Теперь ты моя

ПРОЛОГ

Ключ в двери гремит очень неожиданно.

Я вся напрягаюсь.

Нервное напряжение, кажется, даже кожу напитало. Забилось комком в горле, и рот сделало невероятно сухим.

ОН появляется в комнате совсем не таким, каким я его знала.

Высокий.

Широкоплечий.

Темноволосый.

Взгляд, не выражающий ничего. Даже усмешки.

Суровые крупные черты лица лишь подтверждают, что папа был прав. Я понятия не имею, что этот человек может сделать со мной.

На нем классический темно-синий костюм и белая рубашка, распахнутая на пару пуговиц.

В этот идеальный вид не вписываются только сбитые руки, что до сих пор алеют на костяшках пальцев.

Это напоминает мне о его животной силе. О том, как безжалостно Максим лупил на ринге другого, не менее сильного, человека.

А тут я.

Маленькая. Хрупкая, точно фарфор.

Мне кажется, я даже от его тяжелого дыхания сломаться смогу.

А если ударит?

Паника нарастает в груди неприятным чувством.

Еще сегодня утром рядом с ним было так легко, будто мы вечность знакомы.

Еще вчера, я чуть не отдалась ему, поддавшись запретным ласкам.

А теперь… Теперь я в страхе трепещу, потому что в действительности совсем не знаю этого человека.

Он подходит ко мне, и останавливается.

Слишком близко.

Так близко, что сердце трусливо замирает.

Еще пара мгновений, и у меня от страха все внутренности свернутся.

Я просто не могу вынести этого леденящего молчания.

– Мой отец, – едва слышным, срывающимся голосом, начинаю я.

– Чщщщ… – мужчина прикладывает к моим губам указательный палец.

Он зажимает мои волосы в ладони, собирая их на затылке. Слегка запрокидывает голову.

Хочет, чтобы смотрела ему в глаза.

– Ну, привет, Алевтина Попова, – палец с нажимом проходит по моему подбородку и спускается к шее. – Я соскучился. А ты?

Уголок его рта хищно выгибается.

У меня земля из-под ног уходит. И я остаюсь на месте только потому, что он держит.

– Отпусти… меня… – шепотом молю я.

Его ладонь оказывается непозволительно близко к моей груди, и это вынуждает задержать дыхание.

В легких окончательно заканчивается кислород, когда нахальный палец ныряет под вырез платья.

– Разве папочка не научил тебя, Аля, что не стоит выходить замуж за первого встречного?

На ответ просто нет сил, а его тон лишь подчеркивает, что впереди меня не ждет ничего хорошего.

– Зато муж точно научит послушному поведению, – жесткие, безапелляционные интонации пугают. Он не шутит. Он больше не играет со мной.

Глава 1

Аля

– Ты сейчас серьезно, пап? – возмущенно спрашиваю я, но родитель не собирается отвечать на глупые вопросы. – Мам? – перевожу взгляд.

– Мы уже все решили.

– А меня спросить не забыли? – негодую, взмахивая руками. – Я взрослая уже! Совершеннолетняя. И вообще… Парень у меня есть. Вот!

Выставляю перед носами родителей безымянный палец на правой руке, на котором уже неделю гордо ношу кольцо, подаренное Вадимом.

Он не делал мне предложение, просто подарил. Встречаемся мы с ним всего три месяца, да и возраст совсем не тот, чтобы выходить замуж. Тем более за человека, которого в жизни ни разу не видела.

Но ценный подарок от своего парня я приняла с радостью. Хочу, чтобы все видели, что отныне я занята.

– Мне побрякушка твоя по барабану! – злится полковник. – Хоть все пальцы обвесь! Но за Тимура замуж выйдешь.

Внутри становится так гадко, будто родители меня предали. Просто продали, как какой-то товар. Решили отдать без моего желания.

– Да он же старый, папа! Ему тридцать лет! Я с ним о чем говорить буду? О погоде, блин? И бегать в аптеку за таблетками от давления? Нет уж! Меня Вадим целиком устраивает. А будете наседать, я за него замуж прямо завтра выйду.

– Это все твое влияние, Инга, – отец обращается к маме. – Я всегда говорил, что Альку пороть надо. Сейчас бы не перечила. И до белого каления не доводила.

Я раскрываю рот от возмущения. Слова отца неприятно жалят. Мало того, что он жалеет, что не бил меня, так еще и не видит во мне личность, человека с собственным мнением и желаниями.

– Дочка, – ласково обращается ко мне мать, – Тимур отличный парень. Сын папиного друга. Капитан. И в службе он весьма успешен. За ним, как за каменной стеной будешь. Мы же как лучше хотим.

– Возможно, я сама знаю, как для меня лучше?! Нет?! – соглашаться с их идиотским, во всех смыслах, планом я не намерена.

– Алевтина! – серьезно произносит папа. – Ты выйдешь замуж за Тимура, и точка. Завтра они с отцом придут к нам на ужин. В твоих интересах вести себя нормально. Иначе под домашний арест до конца дней твоих посажу.

– Саш, – вздыхает мама.

– И тебя вместе с ней! Развели мне тут бабский балаган!

Папа слишком резок. Он даже не пытается войти в мое положение. Неужели, я для него совсем ничего не значу? Договорный брак… у меня от осознания смысла этих слов мурашки по телу разбегаются.

Отец подхватывает с дивана пиджак и удаляется наверх.

– Мама, блин, ну ты как себе это представляешь? Крепостное право миллион лет назад отменили, а договорные браки на Кавказе только процветают. Мы же не на Кавказе.

Мне хочется хоть немного ее поддержки. Мама тактичная, возможно, в отсутствии отца, она встанет на мою сторону, и мы вместе что-нибудь придумает.

– Ты знаешь папу, Аль! – отвечает мама. – Он уже решил, и я его поддерживаю. Твой Вадим мне не нравится совсем. А кто после него будет – вообще не известно. А Тимур надежный и очень даже симпатичный. Нечего нос воротить.

На меня будто кирпич с крыши сваливается. Не могу поверить в то, что мама, моя мамуля, целиком на стороне папы. Это же… Ну, не должно так быть!

Я запускаю руки в волосы. Ртом шумно выпускаю воздух, надувая щеки. Разговор с родителями – бесполезен. Теперь я понимаю это совершенно точно.

Надо придумать что-то такое, что вынудит их поменять решение. Из дома сбежать, на крайний случай.

А что? Поживу немного у Ксюши в общаге. Она говорит, что там весело.

– Короче! – я решаю поставить ультиматум. Мама мягкая, она выслушает. А когда отцу передаст, меня уже дома не будет. – Или вы все отменяете, или я ухожу из дома.

– И куда ты уйдешь? – Инга Витальевна выглядит крайне недоверчиво. Не верит, что я могу так поступить.

– Да куда угодно! Мало мест что ли в Москве? У Вадима поживу, я же за НЕГО замуж собралась.

– Ты не посмеешь! – голос матери приобретает жесткие интонации.

– Посмею, мам! Мне девятнадцать лет, и я уже сама могу распоряжаться собственной жизнью.

– Саша прав. Стоило бы тебе немного ремня всыпать, – неожиданно произносит мама.

Меня раздражение и обида за себя до костей пробирают. Это ж надо! У всех предки, как предки, а мои только в прошлом году дали хоть немного свободы почувствовать, а теперь снова под замок посадить хотят.

Это все папины командирские замашки.

Вечно он считает, что мы с мамой его верные солдаты, которые по стойке смирно всякий раз должны стоять, когда он в поле зрения появляется. Никак он работу от личного отделить не может.

– Вы меня поражать не устаете, мам, – сейчас я предельно честна. Столько нового про них узнала, что голова кругом. – В общем, я поехала к Ксю. Надумаете передумать – звоните.

Инга Витальевна, должно быть, не верит в мою решимость, потому что даже не пытается остановить. Она очень спокойно, как-то даже обыденно произносит:

– Ужин завтра в семь, Аль. И я очень советую тебе быть на нем. Не стоит отца гневить.

Я больше ничего не отвечаю. Ну реально – достали!

Хватаю пальто и сумку. С полочки забираю ключи от машины.

Серый мини-купер приветливо моргает мне фарами.

С облегчением трогаюсь с места, и покидаю охраняемый поселок.

По пути звоню Вадиму. Предлагаю встретиться в нашем любимом кафе.

Приезжаю раньше и занимаю столик у окна. От нечего делать решаю посмотреть все же, что это за Тимур такой. Любопытство берет верх.

В социальной сети забиваю в поиске его имя "Тимур Юлдашев". Мне по запросу миллиард вот таких вот Тимуров выдает, но того самого я узнаю сразу. В офицерском кителе, с единственной фоткой на аватарке. И пофиль закрыт. Блин.

Неожиданно рядом со мной на диванчик плюхается незнакомый парень. Ну как парень?! Мужчина больше. Наверное, такой же старый, как этот дурацкий Тимур.

У меня от возмущения щеки только раздуть получается. Дар речи теряю, точно от рождения нема.

Он ослепительно улыбается, а я лишь моргаю. Разглядываю его. Притягательная внешность заставляет залипнуть на его образе.

Он красивый и сильный. Да! Именно в таком сочетании! Немыслимо просто…

Крупные ладони, с бугристыми извилистыми венами и мощная шея. Он не бугай, конечно, но уверена, что там, под свободным худи, вполне себе раскаченный и крепкий.

Легкая щетина и короткие волосы, уложенные в небрежной прическе.

Я не сразу поднимаю взгляд к его глазам. Слишком темным, кстати, что никак не вяжется с общим образом. От них даже жутко на секунду становится.

– Можешь еще поразглядывать, я не против, – как-то лениво бросает он мне, снова обнажая зубы.

ОН. Ранее

Не глядя обматываю кисти красным эластичным бинтом. За годы тренировок научился делать это не задумываясь. Вроде и вырос уже, а избавиться от давнего увлечения так и не смог.

Груша – отличный способ выместить дерьмо из башки. Только помогает не всегда. Иногда требуется свежее мясо, которое само готово голову под кулак подставить.

Бой через три дня, а я челюсти подправлять готов уже сегодня.

Играю кулаками, проверяя прочность защиты. Как всегда идеально.

Стойка. Удар. Приятное тепло разносится по телу. Кровь бурлить начинает.

Каждый новый хук лупит по груше сильнее. Она беспомощно дергается на цепочке, но с достоинством принимает каждый. Эта старушка еще и не такое видала.

– Босс! – Илья окликает меня совершенно не вовремя, спускаясь ко мне по бетонной лестнице. – Мы тут нашли кое-что. Думаю, вам понравится.

Промакиваю лицо полотенцем и делаю пару глотков воды из бутылки.

Илья протягивает мне тоненькую папку.

– Дочь у Попова есть, – поясняет он еще до того, как я заглядываю внутрь. – Молодая. Вам понравится.

– А ты, смотрю, в моих вкусах спец, – хмыкаю я.

– Нет, – мнется подчиненный. – Я просто подумал…

– Думаю здесь я, а ты просто исполняешь, – перебиваю его, не дав договорить. Не люблю, когда от любимого занятия отвлекают. Бесит жутко.

Но папку все же открываю. Это дело не менее важное. Считай, главное для меня сейчас.

"Алевтина Попова, 19 лет" напечатано крупными буквами бод фотографией молоденькой девки.

Алевтина, блядь! В двадцать первом-то веке! Старый полковник кукухой, наверно, поехал от счастья, когда она родилась.

– Быстро данные собрали, – хвалю я.

– Ну там была одна лазейка, – довольно лыбится Илья. – Плохо полковник дочурку свою спрятал.

– Это точно… – поддакиваю я, разглядывая фото.

Алевтина смотрит на меня с вызовом, задрав курносый нос. Пухлые губы и большие глаза делают ее образ невероятно нежным, но и дерзким одновременно.

Слегка вьющиеся каштановые волосы спадают на плечи, отливая рыжим в солнечных бликах.

Зачет! Ничего не скажешь.

Сиськи маловаты, правда, но сойдет тоже. Мне трахнуть-то ее разок надо, перебьюсь как-нибудь.

– Ну я это, – начинает Игорь, замечая, что я увлекся, – пойду, может?!

– Да, – снова всучаю ему папку. – В кабинете на стол кинь. Вечером почитаю, посмотрим, что с ней можно будет сделать.

Мужчина послушно кивает, забирая документы.

Я возвращаюсь к тому, на чем закончил: прописываю старушке по бокам мощными ударами. А сам про инфу из папки думаю.

Ну что, товарищ полковник, кажется, игра началась!

Аля

– А вы не офигели?! – возмущенно отвечаю я.

– Ну я же тебе понравился. Видно же. Вон щеки раскраснелись, как помидорки.

– Знаете что?! – новый знакомый бесить начинает, но в одном он все же прав: до чертиков понравился. – Я тут парня жду. Мне новые знакомства абсолютно не интересны. Тем более, с таким наглецом, как вы!

– А, по-моему, очень даже интересны, – упрямый незнакомец не отстает. – Венка на шее подрагивает. Вот здесь.

Он тянет ко мне свою руку, а я даже не шевелюсь, дыхание перехватывает. Я эту самую вену в ушах слышать начинаю.

Мужчина и сам ко мне склоняется. Меня от его близости сладкий дурман окутывает. Да что же такое?!

– Нервничаешь… Алевтина Попова, – чужие пальцы нежно скользят по шее.

Мое имя из его уст звучит обухом по голове. Я в миг трезвею.

– Откуда… Откуда вы знаете, как меня зовут? – этот нахал меня и раньше раздражал, а теперь и вовсе пугать начал.

– Вон машина твоя под окнами стоит. Я видел, как ты приехала. Позвонил другу из ГАИ, он быстро твой номерочек пробил. Ты, кстати, в неположенном месте припарковалась. Эвакуатор увезет – и глазом моргнуть не успеешь.

Мужчина отстраняется. Я вдруг понимаю, что стало как-то пусто. Наглый. Самодовольный. Но с одного прикосновения смог во мне что-то взбудоражить.

– Быстро же вы! – изумляюсь я, выдохнув. А то уж подумала, что маньяк какой-нибудь. – Только здесь вам не светит ничего, ясно?! Эти дурацкие подкаты для лопоухих простушек оставьте. Вон их тут полное кафе.

– А мне ты понравилась, – совершенно серьезно произносит мужчина. – Зачем мне другие?! Я себе талисман как раз искал на будущий бой. Вот, нашел. Приходи. Я тебе свою победу посвящу.

Он протягивает мне бумажку с адресом.

– Я, кстати, Максим.

Украдкой смотрю на адрес, явно находящийся в какой-то промышленной зоне. Мне только скитания по подворотням для полного счастья не хватает.

– Да не бойся ты. Клуб давно существует. Место проверенное. Просто бои нелегальные. Вот и приходится скрываться.

– Я и не думаю приходить. Зачем вы, Максим, мне все это рассказываете?

– Людям свойственно менять свое мнение. Особенно, таким красавицам, как ты, – он опять улыбается обескураживающей улыбкой.

Только вот во взгляде легкости нет совсем. Он будто давит. И вынуждает смотреть на него. Но только в глубине этой темной утонуть навсегда можно.

– Ладно, Аля. Бой в семь. Завтра. Буду ждать.

Мужчина поднимается, наконец, с диванчика, а я фыркаю. Насколько же самоуверенным нужно быть, чтобы решить, что я приду?! Там чувство собственной важности до небес должно быть раздуто, не меньше.

Максим подхватывает с вешалки кожаную куртку, и выходит из кафе.

Я почему-то смотрю на него. Провожаю взглядом, любуясь на уверенную походку и размах плеч.

– Котенок, привет! – Вадим оказывается рядом совершенно неожиданно.

На фоне атлетично сложенного Максима, он кажется совсем доходягой, хотя тоже ходит в спортзал и следит за собой.

Он целует меня в щеку, и садится напротив.

– Прости, что опоздал. Там пробка жуткая на Садовом. Думал до вечера простою.

– Угу, – только и отвечаю я, глядя, как новый знакомый перебегает дорогу по пешеходному переходу.

– Аль, ну ты чего?! Обиделась что ли? – озабоченно интересуется Вадим.

– Да нет, просто задумалась, – вру я. Не скажешь же, что все это время на задницу сексуального красавчика пялилась.

– Слушай, Вадь, а, давай поженимся? – очень неожиданно для бойфренда начинаю я.

– В смысле?! – он издает неприятный нервный смешок.

– Ну как же?! Ты меня любишь. Я тебя люблю. Чего ждать-то? – я передергиваю плечами, точно все и, вправду, очевидно.

– Ну вообще, Аль, это так не делается. Мы с тобой три месяца встречаемся. Ты мне даже не дала ни разу.

– И что? После свадьбы и дам, – тоже мне, причину нашел.

– Такие решения с горяча не принимают. Нам еще притереться друг к другу надо. Три месяца – слишком маленький срок. Да и… как ты себе это представляешь? Мы на шее у родителей сидим. Нам, как минимум, надо сначала универ закончить, – парень находит миллион отговорок.

– Ты же работаешь, – скептически выгибаю бровь.

– Я подрабатываю, Аль. Этого на карманные расходы только и хватает. Содержать семью на эту зарплату я не смогу.

Вроде бы из его уст все доводы звучат даже убедительно, но меня почему-то не покидает какое-то гаденькое чувство, будто дело вовсе не в этом.

– Вообще, Вадим, – обращаюсь к парню полным именем, как делаю это всегда, когда злюсь, – я думала, что у нас все серьезно, а ты в кусты валишь.

– Да серьезно у нас все, Аль! Но свадьба сейчас – наибредовешая идея!

– Знаешь, что?! – вскакиваю со своего места, краснея от злости. – Мне с тобой все понятно! Не хочешь жениться, не надо! Найду того, кто захочет!

– Аля, ну, брось! – Вадим тоже поднимается на ноги.

– Брошу! Я брошу, Вадь! Тебя!

Швыряю на стол пару тысячных купюр, которые совершенно случайно завалялись в сумке:

– Это за мой заказ… Урод, – добавляю я немного подумав, после чего резко разворачиваюсь в сторону выхода.

– Истеричка, – уже бывший парень бубнит себе под нос, выкрикнуть обзывательство мне вслед, духу не хватает.

Глава 2

Аля

– Алька?! – удивленная подруга, обернутая белой простыней, сдувает со лба прядь волос.

– Ксю, помнишь ты говорила, что я могу у тебя немного пожить, если надо?!

– Ну помню, да, – она выходит из своей комнаты, закрывая дверь. – А че, уже надо? – Ксюша как-то странно улыбается.

– Ага, – понуро опускаю голову. – Из дома ушла. Родители достали.

– Слушай, Аль, я тут это… Занята немного, – она снова сдувает прядь. – Ты в холле посиди минут двадцать, я тебя позову потом.

– Знаю я, чем ты занята, – театрально закатываю глаза. – Ради подруги могла бы и выпроводить свое «занятие», – пальцами в воздухе показываю кавычки.

– Ага! – наигранно отвечает Ксю. – Там такая рыба, что ее с крючка отпускать нельзя! Но я быстро! Честное слово!

– Лааадно, – одобряющие тяну я, вспоминая миллиард неудачных попыток подруги устроить личную жизнь.

Плюхаюсь на доисторический диванчик в холле. Я даже подумать боюсь о том, чего он повидал за свою долгую жизнь. Во мне сразу брезгливость какая-то просыпается. Даже начинаю сомневаться, смогу ли с подругой в общаге ужиться.

Телефон бренчит в сумке, и я по привычке тянусь, чтобы посмотреть сообщение.

Неизвестный номер: «Забил для тебя место в первом ряду, Алевтина Попова. Я буду в красных трусах.»

Господи! Он еще и номер мой узнал.

Сначала не собираюсь ничего отвечать, слишком много чести. Но потом, все же, не могу сдержаться:

Вы: «Отвали, а?!»

Новое сообщение не заставляет себя долго ждать.

Неизвестный номер: «Ни за что! Бой в семь, Аля. Первый ряд. Красные трусы.»

Вот же кретин самонадеянный! Я таких настырных не встречала еще.

Стыдно признаться, но мозг против воли рисует картинки полуобнаженного мужского тела. Я вспоминаю широкие ладони Максима, и могу только додумать, насколько мощные у него руки.

Конечно, в моих фантазиях он предстает Аполлоном, идеально сложенным красавцем, один вид которого заставляет биться в эстетическом экстазе.

Вы: «Не надейся!»

Мне хочется оставить за собой последнее слово, но уже после того, как удается избавиться от навязчивого образа в голове.

«Придурок» – забиваю его номер в телефонной книге, хотя понятия не имею зачем мне это.

Максим больше ничего не отвечает, но это и к лучшему. У меня сейчас и без него проблем выше крыши!

– Аль, пойдем, – подруга жестом подзывает меня к себе, и я поднимаюсь с дивана.

Ксю кипятит чайник, разливает чай по потемневшим внутри чашкам. Посреди стола ставит банку сгущенки.

– Я сладкое не ем, – напоминаю ей, делая небольшой глоток.

– Это ты там не ешь! – Ксюша кивает куда-то в сторону. – А тут лопай, что дают. Специально для тебя ничего покупать не собираюсь.

Я вздыхаю, но к тянущейся жидкости все же не притрагиваюсь. Рассказываю подруге о том, что случилось, и она возмущенно кривит нос:

– Ну, офигеть же!

Девушка закусывает пустую ложку, размышляя о чем-то, а потом воодушевленно выдает:

– Короче! Вадика – нахрен! Свадьбу тоже! Но думать будем завтра. Сегодня туса в общаге. Я идти не хотела, но тебе отвлечься надо.

– Мне кажется, что это так себе идея.

– Это – супер идея! – настаивает Ксю. – Не клуб, конечно, нет, но колорит зато такой, что на всю жизнь запомнишь.

Нехотя соглашаюсь. Приставучая подруга все равно не отстанет.

Студенческая вечеринка оказывается обычной такой грязной попойкой. Парни и девчонки с домашней одежде набиваются в маленькую захламленную комнату точно серёдки на засолку.

Рэп низкопробного качества долбит по ушам, заглушая все остальные звуки. Но на молодых людей это вообще не имеет никакого влияния, потому что им безумно весело.

Комнатушка молниеносно заполняется запахом перегара и табачного дыма, которые быстро захватывают в плен и Ксю, совсем скоро, кажется, и забывшую о моем существовании.

Мне всегда казалось, что я умею веселиться, отрываться в клубе с друзьями, немного выпивать, но больше для настроения, но этот праздник жизни ничего общего с весельем не имеет.

Хотя, подруга бы со мной сейчас не согласилась. Она как раз сидит на коленях у какого-то парня и заливисто хохочет, будто самую смешную шутку в мире услышала.

Я недовольно кривлюсь прежде, чем выйти из душной прокуренной комнаты. У меня даже кожа, кажется, провоняла насквозь. Не оттереть теперь.

В комнате Ксю падаю на кровать, которую она мне определила. Достаю мобильный.

Любимый: «Котенок, прости…»

Придурок: «Не надеюсь. Просто считаю часы до нашей встречи.»

Оба сообщения оставляю без ответа. Достали все.

Пять пропущенных от матери, четыре от Вадима. Им всем от меня что-то нужно, а я просто хочу покоя.

Мамуля: «Отец очень зол, Аля! Надеюсь, что ты перестанешь глупить, и завтра будешь на ужине! Я тоже переживаю. Перезвони, когда прочитаешь.»

Долго не могу уснуть, а потом до обеда валяюсь в постели, как и подруга, которая приползла с вечеринки только под утро.

За ночь я поняла две вещи – общажная жизнь не для меня и я – полная дура, мой парень был прав.

Рассказываю Ксю о том, что решила помириться с Вадимом, пока та хлещет огуречный рассол прямо из банки.

Подруга меня не поддерживает, и мы даже немного ссоримся. В итоге я вылетаю из общежития, раздувая щеки от негодования.

Ну не могу я, как она – прыгать на первого попавшегося парня, в надежде на то, что он единственный, а потом с легкостью бросать его, если ничего не вышло.

С Вадимом меня все устраивает. Ну и пусть он родителям не нравится, зато нравится мне. А это важнее.

Думаю, не стоило так резко реагировать на его отказ о свадьбе. Нам нужно помириться, и вместе уже решить что же делать дальше. Уверена, мой парень не захочет, чтобы меня отдали замуж за кого-то другого.

Сегодня суббота. Отличный солнечный осенний день. Я просто обожаю такую погоду. От этого даже настроение поднимается. Заряжаюсь позитивом и верой в лучшее.

Родители у Вадима до сих пор на выходные сваливают на дачу, в какую-то небольшую деревушку в ста километрах от Москвы, и это мой супер-шанс на примирение с парнем.

Прыгаю в машину, и резко стартую с места, воодушевленная своим решением.

Во дворе у Вадима какой-то козел растопырил свой внедорожник прямо на два парковочных места. Я со спокойной душой перегораживаю ему выезд. Не люблю таких людей. Если что – сам будет виноват.

Подъездная дверь почему-то оказывается открытой. Кто-то с корнем вырвал домофон, оставив от него лишь прямоугольную дырку в металле и пару болтающихся проводков.

Поднимаюсь на второй этаж и, зачем-то, прислушиваюсь, останавливаясь у нужной двери.

В груди начинает клокотать из-за нехорошего предчувствия, зарождающегося там. Слышится какой-то подозрительный нездоровый шум.

Не раздумывая больше, нажимаю на кнопку звонка. Долго жму. Напористо. В нетерпении ослабляю нажим, а потом давлю на черный кружок снова.

– Да иду, иду, – раздраженный голос Вадима еле слышно из-за двери за моим трезвоном.

– Аля?! – на лице моего парня застывает странное нервное выражение.

Он обнажен по пояс и выглядит растрепанным. Тело будто от влаги блестит, только вот свежего запаха ощутить не удается.

Я решительно отталкиваю Вадима в сторону. Он почему-то поддается, и даже не пытается меня остановить.