APROSITUS. Ненайденный

Глава 45

Джип остановился в двухстах метрах от них. Ближе к скале-тайнику подъехать было нельзя. Водитель спрыгнул на землю и не спеша направился в их сторону. Он был один.

Белёсые, ровно подстриженные над бровями волосы, прозрачная кожа, жёлтые, будто у больного желтухой, глаза. Это был он – тот самый убийца, стрелявший по Герману в древнем некрополе на Сан Борондоне, преследовавший их в лесу и напавший затем на Ико. Сейчас он выглядел более цивилизованно, аккуратно одетым, но не узнать этого лица Герман не мог. Кулаки у него сжались. Он почти бросился на желтушного, но тот предупреждающе выставил вперёд ладонь, заставив Германа остаться на месте.

– Меньше эмоций, господа, меньше эмоций, – сказал он по-английски. – Я ждал вас позже. Но вы уже успели себя проявить как очень… очень шустрые люди.

– Что ты сделал с Ико? – выкрикнул Герман, не разжимая кулаков.

– С кем?

– С девушкой, на которую ты напал на Сан Борондоне!

– А, с этой, – он дотронулся до пластыря на лбу и презрительно скривился. – Разбила мне голову. И сбежала. На удивление прыткая чертовка.

«Значит, с Ико всё в порядке! – мышцы у Германа расслабились. – Она ушла от него и разбила ему голову. Вот это девушка!»

Желтушный сплюнул на землю, будто плевком хотел освободиться от неприятного воспоминания, и жестом предложил друзьям сесть на раскиданные вокруг, будто табуреты, плоские полированные валуны. Сам он сел на один из них первым, и скорее утвердительно, нежели вопросительно осведомился:

– Надеюсь, по-английски вы понимаете?

Герман кивнул и поспешил перевести Андрею всё, что сказал незнакомец. Хотя, в чём он уже успел убедиться, английский у Андрея был совсем не таким безнадёжным, как он раньше думал: Андрей понимал почти всё, что ему говорили. Вслед за желтушным они оба опустились на камни.

– Меня зовут Лайам О´Брайен, – начал желтушный. – Я здесь самый главный.

«Ирландская фамилия, а говорит с немецким акцентом. Странно…» – подумал Герман.

– Я слежу за вами почти с той самой минуты, когда четыре дня назад русский пассажирский самолёт совершил аварийную посадку на воду в шестидесяти километрах западнее острова Эль Йерро. Как вы уже знаете, всех пассажиров авиалайнера удалось найти и эвакуировать. Вас двоих сильным западным течением отнесло на тридцать километров к юго-западу. Там я лично вас подобрал. Вы были без сознания и почти мёртвые. Я подобрал вас и доставил на Сан Борондон. Поэтому прошу заметить, вы оба обязаны мне жизнью!

Желтушный сделал паузу, насладившись моментом изумления и противоречивых чувств, овладевших двумя русскими, и продолжил.

– Я послал на Сан Борондон специальный отряд, который должен был вас найти, обезвредить и привезти на Тенерифе. Однако операция по вашей эвакуации провалилась. Вы оказались на удивление неудобными целями, – он развёл в стороны руки и улыбнулся одними губами. – Вы успели войти в контакт с местными жителями. Вы нейтрализовали моих людей. Вы угнали мой катер! Больше того, вы осквернили древнее захоронение и похитили документ, имеющий историческую ценность!

В его жёлтых глазах появился холод.

– И в довершение всего вы добрались до тайника, который предназначался совсем не вам!

– Кто вы такой? – оторопело спросил по-английски Герман.

– Именно это я хочу спросить у вас! – желтушный почти выкрикнул последнюю фразу, но тут же успокоился. – Позвольте рассказать вам, господа русские, во что вы впутались.

Он поднялся на ноги, жестом попросив собеседников остаться сидеть.

– На Тенерифе действует тайная организация, которая имеет своей целью предотвратить любые попытки и возможности обнаружения легендарного острова Сан Борондон. Она называется Орден Святого Брендана. Орден следит за тем, чтобы никто и никогда не проник на Сан Борондон и никогда ничего о нём не узнал. Мы скрываем остров от остального мира. Мы оберегаем первобытную жизнь аборигенов острова от цивилизации. Благодаря нашим усилиям, никто кроме нас не знает, где находится остров, как на него попасть и кто на нём живёт. Благодаря нам остров Сан Борондон превратился в красивую легенду, в миф об исчезающей райской земле. Однако работы с каждым годом прибавляется всё больше. Несмотря на наши усилия, нам, к сожалению, не удаётся предотвратить все контакты цивилизации с Сан Борондоном. Сотни людей видят этот остров чуть ли не каждый месяц, десятки высаживались на нём. В таких случаях Орден Святого Брендана пытается уничтожить все свидетельства, оставляемые очевидцами. Если таковые уничтожить невозможно, Орден переписывает их на нужный манер и запутывает эти свидетельства. Мы, продолжатели дела Святого Брендана, охраняем Великую Тайну Канар! Наши картографы перемещали остров на древних картах и придумывали «правдивые» свидетельства «очевидцев», видевших Сан Борондон за многие мили отсюда, например, у островов Мадейра и Порту Санту. Иногда… очень редко… Ордену приходилось ликвидировать и самих очевидцев. Хотя поверьте, эта часть работы нам нравится меньше всего… Мы всё-таки цивилизованные люди…

Он недовольно хмыкнул. Выудив из кармана брюк аккуратно сложенный платок, смахнул со лба испарину: вечер был действительно жаркий.

– Вчера Анна сказала мне, что помимо прочих документов о Сан Борондоне, вы, в том числе, ознакомились и со «Странствиями Святого Брендана» и что древний текст вас впечатлил…

У Германа ёкнуло сердце. Он подумал, что ослышался.

– Не делайте такие удивленные глаза, господа! А от кого, вы считаете, я узнал, что вы сейчас здесь?!

– Анна?! – непонимающе смотрел Герман то на ирландца, то на Андрея.

– Ты и до неё добрался, гад? – вскочил на ноги вдруг понявший смысл сказанного Андрей.

– Я вас умоляю, успокойтесь! – желтушный проворно отпрыгнул от Андрея назад. – Только не думайте, что её кто-то принуждал или выбивал из неё признания! Да, именно благодаря Анне я знал о ваших планах и так легко вас нашел. Но Анна, естественно, не имеет никакого отношения к Ордену Святого Брендана. Всё намного проще: Анна – моя жена.

– Твоя жена!? – воскликнул теперь уже Андрей. Он вдруг вспомнил, что Анна действительно однажды рассказывала ему о своём втором муже-британце.

У Германа же в голове наступила полная неразбериха: как такая девушка, как Анна могла взять себе в мужья этого убийцу!?

– Совершенно верно: моя жена. А я имею привычку вечером за ужином расспрашивать супругу о том, как прошел её день. И к счастью, у неё не бывает от меня никаких секретов. Хотя, согласен, что это колоссальное везение – гоняться за людьми, которые вдруг сами приходят к тебе, поселяются в доме твоей жены, едят из твоей посуды и пьют из твоих бокалов. С Анной мне вообще повезло.

Он улыбнулся.

Для Андрея ситуация запутывалась с каждой минутой. Хотя, признался он себе, в такое объяснение событий хотелось верить больше, чем в то, что у Анны могли силой добывать сведения.

– Так я могу продолжать? – осведомился желтушный О’Брайен, переждав очередной вихрь недоумения и догадок, пронёсшийся между русскими. – Так вот. Вчера Анна позволила вам ознакомиться со «Странствиями Святого Брендана». И вы прочли оба варианта – как первоначальный, так и более поздний, развернутый. Именно члены Ордена тысячу лет назад сочинили второй, запутанный вариант «Странствий»! Именно мы придумали идею с семью годами плаваний монаха, чтобы запутать невежд. Мы придумали огненную геенну, райские хрустальные колонны и прочий бред, дабы испугать бесцеремонных. Всякий, прочитавший оригинальный рассказ о путешествии, поймёт, что речь в «Странствиях» идёт о Канарах, однако с появлением второго варианта никто уже не догадается, где именно находится Святая Земля. Орден Святого Брендана зашифровал местоположение Земли Обетованной для посвященных. Мы стёрли Сан Борондон с карт. В результате этого остров отсутствует на картах уже двести лет! И ещё. От гуанче до нас не дошло ни одного упоминания о Сан Борондоне. Ни в легендах, ни в песнях, ни в наскальных рисунках ничего обнаружить не удалось. Вы не задумывались почему?

– Нет.

– Потому что все эти свидетельства мы сознательно убирали!

– Вы? Но зачем?! – не понимал Герман.

– Монах Брендан – великий Святой! Святой, обнаруживший Священную Землю, но решивший не открывать её миру! Святой Брендан оставил Елисейские поля для душ усопших праведников! Живущие грешники недостойны этого Рая! И вы, господа русские – одни из них! Вас не должно было быть на этом острове! Вы не должны были узнать о Святой Земле! Господа русские. Я хочу задать вам один вопрос. Люди, как правило, совершают поступки по двум причинам: одни хотят что-то приобрести, а другие боятся что-то потерять. Алчность и Страх! Вот две силы, движущие людьми! По какой причине всё это затеяли вы? Зачем вы искали древний тайник? Что вы собираетесь делать с этим своим открытием?! Подарить его миру? Растрезвонить о нём на весь свет? Продать его китайцам? Привезти репортёров из «нэшнл джеогрэфик»? Или устроить экзотические экскурсии по местам жительства доисторических туземцев? Или быть может отдать гуанче учёным? В лапы современной зашоренной стереотипами науки, которая не сможет придумать ничего лучшего, чем разобрать Сан Борондон на атомы и молекулы, а гуанче, как подопытных кроликов, поместить в стеклянную колбу, обмотав их головы электродами?

– А этот О´Генри горячится, – заметил чуть слышно Андрей. Ему никогда не удавалось запоминать иностранные фамилии, вот и в этот раз О´Брайена он тут же окрестил созвучной, по его мнению, фамилией.

– Чего вы хотите, господа? Чего вы добиваетесь? Кто вы такие, чтобы вторгаться во вселенские тайны!? В тайны Создателя! В эту девственную первобытность, не оскверненную пороками цивилизации! Кто вы такие, я повторяю!? Господь Бог?! Святые Петр и Павел?! Кто дал вам право отбирать у людей свободу? Вы похожи на средневековых конквистадоров-тиранов, разоривших эти райские острова и отобравших у гуанче всё, что они имели: свободу, землю, гармонию! Позор вам! Не прикасайтесь к деяниям Божьим! Не разрушайте земной рай!

Желтушный О’Брайен, похоже, сам вдохновился своей речью. Наступил его звёздный час.

– Святой Брендан не открыл людям тайны Священного острова полторы тысячи лет назад и именем Его я не позволю вам сделать это сегодня! Монах Брендан нашел Землю Обетованную. Он прикоснулся к Божественному, потому что был достоин! Но остальной мир к этому готов не был! Прошло полторы тысячи лет, а мир не стал готов к этому и сейчас! Поэтому мы и создали Орден Святого Брендана!

Андрей с Германом молчали. Желтушный был прав. Ни у того, ни у другого не находилось ничего, чем можно было ему возразить. Их отчитывали, как нашкодивших подростков.

– Господа русские. Послушайте меня внимательно. У вас есть выбор. Либо остановиться прямо сейчас, забыть о Сан Борондоне и дать обет молчания. Тогда вы продолжите жить, как жили, вспоминая о Сан Борондоне лишь в своих счастливых снах, – он помолчал. – Но есть и альтернатива. Вы можете идти дальше в своём упрямстве и искать ответы на все интересующие вас вопросы. Эти ответы здесь. В этом тайнике. Ведь вы же шли именно к нему. Но хочу вас сразу предупредить. Вам не получится воспользоваться плодами ваших открытий! Мы сделаем всё, чтобы открывшиеся вам секреты ушли вместе с вами в могилу! С того момента, как вы открыли тайник, вы должны знать, что любой шаг на тенерифской земле может стать для вас последним! Вы ещё можете пожалеть, что я спас вас тогда в океане!

– И последнее, – ирландец победно их оглядел. – Я прошу вас отдать мне карту!

– Карту?

– Карту из могилы португальского капитана.

Герман взглянул на Андрея и потянулся к портфелю. Щелкнул замок. Герман аккуратно выудил из портфеля пластиковый пакет со старинной картой и протянул её ирландцу.

– А у Вас талант! – раздалось вдруг где-то над ними, над скалой.

Вздрогнули все: и Герман, и Андрей и желтушный. Последний даже присел, до того неожиданно и из ниоткуда раздался этот властный, раскатистый бас. Они повернулись в ту сторону, откуда шел этот голос, и увидели стоящего у них над головой человека. Место вулканического «зуба» окружали высокие скалы, по которым хозяин властного голоса и смог незаметно к ним подойти.

– Мало того, что Вы вор и бандит, Вы ещё и актёр! Браво! – человек захлопал в ладоши и в несколько лёгких прыжков спустился к ним со скалы. – Вами можно было бы восхищаться, не будь Вы настолько вероломным и подлым!

Глава 46

На вид незнакомцу было лет пятьдесят.

У него был внимательный взгляд, аккуратный нос, тонкие губы и гладко выбритый подбородок. От углов глаз разбегались заметные морщинки: то ли южное солнце заставляло его постоянно щуриться, то ли он часто улыбался. Седые, аккуратно подстриженные бакенбарды обрамляли тонкое аристократическое лицо, а на шее развевался завязанный на французский манер цветастый платок. Голубоватые глаза выглядели очень эффектно на загорелом лице. Он был моложав и подтянут. Пожалуй, женщины до сих пор могли считать его красивым.

Одет аристократ был в цветастую клетчатую рубашку «ральф лоран» и розовые хлопчатобумажные брюки. В общем и целом он производил впечатление одного из тех ухоженных европейских пенсионеров, которых Герман называл «бриллиантовой молодежью». «Бриллиантовой молодежи» в Испании всегда отдыхало тысячи. Их влекли сюда безделье, теплый климат, круглогодичный гольф и испанская дешевизна.

Незнакомец разглядывал всех присутствующих с не меньшим интересом. Он рассмотрел их лица, глаза, одежду, обратил внимание на открытый тайник, на двух мёртвых кобр у себя под ногами и, наконец, остановил взгляд на зажатом в руках у Германа портфеле.

– Я купил этот портфель в «хэрродз» в Лондоне позапрошлой зимой, – произнёс он, наконец, своим зычным голосом. – Крокодиловая кожа. Правда, отличный? Пусть это будет моим Вам подарком, господин …?

– Герман, – Герман недоуменно уставился сначала на портфель, потом на Андрея и снова на незнакомца.

– Очень приятно! А Вы, судя по всему, Андрей, – незнакомец приветственно кивнул и улыбнулся им обоим, как друзьям. – Очень приятно! О Вас, Андрей, Анна рассказала много хорошего. Я понял, что Вы станете искать её, когда узнал, что Анне всегда доводилось быть на Тенерифе Вашим гидом.

По всей видимости, это и был настоящий Анин муж. Его в этой роли представить было намного легче, чем желтушного. Герман перевёл другу сказанное. Андрей недоумённо кивнул.

– Я – Лайам О´Брайен. Насколько я понял, этот человек, который тут мною представился, подробно рассказал вам, кто я такой, – аристократ перевел взгляд на желтушного. – А Вы, стало быть, тот самый Ленгинг, искатель несуществующих кладов. И кто это интересно так посвятил Вас в отношении всех наших тайн? Уж не Ваш ли друг Танцор? И когда он только всё успевает?

Герман и Андрей воззрились на Ленгинга. Руки у того сжались в кулаки. Цвет лица из желтого превратился в ещё более нездоровый желто-красный, он раздувал ноздри и будто готов был ринуться на О’Брайена, точно какой-нибудь бык во время корриды в Памплоне.

– Вы, я вижу, чем-то расстроены, херр Ленгинг. Я появился в ненужный момент? Прошу простить. Но у меня такая работа: всегда оказываться в нужном для меня – он выделил это голосом. – месте и в нужный для меня момент. А Вы как раз собирались получить свою заветную карту.

Ленгинг злобно что-то ответил на немецком. Выражение его лица стало таким же, как тогда в поединке с Ико.

– Ну, полноте, майн херр. Вы только что довольно сносно изъяснялись с нашими русскими друзьями по-английски, – ответил О’Брайен спокойно. Он повернулся к русским. – Наш немецкий друг пытается заполучить карту Сан Борондона, на которой помечен несуществующий клад.

– Клад существует! – выкрикнул немец по-английски. – Вы знаете это лучше меня!

– Он ищет ту самую карту, которая лежала рядом с могилой португальцев на Сан Борондоне. Вам, господин Герман, случайно посчастливилось её обнаружить и Вы, видимо, унесли её с собой.