За гранью выживания. Теперь все изменилось

Трясущимися руками я взял телефон, чтобы отключить пищалку. Увидев время, я задал себе вопрос: «Я че, весь день проспал?.. Как я тут оказался?..». Медленно встав с кровати, я направился к кнопке включения компьютера. Когда я открыл дверь комнаты, меня встретила мама.

– Доброе утро, сынок.

– Я… – показал я пальцами назад.

– Ты не помнишь?

– М-м… Нет.

– Мы пришли домой, видим, ты в одежде лежишь у нас в зале. Честно, я подумала, что что-то случилось. Но, позже я услышала, что ты храпел. Я начала тебя будить, а ты в ответ: «А-а-а! Иди сам стирай трусы!»

– Серьезно?

– Да, я очень удивилась. Ты потом меня послал трехэтажным матом.

– Боже мой… Ты же понимаешь, что это был не я, ну, типа сонный я был…

– Я понимаю, но после этих плохих словечек я уж подумала, что ты напился. Но перегаром от тебя не несло.

– Мам, я просто устал тогда сильно.

– Ну надеюсь… Иди умывайся.

Красный от стыда, я пошел в ванную. «Не думал, что так спалюсь с матами». В очередной раз увидев чудовище в зеркале, я умылся и пошел одеваться. Компьютер уже включился. Полностью готовый к выходу в школу, я сел на кресло и снова почувствовал, что меня клонит в сон. «Наверно, все же нужно ложиться пораньше, а не в двенадцать ночи, как обычно. Но сожалеть об этом слишком поздно».

Листая ленту в соцсети, я заметил новость, которая взорвала весь интернет: «В России, в Новосибирском институте химико-микробиологических наук, группа молодых ученых вкупе с учеными со стажем создали новый, никому неизвестный организм. „Фамен“ – так назвали это нечто. Famine – в переводе с англ. – „Голод“. Название само по себе все говорит. В дальнейшее время будут проводиться опыты на то, как организм реагирует с мышами и кроликами.»

«Интересно… Но может, это очередной вброс? – засомневался я. – Ладно, проверю, как домой приду».

Настало время выходить из квартиры и идти в школу. Уже стоя на пороге, я сказал:

– Всем пока!

– Саш, не забудь, что мы сегодня идем в кафешку! – внезапно сказала мама.

– Точно… – прошептал я. – Ладно, я пошел, увидимся!

Когда я спускался по лестнице, мне позвонил Саня.

– Слышь, жопа на колесиках, тебя долго ждать?

– Да спускаюсь я, спускаюсь, утырок.

Саня начал шмыгать носом:

– Не звони сюда больше, от тебя говной воняет. Вот прям отсюда чувствую. – закончил он, сплюнув.

Едва я вышел на улицу, мне в лицо ударил яркий свет. Утро было необычайно красивым. Еще в подъезде я услышал пение птиц, радующихся ранней весне. Теперь их щебет лился отовсюду. Солнце поднялось уже довольно высоко и заливало первой теплотой все вокруг. Его блики были везде – на сосульках, замерших под крышей многоэтажки, на снегу, за ночь покрывшемуся ледяной корочкой, в окнах домов, пробуждающихся после зимней спячки.

Стоявший вдали Саня смотрел мне прямо в глаза, тем самым дразня меня. Пожав ему руку, я сказал:

– Ты хоть представляешь, как выглядит жопа на колесиках?

– Да.

– Хах.

– Ты, кстати, почти побил свой рекорд – почти раньше меня вышел.

– То есть, ты хочешь сказать, что ни разу не было такого, чтобы я тебя ждал?

– Нет, конечно. – с сарказмом ответил он.

Далее мы шли молча. Когда мы подходили к школе, Саня спросил:

– Ты когда играть будешь?

– Ну, сегодня можно после школы.

– Окей-окей. Не зайдешь – говном будешь.

– А ты будешь говном, если не подождешь меня.

– Так я и так говно.

– Дак я тоже. – закончил я разговор.

Зайдя в школу, мы, как и обычно, отдали вещи в гардероб и отправились на первый урок – историю. Отсидел я ее с большим трудом. Историю как предмет я любил, но учителя не особо. Когда Наталья Анатольевна начинала нудно рассказывать содержание параграфа, я сразу же становился рассеянным. В чем смысл, если все это можно прочитать в учебнике?

Я сидел и смотрел в окно. Солнце поднялось еще не слишком высоко, но вышло из-за облаков. Косые лучи легли на парты и доску, осветив крошечные пылинки, танцующие в воздухе. Хоть я и щурился, мне было приятно, когда оранжевый свет касался моей левой щеки. Прозвенел звонок. Мы отправились на следующий урок – русский язык.

Как и всегда, мы целый урок выполняли упражнения из учебника. Мои одноклассники не очень уважают Ольгу Геннадьевну и не обращают на нее внимания. Но сегодня все вели себя непривычно тихо, и учительница отметила наше поведение. Отрабатывание новых тем выполнением номеров – не самая лучшая идея, так как это быстро надоедает.

Но и этот урок остался в прошлом. Мы пошли на биологию. Наш класс биологии находился рядом с кабинетом химии. Стены между классами очень тонкие, и иногда, если соблюдать тишину, можно услышать то, что происходит в другом кабинете.

Помню, был случай, как мы сидели на химии, и кто-то начал ритмично долбить по стене. Возможно, это был ритм какой-то песни, или нам пытались сообщить что-то на морзянке, но никто в классе не знал этого языка, поэтому мы просто смеялись.

Спустя некоторое время я приготовился к третьему уроку. Мы увидели, как в соседний класс химии заходит все больше людей. С друзьями мы пошли смотреть, что там происходит.

За стойкой возвышалась Ирина Вадимовна и с огромным увлечением рассказывала нам про этот организм, новости по которому я читал утром. Наша учитель химии сама принимала участие в разработке данного организма. Читая лекции в ВУЗах, она работает в школе, обучая бедных детей, малая часть из которых, возможно, в будущем будет работать вместе с ней.

Ребята столпились в кабинете, разинув рты от удивления. Почему-то я не очень хорошо помню, о чем она говорила, а ведь должен, да? Но выяснилось, что ее друзья и коллеги смогли создать тот самый организм. Также она добавила, что данный организм похож на ртуть и способен сам передвигаться, сам ориентироваться в пространстве и самое необычное, как она сказала, что он употребляет в пищу только что-то живое.

Перед произнесением финальной фразы Ирина Вадимовна слегка закашлялась, но, восстановив дыхание, твердо закончила: «За этим организмом- наше будущее!» Потом у них в планах были опыты на мышах и постепенный переход на крупную дичь, как и писали в новостях. Я подумал, что они начнут ставить эксперименты и на людях, и это напугало меня.

Прозвенел звонок, и мы пошли на урок. Меня заклонило в сон, впрочем, как обычно. У нас спрашивали домашний параграф. Саня и Некит уже сдали его, а я даже не заметил. И тут позвали меня. Сердце забилось намного быстрее, ведь я был не готов. Я встал и сделал уверенное лицо.

– Ну, начинай… – сказала Светлана Андреевна, учительница биологии и наш классный руководитель.

– Я… я собираюсь с мыслями – ответил я.

И вдруг я слышу грохот из класса химии и затем – разрушение стены, а далее волну, которая со страшной силой отбрасывает меня в сторону. Отлетев в угол класса, прямо в компьютерный стол, я потерял сознание.

* * *

Придя в себя, я увидел Саню. Его глаза были такими огромными, что, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Волосы взъерошены, на руках вздулись вены, а по лицу размазана кровь. Думаю, я выглядел не лучше. Он не до конца осознавал, что происходит, и просто хватался за меня, как утопающий держится за соломинку.

– Дружище, нам… Нужно… Вставай. Выбираемся… – испуганно кричал он.

– Что?.. – ничего не понимая, пробормотал я.

– Ходить можешь?

– Вроде…

– Хорошо, вставай, только не отключись. Тут полный хрендец.

– Ладно… – удивленно ответил я.

Оперевшись об остатки стола, с трудом я поднялся. Поначалу мои ноги подкосились, но Саня меня поддержал. Я встал, и от увиденного у меня почти сработал рвотный рефлекс. Все в классе были мертвы, повсюду кровь, а в стене зияла огромная дыра, заваленная грудой камней, которые отвалились от потолка, то есть, потолок выходил на улицу. У Сани я увидел очень много глубоких царапин на руках и пару на лице. У меня жутко болела голова. Вдруг в кровавом месиве я заметил какое-то движение. Приглядевшись, я понял, что это Некит лежал, держась за ногу, и стонал. Не понимаю, как он выжил. Светлана Андреевна была без головы. От увиденного на глаза наворачивались слезы. «Как такое могло произойти? Еще минуту назад все были живы, а сейчас…»

Я пустым взглядом смотрел на перевернутые парты, оторванные конечности. Эпицентр взрыва пришелся в угол кабинета, смяв весь третий ряд подчистую. Я выжил лишь потому, что порывом воздуха меня откинуло и забросило за учительский стол, где находился компьютер.

Колени подкосились. Я тупо устремил свой взгляд в пустое пространство. Казалось, я не замечал ничего вокруг. Такое странное чувство… Мне хотелось кричать, рвать на себе волосы и в то же время – свернуться клубком и плакать.

Более-менее успокоившись, мы осмотрели класс. Не было двух парней, которых я не представил – Игоря и Алекса. Мы подняли Некита с пола. У него была вывихнута правая нога. Показалось, что она слегка повернута в другую сторону.

– Олеся, она… Она мертва… – всхлипывая, произнес Некит. – Я пытался защитить ее телом, но в итоге сам выжил, а она…

Я не знал, что ответить, кроме:

– Я… – появились слезы. – Оставайся пока здесь, мы с Саней сейчас придем.

Дверь класса осталась закрытой.

– Что могло вызвать такой взрыв? – удивленно спросил Саня.

– Не знаю… Все очень странно… – сказал я, открыв дверь.

На полу виднелись пугающие следы крови. Ни звука снаружи, лишь в классе химии слышались странные рычания.

– Был бы это сон… – пробурчал я.

– Да, хотелось бы верить…

Выдохнув, я осторожно приоткрыл дверь. От ужаса мои волосы встали дыбом. В классе, где несколько минут назад обыкновенные дети учились химии, писали формулы, проводили опыты, теперь копошились мерзкие твари. «Это мертвецы? Я сплю?..»

Отринув все эмоции, я осмотрелся. Казалось, мертвецы не обращали на нас никакого внимания. В дальнем углу кабинета, где был вход в лаборантскую, я увидел несколько неподвижных окровавленных тел. «От взрыва пострадали не только мы?..» – удивленно подумал я. Вот только что его вызвало, оставалось загадкой. Я не сразу обратил внимание на то, почти все зомби столпились посередине класса в плотный круг.

Поначалу я не смог определить внешность мертвецов… Удивительно, какие превращения происходят с человеком за такой короткий срок… Каждый мертвец выглядел относительно одинаково. Так как это недавно заразившиеся, они не успели хоть как-то прогнить. Черные выпуклые вены; серьезные раны; глаза кристально белые; лицо без эмоций, максимум – открытие рта; из разных частей тела вырастали небольшие волдыри и что-то, похожее на очень маленькие грибочки. Отличительные черты – внешность; разное расположение волдырей и ран; отсутствие некоторых конечностей.

Я едва мог оторвать взгляд от картины мертвецов, поедающих друг друга. Если бы мне на глаза не бросились какие-то бумажки, поразительно белые на фоне грязного пола, залитого кровью. Они были разбросаны тут и там, но, судя по всему, кто-то вытащил их из лаборантской. Разглядеть, что там написано, было невозможно.

– Твою мать… Я за Некитом! – увидев мертвецов, испуганно крикнул мне Саня и выбежал из класса.

– Сто… – не успел я сказать, как Саня пропал. – Черт, зачем же ты крикнул… – сказал я вполголоса.

– Саня, бежим! – крикнул мне Некит, опираясь на моего друга.

– Хорошо, сейчас! – крикнул я в ответ.

Мои друзья бросили меня, и это было очень странно, словно непохоже на правду.

Не подумав ни секунды, я смело шагнул в кабинет.

Мертвецы медленно приближались ко мне. Я побежал напролом. Я сразу заметил, что их движения более медленные, чем у обычных людей. Я осторожно обошел нескольких. Времени остановиться и подобрать документы у меня не было, единственное, что я мельком успел прочесть на листке, лежащим около двери и наполовину забрызганном кровью, было: «…именно у этого процента населения Новосибирской области есть иммунитет. Если будет проблема, мы сможешь разобраться с ней ценой всего».

Я забежал в лаборантскую и закрыл за собой дверь, благо, она была на защелке. То, что я прочитал, заставило задуматься. Зомби не стали долбиться в дверь, но я слышал, что они еще стоят там. Я прислонился к двери спиной и закрыл глаза.

«Когда-нибудь они отойдут от двери, и тогда я выберусь. Интересно, как там пацаны? Нужно поторапливаться».

Я напрочь забыл о том, для чего я пришел сюда и просто восстанавливал дыхание.

Прошло около минуты. Я прислонился ухом к двери. Ни малейшего звука. Ни рычания, ни кряхтения. Медленно открыв дверь, я заметил, что мертвецы просто стоят неподвижно, лишь слегка подергиваясь. Каждый свой аккуратный шаг я чувствовал страх. Но стоило мне наступить на скрипучую часть пола, как небольшой звук превратился в нечто очень громкое в этой тишине, и разлетелся по всему классу.

Мертвецы моментально повернулись ко мне. Я замер от страха. Все тело парализовало. Эти мерзкие существа начали свой путь ко мне, и тут меня осенило. Я быстро и аккуратно проскочил мимо них и мгновенно выбежал из класса, чуть не поскользнувшись на крови. Быстро убегая по коридору, я выбежал на второй этаж, где меня встретили другие мертвецы. Они зажали меня с нескольких сторон, перекрыв все пути, кроме столовой. Туда я и побежал. Открыв дверь внутрь, я увидел Саню и Некита. Саня копался в мешке с картошкой, а Некит массировал ногу.

– Ну да, никто не откроет дверь, Некит! – крикнул мой друг.

Он обернулся в мою сторону и крикнул.

– Саня, закрой двери на замки!

Сделав это, я подошел к Сане и грубо спросил:

– Какого хрена?

– Что?

– Нахрена вы меня бросили?

– Да потому что, во-первых, ты полез к мертвецам, во-вторых, у меня был раненый Некит, да и жить мне хотелось. На мое место встань, а потом предъявляй.

Я прекрасно понимал его.

– Сколько здесь еды?

– Здесь картофан. Пошли еще покажу.

Пройдя во внутреннюю часть столовой, где работают повара, Саня сказал:

– Нам хватит. – уверенно произнес он, осматривая стеллажи с булочками. Здесь же мы нашли какой-то старый рюкзак, куда сложили всю поместившуюся еду. Я никогда не был в этой части помещения. Огромные плиты, вытяжки, стерильная чистота. И какая невкусная получается еда…

Осматриваться не было времени, но в голове возникла мысль: «Куда пропали все люди? Крови нет, значит, зомби сюда не проникли. Может, была эвакуация?».

Мы собрали еду и пошли на улицу через спуск в класс технологии, так как другого выхода у нас не было. Когда мы уже вышли наружу, Некита внезапно стошнило.

– Некит, ты че? – спросил я.

– Там… – сказал Некит указывая на окна класса технологии

Мы зашли через разбитое окно. Некит остался сидеть возле подоконника.

– Ахренеть… – прошептал Саня.

– Черт… – испуганно сказал я.

В кабинете лежали трупы, весь пол был залит кровью. В беспорядке, на партах, на полу, лежали мертвецы со вспоротыми животами. Я старался не смотреть на их лица, ведь в этом классе у меня было много знакомых ребят.

«Как зомби могли успеть добраться сюда? Может, есть очень быстрые зомби, которые уже давно бегают где-нибудь?..» Я осторожно обошел всех и запихал в рюкзак вещи, которые могли пригодиться: изолента, аптечка первой помощи и пила. Мы вышли из кабинета и встретили окровавленного Игоря. Он еле держался на ногах.

– Как ты?.. Откуда?.. Что?.. – спросил я.

– Меня откинуло в окно; мне повезло, потому что я упал на елку, и она смягчила мое падение… Здесь уже была эвакуация. Улицы пустуют и…

Вдруг я снова чувствую грохот… Последнее, что я помню – как меня с огромной силой прибило к асфальту и резко стало горячо.

С трудом открыв глаза, я понял, что нахожусь в каком-то просторном помещении. Вокруг стояли невысокие стеллажи. В глаза бил электрический свет. Я лежал на твердом холодном полу в неудобной позе, у меня затекла нога. Но я напрочь позабыл обо всем этом, когда увидел…