Моя девушка – суперзвезда

Глава 4 Обгоняя здравый смысл

Мор

Его предложение звучало еще неприличнее, чем весь наш предыдущий диалог, но то, с каким выражением лица он слушал мою песню, как увлеченно писал на салфетках наброски сценария, не оставило мне шансов на сомнения. Ден Кавана знает свое дело, и я могу на него положиться. А еще у меня появился шанс, что он поможет мне забесплатно, очень уж жесткие условия этот парень сам себе поставил. Но даже если я проиграю, то все равно останусь в выигрыше. Это же сам Дабл Денни, по которому только что-то вздыхало полкафетерия и не только женщин, но и ребят из другой лиги. Но к несчастью для последних, в графе ориентация у Денвера значилось: straight*, а в отношениях красовалось заманчивое: single*. Хотя понятия не имею, почему меня это теперь волнует. Не волнует же?

Как и не волнует моя рука, каким-то непостижимым образом оказавшаяся в его. Ден так уверенно тащил меня через всю парковку, что я не сопротивлялась. Надо идти за ним, с ним…

– Ох ты ж, смотри-ка чьё-то корыто ржавое увозят. Не повезло.

Кавана указал на эвакуатор, который грубо зацепил мой за передний бампер форд, как рыбёшку за губу, и утаскивал прочь.

– Это моё корыто, – в ужасе прошептала, физически чувствуя, как моя машина стонет и скрипит.

Бросилась вперёд, стараясь не разреветься. Мой верный друг, мой защитник, мой малыш. Он так боролся и учил этому меня, а сейчас его увезут из-за того, что я неправильно припарковалась, и не думаю, что он переживёт это.

– Стойте, пожалуйста! Пожалуйста…

Эвакуатор прибавил газу и скрылся за поворотом, чиркнув по асфальту отвалившимся бампером и выбив на прощание целый фонтан искр.

Бежала следом, заливаясь слезами, срывалась на крик, пока меня не подхватили две крепки руки и не подняли над землёй. Вырывалась, кажется, даже заехала локтем мудаку по роже.

– Мор! Мор, мать твою, успокойся. Ты их так не догонишь. Да хватит дрыгаться уже! Мне сниматься скоро, фасад мне попортишь, даже Оливия не замажет.

Дэнни. О господи, я его ударила. Обмякла в его объятьях, а он осторожно поставил меня на ноги и развернул к себе. Большими пальцами он вытирал мои слёзы и пытался успокоить, пока я бессильно сжимала кулаки.

– Сейчас ты сядешь в мою машину. Пристегнёшься как следует, и мы догоним их, хорошо? Я знаю, куда повезли твою ржавую тушку на колёсах.

Не обижалась, кивала. Смахнула рукавом толстовки остатки слёз и слушалась Кавану. Он слишком уверен, чтобы ошибаться, а ещё он вёл меня к…

– Я тоже люблю старьё. Как тебе Шелби шестьдесят восьмого года в отличном состоянии. Хах?

Мне это совершенно ни о чём не говорило, кроме того, что тачке много лет.

– У меня тоже форд. Хотя вроде не такой старый, как твой, – пробормотала, шмыгнув носом.

Денвер явно ждал другой реакции. Смотрел на меня, как на умалишённую.

– Тоже форд? Вот то существо было фордом? Боже…

Послала ему свой коронный гневный взгляд из-под бровей. Кавана хмыкнул и открыл для меня дверь.

– Знаешь, я могу показать тебе, что такое настоящая машина, а заодно что такое настоящий мужчина. Готова?

Теперь уже хмыкнула я. Выпендрёжник.

Пристегнулась. Игнорируя выпады Дэнни, смотрела только вперёд, а затем меня резко вжало в спинку кресла, когда он без предупреждения рванул с места со звуком боинга, набирающего высоту.

Сосредоточенный взгляд к горизонту, жилистая рука на руле, уверенные движения, с которыми он переключал коробку передач. Я любовалась этим парнем, напитывалась скоростью, и перед моими глазами уже плясали дразнящие строчки новой песни. Она пока ещё не сложилась, ускользала от меня, но я чувствовала, что Денвер поможет нагнать её, а пока мы мчались, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, под натужное рычание мотора.

Где-то позади мне уже мерещились сирены патрульных машин, а мы все гнали без остановки, пока впереди не показался эвакуатор.

– Попался, – оскалился Кавана, утопил педаль газа и обогнал и без того нерасторопную машину, а затем резко вдарил по тормозам, вынудив дорожную службу остановиться.

– Ты сумасшедший!

– Ага. Как там твои трусики, не намокли?

– Если, только от страха…

Он рассмеялся, открыл дверь своей тачки, чтобы договориться с водителем эвакуатора, как вой сирены стал громче, а через секунду Денвера скрутили и приложили об капот его же Шелби. Охренеть вечерок!

Выскочила следом, едва не налетев на мотоцикл патрульного.

– Офицер, вы не так поняли. Мистер Кавана мне хотел помочь, это я виновата.

В глазах Дена читалось что-то вроде: «молчи дура», а затем мне в лицо посветили фонариком, заставив болезненно поморщиться.

– А что это тут у нас? Маленькая сообщница? Эй, парень, а твоей подружке уже есть восемнадцать? Куда так неслись? Ну-ка дыхни, красавчик, – офицер ткнул Дену в лицо трубочкой тестера.

– Да пошёл ты, – рыкнул Кавана и добавил уже с сильным акцентом: – Gobshite!*

– Ух, какой ты красноречивый ирландский парень. Не переживай, я тебя понял, – патрульный поднёс рацию ко рту: – Ребята, тут надо одну сладкую парочку до утра остудить. Код девяносто-восемь. Да, пришлите машину.

– Я не пьяный, слышь ты, господин офицер, – Денни пытался подняться с капота, но его крепко держали с заведенными за спину руками.

– О, знаешь, что означает этот код. Не дёргайся, хуже будет. Эй, Мичт, как только то ведро с болтами отвезёшь на штраф стоянку, вернись за этой деткой и поаккуратнее, это же Шелби Джи-ти пятьсот. Она не виновата, что хозяин у неё козёл.

Кавана рывком вскочил на ноги, оказавшись на целую голову выше патрульного и угрожающе навис над ним с совершенно зверским выражением на лице. Бросилась вперёд, между ними, пытаясь сгладить и без того паршивую ситуацию, как тут же получила шокером вместо Денни. Мир резко потемнел, а под колени словно огромный пушистый пёс кубарём вкатился. Последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание был перепуганный крик Дена. Он звал меня по имени, и мне почему-то было приятно, хотя я до смерти ненавижу, когда мне говорят: «Китти». Но ты делал это иначе, Ден, без издёвки. Скажи ещё раз…

– Живо сними наручники с меня! Китти, мать твою. Китти!..

___________

*Straight – гетеро

*Single – Не состоит в отношениях

* Gobshite букв. говноед

* код 98 вождение в состоянии алкогольного опьянения.

Глава 5 Чей это котёнок?

Ден

Офицер-ублюдок побледнел, когда Мор не выдержала разряда и упала на землю. Интересно, чего он больше испугался моей перекошенной рожи или того, что Китти могла пострадать.

– Отпусти меня, я никуда не уйду, дай помочь ей, – старался быть вежливым, и убедить себя, что не патрульный виноват в случившемся, а один дебил решил впечатление произвести. В героя поиграл, а когда не вышло ещё хуже сделал.

Щёлкнул замок наручников, и я сразу же поднял Морнинг и прижал к себе. Какая-то подозрительно лёгкая она. Под мешковатой одеждой оказалась хрупкая тощая девчонка, которую не мешало бы откормить. Заворочалась, застонала. Живая. Даже отлегло резко и пропало желание рожу офицеру начистить, а ведь в свои лучшие времена я бы так и поступил. Хорошо, что у меня на руках моя будущая заказчица, это останавливает от очередной глупости.

– Давай, сначала её в больницу закинем, а потом делай со мной, что хочешь, чувак, – выдал максимально располагающую, как мне казалось, улыбку.

Вот только офицер слишком долго думал над моим щедрым предложением, что Мор первая очухалась, прошептала слабеньким голоском:

– Не надо в больницу, пожалуйста… Я с тобой поеду… Ты из-за меня всё это…

Закатил глаза. Вот же жертвенный котёнок попался. Но врать не хочу хотя бы самому себе, было бы неплохо, если бы она компанию мне составила сегодня. С моего решения начать трезвую жизнь, я ещё ни разу не влипал в неприятности, и даже такое хрупкое плечико дорогого стоит. Но с другой стороны, она мне все планы по запугиванию офицера портит. Сыграли бы на его испуге из-за шокера, глядишь отпустил бы нас обоих под страхом судебных тяжб. Эх, дилетантка.

Патрульная машина не заставила себя ждать и присоединилась к нашей тусовке.

– А с этой что? Пьяная?

– Не, её ваш коллега шокером вырубил, – опередил говнюка, который тут же бросил на меня растерянный взгляд.

– Может, в больничку её? Бледная она какая-то, – предложил новоприбывший, и Китти снова простонала и крепче в меня вцепилась. Хм… Так сильно не любишь врачей? Я запомню.

– Сегодня без больничек, оформляйте уже меня, мальчики, чего время тратить?

В машину садился очень осторожно, придерживая Китти за голову, чтобы не приложить девчонку ещё обо что-нибудь. Ощущения от неё в моих объятьях были до жути странными, словно котёнка уличного подобрал и вёз домой, где мама меня непременно наругает, но в конечном счёте разрешит оставить. А интересно даже, что папа с мамой сказали бы, заявись я к ним вот с таким сюрпризом на Рождество? Попробовать, что ли, пока Морнинг в полусознательном состоянии мычит?

– Прости меня, Денни, это всё из-за меня, – пробормотала владелица самого стремного форда в Калифорнии.

Черти на моих плечах орали: пользуйся, дебил! Вытяни из неё все соки, поставь на счетчик.

– Да ну ты чего с ума сошла? Это я всё. Мы бы и так эвакуатор нагнали, сунули этому Митчу баксов сто, и поехали себе дальше. У нас был очень крутой план, ты помнишь?

На её губах появилась милая улыбка, но патрульные опять испортили момент.

– Планировали дать взятку, мистер Кавана?

Да твою же мать! Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас.

– Смотрите уже на дорогу, – огрызнулся на наших конвоиров и получил в награду осуждающий взгляд малышки Мор. Да-да, она сможет держать меня в узде, уже держит…

Что я там говорил? Доведу её до оргазма, не прикасаясь? Ну-ну. Это она меня своими глазками сейчас прокатит на крутых виражах. Только почему выглядит такой несчастной, словно случилось, что-то непоправимое?

– Ден…

Тихо так, как будто помрёт сейчас. А нет… На бледных щеках внезапно расплылся пунцовый румянец.

– Что такое?

– У меня проблема…

Мор

Ещё со школы знаю, что разнимать мальчишек – дело неблагодарное, но все равно лезла, куда не просят. В итоге всё заканчивалось благополучно для дерущихся, но не для меня. Мне случайно разбивали губу, оставляли фингалы, один раз даже зуб выбили. Благо молочный. Драки обычно мгновенно прекращались, а меня под руки вели в ближайший травмпункт внезапно помирившиеся недруги. После первой пролитой крови, сражаться дальше они не хотели.

И вот сейчас. Ничем хорошим моё вмешательство кончиться точно не могло. Огромная ирландская гора мышц и слепой ярости с одной стороны, и офицер полиции с другой. Не ошиблась, схватила разряд шокера и повалилась не землю. Но хуже другое… Почти одновременно с падением по моим ногам начало разливаться приятное тепло, которое cлишком быстро сменилось мерзким холодком. О господи, я обмочилась… при нём… Хуже этот день уже точно не станет!

Ошиблась. Кавана взял меня на руки… Сейчас он все поймет, или уже понял, но не показывает вида. Боже. Лучше притвориться мёртвой.

Перестаралась. Глядя на моё полуживое тело, патрульные предложили отвезти меня в больницу. Только такого позора я точно не вынесу сегодня. Пришлось оживать, сверлить Денвера жалобным взглядом, лишь бы послушался.

– Не надо в больницу, пожалуйста… Я с тобой поеду… Ты из-за меня всё это…

– Агрх, – на пределе своей ирландской сексуальности рыкнул Кавана и закатил глаза.

Интересно таких мужчин производят на каком-то особом конвейере? Закладывают по максимуму: сногсшибательную внешность, голос, от которого натягиваются невидимые струнки в груди, поступки, словно он в жизни никогда не сомневался ни в чем и не задумывался дольше нескольких секунд. Он настоящий. Он слишком хороший чтобы в такого поверить, или просто мне ни разу не попадались такие парни, которые бы прижимали меня к себе, защищая от целого мира.

Глупая Китти. Нафантазировала себе всякого. Это его работа быть милым, да и харизма отточена годами актерской деятельности, а твои мокрые штанишки он пока, наверное, не заметил.

Он еще какое-то время пререкался с полицейскими, и даже меня пытался подбодрить, но я не могла не думать ни о чем кроме собственного фиаско. Даже возможный арест меня так не страшил, как собственный слабый мочевой пузырь. В какой-то миг я просто не могла больше молчать и решила во всем сознаться:

– Ден…

Удивлена, что силы нашлись его имя произнести. Упругое, как сжатая пружина, которая вот-вот сорвётся.

– Что такое? – как чувствует меня, спрашивает с неприкрытой тревогой, и мне страшно становится, как бы он опять не рассвирепел не представителей правопорядка.

– У меня проблема…

– М?

Не могла найти ни одного эвфемизма, чтобы сгладить своё чистосердечное признание, потому сказала как есть:

– Я, кажется, описалась…

Кажется? О, нет Китти, ты точно знаешь, что случилось, а теперь знает и Кавана. Не говоря ни слова, он провёл ладонью по внутренней стороне моего бедра, и я чуть не взвыла от досады. Это худший момент в моей жизни! Это очень странный момент в моей жизни. Хотелось зажать лицо ладонями, но я лишь крепче цеплялась за его одежду.

– Ага, вижу. Вот ублюдок… – выругался Ден, и офицеры настороженно прислушались.

– Извини…

Очередной агрх, заставил вздрогнуть.

– Будешь извиняться за такую фигню поставлю тебя на счётчик, не расплатишься. Мы с тобой что-нибудь придумаем, хорошо?

Кивала, ощущая теплоту в груди, которая была сильнее лесного пожара в Калифорнии, захватывала моё сердце так стремительно, что я не успевала ставить защиту и отрицать происходящее. Слышать такое простое «мы», похожее на крепкое плечо, которого у меня никогда не было, и которое так внезапно появилось в моей жизни.

Я не привыкла рассчитывать на чью-то помощь, с любой проблемой я обычно оставалась один на один, даже когда проблема касалась меня и Итана…

– На выход, – сообщили патрульные, когда мы подъехали к участку.

– Минуточку, – лучезарно улыбнулся Денвер, не торопясь выходить. – Помогу моей детке кое с чем, а после я весь ваш. Можно попросить вас отвернуться? Клянусь, что не сбегу.

Они закатили глаза, но просьбу выполнили, а Кавана начал стаскивать с себя кофту.

– На вот повяжи. Мера временная, но выбор у нас сейчас небольшой.

– Испачкается же? – боже, как мне всё это напоминает мою соседку Бет Бэйли, которая так же носилась с толстовкой своего парня Эда Хэндерсона. Может, оба эти парня ходят на особые курсы настоящих мужиков?

– Я тебя умоляю, в этой жизни меня уже чем только не пачкали, серьёзно, не бери в голову даже. И наш спор все ещё в силе.

Пыталась обмотаться кофтой в тесной машине, а Кавана и не думал никуда уходить, сидел рядом и насвистывал какой-то бодрый мотивчик, от которого у меня перед глазами отплясывали лепреконы. Точно шокер повредил что-то в моём мозгу.

Пока мы шли к участку, я не могла не смотреть на позабавленную улыбку Денвера, в еще не могла понять нравится она мне или бесит.

– Над чем смеешься? – решилась на вопрос и на всякий случай сильнее натянула кофту на задницу.

– Да так. Представил на секунду, как мы рассказываем эту историю нашим детям, когда посчитаем их достаточно взрослыми для такой пикантной подробности. Мы будем перебивать друг друга, потому что у каждого будет своя версия, или наоборот станем продолжать друг за другом фразы, а потом ты покраснеешь, и попытаешься закрыть мне рот… – он повернулся ко мне, а я… – Эй, Морнинг, ты чего?

Я почему-то заплакала. Не знаю… Оно само.

Глава 6 Расставить все точки

Мор

Переминалась с ноги на ногу у квартиры Итана, не решаясь постучать. В подъезд я нырнула вместе с кем-то, и себя убеждала, что сделала это в целях экономии времени, а не потому, что мой не-парень мог увидеть меня из окна и не открыть. Я уже оставила ему кучу неответок и сообщений, что нам нужно срочно встретиться и поговорить, и теперь оправдывала его, что он просто забыл где-то телефон.

Мужчина, пустивший меня внутрь, грустно вздохнул, когда я замерла у двери в квартиру Итана.

– Забудь ты его, милая. Найди нормального парня. Добрый тебе совет.

Я бы рада была прислушаться, но…

Но было слишком много «но». Как бы глупо это ни звучало, но я любила его. А на вопрос здравого смысла: «за что?» я постоянно огрызалась и отвечала, что настоящему чувству не нужны причины и объяснения, оно есть и все, а Итан просто еще не осознал этого сам.

Но сейчас мне было страшно. Рациональное начинало одерживать верх, и я тянула до последнего, цепляясь за все хорошее, что, как мне казалось, было в Итане.

Постучала и мгновенно застыла, прислушиваясь к шуму в квартире. Сердце с замиранием ждало знакомых шагов, которые звучали для меня особенной мелодией. Неспешные, слегка шаркающие. Он всегда лениво перемещается по коридору, заставляя гостей подождать, прибавляет себе значимости. Видимо, показывает своё странное превосходство и власть.

Но в этот раз он почти бежал к двери. К этому я была не готова. В груди заколотилось в такт топоту, и я чуть сознание не потеряла от волнения. Ничего не бойся, Мор, ты не одна. Вы вместе, значит, все будет хорошо.

– Ты? – опешил Итан и поспешно сунул смятые купюры в карман шорт, которые неприлично низко висели на его бедрах. Светлые волосы взъерошены и лежали в прекрасном беспорядке.

Я не успела раскрыть рта, как он задом захлопнул дверь квартиры, словно боялся, что меня кто-то увидит. Или это было случайно?

– Итан, я…

– Я сейчас занят, Китти. Давай я тебе перезвоню на недельке, окей? У нас же уговор был, без предупреждения не заявляться.

– Я не просто так. Понимаешь, у меня задержка! – быстро призналась, пока он не сбежал, недослушав.

– И? Поешь витаминов, у вас девчонок вроде бывает такое.

Вокруг моего горла начал стягиваться тугой обруч, мешающий дышать, но я всё же нашла в себе силы сказать.

– Я была у врача. УЗИ показало пять недель. Там даже сердце бьётся. Представляешь? У меня есть запись, сейчас покажу тебе…

Я вытащила телефон, выронила его, подняла. Руки не слушались, а глаза уже заволокло слезами.

– Не надо, Китти, – остановил меня Итан. – Ты же понимаешь, что мы с тобой не годимся в родители. Ты в Стэнфорд поступила. Иди учись. А я опять сошёлся с Мэддисон, нам обоим сейчас не нужны эти проблемы. Уладь это как-нибудь, ладно? У меня сейчас свободных денег нет, я тебе потом верну половину, лады?

Это был единственный раз, когда он произнёс «мы» и «нам».

– Деньги? – разум отказывался воспринимать все сказанное Итаном. – Половину?

– Ну да. Накосячили вместе, платим поровну. Ты только не тяни с этим. О, мне пора, – он помахал мне рукой и вернулся в квартиру отвечать по домофону.

Я не плакала. Меня словно парализовало посреди коридора, а все тело стало напоминать выскобленную ложкой консервную банку. Мимо прошёл курьер с внушительным заказом суши, а Итан торопливо расплачивался с ним, стараясь не глядеть в мою сторону. Да уж не страмайся, у меня все равно на рис аллергия.

Видимо, этот вечер он проведёт с той самой Мэддисон, единственной девушкой, которая держит его на коротком поводке, и перед кем бессилен он сам. Ей также плевать на него, как ему на всех остальных. Я иногда слышала, как Итан отвечает на её звонки при мне, как меняется его взгляд и голос, в которых появляется не наигранная нежность.

Я всё это знала, но всё равно ждала чего-то, что мерцающая точечка на экране тоже окажется достойна нежности, а, может, и я вместе с ней…

Дура. Наивная дура…

Решать ничего не пришлось, тем же вечером, меня избили, ради кошелька с парой баксов, и точечка на экране погасла навсегда. В больницу ко мне никто не пришёл, и лишь спустя несколько месяцев, когда Итана в очередной раз бросила легендарная Мэддисон, и он позвонил мне, а я… Я ответила ради его голоса и очередной порции отравляющей разум и сердце лжи. Я продолжала ждать чуда по инерции, и так продолжалось до сегодняшнего дня, когда я услышала совсем другое «мы» и шутливый, но всё же план на совместное будущее, в котором мерцающие на экране точечки, возможно, будут кому-то нужны.

Ден

Ещё на середине своей тирады про детей почувствовал себя самоубийцей на полпути к земле. Слова сказаны, и обратно на крышу уже не запрыгнуть, остаётся только с невозмутимой рожей нести этот бред дальше. Что на меня так повлияло: пустота в моей постели и квартире, вкупе с брешью в груди, или идиотский разговор с Хэндерсоном? Уже неважно. Необъяснимо, но спорить с собой нет желания, мне нравится эта девушка, похожая на диковатого зверька. Который продрог и проголодался, но боится сделать шажок в сторону сочного стейка под навесом. Вдруг там ловушка?

Ну же, Китти, Китти, Китти. Смотри, какой я безобидный идиот, в этой глупой шутке, только доля шутки…

Ну же посмейся, но вместо её смеха, я увидел слезы, и это были самые жуткие слёзы в моей жизни. Ни всхлипов, ни дрожания плеч, словно невидимый вентиль открыли и полилось. Разошлись старые швы, и Мор теперь истекала кровью, а я не знал, что делать.

– Хей…

Не откликалась, ушла в свои мысли, и я потянулся к покрытым влажными росчерками щекам. Вздрогнула, встретилась со мной взглядом, а я смотрел на неё, и мечтал вырвать позвоночник тому ублюдку, который заставляет её ступать по тем самым раскалённым углям.

– Извини, – шмыгнула носом Мор, и я не сдержался и в очередной прирыкнул на эту её дурацкую привычку постоянно просить прощения за всё подряд.

– Знала бы ты, как меня бесит эта хрень, или ты нарочно нервы мне треплешь, своими извинениями? Будешь и дальше меня злить?

Замотала головой, стряхивая вместе со слезами мои руки.