Повитуха из другого мира. Пора вылечить тебя, дракон!

ГЛАВА 1

Одиночество разрывало меня подобно сотне когтистых лап. Я чувствовала, как тьма поглощает меня, стремясь поглотить без остатка. Мечась на месте, я беззвучно кричала в пустоту. Не хочу. Не хочу оставаться вновь одна! Я прошла этот путь в прошлом, после смерти родителей, зачем снова? Зачем у меня в очередной раз отбирают опору? Глория стала моим первым пусть и не добровольным, но другом в этом мире. Она помогла освоиться, хоть и прибавляла проблем. Я не желала отпускать её так просто, однако меня не спросили.

Когда от полного разрушения оставались считаные мгновенья, что-то внутри сломалось. Треснуло с оглушающим звуком и вспыхнуло во тьме. Во мраке прозвучал рёв, расходящийся подобно кругам на воде. Он нарастал, из далёкого переходя в сотрясающий горы. Дикий зверь ревел, отчего я затряслась и ощутила вибрацию.

Спустя пару ударов сердца ему ответил второй, более тихий рык. Кто-то звал, молил и требовал. Он обращался ко мне, заставлял лететь сквозь кромешную тьму. Вытягивал из неё, словно рыбацкая сеть, захватившая богатый улов, и всё это под продолжающийся крик зверя. Мою раздроблённую отчаянием и скорбью душу сжало, как в тисках, и выбросило в появившийся сгусток света. Он ослепил меня, опаляя жаром, и засосал в себя. Весь мир вокруг затрещал, поглощаясь этим светом. Беззвучно закричав, прямо в унисон со странным зверем, я вынырнула в реальность.

Очнулась рывком. Со стоном отрыв глаза, тут же зажмурилась обратно. Всё вокруг плясало в диком танце, закручиваясь в размытые тени. Голова раскалывалась, в груди будто зияла открытая дыра, сквозь которую вынули часть сердца. Потеря Глории сильно ударила по мне, вгоняя в до боли знакомое чувство. Скорбь, неприятие столь безумного факта, как отсутствие соседки по телу. Она, истинная хозяйка тела, погибла. В то время как я, иномирный паразит, осталась жива. Несправедливо.

По щекам заструились слёзы, но я не могла даже пошевелить рукой, чтобы стереть их. Несправедливо! Внутри всё стонало и ныло, тело отказывалось подчиняться, а в голове то и дело всплывали наши разговоры с Глорией. Я была несправедлива к ней, заняла чужое место и даже не ощущала должного чувства вины. Какой же я отвратительный человек, провыла беззвучно, сдерживая рвущийся наружу крик.

— Тише, тише, — сквозь шум в ушах прозвучали тихие слова. Кто-то вытер моё лицо от слёз, согревая ледяную кожу своим теплом. — Ты жива, это главное.

Я не могла успокоиться, просто не представляла как. Признаваясь самой себе, я хотела разделиться с Глорией, однако не таким способом. Никогда в жизни я не могла представить, что займу чужое место. Место, которым со мной поделились из простой веры. Убеждения, что я не просто так пришла в этот мир. Кто-то продолжал шептать надо мной, окутывая зелёным светом, что перетекал в моё тело, согревая. Метка на руке безудержно пульсировала в такт моему сердцебиению.

Не исчезла. Эта треклятая метка не пропала после ухода Глории из жизни. Я ухватилась за эту мысль словно за спасительный маячок. Почему? Разве не она была парой дракону? Неужели мы думали неправильно? Распахнув глаза, я в ужасе уставилась на потолок. Он больше не кружился в танце, лишь слегка покачивался на волнах. С трудом я сжала пальцы в кулак, слабо ударяя им по кровати.

— Не надо напрягаться сейчас, — устало попросил всё тот же голос, и я узнала Рейдолира. — Ты только вернулась, не хватало мне ещё раз тащить тебя с грани.

Переборов боль в теле, я чуть повернула голову в сторону голоса. Сдержать протяжный стон не вышло, как и гримасу, что сопровождала весь процесс простого действия. Мутным взглядом уставилась на дракона, что словно пробежал километровый марафон за пять минут. Всклокоченный, мокрый от пота и бледный, как сама смерть. Он склонился над кроватью, упираясь в неё дрожащими руками, и смотрел на меня.

— Т-ты… — сдавленно прохрипела я, тут же закашлявшись.

— Молчи, ради Создающего! — простонал мужчина, закатывая глаза.

— Н-но… — я вновь попыталась заговорить, желая узнать, что произошло.

Я не могла спросить, почему погибла настоящая Глория, однако… Нужно было хоть попытаться понять, узнать, виновна ли я в этом. Мы уже оказывались на грани из-за меня, так, может, и в этот раз причина в моей несчастной душе? Я так хотела спросить, но не хватало воздуха. Горло сжимали невидимые пальцы, сдавливающие его с каждым вздохом. Медленно я попыталась обхватить шею руками, но смогла лишь чуть приподнять их над постелью. И тут же уронила обратно, не выдержав тяжести, что сковала тело.

— Просто отдыхай, — обречённо произнёс Рейдолир, протягивая в мою сторону руки. На мгновенье показалось, что он хочет просто придушить меня из жалости, но нет. — Спи. Поговорим позже.

Из пальцев дракона хлынул ослепляющий зелёный свет, мгновенно погружая меня в сон. Мир померк за считаные секунды, выталкивая меня в целительный мир сновидений. Я даже пикнуть не успела, как тело обмякло и расслабилось. Боль и тяжесть ушли, оставив после себя лишь чувство утраты. Но я понимала, что оно ещё долго не покинет меня, напоминая о Глории.

Просыпалась я медленно, лениво и нехотя. Тело всё ещё ломило, кости трещали, словно я подхватила грипп. Только температуры не было, меня согревало тепло, будто рядом лежал большой пушистый кот. Сладко зевая, я повернулась к этому теплу, пытаясь обхватить руками. Ладони наткнулись на нечто большое и твёрдое, а до ушей донеслось тихое сопение. Я шокировано распахнула глаза, а после удивление сменилось ужасом.

Рейдолир. Дракон своей наглой персоной спал рядом, обнимая меня за талию. Его огромные лапищи были тем, что грело меня ночью. Умиротворённое, но уставшее лицо мягко освещали солнечные лучи. Первым порывом было закричать и столкнуть наглого ящера, но из горла вырвался лишь хрип. А руки смогли только слабо ударить по груди мужчины, на большее меня не хватило. Однако даже так Рейдолир заворочался, нехотя открывая глаза, и сонно уставился на меня. Весь его вид выражал крайнюю степень усталости и почти заставил меня устыдиться.

— Доброе утро, — пробормотал дракон, широко зевая. — Тебе всё ещё нужно беречь себя и не напрягаться.

— Р-р… — попыталась заговорить я, борясь с болью в горле.

— Р? Что ты хочешь? — непонимающе спросил Рейдолир.

— Р-руки уб-бери, — прохрипела я, таки поборов собственное тело.

— А? Точно, — сначала удивился дракон, а после понял и освободил мою талию. — Привычка, ничего больше.

Я промолчала, понимая, что сил ругаться попросту нет. Да и плевать, кого он там привык обнимать во сне. Главное — что лапы свои убрал, они очень нервировали меня. Упав на подушку, я тихо застонала от боли. Всегда ненавидела болеть, особенно в детстве, когда бабушка заставляла пить отвратительные настойки и обтирала уксусом. Это были её единственные проявления заботы, от которых хотелось лезть на стены. Ведь от настоек к простуде прибавлялись проблемы с желудком, а от уксуса потом я долго пыталась отмыться. Запах преследовал долгие дни даже после выздоровления.

— Я помню, ты хотела поговорить, — устало сказал Рейдолир, поднимаясь с кровати. — Прикажу подать лёгкий бульон, поёшь его, а после снова приду подлатать тебя магией. У нас будет время всё обсудить, Глория. Ты поняла меня?

Я слабо кивнула, не открывая глаз. При мысли о бульоне, ещё и горячем, живот протяжно заурчал. Пусть так, сначала поем, может, и горло перестанет так драть. Ей-богу, нет ничего хуже гриппа, даже если ты в ином мире. По щеке скатилась слеза, когда я подумала: как же спасалась брошенная всеми Глория? Мне-то хоть как-то помогали, а ей?

ГЛАВА 2

С трудом подавив слёзы и пришедшую с ними грусть, я немного полежала в постели. Вытерев мокрые щёки, перевернулась на бок, обхватывая руками лежащую по соседству подушку. Как назло, она оказалась именно той, на которой спал вредный дракон. Ткань пропиталась его ароматом, приятым и притягательным. Вздрогнув от столь ужасных мыслей, я отбросила подушку в сторону. Б-р-р, какие глупости лезут в голову. Совсем разум поплыл от температуры и гриппа.

От резких движений меня разобрал кашель, надрывный и от которого ужасно саднило горло. Схватившись за шею, я попыталась унять прострелившую тело боль. Чёрт подери, только ведь стало легче, почему опять так плохо?! Продолжая кашлять, я села и оперлась на подушки. Нужно выпить воды, тёплой и желательно с лимоном. Только где её взять? Я обвела мутным взглядом комнату, но ничего похожего на кувшин не заметила.

Повезло, что приступ закончился так же резко, как и начался. Пошатываясь и перебарывая ноющую боль, я переползла к краю кровати. Опустив ноги на пол, взяла передышку. Казалось, я не с постели пыталась встать, а пробежала стометровку за пять секунд. Вцепившись пальцами в простыни, тяжело вздохнула. Я справлюсь, не впервой болеть, так что не время раскисать. Мельком заметила улетевшую в угол подушку и покраснела, в голову прокралось коварное виденье спящего Рейдолира. Встряхнув головой, я громко застонала от прострелившей шею боли. Мир перед глазами закружился, и я рухнула спиной на кровать.

«Чёрт бы побрал этого ящера! — зло подумала я, ударяя кулаком по постели. — И меня заодно, раз думаю о нём в такой момент».

Со второй попытки у меня получилось встать, хоть и казалось, что я рухну от малейшего порыва ветерка. Меня манила неприметная дверца, ведущая в ванную комнату. До ужаса и дрожи хотелось в туалет, но дорога туда напоминала испытание на прочность. Мысленно я прочертила в голове план, благодаря которому можно добраться до цели, и медленно пошла, держась за мебель и стены.

Облегчив душу, я словно заново родилась. Умываясь, старалась не смотреть в зеркало. Одного раза хватило, чтобы запомнить столь суровый урок на всю жизнь. Там меня явно ждала не писаная красавица, а уродливое чудовище и так выглядывало из отражения в воде. Обратно я добиралась точно так же, как и в ванную. Осторожно и боясь упасть, ноги так и подкашивались при каждом шаге.

— Миледи! Почему вы встали?! — обеспокоено закричала Кэти, отчего я боязливо вздрогнула и на мгновенье отпустила стену.

Падение было быстрым и болезненным, лодыжку пронзила стрела, напоминающая разряд молнии. Только этого мне и не хватало для полного счастья! Горничная с громким стуком поставила поднос на столик и помчалась ко мне, на ходу безостановочно извиняясь и едва не плача. Она помогла мне встать и дойти до постели, её руки на моих плечах дрожали, а за спиной я слышала всхлипы. Усадив меня, девушка поспешила склониться в глубоком поклоне, комкая пальцами подол платья.

— Миледи, простите! Я-я н-не хотела… В-вы слабы, и л-лекарь запретил в-вставать… — всхлипывая, бормотала Кэти, боясь поднять голову.

— Успокойся, — прохрипела я, потирая ушибленную лодыжку. Слава богу, растяжение обошло меня стороной. — Я не собираюсь злиться или ругать тебя.

— Правда? — служанка резко подняла голову, глядя на меня заплаканными глазами.

— Да, — я чуть кивнула, боясь делать резкие движения, и попросила: — Дай мне бульон поскорее, я жутко проголодалась.

— Да! Сейчас, миледи! — вспыхнув как огонёк, залепетала Кэти.

Горничная быстро перетащила столик с едой ко мне поближе, всё ещё вздрагивая и стараясь незаметно вытереть слёзы. Я лишь покачала головой, видя такое беспокойство. Не хотелось размышлять, чего испугалась Кэти больше — моих травм или быть наказанной за моё падение. Тарелка, наполненная прозрачным золотистым бульоном, затмила весь мир. Там плавали мелконарезанные овощи, а также зелень. Я сглотнула вязкую слюну, с трудом сдерживаясь от того, чтобы накинуться на еду подобно дикому голодному зверю.

Моя кровь вскипела, наполняясь жаждой съесть всё подчистую. Мелькнула кощунственная мысль, что сейчас бы не суп пригодился, а здоровенный кусок мяса. Однако я осадила сама себя: это было бы слишком тяжело для моего желудка, хоть и вкусно. Тарелка опустела очень быстро, всего пара мгновений, и я уже смотрела на опустевшее донышко. С грустью перевела взгляд на служанку в надежде получить добавку, но та отвела глаза, спрятав руки за спину.

— Миледи, вы только пришли в себя, — виновато пробормотала Кэти. — Лекарь запретил нагружать ваш желудок пищей.

— Эх, я всё понимаю, — печально протянула я и буркнула в конце: — Но голод только сильнее разыгрался.

— Потерпите пару дней, — попросила горничная, явно чувствуя вину за свои слова. Она покраснела и не переставая дёргала подол платья. — Как только его милость позволит, мы устроим настоящий пир с вашими любимыми блюдами.

— Буду ждать, — с натянутой улыбкой ответила я, чувствуя, как голод пожирает меня изнутри.

«Мясо. Хочу мяса, горячего и истекающего соком, — билась в голове мысль, нервируя и заставляя сжимать пальцами живот в тщетной попытке унять боль. — Я готова съесть целого быка, зажаренного на вертеле…»

— Миледи? — растерянно позвала меня Кэти, и я резко пришла в себя.

О чём я только думаю? Какой ещё бык? Я только пришла в себя, едва не померев от непонятно чего. А в голове царит полный хаос из мыслей о еде! Натянув на лицо улыбку, я попросила горничную позвать сюда Рейдолира. Нужно как можно скорее поговорить с ним, понять, что произошло и как давно он вернулся. Смерть Глории не должна быть напрасной, я выясню, почему погибла моя соседка. Это первоочередная задача, а после можно и с остальным разобраться. Например, почему этот наглый ящер спал рядом.

«Почему, вот почему я до сих пор ощущаю этот проклятый аромат? Он так мешает сосредоточиться, хоть нос затыкай», — раздражённо подумала я, косясь на подушку, сохранившую запах Рейдолира.

ГЛАВА 3

Дракон явился спустя полчаса, принеся с собой уже приевшийся аромат корицы с мёдом. Я обосновалась в кресле, укутавшись в толстый плед и подрагивая от порывов прохладного ветра. Сквозняки будто обезумели, касаясь меня своими мерзкими лапами, и я не знала, где же от них спрятаться. Увидев Рейдолира, чуть поморщилась, заметив его почти свежий вид. Вроде только недавно напоминал олицетворение усталости, а сейчас вполне полон сил. Даже розовенький, не мертвенно-бледный, как я смутно помнила с момента первого пробуждения.

Со странным хмыком мужчина прошёл к свободному стулу и присел. Он с царственным видом окинул меня взглядом, чуть хмуря брови, а после отвёл глаза. Мы молчали, слушая, как за окном бушует снежная буря. Метель разыгралась внезапно, яростно атакуя замок, и я списывала окутывающий меня мороз именно на неё. Прикусив губу, разглядывала дракона, пытаясь отогнать от себя недавние воспоминания и его противный запах.

«Запах. Слишком притягательный, чтобы мне это нравилось, — мрачно размышляла я, понимая, что меня всё больше раздражает этот ящер. — Его слишком много в этой комнате, ещё немного, и придётся долго проветривать… Только бы избавиться от аромата корицы, которая будоражит мою глупую память…»

— Я… Почему ты вернулся? Монстры побеждены? — хрипло спросила я, набравшись решимости и переборов страх, что мне вновь будет больно.

Горло действительно сдавила призрачная рука, начиная медленно душить, однако порыв тёплого ветерка прогнал её прочь.

— Тц, ты совсем глупая, — раздражённо произнёс Рейдолир, переводя на меня сердитый взгляд серых глаз. — Мы опять чуть не погибли. Пришлось срочно возвращаться и спасать одну человечку, которая не может усидеть на одном месте.

— Но, — я подавилась воздухом, услышав обвинение, — я просто следовала указаниям учителя, ничего больше!

Может, это из-за тебя мы пострадали в этот раз?

— С твоим магом мы ещё поговорим. Отдельно, — процедил дракон, поджимая губы в кривой усмешке. — Меня больше волнует, кто был инициатором обучения боевой магии? Я дал чёткие распоряжения касательно этого, ты могла изучать только контроль маны и целительство.

— Учитель Корлис… Он решил… — задумчиво протянула я, начиная понимать, что что-то здесь нечисто.

— Понятно, — хмуро бросил Рейдолир, не убирая с лица недовольство. — Как твоё самочувствие? Ты подхватила ту заразу, что бродит по городу.

— Заразу? Ты имеешь в виду ту болезнь, которая выкашивает Южный квартал и бедняков? — я вскинула голову и тут же поморщилась от прострелившей спины.

— Да, — кивнул мужчина. — Вызванный лекарь сказал, что она не трогает магов и тех, кто наделён маной. Ты опустошила свой резерв, и болезнь больше ничего не сдерживало.

— Такое чувство, будто я подхватила грипп, — призналась я, задумчиво закусывая нижнюю губу. — Это больно и неприятно, но не так плохо, чтобы погибнуть…

— Я влил в тебя столько своей маны, что даже мёртвый бы воскрес, — резко ответил Рейдолир, заставляя меня покраснеть. — Хворь отступила, почуяв в твоей крови вернувшуюся ману.

На мгновенье меня прошибли смущение и стыд, однако они померкли, стоило вспомнить, что дракон старался ради себя. Он стремился спасти свою шкуру, а не мою скромную персону. Так что убираем румянец, мысленно дала я себе оплеуху, сейчас не время для подобных глупостей. Меня насторожила ситуация с болезнью и тем, что она не переносит ману. Магическая чума? Она изменилась из-за особенностей мира? Или же это какая-то другая хворь, просто похожая симптомами? Голова разрывалась от вопросов, что начали роиться в ней.

— Воскрес? Такое бывает? — внезапно вынырнула я в реальность, ухватившись за смутную мысль.

«Может, Глорию возможно воскресить?» — глупо понадеялась я, глядя на дракона.

— Нет, — категорично отрезал Рейдолир и добавил: — Только Создающий может вмешиваться в течение жизни своих детей. Даже драконам подобное неподвластно, а что?

— Да так, — уклончиво пробормотала я, опуская плечи. Значит, шанса нет…

— Итак, главное мы прояснили, — поднимаясь со стула, произнёс дракон и бросил хмурый взгляд на моё покрывало. — Я распоряжусь проверить комнату на бреши и добавить дров к тем, что уже есть. Отдыхай, тебе следует восстановить силы.

Рейдолир стремительно ушёл, оставляя меня в одиночестве. Я обняла себя за плечи, чувствуя, как подступает паника. Она, словно тихий убийца, подкрадывалась ко мне со спины. Казалось, вокруг скопились тени, которые лишь сгущались. Внутри меня разливалось сожаление, горькое чувство, что заставляло кусать губы в попытке сдержать слёзы. Я не понимала, что происходит, почва под ногами раскачивалась и старалась столкнуть меня в непроглядную бездну. После утраты связи с Глорией ушла уверенность в завтрашнем дне.

Строя планы, я рассчитывала на поддержку соседки, которая хоть и плохо, но знала этот мир. Она была своей здесь, частичкой этого безумного места, в котором я чужачка. Обхватив голову руками, я подтянула колени к склонённому лицу. Хотелось сжаться до песчинки и спрятаться ото всех, хотя бы пока не разберусь с самой собой.

Болезнь едва не погубила меня, оставив в живых только благодаря помощи дракона. Наша связь не позволила мне умереть, однако не защитила Глорию. Истинная хозяйка тела оказалась лишней, но почему мне кажется, что она всё предугадала? Она предчувствовала скорую гибель? Она ведь говорила, что скоро всё изменится и её кто-то звал… Я подняла голову, глядя в снежную завесу за окном. Что ощущала Глория, отправляясь к своему Создающему? Винила ли она меня за то, что я отняла её старую жизнь и тело? Или простила, как подобает святой и благочестивой деве?

«Как же я хочу поговорить с тобой, Глория…» — подумала я, ощущая, как по щеке скатывается одинокая слезинка.

***

Рейдолир

Она сводила с ума. Меня разрывали изнутри чужие чувства, которым просто не было конца. Я сжимал голову руками, пытаясь побороть эмоции Глории, и в бессильной злости скрипел зубами. Безумная девчонка, она словно утратила часть себя, вернувшись с грани. Неужели я совершил ошибку, стараясь вернуть её назад?

Рык вырвался сам собой, отражаясь эхом от каменных стен небольшой комнаты в башне. Я ушёл сюда в надежде, что связь ослабнет и я смогу отдохнуть. Этой девчонки слишком много, казалось, будто сами стены замка пропитались её запахом. Дракон внутри меня бесновался, требуя забрать то, что принадлежало ему по праву. Связь только окрепла, наполнилась силой и теперь превратилась в удавку на моей шее. Она затягивалась каждый раз, когда я смотрел в голубые глаза человеческой девки.

Это бесило. Насильно связав нас, Создающий словно покарал меня за грехи. Меня переполняло чужое отчаяние и скорбь, которые затягивали меня в вязкое болото тоски. Ненавижу! Как же хочется разорвать эту связь, что заставляет чувствовать это всё! Да что происходит в голове этой Глории?! Я понимал, что её помешательство вызвано откатом после болезни и опустошением резерва маны, но не до такой же степени!

Мой кулак ударился об каменную кладку, превращая её в мелкие осколки. Они осыпались на пол, пачкая обувь. Боль чуть отрезвила, позволяя переключиться на неё, отбросив чужие эмоции.

«Приди в себя! Я словно незрелый мальчишка, не способный обуздать собственные чувства, — зло подумал я, вновь кроша стену башни. — С Глорией можно разобраться позднее, сейчас нужно взять себя в руки и допросить мага. Нужно было его сразу вышвырнуть из замка, как только появился…».

ГЛАВА 4

Рия

Отдыхать не получалось. Как бы я ни старалась отвлечься, тягостные мысли возвращали меня в скверное расположение духа. Будь у меня больше сил, наверное, стала бы ходить по комнате, а так просто крутилась в кровати. Приходил Варриос в компании двух слуг-мужчин и избавился от щелей в окнах. Они пробыли в комнате всего несколько минут, однако после их ухода стало заметно теплее.

Меня продолжал терзать холод, идущий изнутри тела и сменяющийся жаром. Лихорадка не желала так легко отступать, хоть и я ощущала, что вскоре от неё не останется и следа. Обнимая одеяло, мысленно прокручивала в голове прошлое. Картины мелькали перед закрытыми глазами, словно красочный фильм. Я методично, расковыривая внутренние раны, вытягивала свою прошлую жизнь наружу. После попадания сюда меня медленно перекраивало под этот мир, сглаживая воспоминания и постепенно загоняя их дальний угол моего сознания. Так нельзя. Нельзя забывать прошлое, ведь без него невозможно будущее.

Детство. Счастливые и светлые дни, резко оборвавшиеся и превратившиеся в сумрачное царство скорби. Одиночество, скрытое под маской отчуждённости. Обучение, что позволило отбросить всё остальное и притупить жажду. Я всегда чего-то желала, стремилась к высотам, лишь бы получить это «нечто». Признание, любовь, тепло. Они были необходимы мне как воздух, но никто не собирался их дарить. Этот мир не исключение, он чужд и незнаком.

«Почему я теряю всё, к чему успеваю привязаться?» — мысль больно ударяла по и так слабому сердцу, ещё не принявшему гибель Глории.

Нужно было взять себя в руки, перестать жалеть, чтобы идти вперёд. Только как это сделать, если ноги вязнут в омуте сожалений? Я не знала этого и могла лишь кусать губы в попытке не кричать. Крик мог дать мне мнимое ощущение лёгкости, кратковременное и быстро проходящее. Спустя время я вернусь в эту же точку, будто всё это — бесконечный круг боли. Нет. Так нельзя, я ведь ненастоящая Глория. Я не сломлена, как она, не утратила искру и жажду жить. У меня хватит сил восстать из пепла подобно фениксу и найти своё место в этом мире.

«Я хотела стать повитухой, — решительно подумала я, открывая глаза. — Пусть не сразу, но я сделаю это. Стану той, кто ценится за свои знания и умения. Без Глории даже лучше, никто не станет мешать своими страхами».

Мана. Она едва заметно ощущалась в моём теле, и я смогла ухватить её поток. После обучения у Корлиса я могла понять, где именно искать. Крохи сил, влитые драконом, растворялись в моей собственной магической силе. Когда я сосредоточилась, мне удалось крепко схватить потоки магии и представить, как я окутываю собственное тело коконом исцеления. Метод воображения, подсказанный Глорией, работал лучше всего.

Зелёный свет засиял, пробиваясь сквозь закрытые веки, и я решительно подстегнула поток. Мысленный приказ заставил силу быстрее течь по венам, разгоняя заразу, искореняя её. Капли пота начали быстрее стекать по моему лбу, жар окутал тело, но голова продолжала работать на полную. Быстрее. Ещё быстрее, только так можно полностью выздороветь. Я не использую силу в привычном значении, она никуда не тратится и не испаряется. Только циркулирует по моим сосудам, вырываясь в мир и тут же возвращаясь. Подобно гемодиализу или переливанию крови, она стремительно лечила меня изнутри.

Пришла я в себя довольно резко, почувствовав, что жар ушёл. Медленно выдохнула, опустошая лёгкие, и открыла глаза. Зелёный свет померк, осыпаясь искорками на кровать. Усталость накатывала волнами, но я была твёрдо уверена: лечение помогло. Удивительно и странно, учитывая, что я полагалась только на своё упрямство и удачу. У меня не хватило сил на сомнения, размышления, насколько подобное может быть опасно. Когда в голове бьётся лишь одна мысль — «Я справлюсь», — сложно обращать внимание на всё остальное.