Милая Лэина в логове Змея
- -
- 100%
- +
Гнев, который я испытывала всего несколько минут назад, сменился страхом и смущением. Он прижал меня ближе и втянул воду прямо у моей шеи, мне стало щекотно, и по телу пробежали мурашки. Ноги стали слабеть, и от отчаяния я совершила глупость – с силой укусила его за плечо. На языке оказался приторный вкус его крови. Эта сладость сводила с ума, она превращалась в тепло и разливалась по телу, которое начинало дрожать от предвкушения. Я провела по кровоточащей ране на его плече языком, и с губ сорвался лёгкий, чуть слышный стон. Он прижал меня крепче.
Опомнившись, я стала вырываться, и он со вздохом и нехотя отпустил меня. Мои щёки горели, а сердце бешено колотилось в груди. Я подхватила уже непростительно низко опустившееся одеяние и рванула из его комнаты, но почувствовала, как что-то дёрнуло меня назад. Рагавурр держал в руке завязки от моего платья.
Притянув меня ближе, он сказал, как ни в чём не бывало:
– Ты же можешь попасться слугам на глаза в таком виде, – он поправил материю, затянул и завязал шнурки на спине. – Если ты не хочешь, чтобы я сам снял с тебя это грязное старомодное платье, к обеду переоденься в то, что принесла служанка. И, Лэина-ламэ, поверь мне, лучше ты сделаешь это сама.
– Я не надену на себя тот вульгарный топ!
– А что в нём вульгарного?
– Открытый живот!
Он вздохнул.
– Надо бы прогуляться с тобой по улицам Ругоии Гиугин… Тебе заменят топ на что-то более закрытое.
Он отпустил шнурки, и я поспешила прочь из его комнаты. Больше, чем действия посла, меня пугала собственная реакция на них. Она изменилась после того, как он открыл между нами Связь. Теперь каждое его прикосновение опаляло и заставляло всё тело гореть в ожидание следующего. Что бы мне до этого ни рассказывали про метки, всё было наглым враньём. Я совершенно ничего не знала о том, что на самом деле со мной происходило и чем это было чревато. Теперь мне казалось, что в танце Морских драконов я проиграла не согласие на ухаживания, а свободу Воли.
В своей комнате я дождалась, когда служанка принесёт мне другой топ. Этот тоже был чёрным, он закрывал живот, но грудь открывал значительно больше предыдущего. Скрипя сердце, я переоделась за ширмой и отдала служанке платье, чтобы его почистили. Новый наряд выглядел на мне необычно, хотелось чем-то прикрыть плечи.
– Принеси, пожалуйста, накидку, – сказала я служанке, когда она вернулась.
Она замялась и отвела взгляд.
– Господин велел не давать Вам никаких накидок, даже если Вы попросите.
Этот треклятый Рагавурр всё делал мне назло! Я выпроводила девушку, а сама легла на кровать, дожидаясь обеда. Дурацкая шкатулка, стоявшая на столе в комнате посла, не давала мне покоя. Казалось, он нарочно меня ею дразнил, а я ничего не могла с собой поделать. Мне хотелось знать, что в ней лежало. Что бы это ни было, такой расчётливый Оиилэ, как Рагавурр, не стал бы просто так отправлять свою акулу в Лаан Гиугин. В шкатулке было что-то очень ценное.
Обедали мы вдвоём, его друг, Омин, почему-то не стал заходить в дом и здороваться с Рагавурром. Я медленно жевала еду без аппетита, посол тоже ел неторопливо, что-то обдумывая. Когда слуга уже убирал со стола, в столовую заплыл посыльный.
– Вам передали приглашение на званый обед, господин. Завтра Вас и Вашу избранницу будут ждать в магиу Правителя. Какой ответ им передать?
– Скажите, что мы принимаем приглашение.
Посыльный раскланялся и уплыл.
– Кажется, нас ждёт выбор наряда, милая Лэина, – Рагавурр довольно улыбался, и мне захотелось воткнуть ему в руку каменную шпажку, лежавшую на моей тарелке. Я опустила голову, ища её взглядом, но слуга уже унес всю посуду со стола. Жаль.
Он проводил меня до комнаты и приподнял жемчужный занавес, чтобы я заплыла.
– Точно не хочешь переночевать у меня? – спросил он.
Я бросила на него злобный взгляд, и он, как обычно, расплылся в улыбке.
– После завтрака принесут наряды на выбор. Не проспи, милая Лэина.
Он опустил жемчужный занавес и просто уплыл, а я выдохнула с облегчением. Это была первая ночь в Скалистом городе, когда моё сознание не было затуманено, и я не находилась в беспамятстве. Я подошла к резному окну и взглянула на улицу, но из окна почти ничего не было видно. Возле обнесённого небольшим каменным забором особняка даже рыба с фонарями почему-то не плавала. Она, наверно, тоже боялась хозяина этого магиу или скорее его ручную акулу.
Я долго ворочалась в кровати и, наконец, заснула, а на утро, после отчаянного сражения за закрытость моего наряда, уже готовилась к званому обеду. Служанка сказала, что посол частенько бывал на них приглашён, и мне предстояло посетить немало подобных сборищ. Что ж, если они будут проходить спокойнее, чем бал, на котором я заработала свою метку, то я могла смириться с подобного рода увеселениями.
Ближе к обеду за нами заехал эрум. Рагавурр посадил меня внутрь и сел рядом, казалось, слишком близко. В последнее время его присутствие я ощущала особенно остро, и на каком бы расстоянии он ни находился, мне всегда хотелось отодвинуться подальше. Так и сейчас, я вжалась в дверь, надеясь, что поездка окажется короткой. Посол усмехнулся и придвинулся ко мне вплотную, а я отвернулась и терпела молча, потому что он имел неприятную привычку делать мне всё назло.
Магиу Правителя оказался значительно больше, чем у Главы племени Улиан. Огромное трёхэтажное, что уже большая редкость, каменное здание раскинулось на площадь, которую могли занять сразу несколько обычных особняков. Сад, разбитый у входа, показался мне скупым, но и он, как объяснил Рагавурр, считался диковинкой в Ругоии Гиугин. Интересно, что скажут жители этого города, когда за домом посла раскинется настоящая роща?
На входе не было толпы, поскольку на этот званый обед были приглашены лишь некоторые члены советов из знатных родов Ругоии. Мы заплыли внутрь в огромный светлый холл с колоннами и статуями, он кричал непривычной для меня роскошью. Из него нас проводили в один из залов поменьше, в котором уже собрались почти все приглашённые. На выставленных вдоль стен длинных рядах столов слуги раскладывали угощения, в центре зала парочками и тройками стояли знатные Оиилэ Скалистого города. Наряженные в одежды из самых дорогих материй, они держались уверенно и деловито, словно это в их племени, а не в нашем, текла королевская кровь.
Ругоии правили много веков и, наверняка, уже и думать забыли, что победа в том поединке за власть была нечестной. Я сделала глубокий вдох и изобразила на лице равнодушие, граничащее с доброжелательностью. Друзей в Скалистом городе заводить мне было не к чему, но и без врагов хотелось бы обойтись. Рагавурр взял меня под руку, и мы начали плавать от одной компании к другой, где он демонстрировал меня, как ценное и необычное приобретение. Все ахали и удивлялись, но по их глазам я видела, что слух обо мне опередил наше очное знакомство. Кто-то смотрел с нескрываемым любопытством, а кто-то с трудом сдерживал презрение и неприязнь. У меня закралось подозрение, что такого рода неприязнь не могла быть вызвана только лишь моим происхождением.
Поприветствовав, как мне показалось, каждого из приглашённых, мы остановились у весело болтавшей компании, в которой несколько кавалеров обхаживали одну светловолосую и до неприличия красивую девушку. Её светлый цвет волос больше походил на тот, что бывает у наземных, и я с интересом за ней наблюдала. Она точно не была одной из Гаанэ, но в ней могли говорить сильные гены наземной матери. Должно быть, это была дочь Правителя и его последней наземной жены.
Светловолосая Оиилэ вела себя непринуждённо и совсем не заносчиво, что было редкостью для столь знатных особ их Ругоии Гиугин, города роскоши и статуса. Она заочно успела завоевать моё в меру благодушное отношение. Заметив на себе мой взгляд, она слегка поклонилась своим ухажёрам и подплыла к нам.
– Советник Рагавурр, какая приятная встреча! – пропела дочь Правителя.
Посол слегка склонил голову в знак приветствия и представил меня как свою избранницу. Каждый раз, когда он говорил это, меня невольно передёргивало. Девушка оказалась весьма наблюдательной. Заметив мою странную реакцию, она взяла меня под руку и предложила доплыть до столов и взять что-то поесть. Оставив посла в одиночестве, мы пропыли почти на другой конец зала.
– Должно быть, это сложно – оказаться в столь непривычном месте, где у тебя нет ни знакомых, ни друзей! – сказала она просто и прямо, с пронзительным пониманием в голосе. – Советник Рагавурр не простой Оиилэ, и у него тяжёлый характер. Если тебе нужно будет с кем-то поделиться, я буду рада выслушать.
Обычно я сторонилась девичьих разговоров по душам, но впервые в жизни я оказалась так далеко от дома, и рядом со мной не было ни одного Оиилэ, с которым можно было поговорить откровенно и не ждать подвоха. Эта приятная девушка выглядела столь невинно, что, сама того не заметив, я кивнула в знак согласия.
– Вот и славно! Как захочешь встретиться, просто отправь ко мне служанку, и за тобой заедет эрум. Попробуй вот это крабовое мясо. Оно невероятно вкусное! – она подвела меня к столу. – Кстати, я забыла представиться. Меня зовут Иинин, дочь Правителя.
Мы немного поболтали о нравах и традициях в Ругоии Гиугин. Потом Иинин рассказала мне несколько забавных историй про гостей, которые подплывали к столу, и, хотя разговор был весьма интересным, я всё равно невольно скользила взглядом по залу в поисках Рагавурра. Нашла я его на том же месте, где оставила, но только уже не одного. Рядом с ним, кокетливо качая головой и несдержанно смеясь, стояла рыжеволосая миниатюрная Оиилэ. Она то и дело невзначай касалась руки посла, и он не торопился от неё отстраниться. Мой взгляд был прикован к этой воркующей паре, и я перестала обращать внимание на продолжавшую что-то увлечённо рассказывать мне Иинин.
Она замолчала и тоже перевела взгляд на Рагавурра.
– Кто эта Оиилэ?
– Овинна, одна из его из невест.
Глава 5
Одна! из его невест. Эти слова ножом полоснули по слуху. Он хитростью выудил из меня согласие на ухаживания, привёз в ненавистный город Ругоии, представил всем как свою избранницу, а у него и правда уже есть невеста, и к тому же не одна. Как должно быть весело ему выставлять меня деревенской дурочкой, которая надеется на брак с высокопоставленным вельможей.
– И много у него таких… невест?
– Двенадцать, – ответила Иинин.
От удивления я чуть не выронила из рук каменную шпажку с крабовым мясом. По мне иметь две невесты было уже чем-то невообразимым и совершенно неприемлемым, но чтобы сразу двенадцать… Правду говорили мои соплеменники, когда называли Ругоии Гиугин городом разврата.
– Но ты не подумай лишнего… – сказала Иинин после неловкой паузы. – Они ещё не совсем его невесты. А пока только кандидатки…
Я приподняла одну бровь, пытаясь понять, в какой момент заканчивалось кандидатство и происходило официальное заступление на пост «невесты Рагавурра».
– И что, их это устраивает? Всех до единой?
– Ну… В большинстве случаев. Ты ведь знаешь про Илаи Оиирар? Когда завидного холостяка, нежелающего жениться, обязывают выбрать невесту. Племя выделяет по одной из каждого рода и из торговой общины.
– В Улиан Гиугин нет такой традиции. У нас уважают чувства как девушек, так и мужчин. И кто же из присутствующих здесь Оиилэ ещё претендует на пост? – спросила я немного сдавленным голосом. Почему-то вся эта история с невестами, которая была мне невероятно выгодна, вызывала раздражение вместо радости.
Иинин начала показывать мне одну девушку за другой, и каждая из них была красива по-своему. С такими «кандидатками» выбор у посла был крайне трудным, у меня бы тоже глаза начали разбегаться. Пока Иинин представляла мне дам сердца Рагавурра, я загибала пальцы.
– Это только одиннадцать, – я поправила дочь Правителя. – А где двенадцатая?
Она замялась, зарделась и отступила от меня на шаг.
– Двенадцатая – это я, – сказала она еле слышно.
Я посмотрела на неё совсем другими глазами. Всего несколько минут назад эта «кандидатка» предлагала мне дружбу. Это ли не странно?
– Умоляю, не смотри на меня так, дорогая Лэина. Я из тех, кто не хотел бы участвовать в этом Выборе. Но мой отец настолько доверяет Рагавурру и так мечтает с ним породниться, что, когда он услышал про объявление Илаи Оиирар, отказался слушать любые мои возражения, – она говорила быстро и сбивчиво, всем видом показывая, что она просто жертва обстоятельств. – Я за него не борюсь и надеюсь, что он понимает и уважает моё нежелание выходить за него замуж.
Я горько усмехнулась. Рагавурр был не из тех Оиилэ, которые уважали чьё-то нежелание что-то делать. Наивной Иинин казалось, что она знала его лучше меня, и я бы хотела взглянуть на выражение её лица, когда она увидит истинный облик Морского змея.
– Но раз уж он привёз тебя с собой из Улиан Гиугин, возможно, он не хочет выбирать ни одну из невест Ругоии… Я слышала, он разрешил тебе разбить сад за его домом, – прошептала Иинин, будто это была страшная тайна.
Я кивнула и снова устремила взгляд на рыжеволосую «кандидатку на пост», которая стояла к послу уже вплотную и шептала ему что-то на ухо. Я скрипнула зубами от злости, и вокруг по воде разошлись небольшие волны.
– Лэина?.. – Иинин испуганно охнула рядом.
Я бы могла сделать вид, что меня не беспокоило подобного рода неуважительное отношение посла к своей «избраннице», которую он притащил в такую даль, чтобы показать ей, какой у него на самом деле был богатый выбор. Но эту идиллию, представшую перед моим взором, я просто обязана была нарушить.
Не сдержав злобную ухмылку, наверняка выглядевшую странно и непривычно на моём лице, я упёрлась одним когтем в поверхность метки на левой ладони, вспоминая, как мучительно больно мне было в эруме, когда я пронзила метку Рагавурра на предплечье. Тогда словно множество когтей раздирали мою кожу по всему телу. Всё ещё ухмыляясь, я вонзила коготь в метку и с упоением наблюдала, как спина посла резко выпрямилась и застыла. Медленно он повернул голову в мою сторону и через открывшуюся Связь сказал:
– Кажется, я предупреждал тебя больше так не делать! Дома тебя будут ждать неприятные последствия. Хотя… может быть, и приятные…
Меня передёрнуло от его предупреждения, и приятные последствия пугали больше всего. Но увидев, как посол попрощался с рыжеволосой девушкой и направился к нам, я почувствовала удовлетворение от результата своей маленькой шалости.
Когда он подплыл, его лицо уже было спокойным и, как всегда, не выражающим ничего, кроме насмешки. Небольшая рана, оставленная когтем, не торопилась заживать, и Рагавурр тоже не спешил закрывать Связь. В открытом коридоре наших мыслей я чувствовала себя неуютно. И если перспектива «наказания» меня пугала немного, то опасность открытой на весь вечер Связи наводила ужас.
– Что это? Похоже на кровь, – Иинин втянула воду носом.
Она начала осматриваться и принюхиваться. И после недолгих поисков, сощурив глаза, она схватила мою левую руку.
– Да у тебя же рана! Надо срочно позвать целителя. Где ты умудрилась пораниться?
– Наткнулась на шпажку. Ничего страшного, но от целителя я бы не отказалась… – я бросила взгляд на Рагавурра. Это был мой шанс закрыть дурацкую Связь между нами.
Он аккуратно забрал мою руку у Иинин, но предусмотрительно избегал метки, чтобы не коснуться её ненароком.
– Всего лишь царапина, – сказал он, изучив ранку. – Не стоит поднимать из-за этого шумиху. Моей избраннице и так сегодня уделяют слишком много внимания.
– Но как же…
Рагавурр посмотрел на неё твёрдо и холодно, и она замолчала. Я выдернула свою ладонь из его рук и посетовала на злопамятность этого похитителя женских сердец. На какое-то время повисло неловкое молчание, от которого нас спас Омин, подплывший к столам, чтобы поживиться чем-нибудь вкусненьким. Этот добродушный и улыбчивый Оиилэ тут же начал расхваливать гостей и хозяев, рассказывать, как он хорошо поел и с кем успел поболтать, и постепенно наша компания начала оттаивать.
– Вы уже приветствовали моего батюшку, советник Рагавурр? – неожиданно спросила Иинин.
– Его не было в зале, когда мы здоровались с гостями.
– Не хотите ли подплыть к нему сейчас? Вон он, неподалёку.
Рагавурр протянул мне руку, и я бросила взгляд на Правителя, которого трудно было спутать с обычным Оиилэ. Несмотря на то, что он был не очень высокого роста, его широкие плечи, прямая осанка и властная жестикуляция говорили о его силе и статусе. Он был облачён в облегающую рубашку цвета тины и широкие, подвязанные внизу чёрные штаны с расшитым необычными узорами поясом. К нему то и дело подплывали гости и кланялись слишком низко для приветствия рядового соплеменника, Правитель же отвечал едва заметным наклоном головы.
– А можно я подожду вас здесь? – я поглядывала больше на Иинин, чем на посла. От неё понимания и сострадания дождаться можно было быстрее. – Я ещё не знакома с вашими обычаями и не хотела бы оставить о себе плохое впечатление.
– Не бойтесь, плывите. Я составлю Лэине компанию, пока вас не будет, – вступился Омин и стал активно выпроваживать моего спутника и его «кандидатку на пост». Рагавурр сверкнул лукавым взглядом и без особых возражений оставил меня со своим другом.
Омин продолжал весело болтать, а я слушала и время от времени кивала, гадая зачем он проводил моего ухажёра, а сам вызвался побыть со мной. Вчера мы расстались с ним не на самой приятной ноте, и будь я на его месте, не стала бы тратить время на взбалмошную и гордую «временную избранницу» друга.
– Омин, – прервала я его, – как ты думаешь, почему Рагавурр не выбрал ни одну из предложенных ему невест?
Он запнулся.
– Рассказал тебе?
Я промолчала, продолжая наблюдать, как посол разговаривал о чём-то с Правителем. Иинин стояла между ними и, если она и была против излишней близости с послом, по ней было крайне трудно это понять. Омин принял моё молчание за согласие.
– Я и сам не знаю, чем они ему не приглянулись. Я бы такому выбору обрадовался!
Я усмехнулась, сомневаясь, что у этого приятного и харизматичного Оиилэ могли быть проблемы с противоположным полом.
– Лэина, – он попытался отвлечь меня от созерцания мускулистой спины Рагавурра, и я оглянулась на него. – Если ты не хотела принимать ухаживания, то зачем же дала ему согласие?
Омин казался хорошим и надёжным, и любая другая девушка, наверняка, поспешила бы поделиться с ним переживаниями и трудностями, выпавшими на её долю. Но мне, несмотря на его притягательно безобидную внешность, от перспективы откровений становилось не по себе.
– Он не тот Оиилэ, которому легко отказать, – ответила я уклончиво.
– Тут не поспоришь, Рагавурр умеет убеждать! – он замолчал ненадолго, и я, потеряв интерес, вернулась к наблюдению. – Когда истечёт срок ухаживаний… что ты планируешь ответить?
Я перевела взгляд на Омина. Его интонация, жесты, неловкие паузы казались мне знакомыми. Так вели себя соседские ребята, когда пытались привлечь моё внимание или с замиранием сердца наблюдали, как я отреагирую на их выходку или подарок. Я невольно улыбнулась, проведя эту параллель. Если так, то его странное поведения становилось легко объяснимым. И то, что он пыталась остаться со мной наедине, и то, что приходил навестить меня в саду, и то, как интересовался моими отношениями с Рагавурром.
– Разве не для того, чтобы я могла принять решение, даются эти три месяца?
– Понимаю… Рагавурр удачная партия, от которой непросто отказаться.
Я покачала головой.
– Да уж, партия и впрямь удачная. Знатный Ругоии, который чуть не отправил мою названую сестру в Мир голосов.
Омин заулыбался, словно мои слова подняли ему настроение, которое и так на вид было весьма неплохим.
– А этот ваш обряд Илаи Оиирар подразумевает какое-нибудь наказание за отказ от выбора невесты?
– Так-то да. За это изгоняют из племени. Если, конечно, жених не объявит о помолвке с другой Оиилэ…
Объект нашего обсуждения вернулся и занял место между мной и своим другом, с интересом изучая выражения наших лиц. Особенно внимательно он смотрел на меня.
– Любопытные у вас разговоры, – я услышала его голос у себя в голове, и меня обдало жаром: я совершенно забыла, что всё это время между нами была открыта Связь.
Глава 6
Я сделала вид, что не расслышала этого замечания, а когда он отвернулся, невзначай задела его пораненной рукой, и метка тут же начала затягиваться, закрывая нашу Связь.
Весь вечер к нам подплывали знатные Оиилэ с супругами, обменивались любезностями, расспрашивали посла о его поездке в Улиан Гиугин, а он отвечал на каждый вопрос уклончиво и общими фразами. Казалось, его было невозможно загнать в угол, изворотливый и предусмотрительный, он всегда был на шаг впереди.
О Лунной чете и о пробуждении трезубца Ариан он в итоге поведал настолько размыто и неопределённо, что, если бы я не знала историю сама, ни за что бы не поняла, как всё было в действительности. От долгого стояния на месте у меня затекло тело, и начали ныть ноги, я то и дело обходила посла то с одного бока, то с другого и скучающе поглядывала по сторонам. В Улиан Гиугин редко проводили такие приёмы, и теперь мне казалось, что это было к лучшему. Совершенно пустая трата времени.
Я взглянула на посла, но он сосредоточенно и внимательно следил за гостями в зале. Возможно, он знал об этом приёме что-то, чего не знала я. К концу вечера слуги убрали со столов еду, и в центр зала вынесли ламиир, традиционный музыкальный инструмент подводного мира, состоящий из множества каменных пластин. Он был значительно меньше того, который стоял у колонны на нашей площади во время бала. Однако этот инструмент выглядел дорого, и каждая пластина имела необычный дизайн. Играть на нём выплыла не одна девушка, а две. Они заняли места с разных сторон и занесли над инструментом ударные палочки. Таким способом играли мелодии для танцевальных композиций, которые юные Оиилэ изучали с ранних лет.
Гости оживились, многие собирались принять участие в танце. Рагавурр протянул мне руку. Я покосилась на стоявших рядом Иинин и Омина и не решилась отказать своему спутнику. Наши распри мне хотелось оставить между нами.
Заиграла мелодия, и гости заняли позиции.
– Это же Танец теней!
– Да. В Ругоии Гиугин мелодия немного отличается, но сам танец, по сути, такой же.
Его танцуют парами, и чаще всего это должны быть хорошо знакомые Оиилэ, потому что в танце запрещено прикасаться к своему партнёру. Мужчина ведёт, а девушка следует. Они держатся близко, при каждом движении оставляя между собой всего несколько сантиметров, но отдаляются друг от друга, так и не коснувшись. Без глубокого взаимопонимания и готовности партнёра вести, а партнёрши следовать, танец будет выглядеть неуклюже и смешно.
Я смотрела на Рагавурра и несказанно радовалась, что Связь между нами была закрыта, потому что все мои мысли были лишь о том, что меня ждал невероятный позор на глазах у всех гостей этого званого обеда. Передо мной опять всплыла картина флиртующей с послом рыжеволосой «кандидатки», и мне стало не по себе.
Партнёры сделали шаг и поплыли наверх, партнёрши последовали за ними.
Рагавурр поднял правую руку и отвёл её в сторону, я почти положила на неё свою, но остановилась за мгновение до прикосновения. Он почти положил левую ладонь мне на талию и стал плыть назад, я следовала близко, не нарушая выбранного им расстояния. Он сделал кружащий жест рукой, и я последовала за этим жестом всем телом, поворачиваясь вокруг своей оси.
Мелодия начала ускоряться, а движения повторяться быстрее. Слабые танцоры вскоре сдались и отплыли в сторону, чтобы понаблюдать за более слаженными парами. К моему удивлению, мы ни разу не нарушили ритм и не соприкоснулись.
Танец ускорился снова, и лёгкое головокружение порой лишало меня равновесия. Но Рагавурр отдалялся от меня каждый раз, когда я норовила врезаться в него. Ещё несколько пар опустились, а мы продолжали кружиться.
При очередном приближении, я почувствовала на своей ладони лёгкое прикосновение. Оно было едва заметным, и мне показалось, что посол начал терять контроль. Но вопреки моим ожиданиям, мы не сбились с ритма и продолжили слаженно двигаться. При следующем приближении ещё одно лёгкое прикосновение опалило мою кожу, и я вспомнила Танец морских драконов, в котором Рагавурр направлял на меня жалящие электричеством потоки воды. Но в этот раз вместо болезненных ударов были касания столь нежные, что я никак не могла соотнести их с тяжёлым и жестоким характером этого Оиилэ.
Он стал касаться меня чаще, а расстояние между нам опасно сократилось. Я чувствовала жар его тела и ровное, но частое дыхание на своей коже. Вспышка на плече – он легонько провёл по нему пальцем. Огонь на ладони – он задел её своей. Едва заметное касание щеки. Всё моё тело напряглось и стало прислушиваться, приноравливаться и пытаться угадать, куда приземлится следующее прикосновение. От этой опасной близости в животе возникало щекочущее чувство, сердце замирало в ожидании касания и снова начинало биться после того, как мы отдалялись ненадолго.