Не смей меня целовать

– С животными нельзя! – рыкнул мужик с самой зверской роже на свете, когда Тео шагнул в неказистое двухэтажное помещение, в котором несло чем-то липким и сшибающим с ног. А уши резал звон кружек и громкий гогот. Это мы-то с Шорохом животные? У нас хотя бы всё зубы на весте, и носы не сломаны в трёх местах, а глаза не налиты кровью.

– Лили, пусти нас, – заискивала шиншилла. – Я тебе выручку за неделю сделаю этим вечером.

Лили? Эту машину для убийств зовут Лили?!

– Тебя пущу, а псину твою и вонючку нет.

– Тео будет себя хорошо вести в этот раз, ляжет спать и ни грамма спиртного, я прослежу.

Детина задумчиво почесал щетину, а я разглядела у него на плече татуировку. Лилия. Как мило.

– Ну не знаю, Шор. Говорят, после скунсов вонь стоит месяцами. Вы клиентов всех распугаете мне.

Вонь? От меня? Да в этом заведении стоит такой смрад хоть ножом режь!

– Это не скунс, а перевёртыш. Девушка, – уточнил извращенец с фирменной гадкой улыбочкой на губах.

– Так пусть превратится. Глядишь и скидку вам сделаю.

– Без проблем.

Нет. Нет. Нет. ТЕО СТОЙ!

Холод на коже и десятки сальных взглядов. Извращенец накинул мне куртку на плечи и развернул к себе. Поздно. Клиентура Лили успела насмотреться. Чёрт, надеюсь, это стоило того и нам действительно сделают хорошую скидку.

– Пять процентов.

ЧТО?! Всего пять? Убью Тео. Вот только перестану опять считать удары его сердца и сразу же убью…

– Лили, не жмись, – торговался Шорох.

– Какое зрелище – такая и скидка. Мы с ребятами не успели ничего разглядеть. Правда, ведь? – кривоносый крикнул своему сброду и получил утвердительные крики.

– Пять процентов сойдёт, – выдавил из себя Тео. – Заплати ему, а мы в номер.

– Второй этаж, шестая комната слева. Повеселитесь, ребятки, – напутствовал Лили, сняв с пояса один из ключей и бросив его черноглазой морде. Шорох тем временем вытащил из рюкзака кошель и перепрыгнул на плечо детине. Будь я головорезом, отняла бы у зверька деньги и выгнала нас на улицу. Но эти двое выглядели лучшими друзьями. Сумасшедший мир… И Тео… Придурок.

Извращенец довёл меня до номера, заботливо одёргивая куртку. Чего уж там. Все уже увидели больше чем надо. Радует одно – в пьяном угаре эта шайка всё забудет к утру.

– Советую, лечь спать, – Тео кивнул на одноместную кровать в углу, а сам опустился на ковёр. – Через час у Лили соберётся весь город. Драки, музыка. Ты точно не уснёшь.

– Ты мне одежду обещал.

– Предлагаешь оставить тебя здесь одну и идти за покупками? Думаешь, эта хлипкая дверь сдержит порывы парочки возбуждённых пьянчуг, когда они увидят, что я ушёл? Или хочешь ещё раз спуститься в зал и попытать удачу?

– Нет.

– Тогда утром, – отрезал парень.

– Хорошо. А ты остановишь, если кто-то придёт?

– Никто не придёт, – Тео лёг на ковёр и подложил под голову рюкзак. – А если придёт, то у местного лекаря прибавится работы.

По телу разливалось приятное тепло. Защищает, драться за меня будет. Как бы сильно я ни злилась на похитителя, ему удалось одной просто фразой заставить меня думать о другом… О неправильном, о том, что вызывает в сердце мучительное томление. Бред же!

Подошла к кровати. Жёлтые, застиранные тряпки, комковата подушка, а матрас…

– Тео, можно тебя на минутку?

Недовольное кряхтение, но парень подошёл ко мне, не выпуская из рук свою ношу. И чего он так трясётся за неё? Деньги-то он Шороху отдал.

– Ну что?

Показала пальцем на изъеденную паразитами ткань, где из крошечных дырочек выглядывали личинки и мерзкого вида жуки.

– И? Поменяться местами хочешь? Хорошо, иди на пол, меня это соседство не смущает.

– Тео…

Закатил глаза. Стянул простыню, критически осмотрел, а затем протянул мне.

– Завернись и отдай куртку.

Быстро обмоталась, стараясь не думать о том, что на ней могли остаться жучки.

Одеяло и подушку чёрная морда решил не брать, в них тоже кто-то подозрительно шевелился, или мне уже это мерещилось.

– Идём.

– Куда?

– На пол, – Тео постелил куртку и лёг рядом. – Неуверен, что вся это кишащая компания не переползёт к нам, но, надеюсь, к этому времени мы уже уснём.

От мысли спать рядом с ним мгновенно стало не по себе, учитывая, что одна шиншилла совсем недавно говорила, что-то про импринтинг. А для меня это словечко сродни с… да нет же! Мы же люди. А к Тео я приставать начала из-за подскочившего либидо. Так же они объяснили мне это?

– Ты уляжешься, а?

– Что такое импринтинг?

– Серьёзно? Ты же вроде в ветеринарке училась, – насмешливо спросил Тео.

– Мы ведь не о половом запечатлении у животных? – во рту аж пересохло, а парень вдруг стал чересчур серьёзным.

– А что если о нём?

– Бред.

– Вот и я так считаю, ещё вопросы? – не дождавшись, Тео перекатился на другой бок.

– А ты бы какую скидку дал?

Извращенец снова развернулся ко мне, наградив очень странным взглядом.

– Точно не пять процентов, – в чёрных глазах промелькнуло что-то мучительное и даже злое. На кого злится? На меня?

– А сколько?

Его рука осторожно легла мне на затылок и прижала мою голову себе к груди так, что я больше не видела охваченного внезапным смятением лица.

– Спи.

– Ответь!

– Пожалуйста, Аня. Просто спи. Ладно? И прости меня.

– За что?

– А не за что?

– Прощаю. Но больше так не делай, – попыталась улыбнуться, чувствуя, как ком к горлу подступил от неприятного предчувствия.

– Сделаю хуже, Аня. Скажи… ты же чувствуешь Это?

– То, что ты бредом обозвал?

– Да.

– На что Это похоже?

– На желание спуститься и перегрызть глотки всем, кто видел тебя без одежды. Двадцать семь человек. Я запомнил каждого, – признался Тео, а у меня снова защемило в груди.

– Можем проверить, спустись к ним голым, и я сравню ощущения.

Беззвучный смешок, а затем вымученное:

– Аня…

– Что?

Не ответил. Уснул. Взял и уснул! И что мне делать после всех этих признаний? А ещё на первом этаже началось что-то невообразимое. Толпа пьянчуг скандировала одно единственное слово:

– Шорох! Шорох! Шорох!

Что же шиншилла там такое творит? Растолкать Тео и сводить посмотреть.

Крик, визг, улюлюканье.

А ещё сквозь дверь просачивается аппетитный запах жирного и жареного.

– Кто хочет бросить вызов нашему крошке Шору? – проревел Лили.

Оставаться в комнате! Не думать о еде, не думать о веселье, творящемся внизу, не думать о Тео, который убьёт меня и всех посетителей.

– Шорох, Шорох, Шорох!

Чем дольше я лежала, тем сильнее усиливался аппетит. Начала прокручивать в голове диалог Алекса с официантом. Вспомнила каждую деталь обсуждаемых ими блюд, каждое название соуса. Перетерпеть! Усну, и всё пройдёт, а утром странная парочка обязательно покормит меня. Яичницей с помидорами и лучком, например?

О боже! В животе заурчало так, что удивительно, почему Тео не проснулся. Может, разбудить его? Не откажет же он в такой мелочи – поесть. Заглянула в лицо наглой морде. Во сне он в одночасье растерял своё пугающее обаяние, став обычным парнем. Ну почти обычным. Обычным парнем, превращающимся в разное зверьё. Для своего мира он, должно быть, сама заурядность. И ресницы такие красивые наверняка у каждого второго и полуотрытые губы, гипнотизирующие меня сильнее, чем запах из таверны. А это идея! Я поцелую мерзавца, перекинусь в неприметное существо и стяну со стола куриную ножку. Это же ими так вкусно пахнет?

Идиотская идея. Кто-то из постояльцев голову мне проломит за такую наглость.

– И-и-и-и-и, многоуважаемая публика. В этот раунде победил Шорох.

Мне всё равно. Мне всё равно.

За спиной началась возня. Обернулась на кровать, и клянусь увидела десятки голодных взглядов мелких паразитов, притаившихся в матрасе. Хоть у кого-то будет сегодня трапеза…

Ну уж нет! Не останусь я в этом клоповнике, рядом с полуголым извращенцем, который во сне дышит слишком сексуально и тяжело, а температура тела у него подскочила градусов на двести. Лихорадит его, что ли?

– Аня…

Всё точно сваливаю, он либо помирает, либо сейчас меня изнасилует. А ведь гадкие бесенята уговаривают остаться и послушать дальше нежный шёпот. И это ещё одно «за» в копилку к моему побегу.

Выползла из объятий и сразу же ощутила приятную прохладу в тех местах, где Тео касался меня. Странно, что там волдырей от ожогов не появилось. И что дальше?

Тупо разглядывала своего похитителя, убеждая себя, что вовсе не любуюсь, а выжидаю нужный момент для поцелуя. Наклонилась, снова ощущая сильный жар. Прядь выбилась из-за уха и мазнула Тео по щеке. Парень слабо улыбнулся во сне, ввергая меня в ещё больший ступор.

Просто поцелуй для дела. Ничего личного и лишнего. Я не буду делать это медленно, чтобы оттянуть миг моего превращения, и почувствовать хоть что-то. Я не буду наслаждаться его горячим дыханием, я не замру в самый ответственный момент. Я не буду терзаться тысячами неразрешённых вопросов, вызванных странным поведением черноглазой морды, и уж тем более не поверю в чушь под названием импринтинг!

Тело стало невероятно лёгким. Из него точно вытащили все кости, и заменили на что-то невесомое. Мягкая поступь мохнатых лапок, эмоции, собранные на кончике пушистого хвоста. Прыгнула на подоконник и посмотрелась в стекло. Кошка! Надеюсь, эту рыжую красотку не убьёт любопытство. Нервно рассмеялась про себя и спрыгнула обратно на пол, наслаждаясь грацией нового облика. Вальяжно прошла к выходу из комнаты, сладко потягиваясь, оставляя хвостатый зад и разминая лапы. Сказка!

Толкнула головой дверь. Чёрт, она же заперта… А ключ у Тео. Но даже если я раздобуду его, как мне выбраться? Снова стать собой, открыть замок, поцеловать мерзавца, отправиться ужинать? Шикарный план. Только где гарантии, что во второй раз мне так же повезёт с превращением. В кошку я перевоплотилась на волне азарта, а теперь меня колотит от ужаса и неприятного предчувствия, точно быть мне кроликом. Того и гляди, сама на стол попаду в виде рагу.

Опять смотрю в лицо ворвавшегося в мою жизнь хаоса. В нём появились новые болезненные отголоски. Дыхание стало более отрывистым, а на лбу проступили капельки пота. С Тео точно всё в порядке? Коснулась его губ и быстро облачилась в застиранную простыню.

– Тео? – потрепала парня по плечу.

Пусть проснётся и затянет очередную лекцию, что перевёртыши всегда во сне такие. Всех лихорадит во сне, а дыхание превращается в жуткий свист с хрипами.

Молчит.

– Тео, вставай. Это не смешно!

Даже не думает просыпаться. С минуту ожесточённо трясла его, звала, даже разок по щеке врезала. И что я могу без лекарств, в чужом мире? Поплакать над мёртвым телом. Шорох! Шиншилла точно должна знать, что делать, он уже вылечил черноглазую морду один раз, вылечит и в другой. Теперь мне точно нужно попасть в трактир. Обшарила бессознательного парня, вернее, его джинсы, другого-то из одежды на нём нет. Ключ обнаружился в заднем кармане. Великолепно, считай, за задницу его лапаю. Упругая такая задница, там тоже наверняка рельефные мышцы.

Метнулась к двери. Уже плевать на толпы потных, пьяных мужиков, и что на мне всего одна простынка. Если Тео испустит дух, а я ничего не сделаю, не прощу себя. Как если бы оставила на пороге ветклиники больное животное. Щелчок ключа в замочной скважине, скрип петель и рычание за спиной.

Проснулся? Медленно повернулась, ожидая увидеть свою судьбоносную псину. Но посреди комнаты стоял полуголый извращенец.

– Слава богу, я уж думала ты помираешь, – завела руку с ключами за спину. Как нехорошо-то. Сейчас подумает, что сбежать решила.

– И куда ты собралась? – в голосе хрипы и неприкрытая злость, да и с глазами что-то невообразимое, они стали ещё чернее.

– За Шорохом. Ты не просыпался, я волновалась, и… за помощью решила сходить.

– ЛЖЁШЬ!

Заорал так, что стекло в раме зазвенело, а по лицу разошлись чёрные узоры, повторяя изгибы вен под кожей.

– Тео, ты не в себе. Разреши привести Шороха, – плаксиво попросила нечто, что совсем недавно было человеком. Где эта мелкая шиншилла? Пусть наколдует что-нибудь и успокоит своего друга, пока он не…

– О, нет. Я как раз в порядке, – хищная улыбка на губах. – Как мне наказать беглянку?

– Никак? Я же ради тебя старалась, – трясущимися пальцами крутила ручку двери. Да, открывайся же ты! Как далеко я смогу убежать от этого демона? До лестницы успею? А там на помощь позвать, и…

Тео склонил голову набок, оценивающе изучая мои голые лодыжки, обтянутые покрывалом бедра и грудь. От этого взгляда на коже оставались раскалённые дорожки. Что там Шорох говорил? Извращенец с девушками давно не был? А как же либидо, куда оно девается у этой страшной морды?

– Главное, не целоваться, Аня. Но к чему нам поцелуи? – оскалился парень, а у меня сердце с перепугу шарахнулось о грудную клетку и рухнуло на первый этаж.

– Я закричу…

– Серьёзно? Во-первых, тебя не услышит никто. Во-вторых, боюсь отбиваться тебе придётся не только от меня, но и от подоспевших спасителей, мышка.

– Резонно. Как заставить тебя передумать? – Ручка поддалась. Да. Заболтать гада, ещё чуть-чуть.

– Никак, – Тео наслаждался моими жалкими попытками вразумить его и тоже оттягивал момент. А мне это только на пользу.

Треск. Да, ладно?! В ужасе смотрела на лежащую на моей ладони отломанную дверную ручку.

– Надеюсь, у тебя уплачен депозит за номер? – шмыгнула носом.

– Депозит? – парень на мгновение отвлёкся, а я рванула к колченогой табуретке в углу комнаты и схватила её за сидение.

– Не подходи, – угрожающе потрясла новым оружием.

На черноглазую морду это совершенно не произвело впечатления, он вальяжно подошёл ко мне и слишком легко забрал из рук последний шанс отбиться.

– Тебе это не нужно, Аня, – он осторожно поставил табуретку на место, а затем ухватился за край простыни. – И это тоже не нужно.

Шорох, скотина, где тебя носит? Меня сейчас заимпринтят на изъеденном жуками матрасе, а я даже сделать ничего не смогу.

Толпа внизу снова объявила о победе мехового комка, а мне на спину легла раскалённая ладонь.

– Выбирай. Кровать, куртка. М?

– Стол! Хочу на столе, – кивнула на хлипкую конструкцию с крупными каплями застывшего воска, и приплавленной к поверхности толстой свече. – Только куртку постели, а то у меня вся задница в занозах будет.

Смеётся. Чёрные вены на мгновение поблекли, но затем снова покрыли лицо моего похитителя. О! Я на верном пути. Надо рассмешить его!

Не выпуская моё запястье из рук, Тео поднял куртку и положил на столешницу.

– Садись!

– Не могу. Высоко. Ножки подкашиваются, – не врала. Меня трясло от предстоящего, а отсутствие простынки на теле было ещё более пугающим.

– Любишь поиграть?

Не люблю!

– Конечно! А ещё люблю при свечах, я за спичками, – упёрла ладони в край стола, чтобы спрыгнуть, но рык Тео пригвоздил меня обратно.

– Сидеть!

Чёрный фитилёк на свечке сам собой вспыхнул оранжевым огоньком.

– Ещё желания будут?

– Угу. Не насилуй меня, пожалуйста!

– И не собирался. У запечатлённых секс всегда по доброй воле, милая.

Вот как-то совсем я в последнем утверждении не уверена.

– Я не кусаюсь, Аня. Не нужно бояться, – тщетно пытался успокоить меня, лохматый извращенец.

Ага. Конечно. Откуда и для чего тогда у тебя во рту клыки нарисовались? Реально пара зубов стали длиннее и острее. Это у него локальная трансформация? Больше Тео нигде себя, надеюсь, не увеличил?

А вот чёрные узоры уже спустились по шее, плечам и теперь змеями извиваются на груди, при каждом вдохе.

– Может, начнём с малого. Свидание? Ужин…

Надежда, что кутящая шиншилла внезапно вернётся, таяла на глазах. Только что объявили о третьем раунде, и Шорох снова вышел победителем.

– Ты такая смешная. Мне нравится твоё смущение. Свидания будут. Потом.

Руки Тео легли на бёдра и скользнули к коленям, надавили, пытаясь раздвинуть мне ноги. И я почти поддалась, импринтинг же, да?

– Погоди. А ты? Это немного нечестно, не находишь. Ты ещё в штанах!

– Разумно.

Парень занялся ремнём, а я едва не заплакала. Не самое ужасное, что могло случиться, наверно, но от этого не легче.

– Тео?

– М?

Он нехотя оторвался от тугой пряжки, и с его губ сорвалось невнятное ругательство.

– А как насчёт средств контрацепции, а?

– Зачем? – искренне удивился мерзавец.

– Ну как же… Я же еду учиться. И… мне нужно будет сосредоточиться на парах, экзаменах.

– Я не против детей. А ещё в наших заведениях тоже можно брать академ.

Не против. Детей. Он. А меня решили не спрашивать, получается? Теперь перспектива стала ещё мрачнее.

Отчаянно крутила головой в поисках хоть одного намёка на спасение. А дверь-то я оказывает отперла. Шансы есть, думай, Аня! Думай! Взгляд упал на чадящую свечку, в которой скопилось много расплавленного воска. Ох, прости меня Тео, но ты сам виноват. Вцепилась в своей последний шанс и рванула, сдержав писк, когда горячие капли попали мне на кожу. Одно резкое движение и плеснула в лицо своему несостоявшемуся любовнику.

Парень заревел и оскалил свои жуткие клыки.

– Идиотка! В глаза! За что?!

Он ещё спрашивает?

Парень остервенело счищал застывающий воск с лица, а я вцепилась Тео в загривок и прижалась к его рычащему рту поцелуем. И снова лёгкость и ощущение полёта. Шлёпнулась о пол и заковыляла к двери. Неудобно зараза – передние лапы короче задних. И что я такое? Кролик?.. Надеюсь, мой похититель оценит юмор, а ещё не станет догонять меня в виде такой же милой зверюшки. О фертильности этих животных ходит слишком много шуток, которые и не шутки вовсе, а пугающая реальность!

Но Тео всё ещё царапал себе глаза, а я пропрыгала в коридор.

Бедные мои уши! Меня оглушили крики, звон битого стекла и громыхание мебели. Кажется, кому-то только что сломали табуретку о хребет.

Шорох. Мне нужно найти его, пока Тео не очухался. После моего проступка он мог вполне пересмотреть свои взгляды на импринтинг, и тогда вместо секса с жарким, в прямом смысле этого слова брюнетом, меня просто сожрут.

Кубарем скатилась по лестнице и почти сразу же попала в эпицентр грандиозной попойки. Липкий пол, осколки кружек, парочка пускающих слюну тел в бессознательном состоянии. Мрак…

Уворачивалась от тяжёлых сапог и мчалась в сторону кричащей толпы. Уже почти добралась до импровизированной сцены, когда перила на втором этаже посыпались вниз, выломанные чёрной псиной. Ну вот, секс отменяется, Тео идёт мстить.

Ш-О-Р-О-Х!

Разумеется, не слышит. Зато в зале мгновенно стало тихо. Посетители замерли, когда зверюга приземлилась на четыре лапы и шумно втянула воздух, явно выискивая меня. Надеюсь, вонь разлитой везде бормотухи отшибёт ему обоняние, а ещё не без удовольствия заметила пару проплешин на морде гада, а вот он заметил меня.

Отчаянно попыталась прыгнуть, но намертво прилипла к полу, а предательская толпа мгновенно брызнула в разные стороны.

О боже! Вот и всё! Закрыла глаза. Бабуленька, а ведь я так и не успела тебе позвонить. Прости меня!

– Стоять, – властно проревела шиншилла на всю таверну, и Тео словно парализовало. Тоже прилип?

– Шорох, ты обещал мне, что оно не устроит погром! – визжал Лили, трусливо выглядывая из-под барной стройки.

– Я всё улажу, – деловито пообещал грызун, спрыгнул с помоста и поспешил ко мне, ловко минуя липкие пятна. – Аня, какого демона происходит?

Эй, умник, я не умею говорить!

Мой новый знакомый долго думал, что означают моих хаотичные движения лапами.

– Поцелуй его и превратись обратно!

Сдурел?! И я окажусь голая посреди зала?

– Никто тебя не тронет, или я спущу Тео с поводка, – последнее было адресовано постояльцам, но они и так пытались держаться предельно далеко от псины.

Шиншилла определённо пугает своей способностью читать мои мысли. И кого я ещё больше боюсь: пьяных мужиков или клыкастую морду, которой я на один укус. Нет уж!

– Превратись! – приказал Шорох, и Тео встряхнулся и встал в полный рост, демонстрируя присутствующим чёрные узоры на теле.

– Прокажённый, – по толпе прошёл громкий ропот, а парень смотрел перед собой невидящим взглядом, полностью оказавшись во власти друга.

– Бери Аню и живо возвращайся в комнату.

Что? Нет! Не надо меня брать! Дёрнулась в сторону, но так и не смогла отлепиться от пола, пока Тео не взял меня на руки.

– Не бойся, всё будет хорошо.

– Эй, мы так не договаривались. Прокажённому здесь не место, – верещал Лили.

– Он не прокажённый, – отрезал Шорох. – Выпивка всем за мой счёт, и накройте нам троим стол, мы через полчаса спустимся на ужин.

– Хорошо, – быстро согласился хозяин, и присутствующие одобрительно закивали.

Что это? Жажда надраться за чужой счёт, или сила внушения маленькой шиншиллы?

*.*.*

– Класс… Вы дверь сломали. А это что за инсталляция на столе? – хмыкнул Шор, созерцая смятую куртку и ошмётки свечи. – Сексуальные игры с воском?

Они самые!.. Всю жизнь мечтала.

– Целуй, Аню.

Тео послушался, и через мгновение оказалась в объятьях совершенно обнажённого парня. Джинсы он потерял во время своей трансформации, и в комнате их не наблюдалось. Карма в действии.

– ВЫ СОВСЕМ ОБА ОХРЕНЕЛИ!

Меня трясло от злости, и даже лицо моего мучителя, покрытое красными пятнами, глубокими ссадинами и чёрными венами не вызывало жалости. Вырвалась из его рук и обмоталась своей простыней. А извращенец так и стоял с потухшим взглядом.

– Извини. Я не думал, что Тео пропустит приём лекарства, не ожидал от него такой безответственности.

– Лекарство? От бешенства или для подавления своей сексуальной активности? Ты хоть представляешь, что он чуть со мной не сделал?

– Мне жаль, но всё обошлось. Вколи ему конакион, он в рюкзаке.

По счастливому стечению у Тео не выкрали сумку из номера, удачливый придурок.

– Сам делай, я к нему пальцем не притронусь.

– Аня, я не могу, – Шорох продемонстрировал свои крохотные розовые пальчики. – У меня же лапки!