- -
- 100%
- +
1 Ошибка в мэрии
Анастасия смотрела на своё отражение в зеркале туалетного столика в своей комнате. Она была полностью одета и готова отправиться в мэрию, чтобы забрать свидетельство о браке.
Она вышла за ворота особняка, чтобы поймать такси до мэрии. Несмотря на то что она была старшей дочерью в семье Харрисонов, у неё никогда не было собственной машины.
Необходимость постоянно брать такси, куда бы она ни направлялась, ежедневно раздражала её и служила напоминанием о том, как мало её семья считалась с её независимостью.
Внезапно Анастасия увидела, как прямо возле неё остановилась машина.
– Привет, Ана. Тоже направляешься в мэрию? Хочешь, подвезу? – спросила её Мишель, её младшая сестра, смерив её с ног до головы брезгливым взглядом, словно та была каким-то насекомым.
Анастасия понимала, что Мишель на самом деле не «предлагала» её подвезти. Она насмехалась над ней, потому что у неё не было собственной машины.
Их отношения всегда были натянутыми. Будучи любимой дочерью в семье Харрисонов, Мишель всегда получала всё, что хотела.
Даже если Анастасия хотела того же, её заставляли уступать это Мишель. «Это обязанность старшей дочери», – говорили они.
– Нет, спасибо, – ответила Анастасия.
– Как знаешь, – фыркнула Мишель и рванула с места, оставив за собой облако пыли, от которого Анастасия закашлялась.
Вскоре Анастасии удалось поймать такси.
Приехав в мэрию, Анастасия увидела Мишель, стоящую перед сотрудником; это был тот самый сотрудник, который звонил Анастасии и просил прийти забрать её свидетельство о браке.
Оказалось, что они регистрировались у одного и того же сотрудника.
Анастасия хотела развернуться и уйти, чтобы избежать ещё одной встречи с Мишель. К сожалению, удача была не на её стороне.
Сотрудник узнал Анастасию и тут же окликнул её.
– Миссис Уоллес, ваше свидетельство о браке у меня. Пожалуйста, подойдите и заберите его, – сказал сотрудник.
Увидев Анастасию, Мишель тут же обернулась с ухмылкой на лице.
– Ана, иди забери своё свидетельство о браке, – поторопила она её.
Анастасия прочитала между строк. Та насмехалась над ней, ведь она выходила замуж за «паршивую овцу», в то время как сама Мишель стала женой генерального директора предприятия Уоллес.
Анастасия выдавила из себя слабую улыбку, которая не коснулась её глаз, взяла у сотрудника свидетельство о браке и развернулась, чтобы уйти, но Мишель остановила её.
– Давай же, я хочу посмотреть. Хочу увидеть того никчёмного мужчину, которого ты будешь называть своим мужем до конца жизни, – настаивала она, её глаза были полны насмешки, а голос – приглушён, чтобы сотрудник её не услышал.
– Посмотрим позже, – ответила Анастасия, уже собираясь уйти, но Мишель схватила её за руку, останавливая.
– Не заставляй меня повторять, – пригрозила та, сверкнув глазами.
В мгновение ока выражение лица Мишель снова стало обычным, словно она и не угрожала только что Ане.
– Анастасия, – услышала Ана, как кто-то её позвал. Она обернулась и увидела Ричарда, направлявшегося к ним.
Когда они приходили подавать заявление, он ясно дал ей понять, что не пойдёт с ней забирать свидетельство.
«Что он здесь делает?» – удивилась она.
– Привет, Мишель, – поздоровался он, а Мишель, глядя на него, пыталась скрыть отвращение на своём лице. Она как никогда была рада, что вышла замуж за Ксавьера.
Повернувшись к Анастасии, он предложил: «Пойдём домой и отпразднуем, немного повеселимся сегодня вечером». Он подмигнул Анастасии с хитрой ухмылкой, жуя жвачку. Он положил руку ей на талию, заставив её вздрогнуть.
Анастасия проигнорировала его, сделав вид, будто не слышала его слов. Она сглотнула, глубоко вдохнула и выдохнула, надеясь успокоить нервы.
– Я с тобой разговариваю, – почти закричал на неё Ричард, когда она ответила ему лишь молчанием.
– Ты делаешь мне больно, – смогла пробормотать она, опустив глаза и не в силах посмотреть на него. Его хватка на её талии усилилась.
– А, так ты меня слышишь? А я на секунду подумал, что ты оглохла, – сказал Ричард, похотливо облизывая губы и смеривая её взглядом.
Глаза Анастасии наполнились слезами, а её руки крепче сжали конверт – бумагу, которая ясно гласила, что она наконец-то вышла замуж за Ричарда, «паршивую овцу» семьи Уоллес.
А её младшая сестра, Мишель, выходила замуж за старшего сына семьи, Ксавьера, которого сама Анастасия видела лишь однажды, когда тот приезжал в их особняк со своей бабушкой, чтобы уладить кое-какие дела с её семьёй.
Она знала, что весь её мир рухнул и надежды на спасение нет. Она могла бы сбежать, сбежать подальше от этих людей, но не могла. Её отец уже пригрозил, что если она так поступит, он уничтожит принадлежащую ей НКО.
Эта НКО была местом, полным счастливых детей, местом, которое она с таким трудом создала на свои сбережения. Центром руководила её двоюродная сестра, которая жила в постоянном страхе перед отцом Анастасии. Поэтому ради счастья детей ей пришлось пожертвовать своей свободой.
Мишель презрительно хмыкнула, увидев, что у Анастасии наворачиваются слёзы.
– Ричард, я тут просила Ану показать мне свидетельство, а она не хочет. Но теперь, когда ты здесь, разве ты не хочешь посмотреть, какой ты там красавчик? – спросила она его с сияющей улыбкой.
– Хочу посмотреть, как я вышел на фото. Не то чтобы я удивился своей внешности, ведь я всегда был красавчиком. Покажи мне, детка, – поторопил её Ричард.
«Дурак», – подумала про себя Мишель.
Анастасия не хотела медлить и ещё больше всё усложнять. Её руки дрожали, когда она вскрыла конверт со свидетельством о браке. Она чувствовала на себе тяжесть их взглядов, разворачивая документ, и у неё перехватило дыхание.
Её взгляд упал на прикреплённую фотографию, и свидетельство выскользнуло из её пальцев, планируя на пол. Сердце бешено заколотилось, а грудь сжало от смеси неверия и страха.
«Это не Ричард… это Ксавьер».
2 Она – самая богатая в семье Харрисон
Мишель нахмурилась, увидев, как Анастасия уронила свидетельство. Она подняла его, и её глаза расширились от недоверия, когда она увидела прикреплённую фотографию. Она посмотрела на Анастасию, и на их лицах отразился шок.
– Это Ксавьер? Как так вышло, что на твоём свидетельстве его фотография? – спросила Мишель, гневно глядя на Анастасию, которая всё ещё стояла в оцепенении, будто была в этом замешана. Её голос привлёк внимание людей в мэрии.
Мишель, не теряя времени, быстро вскрыла своё свидетельство. «Какого…» – чуть не выругалась она, увидев на документе фотографию Ричарда рядом со своей. – Я замужем за Ричардом? Что это за ошибка? – спросила она в пустоту.
Ричард тоже был сбит с толку этой путаницей, но не счёл это большой проблемой. Пока он женат на одной из них, его всё устраивало.
Взъерошив волосы, он сказал: «А вы разбирайтесь, как так вышло. Мне нужно встретиться с друзьями и выпить». После этого он ушёл своей дорогой.
Мишель не смогла удержаться и гневно посмотрела ему в спину.
Анастасия услышала слова Мишель и была потрясена ещё сильнее. Вся эта путаница была совершенно неожиданной.
Анастасия втайне надеялась на чудо с небес, но никак не ожидала, что они поменяются супругами. Она оказалась замужем за Ксавьером, а Мишель – за Ричардом.
– Что это такое?! – крик Мишель вывел её из задумчивости. Та сравнивала два свидетельства в своих руках, словно глаза её обманывали.
Мишель в гневе стиснула зубы. Она подошла к сотруднице и показала ей свидетельства.
– Что это за шутки? Мужчина, с которым я сюда пришла, – это Ксавьер Уоллес, а вы поженили меня с Ричардом Уоллесом?! – рявкнула она. От ярости на её шее вздулись вены.
Сначала сотрудница недоумевала, о чём Мишель может шептаться с Анастасией. Но, увидев ошибку, она почувствовала, как по спине пробежал холодный пот.
– Вы должны это исправить! – приказала Мишель, её гнев был почти осязаем. Она мечтала о своей брачной ночи с Ксавьером. Но теперь, когда она оказалась замужем не за тем, за кого ожидала, ей захотелось убивать.
Сотрудница энергично закивала и, вскочив со своего места, бросилась выяснять, что могло стать причиной путаницы.
Мишель повернулась к Анастасии. «Уверена, ты этому рада. Это ты подкупила сотрудницу, чтобы она подменила удостоверения личности, да? Я знаю твои фокусы, Анастасия. Мама и Папа об этом узнают, и я прослежу, чтобы они выбили из тебя правду», – пригрозила она, скрежеща зубами и сжимая в кулаках свидетельства.
Мишель и представить не могла, что выйдет замуж за Ричарда, младшего брата Ксавьера. Он никогда не относился к жизни серьёзно и не ставил перед собой никаких целей. Единственная причина, по которой он казался важным, – его принадлежность к семье Уоллес. Она не хотела быть замужем за таким человеком. Для неё это было сущим кошмаром.
– О чём ты говоришь, Мишель? Как я могла подкупить сотрудницу? Мы пришли регистрироваться в разное время, и здесь много работников, – сказала Анастасия, надеясь, что Мишель ей поверит.
Сотрудница вернулась, на её лбу уже блестел пот.
– М-мне очень жаль, миссис Уоллес. В н-нашей системе произошёл сбой, и в итоге в-ваши удостоверения личности поменяли местами, – пролепетала сотрудница, опасаясь за свою жизнь, особенно потому, что в деле был замешан Ксавьер Уоллес. В душе она надеялась, что её не уволят.
– Заткнись! Это мэрия, чёрт возьми, а ты мне говоришь, что в вашей системе был сбой? Не надо мне врать. Она, – Мишель указала на Анастасию. – Она тебя подкупила, не так ли?
Сотрудница растерянно переводила взгляд с Мишель на Анастасию, сбитая с толку словами Мишель. Всё, что она смогла сделать, – это покачать головой. – Нет, мэм…
Сотрудница не успела закончить фразу, как Мишель вылетела из мэрии, таща за собой Анастасию.
– Садись в машину, – приказала она, когда они вышли на улицу. – Мы едем домой, и ты объяснишь Маме и Папе, как произошла эта ошибка, – добавила Мишель, садясь в машину.
У Анастасии не было другого выбора, кроме как сесть в машину.
Мишель вела машину к особняку Харрисонов, время от времени обзывая Ану.
Та молчала, ожидая своей участи, как только они выйдут из машины, поскольку Мишель уже написала родителям о путанице.
– Лучше признайся сейчас, иначе Папа просто изобьёт тебя до полусмерти, – без умолку угрожала она.
Наконец они прибыли в особняк. Мишель вышла из машины и затащила Анастасию внутрь.
Добравшись до гостиной, Мишель так сильно дёрнула Анастасию, что та упала на пол, поморщившись от боли.
– Значит, ты так жаждала заполучить то, что хотела твоя сестра, что дошла до того, что подкупила сотрудников мэрии, чтобы твою фотографию поменяли с фотографией Мишель, а? – спросила Амелия, и от её испепеляющего взгляда у Анастасии душа ушла в пятки. – Я с тобой разговариваю, ты не можешь говорить? – потребовала она.
– А что ей ещё сказать, Мама? Её поймали с поличным, так что ей нечего сказать, – ответила Мишель.
– Ты разведёшься с Ксавьером, – заявил их отец, Роберт, с таким же презрением на лице, как и у остальных, глядя на неё сверху вниз.
Анастасия поднялась с пола и, сглотнув слюну, ответила: «Я не хочу разводиться с Ксавьером». Она понятия не имела, откуда взялась эта уверенность, но надеялась, что та продержится дольше.
Стиснув зубы, Роберт пригрозил: «В таком случае я запру тебя. Ни еды, ни воды, пока не согласишься с ним развестись».
Услышав отца, Мишель ухмыльнулась.
Роберт потащил Анастасию, и, хотя она пыталась остановить его мольбами, он не остановился ни на секунду. Добравшись до её комнаты, он втолкнул её внутрь и запер дверь.
– Папа, пожалуйста, – донёсся изнутри голос Анастасии, но все его проигнорировали.
Внезапно Роберту позвонили. Он ответил на звонок, не глядя на номер звонившего, на его лице всё ещё был гнев.
– Кто это? – потребовал он.
Когда он услышал новости по телефону, его выражение лица сменилось с удивлённого на внезапную ярость, отчего он крепко сжал телефон в руке.
– Кто это был? – спросила Амелия, увидев выражение лица мужа.
– Это был адвокат. Он сказал, что с ним только что связался лечащий врач матери и отца и сообщил, что они оба умерли. Он также сказал, что они передали всё своё имущество Анастасии, – выдавил из себя Роберт.
3 Ты убил моего ребёнка
– Что? – спросила Амелия едва слышным шёпотом. – Как это возможно?
– Не знаю, но одно я знаю точно, – сказал Роберт. – Тебе придётся переписать всё на моё имя, – объявил он достаточно громко, чтобы Анастасия услышала за дверью.
Анастасия не могла поверить своим ушам. Она почувствовала глубокую скорбь из-за смерти своих бабушки и дедушки.
Их связь была настолько крепка, что, когда бабушка заболела, здоровье дедушки тоже пошатнулось от одиночества, которое он испытывал, пока та была в больнице. Теперь их обоих не стало.
Бабушка и дедушка были единственными в семье, кто когда-либо относился к ней по-доброму. Когда они были рядом, даже её родители, Мишель и её брат Джек, обращались с ней хорошо. Все они вели себя как идеальная любящая семья, никогда не повышая на неё голос, пока присутствовали бабушка и дедушка.
Но с тех пор, как они заболели, её брак с Ричардом был внезапно устроен, что и привело к нынешней ситуации.
– Я ничего не буду переписывать, – возразила Анастасия тихим и робким тоном.
Амелия внезапно открыла дверь, застав Ану врасплох. – И что это должно значить? – спросила она.
– Это значит, что я ничего не буду переписывать. Бабушка и дедушка переписали всё своё имущество на моё имя, потому что они так захотели, и я не стану выказывать им неуважение, переоформляя его на ваше имя, – заявила она, сжав зубы и сверля взглядом мать.
– Непочтительная дрянь! – рявкнул Роберт, дав ей пощёчину. – Я твой отец, и ты не имеешь права мне перечить, ты меня слышишь? – Он забрызгал ей слюной лицо, схватив за подбородок с такой силой, что она подумала, он её сейчас ударит.
Не дожидаясь ответа, Роберт ударил её по щеке во второй раз. Она упала на пол, кровь окрасила её губы, щёки кровоточили.
Мишель улыбнулась, скрывая противоречивые чувства. Она была вне себя от радости, видя, как с Анастасией обращаются, словно с собакой, но в ней всё же тлела искорка досады. Её раздражало, что в этот день всё, казалось, складывалось для Анастасии так удачно.
Сначала та подкупила персонал, чтобы они подменили их удостоверения личности, и в итоге вышла замуж за Ксавьера – мужчину, который предназначался ей, Мишель. А теперь их бабушка и дедушка умерли, оставив всё своё имущество Анастасии. Мишель злилась из-за того, как несправедливо всё обернулось в пользу Анастасии.
Роберт схватил Анастасию за волосы и заставил её встать. – Ты подпишешь документы на собственность? – снова спросил он, и она покачала головой.
– Нет, – пробормотала она.
Ана впервые за долгое время ослушалась его. Он не мог понять, почему она вдруг взбунтовалась в такой момент. Его родители всегда были богаче него.
Именно их богатство сделало их семью одной из самых влиятельных в городе Радиантия.
Он всегда с нетерпением ждал дня, когда его родители уйдут из жизни, представляя, как адвокат назовёт его имя, объявляя, что он получил бо́льшую часть их состояния.
Но реальность оказалась куда более жестокой. Он не получил и процента от их состояния; всё было оставлено его непочтительной дочери, Анастасии.
Без дальнейших предупреждений Роберт швырнул Ану на пол. Он сорвал с себя ремень и хлестнул её по телу, вырвав у неё резкий, болезненный вскрик.
Словно этого было недостаточно, он принялся пинать её по всему телу, намереваясь причинить ей невыносимую боль, чтобы она согласилась подписать документы. Но в тот момент Ана была на редкость упряма.
Амелия с дочерью не хотели, чтобы Роберт один получал всё удовольствие, поэтому они присоединились к нему. Им нравилось пинать Ану, словно футбольный мяч.
– Думаешь, ты упрямая, да? Посмотрим, сколько боли ты сможешь вытерпеть, – сказал Роберт.
Внезапно они увидели, как под платьем Анастасии натекает лужа крови. Это было настолько шокирующим, что они слегка отпрянули.
– Почему она вдруг начала кровоточить? – спросила Мишель, ни к кому конкретно не обращаясь. Она посмотрела на Анастасию, которая уже потеряла сознание.
– Зовите охрану, нам нужно отвезти её в больницу. Ей лучше не умирать, пока она не подписала документы на собственность.
Телохранители Роберта немедленно вбежали, услышав, что их зовут.
– Положите её в багажник, я не хочу, чтобы её грязная кровь испачкала сиденья моей шикарной машины. Мы везём её в больницу, – приказал он, и они немедленно выполнили его распоряжение.
–
Когда они приехали в больницу, Анастасию немедленно отправили на лечение. Роберт следовал за ней по пятам, его лицо было маской холодной решимости.
Он схватил доктора за руку, его хватка была крепкой и неумолимой.
– Слушайте внимательно, – сказал он низким, угрожающим голосом. – Мне нужно только, чтобы её пальцы двигались. Это всё, что имеет значение.
Доктор посмотрел на него в смятении, но не смог ослушаться этого властного требования. Он неохотно кивнул, и Роберт отступил назад, наблюдая, как Анастасию увозят на каталке, и уже просчитывая свой следующий шаг.
– Когда она придёт в себя? – спросил Роберт, как только доктор вышел из палаты.
– Она должна прийти в себя примерно через два часа, – ответил он. – Но почему на её теле столько следов побоев? С ней что-то случилось? – спросил он, желая узнать больше о своей пациентке.
– Её ограбили, и мы нашли её в таком состоянии, док, – солгал Роберт. Он не мог рассказать доктору, что произошло на самом деле.
– Надеюсь, с моей сестрой всё будет в порядке, – сказала Мишель, выдавив из себя слезу. Амелия обняла её, и они вместе зарыдали.
– Понятно. Что ж, мне жаль сообщать о потере вашего внука, потому что, к сожалению, у пациентки случился выкидыш. – Доктор сбросил эту новость как бомбу, заставив троицу в недоумении переглянуться.
– Простите, но, кажется, я не расслышала, – сказала Амелия. – Пожалуйста, не могли бы вы повторить? – попросила она, ожидая ответа доктора.
– Пациентка была беременна, и она потеряла ребёнка. У неё случился выкидыш, – повторил доктор.
4 Плата за душевный покой
Врач оставил их, чтобы они могли оплакать смерть нерождённого ребёнка, о существовании которого даже не подозревали.
«У Аны хватило наглости забеременеть и ничего нам не сказать, – произнесла Мишель. – Так ей и надо, что потеряла ребёнка», – добавила она, и на её губах растянулась ухмылка.
Остальные двое думали так же. Их не волновала смерть нерождённого ребёнка, которого они только что убили. Они хотели лишь одного: чтобы она переписала всё своё имущество на имя Роберта, а он смог бы разделить его поровну.
«Я велю своему ассистенту подготовить документы на имущество вместе с документами о разводе. Она должна будет переписать всё, что на её имени, на моё, а также развестись с Ксавьером. Как и ты, Мишель», – обратился он к Мишель.
«Поверь мне, я готова подписать документы о разводе хоть сейчас. Я не могу оставаться замужем за этим безработным быком, он даже не сможет меня содержать», – ответила она.
«Это хорошо. А после этого… – протянул Роберт, оглядываясь по углам, чтобы убедиться, что их никто не слушает. Удостоверившись, что они одни, он продолжил: – Нам придётся избавиться от Аны».
Амелия и Мишель переглянулись, прежде чем Амелия сказала:
«Я как раз об этом думала. Она уже начинает упрямиться. Я не хочу, чтобы ей в голову пришли какие-нибудь безумные идеи, так что лучше избавиться от неё поскорее».
Роберт гордился их ходом мыслей. Это была его семья, семья, которой он гордился. Когда дело доходило до злодеяний, он знал, что семья всегда его поддержит, даже если придётся кого-то убить. Они никогда не отказывали ему в поддержке.
«Я сам её убью, не хочу, чтобы вы марали руки её кровью», – сказал он с ласковой улыбкой на лице. «Мы наконец-то избавимся от Анастасии, и она навсегда исчезнет из нашей жизни», – пообещал он.
Они ждали, когда Анастасия очнётся. Ассистент Роберта уже приехал с запрошенными документами. Они были у Роберта в руках, и все с нетерпением ждали пробуждения Аны. Когда медсестра, ухаживавшая за Анастасией, сообщила им, что та наконец очнулась, они тут же ворвались в палату.
В больничной палате Анастасия увидела людей, которых когда-то называла семьёй. Нет, поправила она себя. Она больше не хотела называть их своей семьёй.
«Монстры», – громко и отчётливо произнесла она, чтобы они её услышали.
Харрисоны были потрясены. Непокорность и стойкость Анастасии не переставали заставать их врасплох. Это лишь укрепило их в решимости избавиться от неё навсегда, как только они получат от неё желаемое.
Они не стали тратить время на её оскорбления. Роберт швырнул документы на кровать и, указав на них, приказал:
«Подпиши эти бумаги. Это документы на имущество и на развод. Подписывай быстрее и не трать время, прожигая меня взглядом».
Анастасия ещё раз смерила его гневным взглядом, прежде чем её взор упал на бумаги. Именно из-за них она потеряла своего ребёнка. Она всё ещё была потрясена, когда ранее медсестра сообщила ей, что у неё случился выкидыш и ей нужен покой.
«Где Ричард?» – спросила она ледяным тоном, в котором не было ни капли эмоций. Она впервые говорила с ними так. Они бы солгали, если бы сказали, что на мгновение им не стало страшно.
Словно по команде, дверь палаты открылась, и вошёл Ричард. Он был пьян, и от него несло так, словно он принял душ из алкоголя.
«Что случилось? Зачем вы вдруг позвали меня сюда?» – спросил Ричард заплетающимся языком.
Чем больше Мишель с отвращением смотрела на Ричарда, тем сильнее мысленно проклинала Ану.
«У Анастасии случился выкидыш, и, полагаю, ребёнок твой?» – спросил Роберт, пристально глядя на Ричарда, пока тот, спотыкаясь, не нашёл стул, чтобы присесть.
Анастасия презрительно фыркнула со своей кровати. Его слова выставляли её проституткой.
«Он отец, и это не предположение, ведь ты позволял ему делать со мной всё, что он захочет, и ни разу не вмешался», – напомнила она ему, и её голос был полон такой ярости, что грудь сжало до боли и стало трудно дышать. «Ты же должен был быть отцом».
«Не смей учить меня, что я должен делать», – отрезал Роберт.
Они обменялись гневными взглядами, и ни один не желал отступать.
«То есть, вы хотите сказать, что Анастасия была беременна моим ребёнком, и у неё случился выкидыш?» – спросил Ричард, повернувшись к Анастасии. «Ты потеряла ребёнка?» – спросил он уже напрямую её, но Анастасия не удостоила его ответом.
Он был пьян, и была высокая вероятность, что на следующий день он даже не вспомнит, что произошло.
«А разве это не хорошая новость? – спросил он, улыбаясь, как дурак, пока его вонь наполняла комнату. – Хорошо, что ты потеряла ребёнка, потому что я совсем не готов становиться отцом. Так вот зачем вы меня позвали? М-да… Я ухожу». Он поднялся со стула и, шатаясь, побрёл к выходу.
Как только за Ричардом закрылась дверь, Роберт поторопил Ану.
«Немедленно подпиши эти бумаги».
Из глаз Аны скатилась слеза, но она тут же её вытерла.
Она взяла бумаги. «Я подпишу эти документы только при одном условии», – сказала она, чем их удивила. Они не ожидали, что она так быстро сдастся.
«Каком?»
«Это сделка. Я готова обменять имущество на своё спокойствие. Я уеду навсегда и не хочу, чтобы вы когда-либо снова искали меня и доставляли мне неприятности», – ответила она, и, несмотря на боль в груди, её твёрдый тон говорил о серьёзности её намерений.
5 Надежда вернуть своё
Дикая ухмылка растянулась на губах Роберта, делая его похожим на дьявольское подобие. Он нетерпеливо кивнул, соглашаясь на её условие, не теряя ни секунды.
– Я оставлю тебя в покое, и ты больше никогда не будешь частью семьи Харрисонов, – сказал он.
– Это именно то, чего я хочу.
Анастасия взяла бумаги и подписала их. Харрисоны смотрели, как чернила оставляют на бумаге её подпись. Они наконец-то получили то, чего хотели.
Анастасия и не подозревала, что у них на неё были совсем другие планы.
Анастасия передала бумаги Роберту, и тот, не теряя времени, забрал их, впившись взглядом в её подпись.
Ещё несколько мгновений назад Анастасия была самой богатой в семье Харрисонов. Но теперь, переписав всё, что у неё было, на имя Роберта, самым богатым стал он.
– Я попрошу доктора прийти и как следует тебя полечить, чтобы ты быстрее поправилась, – сказал Роберт с широкой улыбкой на губах.