явно не жалует тренажеры.

Юлиане двадцать один. Меня всегда удивляло: почему она выбрала в мужья практически ровесника нашего отца? Не хотелось верить, что этот выбор был сделан из-за денег, ради возможности беззаботно жить в роскоши.

Влад возвращается за руль и ловит взгляд Юлианы в зеркале заднего вида. Между ними явно происходит какой-то немой диалог. Время идет, а они все смотрят друг на друга.

Теперь мне кажется, что и он с ней заигрывает.

Касаюсь руки сестры. Встрепенувшись, она переводит взгляд на меня.

– Ой, а о чем мы говорили? – Ее щеки розовеют.

– Об ужастиках и медитации.

– Точно! – хихикает Юлиана. – Влад, – она вновь смотрит на водителя, – ты любишь ужастики?

– Я предпочитаю блокбастеры, Юлиана Геннадьевна.

– О-о… Это где брутальный мужчина спасает мир от преступников, да? Перестрелки, погони и… эм-м… любовь?

– Да, Юлиана Геннадьевна.

Машина плавно трогается и въезжает в ворота.

Какой-то этот Влад холодный. Если бы не его горящие взгляды, направленные на мою сестру, можно было бы подумать, что он вообще робот.

Мы медленно катимся по дорожке к дому, и я быстро забываю о водителе и о сестре. Прилипнув к окну, любуюсь ухоженной территорией особняка. Сочная зелень газонов, красивый сад, цветы, множество деревьев и кустарников. Шаровидные туи, кипарисы…

Ландшафтный дизайн на высоте. Чуть поодаль виднеется декоративный прудик, а рядом с ним – что-то вроде беседки с интересной ажурной конструкцией. Кажется, это называется перголой. Еще чуть дальше – скромное одноэтажное строение. Возможно, домик для гостей или персонала.

Но главное достояние этого участка – роскошный дом в три этажа. Забавно. Однажды Юлиана назвала это место дачей. Ничего себе дачка!

Мой взгляд выхватывает припаркованный под навесом мотоцикл и белую спортивную машину. Перевожу взгляд на сестру. Она хмурится, уставившись на спорткар.

– И кто это? Мотоцикл принадлежит Егору, он все время здесь стоит. А вот машина, кажется, кого-то из его дружков. Господи! – Раздосадованная Юлиана изображает фейспалм, прикрывая лицо ладонью.

Просто поверить не могу… Она же обещала, что Егора здесь не будет!

Сестра открывает дверцу, отдав Владу распоряжение отнести наш багаж в дом. Я тоже выбираюсь из машины. Нервно одергиваю сарафан, который сейчас почему-то кажется мне слишком коротким. Не знаю, кого я боюсь больше – самого Егора Грозного или его дружков. Я наслышана об этих парнях от сестры. Сказать, что она их всех недолюбливает, – ничего не сказать. Эти имбецилы часто бывают в их роскошном доме в городе и совсем не скрывают, что приезжают поглазеть на нее.

Юлиана работает моделью. И она безумно красивая, очень похожа на маму. Блондинка от природы с редким янтарным цветом глаз. Изящные брови, высокие скулы. Пухленькие губки, натуральные, без всяких там ботоксов. На ее лице вообще нет никаких апгрейдов – все свое.

На ее фоне я кажусь себе невзрачной серенькой мышкой.

– Идем, Алина! – говорит Юлиана, направляясь к дому.

Вздохнув, догоняю ее уже у двери. Пройдя через холл, мы оказываемся в гостиной, где нас встречает горничная. Она явно взволнованна. Юлиана упирает руки в бока и требовательно спрашивает:

– Кто здесь?

– Егор с другом, – отвечает женщина, опустив взгляд в пол.

– Черт! Ну ведь просила же…

Возмущенно топнув ногой, сестра срывается к двери, ведущей на задний двор. Я остаюсь на месте и сквозь панорамные окна наблюдаю, как Юлиана шагает к бассейну, где на шезлонгах лежат два парня. Даже с такого расстояния в одном из них я узнаю Егора. Высокий, широкоплечий. Беспорядочная копна густых русых волос и татуировки, множество тату на его обнаженных мускулистых руках и груди. У второго парня волосы черные как смоль, а тело тоже покрыто росписью.

Оба снимают солнечные очки и смотрят на подошедшую к ним Юлиану. Я не слышу ни слова, но и так понятно, что она просит их уехать и, видимо, отчитывает. Через несколько минут сестра резко разворачивается и идет обратно, судя по всему, так ничего и не добившись. Она входит в гостиную и натянуто мне улыбается:

– Все нормально. Я сейчас же позвоню Захару, и к вечеру этих двоих здесь не будет. – Брезгливым жестом она указывает на парней. Сделав глубокий вдох, Юлиана немного успокаивается и уже более расслабленным голосом говорит мне: – Пойдем, покажу твою комнату.

На ватных ногах иду за ней по лестнице, стараясь не отставать. За нами безмолвно следует Влад, неся мою дорожную сумку и огромный чемодан Юлианы. Мы поднимаемся на второй этаж.

– Тут наша с Захаром спальня. – Сестра указывает на дверь слева, а затем распахивает дверь напротив и кивком приглашает меня войти. – А тебе вот эту комнату приготовили.

Решительно захожу внутрь. Комната очень уютная, просторная и светлая. Кровать, комод, шкаф, туалетный столик. На окнах – легкие полупрозрачные шторы, а на стене висит кондиционер, обеспечивая желанную прохладу.

– Ну как?

– Супер! – признаюсь я.

У меня никогда не было такой классной комнаты. Мы с отцом живем довольно скромно, несмотря на его приличную зарплату, потому что большая часть денег много лет уходила на ипотеку, которую отец наконец закрыл несколько месяцев назад.

Юлиана много раз предлагала папе финансовую помощь, но он никогда не возьмет денег у сестры. Ведь эти деньги не ее, а Захара Андреевича, а отец называет их грязными, полученными нечестным путем. Он считает своего зятя коррумпированным до мозга костей.

– Устраивайся, располагайся и спускайся к обеду. – Чмокнув меня в щеку, Юлиана выходит в коридор. – Влад, пойдем.

Водитель ставит мою сумку на пол.

– Если вам понадобятся мои услуги – обращайтесь, – доброжелательно произносит он и уходит вслед за Юлианой.

– Спасибо, – отзываюсь запоздало.

Дверь закрывается. Я остаюсь одна и еще раз осматриваюсь.

Зачем-то открываю дверцы шкафа. Он кажется совсем новым. Впрочем, как и вся мебель в комнате. Подхожу к кровати, осторожно опускаюсь на нее. Матрас пружинистый и невероятно мягкий. Обводя взглядом комнату, вдруг понимаю, что возле окна, похоже, есть еще и дверь. Подскочив туда, отодвигаю шторы. И точно – здесь целый персональный балкон, он просто огромный. Пол, выложенный мозаикой из цветных плиток, круглый столик и уютные креслица из ротанга и множество всевозможных растений в горшках.

С радостным предвкушением распахиваю дверь и шагаю через порожек. Меня вмиг обволакивает ароматом хвои, а солнечные лучи нежно касаются кожи и согревают. С балкона открывается великолепный вид на сосновый лес. Просто потрясающе! Природа здесь как в заповеднике – словно никем не тронутая. Уверена, если долго смотреть на деревья, то можно будет увидеть даже белок.

Налюбовавшись видом, сажусь в одно из кресел и, расслабленно откинувшись на спинку, подставляю лицо солнцу. Как же хорошо! Может, я протяну здесь и больше недели… Если только незваные гости уедут.

Моя эйфория нарушается неожиданным взрывом хохота, который раздается где-то совсем близко. Поднявшись с кресла, подхожу к краю балкона и, схватившись за перила, смотрю вниз. Егор со своим другом все там же, на шезлонгах. Они смеются и обсуждают мою сестру, не стесняясь в выражениях.

Как же мерзко…

– Когда планируешь свалить отсюда? – спрашивает темноволосый парень, нахлобучивая солнечные очки на лицо. – Макс звонил, хотел увидеться.

Грозный не отвечает. Он расслабленно развалился на шезлонге, прикрыв глаза.

Господи, да скажи ты уже, что тебе скучно и ты прямо сейчас уезжаешь! Ну пожалуйста!

Внезапно Егор распахивает глаза. Я не успеваю отпрянуть, и мы встречаемся взглядами. На миг на его лице появляется недоуменное выражение, словно он пытается понять, кто я такая.

Наверняка Грозный меня не помнит. Мы виделись всего один раз, на свадьбе Юлианы и Захара. И несмотря на то, что Егор тогда сделал, я все же решаю забыть прошлые обиды, списав их на подростковые заскоки, и несколько сконфуженно произношу:

– Привет.

Его друг молниеносно срывает очки, вскидывает голову и тоже смотрит на меня. У обоих какие-то хищные взгляды. Без тени улыбки. Опасные…

Холодок пробегает по телу, хотя на улице градусов тридцать жары, не меньше. Я делаю шаг назад, чтобы скрыться от взглядов этих двоих, но тут же жалею о том, что спряталась. Я ведь не собираюсь их бояться, правда?

Меня неминуемо уносит в воспоминания трехлетней давности…

Отец был чернее тучи. Еще утром я опасалась, что он совсем откажется идти на церемонию и меня не пустит.

– Хорошо выглядишь, дочка, – безрадостно произнес он, заметив, как я смущенно одергиваю подол платья.

Это платье подарила Юлиана. Оно было не совсем в моем вкусе – непривычно короткое, в нем я казалась себе старше.

– Спасибо, пап. Ты тоже, – поправляя ему галстук, заглянула в глаза: – Может, пойдем уже к гостям?

– Мне и тут неплохо.

Отвернувшись, он подошел к окну. Я не видела выражения его лица, но заметила, как отец покачал головой. Вероятно, это было безмолвное проявление недовольства по поводу непозволительно роскошных автомобилей, на которых прибыли друзья городского прокурора. Да и роскошный дом будущего зятя папа оценил лишь скупой ухмылкой.

– Ты иди, Алин. Найди сестру. Позовешь меня, когда все начнется.

Мне не хотелось оставлять отца одного, но внутри все горело от желания прогуляться по дому. А еще очень хотелось выйти в сад и полюбоваться его великолепием. Да и на Юлиану в свадебном платье не терпелось посмотреть.

– Я скоро вернусь.

Отец молча кивнул, продолжая смотреть в окно.

Возможно, папа был прав и Юлиана поспешила с замужеством, но осуждать ее я не собиралась.

А вдруг это любовь? Может, Захар Андреевич – именно тот, кто нужен сестре?

Покинув комнату, я прошла по широкому коридору и вышла в гостиную. Взгляд выхватил несколько прибывших гостей, которых горничная провожала в столовую. Я пошла за ними.

Церемонию планировали провести в столовой, которую очень красиво украсили. Словно картинка из зарубежного фильма. Стулья в несколько рядов, на которых начали рассаживаться гости. У дальней стены установили арку, красиво оплетенную лентами и цветами. Воздух наполнял нежный цветочный аромат.

Сквозь открытые в сад двери я увидела большой шатер и столы, на которых официанты суетливо расставляли разнообразные блюда.

Заиграла музыка, и я с удивлением заметила двух скрипачей. Утонченные звуки скрипок создавали волшебную атмосферу, задевая какие-то неведомые струны в моей душе. Я даже немного позавидовала Юлиане. Ее свадьба наверняка будет идеальной.

Где искать сестру, я не знала, потому что в этом доме была впервые. Покинув столовую, интуитивно поднялась на второй этаж. Внезапно передо мной возник сам Захар Андреевич. Его было сложно не узнать – Юлиана показывала мне их совместные фотографии, а еще лицо прокурора часто мелькало в новостной ленте города.

Захара Грозного нельзя было назвать красивым. Скорее, ухоженным и одетым с иголочки. Но ничего выдающегося в нем не было. Я всегда представляла Юлиану с кем-то более интересным.

Нервно пригладив волосы, он бросил на меня равнодушный взгляд и прошел мимо. Я удивленно замерла и обернулась. Жених Юлианы дошел до лестницы и остановился.

– Ты потерялась? – Грозный холодно посмотрел на меня. – Все гости в столовой. Это внизу.

– Я ищу сестру, – зачем-то сделала шаг в его сторону.

– Сестру?

– Да, Юлиану.

На лице Захара Андреевича отразилось понимание.

– Ты, должно быть, Алина.

Я кивнула. Но взгляд будущего родственника не стал дружелюбнее. Он смотрел на меня как на нечто лишнее. Словно я была ненужным довеском, который, к сожалению, шел в комплекте с новой женой.

– Поднимись на третий этаж, – сказал жених, стрельнув глазами на лестницу. – И будь добра, поторопи свою сестру. Церемония скоро начнется.

Быстро пробежав пальцами по полам своего пиджака, Захар Андреевич отвернулся и начал спускаться. Я проводила его взглядом. Н-да… Не очень приятный тип.

Поднявшись на этаж выше, я увидела приоткрытую дверь, из-за которой раздавались голоса.

– Пошел вон отсюда! – рявкнула моя сестра.

– Ты в моем доме, идиотка, – насмешливо произнес в ответ незнакомый голос, явно принадлежащий молодому парню.

– Это ненадолго. Сегодня я стану женой твоего отца и буду здесь хозяйкой. Советую меня не злить, маленький паршивец! А за это все ты еще ответишь.

Оторопев, я замерла возле двери, не решаясь войти. По-видимому, Юлиана разговаривала с Егором – сыном Захара Андреевича. От сестры я слышала, что он трудный подросток и жуткий хам.

– Не угрожай мне! – прорычал парень. – Ты даже не представляешь, что тебя ждет, если прямо сейчас не свалишь отсюда!

– Я никуда не собираюсь уходить! – выкрикнула сестра. – А вот тебя куда-нибудь сплавлю, вот увидишь! И прямо сейчас позову твоего отца. Пусть посмотрит, что ты тут устроил, маленький гаденыш!

Несколько секунд стояла напряженная тишина, а потом Юлиана вдруг испуганно взвизгнула. Решительно дернув дверь, я широко распахнула ее.

Незнакомый парень в джинсах и черной футболке угрожающе приближался к Юлиане, держа в руках биту.

– Эй! – я стремительно шагнула к нему. – Оставь ее в покое!

Егор обернулся. Недобро оскалившись, скользнул по мне взглядом, задержавшись на мгновение на ногах, а затем положил биту на плечо и пошел в мою сторону. Я сжалась, не зная, чего ждать. Но парень просто прошел мимо, больно толкнув меня плечом, и вышел из комнаты.

– Ты… Что ты себе позволяешь? – дрожащим голосом выкрикнула ему в спину.

Но Егор, никак не реагируя, прошел к лестнице и начал спускаться.

Я услышала, как захныкала Юлиана, и поспешила к сестре. Опустившись на пол в своем роскошном свадебном платье, она прижимала к груди туфельки.

– Этот урод испортил мои версаче! Настоящие версаче! Единственная в своем роде пара… – причитала она, покачиваясь из стороны в сторону.

Присев рядом, я протянула руки.

– Дай посмотреть.

Юлиана отдала мне туфли. Каблуки были сломаны, ремешки отрезаны. Ужасное зрелище…

– Это сделал Егор?

– Да, – всхлипнула сестра. – Он меня ненавидит. Но я не понимаю: за что?!

Мне хотелось как-то утешить Юлиану:

– Может, это просто юношеский максимализм? Пройдет время, Егор привыкнет к тебе и изменит свое отношение.

– Ага… А до этого искромсает весь мой гардероб? – презрительно фыркнула сестра. – Или что-то более существенное изуродует. Например, мое лицо. Боже-е! – завыла она. – А вдруг этот урод и правда что-нибудь сделает со мной?!

Я не думала, что подросток способен на такое. Отказывалась в это верить.

По щекам сестры вновь покатились слезы.

– Вы с ним почти ровесники, Алин. Но просто небо и земля.

– Ты сейчас макияж испортишь. Ну все. Все! Давай найдем какие-нибудь другие туфли и ты спустишься вниз. Гости уже собрались и ждут начала шикарной церемонии, – утешающе погладила я сестру по плечам.

Юлиана помахала руками на свое лицо, пытаясь успокоиться, поправила волосы. Распрямив плечи и задрав подбородок, она произнесла:

– Этот паршивец не испортит мою свадьбу! Ты права. К черту версаче.

Вскочив, она подбежала к гардеробу и, пошарив по нижним полкам, извлекла белые туфельки на тонкой шпильке. На мой взгляд, они мало чем отличались от пресловутых версаче.

Быстро обувшись, Юлиана подошла к зеркалу, поправила макияж и повернулась ко мне:

– Как я выгляжу?

– Потрясающе!

Она была похожа на принцессу из сказки. Белое платье в пол с длинным шлейфом сзади, переливавшееся так, словно расшито настоящими драгоценными камнями. Возможно, так оно и было… Корсет без бретелек туго затянут, подчеркивая и без того выдающуюся грудь сестры.

На шее сестры увесистое колье с бриллиантами, а в ушах серьги ему в комплект. Волосы собраны в воздушную прическу. Свободная прядка нежной волной обрамляла точеное лицо.

В дверь постучали, хотя она была открыта. Заглянула какая-то женщина.

– Юлиана, можно сделать несколько фотографий здесь?

– Конечно. – Сестра посмотрела на меня и показала глазами на выход. – Иди, займите с отцом свои места.

Я вышла из комнаты. За спиной послышались щелчки фотокамеры.

Несколько минут назад Юлиана рыдала из-за выходки Егора, а теперь позировала фотографу с совершенно искренней улыбкой.

Она умела преображаться очень быстро.

Подойдя к лестнице, я вновь столкнулась с Захаром Андреевичем. На этот раз он даже не удостоил меня взглядом и прошел мимо. Зайдя в комнату, мужчина что-то сказал фотографу, видимо выпроваживая, а затем раздался хлопок. Обернувшись, я увидела, как женщина с камерой оторопело застыла перед закрытой дверью.

Мы молча переглянулись. Из комнаты послышался громкий раздраженный голос Захара Андреевича. Он сыпал проклятьями. Слава богу, не на Юлиану. Мужчина на все лады костерил своего сына, обещая, что отправит его в закрытый пансион. Потом сбавил тон и стал утешать Юлиану.

Встрепенувшись, женщина-фотограф прошла мимо меня и начала спускаться по лестнице. Я тоже поспешила уйти.

Вернувшись к отцу, я сообщила, что церемония вот-вот начнется и нам пора идти.

– Нельзя было в ЗАГС поехать, как все нормальные люди? – пробубнил папа, когда мы вошли в столовую. – Все через одно место у этого Захара.

– Пап, ну хватит. – Я успокаивающе погладила его по предплечью. – Это выездная регистрация. Сейчас многие так делают. Пойдем сядем.

Отец нехотя последовал за мной. Мы опустились на стулья во втором ряду. Наверняка для родственников жениха и невесты был отведен первый ряд, вот только он был уже полностью занят. Дама, руководящая церемонией, не обращала внимания на нас с отцом и мило щебетала с каким-то мужчиной лет пятидесяти, иногда отвлекаясь на вновь пришедших гостей. Казалось, их поток не закончится никогда.

Наконец музыка заиграла громче. Возле цветочной арки появился Захар Андреевич и сотрудница ЗАГСа.

Оглядев гостей, нетерпеливо ожидающих начала церемонии, я не заметила среди них Егора. Неужели этот парень даже на свадьбу отца не явится? Так же нельзя! Может, нужно его позвать? Только где его искать-то?

Я вдруг заметила парня в саду. Он сидел за одним из столов под шатром и что-то ел.

– Пап, я сейчас вернусь, – коснулась руки отца.

Он угрюмо кивнул, продолжая раздосадовано разглядывать зятя. Придерживая подол платья и извиняясь, я пробралась к выходу в сад и направилась прямиком к Егору.

Возможно, со мной он не будет таким грубым. Мы же почти ровесники. К тому же я не сделала ему ничего плохого.

Заметив меня, парень криво ухмыльнулся и лениво откинулся на спинку стула.

– Ну, а ты кто такая? – надменно произнес он.

– Я сестра Юлианы, – замерла возле стола. – Там церемония уже начинается. Ты идешь?

– Нет.

– Почему?

Егор задумчиво почесал щеку, а потом в его глазах вспыхнул какой-то странный азарт.

– Садись. Не ходи туда, останься здесь, со мной, и я расскажу тебе все, что ты хочешь знать.

– Но я ничего не хочу знать.

– А вот я хочу, – хмыкнул он. – Как тебя зовут?