Невеста скованного лорда

Глава 1

– Наконец-то очнулась, – незнакомый голос и практически незнакомый мужчина. Волосы тёмные как ночь. Глаза чёрные, как уголь. И слегка загорелая кожа на мужественном лице.

– Кто вы? – мой вопрос почти утонул в плеске волн. Комната, в которой я лежала на пуховой кровати, покачнулась. Медленно вправо. Потом медленно влево. – И где мы?

Обвела взглядом интерьер. Деревянный потолок с перекладинами, такие же деревянные стены, заставленные сундуками, из единственного узкого окошка в противоположной стене на пол падал косой луч света. В воздухе пахло сыростью и немного солью.

– Кхм… – нависавший надо мной брюнет отчего-то сконфузился. – Мы в дороге, – ответил он расплывчато.

– В дороге куда? – в мыслях пронеслись последние воспоминания. Я – пытаюсь сообщить о пропаже своей госпожи. Он – этот же незнакомый брюнет – входит в комнату леди Мунтэ. И в ту же секунду кожу на моей спине обжигает дикая боль. Поворачиваюсь на звук его шагов, вижу угольные глаза, и пол начинает уходить из-под ног. После этого – провал. – Куда мы едем? – повторила я настойчивей.

– Плывём, – насмешливое в ответ. Но за этой насмешкой чувствовалось напряжение, а не беззаботность.

– Так куда же?

– Видишь ли, у меня есть остров, – незнакомец не стал расшаркиваться на «вы» и прочие любезности. – И ты плывёшь ко мне… погостить.

– В гости? – ни разу из обморока я не перемещалась в гости. Тем более к кому-то, кого вижу второй раз в жизни.

– Ну-у да, – подтвердил брюнет, чуть отсаживаясь и протягивая мне ладонь. – Продолжительные гости, – добавил после некоторых раздумий.

Поколебавшись немного, я взяла предложенную брюнетом руку. Он помог мне присесть в кровати и даже подушку поправил у меня за спиной.

– И насколько продолжительно я буду гостить?

На губах брюнета заиграла до неожиданности обворожительная улыбка. У меня даже сердце на мгновение забилось чаще.

– Надеюсь, пожизненно, – ответил он, разрушая магию своего обаяния.

В каюте повисла тишина. Поначалу я приняла его слова за шутку, но незнакомец не смеялся и, похоже, не шутил.

– Угу, – кивнула я, пытаясь сообразить, как обычный обморок мог обернуться морским путешествием в один конец. – Пожалуй, на этот счёт у меня будут возражения, – подытожила висевшую между нами тишину.

– Возражения – это похвально, – согласился незнакомец, – но бесполезно. Корабль – мой, так? – я молчала. – Так, – ответил брюнет за меня. – И плывёт он исключительно туда, куда я укажу. А указываю я на свой остров.

– Вам что на острове камеристок не хватает? – вспылила я вдруг.

– С камеристками у нас проблем нет, милая Кэтлин, – брюнету откуда-то было известно моё имя. Только звали меня не Кэтлин, а Кэт. – А вот с невестами дела обстоят куда хуже. Вот у меня, например, – он всплеснул руками, – была когда-то невеста, – и замолчал.

– И что с ней стало?

– Несколько дней назад я бы ответил, что мою невесту похитили и судьба её неизвестна.

– А теперь, что вы ответите?

– А теперь я скажу, что с ней удивительным образом всё в порядке, – он довольно ухмыльнулся, глядя на меня. – И добавлю, что сейчас она возвращается домой вместе со мной.

В груди похолодело. Это он обо мне говорил, что ли? Какая я ему невеста? Меня, кроме него, никогда и никто не похищал. Я и в море-то впервые оказалась.

– Тут какая-то ошибка, – сказала я решительно. – Вы меня с кем-то перепутали.

– Каталина Арди, родилась на острове Иль-Нойер. Дочь предателей Сильвиии Ромула Арди.

– Я же говорю, тут ошибка, – начала я закипать. И подавшись вперёд, с вызовом посмотрела в угольные глаза этого сумасшедшего. – Меня зовут Кэт, а не Каталина. И фамилия у меня Симас. Я родилась на материке, а не на… – запнулась, припоминая название, и, вспомнив, закончила уже испуганнымшёпотом, – острове Иль-Нойер… Вы что, тот самый лорд?

– Который из? – брюнет приподнял бровь, якобы не догадываясь, о ком я говорила.

– На Иль-Нойер только один лорд, – мои пальцы невольно вцепились в простыни. – Вы тот, который Скованный?

От одного упоминания о нём по спине пробежал холодок. Чего я только ни слышала об эррах острова Иль-Нойер. Но самые страшные рассказы были про их несчастных жён. Девушек готовили к столь печальной судьбе с самого детства и отдавали замуж в день совершеннолетия. Но брак, к которому они так долго готовились, никогда не бывал долог. Из своих юных жён эрры Иль-Нойер выпивали жизненную силу, всю до последней капли.

Я прошлась глазами по каюте, ища, чем можно оглушить моего похитителя.

– Мы далеко от берега, Кэтлин, – сказал брюнет, заметив направление моего взгляда. – Одна не доплывёшь.

– Так вы действительно тот самый? – сердце в груди колотилось, словно бешеное. Не знаю, как меня угораздило попасть на этот корабль и каким образом я превратилась из камеристки Кэт Симас в похищенную Каталину Арди, но эту ошибку нужно было исправлять немедленно.

– А что такого ужасного в том самом лорде? – в голосе брюнета слышалась обида. – И кстати, у него тоже есть имя. Освальд Воллен Шенье, граф Ильнорский к твоим услугам, – брюнет слегка поклонился. – Крайне рад знакомству, Кэтлин.

– Радость не взаимна, – ответила я дрогнувшим голосом и вжалась спиной в подушку. – Верните меня, пожалуйста, во Флуэн. Я никакая не Каталина и на вашем острове мне находиться незачем.

– Боюсь, этого я сделать не могу, – ответил он с сожалением настолько искренним, что я почти ему поверила.

– А что тогда вы можетесделать?! – в моём голосе стали появляться нотки истерики.

Он усмехнулся с явной горечью.

– Могу, как честный мужчина, на тебе жениться.

– Честные мужчины не похищают девушек и не затаскивают их на корабль, пока те без сознания. – Собравшись с мужеством, я посмотрела в угольные глаза Скованного лорда. – Я требую вернуть меня во Флуэн.

– Я тоже хотел бы много чего потребовать. От своей судьбы, например, – пояснил он. – Но ей мои требования глубоко безразличны. Как и мне – твои, – в его взгляде читалась ответная решимость. – Сегодня вечером мы прибудем в Ильнорский порт, а завтра – поженимся.

– Да не могу я быть вашей невестой! – закричала я, выхватывая лежавшую под моей спиной подушку и пихая её в самозваного жениха. – Говорю же, я никакая не Каталина.

– Уверена? – спросил брюнет ухмыляясь.

– Уверена, – прорычала я в ответ.

– Тогда это что? – отбросив на пол подушку, он ринулся ко мне и начал стягивать с меня платье. Завязки на груди отчего-то уже были развязаны. Я закричала и стала отбиваться, но брюнет с бешеным остервенением сдёргивал ткань вниз и успокоился, только когда одно плечо полностью оголилось.

Своим весом припечатывая меня к постели, брюнет потянулся правой рукой к стоявшему подле кровати трюмо и что-то с него схватил.

– Да успокойся ты! – закричал он, когда я снова начала под ним извиваться. – На вот, посмотри, – пихнул мне в руку круглое зеркальце.

– На чтопосмотреть?! – меня трясло, а на глаза навернулись слёзы.

– На плечо своё посмотри. Кэт. Симас, – моё имя он проговорил с такой злостью и досадой, что мне захотелось огреть его этим самым зеркальцем. Возможно, так бы я и сделала, будь оно хоть немного побольше и потяжелее. Но вместо этого, я смахнула со щеки слезу и выставила зеркальце вперёд, пытаясь понять, что такого особенного мне предстояло в нём увидеть. – Сзади, – процедил лорд недовольно. – Ближе к лопатке.

Я повернула плечо немного вперёд, а зеркальце отвела подальше назад. И поняла, что именно хотел показаться мне Освальд Шенье. На моей раскрасневшейся от недавней схватки коже виднелся тёмный рисунок в виде камня с символами внутри.

– Это что клеймо? – спросила я, с ужасом глядя на метку.

– А что похоже?! – вспылил лорд Шенье.

– Похоже, – всхлипнула я.

– Оно не единственное. И это не клеймо. А ты никакая не камеристка. И фамилия у тебя не Симас, и даже имя – не Кэт. Ты Каталина Арди. Похищенная сразу после рождения потомственная Заклинательница камней и моя невеста.

Из всего им сказанного самым страшным было слово «невеста». Потому что невеста Скованного лорда всё равно что невеста Смерти. Моя жизнь никогда не была ни лёгкой, ни зачастую радостной. И я искренне надеялась, что, получив должность камеристки, наконец вздохну с облегчением и поживу спокойно. Ну, почему из всех девушек Флуэна именно меня угораздило стать невестой этого душегубца?

– Я даже не знатных кровей, – взмолилась, роняя зеркальце на одеяло. – И не умею заклинать никакие камни. Уверена, на вашем острове найдётся более подходящая кандидатка.

– О твоих способностях и родословной я знаю побольше тебя. И повторю, наша свадьба состоится завтра.

– И вы считаете, я вот так просто должна согласиться отдать свою жизнь?! Ради чего я должна умирать?

Лорд Шенье обречённо вздохнул и нахмурился.

– Ты не умрёшь, – ответил он. – По крайней мере, не сразу.

– Не сразу? – с губ сорвался нервный смешок. – И каково же это, пожертвовать кем-то ради собственного долголетия? Наверно, вам это по нраву?

– Ради долголетия?! – закричал он. – Наслушаются легенди несут всякую чушь! – он сжал кулаки и зажмурился, пытаясь вернуть самообладание. Резко выдохнул. – У меня есть остров, – процедил он, открывая глаза, – и я на нём эрр. Ты же знаешь, кто такой эрр? Тот, кому принадлежат земли и на ком держится магия Твердыни. А знаешь ли ты, что означает название острова Иль-Нойер?

Хотя меня и учили грамоте, но древних языков я не знала, поэтому отрицательно покачала головой.

– Иль-Нойер означает «тонущий остров», – лорд Шенье на секунду замолчал, глядя мне в глаза. – Тонущий, понимаешь? – переспросил он. – И у меня почти не осталось сил, чтобы держать его на воде.

Его слова оседали в моём сознании медленно. Кристаллизуясь и формируя целостную картину.

– А у меня, значит, эти силы остались, верно? – спросила я. – И когда мои закончатся, тогда-то вы и будете растрачивать остатки своих, правильно? – меня вдруг затрясло.

– Не совсем, – лорд Шенье вздохнул и отвёл взгляд.

– Но в целом я изложила всё верно, так ведь? – он молчал. – Так ведь?!

– В целом так.

– И по-вашему, моя жизнь в обмен на плавучесть острова Иль-Нойер цена допустимая?

– А по-твоему, нет?

Моя рука дёрнулась, и пальцы сами вцепились в лежавшее на одеяле зеркальце. Оно сверкнуло в воздухе и полетело в лицо моего самозваного душегубца. Увы, но реакция у него оказалась спорой. Он резво пригнулся, а зеркальце, пролетев над его головой, ударилось об пол и со звоном разбилось.

– Ну, допустим, твоя жизнь – высокая цена, – согласился лорд Шенье. – Но что, по-твоему, я должен делать? Позволить острову утонуть? Сказать его жителям, что у них больше не будет дома, и лишить королевство уникальных по силе заговорённых камней? Это я, по-твоему, должен сделать?

– Да, примерно это и должны.

Лорд Шенье натянуто улыбнулся и кивнул, якобы понимающе.

– Свадьба завтра, – отрезал он, стерев с лица улыбку, и направился к двери каюты. Коснувшись ручки, оглянулся. – Осторожнее, – кивнул подбородком в сторону лежавшего на полу зеркальца. – Не поранься об осколки.

Ключ звякнул, поворачиваясь в замке, и в каюте наступила тишина.

В груди у меня клокотало, а руки тряслись. Имей я хоть что-нибудь ещё под рукой, то непременно отправила бы и это вслед за ушедшим графом Ильнорским.

«Несносный, упёртый и язвительный негодяй!» – ругала его мысленно и одновременно сокрушалась о своём незавидном положении. Я сидела взаперти на корабле, плывущем к месту моего пожизненного заключения.

– Ну, и что мне теперь делать? – спросила зачем-то вслух. Услышав собственный вопрос, мой паникующий разум не растерялся и тут же начал подбрасывать идеи, одна из которых оказалась на удивление здравой и удачной.

Я скользнула взглядом по уставленным сундуками стенам каюты и ринулась к тому из них, на котором не висело замка. Подняла тяжёлую крышку и оценила содержимое. Внизу – аккуратно сложенная мужская одежда, поверх – пара ремней, фляга, завёрнутые в ткань ботинки и сбоку от них две увесистых шкатулки.

Взяв самую верхнюю, я заглянула внутрь и ничуть не расстроилась, когда не нашла в ней дорогих украшений или монет. Потому что искала я нечто совершенно дешёвое и простое, но при этом способное спасти мою жизнь. Отодвинув в сторону шило, я порылась в лежавших в шкатулке мотках ниток, запонках и пуговицах и с ликованием нащупала между ними клочок плотной ткани, в который было воткнуто несколько иголок, крупных и помельче.

Хотя лорд Шенье, уходя, благоразумно запер каютную дверь, меня этот замок не пугал. Мне не раз приходилось выбираться из закрытых комнат. Приёмные родители, вырастившие меня и семнадцать моих братьев и сестёр, тоже любили запирать. Двери, шкафы, амбары, детей. Особенно на ночь. Надо ли говорить, что детям не нравится сидеть взаперти и что рано или поздно они находят способы для побега?

Однажды Томас, один из моих старших братьев, пришёл домой довольный и пообещал научить нас чему-то невероятному. Этим невероятным оказалось умение отпирать замки. Самые простенькие, конечно, но нам и такого навыка хватало. Поэтому найдя в графском сундуке иголки, я сочла их инструментом, пусть и не самым лучшим. С их помощью мой отчаянный план вполне мог бы сработать.

А планировала я следующее: незаметно, пока графане будет поблизости, сбежать из своей каюты, найти самый укромный и тёмный уголок на корабле и дождаться, когда мы причалим к берегу. А уже после – затеряться на острове и при первой возможности отправиться обратно на материк.

Подойдя к двери, я воодушевлённо принялась за дело. Но каютный замок, с виду казавшийся простым, на деле потребовал особого мастерства, коим я, к собственному огорчению, не обладала. Испробовав все до единой иголки и даже толстое шило, я расстроенно бросила его на пол, и сама плюхнулась рядом. Оперлась спиной о запертую дверь и откинула голову назад, прикрывая веки и чувствуя под затылком шершавую поверхность досок.

Голова гудела, а на глаза наворачивались слёзы. Не от отчаяния, а от бессилия. Быть не в состоянии повлиять на собственное будущее – это злило меня больше всего. Я раздражённо стукнула кулаком по каютной двери, и она вдруг поехала назад, резко распахиваясь и лишая меня опоры. Следуя за ней, я эпично вывалилась в коридор и, распластавшись на полу, встретилась взглядом со стоявшим у моей головы графом.

В одной руке он держал отполированный и явно заставленный чем-то поднос, а другой придерживал только что распахнутую дверь. Тут-то у меня и закралось подозрение. Уж не подпирал ли он её специально, пока я мучилась и думала, что замок не поддавался?

На лице моего самозваного жениха читалось самодовольство и искреннее веселье.

– Не прошло и часа, а ты уже у моих ног, – сказал он ухмыляясь. – А сама говорила, что против.

Вскипевшая во мне ярость и нежелание сдаваться, придали мне безосновательной решимости. Вместо тайного и оправданного логикойпобега, я собралась устроить явный и совершенно бессмысленный.

Пока мой душегубец радовался удачной шутке, я юркнула между ним и открытой дверью и бросилась к лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Полсекунды – ровно столько понадобилось графу, чтобы среагировать. Позади меня раздался грохот упавшего на пол металла и бьющегося фарфора, а следом – быстрые и почти бесшумные шаги.

С ловкостью хищника в разгаре охоты лорд Шенье, пропуская ступени, взлетел по лестнице, догнал меня и рывком потащил назад. Толкнул к деревянным перилам и обхватил, прижимая мои руки к телу и не давая вырваться.

Несколько раз дёрнувшись в его цепком захвате, я зарычала от досады и яростно посмотрела на этого самозванца, мечтая испепелить его на месте. К этому моменту с лица лорда Шенье уже сползло и самодовольство, и веселье. Теперь на меня смотрели с должной серьёзностью.

Правда, от этой серьёзности у меня по спине пробежал холодок.

В жизни я видела немало крупных мужчин. Среди крестьян и обычных работяг порой встречались почти великаны, таскающие мешки с такой лёгкостью, будто там пух, а не зерно или песок. Но даже при виде подобного громилы мне было бы не настолько неловко и страшно, как при виде посерьёзневшего лорда Шенье.

Его тело, совсем не великанское, всё же казалось крупным. Из-за нашей вынужденной близости я чувствовала, как крепки и напряжены были его мышцы, как широки – плечи, как высок – рост. В сравнении с ним я казалась себе маленькой и слабой. Беспомощной добычей в цепких лапах охотника.

Но больше всего пугала исходившая от него сила. Она обволакивала, и притягивала, и требовала подчинения. Наверно такая энергетика и должна быть у человека, который держит на плаву целый остров.

– Что-то вы себе п-позволяете? Отпустите меня н-немедленно, – пролепетала я, хотя собиралась потребовать.

– А что я позволяю? – спросил брюнет, приподнимая бровь. – Ты моя невеста, и мы почти женаты. Скоро я смогу позволить себе намного больше.

Его слова осели в сознании не сразу. Но как только я поняла, к чему он клонил, напущенное его силой и близостью марево тут же спало.

– Я говорю, отпустите меня! – забилась в его руках, пытаясь оттолкнуть от себя этого наглеца.

– Ну допустим, отпущу, – сказал он, при этом удерживая меня ещё крепче. – И что дальше? Сбежишь?

– Сбегу, конечно! – закричала я, окончательно потеряв самообладание.

– Угу, – кивнул брюнет понимающе. – Сбежишь, значит…

Безо всякого предупреждения он присел и ловко закинул меня на плечо. Я повисла вниз головой, наблюдая, как ступени сменяют одна другую. Лорд Шенье поднимался на верхнюю палубу.

– Куда вы меня несёте? – потребовала я и для убедительности стукнула лорда кулаком по бедру, но мой удар он то ли не почувствовал, то ли сделал вид.

– Ты ведь сбежать хотела, так? – спросил он, преодолевая ступеньку за ступенькой. – Вот я и решил исполнить твоё желание.

Радости от услышанного я не испытала никакой, потому что не верила ни единому слову этого негодяя. И тут же убедилась в собственной правоте.

Лорд Шенье поднялся на верхнюю палубу, расслабленной походкой подошёл к бортику и повернулся к нему спиной, так, чтобы мне было видно бушующее за бортом море. Его крупные волны раскачивали корабль и пенились, ударяясь о доски. Брызги от их удара долетали до моего лица, наполняя ноздри запахом свежести и соли.

– Кстати, в какую сторону ты собиралась бежать? – спросил лорд Шенье так буднично, будто мы говорили о погоде. Мол, давно ли у вас не было дождя? У нас вот тоже давненько засуха. – Ну так в какую? – переспросил он. – По такой погоде плыть тяжело. Поднесу тебя к нужному борту, чтобы сократить дорогу.

Со всех сторон послышались смешки моряков.

– Ну так что? Или здесь сойдёшь? – лорд Шенье покачнулся назад вместе с кораблём, и мне вдруг показалось, что он вот-вот разожмёт руки и выбросит меня за борт.

– Немедленно поставьте меня на пол! – закричала я и начала бить его по ногам.

– Что, бежать уже передумала? – удивился он и нагнулся вперёд вместе со мной.

Как только мои ступни коснулись палубы, а руки графа перестали сжимать мои бёдра, я тут же попятилась от этого сумасшедшего. Но далеко уйти у меня не вышло. Нас плотным кольцом окружали развеселённыезрелищем моряки. Они смотрели на меня с откровенной насмешкой и не спешили расступаться.

– Если ты не собиралась в одиночку уплывать на материк, то что же ты планировала делать? – спросил душегубец, скрещивая руки на груди и глядя на меня выжидательно.

– Спрятаться и сбежать, когда причалим, – процедилая в ответ, мысленно желая ему самому свалиться за борт.

– Спрятаться и сбежать, – кивнул лорд Шенье. – Неплохой план, – одобрил он. – Значит, так и поступим. Господин Ирбан, – обратился он к мужчине в расшитом сюртуке и треуголке, по всей видимости, капитану, – скажите всем, чтобы поднялись на верхнюю палубу. Моей невесте нужно срочно спрятаться. Мы же не хотим, чтобы кто-то случайно увидел её укрытие.

Поначалу я подумала, что лорд Шенье решил надо мной поиздеваться, но вскоре убедилась в обратном. Отдав приказ, он терпеливо дожидался, когда моряки, занятые работой на нижних палубах и в трюме, соберутся наверху.

– Предлагаю пари, – обратился он ко мне и махнул рукой в сторону ведущей на нижнюю палубу лестницы. – Я дам тебе час на то, чтобы хорошенько спрятаться. И если до прибытия на Иль-Нойер я тебя не найду, то позволю вернуться на материк. Но если найду, ты сойдёшь с этого корабля вместе со мной, не выказывая никакого сопротивления и радостно улыбаясь всем встречающим.

Глава 2

Каталина Арди

Среди моряков повисла тишина. На графа устремились удивлённые и даже недовольные взгляды.

– Ваше сиятельство, – послышался мужской голос позади меня, – неужели вы правда собираетесь?..

– Молчать! – приказал лорд Шенье, и шепотки затихли, как и осмелившийся выступить моряк. – Ты согласна на такое пари? – спросил у меня душегубец.

Моё сердце колотилось уже не в груди, а где-то в глотке. Это предложение казалось совершенно невыгодным лорду. Ради чего он шёл на подобные уступки? Однако отказываться от этой возможности я не собиралась.

– Когда именно вы позволите мне вернуться на материк? – уточнила на всякий случай. Не хотелось бы согласиться на пари, не определившись со сроками исполнения.

Лорд ухмыльнулся и одобрительно кивнул.

– Мыслишь верно. Отправишься назад на первом же корабле. Думаю, где-то через неделю.

– Так нескоро… – прошептала я расстроенно. – Но могу ли я верить вашему слову?

– А я твоему могу? – спросил лорд Шенье в ответ. – Предлагаю, не полагаться на слова, а использовать нечто более весомое, – он полез в карман и достал оттуда красную нить, с нанизанными на неё и закреплёнными полупрозрачными камнями. Они, словно неровные бусины, блестели на одинаковом расстоянии друг от друга.

– Нить истины… – прошептала я восхищённо. О таких нитках мне приходилось только слышать, слишком дорого они стоили, чтобы оказаться в руках у кого-то из моих знакомых. Но будь у меня в друзьях богачи, даже тогда они вряд ли владели бы подобной нитью. Заговорённые камни, которые для неё используются, очень редки.

– Теперь-то ты мне веришь? – лорд Шенье протянул открытую ладонь, предлагая соединить наши руки.

Если он действительно собирался отпустить меня в случае проигрыша, то я была последним человеком, чтобы его отговаривать. В несколько шагов преодолев разделявшее нас расстояние, я положила свою ладонь поверх его. Он обвил наши руки нитью.

– Обещаю, что если не найду тебя до прибытия на Иль-Нойер, то позволю тебе вернуться на материк.

– В течение недели, – поправила его, всё ещё боясь подвоха.

– В течение недели, – кивнул лорд.

Затем наступила моя очередь:

– Обещаю, что, если вы найдёте меня до прибытия на Иль-Нойер, то я по доброй воле сойду с корабля и буду улыбаться всем встречающим.

– И без сопротивления отправишься в мою резиденцию, – взгляд лорда и без того тёмный, стал чернее ночи. Скажи я нет, и он тотчас отменил бы пари. Поэтому я покорно повторила за ним слова и заслужила в ответ самодовольную ухмылку. – Пусть эта нить истины закрепит наше соглашение, – так лорд Шенье завершил сделку, а после сразу же убрал красную нить обратно в карман.

То, с какой небрежностью он обращался с этим дорогостоящим артефактом, поражало меня до глубины души. Многие ради подобной нити способны пойти на крайности, может, даже на воровство или убийство, а мой душегубец носил её в кармане, словно безделушку.

– Теперь мы наконец сможем друг другу доверять, – сказал он и, достав из нагрудного кармашка часы на цепочке, посмотрел время. – У тебя есть час, Кэтлин, – он махнул рукой в сторону лестницы, ведущей к нижней палубе и трюму.

Я обернулась. Позади меня, как и повсюду на верхней палубе, стояли моряки, перекрывая проход.

– А ну, расступитесь! – приказал лорд Шенье. – Дайте моей невесте дорогу, – слово невеста из его уст звучало странно и даже дико. Меня до сих пор поражало, как я могла оказаться невестой этого незнакомого мне человека. – Не теряй времени, Кэтлин, – поторопил меня самозванец.

Я ринулась к лестнице, спустилась туда, где располагалась моя каюта, и огляделась. Кроме запертых дверей, нескольких сундуков и привязанных к перекладинам гамаков, здесь ничего не было. Никакой возможности укрыться.

Спустившись ниже, я снова обнаружила там гамаки, сундуки на замках и связки верёвок. Эта палуба выглядела как пустой грузовой отсек. Уровнем ниже хранились немногочисленные припасы. А в самом низу, в трюме, камни для балласта, несколько закрытых бочек – на этом всё. Куда ни спрячься, найти меня будет несложно.