Проклятые свечи от попаданки, или Песец подкрался незаметно

Глава 1

– Что ты устроила, Вероника? – прогремел с динамика голос матери, заставляя пожалеть, что ответила на звонок.

– И тебе привет, мам, – спокойно ответила я, всматриваясь в электронную карту.

Телефон в руках стремительно покрывался каплями начинающегося дождя, что так не вовремя решил посетить наши края. Наушники разрывались от брани матери, которая занималась своим самым любимым делом – ругала свою бестолковую дочь. Я почти не слушала её нотации, понимая, что вскоре ей надоест и мы вернёмся к настоящей причине звонка. Так что за это время решила уточнить маршрут, поскольку в этом квартале мне ещё не доводилось бывать.

– Ты зачем опрокинула на Александра тарелку с салатом? – взорвалась мать, наконец-то доходя до самого важного.

– Он посчитал, что этой тарелки достаточно, чтобы человек наелся после тяжёлого рабочего дня, – меланхолично пояснила я, вспоминая, как распинался напыщенный индюк в костюме тройке. – Вот я и не сдержалась. Руки от голода не удержали столь ценный дар, преподнесённый очередным кандидатом.

– Хватит паясничать! – рявкнули на том конце звонка. – Это сын уважаемого режиссёра! Повезло, что он вообще заинтересовался такой серой мышью, как ты!

Вздрогнув, я придержала пряди волос, которые ветер швырнул мне в глаза. Да-да, опять она за своё взялась. Прикрыв глаза, попыталась не сбросить вызов. Очень хотелось побыть в тишине, позабыв о неудачном свидании и очередных колкостях, проскальзывающих в словах матери. Она никогда не была мною довольна, ни в детстве, ни сейчас. Все, на что надеялась несравненная Виолетта Соколова – успешно выдать дочь, которая не оправдала надежд.

– Вероника! Ты слушаешь меня? – прорычала недовольная моим молчанием мать.

– Да, конечно, – спокойно ответила я, отчего та разругалась ещё сильнее.

Тяжело вздохнув, я ступила на зебру, стараясь не вступить в стремительно разрастающуюся лужу. Она напоминала огромное озеро, образовавшееся посреди оживлённой дороги. Рядом со мной спешили такие же люди, натягивающие капюшоны и скрывающие лица за большими зонтами.

Два шага, вот сколько я успела пройти, прежде чем ощутила пустоту под ногами.

– А-а-а! – закричала я, проваливаясь непонятно куда.

Приземление наступило резко. Боль пронзила всё тело, мигом расползаясь от пяток к макушке. Люк. Открытый или просто сдвинутый, это уже не волновало. Я едва могла соображать, чувствуя, как болезненный жар сменяет холод, пробирающий до костей. Сознание, затуманенное от разрывающей изнутри боли, рывками меркло. Последнее, что я запомнила, был противный дождь и стекаемая с дороги вода, грязная с примесью опалых листьев.

Очнувшись, я не видела ничего кроме темноты. Сердце замерло, мне не удавалось уловить даже тени его стука, да и никаких других звуков тоже. Мысли панически метались в голове, представляя собой кашу. Тело, оно не слушалось. От осознания, что не получается пошевелить ни рукой, ни ногой, я впала в истерику.

«Нет! Нет! Только не это!» – беззвучно кричала я, запертая в собственном теле.

Я слышала истории, когда человека парализовало и он мог только глазами шевелить. Видела десятки случаев по телевизору, и совершенно не желала быть такой же. Мне было искренне жаль таких людей, я даже спонсировала несколько благотворительных организаций, однако и в мыслях не могла представить себя на их месте.

«Падение. Всему виной клятые дорожники, не поправившие тот злосчастный люк! – выла я, ощущая, как всё больше схожу с ума. – Не хочу! Я же только нашла работу по душе, только освободилась от родителей и зажила своей жизнью!»

«…Шумная… – прошелестел незнакомый голос, с трудом прорываясь сквозь мои завывания в пустоту. – … Под стать… Как раз сгодиться…».

«Кто это? – сдавленно закричала я, пытаясь разобрать слова. – Вы меня слышите?! Отзовитесь!»

«…Жаль… Придётся так…»

Голос игнорировал мои вопросы, словно разговаривая сам с собой. Я не могла понять, мужчина это был, или женщина. Слишком тихо и невнятно, звук будто прорывался сквозь толщу воды. Как бы я ни пыталась понять, ничего не получалось. А после он и вовсе исчез, вновь оставляя меня горевать в одиночестве.

Я было уже начала стенать, продолжая прерванную песнь саморазрушения, как вспыхнул свет. Он ослепил меня, привыкшую к тьме, заставляя заметаться в поисках спасения от рези в глазах.

Дождь. Опять чёртов дождь! Кажется, я начинаю его ненавидеть. На лицо упали противные капли, а порыв ледяного ветра ударил прямо в спину. Шуба спасла лишь немного, принимая основной удар холодной стихии. Ноги подкосились, отчего я рухнула прямиком в лужу. Ладони обожгло болью, в нежную кожу впились десятки мелких камушков. Застонав, я всё же приоткрыла глаза.

Стоп. Тело? Я распахнула глаза, едва не закричав от счастья. Я не стала калекой! Я могу чувствовать и управлять самой собой! Душу затопило облегчение, окрыляя, даже несмотря на срывающиеся с серых небес капли дождя. Все омрачали промокшие вещи, липнущие к телу, и ноющая боль во всём теле. Впрочем, это неудивительно. Меня явно угораздило свалиться в открытый люк, канализацию, повезло, что цела осталась.

Пошатываясь, встала на ноги, морщась от рези в ладонях. Стряхнув впившиеся в кожу камни, растерянно огляделась по сторонам. Картина удручала. Лесная поляна, вместо ожидаемой городской канализации. Закрыла глаза. Досчитала до десяти и вновь открыла. Ничего не поменялось. Всё то же серое небо, с тяжёлыми дождевыми тучами, и деревья, окружающие меня кольцом.

– Я сплю, – хрипло пробормотала, сглатывая вязкую слюну. – Сплю ведь… Да?

Ответом мне стало карканье ворон. Они испуганно сорвались с ветвей дерева неподалёку, возмущённо оглашая лес своими криками. Вздрогнув, я обхватила плечи руками. Обычно это помогало успокоиться, но не в этот раз. Сердце испуганно трепыхалось в груди, словно стремилось вырваться наружу и сбежать куда подальше.

– Неужели, я умерла? Или же это просто сон? – бормотала я, всматриваясь в пошатывающиеся кроны деревьев. – Сколько раз читала книги, где героиня оказывалась в подобной ситуации, никогда не понимала…

Дождь усиливался, постепенно превращаясь в сплошную стену из воды. Мои сапожки совсем не подходили для прогулок по лесу. Каблуки проваливались в мокрую землю, с трудом вырываясь и чавкая. Капюшон шубейки постоянно срывал ветер, и я плюнула на жалкие попытки удержать его на голове. Светлые пряди липли к лицу, сосульками падая на плечи. Прищуриваясь, я заметила едва заметную тропу, ведущую неизвестно куда.

«Выбора особо нет, – я тяжело вздохнула. – Вперёд или назад? Пожалуй, вперёд…»

Я зашагала по тропе, мысленно умоляя небеса сжалиться надо мной. Пусть там окажутся люди, а не кровожадные лесные звери. Каждый шаг давался с большим трудом, ветер сносил меня, норовя повалить в мокрую зелёную траву. Похоже, здесь приближалось лето. Если я умерла и попала в другой мир, с чем ещё можно было смириться, то вся надежда на людей. Главное – выйти к какому-нибудь посёлку, где можно будет переночевать и перекусить. Я ведь так и не смогла нормально поужинать из-за того козла, который погряз в своих заблуждениях касательно женщин.

– Все беды от мужчин, – прорычала я, окончательно понимая, что не пойди я на то клятое свидание, то не очутилась бы в люке. – Не зря бабушка говорила, что найти достойного – один шанс на миллион…

Глава 2

Ливень всё не прекращался, а я успела полностью промокнуть. Шуба тяжёлым грузом давила на плечи, утратив былую красоту. Ноги устали от непростой дороги, ведь каблуки постоянно вязли в грязи. Я не единожды прокляла погоду, дорожников и всю ситуацию в целом. Вот не зря я не хотела ходить по всем этим свиданиям, но нет, прогнулась под мать. Она никак не могла угомониться, желая выдать меня поскорее удачно замуж.

Повезло, что пока что рассматривались только молодые сынки уважаемых людей, рождённые с золотой ложкой во рту. Хотя я попой чуяла, сегодняшний кавалер был последним. Дальше могли последовать уже папаши таких мужчинок, разведённые или вдовцы при внушительном кошельке.

Представив это, я вздрогнула и передёрнула плечами. Чур меня, от такого «счастья». Впрочем, мне теперь можно спокойно выдохнуть. Люк помог спастись, перенеся в другой мир. Может, хоть тут я смогу жить так, как желает душа. Без оглядки на строгого отца, вечно погруженного в работу, и недовольную мать. Им всегда было откровенно плевать на меня, так что не думаю, что моя пропажа сильно опечалит их чёрствые сердца.

Внезапно лес закончился. Я замерла у незримой черты, за которой виднелся настоящий городок. Свет фонарей пробивался сквозь дождь, призывно маня меня к себе. Оглянувшись назад, на высокие деревья, постанывающие от порывов ветра, я почти бегом поспешила к цивилизации. Ноги хлюпали, в полностью промокших сапожках, но я упрямо шагала к домам. Тропа действительно вывела меня к людям, словно боги услышали меня.

Ветер подгонял меня, ударяя свирепыми порывами в спину. Несколько раз я едва не полетела кубарем с холма, на котором очутилась выйдя из леса. Прищурившись, я с трудом вглядывалась в даль. Городок явно окружала стена, но у меня не получалось как следует рассмотреть её. Поэтому просто сжимала зубы и быстрее перебирала ногами, стараясь не покатиться по мокрой траве.

Оказалось, что расстояние довольно обманчиво. Я добралась к стене лишь с наступлением сумерек, под непрекращающимся дождём. Ворота пошатывались от ветра, гулко ударяясь о стены. Никто не караулил проход, видимо, все попрятались от стихии. Проскользнув в городок, я бросилась к первому же дому, стуча каблуками по мокрому камню дороги. Сначала я робко ударила по двери домика, в два этажа, похожем на воплощение старой Европы.

Никто не отзывался, и я застучала сильнее. Безрезультатно. Меня игнорировали, или же просто списывали на буйство природы. К какому бы дому я не подходила, результат был один – никто не открывал. Я видела, как горел свет в окнах, как внутри ходили люди. Но никто не желал выглянуть на улицу и помочь. Так я дошла до неприметной улочки, в которой всё больше прослеживалось запустение.

– Может, хоть в заброшенном доме смогу переждать непогоду, – устало выдохнула я, чувствуя, что вот-вот упаду без сил.

Поблизости теперь возвышались старые обветшалые домишки. Они тоже имели два, а то и три этажа, но в них не ощущалось присутствия людей. Казалось, что дома опираются друг на друга, чтобы не рухнуть на землю грудой камня. Выбрав самый отдалённый дом, стоящий прямо у городской стены и в окружении заросшего кустарника, я поспешила к нему. Продираться сквозь колючие кусты было крайне неприятно, ветви постоянно цеплялись за шубу и пытались ударить по лицу.

Однако я справилась, выбралась прямиком к порожку. Поднявшись на три ступеньки, едва заметно скрипевшие под моим весом, я уткнулась в дверь. Хорошую такую, крепкую и с тяжёлым амбарным замком. Ухватившись за него двумя руками, я изо всех сил потянула металл на себя. По телу прошла волна дрожи, словно меня пронзил небольшой заряд тока, а после замок щёлкнул. Порыв холодного ветра толкнул меня в спину, заставляя шагнуть вперёд.

Дверь медленно, с надрывным скрипом ржавых петель, распахнулась.

***

В нос ударил затхлый аромат, пропитанный сыростью. Скрип половиц резал слух, а резвящийся внутри дома ветер заставлял окна дребезжать. Не мешкая, я заскочила в тёмное нутро, захлопывая дверь. Поёжившись, неуверенно сделала несколько шагов вперёд. Страшно. Тьма в углах словно тянулась ко мне, желая вцепиться и утянуть куда-то. Никогда не любила тёмные помещения, да что уж там, я даже спала с ночником.

В детстве меня часто наказывали, запирая в крохотной комнате, лишённой нормального света. Мать считала, что так взрастит во мне смелость, ну и покорность заодно. Встряхнув мокрыми волосами, постаралась отогнать страхи прочь. Не время предаваться унынию, крыша над головой есть – уже счастье. Живот протяжно заурчал, умоляя хоть корянку хлеба съесть. Тяжело вздохнув, стянула с себя тяжёлую шубу.

Растерянно оглядевшись, заметила покосившуюся рогатую вешалку, прямо у входа. Повесила на неё шубу, предусмотрительно переставляя поближе к стене. Вглядываясь во тьму дома, пыталась рассмотреть обстановку. Смутные, расплывчатые очертания напоминали что-то вроде лавки.

Под скрип половиц пошла вглубь временного пристанища, придерживаясь за стену. Пальцы скользили по явно старым обоям, которые легко рвались от малейшего касания. Старый дом. Очень старый, это ощущалось во всём. Будто у него имелась странная аура, как у старца, прожившего не один десяток лет. Внутри меня всё дрожало, заставляя быть настороже. В таких домишках зачастую водились призраки, ну или их просто приписывали им. Являясь поклонницей всего мистического, я успела вдоволь насмотреться ужастиков и паранормальных фильмов.

Теперь это играло против меня, бурная фантазия то и дело подкидывала мрачные картинки. Скрип, вой ветра за окнами, да и нестихающий ветер будоражили сознание. Казалось, вот-вот из тьмы выпрыгнет какой-нибудь монстр и съест меня.

Только вот прошло сначала пять минут, потом десять, а никто не собирался меня убивать. Зато я успела обойти весь первый этаж и найти витую свечу. Она валялась за прилавком, покрытая толстым слоем пыли. Осторожно стряхнув её, я пошарила руками вокруг, выискивая, чем зажечь фитиль. Пальцы наткнулись на нечто напоминающее зажигалку, пусть и необычной формы. Пришлось знатно потрудиться, прежде чем из неё вырвались несколько искр огня. Тугой механизм не желал поддавать с первого раза, но я всё же победила.

– Ну и ну, – выдохнула я, когда танцующее пламя свечи осветило небольшой участок вокруг меня. – Куда это меня занесло?

Передо мной действительно была лавка. Широкий прилавок, покрытый пылью, счётная доска, с деревянными кругляшками. Всё явно принадлежало торговцу, некогда работающему в этом месте. Я медленно повернулась и увидела за спиной полочки, заставленные пустыми баночками и скляночками. В некоторых плавали всякие ящерицы, букашки и даже змеи. При виде последних я подавила испуганный вскрик, поскорее отступая подальше.

– Мерзость, – выдохнула я, стараясь унять колотящееся от страха сердце.

Словно в ответ на мои слова, дом протяжно заскрипел. Ветер за большим окном завыл всё сильнее, пробираясь внутрь. Сглотнув, я посчитала до десяти, а после побрела в сторону, где виднелась лестница. Живот всё сильнее крутило от голода, подсасывая и мешая здраво мыслить. Лестница выдалась просто ужасной, узкая и ведущая прямиком во мрак. Свеча не слишком помогала, но с ней мне было гораздо спокойнее.

Второй этаж оказался жилым, давая мне надежду. Быстро заглянув по комнаткам, нашла кухню. Она отличалась от знакомых мне, будто принадлежала прошлому веку, а то и не одному. Одна старинная печь многого стоила, я таких никогда прежде в жизни не видела. И холодильника не было, лишь шкафчики и небольшая дверь, ведущая в кладовую.

Зато в кладовой я нашла еду. Баночки с консервацией почти привели меня в экстаз, заставляя с голодными глазами броситься в их сторону. Еда! Кушать! Слава богам, я могу поесть!

Глава 3

Ложку нашла в одном из многочисленных ящичков, тоже покрытую паутиной. Сгорая от нетерпения, я бросилась её мыть. Заржавевший кран с трудом поддался, с бульканьем пуская ледяную воду в раковину. Поставив свечу рядом, я быстро ополоснула ложечку и вернулась к банке с вареньем. Пузатая склянка не желала открываться, как бы я ни пыталась. Пришлось орудовать ножом, прорезая крышку.

С наслаждением вдохнув яблочный аромат, напомнивший летние деньки в доме бабушки, я сглотнула. Первая ложка исчезла в мгновенье ока, а за ней еще с пяток. Я ела, почти плача, прижав к себе баночку. Сладкое, тягучее варенье довольно быстро заканчивалось. Оно очень сильно напоминало то, что в детстве готовила бабушка. Поэтому мне потребовалась огромная сила воли, дабы остановиться и перестать есть.

Со вздохом отставив варенье, вымыла руки и ложечку. После сладкого ужасно хотелось пить, только вот страх перед ржавыми трудами не давал сделать первый глоток. Понюхав мокрые руки, рискнула набрать немного воды в ложку и отпить. Вроде ничем не отдавало, ни тухлым, ни металлическим. Просто вода, очень напоминающая родниковую. Осмелев, все же напилась из-под крана, даже не ища стакан.

– Уф, – выдохнула я, ополаскивая лицо холодной водой. – Повезло, что здесь хоть что-то осталось. Да и вода довольно вкусная, совсем отличается от привычной в мегаполисе, которую без фильтра даже страшно использовать.

Успокоив живот, накатила сонливость. Я слишком устала за день, еще и внеплановая прогулка по лесу не прибавила сил. Пошатываясь, побрела из кухни в коридор. Найдя спальню, побрела прямиком к кровати. Поставив горящую свечу в специальный рожок на тумбочке рядом, убедилась, что она не подпалит ничего поблизости. Кое-как стащив на пол пыльное покрывало, рухнула на пропитанные ароматом лаванды простыни. Я даже раздеться не смогла, как была в рубашке и джинсах, так и осталась. Все равно здешняя обстановка не располагала к чистым вещам, можно и потерпеть до утра.

Ноги гудели, все тело ломило, а голова начинала болеть. Подтянув поближе подушку, облегченно выдохнула. Свернувшись калачиком, прикрыла глаза. Скрипы, похожие на стоны, завывающий ветер за окном. Ливень не прекращался, нарастая с каждым ударом сердца. Повезло, как же мне повезло, что я успела найти пристанище.

Усталость взяла свое, и я довольно быстро отключилась. Только вот спокойствие сменилось тревогой, умиротворенная тьма начала утягивать меня в кошмар. Это я поняла сразу, не единожды испытывая похожие ощущения. Черт, я ведь даже свет оставила, так почему?!

Кошмары. Они преследовали меня по ночам, заставляя спать при приглушенном свете. Набрасывались, подобно голодным псам, терзая душу. Мне всегда казалось, что тьма привлекает их. Однако сегодня свет не спас меня, и сон превратился в бесконечную погоню. Один и тот же сон, повторяющийся бесконечно. Хотя, нет, в детстве он отличался. Тогда меня оглушали крики матери, которая вновь и вновь разочаровывалась во мне.

Погоня, привычная и уже знакомая, отчего-то сменилась лавкой. Впервые за долгие годы мой кошмар принял другой вид, и теперь я не знала, чего ожидать от него. Безликой тенью я бродила по дому, который приютил меня сегодня. Чистый, почти неузнаваемый. Свет пробивался сквозь прозрачные окна, освещая добротную обстановку. Все казалось таким светлым, приятным, но меня не отпускала тревога. Нарастающая, гулко бьющаяся в сердце. Словно вот-вот должно было произойти нечто ужасное.

Крик. Пронзительный, женский, раздался по всему дому. Задрожали стекла, идя едва заметными трещинами. Голос был настолько надломленным, что напоминал звериный вой. Вздрогнув, я заозиралась вокруг, но никого не заметила. Лишь дом, будто отзывался на этот крик, шел рябью. Стены, окна, пол – все дрожало и ходило ходуном. А после наступила тишина, почти звенящая, оглушающая и давящая на голову.

***

Я проснулась в холодном поту. В ушах продолжал звучать женский крик, от которого хотелось сбежать. Запустив дрожащие пальцы в копну спутанных волос, помассировала голову. Сердце лихорадочно колотилось в груди, норовя вырваться наружу. Первые солнечные лучи с трудом пробивались сквозь грязное окно, расположенное прямо напротив кровати. Щурясь, тяжело вздохнула.

Свеча на тумбочке давно потухла, превратившись в лужицу воска в рожке. Вернувшаяся тишина заставила расслабленно выдохнуть и встать с кровати. Никогда не любила кошмары, да и не думаю, что кто-то в мире предпочитает смотреть по ночам ужастики в исполнении собственного воображения. Разминая затёкшую спину, ноющую тупой болью меж лопаток, сонно зевнула.

При дневном свете дом казался ещё более старым и заброшенным, чем было ночью. Надев обратно сапожки, поморщилась от толстого слоя грязи на каблуках. Земля создала отвратительную корку, толстую и крошащуюся при ходьбе. Впрочем, – я окинула себя придирчивым взглядом, моя одежда прибывала не в лучшем состоянии. Дизайнерские джинсы теперь украшали потёки грязи, а ярко-красная блузка покрылась слоем пыли. Эх, а мне ведь ещё в люди выходить.

– Нет, для начала нужно привести себя в порядок, – пробормотала я, потирая лицо ладонями. – Интересно, раз этот дом заброшен… Может, есть шанс поселиться в нём?

Послышался шорох, идущий со стороны коридора. Вздрогнув, я передёрнула плечами, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Нет, пожалуй, оставим местных призраков в одиночестве. У меня не получалось отделаться от ощущения, что за мной наблюдают. Словно чьи-то глаза пристально смотрели мне в спину, наблюдая из тёмных углов.

Ванну нашла быстро, помня, где накануне приметила заветную дверь. Смахнув рукой паутину, что преграждала путь к умывальнику, брезгливо обтёрла её об джинсы. Местные удобства нельзя было назвать современными, но что бог дал, как говорится. Медный таз, с дырой посередине, стоял на тумбе. Рядом плохенький унитаз, на котором красовался медный бочонок с водой, ну и сама ванна. Громоздкая, большая, ещё и с довольно забавными львиными ножками.

Быстро осмотревшись и заглянув в тумбу, нашла полупустые баночки с ароматными жидкостями. Похоже, хозяин выезжал в спешке, раз оставил здесь всё это добро. Даже скорее хозяйка, судя по обилию разных снадобий с цветочными отдушками. Взяв одну баночку, с трудом добилась от ржавых вентилей воды. Булькая и возмущаясь, ледяная вода потекла прямиком в раковину.

Висевшее над умывальником зеркало, от старости покрылось трещинами и паутиной. Оно почти ничего не отражало, но даже так мне хватило зрелища, едва не вызвавшего сердечный приступ. Я сперва приняла собственное отражение за призрака, бледного и покрытого потёками грязи. Нет, так выходить из дома нельзя. Ни в коем разе, иначе люди примут за монстра и посадят на вилы. Судя по всему, меня занесло в город, отдалённо напоминающий старую Европу. Ещё и совсем несовременная обстановка наталкивает на не слишком утешающие выводы.

Уперевшись руками в края умывальника, я с обречённостью подумала: «Неужели меня занесло на пару веков в прошлое?».

Помотав головой, постаралась выкинуть из неё дурные мысли. Я же ещё не встречала людей, может, здесь просто отдалённые края и в остальном мире дела обстоят гораздо лучше. Вон, здесь даже горячая вода есть, если подождать немного. Усиленно размышляя, я привела лицо и шею в порядок. Очень хотелось искупаться полностью, но надевать после мытья грязные вещи, меня совершенно не воодушевляло.

– Призраки, а, призраки? – тихо произнесла я в пустоту, выходя в коридор. – Здесь, случайно, нет никакого платья? Мне бы одолжить его ненадолго… Пока мои вещи высохнут…

Тишина. Хмыкнув от собственных слов, я едва не постучала головой об стену. С кем я вообще собиралась договариваться? Неужели после падения в люк весь мозг растеряла, раз в серьёзно считаю, будто в доме водятся призраки. Пока я сетовала на свою горькую судьбу, дверь одной из комнат громко заскрипела. Порыв ветра открыл её, с силой хлопая об стену. От неожиданности я подпрыгнула на месте, испуганно хватаясь за ворот блузки.

Глава 4

Крадучись подошла к двери, с замиранием сердца вглядываясь внутрь комнаты. Пусто, только скрипящие под моими шагами половицы, да пара сундуков, стоящих возле потрёпанной временем стены. Обои в некоторых местах оторвались, являя серые стены. Сквозь два больших окна с трудом пробивался солнечный свет, освещая скудное убранство. Не увидев всяких потусторонних сущностей, я скользнула в открытую дверь.

В прошлый раз я не заметила сундуки, но это и не удивительно. Меня тогда всецело поглотил голод, туманящий мысли, да и света свечи не хватало, чтобы осветить всё полностью. Теперь же я с интересом подошла к старинным сундукам, с добротными металлическими вставками. Тяжёлые крышки поддались с большим трудом, у меня едва пупок не развязался, пока я подняла их.

Внутри на удивление, оказалась одежда. С виду чистая, пропитанная странным цветочным ароматом. Взяв платье, аккуратно сложенное на самом верху, встряхнула. Длинное, с мягким корсажем, и насыщенного голубого цвета. Оно было довольно простым, без излишеств, но, похоже, размеры совпадали с моими. Разглядывая неожиданную находку, не смогла сдержать улыбку. Не знаю, призраки всему виной, или просто моя удача, но я смогла найти себе сменную одежду.

Быстро пробормотав слова благодарности в пустоту, переоделась. Платье село идеально, будто на меня сшитое. Корсаж плотно обхватил грудь, а подол складками струился до самого пола. Покрутившись на месте, счастливо улыбнулась во весь рот. Ведомая любопытством, заглянула во второй сундук. Там горой лежала обувь, поношенная, но тоже довольно чистая. Вот с ней получилось не слишком удачно, размер оказался великоват. Однако это не помешало мне сменить жаркие сапоги на мягкие туфельки в тон платью.