- -
- 100%
- +
Автор обложки Любовь Воробьева
© Татьяна Сороколетова, 2021
ISBN 978-5-0055-8065-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Калифорния, Лос-Анджелес
Наши дни.
Кампус Калифорнийского университета расположенный неподалеку от побережья Тихого океана, занимает фантастическую по размерам площадь, а с высоты птичьего полёта по форме напоминает огромное сердце. Среди прочих зданий, находящихся на территории студенческого городка, особое внимание привлекает здание библиотеки. Монументальное строение выполненное в неороманском1 стиле, хранило в себе тысячи фолиантов, которыми студенты активно начинали пользоваться в период финальной, экзаменационной недели.
Перед Одри Смит маячил крайний экзамен по философии, которую она ненавидела всей душой. Она тяжело вздохнула, и в третий раз уставилась в книгу с крупной надписью «Онтология».
– Одри привет! Как дела?
Она подняла глаза, и увидела весёлое лицо своего университетского друга, Фернанда Хилла. Худощавый и слишком высокий блондин, внешне он напоминал резиновый шланг, которым обычно поливают розы по утрам. Вкупе с нестандартным телосложением, Фернанд обладал потрясающе безобидным характером и чрезмерной отзывчивостью на любую беду. Все студенты университета знали об этой особенности, и периодически просили у него помощи. Наслышанные о безотказности Фернанда, многие злоупотребляли его добротой и откровенно использовали, в ответ на это он лишь весело отмахивался, и ни на кого не обижался.
– Привет Фернанд, дела не очень хорошо. Через полчаса крайний экзамен по философии, а я всё ещё пытаюсь разобраться с сущностью бытия, – разочарованно ответила Одри, и устало посмотрела на учебник.
– Ох, и сложная эта наука философия! Никогда не мог понять, как можно изучить то, что не осязаемо!? Вот ты Одри Смит, можешь мне сказать, что же является смыслом бытия?
– Наверное любовь, – нерешительно ответила она.
В ответ Фернанд громко засмеялся и тут же осёкся. Несмотря на то, что библиотечный зал почти опустел, он строго и неукоснительно соблюдал университетские правила.
– Именно дорогая моя!!! Только любовь, является смыслом бытия и познания самого себя! Видишь, а ты говорила, что не можешь ничего усвоить! Кстати поздравь меня, я сдал последний экзамен по биологии, и теперь абсолютно свободен, – сказал он радостно и наконец скинув рюкзак с плеч, сел рядом.
– Поздравляю Фернанд!!! Ты наш лучший студент!! Весь университет гордится тобой! – поздравила Одри и чуть приобняла его.
В ответ он прижал её к себе, и вдохнул запах знакомых духов.
– Фернанд, – отстранилась она, – Я думала мы всё решили ещё в прошлый раз?!
– Извини, – смущенно забормотал он и встал со скамьи, – Желаю удачи на экзамене!
Он подошёл к двери и уже на пороге спросил:
– Поедешь с нами в эти выходные на Гранд-Каньон?
– Извини, но не в этот раз. Я улетаю в Техас на каникулы.
– Очень жаль, мне будет тебя не хватать, – ответил он и вышел из зала.
Год назад по окончании финальной недели экзаменов, курс Одри отмечал начало каникул, путешествием на Гранд Каньон. Большая компания студентов, отправилась в аризонскую пустыню, транзитом через Лас-Вегас. Одри впервые побывавшая на Каньоне, осталась под глубоким впечатлением от флоры и фауны тех мест. Изысканная, утончённая, славящаяся своей любовью к прекрасному, она неустанно восхищалась красочностью ландшафта долины, и цветом скалистых гор, посередине которых текла быстрая река.
Фернанд был влюблён в Одри Смит с первого курса. Несмотря на общительность и обаяние, успехами в делах сердечных, он похвастаться не мог. Неимоверными усилиями год назад стоя внутри одной из скал Великого Каньона, он решительно взял Одри за руку, и признался в своих чувствах.
Она не понимающим взглядом посмотрела на него, и опустив глаза сказала:
– Фернанд! Я ценю и уважаю нашу дружбу, и очень хочу продолжать её в том же ключе. Давай не будем говорить громких слов и пусть наши отношения останутся прежними?!
Он отпустил её руки и развернувшись, ушёл к компании друзей готовящихся к сплаву по Колорадо. Одри осталась одна в красно-глиняных скалах, и вскинув глаза наверх, долго любовалась сводами горных пород.
По возвращению из каньона они не встречались около месяца. Одри мучительно переживала за их дальнейшие отношения, понимая насколько сильно задела его чувства, своим отказом. Фернанд старался избегать с ней встреч, и всё больше времени проводил за барной стойкой местного кафе, куда устроился подработать на каникулах. С возобновлением учёбы, они встретились в первый же день занятий. Радостно поприветствовав друг друга, они оба выдохнули с облегчением и продолжили дружбу в прежнем русле.
Сегодня, когда он обнял её с особой нежностью, Одри насторожилась и вспомнила разговор в каньоне. Фернанд по-прежнему испытывал к ней романтические чувства, и терпеливо надеялся на взаимность.
Район Лос-Анджелеса на берегу Тихого океана Марина дель Рей, известен своей гаванью, бухтами и шикарными яхтами, пришвартованными к берегу. Тихое, уютное место с вечным летом за окном, где шумящий океан, щедро одаривает жителей и туристов, пенно-солёной водой, без остатка смывая всё то, что люди стремятся ему отдать. Вода исцеляет и заново возрождает, жить здесь считалось большой удачей, и многие туристы завидовали местным, называя их баловнями судьбы.
Семья Одри переехала в Калифорнию из снежного Чикаго пять лет назад. Пирсу Смиту предложили новую должность и недолго думая, они перебрались в этот поистине райский уголок. Двухэтажный особняк семьи Смит, находился в двух километрах от самого популярного пляжа города- Венис Бич. По традиции, каждое утро Одри ходила на пляж и встречала там рассвет. В ранние часы пляж пустовал, и создавалась уникальная возможность найти уединение на лоне природы. Грозный, шипящий океан выбрасывал волны на берег, красное солнце медленно поднималось из воды, прохладный, утренний бриз нежно ласкал лицо Одри, а ветер играя с её волосами нещадно спутывал их в колтуны.
Припарковав машину около дома, Одри легко вбежала на ступеньки и вошла в внутрь. Запах ароматных круассанов ударил в нос, Джоанна Смит доставала выпечку из духового шкафа и разливала сок по стаканам.
– Привет ма! – весело защебетала Одри, – Поздравь меня, я сдала философию и теперь абсолютно свободна!
– Одри дорогая! – Джоанна вскинула руки в радостном волнении, -Поздравляю моя умница! Я и не сомневалась в твоих способностях! Ты как раз успела к полднику, и с минуты на минуту должен приехать папа. Дождемся его и отметим это радостное событие!
– Где Эдриан? -спросила Одри, на ходу откусывая банан.
– С друзьями на пляже, как всегда ловит волны. Обещал прийти к полднику, но видимо опаздывает.
Эдриан Смит- младший брат Одри и головная боль всей семьи. Эдриан известен своим задиристым нравом и абсолютной ленью. С трудом заканчивая старшую школу, он уже умудрился провалить два экзамена, и в очередной раз подраться с Вилле Хамсвиртом за внимание новенькой девчонки.
– Мам, мне кажется, что Эдриан останется таким не выносимым навсегда! По-моему его подростковый период сильно затянулся.
– Я всё ещё надеюсь, что скоро он перерастёт это время, и мы наконец выдохнем свободно, – Джоанна разложила ложки, и присела на стул.
Джоанне Смит недавно исполнилось сорок три года, это была стройная, миловидная блондинка, с точёной фигурой и длинными кудрявыми волосами. В школе она носила гордое звание первой красавицы, и все парни боролись за её внимание. В итоге победу одержал Пирс Смит, и забрал её с собой в Чикаго, как самый драгоценный трофей. Джоанна получила достойное образование и являлась дипломированным юристом, которым не проработала ни дня. Найдя себя в домохозяйстве, она увлекалась изготовлением икебан и выращиванием роз. Последние, являлись её гордостью и достоинством, Джоанна выращивала их с огромной любовью и каждый раз с трепетом, участвовала в выставках садовов-любителей.
– Как дела у Фернанда? -между делом спросила мать, отпивая глоток ледяного сока.
– Нормально, – ответила Одри и пожала плечами, – Сегодня видела его, он сдал последний экзамен, и сейчас они всем курсом собираются на Гранд-Каньон.
– Жаль, что ты не сможешь поехать. Уверена, ты бы весело провела там время!
– Может быть, но помочь тётушке Камилле, я считаю своим долгом. Я очень давно у них не была, тем более Джейкоб ещё слаб после операции.
Супруг Камиллы Льюис недавно перенёс операцию на мениске. Строптивая Габриэлла скинула с себя Джейкоба во время скачек, в результате чего он и получил сложнейшую травму. Камилле пришлось не просто, в одиночку содержать ранчо, не под силу любой женщине. Нанятый помощник Брэдли Шив, едва справлялся со своими обязанностями, поэтому Камилла слёзно просила Одри приехать на каникулы, и помочь в некоторых делах.
Около дома притормозил автомобиль Пирса Смита, Джоанна и Одри с радостными новостями отправились на улицу, встречать главу семейства.
Хьюстон, Техас.
1889 год.
Салун2 «Хикок» стоял в отдалении от центральной дороги пролегающей через весь город. Днём, как правило, здесь было тихо, редкие трапперы3 и ковбои перегоняющие стада, заглядывали сюда в надежде осушить несколько кружек пива.
Владельцы салуна, семейная пара Гарнеров, пользовалась в округе безупречной репутацией. Джордж Гарнер, выходец из здешних мест, в прошлом зарабатывающий ковбойским ремеслом, позже неожиданно разбогатевший, начал свой небольшой бизнес. Спустя несколько лет, он смог позволить себе вложиться в более выгодное предприятие, и построил первый в Хьюстоне салун, получивший огромную популярность среди местных жителей и заезжавших гостей.
Слава об отличном месте для отдыха, разлетелась по всем штатам, и Джордж чувствуя успех, разжился десятком лошадей которых периодически выставлял на продажу и гонял по скачкам, при этом срывая большие гонорары. Некоторые шептались, что он продал душу кому надо, оттого и владеет несметными богатствами. Его супруга Тильда, отвечала за ведение хозяйственных вопросов и порядок в салуне, Джордж же взял на себя всю бухгалтерию и полное владение выручкой. Учитывая его скрупулёзность и жадность, Тильда могла не переживать, что он может спустить деньги на попойку, или какую-нибудь ерунду. Наследников у пары не было, жили они уединённо каждый день проводя в салуне.
Двухэтажное, деревянное строение с вычурной вывеской «Хикок», приветливо заманивало гостей простотой и уютом внутреннего убранства. На первом этаже располагался бар, дюжина столов и импровизированная сцена для выступлений пианиста и танцовщиц.
Лестница ведущая на второй этаж, уводила в апартаменты предназначенные для ночующих посетителей и самих владельцев.
Тильда Гарнер стояла за барной стойкой и тщательно вытирала посуду. Будучи сверхчистоплотной хозяйкой, она терпеть не могла заляпанных стаканов и плохо промытых тарелок. Напротив неё сидел Джордж, разложив перед собой бухгалтерию, он тщательно пересчитывал прибыль, попутно записывая цифры в большую тетрадь. В этот ранний, утренний час посетителей ещё не было, и в помещении висела абсолютная тишина. Муха забившаяся между рамой и окном, отчаянно пыталась выбраться, всё больше прилипая к липкой ленте.
Джордж шумно вздохнул, и отложив в сторону тетрадь, вытер лоб большим платком.
– Немного ушли в убыток, – громко произнёс он, – В следующем месяце сократим расходы, закажем меньше галлонов с пивом, и попробуем сэкономить на муке.
– Джордж по-моему, ты стал настоящим скрягой. Нам не на чем экономить, пиво и так самое дешёвое, да и лепешки кукурузные не весть сколько нам обходятся, – попробовала возразить Тильда, отправляя очередной вымытый и начищенный до блеска стакан, на полку.
– Молчи! – зычно прикрикнул на нее супруг, и отпил глоток холодного кофе, – Мне лучше знать на чём экономить! Танцовщицы в последнее время расслабились, надо урезать им жалованье. Особенно эта Патрисия, очень наглая девица. Чувствую она хочет обобрать и разорить меня!
– Каким образом? – невозмутимо поинтересовалась Тильда.
– Ты видела как она увивается за этим ковбоем Робертом?
– Видела, и не наблюдаю в этом ничего криминального. Они молодые и свободные, может между ними чувства? Какая нам до этого разница?
– Они что- то задумали, я тебе точно говорю! – с жаром ответил Джордж, и для пущей убедительности, поднял вверх указательный палец.
– Например?
– Откуда я знаю?! – снова рявкнул он и поднявшись с места, надел шляпу, – Дойду до шерифа, кстати слышала последние новости об индейцах?
– Нет, что они опять натворили?
– Разграбили склады у старика Джонни, оставили бедолагу ни с чем. Еще и двух лошадей с собой увели.
– Это странно, они давно не выходили к нам.
– Надо держать ухо в остро Тильда! Всегда нужно быть наготове! Кстати, когда вернется Тэйлор?
– Послезавтра, он должен уже отправляться обратно.
Джордж кивнул и хромоногой походкой вышел на самое пекло. Немного отдышавшись, он развернулся и направился к дому шерифа.
***
Жарким майским утром, Тэйлор Мэдли сошёл с поезда на железнодорожной станции Хьюстона. Локомотив шумно пыхтя, выпускал в небо пар и готовился к посадке пассажиров. С прибытием состава деревянное здание вокзала ожило, и люди повылезав из всех уголков, поспешили на перрон.
На Тэйлоре красовалась хлопковая, клетчатая рубаха, коричневые брюки, шнурованные туфли и неизменная шляпа стэтсон4. В руках он держал небольшой чемодан, и скрученную в трубку газету. Окинув безразличным взглядом снующих пассажиров, он небрежно поправил головной убор, и не торопясь отправился внутрь вокзала.
Повернув за угол, он тут же почувствовал холодную хватку на своём запястье. Пэрри Диксон собственной персоной, возник перед ним будто из-под земли.
– Привёз? -зашипел он, воровато оглядываясь по сторонам, и натягивая шляпу ниже. Большие, круглые глаза светились огнём, шрам пересекающий лицо от брови до нижней губы, вздулся и запульсировал.
– Привёз, – спокойно ответил Тэйлор, и не спеша стал открывать чемодан.
– Давай быстрее! – поторопил его Пэрри, -Не хочу лишний раз здесь показываться. Шериф готовит облаву, на днях ограбили старика Джонни. Мы не при чём, но сам понимаешь, предосторожность лишней не будет.
– Думаешь опять индейцы?
– Как пить дать, – фыркнул в ответ Пэрри, и спрятал в карман куртки, увесистый мешок с золотыми монетами, – Чогэн не даст покоя местным! Пока всех со свету не изживет-не успокоится!
– Ты сам- то хоть раз видел его? – усмехнулся Тэйлор, не веря в кровожадность вождя местного племени.
Пэрри быстро вскинул на него глаза, и проведя рукой по шраму сказал:
– Вот его работа! Вступил с ним в схватку несколько лет назад, так еле удрал. Больше я в те места ни ногой.
Тэйлор недоверчиво посмотрел на него и спросил:
– Когда теперь?
– Я сам тебя найду, – коротко ответил Пэрри, и развернувшись отправился в противоположный конец вокзала.
Тэйлор застегнул свой чемодан и перевязав шнурки, отправился пешком в сторону салуна «Хикок»
По пути он размышлял о словах Пэрри. Если разбойник утверждал, что вождь племени очень кровожаден и планирует сжить со света бледнолицых колонизаторов, то возможно вскоре опять начнётся кровопролитие. Сотни тысяч уничтоженных бизонов и мустангов, больно ударяли по самолюбию краснокожих. Индейцы периодически провоцировали и устраивали стычки между горожанами. Шериф Кевин Бейкер безуспешно пытался примирить обе стороны, отчаянно не признавая свою несостоятельность.
Племя тонкава поселилось на землях Техаса задолго до появления колонизаторов. Пришедшие на их землю европейцы, попытались быстро установить свои порядки, насильственно заперев индейцев в резервации. Испанцы не церемонились с жителями племени, оттого и взрастили с первого дня ненависть к себе. Нынешний вождь Чогэн, потомок казнённого в бою вождя Окахо, несёт в своих жилах злобу к белым с самого рождения.
Проходя мимо лавки Меган, Тэйлор недолго думая повернул ко входу.
Меган Уильямс было слегка за двадцать, когда она встала за прилавок и приняла управление делами от своей матушки. Роза Уильямс решила отойти от дел, и посвятить остаток жизни воспитанию многочисленных внуков. Меган была её третьей младшей дочерью. Замуж она не спешила и внуков не дарила, поэтому Роза здраво рассудив, что той нужно много работать, переложила всё бремя хозяйства на неё. Обладая скромным нравом и послушностью, Меган взяла на себя обязанности по управлению лавкой. Небольшое помещение было до отказа набито продуктами и разнообразными напитками.
– День добрый Меган! Угости чем-нибудь прохладительным!
– Здравствуй Тэйлор, одну минутку.
Мисс Уильямс была высокой и худенькой брюнеткой с бледным лицом. Тонкие вены на её руках и шее, просвечивали сквозь белую кожу.
– Как идут дела Меган?
– Всё хорошо, я почти совсем справляюсь. Хочешь не хочешь, а лавку нужно содержать.
– Как поживает матушка Роза?
– Она вся в домашних хлопотах, сюда и носа не показывает. Надоело ей это дело вот она и вручила его мне.
– Ты знаешь, я был бы рад если мне кто-нибудь отдал уже начатое дело. Я бы наверняка сделал его самым прибыльным во всём Техасе, – мечтательно закатил глаза Тэйлор.
– Тебе наверное достанется салун, – предположила она и смахнула с прилавка крошки, – А он как известно побольше дохода приносит, чем эта лавка.
– Не скажи! – запротестовал он, – И на увеселительные заведения приходятся мрачные времена. Какие новости в городе? – Тэйлор перевел разговор в нужное русло.
– Поговаривают индейцы опять оживились и вышли на тропу войны. Ограбили недавно старика Джонни, бедный он чуть с ударом не слёг, – восклицала юная продавщица, эмоционально заламывая руки.
Тэйлор допил пиво и поставил на прилавок пустую кружку.
– Надо же, – задумчиво сказал он, и покачал головой.
– Кстати, а ты куда ездил?
– В Даллас, навещал своих стариков. Ладно я пойду, забегу еще как-нибудь, – он поднял свой чемодан, и вышел на улицу.
Меган Уильямс почувствовала, как к её лицу прилила кровь, и нервно теребя в руках салфетку, она долгим взглядом смотрела в спину удаляющегося Тэйлора Мэдли.
Глава 2
Хьюстон, Техас.
Наши дни.
Перелёт до Хьюстона занял около трёх часов. Одри Смит приземлилась на техасской земле ровно в полдень. Выйдя из здания аэропорта с чемоданом и сумкой, она беспомощно оглянулась по сторонам.
Последний раз она была здесь в далёком детстве, и судя по воспоминаниям здесь многое изменилось. Камилла пообещала, что её встретит помощник Брэдли Шив, но никакого мужчину отдалённо напоминавшего его, она не наблюдала. Достав телефон она ещё раз посмотрела на фото Брэдли, и оторвав глаза от дисплея, радостно заулыбалась.
С противоположной стороны улицы ей махал рукой молодой парень, по возрасту немного старше её. Невысокого роста, коренастый брюнет больше напоминавший испанца, спешно переходил дорогу, не переставая улыбаться,
– Привет, ты стало быть Одри Смит? – заговорил он протягивая руку для приветствия.
– Привет я Одри, а ты Брэдли Шив?
– Так точно! -весело отрапортовал он и подхватив её багаж, направился к машине.
Путь до ранчо занял не больше получаса, хотя раньше Одри казалось, что тётушка живет очень далеко от аэропорта. Задав пару дежурных вопросов, Брэдли весь оставшийся путь молчал, изредка посматривая на неё.
Едва притормозив у дома и выйдя из машины, Одри тут же оказалась в мягких объятиях Камиллы. Тётушка выскочила на крыльцо, и с радостью раскинув руки принялась обнимать племянницу.
– Дорогая! Я очень рада, что ты наконец здесь! Как прошёл полёт?
– Всё замечательно тётушка! -поспешила заверить её Одри, -Я очень счастлива, что проведу эти каникулы у вас! Здесь многое изменилось, и даже сам дом…
– Да мы немного перестроили его и внутри сделали новый ремонт. Теперь у нас царит настоящий кантри5! Знала бы ты, как я обожаю эту сельскую жизнь, -говорила она, по-прежнему не выпуская Одри из объятий.
Брэдли выгрузил из багажника чемодан и понёс его в дом.
– Брэдли, когда освободишься, нужно сходить к Габриэлле. Она опять лягается и ничего не ест.
– Хорошо миссис Льюис.
Перестроенный дом поражал своим размахом. Огромная, просторная кухня выполненная в светлых тонах, прекрасно сочеталась с винтажными предметами обихода. Деревянная балка упирающаяся в окно, создавала иллюзию внушительности визуально расширяя пространство. Тонкие, белые занавески неслышно развевались на ветру, куст шикарных роз удачно высаженных под окном, выгодно скрывал кухню от полуденного зноя.
На столе лежала ощипанная куропатка, свежие овощи и картофель. Камилла Льюис вовсю трудилась над обедом, торопясь к приезду любимой племянницы.
– Одри милая, ты устала с дороги, пойдём я покажу твою комнату. Располагайся, приводи себя в порядок и спускайся к столу.
Комната Одри оказалась на втором этаже.
– Днём здесь бывает жарко, техасское солнце нещадно испепеляет нас, – смеясь подметила Камилла, внося чемодан в комнату.
Одри осмотрелась по сторонам. Высокая кровать с кованой спинкой располагалась около окна, тканевый торшер с зеленым абажуром, ярким пятном выделялся на фоне бледно-салатовых обоев. Старинный секретер и туалетный столик стояли в противоположном углу комнаты, около огромного бельевого шкафа.
– Какой уютный дом Камилла, я будто вновь окунулась в далёкое беззаботное детство. Помнишь как мы с Эдрианом носились здесь сметая всё на своем пути? – в приятном волнении спросила Одри.
– Конечно помню моя родная! Мы были так счастливы, когда вы приезжали в гости.
Камилла приходилась родной сестрой Пирсу Смиту. Старше его на десять лет, она рано вышла замуж и вместе с Джейкобом, покинула родные места. Они обосновались в Техасе, и каждый раз с радостью принимали в гостях семью брата. После смерти их родителей и вскрытии завещания, разразился конфликт. Пирс Смит затаил обиду на сестру и считал себя обделённым. Долгих пятнадцать лет они не разговаривали друг с другом, и лишь полгода назад наконец смогли помириться. Камилла и Джейкоб жили одиноко и уединённо на окраине Техаса, возделывая на своих плантациях различные культуры. Соседи называли их «хлопковыми королями» и мастерами по разведению лошадей.
Распаковав вещи, приняв душ и переодевшись в свежую одежду, Одри спустилась в кухню. Камилла накрывала на стол нанося последние штрихи в оформлении куропатки.
– Одри отнеси кувшин с морсом, и позови Брэдли к обеду. Он должен быть в конюшне, -распорядилась она.
Чета Льюисов имела во владении два акра земельных угодий, на территории которых находились многочисленные постройки. Конюшня, курятник, сарай для садового инвентаря и сена, колодец служащий в качестве дизайна усадьбы, загоны для скота. Сзади дома, раскинулись бескрайние поля хлопка, различные грядки с овощами, и плодовые кустарники симметрично высаженные по периметру плантации.
Едва выйдя на порог дома, Одри вдохнула полной грудью пьянящий, сельский воздух. Уперев руки в бока, она подставила лицо навстречу обжигающим лучам солнца. Жмурясь и выставляя руку вперёд, она счастливо улыбалась позабыв обо всём на свете. Вальяжно кудахтая, мимо неё степенной походкой, прошел петух с ярко-красным хохолком. Подняв голову и деловито осмотрев Одри, он с безразличным видом проследовал в курятник. Размеренная сельская жизнь всегда манила её, в далекой Калифорнии ей так часто не хватало единения с природой. Одри научилась находить гармонию лишь в океане. Каждое утро навещая его, она наполнялась жизненной энергией, непременно вспоминая летние дни проведенные на ранчо в Хьюстоне.
Конюшня располагалась в отдалении от дома на том же самом месте, что и пятнадцать лет назад. Одри помнила каждый уголок и могла ориентироваться даже с завязанными глазами.
Брэдли стоял к ней спиной развешивая стремя на стену. Белоснежная Габриэлла, с шикарной гривой отливающей синевой, недовольно фырчала опустив голову.
– Что с ней? – спросила Одри войдя в конюшню. Она облокотилась о дверной косяк и сложив руки на груди, с интересом принялась рассматривать лошадь.
Брэдли вздрогнул от неожиданности и повернулся к ней. Его тёмные джинсы были запачканы землей, рабочая рубашка висела рядом на гвозде. Обнажённый, мускулистый торс переливался красивым, ровным загаром.
– Я не слышал как ты вошла, -сказал он.
– Наверное был сильно занят лошадью, -предположила Одри.
Чёрные как смоль волосы Брэдли, были зачёсаны назад, тёмно-синие слегка раскосые глаза с любопытством рассматривали Одри.