Моя девушка – суперзвезда
- -
- 100%
- +
Он сел рядом со мной, когда я по привычке подтянула колки, пригладила струны. Я знала, что хочу спеть сейчас. Это было кое-что из старого, что я так и не решилась записать и выложить в сеть. Слишком уж грустной мне казалась песня. Она была о семье, о той идеальной, о которой мечтала я. Где матери, действительно, было дело до среднего ребёнка. В песни я не была забытым промежуточным звеном, которое скинули сначала на старшую сестру, а потом благополучно стерли из памяти, когда появилась младшая милашка. Я не злилась, не обижалась, мне просто было горько, и я слишком быстро решила повзрослеть и найти себя в чем-то поглощающем: в музыке, в лживой нежности Итана, в тумане ночных клубов.
Я не обвиняла никого, просто рассказывала о мечтах. А когда мои пальцы в последний раз пробудили угасающие вибрации струн, то тишина стала вдруг давящей. Только что трем незнакомцам я открыла душу, и теперь мне страшно.
– Это ты написала, Мора? – нарушила молчание мать Денни, и я лишь кивнула.
Даже у мистера Кавана не нашлось колких замечаний, он лишь почесал свой щетинистый подбородок и выдохнул:
– Повторяюсь, Ден, просрёшь это чудо, домой больше не приходи.
Даже грустно стало, когда это ночное чаепитие подошло к концу, зато Кавана снова бесцеремонно подхватил меня и понес наверх. Впитывала его заботу без остатка, чтобы не потерять по пути ни капли, прижималась к теплой груди.
– Устала? – участливо спросил меня, когда усадил на свою постель.
– Немного. Мы спим вместе сегодня? – притянула к себе одеяло, пока меня не выгнали в гостевую комнату. Надо бы побыстрее притвориться спящей.
– Ну, мама занесла чистое постельное белье сюда, так что… – он смущенно взъерошил волосы на затылке. – Если тебя что напрягает, я могу перебраться на диван внизу.
Решение я должна принять? Это уж слишком, так что я просто молчала, пока Ден перебирал свежие наволочки.
– Черт, – выдохнул он и начал ворошить вещи в поисках чего-то.
– Что случилось?
– Да, мамка не принесла клеёночку.
Заржал, а я швырнула в него подушкой. Только он ловко поймал её на лету, а затем одарил меня таким диким взглядом, что я даже попятилась к изголовью, словно Ден собирался наброситься на меня.
– Ты ведь понимаешь, всю уязвимость своего положения, Китти? – игрался с моим именем, отчего у меня по коже змеилось электричество
– А ты? – быстро перебросила мяч на его поле, и он лишь хмыкнул. Мы оба сегодня достаточно обнажились. Я увидела его семью, узнала так много секретов сексуального Дена Каваны, что мои мокрые штанишки не шли с этим ни в какое сравнение.
Долго смотрели друг друга, пока Денвер смешно не поджал губу.
– Ладно, ты победила, Китти Морнинг. – Он взбил подушку и предложил мне.
Знала же, что в этом услужливом жесте была ловушка, но все равно купилась. Вытянула руки, и тут же получила перистым бочком по щеке.
Вскочила на кровать и приготовилась продолжить эту шуточную драку с Денвером. Сдула со лба прядь и замахнулась.
Вот только Кавана не защищался, смотрел на меня зачарованно.
– Ты в курсе, какая ты красивая, Мор?
Замерла, прижала подушку к груди.
– Красивых девушек не бросают.
– С твоей самооценкой нужно что-то делать, – он покачал головой. – А бросают всех. Тебя, меня. Ты, наверняка тоже кого-то бросала.
– Не правда, – быстро возмутилась, но Ден явно не верил.
– Как часто ты разворачивала конфету, пробовала, морщилась и откладывала, Мор?
– Хочешь, сказать мы с тобой конфеты? – не понравилось мне его сравнение, в но в чем-то он прав, я чувствовала себя надкушенной карамелькой. У меня у самой в сумке лежит мерзкий приторный леденец. Но я не выкидываю его. Потому что однажды я зверски заходу чая и чего-нибудь сладкого, и тогда он обязательно пойдет в расход.
Видимо, так и мыслит Итан. Я его мерзкий приторный леденец на черный день.
По моему просветленному лицу Ден понял, что его сравнение оказалось метким, и я вновь села на постель, крепче обняв подушку.
– Ну, живых людей я хотя бы не бросала и не мучила, – только и буркнула в ответ.
– И это очень хреново, вдруг эта печальная статистика начнётся с меня?
Не играл, не флиртовал, был со мной обжигающе честен.
– Что бы эта статистика началась с тебя, мы должны начать встречаться, – аккуратно продолжила его игру.
– Ну, насколько я помню, ты уже моя девушка. Ты мылась моим гелем, познакомилась с предками, спишь в моей постели и носишь мои шмотки.
– Больше похоже на сказку про трех медведей.
Кавана нахмурился на мгновение, а затем громко рассмеялся.
– Чёрт, ты прелесть. Уверяю, младший медведь совсем не против обнаружить в своей кроватке Златовласку.
– А сам не будешь спать? – спросила Дена, когда он принялся рыться у себя в рюкзаке, пока не достал ворох смятых салфеток.
– Позже, надо кое-что набросать, пока не забыл. Я отверну монитор в сторону, чтобы не мешать. Спи давай. Тебе меня утром ещё на работу везти.
Он щелкнул по кнопке старого пыльного системника, и комп приятно затарахтел.
Я ещё долго рассматривала его лицо, охваченное синим бликами от экрана, слушала щелчки клавиатуры и знакомую мелодию, играющую из болтающихся на шее наушников. Ден слушал мою песню и увлеченно работал. Не хотела засыпать, хотела навсегда застыть в этом моменте, но усталость перенесла меня сразу в утро.
Протерла глаза. Кавана все ещё сидел за компом, а по кольцам в его чаше, можно было посчитать, сколько раз за ночь он делал себе кофе.
– Ты не ложился?
– М? – он стянул с головы наушники и повернулся ко мне. – Спал, просто уже встал.
– Покажешь, то придумал? – кивнула на кипу распечатанных листов, но Ден быстро собрал их сунул в рюкзак.
– Пока рано. Это только наброски. Мне ещё надо перетереть со знакомыми и подобрать помещение для съемок, собирайся давай, времени уже дохрена. Ты же помнишь, что везёшь меня на работу?
___
*Мора (пер. Возлюбленная)
Глава 9 Сложить два и два
Ден
Меньше всего на свете хотел сейчас подгонять её, и так дал ей поспать больше положенного. Сбросил пару звонков от Робин. Хотя стоящая на рингтоне песня Роба Томаса – Lonely no more сейчас очень соответствовала моему настроению. Символичненько. На третьем вызове моё любопытство, которым я окрестил свою позорную ревность, пересилило. Может эта деваха моей Мор не просто подруга. Иначе с чего бы такую песню на неё ставить. Тупо из-за имени исполнителя? Тёлочку у тёлочки я ещё не уводил, это, мать вашу, невозможно. Когда женщины вдруг осознают, что и без нас и зашибись, обратно они уже не возвращаются.
– Слушаю, – сказал своим самым брутальным голосом, от которого на съёмках Дастин ссытся кипятком, а девчонки закатывают глаза и ржут.
– Где моя Мор?!
Даже не сразу понял, что разговаривает со мной вчерашняя девушка, потому что она тоже давила себе на гланды.
– Спит твоя Мор, а ты трезвонишь.
– Где спит? У вас всё серьёзно? – уже скорее испуганно спросила брутальная деваха.
– Дома у меня. Не ссы, тут моя ма дежурила под дверью остаток ночи, так что я не приставал к твоей подруге.
Мамка и правда скрипела половицами и прислушивалась. Я даже вышел к ней, когда меня это вконец допекло. Заверил её, что не испорчу то, что назревает. Хотя, я не понял, что конкретно назревает, но благословение получил. Меня даже крестом осенили, как мать мне ещё четырёхлистный клевер к груди не приколола в довесок? После она поцеловала крест и, что-то стремно бормоча себе под нос, попятилась в темноту дома. Если Мор не сбежит от моим странностей, то мои чокнутые предки придут на помощь.
– Ты живешь с мамой?
– Прикинь, Роб. Тебя же Робин зовут, да?
– Ну.
– Живу с мамкой, трахаюсь на камеру, алкоголик в завязке, вчера лишился водительских прав за превышение скорости, номер соцстрахования продиктовать?
– Шутишь?
– Только про то, что с ма живу. Мы сюда вчера тупо постираться приехали.
Она опешила, а я, кажется, не самое лучшее впечатление произвёл, но от чего-то мне было жутко весело.
– Я всю ночь голову ломала, ты Хэндерсона друг? – внезапно спросила Роб.
О как… Покосился на сопящее тельце у меня на постели. Как тесен мир-то. Так мне всё-таки Эдди благодарить за это чудо?
I don't wanna be lonely no more!
– Понятия не имею, о чем ты, Робин, отключаюсь. Пип-пип-пип!
Сбросил. А ведь она же говорила, что соседка у неё соседка по комнате Бет Бейли… Мало ли в Калифорнии Бет Бейли?
Ну не сдавать же мне малыша Эдварда какой-то случайной тёлочке. Все же это не мой секрет, что он в Икс-Дримс членом размахивает. И талантливо надо отметить размахивает, иногда аж зависть берёт.
Вернулся к работе, поглядывая на телефон Китти. Жутко хотелось порыться там, но я вспомнил обещание, данное мамке. Буду хорошим мальчиком. Не буду смотреть сообщения и фотки без спроса.
– Не ложился?
Уф, сколько тревожной заботы и даже нотки вины в голосе. Сейчас лопну от умиления.
– М? – медленно стянул с башки молчащие наушники и приготовился врать. – Спал, просто уже встал.
Не спал. Была соблазнительная мысль привалиться к ней с боку и утром делать вид, что я случайно уснул, прижав её в себе. Но я устоял. Дастин прикончит меня, потому что чувствую себя вялой макарониной. Пусть сегодня меня просто по кругу пустят, или на лицо сядут, а я тупо полежу.
По… лижу… Поржал про себя, как будто мне опять четырнадцать стукнуло.
– Покажешь, что придумал?
Она подобралась, села как натуральный котёнок и даже голову набок склонила. Не хватало только словечко "ня", ей добаваить и сделать ручку-лапку, чтобы я поплыл от этого анимешного зрелища. Розовая прядь выбилась из прически, огромные глаза с влажными бликами смотрели на меня с бесстыжим энтузиазмом.
Пытался сбросить с себя это преступное очарование. Проблеял что-то, пихнул листы из принтера в рюкзак.
Снова пришлось разойтись с ней по разным углам на время, помыться и переодеться. Первым сел за стол, голодный как мразь. Запах картофельного хлеба я чуял ещё на втором этаже. Ма, видимо, решила блеснуть всеми своими талантами и накрыла на стол. Не один я не спал ночью По счастливому лицу отца понял, что такое обламывается нечасто.
– Почаще приходи домой, —буркнул отец. – Глядишь, мать в следующий раз кровянку сделает. Любит она тебя.
Пододвинул к себе тарелку с яичницей, беконом и фасолью и тут же получил шумовкой по рукам от выбежавшей с кухни матери.
– Это не тебе, Денни. Это для твоей Китти.
– Че? – я аж слюной подавился.
– Ты ешь пустую кашу, тебе за формой следить нужно для этих твоих… фильмов.
– Че, блин?!
– Вот бросишь свою работу и ешь сколько влезет, – продолжала она, поджав губу.
Ясно. Я все ещё наказан. Боже. Заеду в Мак. Напугали прям.
– Дай хоть изюм добавить в кашу, не издевайся, а?
– Пустая овсянка, Денни.
За этой перепалкой пропустил момент, когда вода наверху перестала течь. Задрал голову к лестнице и встретился взглядом с Мор. Как в ромкомах она подвисла на миг, а потом в слоумоушен начала спускаться по ступенькам.
– Доброе утро, Китти. Садись скорее за стол пока не остыло. Ты не вегетарианка? Свинину ешь?
Прощупывала нашу гостью ма.
– Вегетарианка, но не сегодня, – отшутилась Мор и села напротив меня.
Она вопросительно посмотрела на мою миску с кашей.
– Мать переживает, что я разжирею и лишусь работы. Да, мамуль?
Её аж парализовало на миг, но она не повелась и бекона мне не положила.
– Хорошая попытка, Денвер Патрик Кавана.
– Патрик? – поперхнулась Китти, услышав моё второе имя.
– Прикинь. С фантазией совсем беда у моих предков, переживают, что я забуду свои корни.
Отставил пустую тарелку. Я все ещё хотел жрать, а вот Мор лениво отщипывала кусочки хлеба и заправляла их в рот. Издевается. У меня в этот момент в голове раздавались странные комментарии: Смотри, она умеет есть. Зацени, она пьет чай. Гля, она дышит. Классная какая.
– Абигейл, можно вас попросить собрать мне это с собой. Я утром мало ем, перекушу перед парами.
– Ты учишься? – изумились предки, которые так же наблюдали за гостьей, подперев головы руками.
Видимо, они до последнего не верили, что я не актрису с работы привёл.
– Угу, в Стэнфорде.
Перебор. Мои точно не поверили, а я чуть икать не начал. Соседка той самой Бет Бэйли! Точняк. Стенфорд. Долго я складывал два и два.
Чуть от нетерпения не сдох, пока она прощалась с моими родителям. Они её целовали как в последний раз и не хотели отпускать, я же постукивал мысом кроссовка по шинам форда. Как мы живыми вчера на этой кляче доехали? Оно же не развалится по пути в студию?
– Хей, Кавана! Не обижай моего малыша.
– Я просто давление в шинах проверял? Может такси, а?
– Окей, вызывай, а я поехала на учебу тогда, – равнодушно пожала плечами Мор, открыла двери, и я первым сел к ней в тачку.
– Нифига! Вези меня.
Мор
У меня все ещё звенело в ушах от поцелуев. Тихонько коснулась горящей щеки. Кавана счастливый. Семья поддерживает и любит его. Завидую ему по-доброму. Он сильный, ему плевать, кто что скажет, он поборол своих демонов. Его голос топит меня в уверенности, хочу заразиться всем этим.
– Не заводиться? А я говорилил. Хах.
– Задумалась просто, – повернула ключ, и форд покатил по подъездной дороге.
В боковом зеркале все ещё видела машущих нам Абигейл и Райна. Улыбнулась им. Вот было бы как в предостережении. Объекты в зеркале ближе, чем кажутся. Вот бы вся эта наша с Деном игра вдруг перестала быть игрой. Вот я везу своего парня на работу. А потом я вдруг навещу его в перерыве. Нагряну в студию с двумя картонными стаканчикам кофе и буду ждать, пока он закончит сцену. Кавана вытрет полотенцем черные взмокшие волосы, по созвездию его родинок на виске красиво стечёт пот. Он разгорячен сексом с другой девушкой, шутит по этому поводу, а я требую подробностей. Мы вместе обсуждаем то его, то мои дела. Планируем вечер. Я висну на его крепкой шее, а он тащит меня на съемочную площадку и обещает устроить тот самый хард, что обещал при нашей первой встрече. Мы ржём, кофе горчит на губах, и тут Денвер говорит:
– Поцелуй меня, я ирландец.
– Что? – я даже взгляд от дороги отвела, пока не поняла, что Ден рассматривает распечатки табулатур, которые стянул с заднего сидения.
– Это где же ты такое играешь? – он улыбался во весь рот.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.